Вен Хо Ли: История ученого и политического преследования.

Введение

Тайваньский американский ученый (род. 1939)

Вэнь Хо Ли или Ли Вэньхо (; родился 21 декабря 1939) — тайваньский американский ученый-ядерщик и инженер-механик, работавший в Калифорнийском университете в Лос-Аламосской национальной лаборатории в Нью-Мексико. Он разрабатывал компьютерные модели ядерных взрывов в целях научных исследований, а также для повышения безопасности и надежности ядерного арсенала США. В декабре 1999 года федеральное жюри присяжных предъявило ему обвинение в передаче секретов о ядерном арсенале США Китайской Народной Республике (КНР). После того как федеральным следователям не удалось доказать первоначальные обвинения, правительство провело отдельное расследование. В конечном итоге Ли был обвинен лишь в ненадлежащем обращении с секретными данными – одном из первоначальных 59 пунктов обвинения, являющемся уголовным преступлением. Он признал себя виновным в рамках процессуальной сделки. Он подал гражданский иск, который был урегулирован в досудебном порядке. В июне 2006 года Ли получил 1,6 миллиона долларов от федерального правительства и пяти медиакомпаний в качестве компенсации за разглашение его имени в прессе до предъявления каких-либо обвинений. Федеральный судья Джеймс Паркер впоследствии принес извинения Ли за отказ в освобождении под залог и помещение его в одиночную камеру. Он подверг критике правительство за неправомерные действия и предоставление суду ложных сведений.

Ранние годы

Вэнь Хо Ли родился 21 декабря 1939 года в семье Хокло на Тайване во время японского правления. В книге «Моя страна против меня» Ли описывает жизнь как суровую. Его отец умер, когда Ли был очень молод. Его мать страдала астмой и в конце концов покончила с собой, чтобы не быть «тяжелым бременем» для семьи. Он был маленьким мальчиком на Тайване, когда силы Китайской Республики (КР) жестоко подавили события 28 февраля 1947 года. На Тайване было введено военное положение; его брат умер, будучи призывником, и его командиры, предположительно, не разрешили ему принимать лекарства. Ли преодолел огромные трудности. У него был, по его словам, замечательный учитель в шестом классе, который поощрял его интеллектуальные способности. В конечном итоге он поступил в университет, где заинтересовался гидродинамикой и изучал машиностроение. Ричардсона критиковали в Сенате за его действия в ходе расследования по делу о шпионаже, поскольку он не дал показания перед Конгрессом раньше. Ричардсон был не совсем честен в своем ответе, заявив, что ждет, чтобы собрать больше информации, прежде чем выступать перед Конгрессом. 10 декабря 1999 года Ли был арестован, обвинен по 59 пунктам и заключен в одиночную камеру без залога на 278 дней. 13 сентября 2000 года он согласился на сделку со следствием, предложенную федеральным правительством. Ли был освобожден условно-досрочно после того, как правительству не удалось доказать свою вину. В конечном итоге ему было предъявлено обвинение лишь в одном эпизоде ненадлежащего обращения с конфиденциальными документами, который не требовал предварительного заключения в одиночную камеру. Остальные 58 обвинений были сняты. Президент Билл Клинтон публично принес извинения Ли за обращение с ним со стороны федерального правительства в ходе расследования. В течение 12 лет, до 1998 года, Ли снова не привлекал внимания ФБР. ФБР потеряло материалы по Ли, касающиеся встреч с ним в 1983 и 1984 годах, и пришлось восстанавливать информацию. В 1994 году делегация китайских ученых посетила Национальную лабораторию Лос-Аламоса с неофициальным визитом для проведения встречи. Одним из ученых, посетивших лабораторию, был доктор Ху Сыдэ, глава Китайской академии инженерной физики. Ему также приписывают разработку небольшого оружия, похожего на W88. Однако, несмотря на то, что визит был неофициальным, Ли явился на встречу без приглашения. Это обеспокоило сотрудников ЛАНЛ, которые связались с ФБР, что привело к новому расследованию в отношении Ли. 23 декабря 1998 года Ли прошел проверку на полиграфе, проведенную компанией Wackenhut, подрядчиком Министерства энергетики. Ему не сообщили причину, кроме того, что она связана с его последней поездкой в Китай для сопровождения племянника. Во время допроса он признался, что в 1988 году действительно встречался с доктором Ху Сыдэ в гостиничном номере и что Ху просил его предоставить секретную информацию, о которой он отказался говорить. Ли признал, что не сообщил о контакте и запросе секретной информации, как того требуют правила безопасности. Ему сообщили, что он прошел проверку, но лишили допуска Q к секретной секции X-дивизиона ЛАНЛ. Хотя он и сомневался в предпринятых против него действиях, Ли подчинился, удалив секретную информацию со своих компьютеров и перейдя в зону T (не секретную). Позже он был подвергнут еще трем проверкам на полиграфе, прежде чем агенты ФБР сообщили ему, что повторная оценка результатов показала, что Ли провалил все из них, опять же, не называя подозреваемого. Представители правительства потребовали от газеты отложить публикацию, и The New York Times отложила публикацию на один день, заявив, что рассмотрит возможность дальнейшей отсрочки, если об этом лично попросит директор ФБР, который не удовлетворил просьбу. ФБР допросило доктора Ли 5 марта, и он дал согласие на обыск своего кабинета. 8 марта 1999 года Ли был уволен из Национальной лаборатории Лос-Аламоса за неспособность обеспечить сохранность секретной информации. Однако следователи ФБР вскоре установили, что конструкторские данные, полученные КНР, не могли поступить из лаборатории Лос-Аламос, поскольку они касались информации, которая была бы доступна только такому, как так называемый «последующий» подрядчик, то есть участвующему в процессе окончательной сборки боеголовки, и эта информация была создана только после того, как проект оружия покинул ЛАНЛ. (Первоначальный Закон об атомной энергии, также известный как Закон Мак-Маона, был принят в ответ на дело физика из Кембриджа Алана Нанна Мэя после того, как он признался в передаче секретов «Манхэттенского проекта» СССР.) Джанет Рено подтвердила директору ЦРУ Джорджу Тенета и директору ФБР Луису Фриху, что если председательствующий судья постановит, что правительство должно раскрыть в открытом суде, что именно было на пленках, то прокуратура должна будет заключить сделку со следствием или рисковать раскрытием государственных секретов. В сентябре 2000 года судья Паркер постановил, что правительство обязано раскрыть информацию на пленках. По словам Луиса Фриха и Джанет Рено, у них не осталось иного выбора, кроме как заключить сделку со следствием с доктором Ли, чтобы выяснить, где находятся пропавшие пленки, и не рисковать чувствительной государственной информацией, передавая дело в суд. Доктор Ли был освобожден и в рамках сделки со следствием признал, что сделал копии пленок, которые впоследствии уничтожил, согласно его книге «Моя страна против меня» и другим источникам. Ли признал себя виновным в одном уголовном преступлении – незаконном «хранении» «информации, касающейся национальной обороны». В обмен правительство освободило его из тюрьмы и сняло остальные 58 обвинений. Судья Паркер принес извинения доктору Ли за несправедливое обращение с ним. Судья также выразил сожаление по поводу того, что был введен в заблуждение исполнительной властью, отдав приказ о заключении доктора Ли под стражу, заявив, что был введен в заблуждение Министерством юстиции, его ФБР и его окружным прокурором. Он официально осудил правительство за злоупотребление властью в ходе преследования по этому делу. Позже президент Билл Клинтон отметил, что был «обеспокоен» тем, как обращались с доктором Ли, и что он начал писать, находясь еще в тюрьме.

Wen Ho Lee was born on December 21, 1939, to a Hoklo family in Taiwan during Japanese rule. In My Country Versus Me, Lee describes life as being harsh. His father died when Lee was very young. His mother suffered from asthma and eventually committed suicide so that she would not 'burden' the family. He was a young boy in Taiwan when Republic of China (ROC) forces violently suppressed the February 28 Incident of 1947. Taiwan was placed under martial law; his brother died when he was a conscript and his commanding officers allegedly would not allow him to take medicine. Lee overcame steep odds. He had what he describes as a wonderful teacher in the 6th grade who encouraged his intellectual abilities. Eventually, he made his way to university, where he became interested in fluid dynamics and studied mechanical engineering. Richardson was criticized by the Senate for his handling of the espionage inquiry because he had not testified sooner before Congress. Richardson was less than truthful in his response by saying that he was waiting to uncover more information before speaking to Congress. On December 10, 1999, Lee was arrested, indicted on 59 counts, and jailed in solitary confinement without bail for 278 days. On September 13, 2000, he accepted a plea bargain from the federal government. Lee was released on time served after the government's case against him could not be proven. He was ultimately charged only with one count of mishandling sensitive documents, which did not require pre trial solitary confinement. The other 58 counts were dropped. President Bill Clinton issued a public apology to Lee over his treatment by the federal government during the investigation. Lee did not get the attention of the FBI again for 12 years until 1998. The FBI had lost the file on Lee from the 1983 and 1984 meetings with him, and had to reconstruct the information. In 1994, a delegation of Chinese scientists visited Los Alamos National Laboratory in an unannounced capacity for a meeting. One of the scientists visiting was Dr. Hu Side, the head of the Chinese Academy of Engineering Physics. He also was credited with the design of the small, W88 like weapon. However, despite the visit being unannounced, Lee showed up to the meeting uninvited. This alarmed LANL officials who contacted the FBI, which opened up another investigation of Lee. On December 23, 1998, Lee was given a polygraph test by Wackenhut, a DOE contractor. He was not told of the reason why, other than that it involved his latest trip to China to escort his nephew. During the questioning, he admitted that he had, in fact, met with Dr. Hu Side in a hotel room in 1988 and that Hu had asked him for classified information, which he refused to discuss. Lee admitted that he failed to report this contact and approach by individuals requesting classified information as required by security regulations. He was told that he passed the test, but was stripped of his Q clearance to the LANL's classified X Division section. Although he questioned the action against him, Lee went along, deleting the classified information he held on his computers, and moved to the T (unclassified) clearance zone. He was later subjected to three more polygraph tests before being told by the FBI agents that re evaluation of the test results showed that Lee had failed all of them. again without naming the suspect. Government officials had requested the newspaper delay publication, and The New York Times held back publication for one day, saying it would consider a further delay if asked personally by the FBI director, who did not act on the request. The FBI interviewed Dr. Lee on March 5, and he consented to a search of his office. On March 8, 1999, Lee was fired from his job at Los Alamos National Laboratory for failure to maintain classified information securely. However, FBI investigators soon determined that the design data the PRC had obtained could not have come from the Los Alamos Lab, because it related to information that would only have been available to someone like a so called "downstream" contractor, meaning one involved in the final warhead production process, and this information was only created after the weapon design left the LANL. (The original Atomic Energy Act, also known as the McMahon Act, was passed in response to the case of Cambridge physicist Alan Nunn May after he confessed to giving Manhattan Project secrets to the USSR.) Janet Reno confirmed with CIA Director George Tenet and FBI Director Louis Freeh that if the presiding judge rules that the government must reveal in open court what specifically was on the tapes, the prosecution would have to plea out the case or risk jeopardizing state secrets. In September 2000, Judge Parker ruled that the government was required to disclose the information on the tapes. According to Louis Freeh and Janet Reno, they were left with no option but to plea out Dr. Lee in order to find out where the missing tapes were, and not risk sensitive government information by bringing it to trial. Dr. Lee was freed, and at plea admitted to having made copies of the tapes which he later destroyed, according to his book My Country Versus Me, and other sources. Lee pleaded guilty to one felony count of illegal "retention" of "national defense information". In return, the government released him from jail and dropped the other 58 counts against him. Judge Parker apologized to Dr. Lee for the unfair manner in which he was treated. The judge also regretted being misled by the executive branch into ordering Dr. Lee's detention, stating that he was led astray by the Department of Justice, by its FBI, and by its United States attorney. He formally denounced the government for abuse of power in its prosecution of the case. Later, President Bill Clinton remarked that he had been "troubled" by the way Dr. Lee was treated. that he started writing while still in prison.

В СМИ

В 2001 году американская драматург Шерил Ли написала пьесу «Коды наследия», посвященную делу Вэн Хо Ли. Рассказ «Амнистия» в издании 2005 года сборника Октавии Батлер «Кровавое дитя и другие истории» был вдохновлен отношением правительства к Ли. Пьеса «Желтое лицо» 2007 года азиатско-американского драматурга Дэвида Генри Хванга помещает этот случай в контекст большего числа дел, связанных с расовой дискриминацией в отношении азиатских американцев, особенно китайцев в 1980-х годах. Короткометражный фильм 2010 года «Профиль» и его анимационный ремейк (короткометражный фильм 2017 года «Диск 44»), оба снятые американским режиссером Рэем Артуром Вангом, вдохновлены делом Ли.