Эдвард Монтегю, 1-й граф Сандвича: Жизнь и карьера

Введение

Эдвард Монтегю, 1-й граф Сандвича, 27 июля 1625 года – 28 мая 1672 года, был английским адмиралом, дипломатом и политиком из Барнуэлла, Нортгемптоншир. Во время Первой английской гражданской войны он служил в парламентской армии и был членом парламента в разные периоды между 1645 и 1660 годами. В период Протектората он также был членом английского Государственного совета и генерал-адмиралом. В политической борьбе, последовавшей за смертью Оливера Кромвеля в 1658 году, он сыграл важную роль в восстановлении династии Стюартов в мае 1660 года. Получив титул графа Сандвича от Карла II, он служил послом в Португалии с 1661 по 1662 год. Назначенный послом в Испанию в 1666 году, он участвовал в переговорах по Мадридскому договору 1667 года. С началом Второй англо-голландской войны в 1665 году он командовал морским отрядом, но впоследствии был отстранен из-за спора о призовых деньгах. Вернувшись к командованию с началом Третьей англо-голландской войны в мае 1672 года, он погиб в битве при Солебее в июне. Монтегю – одна из наиболее известных фигур 1660-х годов, поскольку он является центральным персонажем в дневниках Сэмюэля Пеписа, дальнего родственника и военно-морского чиновника.

Личные данные

Монтегю родился 25 июля 1625 года, единственный выживший сын сэра Сидни Монтегю (1572–1644) и его первой жены Паулины Пеппс (умерла в 1638 году), двоюродной тети Сэмюэля Пепписа. 7 ноября 1642 года Монтегю женился на Джемиме Крю, дочери Джона Кру, 1-го барона Кру, и Джемимы Уолдегрейв, которую Пеппис в своем дневнике с большой привязанностью называет "Моя леди". У супругов было десять детей.

Смерть Паулины в феврале 1669 года, в возрасте всего двадцати лет, стала огромной скорбью для ее отца. Пеппис, называвший ее "капризной дамой", пришел выразить соболезнования, но обнаружил, что тот "заперся от горя".

Первая английская гражданская война и межцарствование

Хотя его отец был роялистом, когда в августе 1642 года началась Первая английская гражданская война, Монтегю служил в армии Восточной ассоциации под командованием своего кузена-парламентария, графа Манчестера. Он сформировал пехотный полк, который в ходе кампании 1644 года сражался при Марстон-Муре, во время осады Йорка и при Втором Ньюбери. Несмотря на родственные связи, Монтегю поддерживал тех в парламенте, кто выражал недовольство ведением войны Манчестером и Эссексом. Это привело к созданию армии Нового образца в феврале 1645 года и принятию Указа о самоотречении, требовавшего от лиц, занимающих военные должности, сложить свои полномочия в парламенте. Как члены Палаты лордов, Манчестер и Эссекс были автоматически отстранены, поскольку, в отличие от членов парламента, они не могли отказаться от своих титулов. Полк Монтегю был включен в армию Нового образца и участвовал в битве при Насеби в июне 1645 года, после чего последовал захват Бристоля. В октябре он уволился из армии, как того требовал Указ, когда был избран членом парламента от Ханттингдоншира, место, которое ранее занимал его отец, скончавшийся в сентябре 1644 года. Монтегю не принимал участия во Второй английской гражданской войне и вышел в отставку из парламента после чистки Прайда в декабре 1648 года, чтобы жить тихой жизнью дома. Он вернулся в политику в 1653 году, когда его сосед Оливер Кромвель назначил его в парламент Беребонов в качестве члена парламента от Ханттингдоншира, место, которое ранее занимал его отец, скончавшийся в сентябре 1644 года. Он также был назначен в Английский государственный совет, где оставался до его роспуска в 1659 году, и был переизбран в Первый парламент протектората в 1654 году, а затем во Второй парламент протектората в 1656 году. Во время англо-испанской войны (1654–1660) он был назначен совместно с Робертом Блейком генералом флота и участвовал в экспедиции в Средиземное море. Этот опыт сделал его ведущим сторонником создания британской военно-морской базы в этом регионе, что было реализовано с приобретением английского Танжера в 1661 году. В феврале 1657 года он был одним из так называемых «новых кромовлианцев», поддержавших «Скромное прошение и совет», призывавших Кромвеля провозгласить себя королем и выступавших за восстановление национальной церкви. Это предложение встретило сопротивление со стороны радикальных элементов армии, включая Чарльза Флитвуда и Джона Ламберта, и в конечном итоге было отклонено. В июне 1658 года он командовал военно-морской эскадрой, блокировавшей Дюнкерк, и после смерти Кромвеля в сентябре Монтегю остался верен его сыну и назначенному преемнику, Ричарду Кромвелю. Во время его недолгого и неудачного правления в качестве лорда-протектора Монтегю оставался в море, и в начале 1659 года его отправили в качестве посредника между Швецией и Данией; однако его подозревали в тайных контактах с изгнанным Карлом II, и республиканцы Алджернон Сидни и сэр Роберт Хонивуд были отправлены для наблюдения за его деятельностью. Он был отозван и подвергнут расследованию вновь созванным парламентом; хотя доказательств не было найдено, он был отстранен от командования.

Although his father was a Royalist, when the First English Civil War began in August 1642 Montagu served in the Eastern Association army led by his Parliamentarian cousin, the Earl of Manchester. He raised a regiment of infantry which during the 1644 campaign fought at Marston Moor, the Siege of York and Second Newbury. Despite his family relationship, Montagu supported those in Parliament who expressed dissatisfaction with the conduct of the war by Manchester and Essex. This resulted in the creation of the New Model Army in February 1645 and the passing of the Self denying Ordinance, requiring those holding military commissions to resign from Parliament. As members of the House of Lords, Manchester and Essex were automatically removed, since unlike MPs they could not resign their titles. Montagu's regiment was incorporated into the New Model, taking part in the June 1645 Battle of Naseby, followed by the capture of Bristol. In October, he resigned from the army as required by the Ordinance when was appointed MP for Huntingdonshire, a seat formerly held by his father who died in September 1644. Montagu played no part in the Second English Civil War and retired from Parliament after Pride's Purge in December 1648 to live quietly at home. He returned to politics in 1653 when his neighbour Oliver Cromwell nominated him to the Barebones Parliament as MP for Huntingdonshire, a seat formerly held by his father who died in September 1644. He was also appointed to the English Council of State, an office he held until it was dissolved in 1659, and was re elected to the First Protectorate Parliament in 1654, then the Second Protectorate Parliament in 1656. During the Anglo Spanish War (1654–1660), he was appointed joint General at Sea with Robert Blake, taking part in an expedition into the Mediterranean. This experience made him a leading advocate of establishing a British naval base in the region, an ambition realised with the acquisition of English Tangier in 1661. In February 1657, he was one of the so called "New Cromwellians" who supported the Humble Petition and Advice, inviting Cromwell to declare himself king and advocating the re establishment of a national church. The measure was opposed by army radicals including Charles Fleetwood and John Lambert and ultimately rejected. In June 1658 he commanded the naval squadron that blockaded Dunkirk and when Cromwell died in September, Montagu remained loyal to his son and appointed successor Richard Cromwell. During his brief and disastrous rule as Lord Protector, Montagu remained at sea and in early 1659 was sent to mediate between Sweden and Denmark; however, he was suspected of secret communication with the exiled Charles II and the republicans Algernon Sidney and Sir Robert Honywood were sent to monitor his activity. He was recalled and investigated by the newly installed Rump Parliament; although no evidence was found, he was dismissed from command.

Реставрация

К концу 1659 года Англия, казалось, погружалась в анархию, с повсеместными требованиями о новых выборах и прекращении военного правления. В феврале 1660 года Джордж Монк, военный командующий в Шотландии, вошел в Лондон и объявил о своей поддержке Рампа против республиканской фракции во главе с Джоном Ламбертом. Монтегю вновь принял командование флотом и был избран депутатом от важного порта Довер, когда в апреле состоялись выборы в Конвентный парламент. Это поставило его в сильное положение во время переговоров о Реставрации; когда парламент решил провозгласить Карла королем и пригласил его вернуться в Англию, Монтегю командовал флотом, который доставил его из Нидерландов 24 мая. Два месяца спустя, 12 июля 1660 года, он был возведен в звание барона Монтегю из Сент-Ньотс, виконта Хинчингбрука и графа Сэндвича. Король Карл также посвятил его в рыцари Ордена Подвязки и назначил Мастером Большого гардероба, адмиралом узких морей (Английского канала и южной части Северного моря) и лейтенант-адмиралом при герцоге Йоркском, лорде-адмирале Англии. Он нес скипетр Святого Эдуарда на последующей коронации Карла. Эдвард Хайд, 1-й граф Кларендон, который любил и восхищался Сэндвичем, писал, что присвоение этих почестей вызвало сильное негодование среди роялистов, ушедших в изгнание вместе со своим королем, и считавших Сэндвича стойким сторонником Кромвеля; однако добавляет, что его обаяние и манеры делали его почти невозможным не любить. В 1661 году он был назначен послом в Португалию и горячо поддерживал португальский брак, благодаря которому Англия получила Мумбаи и Танжер. Сэндвич, как и другие, видел большое будущее для Танжера как международного торгового центра, и командовал флотом, захватившим город в январе 1662 года, после чего приобрел там дом. Вернувшись в Англию в качестве посла, он сопровождал новую королеву, Екатерину Браганцкую, из Лиссабона. Монтегю был одним из подписавших «Несколько деклараций Компании королевских авантюристов Англии, торгующих в Африке», документ, опубликованный в 1667 году, который привел к расширению Королевской африканской компании.

By the end of 1659, England appeared to be drifting into anarchy, with widespread demands for new elections and an end to military rule. In February 1660, George Monck, military commander in Scotland, marched into London and declared his support for the Rump against the Republican faction led by John Lambert. Montagu resumed command of the navy and was returned as MP for the important port of Dover when elections were held for a Convention Parliament in April. This placed him in a powerful position during negotiations for the Restoration; when Parliament resolved to proclaim Charles king and invited him to return to England, Montagu commanded the fleet that brought him from the Dutch Republic on 24 May. Two months later, on 12 July 1660, he was created Baron Montagu of St Neots, Viscount Hinchingbrooke, and Earl of Sandwich. King Charles also made him a Knight of the Garter and appointed him Master of the Great Wardrobe, Admiral of the narrow seas (the English Channel and southern North Sea), and Lieutenant Admiral to The Duke of York, Lord High Admiral of England. He carried St. Edward's staff at Charles' subsequent coronation. Edward Hyde, 1st Earl of Clarendon, who liked and admired Sandwich, wrote that the conferring of these honours caused much resentment among those Royalists who had gone into exile with their King, and regarded Sandwich as a "diehard" Cromwellian; yet adds that his charm of manner made it almost impossible to dislike him. He was appointed Ambassador to Portugal in 1661, and strongly favoured the Portuguese marriage, through which England obtained Mumbai and Tangier. Sandwich, like others, saw a great future for Tangier as an international trade centre, and he commanded the fleet which took possession of the city in January 1662, purchasing a house there. Returning to England, in his capacity as Ambassador, he escorted the new Queen, Catherine of Braganza, from Lisbon. Montagu was a signatory to The Several Declarations of The Company of Royal Adventurers of England Trading into Africa, a document published in 1667 which led to the expansion of the Royal Africa Company.

Скандал с ценными товарами

Во время Второй англо-голландской войны 1665–1667 годов он сражался в битве при Лоустофте, закончившейся победой англичан, но поражение в битве при Вейгене привело к его отстранению от активной службы. Его репутация получила еще один серьезный удар, когда он не смог помешать своим морякам разграбить несколько голландских судов Ост-Индской компании, груженых ценными специями из Ост-Индии, которые он привел в порт. По давней традиции моряки могли брать любые вещи, найденные между палубами, но им строго запрещалось "вскрывать трюм", то есть грабить трюм корабля; однако именно это и допустил Сандвич, человек небрежный и печально известный своим плохим пониманием финансовых дел. Когда это стало широко известно, распространился слух, что Сандвич незаконно нажил себе состояние (на самом деле, по-видимому, он взял меньше, чем ему полагалось), и общественность, все еще переживавшая ужасы Великой чумы в Лондоне, отреагировала с такой неожиданной яростью, что незначительный инцидент превратился в национальный скандал: "скандал с призовыми товарами". Хотя Кларендон писал, что у Сандвича было слишком много привлекательных черт, чтобы иметь личных врагов, у него были политические оппоненты, в том числе его непосредственный начальник в Адмиралтействе, Джеймс, герцог Йоркский, и влиятельный секретарь Джеймса, сэр Уильям Ковентри, которые с радостью использовали скандал в своих целях. Он почувствовал необходимость получить королевское помилование: король, помня о его заслугах во время Реставрации, охотно его предоставил. Наиболее значительным достижением Сандвича в качестве посла стал Англо-испанский торговый договор 1667 года, который заложил основу для процветающих торговых отношений между двумя странами, продолжавшихся более века. Он также выступал посредником в мирных переговорах между Испанией и Португалией, которые привели к заключению Лиссабонского договора. Как и все послы той эпохи, он считал расходы на содержание посольства непомерными (он никогда не отличался деловой хваткой), и по возвращении в Англию осенью 1668 года одним из его первых действий было занять денег у своего кузена Сэмюэля Пеписа. По пути из Испании он вновь посетил Танжер, чтобы доложить о состоянии гарнизона. В 1670 году он сопровождал сестру короля, Генриетту Английскую, герцогиню Орлеанскую, из Франции в Англию для переговоров о секретном Доверском договоре между ее братом и Людовиком XIV. О существовании секретных пунктов договора, в частности о том, что Карл II обязался перейти в католическую веру, Сандвич, как и широкая общественность, не имел ни малейшего представления. В том же году он был назначен председателем Комитета Тайного совета по иностранным колониям; он всегда проявлял живой интерес к международной торговле, несмотря на свою печально известную неспособность управлять собственными финансами.

In the Second Anglo Dutch War of 1665 to 1667 he fought at the Battle of Lowestoft, an English victory, but defeat at the Battle of Vågen led to him being removed from active service. His reputation suffered another serious blow when he failed to prevent his sailors from plundering a number of Dutch VOC prize ships, loaded with precious spices from the East Indies, which he had brought in. By long standing custom the sailors could take any goods they found between the decks, but they were strictly forbidden to "break the bulk" i. e. ransack the ship's hold; yet this is just what Sandwich, an easy going man with a notoriously poor understanding of money matters, permitted. When this became widely known, the rumour spread that Sandwich had unlawfully helped himself to a fortune (in fact he seems to have taken less than he was entitled to), and the public, who were still enduring the horrors of the Great Plague of London, reacted with such unexpected fury that a minor mishap became a national affair: "the Prize Goods Scandal". Although Clarendon wrote that Sandwich was too likeable to have any personal enemies, he did have political opponents, including his own superior at the Admiralty, James, Duke of York, and James' influential secretary Sir William Coventry, who were happy to exploit the scandal. He felt obliged to obtain a royal pardon: the King, mindful of his good services at the Restoration, willingly granted it. As Ambassador his most notable achievement was the Anglo Spanish Commercial Treaty of 1667, which laid the foundations for a prosperous trading relationship between the two countries which lasted for over a century. He also acted as mediator in the peace negotiations between Spain and Portugal which resulted in the Treaty of Lisbon. Like all Ambassadors of the era, he found the cost of running an embassy ruinous (he had never had a good head for business) and on his return to England in the autumn of 1668 one of his first actions was to borrow money from his cousin Samuel Pepys. On his way back from Spain, he again visited Tangier to report on the condition of the garrison there. In 1670 he escorted the King's sister Henrietta of England, Duchess of Orleans, from France to England to negotiate the Secret Treaty of Dover between her brother and Louis XIV. Of the existence of the Treaty's secret clauses, notably that by which Charles II pledged to convert to the Roman Catholic faith, Sandwich, like the general public, was quite unaware. In the same year he was appointed President of the Privy Council Committee on Foreign Plantations; he had always had a keen interest in international trade, despite his notorious inability to keep his own finances in order.

Последний поход и смерть

Впоследствии он вновь был назначен на военно-морское командование, и к 1672 году, к началу Третьей англо-голландской войны, он стал вице-адмиралом эскадры синих флагов, а «Королевский Джеймс» — его флагманским кораблем. В битве при Солебее 28 мая его корабль подвергся атаке группы брандерных кораблей и был уничтожен, что привело к гибели многих людей, включая самого Сэндвича. Его тело было выброшено на берег через неделю, опознать его удалось лишь по одежде; оно не имело никаких опознавательных признаков, и, судя по всему, он утонул. Сэндвич выступал против войны и, по слухам, предсказал свою смерть. Несомненно, он сказал своему другу Джону Эвелину незадолго до отплытия, что "больше никогда его не увидит". 3 июля 1672 года он был похоронен в Вестминстерском аббатстве после государственных похорон, которые начались с процессии по реке Темзе из пяти украшенных барж, отплывших из Дептфорда. Тело было доставлено в Вестминстер около 5 часов вечера и перенесено в аббатство в торжественной процессии.

Сэндвич и Сэмюэл Пеппс

Сэндвич по материнской линии был двоюродным братом Джона Пепписа, отца Сэмюэля Пепписа. Пепис начал свою карьеру в качестве младшего чиновника в доме Сэндвича и был обязан своими назначениями – сначала в Ведомство гардероба, а затем в качестве секретаря актов при Совете Адмиралтейства – влиянием Сэндвича. Дневник Пепписа является подробным первоисточником о карьере Сэндвича в 1660-х годах. В 1663 году между ними произошла серьезная ссора, когда Пепис упрекнул Сэндвича за открытую связь со своей любовницей, Элизабет Бекк, в ее "скромном доме" в Челси. Пепис опасался за репутацию их семьи, за пренебрежение Сэндвичем своими служебными обязанностями (что могло привести к потере оставшегося влияния при дворе), а также за оскорбление жены Сэндвича, к которой Пепис испытывал глубокую привязанность. После непродолжительного отчуждения дружеские отношения были восстановлены, хотя эти двое, вероятно, больше никогда не были так близки, как прежде (например, Пепис не упоминается в завещании Сэндвича). Пепису потребовалось немало смелости, чтобы поднять этот вопрос, учитывая, насколько он был обязан своему покровителю, и его дневник показывает, что он был сильно склонен оставить дело как есть. Даже когда он все же решился, он предпочел написать, а не встретиться с Сэндвичем лицом к лицу. В 1668 году Пепис был встревожен, когда его жена Элизабет, во время одной из бурных ссор, последовавших за раскрытием его романа с ее компаньонкой Деб Уиллет, сообщила ему, что Сэндвич предлагал ей стать его любовницей. Поскольку Пепис не сомневался, что она отказалась, он решил считать вопрос закрытым, и дружеские отношения продолжились: Сэндвич впервые обедал в их доме спустя несколько месяцев. Поразмыслив, Пепис, возможно, подумал, что Элизабет в гневе выдумала эту историю, чтобы его расстроить (как она, несомненно, выдумала историю о посещении католических служб). Несмотря на все разногласия, Пепис в более поздние годы всегда вспоминал Сэндвича, которого он называл "тем благородным и несравненным лордом", и его жену (умершую в 1674 году) с привязанностью и благодарностью.

Sandwich on his mother's side was the first cousin of John Pepys, the father of Samuel Pepys. Pepys started his career as a minor member of the Sandwich household and owed his appointments first to the Wardrobe and then as Clerk of the Acts to the Navy Board to Sandwich's influence. Pepys' diary provides a detailed primary source of Sandwich's career in the 1660s. They had a serious quarrel in 1663, when Pepys reprimanded Sandwich for living openly with his mistress, Elizabeth Becke, at her "mean house" in Chelsea. Pepys was concerned at the damage to their family's reputation, Sandwich's neglect of his official duties (thus risking the loss of any remaining influence he had at Court) and also at the insult to Sandwich's wife, to whom Pepys was deeply attached. Following a brief estrangement, friendly relations were resumed, although the two men were probably never as close again as they had been (Pepys, for example, is not mentioned in Sandwich's last will). For Pepys to raise the issue at all took considerable courage, considering how much he owed to his patron, and his Diary shows that he was strongly tempted to let the matter lie. Even when he did raise it he chose to write rather than confront Sandwich face to face. In 1668 Pepys was somewhat perturbed when his wife Elizabeth, during one of the violent quarrels which followed the discovery of his affair with her companion Deb Willet, told him that Sandwich had asked her to be his mistress. Since Pepys was in no doubt that she had refused, he decided to treat the matter as being closed, and friendly relations continued: Sandwich dined at their house for the first time a few months later. Pepys, on reflection, may have thought it possible that Elizabeth in her anger had invented the story to upset him, (as she undoubtedly invented the story that she was attending Roman Catholic services). Whatever their differences, Pepys in later life always remembered Sandwich, whom he called "that noble and unparalleled Lord", and his wife (who died in 1674) with affection and gratitude.