Джеймс Гэндон: Английский архитектор в Ирландии

Введение

Британский архитектор

Джеймс Гандон (20 февраля 1743 – 24 декабря 1823) – английский архитектор, наиболее известный своими работами в Ирландии в конце XVIII и начале XIX веков. Среди его наиболее известных построек – Таможенный дом и прилегающая площадь Бересфорд-Плейс, Здание Четырех судов и Королевские юридические коллегии в Дублине, а также усадьба Эмо-корт в графстве Лауйс.

Ранние годы

Гандон родился 20 февраля 1742 года на Нью-Бонд-стрит в Лондоне, в доме своего деда Питера Гандона, французского гугенотского беженца. Он был единственным сыном Питера Гандона (род. 1713), оружейника, и Джейн Бурчалл (возможно, урождённой Уинн). С 1749 года он обучался в Академии рисунка Шипли, где изучал классические науки, математику, искусство и архитектуру. По окончании академии рисунка он был принят в качестве ученика в архитектурное бюро сэра Уильяма Чемберса. Чемберс был сторонником неоклассической эволюции палладианской архитектуры, хотя впоследствии создавал проекты и в стиле неоготики. Однако именно палладианские и неоклассические идеи Чемберса оказали наибольшее влияние на молодого Гандона. В 1765 году Гандон покинул Уильяма Чемберса, чтобы начать самостоятельную практику. Его первым заказом стало поместье сэра Сэмюэля Хельера в Вудхаусе, близ Вомбурна. Новая практика Гандона, несмотря на успех, оставалась небольшой. Около 1769 года он принял участие в архитектурном конкурсе на проектирование новой Королевской биржи в Дублине. В итоге план Томаса Кули был признан лучшим. Однако проект Гандона занял второе место и привлек к нему внимание политиков, курировавших масштабную реконструкцию Дублина, одного из крупнейших городов Европы того времени. В последующие годы в Англии Гандон отвечал за проектирование здания графского суда в Ноттингеме. В период с 1769 по 1771 год он сотрудничал с Джоном Вулфом над двумя дополнительными томами "Витрувия Британника" – книги, содержащей планы и чертежи зданий в стиле палладианского возрождения, созданных такими архитекторами, как Иниго Джонс и Колен Кэмпбелл. В 1768 году он был удостоен золотой медали за архитектуру Королевской академии в Лондоне. В 1771 году ему выплатили пять гиней «за создание проекта театра в Уиннстей». Ему также заплатили девять гиней за проведение «36 уроков архитектуры» для сэра Уоткина Уильямса Уинна. Театр был устроен на месте огромной кухни, построенной для пышных торжеств по случаю совершеннолетия сэра Уоткина в том же году, и использовался с 1771 года до его смерти. В Британской библиотеке хранится рисунок театра, который использовался в качестве билета на представление, принадлежавшего королю Георгу III.

Gandon was born on 20 February 1742 in New Bond Street, London, at the house of his grandfather Peter Gandon, a French Huguenot refugee. He was the only son of Peter Gandon (b. 1713), a gunmaker, and Jane Burchall (possibly née Wynne). From 1749 he was educated at Shipley's Drawing Academy where he studied the classics, mathematics, arts and architecture. On leaving the drawing academy he was articled to study architecture in the office of Sir William Chambers. Chambers was an advocate of the neoclassical evolution of Palladian architecture, although he later made designs in the Gothic Revival style. However, it was Chambers's palladian and neoclassical concepts which most influenced the young Gandon. In 1765, Gandon left William Chambers to begin practice on his own. His first commission was on Sir Samuel Hellier's estate at the Wodehouse, near Wombourne. Gandon's new practice, whilst successful, always remained small. In about 1769 he entered an architectural competition to design the new Royal Exchange in Dublin. The plan eventually chosen was by Thomas Cooley. However, Gandon's design came second and brought him to the attention of the politicians who were overseeing the large scale redevelopment of Dublin, one of the largest cities in Europe at the time. During the following years in England, Gandon was responsible for the design of the County Hall in Nottingham. Between 1769 and 1771, he collaborated with John Woolfe on two additional volumes of Vitruvius Britannicus, a book of plans and drawings of Palladian revival buildings by such architects as Inigo Jones and Colen Campbell. During his English career he was awarded the gold medal for architecture by the Royal Academy, London in 1768. In 1771 he was paid five guineas ″To making of a design of a Theater at Wynnstay″ He was also paid nine guineas for giving ″36 Lessons in Architecture″ to Sir Watkin Williams Wynn. The Theatre was converted from a huge kitchen which had been built for the stupendous Coming of Age Celebrations of Sir Watkin in that year and was used from 1771 until Sir Watkin died. The British Library has a drawing of the Theatre which was used for an admission ticket for a performance which belonged to King George III.

Проектирование таможенного дома

В 1780 году Гандон отклонил приглашение от члена семьи Романовых работать в Санкт-Петербурге, но в 1781 году, в возрасте 38 лет, он принял приглашение в Ирландию от лорда Карлоу и Джона Бересфорда (уполномоченного комиссара по доходам Ирландии) для надзора за строительством нового таможенного дома в Дублине. Томас Кули, первоначальный архитектор этого проекта, умер, и Гандон был выбран для полного руководства работами. Новая таможня не пользовалась популярностью у Дублинской корпорации и некоторых городских купцов, которые жаловались, что она сместила ось города, оставила бы мало места для судоходства и строилась на месте, которое в то время было болотом. Поговаривали, что ирландцы были настолько против таможни и связанных с ней налогов, что Бересфорду пришлось тайно ввезти Гандона в страну и скрывать его в своем доме первые три месяца. Проект был в конечном итоге завершен стоимостью в 200 000 фунтов стерлингов – огромная сумма по тем временам. Этот престижный заказ стал поворотным моментом в карьере Гандона, а Дублин стал его домом, а архитектура – его "raison d'être" на всю оставшуюся жизнь. Он снял дом на улице Мекленбург (ныне Железнодорожная улица), чтобы быть поближе к резиденции Джона Бересфорда, главного инициатора развития города. Город, который при жизни Гандона должен был вырасти до пятого по величине в Европе, переживал значительное расширение, в основном в соответствии с палладианским и неоклассическим стилями, уже популяризированными в городе Эдвардом Ловеттом Пирсом и Ричардом Кассельсом. Новообразованная комиссия по широким улицам привлекла Гандона к проектированию нового аристократического квартала в районе площади Маунтджой и улицы Гардинер. Новые классические террасы больших резиденций стали городскими домами членов недавно построенного и внушительного ирландского парламента, расположенного в Колледжном Грин к югу от реки. Гандон также спроектировал мост Карлайл (ныне мост О’Коннелла) через реку Лиффи, соединяющий северную и южную части города.

In 1780 Gandon declined an invitation from a member of the Romanov family to work in St. Petersburg but in 1781, at the age of 38, he accepted an invitation to Ireland from Lord Carlow and John Beresford (the Revenue Commissioner for Ireland) to supervise the construction of the new Custom House in Dublin. Thomas Cooley, the original architect on that project, had died and Gandon was chosen to assume complete control. The new Custom House was unpopular with Dublin Corporation and some city merchants who complained that it moved the axis of the city, would leave little room for shipping, and it was being built on what at the time was a swamp. It is said that the Irish people were so opposed to the Custom House and its associated taxes that Beresford had to smuggle Gandon into the country and keep him hidden in his own home for the first three months. The project was eventually completed at a cost of £200,000, an enormous sum at the time. This conspicuous commission proved to be the turning point in Gandon's career and Dublin was to become Gandon's home and its architecture his "raison d'etre" for the remainder of his life. He took a house in Mecklenburgh Street (now Railway Street), that he might be near the residence of John Beresford, the main proponent for the development of the city. The city, which in Gandon's lifetime was to grow to become the fifth largest city in Europe, was undergoing vast expansion, mostly following the Palladian and neoclassical designs already popularised in the city by Edward Lovett Pearce and Richard Cassels. The newly formed Wide Streets Commission employed Gandon to design a new aristocratic enclave in the vicinity of Mountjoy Square and Gardiner Street. The new classical terraces of large residences became the Town houses of members of the newly built and imposing Irish Houses of Parliament situated in College Green south of the river. Gandon also designed Carlisle Bridge (now O'Connell Bridge) over the River Liffey to join the north and south areas of the city.

Критика и отклонение

Успех проектов и заказов Гандона, однако, не отразился на его личной популярности: он вызвал острую критику со стороны врагов. Настолько ненавистным было налогообложение, символизируемое Таможенной палатой, что клеймо ее создателя запятнало оценку его работ на протяжении всей жизни. Даже утверждали, что Гандон проектировал здания, чтобы поднять свою самооценку. В 1780-х годах, во время строительства Четырех судов, одна газетная брошюра ежедневно публиковала письма корреспондента, подвергавшего резкой критике и оскорблениям Гандона и его проекты. Это лишь усилило ненависть к нему. На самом деле, Гандон лишь заново открыл то, во что верили архитекторы от Витрувия до Томаса Джефферсона, а именно, что палладианский стиль идеально подходил для проектирования общественных зданий, требующих большого гражданского престижа. В 1798 году в Ирландии вспыхнула революция, и непопулярный Гандон поспешно бежал в Лондон. Вернувшись в Дублин, он обнаружил сильно изменившийся город. Ирландские палаты парламента, вдохновившие период расцвета, были закрыты. Акт об Унии 1801 года подчинил Ирландию прямому правлению из Лондона. Один за другим представители англо-ирландской аристократии покидали свои великолепные новые городские дома. В результате Дублин утратил статус одного из великих городов Европы. 26 июля 1770 года Гандон женился на Элеоноре Смуллен. У них было пятеро детей: четыре дочери и сын Джеймс. Некоторые источники утверждают, что он овдовел вскоре после получения приглашения в Дублин. Похоже, что уже к моменту смерти его репутация подвергалась переоценке, о чем свидетельствует надпись на его надгробном камне: «Таково было уважение, которым пользовался Гандон у соседей и друзей из окрестностей его дома в Лукане, что они отказались от карет и прошли пешком 16 миль туда и обратно до Драмкондры в день его похорон». В годы, последовавшие за его смертью, бурная история Ирландии привела к разрушению и повреждению многих работ Гандона, особенно его интерьеров. Таможенная палата была сожжена ИРА в 1921 году во время войны за независимость, и ее части были восстановлены с использованием более темного оттенка местного известняка. Четыре суда были обстреляны правительственными войсками во время гражданской войны в 1922 году и частично разрушены мощным взрывом. Хотя здание впоследствии было восстановлено, большая часть оригинальных работ Гандона утрачена, и интерьер сегодня можно оценить лишь по его первоначальным чертежам. Крылья Четырех судов были укорочены на один пролет, чтобы расширить проезжую часть и увеличить количество полос движения. Это изменение серьезно нарушило первоначальную композицию. Тем не менее, отпечаток его творчества до сих пор отчетливо виден в георгианском Дублине.

The success of Gandon's designs and commissions were however not reflected in personal popularity: he attracted huge criticism from his enemies. So hated was the taxation symbolised by the Custom House that the stigma of being its creator was to taint the appreciation of his work throughout his lifetime. It was even claimed that Gandon was designing buildings to boost his self esteem. In the 1780s, during the construction of the Four Courts, one broadsheet published daily letters from a correspondent castigating and insulting Gandon and his designs. This further fostered the hate directed against him. In truth Gandon had merely rediscovered what architects from Vitruvius to Thomas Jefferson believed, which was that the Palladian form was eminently suitable for the design of public buildings where huge civic prestige was required. In 1798, revolution broke out on the streets of Ireland and Gandon, an unpopular figure, hurriedly fled to London. On returning to Dublin he found a much changed city. The Irish Houses of Parliament, which had inspired the great period of development, were closed. The 1801 Act of Union had placed Ireland directly under rule from London. One by one the Anglo Irish aristocracy left their fine new town houses in the city. As a direct result Dublin declined from being one of the great cities of Europe. Gandon had married Eleanor Smullen on 26 July 1770. They had five children, four daughters and a son, James. Some sources state he was widowed shortly after his invitation to Dublin, It seems that already by the time of his death his reputation was undergoing a re evaluation, for his tomb stone reads: – "Such was the respect in which Gandon was held by his neighbours and friends from around his home in Lucan that they refused carriages and walked the 16 miles to and from Drumcondra on the day of his funeral." In the years since his death, Ireland's troubled history has resulted in destruction and damage to much of Gandon's work, especially his interiors. The Custom House was burnt down in 1921 by the IRA during the War of Independence and parts of it were rebuilt using a darker shade of native limestone. The Four Courts was shelled by government forces during the Civil War in 1922 and partly destroyed by a huge explosion. Even though it was later rebuilt, much of Gandon's original work is gone and the interior can today only be appreciated from his original drawings. The wings to the Four Courts were shortened by one bay, in order to widen the roadway, and to permit more lanes of traffic. This alteration seriously damages the original composition. Yet despite this, the stamp of his work is still clearly visible in Georgian Dublin today.