Анунд Якоб: Король Швеции и распространение христианства в XI веке.

Введение

Анунд Яков (швед. Anund Jakob; ок. 25 июля 1008/10 – ок. 1050) — король Швеции с 1022 года до примерно 1050 года. Считается, что он родился 25 июля, либо в 1008, либо в 1010 году, как Якоб, сын короля Олафа Скотконунга и королевы Эстрид. Будучи вторым христианским королем шведского государства, его долгое и отчасти неспокойное правление характеризовалось распространением христианства, а также неоднократными попытками повлиять на баланс сил в Скандинавии. На протяжении всего правления он стремился подорвать растущую датскую гегемонию в Скандинавии, поддерживая норвежскую монархию. Он также поддерживал правление своего зятя Ярослава Мудрого в Киевской Руси. Он упоминается в положительном ключе в немецких и скандинавских исторических источниках. Его правление было одним из самых продолжительных в Швеции в эпоху викингов и Средневековья.

Присоединение

Основными источниками информации о правлении Анунда Якоба являются почти современная церковная хроника Адама Бременского и несколько скандинавских историй XII и XIII веков, в частности «Круг земной» Снорри Стурлусона. И Адам, и Снорри сообщают, что отец Анунда Якоба, Олоф Скотконунг (ок. 995–1022), столкнулся с недовольством своих подданных к концу своего правления. По словам Адама, еще языческое население Свеаланда настоятельно просило ревностного христианина Олофа уйти в Вестергётланд. Снорри же утверждает, что властное правление короля Олофа спровоцировало восстание шведов против него, в результате чего его юный сын Якоб был провозглашен королем. Когда шведский тинг должен был избрать его правителем Швеции, народ возражал против его нескандинавского имени и дал ему имя Анунд. Олоф и Анунд Якоб в итоге достигли соглашения: Олоф должен был сохранить свой королевский титул до конца жизни, а Анунд Якоб становился соправителем, управляя частью государства и обязуясь поддерживать крестьянство, если Олоф создаст новые проблемы. Согласно хронологии Снорри, это произошло около 1019 года. Три года спустя Олоф умер, оставив Анунда Якоба единственным правителем.

Политическая повестка дня

Коренная шведская историография сохранила очень скудные сведения о правителях до 1250 года, но указывает на Анунда Якоба как на жестокого правителя. В перечне королей, приложенном к закону Вестготов (около 1240 года), говорится, что он носил прозвище Колбренна («жгучий уголь»), поскольку имел обычай сжигать дома своих противников. Это может относиться к практике, известной в средневековой Швеции, законного сожжения домов людей, выступавших против властей. Адам Бременский дает иное мнение о его характере: «Он был, конечно, молод, но превзошел всех своих предшественников мудростью и благочестием. Ни один король не пользовался такой любовью шведского народа, как Анунд». Норвежские саги подчеркивают его дружелюбное и отзывчивое отношение к своим норвежским королевским родственникам. Анунд Якоб продолжил чеканку монет в Сигтуне в Центральной Швеции, однако выпуск монет был прерван позднее в период его правления и возобновлен лишь королем Кнутом I в конце XII века. Снорри упоминает Центральную Швецию, Вестергётланд и Смоланд среди областей, которыми правил Анунд Якоб, но его представления о Швеции могли быть сформированы условиями Высокого Средневековья. В поэме 1040-х годов, описывающей битву норвежцев против датчан и шведских вспомогательных войск, говорится, что по крайней мере некоторые гёты сражались под началом Анунда Якоба: «Щит и кольчуга гётов / я принес домой с битвы». По словам Адама Бременского, христианство получило довольно широкое распространение во время правления Анунда Якоба, миссионерскую деятельность возглавлял епископ Тургот Скарский в Вестергётланде до 1030 года, когда его номинально сменил Готтскальк. Оба были назначены архиепископом Гамбург-Бремена. Однако Готтскальк был пассивным церковным вельможей, предпочитавшим оставаться в Германии. Английский миссионер Сигрид в некоторой степени заполнил образовавшийся вакуум. Из Норвегии он посетил Швецию, Гёталанд «и все острова за пределами северной земли». Политическая программа короля Анунда Якоба включала поддержание баланса сил в Скандинавии, поэтому он поддерживал норвежских королей Олафа II (Олава Святого) и Магнуса I против датского и английского короля Кнута Великого в 1020-х и 1030-х годах. Согласно Снорри, Кнут попытался нейтрализовать Анунда Якоба, когда около 1025 года возник спор с Олафом, отправив ему богатые дары и предложения дружбы. Однако посланники отметили сильную привязанность Анунда Якоба к Олафу, который был женат на его сестре Астрид. Фактически Анунд Якоб прибыл в Кунгахеллу с большим свитой, где встретился с Олафом для дружеской беседы. Вскоре после этого, когда Кнут уехал управлять своим английским королевством, Олаф напал и разграбил Зеландию, а Анунд Якоб спустился с флотом из Свеаланда, чтобы напасть на Сконе. Союзники объединили свои силы и ждали Кнута, который вернулся из Англии с превосходящим флотом в 1026 году. Хотя поздние норвежские источники весьма ненадежны, некоторые детали войны упоминаются в современных скальдических стихах и подтверждают участие Анунда Якоба.

Indigenous Swedish historiography has preserved very meager recollections of the pre 1250 rulers, but points out Anund Jacob as a heavy handed master. The enumeration of kings appended to the Westrogothic law (c. 1240) says that he had the epithet of Kolbränna ("Coal burner") as he had the habit of burning down the houses of his opponents. This may refer to the practice known from medieval Sweden of legally burning the houses of people who opposed the authorities. A different opinion of his character is given by Adam of Bremen: "Certainly he was young of years, but he surpassed all his predecessors in wisdom and piety. No king was as beloved by the Swedish people as Anund". The Norse sagas emphasize his amicable and helpful attitude to his royal Norwegian kinsmen. Anund Jacob continued the minting of coins in Sigtuna in Central Sweden; however, the issuing of coins was broken off later during his reign, and was only resumed by King Canute I in the late 12th century. Snorri mentions Central Sweden, Västergötland and Småland among the regions ruled by Anund Jacob, but his ideas of Sweden might be influenced by conditions in the High Middle Ages. A poem from the 1040s, describing a Norwegian battle against Danes and Swedish auxiliaries, suggests that at least some Geats stood under Anund Jacob: "Geatic shield and hauberk / did I bring home from the battle". According to Adam of Bremen, Christianity reached rather widely in the reign of Anund Jacob, with missionary work led by Bishop Thurgot of Skara in Västergötland until 1030 when he was nominally succeeded by Gottskalk. Both were appointed by the Archbishopric of Hamburg Bremen. Gottskalk, however, was a passive church magnate who preferred to stay home in Germany. An English missionary, Sigfrid, filled the void to an extent. From a Norwegian base, he visited Sweden, Götaland "and all the islands beyond the northern land". King Anund Jacob's political agenda included maintaining the balance of power in Scandinavia, which is why he supported the Norwegian kings Olaf II (Olav the Saint) and Magnus I against Denmark's and England's king Cnut the Great during the 1020s and 1030s. According to Snorri, Cnut tried to neutralize Anund Jacob, when a dispute flared up with Olaf around 1025, by sending him rich presents and offers of friendship. However, the envoys noted Anund Jacob's strong affinity to Olaf, who was married to his sister Astrid. In fact Anund Jacob traveled with a large entourage to Kungahälla where he met Olaf for a friendly parley. Some time later, when Cnut was away tending his English kingdom, Olaf attacked and ravaged Sjaelland, while Anund Jacob came down with a fleet from Svealand to attack Scania. The allies combined their forces and awaited Cnut, who returned from England with a superior fleet in 1026. While the late Norse accounts are highly unreliable, some details of the war are mentioned in contemporary scaldic verses and confirm Anund Jacob's intervention.

Битва при Хельгео

Согласно рассказу Снорри о битве при Хельгео, шведский и норвежский флоты прибыли в устье реки Хельгео на восточном побережье Скании. Там они подготовили засаду, возведя плотину из деревянных веток и дерна вблизи устья. Когда флот Кнута приблизился, плотина была разрушена, и стремительный поток воды и плавающие бревна внесли смятение в датский флот. Однако вскоре многие датские корабли были готовы дать отпор шведам и норвежцам. Перед лицом превосходящего противника Анунд Якоб и Олаф отступили. Позднее Олаф тайно вернулся в Норвегию со своей свитой через Смоланд и Вестергётланд. Фактические обстоятельства битвы при Хельгео остаются предметом споров среди историков из-за противоречивых источников. В почти современной англосаксонской хронике под 1025 годом (ошибка, должно быть 1026 год) сообщается: «В этом году король Кнут отправился в Данию с флотом к острову у священной реки [Хельгео]; там против него выступили Ульф и Эйлаф с очень сильным войском как по суше, так и по морю, со стороны Швеции. Со стороны короля Кнута было много потерь, как датчан, так и англичан; и шведы овладели полем боя». Личность Ульфа и Эйлафа (вероятно, подчиненных Анунда Якоба) неизвестна — возможно, они тождественны двум братьям с таким же именем, сыновьям шведского или гётского ярла Рагнвальда Ульфссона. Также возможно, что это были англо-датский ярл Ульф и его брат Эйлаф, поскольку некоторые поздние источники утверждают, что Ульф сражался на стороне шведов и норвежцев в этой войне. Скальдическая песня Сигвата Тордарсона, написанная примерно в то же время, частично согласуется с рассказом Снорри, утверждая, что Кнут отразил или остановил шведское нападение (Svíum hnekkðir Þu) и защитил свои владения от двух королей. Однако это похвала Кнуту и, следовательно, не является беспристрастным источником. Поэтому неясно, одержали ли Анунд Якоб и Олаф победу над Кнутом или потерпели поражение. Даже высказывалось предположение, что битва на самом деле произошла в юго-восточной части Уппланда, где в Средние века реку, по-видимому, называли Хельга. Согласно этой гипотезе, местность лучше соответствует топографическим деталям описания Снорри, чем восточная Скания. Таким образом, результаты войны неясны ни в одном из источников. Однако очевидно, что шведско-норвежское нападение провалилось, поскольку Кнут оставался хозяином своих земель и смог совершить паломничество в Рим в 1027 году. По пути обратно в Данию он продиктовал письмо, в котором заявил о своем намерении заключить мир с народами и государствами, которые пытались лишить его королевства и жизни, но потерпели неудачу, поскольку Бог лишил их силы. В следующем году Олаф II был изгнан из Норвегии, и Кнут был провозглашен его преемником и верховным правителем. В эти годы Кнут также заявлял о своих правах на часть Швеции. Примерно в то же время в Свеаланде чеканились монеты с именем Кнута. Все это позволяет предположить, что народы вокруг озера Меларен могли на некоторое время свергнуть Анунда Якоба и провозгласить Кнута своим правителем. Возможность кратковременного датского сюзеренитета в Центральной Швеции вызвала значительные дебаты: с одной стороны, монеты Кнута могли быть просто механически скопированы с англо-датских монет, но с другой стороны, ряд нумизматов утверждают, что монеты слишком оригинальны, чтобы считаться копиями. Любопытно, что в Сигтуне также были найдены монеты, на которых утверждается, что шведский король Олаф Скотконунг был королем Англии. В любом случае, король Анунд Якоб вновь обрел власть примерно в 1030 году.

According to Snorri's account of the Battle of Helgeå, the Swedish and Norwegian fleets arrived at the estuary of Helge å on the east coast of Scania. There they prepared a trap by building a levee of wooden branches and turf close to the estuary. When Cnut's fleet approached, the levee was torn down and the rushing water and floating logs created disorder in the Danish fleet. However, many Danish ships were soon ready to confront the Swedes and Norwegians. In the face of the superior enemy, Anund Jacob and Olaf withdrew. Olaf later sneaked back to Norway with his entourage via Småland and Västergötland. The actual circumstances of the Battle of Helgeå are debated among historians due to conflicting sources. The near contemporary Anglo Saxon Chronicle asserts, under the year 1025 (error for 1026): "This year King Cnut went to Denmark with a fleet to the holm by the holy river [Helge å]; where against him there came Ulf and Eilaf, with a very large force both by land and sea, from Sweden. There were very many men lost on the side of King Cnut, both of Danish and English; and the Swedes had possession of the field of battle." The identity of Ulf and Eilaf (probably subordinate officers to Anund Jacob) is not known possibly they are identical with two brothers by that name who were sons of the Swedish or Geatish magnate Ragnvald Ulfsson. They could also be the Anglo Danish Ulf Jarl and his brother Eilaf, since some late accounts allege that Ulf fought on the Swedish Norwegian side in the war. A contemporary scaldic verse by Sigvat Thordarson partly conforms with Snorri by stating that Cnut beat back or stopped the Swedish attack (Svíum hnekkðir Þu) and defended his realm against two kings. However, this is a poem in praise of Cnut and thus not an impartial source. It is therefore not entirely clear if Anund Jacob and Olaf were victorious over or defeated by Cnut. It has even been suggested that the battle in fact was fought in southeastern Uppland, where a river appears to have been called Helgå in the Middle Ages. According to that hypothesis, the site fits the topographical details of Snorri's account much better than eastern Scaniae. Thus, the results of the war are not clear in either of the sources. It is obvious, however, that the Swedish Norwegian attack failed, since Cnut remained master of his realm and was able to make a pilgrimage to Rome in 1027. On his way back to Denmark he dictated a letter, saying that he intended to make peace with the peoples and nations which had tried to deprive him of his kingdom and life but had failed since God deprived them of their power. In the following year Olaf II was driven from Norway and Cnut was hailed as overlord in his stead. Cnut also claimed to be king over part of the Swedes in these years. Coins in the name of Cnut were minted in Svealand at about the same time. All this suggests that the peoples around Lake Mälaren may have ousted Anund Jacob for a while, and hailed Cnut. The possibility of a brief Danish suzerainty in Central Sweden has engendered considerable debate; on one hand Cnut's coins might simply be copied from the Anglo Danish coinage in a mechanical way, but on the other hand a number of numismatists have argued that the coins are too original in making to be considered copies. Curiously, coins stating that the Swedish king Olof Skötkonung was King of England have also been found in Sigtuna. At any rate King Anund Jacob was in power again around 1030.

Поддержка Магнуса Добра

После изгнания Кнутом, Олаф II Норвежский отправился через Швецию в Киевскую Русь со своим сыном Магнусом. В 1030 году он предпринял попытку вернуть себе трон. Анунд Якоб предоставил ему отряд из 400 опытных воинов и разрешил набрать как можно больше людей в своих владениях. По-видимому, план Олафа заключался в том, чтобы обойти датский флот, обычно стоявший у Эресунда, и попытаться захватить тогдашнюю норвежскую столицу Нидарос, войдя через Ямтланд. Снорри Стурлусон сообщает, что Анунд Якоб предоставил Олафу проводников, которые провели его через труднопроходимую местность Даларны к тогдашней норвежской провинции Херьедален. Однако Олаф был убит в битве с норвежским крестьянским войском при Стиклстаде в 1030 году. Пять лет спустя его сын Магнус прибыл в Сигтуну в Швеции из Руси и встретился со своей мачехой Астрид Олофсдоттер, сестрой Анунда Якоба. Согласно рассказу Снорри, подтвержденному рядом современных скальдических стихов, Астрид поддерживала дело Магнуса на тинге в Ханграре. Под предводительством Магнуса собралась значительная сила шведских воинов, который вторгся в Норвегию через Хельсингланд в 1035 году. Предприятие увенчалось большим успехом, и претендент был провозглашен королем (Магнус I, Магнус Добрый). Кнут Великий умер в том же году, а его сыновьям не хватило его способностей. Когда последний из них, Хартакнут, умер в 1042 году, Магнус унаследовал Данию. Политика Анунда Якоба, направленная на поддержание скандинавского баланса сил, прослеживается в последующей смене приоритетов. Анунд Якоб держал племянника Кнута, Свена Эстридсена, под своей защитой и поддерживал его притязания на датский престол. Как сообщают Снорри и Адам Бременский, Свен неоднократно пытался утвердить свою власть в Дании, но каждый раз терпел поражение от короля Магнуса. После каждого поражения он находил убежище у Анунда Якоба в Швеции. Магнус умер в 1047 году и завещал Норвегию своему дяде Харальду Хардраде, а право Свена на датский престол было признано. Тем не менее, между Свеном и Харальдом вспыхнула новая война, в которой Анунд Якоб, по-видимому, продолжал поддерживать Свена. Борьба продолжалась, когда Анунд Якоб умер.

When expelled by Cnut, Olaf II of Norway went via Sweden to Kievan Rus with his son Magnus. In 1030 he made an attempt to regain his throne. Anund Jacob provided him with a force of 400 skilled men, and allowed him to recruit as many men as possible from his realm. Olaf's plan seems to have been to bypass the Danish fleet typically stationed close to Öresund and try to seize the then Norwegian capital of Nidaros directly by entering through Jämtland. Snorri Sturluson reports that Anund Jacob provided Olaf with pathfinders that guided him through the treacherous terrain of Dalarna to reach the then Norwegian province of Härjedalen. However, Olaf was killed fighting a Norwegian peasant army at the Battle of Stiklestad in 1030. Five years later his son Magnus came over to Sigtuna in Sweden from Rus and met with his stepmother Astrid Olofsdotter, Anund Jacob's sister. According to Snorri's account, supported by a number of contemporary scaldic verses, Astrid advocated Magnus's cause at a thing in Hangrar. A sizable force of Swedish warriors gathered under Magnus, who invaded Norway via Hälsingland in 1035. The enterprise was a great success and the pretender was hailed as king (Magnus I, Magnus the Good). Cnut the Great died in the same year and his sons lacked his capacity. When the last of them, Harthacnut, died in 1042, Magnus inherited Denmark as well. Anund Jacob's policy of maintaining a Nordic power balance can be seen in the agenda shift that followed. Anund Jacob kept Cnut's nephew Sweyn Estridsen as a protégé and supported his pretensions to the Danish throne. As related by both Snorri and Adam of Bremen, Sweyn made repeated attempts to establish his authority in Denmark, only to be defeated by King Magnus on each occasion. After every defeat, he found refuge with Anund Jacob in Sweden. Magnus died in 1047 and bequeathed Norway to his uncle Harald Hardrada, while Sweyn's right to the Danish throne was acknowledged. In spite of that, a new war flared up between Sweyn and Harald, where Anund Jacob seems to have continued supporting Sweyn. The struggle was still on when Anund Jacob died.

Восточная политика

В русской "Хронике Нестора" рассказывается, что "варяжский князь" Якун, одетый в золотой плащ, в 1024 году возглавил шведский отряд на восток, за Балтийское море. Он оказал военную поддержку Ярославу I Мудрому (свояку Анунда Якоба) в битве против Мстислава Черниговского. Битва произошла во время грозы и завершилась поражением союзников, после чего Якун вернулся обратно через море. По мнению Гудмунда Йорана Адлербета из Шведской академии (1802), Якун был тождественен королю Анунду Якобу и был слеп. В качестве альтернативы, имя Якун могло принадлежать некоему Хокану, неизвестному из источников того времени. Анунд Якоб собирал дань с балтийских народов, известных как семигалы или, согласно саге об Ингваре, балтийские сеймалиры. Племя долгое время отказывалось платить налоги Олофу Скотконунгу, поэтому тот отправил Анунда Якоба, своего сына, и Ингвара для восстановления системы налогообложения. С тремя кораблями они прибыли, чтобы убедить семигальских вождей возобновить выплату дани шведам, поскольку именно они в Балтийском регионе отказывались это делать. Большинство семигальских вождей и их король согласились платить дань Швеции. Благодаря убедительной речи Ингвара, семигалы и шведы достигли соглашения. Однако три племенных вождя семигалов отказались платить дань и подняли своих воинов, чтобы изгнать шведов. Последовала война, в которой шведы одержали победу в кровопролитных сражениях. Семигальский король предоставил Анунду Якобу и Ингвару войска для подавления мятежа, а наиболее активный предводитель семигалов был схвачен и повешен. Двое других вождей сумели бежать. Викинги, или шведы, захватили много золота, серебра и ценностей у семигальских повстанцев после войны. Ингвар стал самым влиятельным вождем в Швеции после короля. Олоф Скотконунг получил дань от семигалов после окончания войны. Крупная шведская викинговская экспедиция на восток под предводительством Ингвара состоялась около 1040 года и упоминается на большом количестве рунических камней из Центральной Швеции. Судя по надписям, она завершилась в Серкланде (мусульманских землях к юго-востоку от России), очевидно, в катастрофических обстоятельствах. Поздняя исландская сага содержит множество фантастических деталей об этой экспедиции.

The Russian Nestor Chronicle relates that the "Varyag prince" Yakun, dressed in a golden cloak, led an eastbound Swedish expedition to the other side of the Baltic Sea in 1024. He provided military reinforcements to Yaroslav I the Wise (Anund Jacob's brother in law) in a battle against Mstislav of Chernigov. The battle was fought during a thunderstorm and ended in a defeat for the allies, and Yakun went back across the sea. According to Gudmund Jöran Adlerbeth of the Swedish Academy (1802), Yakun was identical with King Anund Jacob and was blind. Alternatively, the name Yakun could correspond to someone named Håkan, unknown in the history of the era. Anund Jacob took tribute from the Baltic people called Semigallians or in the Yngvars saga the Baltic Seimgalir. The tribe had refused to pay taxes to Olof Skötkonung for some time so Olof sent Anund Jacob his son and Ingvar to reestablish the tax system. With three ships, they arrived to convince the Semigallian leaders to continue to pay taxes to the Swedes, as they were the tribes in the Baltic area that refused to pay such taxes. Most Semigallian chieftains and their king now accepted paying tributes to Sweden. Due to Ingvar's convincing persuasion, the Semigallians and Swedes reached an agreement. Three tribal Semigallian chieftains, however, refused to pay the tributes and armed their troops to banish the Swedes. A war followed which the Swedes won after lethal battles. The Semigallian king provided Anumnd Jacob and Ingvar with soldiers to defeat the rebels, and the most rebellious Semigallian leader was captured and hanged. The two other chieftains escaped. The Vikings or Swedes took plenty of gold, silver and precious things from the Semigallian rebels after the war. Ingvar became the most powerful chief in Sweden after the king. Olof Skötkonung received the tribute from the Semigallians after the war. A major Swedish Viking expedition to the east led by Ingvar occurred around 1040 and is mentioned on a large number of rune stones from Central Sweden. Judging from the inscriptions the enterprise ended up in Serkland (the Muslim lands to the southeast of Russia), apparently under disastrous circumstances. A late Icelandic saga contains all sorts of fantastic details about the expedition.