Огненная зарянка Австралии

Введение

Маленькая певчая птица, обитающая на юго-востоке Австралии.

Пламенный красногрудый робин (Petroica phoenicea) – небольшая певчая птица, эндемик Австралии. Он умеренно распространен в самых прохладных районах юго-восточной Австралии, включая Тасманию. Как и два других красногрудых робина рода Petroica – алый робин и красношапочный робин – его часто называют просто красногрудым робином. Как и многие ярко окрашенные робины семейства Petroicidae, он демонстрирует половой диморфизм. Длина тела пламенного робина составляет около 12-14 см, у него темно-коричневые глаза и небольшой тонкий черный клюв. У самца ярко-оранжево-красная грудь и горло, а на лбу над клювом – белое пятно. Верхняя часть тела железисто-серая с белыми полосами, а хвост черный с белыми кончиками. Окраска самки – приглушенный серо-коричневый. Его песню называют самой мелодичной среди представителей рода. Положение пламенного робина и его австралийских родственников на филогенетическом древе воробьиных птиц неясно; Petroicidae не тесно связаны ни с европейскими, ни с американскими малиновками, но, по-видимому, являются ранним ответвлением группы Passerida – певчих птиц. Пламенный робин преимущественно насекомояден, он подстерегает добычу с присады на дереве или ищет ее на земле. Эта территориальная птица использует пение и демонстрацию оперения для обозначения и защиты своей территории. BirdLife International классифицирует его как вид, вызывающий наименьшие опасения.

Таксономия

Впервые о пламенном петушке рассказали французские натуралисты Жан Рене Констант Куо и Жозеф Поль Гаймар в 1830 году, описав его как Muscicapa chrysoptera. Специфическое название chrysoptera происходит от древнегреческих слов chrysos – «золотой» и pteron – «перо». Джон Гулд отнес пламенного петушка к его нынешнему роду Petroica phoenicea в своем описании 1837 года, и с тех пор используется именно это биноминальное название. В связи с этим, название Куо и Гаймара было объявлено устаревшим (nomen oblitum). Название рода происходит от древнегреческих слов petros – «скала» и oikos – «дом», отражая привычку этих птиц сидеть на скалах. Специфическое название также происходит из древнегреческого языка, от прилагательного, означающего «малиновый, темно-красный». Это один из пяти видов с красной или розовой грудкой, обычно называемых «красными петушками», в отличие от «желтых петушков» рода Eopsaltria. Несмотря на название, происходящее от европейского малиновки, пламенный петушок не является близким родственником ни ей, ни американской малиновки. Ранее его относили к семейству Pachycephalidae, прежде чем он был классифицирован в собственном семействе Petroicidae. Исследования гибридизации ДНК, проведенные Сибли и Ахлквистом, поместили петушков в надотряд Corvida, включающий множество тропических и австралийских воробьинообразных, таких как пардалоты, райские мухоловки и медососы, а также воронов. Однако последующие молекулярные исследования (и современный консенсус) указывают на то, что петушки являются очень ранним ответвлением отряда Passerida, или «продвинутых» певчих птиц, в линии воробьинообразных. Никаких подвидов не выделяют, и степень географической изменчивости неясна. Сообщается, что взрослые самцы, размножающиеся на материке, имеют более светлую окраску верхней и нижней частей тела, чем их тасманские сородичи, а самки, по слухам, более коричневые, но эти различия могут быть связаны и с изношенным оперением. Кроме того, миграция некоторых птиц через Бассов пролив затрудняет решение этого вопроса. Птицы с материка и Тасмании имеют одинаковые размеры. Орнитологи Ричард Шодде и Иан Мейсон утверждали, что из-за плохого качества музейных коллекций и частично миграционного поведения невозможно выделить отдельные подвиды на основе наблюдаемой внутривидовой изменчивости. «Пламенногрудый петушок» – прежнее общеупотребительное название этого вида, которое постепенно сократилось до «пламенный петушок». Среди других зафиксированных названий – «береговой петушок», «рыжеголовый» и (неточно) «малиновка».

The flame robin was first described by the French naturalists Jean René Constant Quoy and Joseph Paul Gaimard in 1830 as Muscicapa chrysoptera. The specific epithet chrysoptera is derived from the Ancient Greek words chrysos 'golden', and pteron 'feather'. John Gould placed the flame robin in its current genus as Petroica phoenicea in his 1837 description, and it was this latter binomial name that has been used since that time. Given this, Quoy and Gaimard's name was declared a nomen oblitum. The generic name is derived from the Ancient Greek words petros, 'rock', and oikos, 'home', from the birds' habit of sitting on rocks. The specific epithet is also derived from Ancient Greek, from the adjective 'crimson, dark red'. It is one of five red or pink breasted species colloquially known as "red robins", as distinct from the "yellow robins" of the genus Eopsaltria. Although named after the European robin, the flame robin is not closely related to either it or the American robin. and the whistler family Pachycephalidae, before being classified in their own family Petroicidae. Sibley and Ahlquist's DNA DNA hybridisation studies placed the robins in a Corvida parvorder comprising many tropical and Australian passerines, including pardalotes, fairy wrens and honeyeaters, as well as crows. However, subsequent molecular research (and current consensus) places the robins as a very early offshoot of the Passerida, or "advanced" songbirds, within the songbird lineage. No subspecies are recognised, and the degree of geographic variation is unclear. Adult male birds which breed on the mainland have been reported as having lighter upperparts and underparts than their Tasmanian relatives, and females are said to be browner, but these differences may also result from worn plumage. Furthermore, migration across the Bass Strait by some birds obfuscates the issue. Mainland and Tasmanian birds are the same size. Ornithologists Richard Schodde and Ian Mason argued that the poor quality of museum collections and partially migratory habits meant that discrete subspecies could not be distinguished on the basis of the observed variation within the species. Flame breasted robin was the common name formerly used for the species, and it was gradually abbreviated to flame robin. Other names recorded include bank robin, redhead, and (inaccurately) robin redbreast.

Описание

Самый крупный из красных мариоток, пламенный мариоток имеет вытянутое тело. Он отличается более стройным телосложением, чем другие виды рода Petroica, с относительно длинными крыльями и шеей и небольшой головой. Остальная часть верхней стороны, включающая крылья, спину и хвост, темно-серая. Над клювом есть небольшое белое пятно на лбу, а крыльевка и стержни внешних маховых перьев хвоста – белые. Перья на задней части живота, боках и подхвостье белые с серо-чёрным основанием. Самка окрашена скромно – в целом бледно-коричневая, а нижняя часть тела – более светлый песочный оттенок. Нижняя часть живота, бока и подхвостье имеют мягкий, молочно-белый цвет. Как и у самца, перья по бокам темени могут иметь едва заметный оттенок тусклого оранжевого цвета, который также может распространяться на перья в области груди. На крыльях и над клювом имеются небольшие белые отметины. Клюв, ноги, лапы и когти чёрные, а глаза – тёмно-коричневые. В сентябре 1950 года в небольшом стае пламенных мариоток недалеко от Суонси, в восточной Тасмании, была замечена самка пламенного мариотока с лимонно-жёлтой грудью и оперением, характерным для самки. У птенцов пух темно-серый или коричневый. Самки разных видов сложнее различить. Самки красношапочного, розового и малинового мариотоков все меньше, с размахом крыльев менее , чем у самого маленького пламенного мариотока. У самки алого мариотока более выраженный красный оттенок на груди, а пятно на лбу над клювом более заметное и белое, а не молочно-белое. Их песня более разнообразна и сложна, чем у алого мариотока, и считается самой музыкальной среди красных мариоток. Эта музыкальная песня, состоящая из серии нисходящих нот, звучащих группами по три, напоминает фразы: «можешь прийти, если захочешь, к морю» или «ты не такая красивая маленькая птичка, как я». И самцы, и самки исполняют эту песню, часто сидя на возвышенности, например, на пне или заборе. Самка издаёт шипящий звук, если к ней приближаются, когда она находится в гнезде.

Распространение и среда обитания

Пламенный краснорев встречается в умеренных районах юго-восточной Австралии и по всей Тасмании, хотя он менее обычен на юго-западе и западе. В штате Виктория он чаще встречается в горных районах, чем на низменностях. Его ареал простирается от равнин Аделаиды и Мюррея, в районе устья реки Мюррей в юго-восточной части Южной Австралии, через Викторию и до Юго-Западных склонов и южных регионов Нового Южного Уэльса. Дальше на север он встречается вдоль Большого Водораздельного хребта и его западных склонов, с отдельными находками в юго-восточном Квинсленде. В пределах своего ареала вид обычно мигрирует, перемещаясь из альпийских и субальпийских регионов в низменности зимой, хотя ареалы размножения и неразмножения частично перекрываются. Имеются данные, свидетельствующие о том, что самцы мигрируют на несколько дней раньше самок. Неизвестно, какая часть тасманских птиц перелетает через пролив Басса, чтобы зимовать в Виктории. Птицы, остающиеся в Тасмании, покидают места гнездования и держатся на пастбищах небольшими стаями до четырнадцати особей. К августу они покидают эти места, а молодые птицы, по-видимому, расселяются раньше. Полевое исследование, проведенное в пригороде Мельбурна Лангваррин, показало, что климат не оказывает влияния на максимальную численность пламенных красноревов. Международная организация BirdLife International в 2004 году изменила статус вида с "вызывающий наименьшие опасения" на "близкий к уязвимому положению" из-за сокращения популяции за предыдущие 25 лет. Вид стал редким в Южной Австралии и нечастым в низменностях Виктории.

Поведение

Пламенный краснорев размножается преимущественно в районе Великого Водораздельного хребта, на Тасманском нагорье и островах в проливе Басса. Когда сидит или между периодами поиска пищи на земле, пламенный краснорев держится в относительно вертикальной позе, с телом, наклоненным под углом 45° или меньше от вертикали, и крыльями, опущенными ниже хвоста. Он выглядит нервным и беспокойным, поочередно взмахивая крыльями в состоянии покоя. Полет пламенного краснорева быстрый, с отчетливо волнистым характером. Пламенный краснорев демонстрирует ряд агонистических проявлений, включая распушивание груди, когда он взъерошивает грудные перья, и демонстрацию белого пятна, когда он взъерошивает перья, чтобы подчеркнуть свое лобовое белое пятно, белые отметины на крыльях или белые внешние маховые перья хвоста. Они также могут атаковать вторженцев в полете или петь, защищая свою территорию. Самец пламенного краснорева может приземлиться рядом с самкой и отодвинуть ее с насеста, или пролететь перед ней. Ухаживающие самцы также бегают взад и вперед перед самкой, присев с опущенными крыльями и головой, скрывая грудные перья. В обоих случаях самец преследует самку. Пары обычно моногамны и остаются вместе, пока одна из птиц не погибнет, хотя случаи "развода" также были зафиксированы. Сезон размножения длится с августа по январь, в течение которого выращивается один или два выводка. Гнездо представляет собой аккуратную, глубокую чашу, сплетенную из мягкой сухой травы, мха и коры. Паутина, перья и мех используются для связывания и наполнения, обычно в развилке или щели дерева, или на скальном выступе или берегу реки, как правило, в пределах нескольких метров от земли. В кладке обычно содержится три или четыре тусклых белых яйца, которые откладываются с интервалом в один день. Они могут быть слегка голубоватыми, сероватыми или коричневатыми, с темно-серо-коричневыми пятнами и имеют размеры 18 мм x 14 мм. Полевое исследование в открытом эвкалиптовом лесу у Ниммитабела показало, что пламенные и алые красноревы выбирают разные места для гнездования: первые – в дуплах деревьев и щелях коры, чаще всего в Eucalyptus viminalis, расположенных близко к земле, а вторые – чаще всего в развилках или на ветвях E. pauciflora, расположенных выше над землей. Пламенные красноревы, которые были мигрирующими в этом районе, были более успешны в выращивании птенцов, но уровень успеха алых красноревов в этом районе, по-видимому, был ниже, чем на других участках. Основу рациона птенцов составляют мухи, бабочки, мотыльки, гусеницы и жуки. В Ниммитабеле пламенные красноревы кормили своих птенцов большей долей летающих насекомых, чем алые красноревы, что, возможно, было связано с более поздним началом размножения у последних. Родители наблюдались кормящими птенцов до пяти недель после вылета из гнезда. Полевое исследование на Южном плато Нового Южного Уэльса не выявило существенной разницы в поведении при поиске пищи между самцами и самками пламенного краснорева. Зафиксировано, что птицы ищут насекомых в бороздах вспаханных полей. По сравнению с алым красноревом, пламенный краснорев потребляет большее количество летающих насекомых. Биолог Даг Робинсон предположил, что нехватка летающих насекомых зимой является причиной миграции пламенного краснорева. Их можно увидеть в смешанных стаях с другими мелкими насекомоядными воробьинообразными, такими как алые красноревы, кукабарры (Melanodryas cucullata), белолобые трясогузки (Epthianura albifrons) и австралийские пищухи (Anthus australis). Среди потребляемых насекомых много семейств жуков, ос и муравьев, мух (семейства Tabanidae и Asilidae), клопов и гусениц. Другие беспозвоночные в рационе включают пауков, многоножек и дождевых червей. Пламенный краснорев съедает мелкую добычу целиком, а более крупную жертву многократно бьет о твердую поверхность, чтобы раздробить ее перед употреблением в пищу. Последние составляют лишь 0,5% добычи в течение времени, с сезонными колебаниями от пика в 1,8% осенью до минимума в 0,2% добычи, пойманной зимой.

The flame robin mostly breeds in and around the Great Dividing Range, the Tasmanian highlands, and islands in Bass Strait. When perched or between bouts of foraging on the ground, the flame robin holds itself in a relatively upright pose, with its body angled at 45° or less from the vertical, and its wings held low below its tail. It impresses as nervous and twitchy, flicking its wings alternately when still. The flame robin's flight is fast, with a markedly undulating character. The flame robin deploys a number of agonistic displays, including a breast puffing display where it puffs its breast feathers, and a white spot display where it puffs its feathers to accentuate its frontal white spot, white wing markings or white outer tail feathers. They may also fly at intruders or sing to defend their territory. A male flame robin either lands next to and moves a female off her perch, or flies in front of her. Courting males also run to and fro in front of a female, in a crouch with wings and head lowered, and hiding their breast feathers. In both displays, the male proceeds to chase the female. Pairs are generally monogamous, and remain together unless one bird perishes, although "divorces" have been recorded. The breeding season is August to January with one or two broods raised. The nest is a neat, deep cup made of soft dry grass, moss, and bark. Spider webs, feathers, and fur are used for binding/filling, generally in a tree fork or crevice, or cliff or riverbank ledge, typically within a few metres of the ground. The clutch generally numbers three or four dull white eggs, which are laid on consecutive days. They are tinted bluish, greyish or brownish, and splotched with dark grey brown, and measure 18 mm x 14 mm. A field study in open eucalypt forest at Nimmitabel found that flame robins and scarlet robins chose different sites to breed, the former in tree hollows and bark crevices, most commonly of Eucalyptus viminalis around off the ground, and the latter more commonly in forks or on branches of E. pauciflora around above the ground. Flame robins, which were migratory at the site, were more successful in raising young, but the success rate of scarlet robins in the area appeared to be poor compared with other sites. Flies, butterflies, moths, caterpillars, and beetles predominate in the food fed to the young birds. Flame robins fed a higher proportion of flying insects to their young at Nimmitabel than did scarlet robins, which may have been due to their later start to breeding. Parents have been observed feeding young up to five weeks after leaving the nest. A field study in the Southern Tablelands of New South Wales found no significant difference in foraging behaviour between male and female flame robins. Birds have been recorded foraging for insects in furrows in freshly ploughed fields. Compared with the scarlet robin, the flame robin eats a higher proportion of flying insects. Biologist, Doug Robinson, has proposed that scarcity of flying insects in winter is a reason why the flame robin migrates. They have been seen in mixed species flocks with other small insectivorous passerines, such as scarlet robins, hooded robins (Melanodryas cucullata), white fronted chats (Epthianura albifrons), and Australian pipits (Anthus australis). Among the types of insects consumed are many families of beetles, wasps, and ants, flies (families Tabanidae and Asilidae), bugs, and caterpillars. Other invertebrates eaten include spiders, millipedes and earthworms. The flame robin consumes small prey items whole, and bashes larger victims against a hard surface repeatedly to break up before eating. The latter group constitute only 0.5% of prey over time—seasonally varying from a peak of 1.8% in autumn to a low of 0.2% of prey caught in winter.