Локри Эпизефиры: Древний город на Ионическом море

Введение

Древний город на Ионическом море

Локри Эпизефири (на древнегреческом: Λοκροὶ Επιζεφύριοι?, Lokroi Epizephyrioi) — древний город на Ионическом море, основанный греками из Локриса в начале VII века до нашей эры. Сейчас он расположен в археологическом парке вблизи современного города Локри. В период греческой классики и эллинизма это был один из самых блистательных культурных центров Великой Греции, и Платон описывал его как город, "управляемый прекрасными законами, где по богатству и благородству духа никто не уступает другому". Локри был известен во всем греческом мире своими новаторскими достижениями и мастерством в музыке и танцах, победами своих атлетов на общегреческих играх, законами и эффективным управлением, а также военными успехами. В последнее время он стал известен тем, что уделял особое внимание женщинам. Локри играл значительную и продолжительную роль в истории Великой Греции от основания до римских времен, что хорошо задокументировано позднейшими античными авторами и подтверждается современными документами, недавно обнаруженными в Олимпеоне.

Сайт

Археологическая зона Локри Эпизефири расположена в Портиглиоле, примерно в 3 км к югу от современного города Локри. Она простирается по равнинной местности между реками Портиглиола и Гераче, а также по холмам Кастеллаче, Аббадесса и Манелла. Благодаря удаленности от современных населенных пунктов сохранились фундаменты древнего города, хотя на протяжении веков камень использовался для строительства домов в близлежащих районах.

Основание

Локри была последней из греческих колоний, основанных на территории современной Калабрии, после второй волны колонизации ахейцев, которые первоначально сосредоточились на ионийском побережье (Метапонтий, Посейдония, Сибарис, Кротон), незадолго до 720 года до н.э. Дата основания Локри-Эпизефири до сих пор является предметом споров среди специалистов, поскольку древние авторы приводят три различные даты этого события: Евсевий, епископ Кесарии (IV век н.э.), в армянском переводе своего труда указывает 673 год до н.э.; Иероним (который редактировал латинский перевод труда Евсевия) датирует основание 679 годом до н.э.; Паусаний и Полибий связывают его с Первой Мессенской войной, то есть с более ранним периодом, а Страбон утверждает, что основание произошло вскоре после основания Сиракуз (733 г. до н.э.) и Кротона (709 г. до н.э.), следовательно, к концу VIII или началу VII века до н.э. Недавние археологические исследования показывают, что более ранняя дата, близкая к указанной Страбоном, представляется предпочтительной. Тем не менее, ученые полагают, что первоначальные контакты греков осуществлялись торговцами, исследователями и пиратами в период «предколонизации» между концом IX и началом VIII века до н.э., предшествовавшим периоду реальной колонизации. Это делает вероятной идею основания Локри экспедицией колонистов, сопровождаемой спартанскими воинами или даже пиратами, нанятыми Спартой в качестве наемников. В связи с Первой Мессенской войной, Спарте это решение могло показаться разумным, поскольку оно не отвлекало военные силы. Другой открытый вопрос, связанный с колонизацией, – это точное происхождение греческих колонистов. Как следует из названия самого полиса (единственный случай на греческом Западе), колонисты прибыли из области Локрида в центральной Греции, которая, в свою очередь, была разделена на два основных подрегиона: Озолия (Западный Локрид) и Опунтия (Восточный Локрид, включавший город Опус и центральный Локрид). Даже древние авторы не пришли к согласию относительно происхождения колонистов; Страбон, вероятно, ссылаясь на более ранний источник (Антиоха), с уверенностью утверждал, что Локри-Эпизефири были основаны колонистами из Локридской Озолии во главе с эксистом по имени Эвант. Эфор же считал, что поселенцы прибыли из Локриса-Опунтии. Обе эти версии подкрепляются аргументами, в большей или меньшей степени благоприятными для каждой из традиций, которые часто основываются на другой нерешенной проблеме: их социальном происхождении. И здесь традиция сообщает о противоречивых версиях, которые по сути сводятся к двум: полурабской, восходящей к Аристотелю и подтвержденной Полибием, согласно которой локрийцы произошли от союза слуг (гелотов) с женами их господ, занятых войной против мессенцев вместе со Спартой; и знатной, принадлежащей Тимею, утверждавшему, что локрийцы были прямыми потомками ста самых благородных семей Локриды. Ученые склоняются к мнению, что происхождение колонистов связано с Локридой Опунтией и гелотами. Первое поселение было основано вблизи мыса Зефирий (современный мыс Бруццано), но спустя несколько лет поселенцы, недовольные местоположением, несмотря на то, что оно соответствовало предсказанию оракула, переместились на север примерно на 20 км к холму Эпопис, где основали новый город, которому дали то же название, вероятно, чтобы чувствовать себя под защитой Аполлона. Местное население сикулов было изгнано.

Locri was the last of the Greek colonies founded on the territory of present day Calabria, following the second wave of colonisation of the Achaeans who concentrated initially on the Ionian coast (Metapontion, Poseidonia, Sybaris, Kroton), shortly before 720BC. The date of the foundation of Locri Epizefiri is still debated among experts as ancient authors give three different dates for this event: Eusebius, bishop of Caesarea (4th century AD), in the Armenian translation of his work, indicates the year 673 BC; Jerome (who edited the Latin translation of Eusebius' work) dates the foundation to 679 BC; Pausanias and Polybius connect it to the first Messenian war, therefore at an early date, and Strabo states that the foundation occurred shortly after those of Syracuse (733 BC) and Kroton (709 BC), therefore by the end of the 8th or very early in the 7th century BC. Recent archaeology shows that an earlier date closer to Strabo's is preferred. Nevertheless, scholars believe that contacts by Greeks were initially by merchants, explorers and pirates in a "pre colonisation" period between the end of the 9th and the beginning of the 8th century BC before the period of real colonisation. This makes conceivable the idea of the foundation of Locri by an expedition of colonists, accompanied by Spartan soldiers or even pirates, hired as mercenaries by Sparta who, due to the First Messenian War, probably would have considered this solution as prudent as it did not distract military forces. Another open question on colonisation is where exactly the Greek colonists came from. As the name of the polis itself suggests (the only case in the Greek West), the colonists came from the Locris region in central Greece but the region was divided into two main sub regions: Ozolia (Western Locris) and Opunzia (Eastern Locris from the city of Opus with central Locris). Even the ancients did not agree on the origin; Strabo, probably referring to an older source (Antiochus), stated with certainty that Locri Epizefiri had been founded by colonists coming from Locride Ozolia led by an ecyst named Evantes. Ephorus made the settlers come from Locris Opuntia. Both theses are accompanied by arguments more or less favourable to both traditions, which are often based on another unsolved problem: their social origins. Here too, tradition reports conflicting theses, which are essentially two: the semi servile one, of Aristotelian origin, confirmed by Polybius which claims that the Locrians were descended from the union of servants (helots) with the wives of their masters who were busy with Sparta in the war against the Messenians; and the noble one, of Timaeus, who said that the Locrians were direct descendants of the hundred most noble families of Locris. Scholars believe that the origin was Locride Opunzia, and from the helots. The first settlement was founded near Cape Zefirio (the current Cape Bruzzano) but after a few years the settlers, dissatisfied with the location even though it corresponded to the indication of the oracle, moved north by about 20 km to the Epopis hill where they founded the new city to which they gave the same name probably to feel under the protection of Apollo. The indigenous populations of Sicels were driven out.

Правительство и организация

Локри был организован по модели, аналогичной родине; жесткая, консервативная и воинственная аристократия осуществляла власть через «Ассамблею тысячи», в которую, вероятно, входили все граждане, обладавшие полными политическими правами; население было разделено на три племени и тридцать шесть фратрий. Локрианская система основывалась на законодательстве Залевка, первого западного законодателя, датируемом, скорее всего, VII веком до н.э. Это было необычное для того времени законодательство, прежде всего потому, что оно было кодифицировано и не подвергалось произволу судей, часто являвшемуся источником социальных распрей. Кроме того, оно основывалось на принципе «закона талиона» с конкретными наказаниями за каждое преступление, что было прогрессивным шагом и позволило избежать длительных кровных вражд и мести, которые были обычным явлением. Законодательство также придавало значение роли и социальному престижу женщин, обусловленному их участием в городских культах, а также, в частности, их праву сохранять наследство (и, следовательно, имя) семьи на протяжении времени, даже в случае исчезновения мужчин (мужей, сыновей, братьев и т.д.). Дворянство также могло происходить из женщин. Это позволило городу процветать в течение длительного периода в условиях относительного мира и стабильности, что дало правящему классу возможность сосредоточиться на росте города и расширении и контроле над новыми территориями. В VII веке до н.э. развитие города шло полным ходом, с расширением с холмов на равнину, ближе к морю, в соответствии с упорядоченным градостроительным планом. Его святилища и культы стали известны по всему греческому миру, особенно два крупных святилища Персефоны, наиболее почитаемых в Италии (где ей поклонялись как защитнице плодородного брака, роль, обычно приписываемая Гере) и Афродиты. В это же время были запланированы обширные городские стены Локри, длиной в 5 миль, охватывающие большую территорию до вершины укрепленных холмов, хотя их строительство было завершено лишь во второй половине VI века до н.э.

Жизнь в городе

Локри считается представителем "третьего пути" в греческой культуре, отличной от Афин и Спарты, особенно в отношении особой роли женщин и брака. В Локри брак рассматривался как жизненная трансформация, подобная вечному блаженству, на которое надеялись после смерти. Банкеты были широко распространены и посещались мужчинами. Женщины принимали участие только в качестве гетер или рабов. Локри, вместе со Спартой, – один из немногих греческих городов, где женщины участвовали в спортивных состязаниях. В некоторых детских захоронениях находят терракотовые куклы с подвижными конечностями, бронзовые и терракотовые шарики, а также миниатюрные предметы, такие как небольшие лампы. На кухне использовали чернолаковую керамику (чаши, тарелки и кружки). Стеклянные или металлические вазы могли позволить себе только самые богатые. Амфоры применялись для хранения и транспортировки вина, масла, оливок и соусов. Основу жизнеобеспечения населения составляли зерновые и бобовые, охота на зайцев, оленей и кабанов. Рыбалка с удочкой и сетями также была распространена, о чем свидетельствуют рыболовные крючки, найденные в музее. Молочные продукты давали козы, овцы и свиньи. Среди фруктов были яблоки, гранаты, инжир, миндаль, виноград и мед. Локри был родиной талантливых атлетов и победителей Олимпийских игр, таких как Эвтим и Хагесидамос.

Расширение

Эта стабильность привела к расширению контроля над территорией посредством основания подчиненных колоний, обусловленных не только стремлением к большему контролю над регионом для противодействия угрозе экспансии врага, Кротона, но и значительным демографическим ростом города, который мог нарушить существующее непрочное равновесие. Таким образом, Локры распространили свой контроль от Ионического побережья до Тирренского моря в современной Калабрии; они основали две колонии – Медму (современная Росарно) и Гиппоний (современная Вибо-Валентия) между 650 и 600 гг. до н.э., вероятно, на базе уже существовавших поселений, и захватили Метавр (современная Джоя-Тауро), ранее основанный как колония Занкла (Мессина) или Регион (Реджо-Калабрия). К началу VI в. до н.э. весь регион находился под контролем городов-государств, а дальнейшая экспансия подразумевала войну с соседями. Соперничество с Кротоном и Регионом усилилось, поскольку они рассматривали Локры как угрозу своим экспансионистским планам, что стало предпосылкой для будущих конфликтов.

Война с Кротоном

Локри установил хорошие отношения с соседним Регионом. Численность населения Локри Эпизефири в период расцвета не превышала 40 000 человек, и даже с учетом помощи субколоний (и, возможно, Региона в этот период) армия насчитывала не более 10–15 000 воинов. Кротон, однако, мог выставить армию, возможно, в 120 000 человек (вероятно, завышенная оценка), но, безусловно, очень неравномерную по силе. В битве при Сагре (560–50 гг. до н.э.) Локри одержал победу, которая остановила экспансию Кротона и утвердила Локри как новую силу в регионе. После этой победы культ Диоскуров начал распространяться в Реджо и Локри; при раскопках ионического храма "Мараса" в Локри Эпизефири были обнаружены две мраморные статуи акротерии, которые, возможно, изображают этих близнецов-сыновей Зевса (в настоящее время находятся в Национальном музее Великой Греции в Реджо). Локри распространил свою власть значительно севернее, чем когда-либо прежде, включив в свой состав Каулон и, вероятно, Скиллетион на Ионийском побережье, а также, возможно, Терину и Темесу на Тирренском море. Таким образом, он контролировал территорию между заливами Сквиллаче и Сан-Эуфемия, что привело к периоду большого процветания во второй половине VI века до н.э. Впоследствии, с усилением власти Реджо, которым правил тиран Анаксилас (494–476 гг. до н.э.), Локри отверг его гегемонию и обратился за помощью к Сиракузам.

Союз с Сиракузами

С начала V века до н. э. Локри начал терять контроль над колониями и городами, которые он приобрел после битвы при Сагре, включая близлежащий Каулон, который вновь попал под власть Кротона. Эти трудности привели к тому, что Регион также обратил свой взор на Локри, стремясь расшириться от общей границы между двумя городами. Поэтому Локри заключил союзы с диноменидами (485–465 гг. до н. э.) из Сиракуз, а затем с Дионисием I и его сыном Дионисием II, тем самым попав в сферу влияния тиранов. В 477 г. до н. э. Анаксилас из Региона готовился к нападению на Локри, который обратился за помощью к Иерону I из Сиракуз, и тому удалось отговорить Анаксиласа. Впоследствии, когда Афины организовали экспедицию на Сицилию во время Пелопоннесской войны, Локри встал на сторону Сиракуз в войне против Региона (союзника Афин), который стал базой для афинских военно-морских операций. После 426 г. до н. э. последовал период непрерывных столкновений на море и на суше между сиракузскими/локрианскими войсками и их афинскими/реггийскими противниками, завершившийся около 422 г. до н. э. Союз между Локри и Сиракузами укрепился браком Дионисия I и Дориды из Локри около 406 г. до н. э. Когда в 389 г. до н. э. Дионисий I разгромил Италийский союз в битве при Эльлепоре, он передал земли Каулона, расположенные на северной границе с Кротоном, а Локри вернул Гиппоний (в 388 г. до н. э.) и Скиллетион (между 386 и 384 гг. до н. э.), расширяясь на север в ущерб Кротону. Дионисий I также завоевал Регион после осады Регия в 386 г. до н. э., лишив его независимости и устранив угрозу для Локри. Без этой угрозы и с Кротоном, подвергавшимся постоянным нападениям Дионисия I, Локри вновь обрел процветание и мир. После смерти Дионисия I Локри принял Дионисия II, который, будучи изгнанным из Сиракуз, установил там тиранию между 357 и 347 гг. до н. э. Его целью было лишь возвращение на родину с достаточными средствами для финансирования возвращения в Сиракузы, и, как только он опустошил казну, народ восстал, убив всю его семью во время его отсутствия и восстановив демократию. IV век до н. э. стал периодом великого художественного, экономического и, прежде всего, культурного расцвета Локри. Особенно выделялись поэт Носсис и философы Эхекрат, Тимей и Акрион, основатели процветающей пифагорейской школы (введенной в Локри во времена Дионисия I): сам Платон лично посетил Локри. Однако с 356 г. до н. э. бруттии стали все более серьезной угрозой с севера, а Сиракузы ослабли. Примерно в это время городские стены были отремонтированы за счет займа из святилища Зевса, о чем свидетельствуют бронзовые таблички. Объединенные сиракузские и локрианские войска попытались вернуть прежние территории и добились успеха в захвате Кротона в 295 г. до н. э. и освобождении Гиппония в 292 г. до н. э. от бруттиев, но в конечном итоге потерпели неудачу из-за смерти Агатокла в 289 г. до н. э. Тем временем Рим расширял свои границы и стремился установить контроль над Великой Грецией.

From the start of the 5th century BC Locri began to lose control of the colonies and cities that it had gained after the Battle of the Sagra, including nearby Kaulon, which again fell under the control of Kroton. These difficulties led to Rhegion also setting its sights on Locri to expand from the close border between the two cities. Locri therefore established alliances with the Deinomenids (485–465 BC) of Syracuse and later with Dionysius I and his son Dionysius II, thus entering the orbit of the tyrants. In 477 BC Anaxilas of Rhegion was preparing to attack Locri which turned to Hieron I of Syracuse for help and he managed to dissuade Anaxilas. Subsequently, when Athens organised the expedition to Sicily in the Peloponnesian War, Locri took the side of Syracuse in its war against Rhegion (Athens' ally) which became the base for Athenian naval operations. After 426 BC there followed a period of continuous clashes by both sea and land between the Syracusan/Locrian armies against their Athenian/Regginian enemies which ended around 422 BC. The alliance between Locri and Syracuse was further strengthened by the marriage between Dionysius I and Doris of Locri in about 406 BC. When in 389 BC Dionysius I defeated the Italiote League at the Battle of the Elleporus, he donated the lands of Kaulon on the northern border with Kroton and Locri also regained Hipponion (in 388 BC) and of Skylletion (between 386 and 384 BC) expanding towards the north to the detriment of Kroton. Dionysius I also conquered Rhegion after the Siege of Rhegium in 386 BC which lost its independence and ceased to be a threat to Locri, without which and with Kroton suffering constant attacks of Dionysius I, Locri resumed prosperity in peace. After the death of Dionysius I, Locri hosted Dionysius II who, exiled from Syracuse, established tyranny there between 357 and 347 BC. He aimed only at returning to his homeland with capital to finance his return to Syracuse and therefore, once he had emptied the coffers, the people rose up killing his entire family during his absence and re established democracy. The 4th century BC was a period of great artistic, economic and, above all, cultural splendour for Locri. In particular the poet Nossis and the philosophers Echecrates, Timaeus and Acrion, founders of a flourishing Pythagorean school (introduced to Locri at the time of Dionysius I): Plato himself went in person to Locri. However the Bruttii became an increasing threat from the north from about 356 BC and Syracuse lost its strength. It was around this time that the city walls were renovated with a loan from the sanctuary of Zeus as recorded on thr bronze tablets. The allied Syracuse and Locri army tried to recapture its earlier territory and succeeded in the capture of Crotone in 295 BC and the liberation of Hipponion in 292 BC from the Bruttii, but finally failed due to the death of Agathocles in 289 BC. Meanwhile Rome was expanding its borders and aiming to control Magna Graecia.

Римское завоевание

Слабость Сиракуз обернулась катастрофой для всех греческих городов южной Италии, которые оказались неподготовленными к угрозе со стороны бруттиев, самнитов и луканов. Опасаясь за своё выживание и не доверяя Италийскому союзу, греческие города были вынуждены обратиться за помощью к Риму, который воспользовался этой ситуацией, чтобы расширить свой контроль на юг, направив туда военные гарнизоны. Локри получил римский гарнизон до 282 года до н.э. Когда Пирр вторгся в 280 году до н.э. для выполнения прежнего союза с Тарентом после войны между римлянами и самнитами, баланс сил изменился, и Локри примкнул к Пирру, возмущённый своей зависимостью от Рима и изгнав римский гарнизон. После неудач и непопулярности войск Пирра из-за его тиранического поведения, Локри вновь сдался римлянам в 277 году. К этому времени Рим контролировал большую часть южной Италии, а Пирр, воевавший против карфагенян на Сицилии, был вынужден вернуться в Бруттий, чтобы попытаться сдержать римское наступление. Он первым напал на Локри, отвоевав и разграбив его в 275 году до н.э., жестоко отомстив жителям, выдавшим город римлянам, и разграбив знаменитый храм Персефоны. Вскоре после этого Пирр покинул Италию, и Рим установил контроль над Великой Грецией. В 272 году до н.э. Рим разместил в Локри новый гарнизон и в обмен на военную поддержку не требовал от городов Великой Греции чрезмерных условий, освобождая их от комплектования легионов и требуя лишь поставки кораблей по мере необходимости. Таким образом, Локри стал социо-навалисом Рима, сохранив при этом свои греческие особенности, оставаясь независимым и продолжая чеканить монету. В 264 году до н.э. Локри предоставил Риму несколько транспортных судов для участия в Первой Пунической войне, соблюдая условия договора.

Вторая пуническая война

После поражения римлян при Каннах (216 г. до н.э.) судьба Рима казалась предрешенной, и города южной Италии, которые стали считать римлян оккупантами, а не союзниками, решили перейти на сторону карфагенян, подкрепленных обещаниями Ганнибала о свободе и независимости. Приоритетом Ганнибала было завоевание выхода к морю в Бруттии, и зимой 216/215 гг. до н.э., отказавшись от Регия, он приказал Ганно захватить Локры. Ганно отправил вперед кавалерию под командованием Гамилькара, чтобы захватить население за пределами городских стен и, таким образом, получить большое количество пленных, которые были использованы для достижения безоговорочной капитуляции города. В то же время локрианцы тайно разрешили римскому гарнизону под командованием Луция Атилия покинуть город. Локры была предоставлена значительная свобода, с сохранением порта под своим контролем и возможностью самоуправления при условии поддержки карфагенских войск. Города южной Италии постепенно возвращались под контроль римлян, и после битвы при Метавре Локры оставался последним крупным городом в руках Ганнибала. Однако армия, отправленная в 208 г. до н.э. для поддержки морской экспедиции по возвращению Локри под командованием Луция Цинция Алиментия, была уничтожена близ Петелии, а два римских консула, Марцелл и Тит Квинтий Криспин, погибли у карфагенских лагерей. Морская экспедиция достигла Локри и осадила город, но отступила с прибытием Ганнибала. В 205 г. до н.э. консул Сципион Африканский разработал новый план по его возвращению, и когда некоторые жители Локри попали в руки римлян, они сообщили им, что значительная часть населения больше не могла терпеть карфагенское присутствие, что было подтверждено локрийскими изгнанниками из Регия. Он вернул пленных в Локры, где они, оказавшись внутри стен, организовали ночное устранение карфагенских стражников и впустили 3000 римских солдат в нижнюю часть города. Карфагеняне, застигнутые врасплох, укрылись в цитадели и начали изнурительную битву, состоявшую из ежедневных стычек между двумя вражескими гарнизонами внутри города. Ганнибал немедленно двинулся со своей армией к Локри и почти достиг города, когда локрианцы выступили на поле боя вместе с римлянами, оказав решающее влияние на исход сражения. Затем прибыл римский флот под командованием Сципиона, и Ганнибал понял, что Локры потерян, и отступил.

After the defeat of the Romans at Cannae (216 BC) the fate of Rome seemed sealed and the cities of southern Italy, which had began to consider the Romans as occupiers rather than allies, decided to side with the Carthaginians, supported by Hannibal's promises of freedom and independence. Hannibal's priority was to conquer an outlet to the sea in Bruttium and in winter 216/215 BC and, after giving up on Rhegium, ordered Hanno to seize Locri. Hanno sent the cavalry forward under Hamilcar to capture the population outside the city walls and thus a large number of prisoners who were used to obtain the unconditional surrender of the city. At the same time the Locrians secretly allowed the Roman garrison, commanded by Lucius Atilius, to leave the city. Locri was thus granted great freedom, maintaining the port under its control and being able to govern itself provided that it supported the Carthaginian forces. The cities of southern Italy were gradually retaken by the Romans and, after the Battle of the Metaurus, Locri was the last great city still in the hands of Hannibal. However the army sent in 208 BC to support a naval expedition to recover Locri led by Lucius Cincius Alimentus was annihilated near Petelia and the two Roman consuls, Marcellus and Titus Quinctius Crispinus were killed near the Carthaginian camps. The naval expedition reached Locri and besieged it but fled on the arrival of Hannibal. In 205 BC the consul Scipio Africanus made another plan to reconquer it and when some inhabitants of Locri fell into the hands of the Romans they informed them that a large part of the population could no longer tolerate the Carthaginian presence, confirmed by the Locrian exiles of Rhegium, he returned the prisoners to Locri who arranged, once inside the walls, to elininate the Carthaginian guards at night and let 3000 Roman troops into the lower part of the city. The Carthaginians, taken by surprise, took refuge in the citadel and began an exhausting battle made up of daily skirmishes between the two enemy garrisons inside the city. Hannibal immediately set off with his army towards Locri and was about to reach the city when the Locrians took the field alongside the Romans making a decisive impact on the battle. The Roman fleet then arrived, led by Scipio, and Hannibal understood that Locri was lost and left.

Последствия

Через десять лет Локри вновь оказался под контролем Рима, и Сципион немедленно казнил тех, кто сдал город карфагенянам в 215 году до н.э., не принимая во внимание, что они позволили римскому гарнизону бежать, а также то, что всё население оказало помощь римлянам в решающей битве. Город остался под управлением Квинта Племиния и военных трибунов Марка Сергия и Публия Мазиена. Племиний воспользовался смутной ситуацией, вызванной продолжающейся войной, чтобы совершать всякого рода злодеяния, насилие и грабежи против локрийцев. Он даже дошел до того, что разграбил знаменитое святилище Персефоны (как это сделал Пирр десятилетиями ранее), самое богатое святилище в Италии. Существуют различные версии произошедшего, но недовольство привело к всё более частым столкновениям между группировками внутри гарнизона, после чего Племиний приказал избить военных трибунов, чьи сторонники набросились на Племиния, серьезно ранив его. В отместку он подверг Сергия и Мазиена пыткам, а затем казнил. Сципион вернулся, чтобы восстановить порядок и арестовать Племиния. В конечном итоге, по прямому обращению локрийцев, Сенат отправил Племиния в Рим, где он вскоре умер в тюрьме. Были возмещены потери сокровищницы Персефоны из государственных средств, римские солдаты были вынуждены вернуть награбленное, а локрийцам была возвращена свобода. В 204 году до н.э. восстановление foedus amicitiae и широкая автономия, предоставленная Локрии Римом, позволили городу сохранить свои древние законы и обычаи, но потрясения III века до н.э. привели к заметному упадку города. Значительные территории города были заброшены (например, район Центокамера), а в окрестностях начали развиваться сельскохозяйственные поселения. Древнее величие постепенно меркло, но город продолжал сохранять определенное значение в последующие годы после описанных событий, хотя греческий характер древнего полиса впредь уступал всё большее место, как мы увидим, римскому влиянию, настолько ассимилируясь, что его уже невозможно было отличить от римского.

After ten years Locri had returned under Roman control and Scipio immediately put to death those who had handed over the city to the Carthaginians in 215 BC, ignoring that they had let the Roman garrison escape at that time and also that the entire population had come to the Romans aid in the final battle. The city was left in the control of Quintus Pleminius and the military tribunes Marcus Sergius and Publius Mazienus. Pleminius took advantage of the confused situation due to the ongoing war to commit every kind of atrocity, violence and theft on the Locrian population. He even went so far as to sack the famous sanctuary of Persephone (as Pyrrhus had done decades earlier), the richest sanctuary in Italy. There are different versions of what happened next but the discontent resulted in increasingly frequent clashes between factions within the garrison after which Pleminius had the military tribunes beaten, whose supporters pounced on Pleminius seriously wounding him who retaliated in turn by having Sergius and Matienus tortured and finally killed. Scipio returned to restore order, arrested Pleminius. Eventually, on direct appeal of the Locrians, the Senate had Pleminius sent to Rome, where he shortly died in prison, restored the losses of the treasury of Persephone from public funds and made the Roman soldiers return their loot while the Locrians were given back their freedom. In 204 BC, the restoration of the foedus amicitiae and the extensive autonomy that Rome granted it allowed Locria to keep its ancient laws and customs but the vicissitudes of the 3rd century BC caused a notable depression of the city. Large areas of the city were abandoned (e. g. the Centocamere area) and agricultural settlements began to be developed in the surrounding areas. The ancient splendour, therefore, was gradually becoming obscured but the city will continue to have a certain importance in the years following the events just narrated even if the Greek characters of the ancient polis will henceforth always remain more space, as we will see, for Romanism, becoming absorbed in such a way that they can no longer be distinguished from it.

Дальнейшая романизация

Около конца III или начала II века до н.э. очередное осквернение Персефония брутиями повлекло за собой новое и решительное вмешательство римского Сената в пользу Локри, обусловленное стремлением Рима соблюдать клятву верности и взаимной помощи, заключенную с Локри. Кроме того, осквернение храма было расценено сенатом как дурной предзнаменование, поэтому расследование, проведенное Квинтом Минуцием, было оперативным и вскоре привело к аресту виновных и возвращению похищенных из казначейства денежных средств. Впоследствии Локри был обязан выполнять свои военные обязательства как civitas foederata, предоставляя триремы для римского флота в 191 году до н.э. во время первой войны против Антиоха III Великого, а затем в 171 году до н.э. в конфликте с Персеем Македонским. Однако экономический кризис в Локри не позволил городу предоставить требуемые корабли в 156 году до н.э. для борьбы с далматинцами и в Иберии, и в этом случае историк Полибий, пользовавшийся большим влиянием в Риме, добился освобождения Локри от санкций, поскольку часто посещал Локри, где был популярен благодаря своим рассказам об основании города. Локри, вероятно, получил статус муниципия в 89 году до н.э., как и другие города-фодераты, после принятия Lex Julia.

Имперская эпоха

Локри оставался важным центром, известным таким личностям, как Цицерон, однако его значение было скорее локальным, ограничиваясь провинциальной территорией, которая все больше отдалялась от римских политических интересов и основных экономических потоков империи. В результате город превратился в менее значительный административный центр, но вокруг него возникло множество сельскохозяйственных поселений и роскошных вилл, которые с экономической и жилой точек зрения превзошли сам город. Раскопки этих местностей и их изучение археологами позволили по-новому взглянуть на область Локри в римский период, особенно в эпоху империи – динамичный исторический этап, на котором богатство и изысканность римской аристократии нашли отражение в создании памятников, не уступающих по великолепию другим регионам империи. Город оставался относительно процветающим, по крайней мере, до конца II века нашей эры, и славился своим благоприятным климатом.

Город

Археологические раскопки, проведенные Орси (между 1908 и 1912 годами), Ариасом (между 1940 и 1941 годами) и Джакопи (в 1951 году), выявили, что город был организован по прямоугольному плану, пересеченному широкой главной улицей, сохранившей до сих пор греческое название "dromo" (ср. греч. δρόμος), над которой начинается холмистая часть города. Обнаружение на склоне холма Маннелла значительного количества надписей, относящихся к более позднему периоду управления городом, позволило предположить, что агора располагалась у его подножия.

Стокамерный

В Локри, несомненно, была богатая часть города с элегантными домами, которые ещё предстоит обнаружить. Дома в Центокамере, напротив, были очень простыми, построенными из дешёвых материалов: булыжника и глиняного кирпича, покрытого штукатуркой. Дома в Центокамере имели только один этаж над землей и крыльцо, выходящее на улицу. Как и в типичных греческих домах того времени, комнаты располагались вокруг центрального внутреннего двора (различной формы). Этот двор служил для разных целей: он обеспечивал освещение комнат, служил укрытием для домашних животных, местом для открытого огня и пространством для повседневных домашних занятий. Часть двора могла быть отведена под небольшой сад с травами и овощами, а также для кустарного производства. В некоторых домах, возможно, не было кухни. Для хранения продуктов, в основном зерна, использовались большие глиняные сосуды (пифосы). Амфоры, как местного производства, так и импортные, применялись для хранения вина и масла. Чётких свидетельств наличия туалетов или ванных комнат не обнаружено. Двери были деревянными. Древние тексты сообщают, что древесина была легко доступна на Аспромонте. Окон было немного, и они были небольшими. Комнаты обычно освещались местными терракотовыми и бронзовыми лампами, многие из которых были найдены во время раскопок. Мебель была простой, изготовленной из дерева.

Стены

Город был защищён стеной длиной 7 км, которая до сих пор видна во многих местах, включая 3 башни Абадессы, Манеллы и Кастеллаче в самой высокой части, возвышающиеся над окружающей местностью. Они были построены во второй половине VI века до нашей эры, хотя и входили в первоначальный план полиса, датируемый VII веком до нашей эры. На протяжении веков стена подвергалась реконструкциям и достройкам; между второй половиной IV века и концом III века до нашей эры были внесены значительные изменения: возведены новые башни, перестроены ворота и, главное, построены новые подпорные стены, увеличившие ширину стены с 3,4 до 4,6 м. Это было сделано для того, чтобы обеспечить возможность размещения войск на боевом ходу и улучшить оборону, особенно восточного участка, путём закрытия некоторых ворот и укрепления ключевых позиций. Фундамент и нижние ряды стены были сложены из крупных квадратных известняковых блоков, уложенных вперевязку. Выше использовался сырцовый кирпич по экономическим и техническим причинам; этот материал широко применялся в древнем мире, но не сохранился из-за своей хрупкости.

Театр

Театр вмещал до 4500 зрителей и расположен в районе Пиреттины. Он использует естественную вогнутость у подножия холма Каса Марафиоти, ниже плато Кусеми, и был вырыт путем вырубания ступеней в очень мягком песчанике, частично облицованном плитами из того же песчаника. Он был перестроен в I веке до н.э. на основе оригинальной греческой планировки IV века до н.э. С течением времени в него вносились многочисленные изменения. Римляне построили боковые коридоры и убрали нижние ряды ступеней, чтобы возвести высокую полукруглую стену для защиты зрителей и расширить арену для боев гладиаторов или между людьми и животными. Он был обнаружен в 1940 году, а раскопки завершились в 1957 году.

Святилища и храмы

Существовало множество святилищ, иногда украшенных монументальными храмами, особенно внутри городских стен и относящихся к архаическому периоду. Святилища, расположенные непосредственно за стенами, но не имевшие монументальных построек, были не менее значимы, что подтверждается обилием обетных даров. К святилищам за пределами городских стен относятся святилища Афродиты, Персефоны, нимф в Контрада Карузо и Деметры в Контрада Папарецца. Святилище Гротта Карузо, или Грот Нимф, представляло собой пещеру с источником, где нимфам поклонялись с VI века до н.э. Оно являлось местом начала ритуалов посвящения юных девушек (партеной), где они готовились к переходу в нимфы – девушек, готовящихся к замужеству, а затем отправлялись в Персефоний, чтобы стать невестами (гине). На холме Маннелла, внутри города, находилось святилище Афины, предположительно основанное в VI веке до н.э. Также к архаическому периоду относится святилище Зевса (возможно, храм Каса Марафиоти), которое со временем приобрело более сложную структуру, о чем свидетельствуют бронзовые таблички, обнаруженные в 1959 году в большом ларисе и датируемые серединой IV века до н.э. Эти таблички указывают на богатство храма, поскольку содержат сводку займов, выданных гражданам и городу, а также предоставляют ценную информацию об институтах и календаре города.

Святилище Деметры

Святилище Деметры Тесмофоры, расположенное непосредственно за северо-восточным углом стен, было обращено к воротам и занимало около 3000 м². Деметра, мать Персефоны, была богиней, связанной с циклом земледелия, и здесь её почитали как Тесмофору (тесмос = закон; форос = носитель), защитницу брака и обрядов перехода от девичества к взрослой жизни. Святилище располагалось на границе города и сельской местности, выполняя двойную функцию: защиту города посредством женского и почвенного плодородия, а также служа политическим инструментом для сплочения общества и уважения законов. В святилищах Деметры Тесмофоры не было полноценных храмов, а лишь зеленые зоны с алтарями и небольшими строениями, использовавшимися для проведения ритуалов или хранения наиболее ценных подношений. Имеются явные свидетельства двух периодов активного использования: первый – во второй половине VI–IV веков до н.э., а второй – во второй половине IV–III веков до н.э. В первый период святилище было обширным и окружено оградой (теменос), отделявшей его от города и некрополей Парапеццы. Внутри находились большие вотивные ямы, одна из которых была обнаружена во время последних раскопок рядом с башней (депозитарий А), а также небольшое священное здание (сацелл). В IV веке до н.э., когда были перестроены оборонительные стены и возведена угловая башня, святилище было уменьшено до небольшого прямоугольного участка, включавшего алтарь и небольшие хранилища для подношений. О значимости культа Деметры в Локрих свидетельствуют таблички из архива храма Олимпийского Зевса и изображения богини в различных местных произведениях искусства (пинаки и некоторые статуэтки из святилища Гротта Карузо). Здесь проводились трехдневные осенние празднества, известные как Тесмофории.

Храм Адониса и Дом Львов

Небольшой храм или сацелл был построен в 500–480 гг. до н.э. в районе Центокамера, недалеко от стен, но с другим направлением относительно них. Здесь в частном порядке совершалось поклонение Адонису в афинском "стиле", возглавляемое женским тиасом. Поэтесса Носсис, одна из наиболее хорошо сохранившихся греческих поэтесс, писала об этом локрианском культе около 310 г. до н.э., возможно, будучи частью одного из женских тиасов, почитавших богиню. Во второй половине IV века до н.э. над ним был построен изысканный двухэтажный дом, ориентированный по линии городских стен, из материалов храма, известного как "дом львов" из-за львиных головок водостоков из предыдущего сацелла, использованных в фундаменте. Общая площадь дома составляла 400 м², и 6 комнат были расположены вокруг двора, типичного для греческих домов, в которых были предусмотрены каналы для отвода воды. В состав помещений входили мастерская, вестибюль и андрон. Мастерская была вымощена плиткой и отличалась отдельным входом на улицу, а вторая дверь внутри позволяла владельцу переходить из мастерской в остальную часть дома. Вестибюль характеризовался подношениями, представленными шестью перевернутыми амфорами без горлышка и дна, содержащими костные остатки и керамику. Андрон, традиционная комната для пиров, был определен как просторное помещение, расположенное не рядом с входом, как это было принято. В нем размещались семь клини и было выполнено изысканное оформление, такое как оштукатуренные и расписанные стены, а также плитка на полу, обозначающая центральную платформу для банкетной мебели. В доме произошли несколько изменений между концом IV и концом III века до н.э. В начале III века до н.э. дом подвергся значительной перестройке, о чем свидетельствуют богатые архитектурные и декоративные детали, такие как крышные антефиксы и белоштукатурные колонны.

Святилище Афродиты

Святилище Афродиты также расположено в районе Центокамеры, в южной части Марасы, недалеко от стен, рядом с юго-восточными воротами и святилищем Адониса. Оно представляло собой U-образную стоу и центральный двор, построенные в два этапа в VII и середине VI века до н.э., и использовалось до середины IV века до н.э. Это было внушительное сооружение с рядом из шести комнат (оикой, 7 x 5 м), позднее разделенных на одиннадцать, с каждой стороны двора размером 55 x 66 м. Их назначение вызывает большой интерес; одна из гипотез заключается в том, что паломники использовали их в качестве ночлега и для проведения жертвенных ритуалов во время священных пиров, подобно хестиаторию, например, в храме Юноны Лацинии (Кротоне). Остатки жертв затем захоранивались в ямах, вырытых перед каждой комнатой. Возможно, они использовались для священной проституции, сексуальных обрядов в честь Афродиты, о которых упоминают некоторые писатели того времени. Во время религиозных пиров, проводимых здесь, от молодых девушек из бедных слоев общества могли требовать оказания определенных услуг. Учитывая размеры комнат и нецентральное расположение дверей, каждая комната была обставлена ложем (клинай) вдоль одной стены. В U-образной стое было обнаружено 371 ботрос (яма) с остатками пищи, очевидно предназначенными для проведения священных пиров, а также терракотовые статуэтки и посвящения Афродите. Среди костей жертвенных животных, помимо костей быков и свиней, были также найдены останки собак. В древности жертвоприношение собак было связано с лунными божествами – Афродитой и Гекатой. Среди керамики была ваза, покрытая черным лаком, с выгравированным именем Кибелы, что свидетельствует о том, что эта восточная богиня-мать достигла Локри до того, как была включена в культ Афродиты. Ритуал священного пира, проводимого в оиках, находит отражение в многочисленных лежачих статуэтках, изображающих людей, возлежащих на клинах. В их руках они держат символические предметы, такие как патера (неглубокая чаша для возлияний во время священных обрядов).

The sanctuary of Aphrodite is also located in the Centocamere area in south Marasà just outside the walls near the southeastern gate and near the sanctuary of Adonis. It was in the form of a "U" shaped stoa and a central courtyard built in two stages in the 7th century and middle of the 6th century BC, and used until the middle of the 4th century BC. It was an imposing structure with a series of six rooms (oikoi, 7 x 5 m), later divided into eleven, on each side of the courtyard of 55 x 66 m. A great deal of curiosity has been raised as to their use; one possibility is that travelling worshippers used them as lodgings and to celebrate sacrificial rituals at sacred banquets as in a hestiatoreion such as at the Temple of Juno Lacinia (Crotone). The residues of the sacrifice would then have been buried in a pit dug in front of each particular room. They may have been used for holy prostitution, sex in the service of Aphrodite recorded by some writers of the time. During religious banquets celebrated here young girls from the poorer classes could have been required to furnish certain services. Given the size of the rooms and the doors' off central position, each room was furnished with a couch (klinai) to one side. 371 bothroi (pits) were found in the U shaped stoa with remains of meals, evidently intended for the celebration of sacred banquets, with terracotta statuettes and dedications to Aphrodite. Among the sacrificial animal bones, apart from bulls' and pigs' there were also dog remains. Dog sacrifice in ancient times was tied to the moon gods, Aphrodite and Hecate. Amongst the pottery there was a black varnish vase engraved with the name of Cybele, proof that this Eastern mother goddess had reached Locri prior to being incorporated into the worship of Aphrodite. The sacred banquet ritual consumed in the oikoi is echoed in the numerous recumbent statuettes reclining on a kline. In their hands they hold symbolic objects like a patera (a shallow dish for pouring liquids during the sacred rituals).

Святилище Персефоны в Манеле

Знаменитое святилище Персефоны (королевы подземного мира) располагалось за городскими стенами на узкой террасе в долине между холмами Маннелла и Аббадесса. В римскую эпоху Диодор Сицилийский описал его как «самое известное из святилищ южной Италии» (исключая Сицилию). Богатства храма часто становились объектом вожделения иностранных правителей и обычных преступников и были разграблены Дионисием II (360 г. до н.э.), Пирром (276 г. до н.э.) и римским военачальником Племинием, наместником Сципиона после его изгнания из Локри во время Второй Пунической войны (205 г. до н.э.). Найденные в комплексе предметы, поднесенные в дар (фигурные терракоты, фрагменты ваз, арулы, пинаки, зеркала и надписи, посвященные богине), свидетельствуют об использовании храма в период с VII по II век до н.э. Его окружали внушительные подпорные стены террас, которые, вероятно, также обозначали границы священной территории, или теменоса. Внутри находилось сооружение вокруг квадратного углубления, которое интерпретировалось как сокровищница. Святилище не имело большого храма, но подпорные стены формировали узкий и слабо освещенный путь к священной области, создавая у древнего посетителя ощущение пребывания в священном месте. В святилище Маннелла было обнаружено множество пинаков, на которых чаще всего изображалось похищение Коре, дочери Деметры, ставшей Персефоной и женой Аида (бога подземного мира). Местонахождение святилища оставалось неизвестным на протяжении веков, пока археолог Паоло Орси в период с 1908 по 1911 год не провел серию скрупулезных раскопок, окончательно разрешивших эту задачу.

Пиннаки

Эти небольшие терракотовые эк-вото, найденные в сокровищнице святилища Маннелла, были украшены полихромными рельефными сценами, иллюстрирующими аспекты мифа и культа Коре Персефоны. Они были изготовлены в середине V века до н.э., имели прямоугольную или почти квадратную форму с максимальным размером 30 см по каждой стороне и снабжены отверстиями для подвешивания. Их высекали в барельефе, изображая мифологические сцены, и большинство из них датируется первой половиной V века до н.э. Некоторые сцены связаны с практикой священной проституции девственниц, существовавшей в локрианском обществе, или с обрядом посвящения, которому подвергались молодые девушки перед замужеством. Они подтверждали, что их обладательница была посвящена и готова исполнять свою роль в обществе как жены и матери. Более 5300 фрагментов, представляющих свыше 170 различных сюжетов, делают эту коллекцию уникальной в древнегреческом мире. Пинаки выставлялись на видном месте, подвешивались за отверстия, а затем ритуально разбивались, чтобы предотвратить изъятие и повторное использование этого дара богине. Производство пинаков велось также в колониях Медма и Гиппоний, а некоторые из них были обнаружены в Франкавилле-ди-Сицилии, во внутренних районах древнего Наксоса (Сицилия).

Храм Мараса

Архаичный деревянный храм VII века до нашей эры несколько раз перестраивался до конца VI века до нашей эры, когда он был разрушен и захоронен в большой яме внутри городских стен. Новый храм был построен сиракузскими архитекторами в 470 году до н.э. по инициативе тирана Иерона Сиракузского (союзника и защитника локриев). Новый храм был больше, выполнен в ионском стиле из известняка и располагался на том же месте, но имел другую ориентацию. Этот храм был значительно выше близлежащих дорических храмов (соотношение высоты к ширине 1:1) и является одним из немногих ионских храмов Великой Греции. Его монументальные размеры делали его видимым по всему городу и с моря. Изысканное убранство также символизировало власть, которой достигли Локри. Важнейшей статуарной находкой здесь является мраморная группа Диоскуров верхом на лошадях, происходящая из заднего фронтона храма. Это впечатляющая скульптура, изображающая каждого Диоскура, спускающегося с вздыбленного коня, поддерживаемого бородатым морским существом, с человеческим торсом, покрытым тканью, и остальной частью тела, имеющей вид рыбы. План храма – 45,5 x 19,8 м. Перед целлой располагался пронаос (вестибюль) с двумя колоннами между дверями, которые повторялись и между дверями опистодома (задней части храма), не связанного с целлой. Служебные лестницы были встроены в толщу стен между пронаосом и целлой для доступа на крышу, как в некоторых храмах Агригенто. В центре целлы три большие известняковые плиты были установлены вертикально в землю, перекрывая ботрос (яму ниже уровня пола), который, вероятно, имел важное значение для культа и использовался для хранения ценных предметов. Храм имел 17 ионных колонн на длинных сторонах и 6 колонн на фасаде. Высота колонн составляла около 12 м, с ионической капителью с волютами. Храм был разрушен в XIX веке, и сегодня в его руинах сохранилась лишь одна колонная основа.

Трон Людовизи

По мнению многих исследователей, знаменитый трон Людовизи происходит из ионского храма Мараса. Более того, фрагмент пинакса датируемый 470–60 гг. до н.э. (в настоящее время находится в Музее Великой Греции в Реджио-Калабрии), обнаруженный в храме Персефоны в Маннелле, изображает часть женской фигуры, почти идентичную одной из двух фигур женщин, изображенных по бокам трона Людовизи. Предполагается, что трон служил парапетом ботроса, поскольку его размеры соответствуют трем сохранившимся каменным плитам облицовки, которые до сих пор можно увидеть на этом месте.

Храм Каса Марафиоти

Храм Каса Марафиоти получил свое название от казино XVIII века, частично построенного над ним. Ранее он возвышался на небольшом холме в центре города, доминируя над общественным пространством. Возможно, он был частью обширного святилища, простиравшегося на 100 метров вниз по склону к месту, где была обнаружена киста с архивами Зевса Олимпийского. Если это так, то храм был посвящен Зевсу, которому поклонялись в Локри как защитнику города. После столетий разграбления ради строительных материалов, в 1910 году Паоло Орси обнаружил остатки его основания. Раскопки 1990-х годов выявили план храма шириной около 20 метров и, вероятно, вдвое большей длины. Он имел перистас (колоннаду) с, возможно, двойным рядом колонн на коротких сторонах. Храм был построен после середины VI века до н.э. в оригинальной интерпретации дорического стиля. Примером этого является замена обычных тройных триглифов, чередующихся с гладкими метопами на фризе между архитравом и крышей, на пять пятиглифов с каннелюрами. Декорация верхней части здания, и, возможно, не только, была обновлена в последней четверти V века до н.э., и сейчас представлена в музее Реджо. Именно тогда была установлена группа терракотовых статуй, предположительно на западном фронтоне. Она изображает обнаженного героя на коне, поддерживаемого крылатым сфинксом, и датируется концом V века до н.э. Между III и II веками до н.э. крыша сгорела. Храм, вероятно, был восстановлен и оставался в использовании до начала имперской эпохи. Это один из наиболее известных примеров, сохранившийся в исключительном состоянии, того, как греки стремились защитить деревянный каркас крыши своих храмов, облицовывая его терракотовыми элементами. Эти элементы изготавливались серийно с использованием матриц, а затем раскрашивались яркими красками. Карниз был покрыт рядом горизонтальных плит, украшенных сложным меандровым узором. Концы фронтонов закрывались профилированными карнизами (симами), украшенными чередующимися изображениями пальм и цветков лотоса. На длинных сторонах были оставлены небольшие треугольные отверстия для стока дождевой воды с фронтона. Львиные головы носят исключительно декоративный характер и не выполняют никакой функции. Краска использовалась для выделения рельефного декора, а также для украшения плоских поверхностей красочными деталями.

The Casa Marafioti temple is named after the 18th century Casino partly built over it. It used to stand on a small hill at the heart of the city dominating the public area. It may have been part of a very extensive sanctuary which stretched 100 m downhill to where the cist containing the archives of Olympian Zeus was found. If so the temple would have been dedicated to Zeus, worshipped in Locri as the city's protector. After centuries of being plundered for building materials, in 1910 Paolo Orsi uncovered what remained of its foundations. In the 1990's excavations revealed the temple's plan of about 20 m wide and probably twice that long. It had a peristasis (colonnade) with possibly a double row of columns on its short sides. The temple was built after the middle of the 6th century BC in a novel adaption of the Doric style. An example of this is the replacement of the more usual triple fluted triglyphs which alternate with the smooth metopes on the frieze between the architrave and the roof, with five fluted pentaglyphs. The decoration of the upper part of the building, if not more, was renovated in the last quarter of the 5th century BC which can now be seen in the Reggio museum. This was also when the terracotta statue group was positioned, possibly on the Western pediment. It represents a naked hero on horseback supported by a winged sphinx and dates to the end of the 5th century. Between the 3rd and 2nd century BC the roof burnt down. The temple was probably restored and remained in use until the early Imperial Age. It is one of the best known examples, with an exceptional state of preservation, of how the Greeks tended to protect the timber roof frame of their temples by cladding it with terracotta elements. These were made serially with dies and then painted with rich colours. The cornice was clad with a series of horizontal plates, adorned with a complex meandering pattern. The ends of the gables were closed with moulded cornices (sime) which were decorated with alternating palms and lotus flowers. On the long sides small triangular openings were left to let rainwater to flow off the gable and away. The lion's heads are strictly decorative with no function. Paint was used to highlight the decoration in relief as well as to adorn the flat surfaces with colourful details.

Купальники

Большие римские общественные термы, над которыми был построен фермерский дом Casino Macri, занимали площадь 1260 м² в центре города. Строительство началось в начале II века н.э., но комплекс так и не был завершен и не введен в эксплуатацию. Он оставался неиспользованным до V века, когда часть территории заняло кладбище, вероятно, связанное с небольшим поселением, существовавшим до X века. Термы были ориентированы в соответствии с регулярным городским планом греческой эпохи и выходили на портик (1) вдоль главной улицы (платеи), которая с VI века до н.э. проходила через город от гор до моря. Из портика был доступ к служебным помещениям (2, 6), включая уборную (5), которую можно осмотреть внутри современного здания слева от фермерского двора. Некоторые из этих помещений вели в большую центральную комнату (в настоящее время под двором фермы), с которой открывался вид на бассейны для холодных ванн (8, 9) – это был фригидарий терм (7). Отсюда, через большую арку, сохранившуюся на фасаде главного здания XIX века, можно было попасть в последовательность из трех отапливаемых комнат (15, 17, тепидарии и калидарии), последняя из которых (17) снабжалась тремя резервуарами для горячих ванн (6, 8). За пределами этой части римского здания располагались подвальные помещения (22, 29), предназначенные для размещения печей, отапливавших комнаты, которые также так и не были достроены.

Некрополь

За пределами города расположены несколько некрополей в районах Моначи, Руссо, Фараоне и Люциферо, где обнаружено более 1700 гробниц. Некрополь района Люциферо, использовавшийся с VIII века до н.э. до III века до н.э., включает три типа гробниц: ямные, типа «капуцин» и полуцилиндрические. Там были найдены ценные предметы, импортированные из Греции или Великой Греции (IV век до н.э.), такие как вазы, зеркала, бронзовые украшения и ювелирные изделия из драгоценных металлов. Предметы женского туалета предназначались для личной косметики (пиксиды и леканы, от греческого λεκάνη – поднос). В некрополе Люциферо обнаружены бронзовые зеркала (изготовленные местными мастерами) и фибулы (бронзовые застежки для одежды, местные изделия VI и V веков до н.э.). Лекифы, или вазы для хранения ароматических масел, использовались спортсменами перед физическими упражнениями и в погребальных обрядах. Зеркала, типичное производство Локрии, экспортировались в Великую Грецию и Сицилию и изготавливались из бронзы с ручками в виде фигур мужчин или женщин. Некрополь района Парапеццы, расположенный к юго-западу от Люциферо, включает более 200 гробниц. Он интенсивно использовался в архаический период (VI век до н.э.) и в эллинистический период (III и II века до н.э.). К VI веку до н.э. использовались большие керамические сосуды (амфоры для транспортировки вина и масла), многие из которых были импортированы из Коринфа или Афин. Также обнаружены амфоры, импортированные из Лаконии; этот тип керамики производился в VII и VI веках до н.э. Лаконская керамика, широко распространенная по всему Средиземноморью, изготавливалась из розовой глины с желтоватым покрытием, на котором расписывались фигуры черным цветом. Найдены гидрии – трехручные сосуды для черпания и переноски воды. Самые большие вазы использовались для погребения младенцев. Другие вазы использовались для хранения праха умерших. Сады Адониса (IV век до н.э.) создавались в транспортных амфорах, специально разбитых и перевернутых. Выращивали фенхель и салат, поливая их теплой водой для ускорения роста. Некрополь Контрада Фараоне расположен к северо-востоку от городской территории. В ходе раскопок был найден небольшой известняковый фронтон с дорическими фризами (фронтон наискоса), датированный периодом между IV и III веками до н.э.

Outside the city there are several necropoleis in the Monaci, Russo, Faraone and Lucifero districts where over 1,700 tombs have been found. The Necropolis of the Lucifero district, in use from the 8th century BC to the 3rd century BC, includes three types of tombs: pit tomb, Capuchin tomb and semi barrel tomb. Valuable and valuable objects have been found there, imported from Greece or Magna Graecia (4th century BC) including vases, mirrors, bronze ornaments and precious metal jewellery. Women's toiletry objects were for personal cosmetics (pyxes and lekànai, from the Greek λεκάνη, tray). Bronze mirrors (produced by local artisans) and fibulae (bronze brooches for clothes, local products from the 6th and 5th centuries BC ) were found in the necropolis of Lucifer. Lekythos, or vases to contain perfumed toilet oils were used by athletes before sporting exercises and for funeral rituals. The mirrors, a typical Locrian production exported to Magna Graecia and Sicily, were made of bronze with handles in the shape of a male or female figure. The Necropolis of the Parapezza district, south west of Lucifero, includes over 200 tombs. It was used intensely in the archaic age (6th century BC) and in the Hellenistic age (3rd and 2nd century BC). By the 6th century BC large ceramic containers (amphorae for transporting wine and oil) were used, many of which had been imported from Corinth or Athens. There are also amphorae imported from Laconia; this type of pottery was produced in the 7th and 6th centuries BC. Laconian pottery, widespread throughout the Mediterranean, was manufactured using pink clay with yellowish covering on which figures were painted in black. Hydriai, three handled vessels for drawing and transporting water, have been found. The largest vases were used to contain the bodies of small children. Other vases were used for the ashes of the deceased. The gardens of Adonis (4th century BC) were created in transport amphorae, appropriately broken and upside down. Fennel and lettuce were grown, watered with warm water to accelerate their growth. The Necropolis of Contrada Faraone is located in the north east of the urban area. During the excavations, a small limestone pediment with Doric friezes (naiskos pediment) was found dated between the 4th and 3rd centuries BC.