Введение
Ливонский язык (или рандакēļ) — финский язык, родиной которого является Ливонское побережье Рижского залива, расположенное на севере Курземского полуострова в Латвии, но он также использовался в долине реки Салаца. Хотя изначально последний носитель языка умер в 2013 году, сообщается, что ребёнок, Кульди Медне, родившаяся в 2020 году, является носителем ливонского языка. Её родители — активисты возрождения ливонского языка Янис Меднис и Ренате Медне. Кроме того, насчитывается около 40 владеющих ливонским языком как вторым (L2) и 210 человек, заявивших о некотором знании языка. Возможно, уникально среди уральских языков, но подобно латышскому и литовскому, ливонский язык описывается как язык с ударением по высоте тона (или язык с ограниченным тональным диапазоном, см. ниже). Некоторые этнические ливонцы изучают или изучали ливонский язык в попытке возродить его, но поскольку этнических ливонцев немного, возможности для использования языка ограничены. Эстонская газета Eesti Päevaleht ошибочно сообщила, что Виктор Бертольдс, умерший 28 февраля 2009 года, был последним носителем языка, начавшим обучение в латышской школе как монолингв. Однако другие ливонцы утверждали, что носители языка всё ещё оставались, в том числе кузина Виктора Бертольдса, Гризельда Кристиня, умершая в 2013 году. Продвижение ливонского языка как живого языка в основном осуществляется Ливонским культурным центром (Līvõ Kultūr Sidām) — организацией, состоящей преимущественно из молодых ливонцев. Ливонский язык, как язык меньшинства в Латвии — наряду с латгальским — представлен Латвийским бюро языков меньшинств (LatBLUL), ранее являвшимся национальным отделением Европейского бюро языков меньшинств (EBLUL). Язык преподаётся в университетах Латвии, Эстонии, Финляндии и Швеции, что постоянно увеличивает число людей, обладающих определёнными знаниями языка, но не проживающих постоянно в Латвии.
The Livonian language ( or rāndakēļ) is a Finnic language whose native land is the Livonian Coast of the Gulf of Riga, located in the north of the Kurzeme peninsula in Latvia but also used to be spoken in the Salaca River valley. Although initially its last native speaker died in 2013, a child, Kuldi Medne, born in 2020 is reported to be a native speaker of Livonian. Her parents are Livonian language revival activists Jānis Mednis and Renāte Medne. Also, there are about 40 reported L2 speakers and 210 having reported some knowledge of the language. Possibly uniquely among the Uralic languages but similarly to Latvian and Lithuanian, Livonian has been described as a pitch accent language (or restricted tone language, see below). Some ethnic Livonians are learning or have learned Livonian in an attempt to revive it, but because ethnic Livonians are a small minority, opportunities to use Livonian are limited. The Estonian newspaper Eesti Päevaleht erroneously announced that Viktors Bertholds, who died on 28 February 2009, was the last native speaker who started Latvian language school as a monolingual. Some other Livonians had argued, however, that there were some native speakers left, including Viktors Bertholds' cousin, Grizelda Kristiņa, who died in 2013. The promotion of the Livonian language as a living language has been advanced mostly by the Livonian Cultural Centre (Līvõ Kultūr Sidām), an organisation of mostly young Livonians. Livonian as a lesser used language in Latvia – along with Latgalian – is represented by the Latvian Bureau of Lesser Used Languages (LatBLUL), formerly a national branch of the European Bureau of Lesser Used Languages (EBLUL). The language is taught in universities in Latvia, Estonia, Finland and Sweden, which constantly increases the pool of people with some knowledge of the language who do not permanently reside in Latvia.
История
В XIX веке на ливском языке еще говорило около 2000 человек; в 1852 году численность ливов составляла 2394 человека. Различные исторические события привели к почти полному исчезновению ливского языка: в XIII веке число говорящих на ливском языке достигало 30 000 человек. Немецкое вторжение: около 1200 года Ливонские братья меча и тевтонские рыцари завоевали Ливонию, что привело к борьбе за власть в регионе между этими орденами и Рижским архиепископством. 1522 год: Введение протестантской Реформации. 1557 год: Русское вторжение, также известное как Русско-шведская война. 1558–1583 годы: Ливонская война. За территорию сражались русские, шведы, датчане, литовцы и поляки. 1721 год: Ништадтский мир. Северная Ливония стала провинцией Российской империи. 1918 год: Основание Латвии; ливский язык пережил возрождение. Вторая мировая война и Советский Союз: маргинализация ливского языка. Язык был объявлен вымершим 6 июня 2013 года. Возрождение ливского языка началось после смерти последнего носителя. В XIII веке коренные ливы населяли все области вокруг Рижского залива, за исключением эстонского острова Сааремаа. В XII–XIII веках земли Ливонии были завоеваны Тевтонским орденом. Завоевание привело к резкому сокращению числа носителей ливского языка, опустевшие ливские земли заселялись латышами, что способствовало вытеснению ливского языка латышским. По оценкам, во время немецкой колонизации в Ливонии проживало 30 000 ливов. В XIX веке численность носителей куронского диалекта оценивалась следующим образом: 2074 человека в 1835 году, 2324 человека в 1852 году, 2390 человек в 1858 году, 2929 человек в 1888 году. Согласно советской переписи населения 1989 года, 226 человек считали себя ливами, и почти половина из них владела ливским языком. По оценкам Ливского культурного центра в 2010 году, только 40 человек использовали ливский язык в повседневной жизни. В 2013 году людей, говорящих на ливском языке в повседневной жизни, не было.
In the 13th century, speakers of Livonian numbered 30,000. The German invasion: around the year 1200, the Livonian Brothers of the Sword and the Teutonic knights conquered Livonia, leading to contention of rule of the area between these orders and the Archbishopric of Riga. 1522: The introduction of the Protestant Reformation. 1557: The Russian invasion, also known as the Russo Swedish War. 1558–1583: Livonian War. Russians, Swedes, Danes, Lithuanians and Poles fought over the area. 1721: The Treaty of Nystad. Northern Livonia became provinces of Tsarist Russia. 1918: The founding of Latvia; the Livonian language re blossomed. World War II and Soviet Union: marginalisation of Livonian. Declared extinct on 6 June 2013. Revival of the Livonian language started after the last native speaker died. In the 13th century, the native Livonians inhabited all the areas around the Gulf of Riga, except for the Estonian island of Saaremaa. In the 12th–13th centuries the Livonian lands were conquered by the Teutonic Order. The conquest led to a strong decrease in the number of speakers of the Livonian language, empty Livonian lands inhabited by the Latvians, which contributed to the replacement of the Livonian language in favor of Latvian. It is estimated that at the time of the German colonization, there were 30,000 Livonians. In the 19th century the number of speakers of the Couronian dialect is estimated as follows: 2,074 people in 1835, 2,324 people in 1852, 2,390 people in 1858, 2,929 people in 1888. According to the Soviet Census of 1989, 226 people were Livonian, and almost half of them spoke Livonian. According to estimates of the Liv Culture Center in 2010, only 40 people spoke Livonian in everyday life. In 2013, there were none who spoke Livonian in everyday life.
Ранняя литература
Первые слова на ливском языке были записаны в Ливонской хронике Генриха. Первые письменные источники о ливском языке появились в XVI веке. Сборник ливских стихотворений «Священные песни и молитвы моряков» был переведен на латышский язык Янисом Принцем и его сыном Янисом-младшим и опубликован в 1845 году. Первой книгой на ливском языке было Евангелие от Матфея, изданное в 1863 году в Лондоне на восточном и западном курземских диалектах. Перевод на восточный курземский диалект осуществил Ник Полманн, а на западный курземский – Янис Принц и Петерс. Целью издания книги было установление стандартной орфографии по плану Ф. Видемана, которая состояла из 36 букв с множеством диакритических знаков. Общий тираж составил 250 экземпляров. Ливы получили лишь по одному экземпляру каждого диалекта. Второй книгой на ливском языке стало то же Евангелие от Матфея, изданное в 1880 году в Санкт-Петербурге с орфографией, основанной на латышском и немецком языках. В межвоенный период было издано несколько десятков книг на ливском языке, в основном при поддержке финских и эстонских организаций. После Второй мировой войны издание книг на ливском языке прекратилось, поскольку Латвия была оккупирована Советским Союзом. Вся территория Ливского побережья стала закрытой пограничной зоной под строгим советским контролем. Прибрежная рыбалка постепенно ликвидировалась в небольших деревнях и концентрировалась в крупных населенных пунктах Колка, Роя и Вентспилс. Были введены ограничения на свободу передвижения жителей. Все эти факторы способствовали упадку языка, хотя отдельные инициативы появились с начала 1970-х годов. После восстановления независимости Латвии в 1994 году был издан информационный бюллетень «Õvā» на ливском языке, посвященный ливской культуре, искусству и деятелям национального движения, а в 1998 году при поддержке «Открытого общества» был опубликован и представлен в Финляндии и Эстонии первый сборник стихов на ливском языке «Ma akūb sīnda vizzõ, tūrska!», в котором объединены произведения известных ливских поэтов. На сегодняшний день единственным ливским средством массовой информации является трехъязычный (английский, латышский и ливский) сайт Livones.lv (livones.net), управляемый Центром ливской культуры. Для изучения ливского языка в «Атлас лингварум Европы» были включены два пункта: Микельторнис и Мазирбе.
Ливонские носители в XXI веке
Виктор Бертольдс (10 июля 1921 года – 28 февраля 2009 года), один из последних ливов поколения, для которого ливский язык был родным и на котором говорили в семье и общине, умер 28 февраля 2009 года. Хотя сообщалось, что он был последним носителем языка, сами ливы утверждали, что еще живы носители, хотя их и немного. Как сообщала эстонская газета Eesti Päevaleht, Виктор Бертольдс родился в 1921 году и, вероятно, принадлежал к последнему поколению детей, которые начинали обучение в (латышской) начальной школе как монолингвы, говорящие на ливском языке; лишь несколько лет спустя стало заметно, что ливские родители начали говорить с детьми на латышском языке. Во время Второй мировой войны Бертольдсу, в отличие от большинства ливских мужчин, удалось избежать мобилизации в армии любой из оккупационных сил, скрывшись в лесу. После войны Бертольдс работал в различных сферах и делился своими знаниями ливского языка со многими полевыми лингвистами; в 1990-х годах он также преподавал ливский язык в детских летних лагерях. Брат и жена Бертольдса, владевшие ливским языком, умерли в 1990-х годах. В начале 2000-х годов скончалось много других известных "последних ливов", таких как Пулин Клавин (1918–2001), хранитель многих ливских традиций и последний лив, постоянно проживавший на Курземском побережье, и Эдгар Ваалгамаа (1912–2003), священнослужитель в Финляндии, переводчик Нового Завета и автор книги об истории и культуре ливов. Последней носительницей ливского языка была Гризельда Кристиня, урожденная Бертольде (1910–2013, двоюродная сестра Виктора Бертольдса), которая с 1949 года жила в Канаде. По словам лингвиста и активиста Валца Эрнштрейтса, она говорила на ливском языке "как будто только вчера вышла из своего родительского дома в ливской прибрежной деревне" и соответствовала критериям последнего живого носителя ливского языка своего поколения. Она умерла 2 июня 2013 года. Выживание ливского языка теперь зависит от молодых ливов, которые выучили ливский язык в детстве от бабушек и дедушек или прабабушек и прадедушек довоенных поколений. Их немного, хотя в Латвии сейчас насчитывается несколько сотен ливов, интересующихся своими корнями. Некоторые молодые ливы не только поют народные песни на ливском языке, но и стремятся активно использовать ливский язык в повседневном общении. Один из таких представителей молодого поколения ливов – Юлги Стальте [lv; et], выступающий с ливско-эстонской world music группой Tuļļi Lum. В 2018 году при Латвийском университете был создан Ливский институт для продвижения исследований и повышения осведомленности о языке. Его возглавляет Валтс Эрнштрейтс. В 2020 году активисты по возрождению ливского языка Янис Меднис и Ренате Медне начали обучать ливскому языку как родному своей новорожденную дочь Кулди Медне. По состоянию на 2023 год она была единственной носительницей ливского языка в Латвии. В октябре 2022 года ее родители опубликовали книгу Kūldaläpš. Zeltabērns («Золотой ребенок»), книгу на ливском и латышском языках для детей и родителей, с планами на последующие книги и аудиоверсию. В январе 2023 года на границе Талсинского муниципалитета были установлены первые из 171 утвержденных дорожных знаков в Латвии с текстом на латышском и ливском языках. Аналогичные знаки устанавливаются в Латгале с использованием латгальского языка. Во время Латвийского праздника песни и танца 2023 года впервые в истории мероприятия прозвучала песня с ливским текстом. Lībieši nāk (лат. «Приходят ливы»), вторая часть музыкального цикла Nācēji, была исполнена во время Большого хорового концерта Tīrums. Путь песен.
Фоналогия
Ливский, как и эстонский, утратил гармонию гласных, но в отличие от эстонского, он также утратил чередование согласных.
Алфавит
Ливонский алфавит представляет собой гибрид, сочетающий латышскую и эстонскую орфографию. Заглавные буквы (также называемые прописными или большими буквами): A Ā Ä Ǟ B D D̦ E Ē F G H I Ī J K L Ļ M N Ņ O Ō Ȯ Ȱ Ö* Ȫ* Õ Ȭ P R Ŗ S Š T Ț** U Ū V Y* Ȳ* Z Ž Строчные буквы (также называемые маленькими или минускульными буквами): a ā ä ǟ b d d̦ e ē f g h i ī j k l ļ m n ņ o ō ȯ ȱ ö* ȫ* õ ȭ p r ŗ s š t ț** u ū v y* ȳ* z ž * обозначают буквы, использовавшиеся для фонем, которые в более поздних поколениях утратили округлость; они были выведены из употребления после публикации песенника в 1980 году с новыми правилами, но иногда использовались вплоть до 1997 года. ** В некоторых текстах вместо запятой под буквой могла использоваться cedilla из-за технических ограничений, что аналогично проблеме в румынской типографии.
Языковые контакты с латышами и эстонцами
На протяжении веков ливский язык подвергался сильному влиянию латышского в отношении грамматики, фонологии и словообразования и т.д. Например, дательный падеж в ливском языке крайне необычен для финно-угорского языка. В ливском языке насчитывается около 2000 латышских, 200 нижнесаксонских и немецких заимствований, и большинство германских заимствований были восприняты через латышский язык. Однако латышский язык также испытывал влияние ливского. Его регулярный слоговой акцент, основанный на ливском языке, является крайне необычным для балтийских языков. Особенно в конце XIX века наблюдался значительный контакт с эстонцами, а именно между ливскими рыбаками или моряками (курземского) побережья и эстонцами с острова Сааремаа или других островов. Многие жители западных эстонских островов летом работали в ливских деревнях Курземе. В результате знание эстонского языка распространилось среди этих ливов, и в ливский язык вошли слова эстонского происхождения. В ливском языке около 800 эстонских заимствований, большинство из которых были заимствованы из сааремааского диалекта.