Военный переворот в Турции 1971 года

Введение

Военный переворот в Турции

Турецкий военный меморандум 1971 года (12 Mart Muhtırası), опубликованный 12 марта того же года, стал вторым военным вмешательством в истории Турецкой Республики, последовав за событиями 1960 года спустя 11 лет. Он известен как «переворот посредством меморандума», поскольку военные предпочли вручить его вместо вывода танков на улицы, как это было сделано ранее. Событие произошло на фоне обострения внутренней борьбы, но не смогло существенно остановить это явление.

Предыстория

В 1960-х годах насилие и нестабильность охватили Турцию. Экономический спад в конце десятилетия спровоцировал волну социальных волнений, характеризовавшихся уличными демонстрациями, забастовками рабочих и политическими убийствами. Формировались левые рабочие и студенческие движения, которым противостояли правые исламистские и воинствующие турецкие националистические группировки. Левые совершали взрывы, грабежи и похищения; начиная с конца 1968 года, а особенно в 1969 и 1970 годах, левое насилие было уравновешено и превзойдено крайне правым насилием, в особенности со стороны "Серых волков". На политической арене правительство правоцентристской Партии справедливости премьер-министра Сулеймана Демиреля, переизбранное в 1969 году, также столкнулось с трудностями. Различные фракции внутри партии переходили в оппозицию, создавая собственные группировки, что постепенно уменьшало его парламентское большинство и парализовало законодательный процесс. Правительство Демиреля, ослабленное отколами, казалось парализованным перед лицом насилия в университетских городках и на улицах, и не могло принять серьезные законы о социальных и финансовых реформах. Непосредственным толчком к перевороту, по всей видимости, стало обнаружение нового заговора с целью совершения переворота, запланированного на 9 марта. В нем участвовали генерал в отставке и участник переворота 1960 года Джемаль Маданоглу, редактор газеты "Деврим" Доган Авчиоглу и группа младших офицеров левого толка. Высшее командование ответило увольнением всех офицеров ниже четырехзвездного генерала, связанных с заговором. Демирель подал в отставку после трехчасовой встречи с кабинетом министров; ветеран политики и лидер оппозиции Исмет Инёню резко осудил любое военное вмешательство в политику. Переворот не стал неожиданностью для большинства турок, но его направление оставалось неопределенным, поскольку его коллективный характер затруднял определение того, какая фракция в вооруженных силах взяла на себя инициативу. Либеральная интеллигенция надеялась, что это будет радикальное реформистское крыло во главе с командующим ВВС Мухсином Батуром, который выступал за реализацию реформ, предусмотренных конституцией 1961 года; меморандум вселил в них надежду. Командующие, захватившие власть, не стремились осуществлять ее напрямую, опасаясь проблем, с которыми столкнулась греческая хунта. У них не было иного выбора, кроме как править через Ассамблею, в которой доминировали консервативные, антиреформистские партии, и правительство "надпартийного" типа, которое должно было провести реформы. Военные руководители давали указания из-за кулис. Для возглавления этого правительства 19 марта они выбрали Нихата Эрима, который был приемлем для Партии справедливости и более консервативного крыла Республиканской народной партии. (В том числе Инёню, который поддержал генералов после того, как они выбрали его близкого соратника, но генеральный секретарь партии Бюлент Эджевит был возмущен и подал в отставку. Демирель, со своей стороны, призвал свою партию сохранять спокойствие. Режим опирался на нестабильный баланс сил между гражданскими политиками и военными; это было не нормальное избранное правительство и не открытая военная диктатура, которая могла полностью игнорировать парламентскую оппозицию.)

As the 1960s wore on, violence and instability plagued Turkey. An economic recession late in that decade sparked a wave of social unrest marked by street demonstrations, labour strikes and political assassinations. Left wing workers' and students' movements were formed, countered on the right by Islamist and militant Turkish nationalist groups. The left carried out bombing attacks, robberies and kidnappings; from the end of 1968, and increasingly during 1969 and 1970, left wing violence was matched and surpassed by far right violence, notably from the Grey Wolves. On the political front, Prime Minister Süleyman Demirel's centre right Justice Party government, re elected in 1969, also experienced trouble. Various factions within his party defected to form splinter groups of their own, gradually reducing his parliamentary majority and bringing the legislative process to a halt. Demirel's government, weakened by defections, seemed paralyzed in the face of the campus and street violence, and unable to pass any serious legislation on social and financial reform. The immediate spur for the coup appears to have been the discovery of another coup plot scheduled for 9 March. It involved retired general and 1960 plotter Cemal Madanoğlu, Devrim editor Doğan Avcıoğlu and a group of left wing junior officers. The high command responded by retiring all officers below four star general connected with the plot. Demirel resigned after a three hour meeting with his cabinet; veteran politician and opposition leader İsmet İnönü sharply denounced any military meddling in politics. The coup did not come as a surprise to most Turks, but the direction it would take was uncertain, as its collective nature made it difficult to discern which faction in the armed forces had seized the initiative. The liberal intelligentsia hoped it was the radical reformist wing led by Air Force commander Muhsin Batur, who favoured implementing reforms envisaged by the 1961 constitution; they were thus encouraged by the memorandum. The commanders who seized power were reluctant to exercise it directly, deterred by the problems that faced the Greek junta. They had little choice but to rule through an Assembly dominated by conservative, anti reformist parties and an "above party" government which was expected to carry out the reforms. The military chiefs would give directives from behind the scenes. To lead this government, on 19 March they chose Nihat Erim, acceptable to the Justice Party and the more conservative faction of the Republican People's Party. (This included İnönü, who embraced the generals once they picked his close associate, but the party's general secretary Bülent Ecevit was infuriated and resigned from his post. For his part, Demirel cautioned his party to remain calm. The regime rested on an unstable balance of power between civilian politicians and the military; it was neither a normal elected government, nor an outright military dictatorship which could entirely ignore parliamentary opposition.

Последствия

В апреле политика отошла на второй план (и планируемая реформа была отложена до 1973 года), когда началась новая волна террора, осуществляемая Турецкой народно-освободительной армией в форме похищений с требованиями выкупа и ограблений банков. Источники разведки подтвердили слухи о том, что диссидентские младшие офицеры и военные курсанты руководили этой организацией. 27 апреля военное положение было объявлено в 11 из 67 провинций, включая крупные городские центры и курдские регионы. Вскоре были запрещены молодежные организации, профсоюзные собрания, левые (но не воинствующие неонацистские) публикации, а забастовки объявлены незаконными. После похищения израильского консула 17 мая сотни студентов, молодых ученых, писателей, профсоюзных деятелей и активистов Рабочей партии – не только левых, но и людей с либеральными прогрессивными взглядами – были задержаны и подвергнуты пыткам. Консул был застрелен через четыре дня после объявления дневного комендантского часа. В течение следующих двух лет репрессии продолжались, а военное положение продлевалось каждые два месяца. Конституционные реформы отменили некоторые из основных либеральных положений Конституции 1961 года и позволили правительству отменять основные права в случае "злоупотреблений". Контр-геррилья действовала в том же здании, допросы проводились их специалистами, в основном обученными Центральным разведывательным управлением, что привело к сотням смертей или серьезных увечий. Среди жертв был журналист Угур Мумчу, арестованный вскоре после переворота, который позже писал, что его мучители сообщили ему, что даже президент не может их тронуть. В апреле 1972 года премьер-министром стал Ферит Мелен, который не оставил заметного следа. К лету 1973 года военный режим выполнил большинство своих политических задач. Конституция была изменена для укрепления государства против гражданского общества; были созданы специальные суды для быстрого и безжалостного рассмотрения всех форм инакомыслия (до их отмены в 1976 году они осудили более 3000 человек); университеты, лишенные автономии, были вынуждены сдерживать радикализм студентов и преподавателей; радио, телевидение, газеты и конституционный суд были ограничены в деятельности; Совет национальной безопасности был усилен; и после роспуска Рабочей партии в июле 1971 года профсоюзы были умиротворены и оказались в идеологическом вакууме. В мае того же года была ликвидирована Партия национального порядка Неджметтина Эрбакана, что правительство представило как доказательство своей беспристрастности в антитеррористической кампании, но ему было разрешено возобновить свою деятельность в октябре 1972 года; Партия национального действия и правые террористы, действовавшие под ее покровительством, остались без внимания. В октябре 1973 года Эджевит, получивший контроль над Республиканской народной партией от Иненю, одержал неожиданную победу. Тем не менее, вновь возникли те же проблемы, которые были отмечены в меморандуме. Фрагментированная партийная система и нестабильные правительства, находящиеся в заложниках у мелких правых партий, способствовали политической поляризации. В 1980 году, стремясь вновь восстановить порядок, военные совершили еще один переворот. В 2013 году был открыт памятник рядом с виллой Зивербей в Кадыкее. Он посвящен памяти жертв, подвергшихся пыткам в здании после переворота.

In April, politics was eclipsed (and the envisaged reform put off until after 1973) when a new wave of terror began, carried out by the Turkish People's Liberation Army, in the form of kidnappings with ransom demands and bank robberies. Intelligence sources confirmed rumours that dissident junior officers and military cadets were directing this force. On 27 April, martial law was declared in 11 of 67 provinces, including major urban areas and Kurdish regions. Soon, youth organisations were banned, union meetings prohibited, leftist (but not militant neo fascist) publications proscribed and strikes declared illegal. After the Israeli consul was abducted on 17 May, hundreds of students, young academics, writers, trade unionists and Workers' Party activists—not just leftists but also people with liberal progressive sympathies—were detained and tortured. The consul was shot four days later after a daytime curfew had been announced. For the next two years, repression continued, with martial law renewed every two months. Constitutional reforms repealed some of the essential liberal fragments of the 1961 Constitution and allowed the government to withdraw fundamental rights in case of "abuse". The Counter Guerrillas were active in the same building, with interrogations directed by their mainly Central Intelligence Agency trained specialists, and resulting in hundreds of deaths or permanent injuries. Among their victims was journalist Uğur Mumcu, arrested shortly after the coup, who later wrote that his torturers informed him even the president could not touch them. Ferit Melen, who made little impression, took over the premiership in April 1972,) By summer 1973, the military backed regime had achieved most of its political tasks. The constitution was amended so as to strengthen the state against civil society; special courts were in place to deal with all forms of dissent quickly and ruthlessly (these tried over 3,000 people before their abolition in 1976); the universities, their autonomy ended, had been made to curb the radicalism of students and faculty; radio, television, newspapers and the constitutional court were curtailed; the National Security Council was made more powerful; and, once the Workers' Party was dissolved in July 1971, the trade unions were pacified and left in an ideological vacuum. That May, Necmettin Erbakan's National Order Party had been shut down, which the government claimed showed its even handedness in the anti terror campaign, but he was not tried and allowed to resume his activities in October 1972; the National Action Party and the right wing terrorists who worked under its aegis were left conspicuously alone. In October 1973, Ecevit, who had won control of the Republican People's Party from İnönü, won an upset victory. Nevertheless, the very same problems highlighted in the memorandum re emerged. A fragmented party system and unstable governments held hostage by small right wing parties contributed to political polarization. In 1980, seeking once again to restore order, the military carried out yet another coup. In 2013, a monument was unveiled near the site of the Ziverbey Villa in Kadıköy. It commemorates the victims who were tortured inside the building following the coup.