Введение

Английский дипломат (1746–1820)

Ранняя дипломатическая карьера: Испания (1768 1771)

Харрис прибыл в Испанию в декабре 1768 года и стал секретарем британского посольства в Мадриде. После отъезда сэра Джеймса Грея в августе 1769 года он был оставлен в качестве поверенного в делах при этом дворе до прибытия Джорджа Питта, впоследствии лорда Риверса. Этот период дал ему возможность: он раскрыл планы Испании по нападению на Фолклендские острова и сорвал их, проявив решительность. В качестве награды он был назначен исполняющим обязанности министра в Мадриде.

Чрезвычайный посланник в Берлине (1772 1776)

В январе 1772 года Харрис был назначен чрезвычайным посланником в Пруссию в Берлине, прибыв 21 февраля. В течение месяца после прибытия он стал первым дипломатом, узнавшим о разделе Польши Фридрихом Великим при сотрудничестве с Россией. В конце мая 1787 года Харрис тайно вернулся в Лондон, где ему удалось убедить кабинет министров поддержать политику подрыва в Голландской республике, финансируемую из тайного фонда в размере 70 000 фунтов стерлингов, отмытых через королевскую казну. Агенты Харриса использовали эти средства для подкупа полков голландской армии, состоявших на службе у патриотов Голландии, которые отстранили штатгальтера от должности генерал-капитана этой армии, с целью их перехода на сторону противника. Контрмеры голландских штатов спровоцировали политический кризис, побудивший их обратиться за французским посредничеством. Арест принцессы Вильгельмины, супруги штатгальтера, 28 июня 1782 года, предоставил Пруссии и Великобритании возможность вмешаться в дипломатическое посредничество и в конечном итоге послужил предлогом для военного вмешательства. В знак признания заслуг 19 сентября 1788 года он был возведен в баронское достоинство под именем барона Малмсбери из Малмсбери в графстве Уилтшир, а король Пруссии разрешил ему поместить прусского орла на свой герб, а принц Оранский – использовать его девиз "Je maintiendrai". В 1786 году он сообщил Питту, что Франция является «амбициозной и неугомонной соперничающей державой, чьей честности нельзя доверять, чью дружбу нельзя считать искренней и чьей враждебности следует опасаться больше всего». Он также писал Роберту Мюррею Киту: «Судя по всему, что я слышу и наблюдаю, нет никаких сомнений в том, что Франция активно работает над созданием Лиги, целью которой является уничтожение Англии». Историк Пол Лэнгфорд утверждал, что Харрис «блестяще проявил себя как центр оранжистских и антифранцузских настроений и как агент англо-прусского сотрудничества».

Дикая природа (1788 1793)

Он вернулся в Англию и стал с тревогой следить за политикой, что привело к его выходу из партии вигов вместе с герцогом Портлендом в 1793 году.

Французская революционная война (1793 1797)

В том же году он был послан Питтом, но безуспешно, чтобы попытаться удержать Пруссию в составе первой коалиции против Франции. В 1794 году он был отправлен в Брауншвейг сватать несчастную принцессу Каролину Брауншвейгскую для принца Уэльского, чтобы заключить брак от его имени и сопровождать её в Англию к мужу. На этот раз его дипломатические способности, по-видимому, его подвели: столкнувшись с эксцентричным поведением и внешностью Каролины, он не предупредил принца заранее, который был настолько шокирован видом своей будущей жены, что попросил Малмсбери принести ему бренди.

Миротворческие миссии Франции

В 1796 и 1797 годах он находился в Париже, безуспешно ведя переговоры с Французской Директорией, а затем летом 1797 года в Лилле для столь же безрезультатных переговоров с Джоном Ски Эустасом и полномочными представителями Директории – Хью Бернаром Маре, Жоржем Рене Ле Пеле де Плевилем и Этьеном Луи Франсуа Оноре Летурнером. Из-за плохих дорог во Франции Мальмсбери достиг Парижа 22 октября 1796 года, спустя неделю после отъезда из Лондона. Это побудило главного противника мира с Францией, Эдмунда Бёрка, остроумно заметить, что его путешествие было медленным, потому что "он проделал весь путь на коленях".

Позднее (1798 1820)

После 1797 года он частично потерял слух и окончательно оставил дипломатическую службу; однако за свои долгие и выдающиеся заслуги 29 декабря 1800 года он был удостоен титула графа Малмсбери и виконта Фитцхариса из Хёрн-корта в графстве Саутгемптон. Он стал своего рода политическим Нестором, к которому последовательные министры иностранных дел обращались за консультациями по вопросам внешней политики, которому доверяли люди самых разных политических взглядов в кризисные моменты, и, прежде всего, доверенным лицом, а вскоре после смерти Питта – почти политическим руководителем Каннинга. К нему за советом обращались и молодые политики, особенно лорд Палмерстон, который был его подопечным, глубоко привязан к нему и во многом своими идеями во внешней политике был обязан его наставлениям. Последние годы жизни он прожил вдали от политики, и до самой смерти 21 ноября 1820 года жил тихо и в забвении. Его памятник в Солсберийском соборе был создан скульптором Фрэнсисом Чантри.

Наследие

Как государственный деятель, Мальмсбери обладал влиянием на современников, которое едва ли можно постичь, читая его труды, но которое, несомненно, было во многом обусловлено личным обаянием и убедительностью речи; как дипломат, он, по-видимому, заслужил свою репутацию и разделяет с Маккартни, Оклендом и Уитвортом заслугу в том, что дипломатия перестала быть профессией, где награды доставались лишь представителям знати, и стала карьерой, открывающей путь к успеху для талантливых людей. Один историк назвал его «величайшим английским дипломатом XVIII века». Пол Лэнгфорд утверждал, что Мальмсбери «был, по любым меркам, блестящим и опытным дипломатом. Он не склонен был недооценивать себя, и другие тоже; Талейран считал его самым выдающимся британским дипломатом своего времени, и его успех в Гааге вполне соответствовал этому мнению». Мальмсбери отмечал, что «истина о том, что Франция – наш извечный враг, привита англичанам с молоком матери». В другой раз он сказал, что «история нынешнего столетия неоднократно доказывала, что англичане сражались и побеждали не столько ради собственных интересов, сколько ради своих союзников и для сохранения равновесия сил, от которого зависит судьба всей Европы». Сам Мальмсбери ничего не публиковал, за исключением описания голландской революции и издания сочинений своего отца, но его важные «Дневники» (1844) и «Письма» (1870) были опубликованы в редакции его внука. Он был членом парламента (MP) от Крайстчерча с 1770 по 1774 год и с 1780 по 1788 год.