Введение
Непальский государственный деятель (1775–1839)
Бхимсен Тапа (август 1775 – 29 июля 1839) был непальским государственным деятелем, занимавшим должность Мухтияра (эквивалент премьер-министра) и фактического правителя Непала. Его также высоко ценят как реформатора за эффективную систематизацию и управление государственным управлением, программами и политикой. Однако его критиковали за разжигание бесчеловечной политической резни в начале политической карьеры, устранение политических соперников и укрепление политической и военной власти в своей семье.
Ранние годы
Бхимсен Тапа родился в августе 1775 года в деревне Пипал-Тохк района Горкха, сыном Амар Сингха Тапы (сану) и матери Сатьярупы Майи. Бхимсен принадлежал к семье чхетри из числа брадаров (придворных). Его предки были членами клана Багале Тапа из Джумлы, переселившихся на восток. Его дедом был Бир Бхадра Тапа, придворный в армии Притхви Нараяна Шаха. У Бхимсена Тапы было четверо братьев: Наин Сингх, Бахтавар Сингх, Амрит Сингх и Ранбир Сингх. От мачехи у него было два брата: Ранбам и Ранзавар. Точная дата женитьбы Бхимсена неизвестна, но у него было три жены, от которых родились один сын, умерший в раннем возрасте в 1796 году, и три дочери – Лалита Деви, Джанак Кумари и Дирха Кумари. Из-за отсутствия сына он усыновил Шер Чжунг Тапу, сына или внука его брата Наина Сингха. О ранней жизни Бхимсена Тапы известно немного. В возрасте 11 лет Бхимсен впервые соприкоснулся с Непальским королевским дворцом, когда его церемония Братабандха (возложение священной нити) была проведена вместе с наследным принцем Раной Бахадуром Шахом в Горкхе в 1785 году. В 1798 году его отец взял его в Катманду и определил служить телохранителем короля. В Катманду Бхимсен поселился в Тапатали, а после получения должности каджи (эквивалентной должности министра) переехал жить в Багх Дурбар возле Тундихеля.
Королевский дом
Преждевременная смерть Пратап Сингха Шаха (правил в 1775–77), старшего сына Притхви Нараяна Шаха, оставила огромный вакуум власти, который так и не был заполнен, серьезно ослабив формирующееся непальское государство. Преемником Пратап Сингха Шаха стал его сын Рана Бахадур Шах (правил в 1777–99), которому было всего два с половиной года. Действующим регентом до 1785 года была королева Раджендра Лакшми, затем Бахадур Шах (правил в 1785–94), второй сын Притхви Нараяна Шаха. Придворная жизнь была поглощена соперничеством, основанным на союзах с этими двумя регентами, а не на вопросах государственного управления, что создало неблагоприятный прецедент для будущей конкуренции между претендентами на регентство. Необходимость противостоять китайско-непальской войне в 1788–92 годах вынудила Бахадур Шаха временно занять пробританскую позицию, что привело к заключению торгового договора с британцами в 1792 году. Тем временем юность Раны Бахадура прошла в роскоши и почестях. В 1794 году Рана Бахадур достиг совершеннолетия, и его первым шагом стало переформирование правительства, с отстранением его дяди Бахадур Шаха от всех должностей. В середине 1795 года он увлекся вдовой брамина из касты майтхили, Кантавати Джха, и женился на ней с обещанием сделать их незаконнорожденного сына (согласно индуистским законам того времени) наследником престола, отстранив от наследования законного сына от предыдущего брака. К 1797 году его отношения с дядей, который вел уединенный образ жизни и намеревался искать убежище в Китае под предлогом встречи с новым императором, ухудшились настолько, что он приказал арестовать его 19 февраля 1797 года, а затем убить 23 июня 1797 года. Эти действия принесли Ране Бахадуру дурную славу как среди придворных, так и среди простого народа, особенно среди брахманов. В том же 1797 году родился Гирван Юддха Бикрам Шах, и его поспешно объявили наследным принцем. Однако менее чем через год после рождения Гирвана Кантавати заболела туберкулезом, и врачи посоветовали ей прибегнуть к аскетическим практикам для исцеления. Чтобы обеспечить престолонаследие Гирвана при жизни Кантавати, Рана Бахадур, которому едва исполнилось 23 года, отрекся от престола в его пользу 23 марта 1799 года, назначив свою первую жену, Раджражешвари, регентом. Он присоединился к своей больной жене Кантавати и второй жене Субарнапрабхе в аскетической жизни, поселившись в Деопатане, облачившись в шафрановые одежды и приняв имя Свами Ниргунанда или Нирванананда. Этот шаг поддержали и придворные, недовольные его своевольным и прихотливым поведением. Примерно в это же время Бхимсен Тапа и его отец Амар Сингх Тапа (сану) были повышены от субедара до сардара, и Бхимсен начал служить главным телохранителем бывшего короля. Покровительство Мулкаджи Киртимана Сингха Баснята помогло Бхимсену получить должность личного секретаря Раны Бахадура, поскольку его отец и дед поддерживали тесные военные связи с Каджи Абхиманом Сингхом Баснятом, дядей Киртимана Сингха. Тем временем отречение Раны Бахадура продлилось всего несколько месяцев. После неизбежной смерти Кантавати Рана Бахадур пережил психический срыв, во время которого он осквернял храмы и жестоко наказывал сопровождавших его врачей и астрологов. Затем он отказался от аскетической жизни и попытался восстановить свою королевскую власть. Это привело к прямому конфликту почти со всеми придворными, которые принесли священную клятву верности законному королю Гирвану, что в конечном итоге привело к установлению двоевластия и надвигающейся гражданской войне, в которой Дамодар Панде возглавил военные силы против бывшего короля и его сторонников. Поскольку большинство военных офицеров поддержали придворных, Рана Бахадур понял, что не сможет восстановить свою власть, и в мае 1800 года был вынужден бежать в контролируемый британцами город Варанаси.
Ссылка в Варанаси: 1800 1804
В качестве телохранителя и советника Раны Бахадура Шаха, Сардар Бхимсен Тапа также сопровождал его в Варанаси. В свите Раны Бахадура была его первая жена, Радж Раджешвари Деви, в то время как его вторая жена, Субарна Прабха Деви, осталась в Катманду, чтобы исполнять обязанности регента. Поскольку Рана Бахадур был готов на все, чтобы вернуть себе власть и покарать тех, кто вынудил его к изгнанию, он стал центром диссидентских группировок в Варанаси. В ноябре 1800 года он впервые обратился за помощью к британцам, в обмен на что был готов уступить торговый пост в Катманду и предоставить им 37,5% налоговых поступлений с холмов и 50% с Тераи. Однако британцы предпочли сотрудничать с существующим правительством Непала, нежели рисковать неопределенностью, связанной с восстановлением в должности изгнанного короля. Катмандуский Дурбар был готов пойти на уступки британцам и согласился подписать торговый договор при условии, что непокорный Рана Бахадур и его окружение будут содержаться в Индии под строгим британским надзором. Эта договоренность держалась в секрете от Раны Бахадура и его свиты, но когда они, наконец, узнали об ограничениях на их передвижение, а значит, и о договоре, они пришли в негодование как по отношению к британцам, так и к сторонникам (Дамодар Панде и его фракции) этого договора в Непале. Была начата интрига с целью подорвать единство придворных в Катмандуском Дурбаре и разжечь антибританские настроения. Между бывшим королем и отдельными придворными был обменен ряд писем, в которых он пытался настроить их против Дамодара Панде и соблазнить обещаниями высоких государственных должностей, которые они могли бы занимать пожизненно и передавать по наследству. Бабурам Ачарья считает Бхимсена ответственным за все эти схемы, полагая, что у Раны Бахадура не хватало умственных способностей для таких переговоров и интриг. Он утверждает, что Бхимсен отвечал за ведение переговоров с британцами и за написание писем от имени бывшего короля, в то время как сам Рана Бахадур предался разгулу. Подобно этому, историк Читтаранжан Непали полагал, что помимо осознания мотивов непальских брадаров, удерживавших свиту Раны Бахадура в Банаресе, Бхимсен также в полной мере осознал истинный смысл системы протекторатов, принятой Ост-Индской компанией. Тем временем Раджраждешвари, возможно, из-за разочарования в своем распущенном муже или по политическим причинам, покинула Варанаси, пересекла границу Непала 26 июля 1801 года и, воспользовавшись слабостью регентства, медленно продвигалась к Катманду с целью захвата власти регента. В Катманду придворная политика осложнилась, когда Мулкаджи (или главный министр) Киртиман Сингх Баснят, любимец регента Субарнапрабхи, был тайно убит 28 сентября 1801 года сторонниками Раджраждешвари. В последовавшей неразберихе многие придворные были заключены в тюрьму, а некоторые казнены, лишь на основании слухов. Бахтавар Сингх Баснят, брат убитого Киртимана Сингха, был назначен на должность Мулкаджи. Во время своего пребывания на этом посту, 28 октября 1801 года, между Непалом и Ост-Индской компанией был подписан Договор о торговле и союзе. Это привело к учреждению первого британского резидента, капитана Уильяма О. Нокса, которого придворные в Катманду неохотно приняли 16 апреля 1802 года. Основной целью миссии Нокса было полное введение в действие торгового договора 1792 года и установление "контролирующего влияния" в непальской политике. Почти через восемь месяцев после учреждения резиденции, Раджраждешвари наконец-то смогла занять должность регента 17 декабря 1802 года.
Возвращение в Катманду
После того, как Раджаджешвори взяла на себя регентство, она оказалась под давлением Нокса, требующего выплаты ежегодной пенсии в размере 82 000 рупий свергнутому королю, согласно обязательствам договора, который погасил огромный долг, накопленный Рана Бахадуром Шахом в Варанаси из-за его расточительности. Непальский двор также счел целесообразным держать Рана Бахадура в изоляции в самом Непале, а не в контролируемой британцами Индии, и полагал, что выплата его долгов может облегчить его возвращение в подходящий момент. Присутствие Раджаджешвори в Катманду также вызвало недовольство среди придворных, группировавшихся вокруг нее и Субарнапрабхи. Предвидя неминуемую враждебность, Нокс объединился с Субарнапрабхой и попытался вмешаться во внутреннюю политику Непала. Получив сведения об этом, Раджаджешвори распустила правительство и назначила новых министров, Мулкаджи стал Дамодар Панде, а резидент Нокс, обнаружив себя в немилости и потерпев неудачу в достижении целей своей миссии, добровольно покинул Катманду и обосновался в Макванпуре, ссылаясь на эпидемию холеры. Субарнапрабха и члены ее фракции были арестованы. Такая открытая демонстрация антибританских настроений и унижения побудила тогдашнего генерал-губернатора Ричарда Уэлсли отозвать Нокса в Индию и в одностороннем порядке разорвать дипломатические отношения. Договор 1801 года также был односторонне аннулирован британцами 24 января 1804 года. Приостановка дипломатических отношений дала генерал-губернатору предлог разрешить свергнутому королю Рана Бахадуру вернуться в Непал без каких-либо условий. Получив известие, Рана Бахадур и его сторонники направились в Катманду. Из Катманду Дурбара были отправлены войска для контроля за их продвижением, но они перешли на сторону бывшего короля, столкнувшись с ним лицом к лицу. Дамодар Панде и его люди были арестованы в Танкоте, где ждали, чтобы встретить бывшего короля с почестями и взять его под стражу. После восстановления власти Рана Бахадур начал мстить тем, кто пытался держать его в изгнании. Он сослал Раджаджешвари в Хеламбу, где она стала буддийской монахиней, обвинив ее в поддержке Дамодара Панде и сговоре с британцами. Дамодар Панде вместе со своими двумя старшими сыновьями, которые были совершенно невиновны, был казнен 13 марта 1804 года. Подобным образом некоторые члены его фракции были подвергнуты пыткам и казнены без надлежащего судебного разбирательства, в то время как многим другим удалось бежать в Индию. Рана Бахадур также наказал тех, кто не оказал ему помощи во время изгнания. Среди них был Притхви Пал Сен, король Палпы, которого обманом заключили в тюрьму, а его королевство было насильственно аннексировано. Субарнапрабха и ее сторонники были освобождены и получили всеобщую амнистию. Те, кто помог Рана Бахадуру вернуться в Катманду, были щедро награждены званиями, землей и богатством. Бхимсен Тапа был назначен вторым каджи; Ранджит Панде, тесть брата Бхимсена, стал Мулкаджи; Шер Бахадур Шах, сводный брат Рана Бахадура, был назначен Мул Чаутарией; а Ранга Натх Паудель – Радж Гуру (королевским духовным наставником).
Расширение на Западе
К тому времени, когда Бхимсен пришел к власти, территория Непала простиралась до границы Гархвала на западе. Во время правления Бахадура Шаха Непал заключил договор с Гархвалом, требуя выплаты 9 000 н.р. в год. Позже Рана Бахадур Шах уменьшил эту сумму до 3 000 н.р. Однако в 1804 году Гархвал отказался от выплаты, после чего Бхимсен отправил армию под командованием Бада Каджи Амар Сингха Тапы (не следует путать с его отцом), Бхакти Тапы и Хасти Дал Шаха для нападения на Гархвал. В битве при Хурбуре в мае 1804 года огромная 12 000-я армия Гархвала обратилась в бегство после того, как их король Прадьюмна Шах был убит выстрелом Каджи Ранажит Кунвара, что позволило расширить территорию Непала до реки Сатледж на западе. Когда непальская армия готовилась к кампании против Кангры в сентябре 1805 года, участились случаи дезертирства, и Бхимсен приказал своему брату Наин Сингху арестовывать дезертиров.
Байсати Харана
После перестановки власти в 1805 году Бхимсен стал автором непопулярного плана по конфискации всех земель, освобожденных от налогов и предоставленных храмовым гути и брахманским священникам в качестве бирта, с целью пополнения пустой государственной казны. Целью было проверить случаи, когда земли, освобожденные от налогов, использовались без надлежащих документальных подтверждений предоставления земли жертвователем; владельцы, представившие действительные доказательства или способные принести клятву об их подлинности, не затрагивались. Вырученные средства были направлены на финансирование военных кампаний в отдаленных западных районах, в регионе Ямуна-Сатледж. Эта мера стала очень радикальной реформой в глубоко религиозном обществе того времени и вошла в историю Непала как Байсати Харан.
Бхандархалская резня 1806 года
После возвращения в Катманду, действуя заодно с Раной Бахадуром, Бхимсен занялся присвоением дворцов и имущества свергнутых членов семьи Шах, которое он разделил между собой и своим сторонником Рангнатхом Пауделем. Это вызвало негодование и зависть у Шер Бахадура Шаха (сводного брата Рана Бахадура) и его сторонников, поскольку они не получили никакой доли в конфискованном имуществе, несмотря на их помощь в восстановлении Рана Бахадура у власти. Они также опасались растущего влияния Бхимсена. К этому времени Рана Бахадур был лишь номинальной фигурой, а Каджи Бхимсен Тапа единолично контролировал центральное управление страной, имея возможность проводить даже непопулярные реформы, такие как Байсати Харан. Бхимсен почувствовал необходимость расправиться со своими соперниками, но в то же время считал необходимым соблюдать осторожность, прежде чем преследовать ближайших членов королевской семьи. Почти два года после возвращения в Катманду Рана Бахадур не занимал официального поста в правительстве – он не был ни королем, ни регентом, ни министром, – однако не испытывал никаких колебаний в использовании всей государственной власти. Рана Бахадур не только осуществил Байсати Харан по совету Бхимсена, но и смог изгнать из города всех невакцинированных детей, а также их родителей во время вспышки оспы, чтобы предотвратить заражение короля Гирвана. Теперь, спустя почти два года, 26 февраля 1806 года Рана Бахадур был неожиданно назначен Мухтияром (главным должностным лицом), и Бхимсен попытался реализовать свои планы через Рана Бахадура. Бхимсен также тайно узнал о заговоре с целью свержения Раны Бахадура. Трибхуван Хавас (Прадхан), член фракции Шер Бахадура, был заключен под стражу по вновь выдвинутым обвинениям в сговоре с англичанами, приведшем к миссии Нокса, за который уже было даровано помилование, и ему было приказано казнить его. Трибхуван Хавас решил раскрыть имена всех, кто участвовал в переговорах с англичанами. Среди них был и Шер Бахадур Шах. В ночь на 25 апреля 1806 года Рана Бахадур провел встречу в доме Трибхувана Хаваса с остальными придворными, во время которой он насмехался над Шер Бахадуром и угрожал ему казнью. Около 10 вечера Шер Бахадур, в отчаянии, выхватил меч и убил Рану Бахадура Шаха, после чего был сражен находившимися поблизости придворными Бамом Шахом и Бал Нарсингом Кунуаром, также союзниками Бхимсена. Убийство Раны Бахадура Шаха спровоцировало массовую резню в Бхандархале (королевском саду к востоку от Катманду Дурбара) и на берегу реки Бишнамати. В ту же ночь члены фракции Шер Бахадура – Бидур Шах, Трибхуван Хавас и Нарсинг Гурунг – и даже король Притхипал Сен из Пальпы, находившийся под домашним арестом в Патан Дурбаре, были быстро схвачены и убиты в Бхандархале. Их тела не были преданы погребению, их вытаскивали и бросали на берег Бишнамати, чтобы их съели стервятники и шакалы. В течение последующих нескольких дней все сыновья Шер Бахадура Шаха, Бидура Шаха, Трибхувана Хаваса и Нарсинга Гурунга в возрасте от 2 до 15 лет были обезглавлены на берегу Бишнамати; их жены и дочери были отданы представителям низших каст, их телохранители и слуги также были убиты, а все их имущество конфисковано. Бхимсену удалось устранить всех, кто не соглашался с ним или мог представлять угрозу в будущем. В этой резне, продолжавшейся около двух недель, погибло в общей сложности девяносто три человека (16 женщин и 77 мужчин). Почти за полтора месяца до резни, по настоянию Бхимсена, Рана Бахадур, которому тогда было 31 год, женился на 14-летней девушке по имени Трипурасундари 7 марта 1806 года, сделав ее своей пятой законной женой. Воспользовавшись политическим хаосом, Бхимсен стал Мухтияром (1806–1837), а Трипурасундари получила титул Лалита Трипурасундари и была объявлена регентом и королевой-матерью (1806–1832) Гирвана Юддха Бикрам Шаха, которому было всего 9 лет. Таким образом, Бхимсен стал первым человеком за пределами королевской семьи, занявшим должность Мухтияра. Все остальные жены (кроме Субарнапрабхи) и наложницы Раны Бахадура, вместе со своими служанками, были вынуждены совершить сати. Бхимсен получил королевский указ от Трипурасундари, изданный от имени короля Гирвана, предписывающий всем остальным придворным повиноваться ему. Бхимсен еще больше укрепил свою власть, отстранив старых придворных от центральной власти, назначив их администраторами отдаленных провинций страны. На их место были поставлены его близкие родственники, являвшиеся лишь послушными исполнителями его воли. На месте, где Рана Бахадур Шах испустил последний вздох, Бхимсен позже построил в память о нем храм Шивы под названием Рана Муктешвар.
Расширение на Западе (продолжение)
Бхимсен ранее приказал завоевать королевство Гархвал и начать подготовку к кампании против Кангры. Горхалийские войска под командованием Бадакаджи Амар Сингха, Рудрабира Шаха и Наина Сингха захватили Налагарх, перешли реку Сатледж и разгромили короля Кангры Сансара Чанда в Махал Мори в мае 1806 года. К несчастью, Бхимсен потерял своего брата Наина Сингха, который был убит при захвате форта Кангры зимой 1806–1807 годов. В 1807 году форт был осажден непальскими войсками, и к началу 1809 года большая часть земель Кангра-джагира была присоединена к Непалу, хотя сам форт все еще оставался неприступным. Сансар Чанд нашел убежище у сикхов Пенджаба, и к августу 1809 года непальская армия была вынуждена отступить под натиском объединенных сил Сансара Чанда и Ранджита Сингха, правителя Пенджаба. Другие государства, такие как Сальян, также были аннексированы Непалом в период его правления. Перед англо-непальской войной территория Непала простиралась от реки Сатледж на западе до реки Тееста на востоке. Однако большая часть этой территории была утрачена в ходе англо-непальской войны. В 1811 году Бхимсен получил звание генерала, объединив в своих руках должности мухтияра и генерала.
Англо-непальская война: 18141816
Англо-непальская война (1814–1816), иногда называемая войной Гуркхов, была развязана между Непалом и Британской Ост-Индской компанией из-за пограничных разногласий, торговых споров и экспансионистских амбиций обеих сторон. Напряженность между ними нарастала более десяти лет после провала миссии Нокса. Бхимсен назначил своего отца Амар Сингха Тапу правителем Пальпы, что привело к серьезным пограничным спорам с Британской Ост-Индской компанией. Непосредственной причиной англо-непальской войны 1814 года стал пограничный спор с британцами в районе Бутвал, Терай. Британцы стремились аннексировать горные регионы Непала и сами спровоцировали пограничные конфликты. При разграничении границы британский представитель майор Брэдшоу проявил неуважение к непальским представителям – Раджгуру Ранганату Пудьялю и Каджи Далабханджану Панде, стремясь спровоцировать войну против Непала. Эта война стала важнейшим событием в период мухтияри (правление мухтияра) Бхимсена Тапы, поскольку оказала влияние на все последующие этапы непальской истории. Учитывая многочисленные успехи непальской армии в ходе экспансионистских кампаний, Бхимсен Тапа с непальской стороны был одним из главных сторонников войны с британцами, несмотря на возражения Бада Каджи Амар Сингха Тапы, который непосредственно участвовал в боевых действиях и знал о тяготах войны. Среди высокопоставленных министров и военачальников, поддержавших войну, был Каджи Далабханджан, а среди противников – Каджи Амар Сингх (Бада), Раджгуру Ранга Натх, Каджи Ранхадж Тапа, Чаутария Бам Шах и Чаутария Хастидал Шах. Отношение Бхимсена к войне отражено в его ответе королю Гирвану, демонстрирующем его уверенность в стратегическом военном превосходстве Непала:
Каджи Ранхадж Тапа также согласился с ответом Бхимсена относительно стратегического военного преимущества Непала над британцами в горах, но возразил, что изгнанные горные раджи объединятся против империи Гуркхов и раскроют британцам секреты горной местности. Аналогично, Каджи Амар Сингх (Бада) также полагал, что горные раджи перейдут на сторону британцев. Основываясь на разведывательных данных, Бхимсен предсказал, что первой целью британского наступления станет район Дун, что впоследствии подтвердилось. Британцы предприняли две последовательные волны вторжений. Непальской армией командовали преимущественно члены и родственники влиятельного клана Тапа, включавшего династию Тапа и семью Амар Сингха Тапы. Во время войны Бхимсен пытался заключить союз с Ранджит Сингхом из империи сикхов и Даулат Рао Синдией из государства Гвалиор, чтобы начать совместную войну против британцев и открыть несколько географических фронтов. Оба правителя не желали поражения Непала, однако и не хотели поддерживать проигрывающую сторону. Война завершилась подписанием Сугаулийского договора в 1816 году, по которому около трети территории Непала перешла к британцам. Кроме того, по договору Непал обязался разрешить взаимное пребывание аккредитованных министров при дворах обеих стран для укрепления и развития дружественных и мирных отношений между государствами. Во время войны Бхимсен Тапа исполнял обязанности главнокомандующего непальской армией и, следовательно, нес прямую ответственность за поражение Непала.
Держись !
В мае 1816 года Эдвард Гарднер прибыл в Катманду в качестве первого британского резидента после заключения Сугаулийского договора. Бхимсен использовал все свое влияние для поддержания мира, хотя и не дружественных отношений, с британцами, – "Силой", как он выразился, – "которая сокрушает престолы, словно глиняную посуду". Его внешняя политика после войны по сути соответствовала завещанию Притхви Нараяна Шаха – сохранять Непал в изоляции от любого иностранного влияния. Таким образом, хотя он был вынужден принять британского резидента в Катманду согласно Сугаулийскому договору, он сделал все возможное, чтобы отрезать резидента от какой-либо связи с жизнью в Непале, фактически превратив его в узника. Помимо мелких притеснений, резиденту разрешалось путешествовать лишь в пределах долины Катманду, и то только в сопровождении специальной охраны. Ему также было запрещено встречаться с королем или придворными по своему усмотрению. Таким образом, угроза присутствия резидента в Катманду оказалась не столь значительной, как предполагалось. Позднее британский резидент Ходжсон также отметил, что британцам не удалось извлечь выгоду из победы в войне 1816 года над Непалом, полагая, что следовало либо "окончательно ослабить [Непал]", либо заставить его "предоставить избыточные войска" для британской армии. 20 ноября 1816 года король Гирван Юддха скончался от оспы в возрасте девятнадцати лет. У Гирвана было две жены – старшая совершила сати вместе с ним, а вторая умерла от оспы спустя 14 дней после его смерти. Таким образом, Гирвана унаследовал его единственный сын, двухлетний Раджендра Бикрам Шах, через 18 дней после смерти отца, 8 декабря 1816 года. Следовательно, Бхимсен Тапа, вступив в сговор с королевой-регентом Трипурасундари, оставался у власти, несмотря на поражение Непала в англо-непальской войне 1814–16 годов. Со стороны фракций, опиравшихся на влиятельных членов других аристократических семей, особенно Панде, существовала постоянная оппозиция Бхимсену, которые осуждали его, по их мнению, трусливую покорность британцам. Парадоксально, но мирное время после англо-непальской войны ознаменовалось инфляцией и модернизацией непальской армии, которую Бхимсен использовал для подавления оппозиции, одновременно убеждая подозрительных британцев в отсутствии у него намерений использовать ее против них. Бхимсен назначил членов своей семьи и наиболее доверенных людей на высшие посты при дворе и в армии, в то время как представители старых аристократических семей были назначены администраторами отдаленных провинций королевства, вдали от столицы. Таким образом, Бхимсен смог продолжать принимать все административные решения страны, в то время как регент-королева Трипурасундари беспрекословно одобряла их, ставя королевскую печать, выданную от имени короля Раджендры, на эти правительственные указы. Регент никогда не решалась выражать сомнения относительно решений Бхимсена. Тем не менее, чтобы гарантировать изоляцию короля, его жен – Самраджьи Лакшми Деви (старшей) и Раджьи Лакшми Деви (младшей) – и регента от влияния кого-либо, кроме Бхимсена и его ближайших родственников, Бхимсен назначил своего младшего брата Ранвира Сингха Тапу в королевский дворец для наблюдения за королевской семьей и охраны от посторонних. Любой священник или придворный, желавший получить аудиенцию у короля, королев или регента, должен был получить разрешение от Ранвира Сингха, и аудиенция должна была проводиться в его присутствии. Кроме того, королевской семье не разрешалось покидать дворец без разрешения Бхимсена. Бхимсен также пренебрег формальным образованием Раджендры, в результате чего он вырос некритичным и слабовольным, настолько, что даже не осознавал, что фактически находится в заключении. Однако его жены были более бдительными и осторожными по отношению к Бхимсену, поскольку, по словам Бабурама Ачарьи, они получали нефильтрованные новости о мире за пределами королевского дворца от своих служанок, которые покидали дворцовые стены и возвращались в свои дома во время менструации, собирая новости и слухи, которыми затем делились с королевами.
"Тасслз" с компанией "Самар Джунг"
После резни в Бхандархале в 1806 году Бхимсен был назначен главой компании Самар Джунг, созданной в 1796 году как подразделение охраны королевского дворца и размещенной внутри дворцового комплекса. Командование компанией позже перешло к его брату Бахтавару Сингху. Эта должность позволила Бахтавару завоевать доверие короля Гирвана и королевы-регента Трипурасундари. После окончания англо-непальской войны Бхимсен заподозрил Бахтавара в антимухтияровской политике и сговоре с враждующими группировками при дворе. В то время Бахтавар жил с братом в большой семье, не разделяя наследственное имущество. После заключения договора с британцами о возвращении части аннексированной земли в Тарае Непалу, Бхимсен обратил внимание на влияние Бахтавара Сингха на королевскую семью. Однако их мать просила лишь о мягком наказании для Бахтавара. В итоге его уволили с должности и заключили в тюрьму в Нувакоте. Это решение вызвало недовольство среди личного состава компании Самар Джунг. В связи с этим Бхимсен отстранил компанию Самар Джунг от охраны королевского дворца. Часть офицеров и солдат компании была заключена под стражу, а остальным были поручены охранные функции в обычных тюрьмах, а также надзор за строительством дорог заключенными. В качестве дополнительного наказания Мухтияр отменил для них выходные в субботу, которые были доступны другим подразделениям. Их флаг Девата, который несли знаменосцы Нишана, также был подвергнут оскорблению.
Политика и реформы
Британский историк Генри Амброз Олдфилд утверждал, что Бхимсен вернул Непалу позиции, которые страна занимала до войны с британцами, благодаря политике милитаризации, а также финансовым и экономическим реформам.
Милитаризация
Бхимсен провел реорганизацию непальской армии на основе европейской военной системы, а содержание новосозданной сильной армии обеспечивалось за счет конфискации фондов Бирты 1805 года. Он пригласил французских военных специалистов для модернизации армии, используя французские воинские звания и форму. Военная служба стала привлекательнее благодаря расширению льгот, включая предоставление носильщиков (джара) даже в мирное время во время его пребывания на посту Мухтияра. В связи с острой нехваткой рабочей силы в стране, он ввел юридическую обязанность для всех совершеннолетних мужчин всех каст предоставлять государству принудительный труд, за исключением случаев, предусмотренных королевскими указами. Эти работы включали строительство и содержание крепостей, мостов, дорог, а также производство боеприпасов для военных походов.
Политика в отношении паспортов
Бхимсен считал холмы Чурия основной линией обороны Королевства Непал. Поэтому он стремился установить связь с западными регионами, такими как Кумаон, Гархвал и регион Ямуна-Сутледж, принадлежащий Королевству Непал, и перекрыть стратегические пути к долине Катманду. Личные вещи проходящих строго обыскивались, и даже частная переписка подвергалась цензуре. Это было сделано для предотвращения утечки секретной информации из Непала к правительству Британской Ост-Индской компании. Для контроля доступа в столицу была введена паспортная система, а на маршрутах через Чурия были назначены чиновники со следующими инструкциями:
Торговая и экономическая политика
Торговая политика Бхимсена Тапы находилась под влиянием короля Притхви Нараяна Шаха, который полагал, что иностранные (в данном контексте – английские) торговцы ослабят экономику страны и обнищают население. Таможенные учреждения были перемещены внутрь страны, чтобы уменьшить неудобства для местных торговцев. Местным торговцам были предоставлены необходимые условия и возможности, а чиновникам было приказано не притеснять местных торговцев. Бхимсен, как говорят, заявил: "Он инициировал увеличение таможенных пошлин, что привело к росту государственных доходов с восьмидесяти тысяч рупий в 1816 году до двух с половиной лакхов рупий (NPR 250 000) в 1833 году". После 1807 года рынки были открыты в Терае и Внутреннем Терае при прямом участии и контроле правительства с целью облегчения торговли для местных купцов. Например, в 1809 году рыночные поселения были основаны в Хитаруве в Макаванпуре и в Бхадаруве в Саптари. Индийским торговцам также было предложено вести торговлю внутри страны, а непальским чиновникам было поручено заботиться о развитии приграничных рынков, освоении и заселении земель, а также защите от захвата земель. В 1811 году был начат экспорт древесины из Читвана в Калькутту, а также проводилась диверсификация сельскохозяйственной продукции для укрепления экспорта. Кроме того, правительство Бхимсена занималось добычей полезных ископаемых и чеканкой монет.
Судебные реформы
Бхимсен провозгласил принцип равенства перед законом в Непале. В 1826 году он издал указ, заверенный Лалмохаром (красной печатью) Махараджи, адресованный Каджи Далбханджану Панде, с требованием поддерживать неприкосновенность судебной системы, в котором говорилось следующее:
Мохи (крестьяне-арендаторы) считали более удобным платить налоги в натуральной форме своим заминдарам из-за нехватки денежных средств. Он приказал заминдарам принимать зерно в качестве налога и не притеснять крестьян. Указ также предписывал, что ответственность за обеспечение денежных средств лежит на заминдарах, а не на крестьянах. Правила против взяточничества были изданы в связи с сообщениями о том, что заминдары, амали и местные чиновники брали взятки с населения в отдаленных провинциях. Бхимсен своим указом объявил незаконным давать или принимать любые формы взяток или подарков от людей. Торговцы в Риди в 1829 году и в Тансене в 1830 году лишились своих соломенных торговых лавок из-за пожара. Пострадавшие торговцы потребовали индивидуальных прав на собственность и разрешения на строительство капитальных торговых помещений. Он принял предложение торговцев о строительстве капитальных торговых помещений и разрешил индивидуальные права на имущество. До назначения Бхимсена Мухтияром, из-за длительных объединительных кампаний в Непале в непальской администрации царил хаос. В провинции Ачхам заминдары, амали и торговцы совершали серьезные злоупотребления в отношении крестьян, устанавливая непомерные проценты по ссудам, что вызвало восстание крестьян. Бхимсен, тронутый положением пострадавших, издал указ, заверенный Лалмохаром, с обязательным предписанием немедленно списать все непогашенные долги.
Mohi (tenant farmers) felt it easier to pay taxes in kind to their Zamindars due to cash shortage. He directed the Zamindars to accept foodgrain as tax and not to harass the farmers. The regulation further directed that it was the responsibility of Zamindars to make arrangements for cash and not of the farmers. The anti bribery regulations were issued due to reports of Zamindars, Amalis, and regional officials taking up bribery from people in the far flung provinces. Bhimsen through his regulations declared it illegal to give or take any form of bribes or gifts from people. Merchants at Ridi in 1829 and Tansen in 1830 lost their thatched shopping houses to fire. The affected merchants demanded individual rights on property and allowance of building concrete shopping houses. He accepted the merchants' proposal of building concrete shopping houses and allowed individual rights on the property. Due to long ongoing unification campaigns of Nepal, there was anarchy in Nepalese administration before Bhimsen's Mukhtiyari. In Achham Province, Zamindars, Amalis, and traders perpetrated great injustice to farmers by increasing heavy interest on loans, to which farmers revolted. Bhimsen being moved by the plight of the victims issued Lalmohar with binding instructions to write off outstanding dues at once.
Реформы рабства
В 1807 году, занимаясь вопросом рабства, правительство Бхимсена распорядилось чиновникам по сбору доходов взыскивать непогашенные налоги и штрафы в денежной форме и повелело освободить всех порабощенных крестьян в случае неуплаты налогов, при этом ни один крестьянин не должен быть порабощен за неуплату налогов. В 1812 году он ввел общий запрет на торговлю людьми в Гархвале, Сирмуре и других районах. Детей должников приобретали торговцы в счет накопленных процентов по займам и перепродавали с прибылью. Феодалы лишали их каких-либо законных прав и считали рабов нелюдями. Бхимсен выступил против распространенного мнения о бесчеловечном обращении с рабами. В 1830 году, предварительно введя антирабовладельческие постановления в 1807 году, Бхимсен ограничил всех торговцев Данувар в Западном Непале в приобретении и продаже рабов-карий, а также освободил рабов из-под власти их владельцев. Постановление было направлено на предоставление рабам законных прав и поднятие их духа. Спустя шесть лет он ограничил практику продажи детей, распространенную среди общины Магар в Марсянги и Западном Пютане. Бхимсен объявил торговлю рабами незаконной на различных территориях Непала. Это достижение считалось одним из величайших в истории, особенно в сравнении с действиями британских властей. Уилберфорс в Англии добивался общественной поддержки для отмены рабства, в то время как один из самых влиятельных премьер-министров мира в 1800-х годах – Уильям Питт – колебался с запретом торговли рабами.
Социально-религиозные реформы
Социально-религиозные обычаи, такие как обряды рождения и погребения в общине неваров, приводили к задолженности. Священники взимали огромные платы за проведение обрядов, а несоблюдение этих обычаев грозило изгнанием из неварского общества. В 1830–1831 годах Бхимсен издал указ Лалмохар, который установил лимит на плату за проведение обрядов и ограничил сумму расходов.
Реформы землепользования
Около 1808 года Бхимсен приказал осушить заброшенные земли в регионе Терай с целью увеличения государственных доходов и предоставил ирригационные сооружения поселенцам, занимавшимся освоением этих земель. В тех местах, где ощущалась нехватка арендаторов, фермерам выделялись заброшенные земли с освобождением от налогов, а вновь прибывшим поселенцам предоставлялись ссуды. Политика освоения заброшенных земель была весьма выгодна как правительству, так и арендаторам и добилась значительного успеха в Восточном Терае. Для координации реализации этой политики в 1811 году по всему государству были назначены должностные лица.
Реформы почтовой системы
Система "хулаки" (почтовой доставки) от Катманду до западных рубежей была внедрена в 1804 году посредством ротационных смен носильщиков. В 1808 году, во время премьерства Бхимсена, было доложено о привлечении несовершеннолетних к работе в системе "хулаки" в деревнях с небольшим количеством домохозяйств, обслуживающих "хулаки". Постановление, изданное правительством Бхимсена, предписывало увеличить количество смен в деревнях с малым количеством домохозяйств, обслуживающих "хулаки", и строго наказывать тех, кто принуждает несовершеннолетних и женщин к личной службе в системе "хулаки". Эти услуги дхара (носильщиков) для системы "хулаки" регулярно требовались, в связи с чем некоторых награждали землей на условиях адхии (полусобственности), а другим выплачивали денежную компенсацию в качестве заработной платы. Положения, изданные в июле 1809 года, гласили:
Внешняя политика
Бхимсен был широко известен тем, что на протяжении всей своей жизни придерживался негативной политической позиции по отношению к британскому империализму. Он был сторонником "азиатского единства" против британского империализма. Он ввел ограничения для британского резидента, запрещающие ему вмешиваться во внутреннюю политику и государственное управление, и запретил резиденту поддерживать какие-либо тайные связи с гражданами Непала. Он стремился свести роль британского резидента к роли простого посла дружественного государства. Он рассматривал британских резидентов как источник беспорядков в местной администрации, поощряющих междоусобицы с целью колонизации ослабленных государств, раздираемых внутренними конфликтами. Он также полностью осознал главную цель системы протекторатов, проводимой правительством Ост-Индской компании. В связи с этим немецкий философ и историк Карл Маркс привел цитату британского историка Уильяма Хантера о его понимании британской системы протекторатов. Историк Найарадж Панта полагал, что действия Бхимсена по подавлению британского влияния в Непале и укреплению непальской армии имели важное значение для сохранения судьбы единственного индуистского королевства в мире. Британский резидент Ходжсон в своем докладе от 19 декабря 1833 года отметил, как Бхимсен успешно противостоял британским колониальным державам, покорившим всю Индию:
British historian William Hunter also remarked about his comprehension of British system of protectorate. Historian Nayaraj Panta considered that Bhimsen's action to suppress British influences on Nepal and strengthening of Nepalese military forces was important to save the fate of the only Hindu Kingdom in the world. British Resident Hodgson on his 19 December 1833 report lauded how Bhimsen successfully defied the British colonial powers that succeeded over all of India:
После войны 1816 года Бхимсен препятствовал прямой связи между британскими резидентами и королем, что вызвало негативную реакцию у резидента Брайана Хогтона Ходжсона. В своем докладе от 18 февраля 1833 года генерал-губернатору Индии резидент Ходжсон писал:
Созданное наследие
В 1811 году он построил мост в Тапатали над рекой Багмати, соединяющий стратегически важные города Катманду и Патан. В 1825 году он построил знаменитую башню Дхарахара по приказу тогдашней правящей королевы Непала Трипурасундари. До этого, в 1824 году, он уже возвёл для себя более высокую предшественницу Дхарахары. Высокая Дхарахара обрушилась во время землетрясения в Непале в 1833 году и больше не восстанавливалась. Меньшая Дхарахара имела 11 этажей до землетрясения в Непале в 1934 году, после которого осталась лишь в два этажа. Изначальная башня Дхарахара, построенная Бхимсеном, достигала 225 футов в высоту и была полностью разрушена во время землетрясения в Непале в 2015 году. Она была признана ЮНЕСКО. Дхарахара считается величественным и национальным наследием Бхимсена. Завершение строительства двух башен Дхарахара Бхимсеном в течение двух лет считалось уникальным архитектурным достижением. Рядом находились просторный сад Джанарала Баг (Сад генерала), пруд и множество храмов, прославляющих Мухтияра-генерала. Позже, когда власть Тапа была восстановлена, Матабар Сингх вернул себе утраченный дворец и прожил там еще два года. Национальный музей Непала в Чхауни когда-то был резиденцией Бхимсена. В здании хранится коллекция бронзовых скульптур, картин паубха и оружия, включая меч, подаренный императором Франции Наполеоном Бонапартом.
Причины
Горкха аристократия привела Непал к катастрофе на международной арене, но сохранила политическое единство страны, которой к концу англо-непальской войны в 1816 году было всего около двадцати пяти лет как единому государству. Успех центрального правительства в значительной степени зависел от его способности назначать и контролировать региональных администраторов, которые одновременно являлись и высшими офицерами в армии. Теоретически эти чиновники обладали значительными полномочиями на местах, но на практике уделяли мало внимания повседневным нуждам населения, вмешиваясь лишь тогда, когда общины не могли самостоятельно справиться с проблемами или конфликтами. Еще одной причиной успеха горкхи в объединении страны была готовность идти на уступки местным лидерам, сохраняя территории, где бывшие короли и общинные собрания продолжали править под слабым контролем Катманду, оставляя значительную часть страны вне сферы влияния региональных администраторов. Даже на территориях, находящихся под непосредственным управлением центрального правительства, сельскохозяйственные земли раздавались в качестве джагира вооруженным силам, а в качестве бирты – придворным и отставным военным. Владелец таких земельных наделов фактически становился господином крестьян, работающих на этой земле, практически не сталкиваясь с вмешательством государства. С точки зрения рядового крестьянина, правительство оставалось отдаленной силой, а главной властью был землевладелец, забирающий часть урожая, или (особенно в Тараи) сборщик налогов, часто частное лицо, заключившее контракт на вымогательство денег или урожая в обмен на долю. Для лидеров администрации и армии, по мере сокращения военных возможностей и медленного роста альтернативных источников занятости, карьерный рост зависел не столько от внимания к местным условиям, сколько от лояльности к группировкам, ведущим борьбу при дворе.
Актеры
В этот период за власть боролись пять ведущих семейств или фракций – шахи, тапасы, басняты, пандесы и чаутарии, происходившие из династии Шахов, но выступавшие в роли советников короля. На эти семьи и их группировки работали горные брахманы, выполнявшие функции религиозных наставников или астрологов, и невары, занимавшие второстепенные административные должности. Никто иной в стране не оказывал влияния на центральное правительство. Когда какое-либо семейство или фракция приходили к власти, они убивали, изгоняли или понижали в должности членов враждебных союзов. В таких условиях не было практически никаких возможностей для развития общественной политической жизни или согласованного экономического развития.
Последствия
Борьба за власть при дворе имела неблагоприятные последствия как для внешней политики, так и для внутреннего управления. Все стороны стремились заручиться поддержкой армии, чтобы избежать вмешательства влиятельных военачальников в придворные дела, и военным была предоставлена полная свобода действий для осуществления всё новых и новых завоеваний. Пока гурки вторгались в разрозненные горные государства, эта политика – или, скорее, её отсутствие – была приемлемой. Однако неизбежно, продолжение агрессии ввергло Непал в катастрофические столкновения сначала с китайцами, а затем с англичанами. Внутри страны, поскольку борьба за власть была сосредоточена вокруг контроля над королем, практически не было продвинуто в решении вопросов о распределении власти или расширении представительных институтов. После 1770 года был создан консультативный орган из знати, королевский двор, известный как Ассамблея лордов (Бхарадари Сабха), который играл значительную роль в решении ключевых политических вопросов. В состав ассамблеи входили высшие государственные чиновники и влиятельные придворные, все – главы важных семей гуркхов. Тем не менее, в напряженной атмосфере, царившей вокруг монарха, Ассамблея лордов распалась на фракции, боровшиеся за доступ к премьер-министру или регенту, и вокруг отношений патронажа и подчинения стали формироваться союзы.
Смерть королевы Трипурасундари и семейные интриги
Баланс сил начал меняться после того, как король Раджендра достиг совершеннолетия, а его бабушка, Трипурасундари, скончалась 26 марта 1832 года от холеры. Бхимсен лишился основной поддержки, и двор стал ареной борьбы за власть, которая, начавшись как попытка утвердить власть короля со стороны мухтияра, распространилась на различные аристократические кланы и их стремление к установлению полного контроля. Король Раджендра был ветреным и по большей части предавался удовольствиям, поэтому он по-прежнему опасался мухтияра и клана Тапа как "рода людей, которые на протяжении последних пятидесяти пяти лет тянули страну и ее принцев на колеснице войны". Не было секретом, что Бхимсен смог удержать свое превосходство благодаря большой постоянной армии, находившейся под его командованием и командованием его семьи; и в последующие годы различные группировки пытались увеличить свое влияние, опираясь на численность батальонов, находящихся под их контролем. После смерти Трипурасундари королевская печать, которой утверждались правительственные указы, закономерно перешла в руки старшей королевы Самраджьи Лакшми, которая прекрасно знала о ее власти и хотела повторить путь прошлых цариц, установив собственное регентство. В 1833 году Бхимсен сформировал новый батальон "Сингха Натх" под командованием своего племянника Матабара Сингха. Почувствовав амбиции Самраджьи Лакшми, Ранбир Сингх начал подлизывать ее неприязнь к Бхимсену в надежде самому стать мухтияром. Матабар Сингх, пользовавшийся горячей поддержкой армии, твердо поддержал Бхимсена, чтобы пресечь устремления Ранбира Сингха. Между Матабаром Сингхом и Ранбиром Сингхом произошел конфликт из-за перехода лояльности последнего к старшей королеве Самраджье Лакшми, в результате чего Матабар Сингх подал в отставку с поста командира полка Шри Натх. Историк Хантер отметил, что Матабар Сингх ушел в отставку из двух батальонов после того, как Ранбир Сингх проявил снисхождение в 1834 году, на что все солдаты обоих батальонов, за исключением 200 человек, "сложили оружие" в знак протеста и отказались служить под другими офицерами; испуганный король уладил ситуацию, назначив Матабара Сингха генеральным командующим восточными районами с 3000 солдатами в его подчинении в ноябре 1834 года. Уловив амбиции Ранбира Сингха, Бхимсен резко отчитал его, что вынудило его уйти в отставку и поселиться в своем доме в Сипамандане. Однако позже Бхимсену удалось умиротворить своего брата, даровав ему титул генерала Чота (Младшего) и отправив его в Палпу в качестве губернатора. Чтобы противостоять оппозиции, возникшей в Дарбаре после этого инцидента, он назначил молодого Каджи Сурата Сингха Тапу, внука Бада Каджи Амар Сингха Тапы, на очень высокую административную должность в Дарбаре и сделал его со-подписантом. Поскольку он не мог найти никого, кому мог бы доверять в охране королевского дворца, Бхимсен с тех пор стал жить в обычном арендованном доме, расположенном недалеко от дворцовой территории.
Модерация королевской семьи
Король и королевы также начали открыто бросать вызов авторитету Бхимсена. К этому времени Раджендра и его жены услышали широко распространенный слух, что Бхимсен, чтобы удержаться у власти, убил покойного короля Гирвана и его жен, отравив их через несколько дней после достижения Гирваном совершеннолетия. Поэтому, когда Раджендра заболел обычной болезнью, королевы предупредили короля и запретили ему принимать лекарство, предлагаемое королевским врачом Сардаром Экдевом Упадхьяем, который был предан Бхимсену. Аналогичным образом, во время ежегодного смотра 1833 года, во время которого производились повышения, назначения, подтверждения в должностях и увольнения гражданских и военных чиновников, все было проведено по плану Бхимсена, но Раджендра задержал утверждение Бхимсена в должности Мухтияра. Это вынудило Бхимсена разделить административное бремя между Раджендрой, Самраджьей Лакшми и самим собой, а также запрашивать их мнение по административным вопросам, чтобы уменьшить дальнейшее напряжение между ним и королевской семьей. Раджендра был поставлен во главе обороны, финансов и внешних сношений, а Самраджья Лакшми – правосудия, бухгалтерского учета и гражданского управления. Тем не менее, деятельность Раджендры сильно зависела от советов Самраджьи Лакшми, в то время как младшая королева Раджья Лакшми не имела права голоса ни в одном вопросе; более того, король и старшая королева еще не решались открыто отвергать планы и советы Бхимсена, опасаясь большой армии, находящейся под его командованием. Эта договоренность успешно функционировала в течение следующих трех лет; например, 26 августа 1833 года Непал потрясло сильное землетрясение, и все трое обладателей власти смогли скоординировать свои действия и оказать экстренную помощь населению.
Провокация от расстроенной старшей королевы
Королева Самраджа Лакшми стремилась показать себя столь же могущественной и независимой, как её предшественница, королева Трипурасундари. Первоначально король Раджендра поддерживал Бхимсена вместо Ранбира Сингха, и устранение Ранбира Сингха сорвало план королевы. Король Раджендра назначил Бхимсена на должность главнокомандующего и высоко оценил его долгую службу стране. Однако королева Самраджа Лакшми притесняла короля Раджендру словами, подобным:
Королева Самраджа Лакшми была крайне разочарована тем, что король Раджендра не смог отстранить Бхимсена от власти. 8 ноября 1835 года она вызвала переполох, покинув Дурбар в полночь, разгневанная неспособностью короля Раджендры помешать Бхимсену вести переговоры с генерал-губернатором, с которым, по её мнению, король должен был иметь дело напрямую. В то же время она потребовала от короля сформировать новый полк, однако королю не удалось получить необходимое финансирование от мухтияра. Вместо этого король Раджендра выдал Бхимсену суннад в пользу мухтияра. Узнав об этом, королева Самраджа Лакшми гневно закричала королю Раджендре:
Она также потребовала выделить 50 000 рупий на содержание её детей из доходов Терая. Если её требования не будут выполнены, она пригрозила отказаться от участия в государственных делах. Однако, несмотря на все её усилия оказать давление на короля Раджендру, она не добилась успеха.
Соперничество с британским посланником и клевета на Бхимсена от Ходжсона
В 1833 году Брайан Ходжсон, который много лет провёл в Непале, служа помощником резидента и обладавший глубокими знаниями о биоразнообразии, культуре и политике Непала, стал новым британским резидентом. Бхимсен был осведомлён о мотивах британской колониальной политики, проводимой лордом Уэлсли, направленной на поглощение коренных государств в Индии, и считал её разрушительной силой, поощряющей междоусобицы, чтобы ввергнуть государства в хаос и в конечном итоге колонизировать их. Британский историк Уильям Уилсон Хантер даже утверждал, что британская резиденция являлась центром анти-Бхимсенской политики. С 1816 года Бхимсен не допускал британских резидентов к прямому общению с королём. Ходжсон считал Бхимсена «энергичным, амбициозным, но беспринципным противником». Таким образом, Ходжсон отчаянно стремился к прямому общению с королём и хотел сломить монополию Бхимсена на контроль над британскими резидентами, стремясь к его свержению. 18 февраля 1833 года Ходжсон начал изображать Бхимсена аморальным человеком в своих докладах своему начальству, генерал-губернатору Индии. Ходжсон доложил генерал-губернатору, что семья Панде, заслуживающая высоких государственных постов, была отстранена от двора Бхимсеном, а на все должности были назначены родственники Бхимсена, монополизировавшие «все блага и привилегии». Однако на самом деле многие представители семьи Панде занимали высокие посты в Бхарадари Сабха (Государственном совете) и других правительственных учреждениях, включая Далабханджан Панде, Ранджит Панде, Карбир Панде, Рана Джанг Панде и Бхоту Панде. Более того, Бхимсен даже вернул своих главных соперников, таких как Рана Джанг Панде и Карбир Панде, на должности в правительственных учреждениях. Кроме того, Бхимсен не сохранил судебную власть в своей семье и передал её Далабханджану Панде из семьи Панде, оформив это документом Lalmohar, датированным 5 Суди 3 Фалгун 1883 Бикрам Самват (1827 г. н.э.), который также подчеркивал принцип равенства перед законом. Таким образом, историк Читтаранжан Непали рассматривает это письмо Ходжсона генерал-губернатору как попытку клеветы на Бхимсена. Ходжсон также сфабриковал детали о Бхимсене для генерал-губернатора, утверждая, что «даже дети его родственников занимают высокие посты», и назвал два вымышленных имени – «полковник Шамшер Сингх, 13 лет, и полковник Бахадур Джанг, 12 лет», не предоставив никаких подробностей об их родстве с Бхимсеном. Историк Читтаранжан Непали опровергает это утверждение Ходжсона, предполагая, что приемным сыном Бхимсена («Дхармапутрой») Шер Джунг Тапа был исходный объект внимания Ходжсона, однако он также не был повышен до звания полковника на момент составления этого отчета. Шер Джунг получил звание капитана в 1825 году (1882 Бикрам Самват) и был повышен до полковника только спустя 10 лет, в 1835 году (1892 Бикрам Самват). Историк Непали далее утверждает, что Бхимсен не продвигал своих младших родственников на высокие посты, поскольку даже ближайший родственник, Шер Джунг, не был повышен, и считает, что это была политическая интрига Ходжсона, направленная на дискредитацию Бхимсена. Ходжсон также сфабриковал историю для генерал-губернатора Индии о том, что король Раджендра во время болезни отказывался от лечения придворных врачей, поскольку они были людьми Бхимсена, и король обвинил Бхимсена в отравлении своего отца и деда. Он намекнул, что обвинения короля против Бхимсена были правдивы и широко распространены среди непальского населения. Однако король Раджендра никогда не упоминал, что он отказывался от лечения под предлогом возможного отравления придворными врачами Бхимсена, но в своем письме китайскому Амбану в 1839 году написал, что оба его родителя были отравлены придворными врачами Бхимсена во время их болезни. Кроме того, в 1839 году, во время возобновления расследования дел об отравлении Бхимсена, были выдвинуты два новых сфабрикованных обвинения в отравлении короля Гирвана и его жены. Широко известно, что дед короля Рана Бахадур Шах умер от удара мечом своего сводного брата Шер Бахадура Шаха во время открытого заседания суда, а его отец, король Гирван Юддха Бикрам Шах, вместе с женой умерли от оспы. Историк Читтаранжан Непали считает это еще одной попыткой Ходжсона очернить Бхимсена.
Провал миссии Матабар Сингха Тапы в Великобританию
Хотя британским резидентам официально было предписано не вмешиваться во внутреннюю политику Непала, резидент пользовался вниманием как короля, так и мухтияра. Ходжсон ждал удобного момента, чтобы использовать раскол между мухтияром и королевской семьей и начать более агрессивную кампанию по усилению британского влияния и расширению торговых возможностей. Ходжсон также считал многочисленную армию угрозой безопасности и полагал, что пограничные напряжения можно будет урегулировать, если власть будет сосредоточена в руках короля, а не мухтияра, которому необходимо было поддерживать хорошие отношения с армией. К 1834 году Ходжсон пришел к выводу, что не сможет добиться своего, пока Бхимсен контролирует непальскую администрацию; поэтому он испытывал сильную симпатию к фракции Панде и стремился назначить Фатех Чжунг-шаха, более расположенного к нему, мухтияром. В августе 1834 года Ходжсон предложил заключить новый торговый договор между Непалом и Великобританией, с которым Бхимсен в принципе согласился, но возражал против ряда положений. В период ослабления своей власти Бхимсен не мог позволить себе вызвать недовольство резидента, но в то же время не мог принять его предложения и показаться непальскому двору послушным британцам. Тем не менее, он старался поддерживать дружелюбный и примирительный тон в общении с резидентом, чтобы заручиться его поддержкой, ослабив ограничения на его передвижения и предоставив прямой доступ к королю. В это время непальский двор получил королевское письмо от махараджи Ранджита Сингха, правителя империи сикхов в Пенджабе, адресованное королю Раджендре. Непальский двор воспользовался этой возможностью, чтобы восстановить дипломатические контакты с Пенджабом, а также с другими государствами, такими как Бирма и Гвалиор. В апреле 1835 года Бхимсен разработал план совершить государственный визит в Великобританию, надеясь добиться признания суверенитета Непала; однако, поскольку он не мог совершить визит лично, его племянник полковник Матабар Сингх Тапа был выбран представителем Непала, с несколькими подарками и письмом от короля Раджендры, адресованным королю Вильгельму IV. Идея первоначально была благосклонно воспринята Ходжсоном и генерал-губернатором, которые надеялись, что эта миссия укрепит доверие между двумя странами. В связи с этим Матабар Сингх был повышен до генерала Чота; его брат Ранбир Сингх, губернатор Пальпы, был назначен полным генералом; а племянник Матабара, шестнадцатилетний Шер Чжунг Тапа, получил звание командующего полковником. Таким образом, Бхимсену удалось укрепить свою военную власть. Раджендра и Самраджья Лакшми также были довольны этим планом, и 1 ноября 1835 года Бхимсен получил титул главнокомандующего. 27 ноября 1835 года Матабар Сингх покинул Катманду с свите в две тысячи человек, включая 200 офицеров и 600 солдат, направляясь в Лондон через Калькутту. Матабар был торжественно встречен в Калькутте исполняющим обязанности генерал-губернатора Чарльзом Меткалфом; и, находясь там, он начал предаваться излишней роскоши и демонстрации богатства. Тем временем Ходжсон отправил Меткалфу секретное письмо с просьбой не разрешать Матабару совершать государственный визит в Великобританию. Поэтому Меткалф согласился выдать ему только визу обычного путешественника, а не дипломатическую визу государственного представителя. В марте 1836 года Матабар вернулся в Непал, потратив огромную сумму денег и не добившись никаких результатов. Преднамеренный саботаж миссии Матабара был дипломатической атакой Ходжсона против Бхимсена. До этого момента как королевская семья, так и простой народ широко верили, что хорошие отношения Бхимсена с высокопоставленными британскими чиновниками, поскольку он был единственным, кому разрешалось общаться с ними, предотвращали установление полного контроля Ост-Индской компании над Непалом. Провал миссии однозначно показал всем, что это не так, и серьезно подорвал политический авторитет Бхимсена. Матабар Сингх потратил в Калькутте на бесплодную миссию сумму в сто пятьдесят тысяч рупий. Расточительные расходы Матабара также подверглись резкой критике со стороны Самраджьи Лакшми, поскольку в то время государственная казна находилась в тяжелом положении; и чтобы успокоить ее, Бхимсену пришлось возместить дополнительные расходы из собственных средств.
In August 1834, Hodgson proposed to conduct a new commercial treaty between Nepal and Britain, which Bhimsen in principle agreed to but disagreed with several of the clauses. At a time when his authority was diminishing, Bhimsen could not afford to antagonize the Resident; but at the same time, he could not accept his proposals and be seen as subservient to the British by the Nepalese court. Nevertheless, he tried to maintain a friendly and conciliatory attitude toward the Resident, in order to win him as his ally, by loosening the restrictions on his movements and granting direct access to the King. In the meantime, a royal letter was received from the Maharaja Ranjit Singh, ruler of Sikh Empire in Punjab, addressed to King Rajendra. The Nepalese court seized this opportunity to re establish diplomatic contact with Punjab as well as other states such as Burma and Gwalior. In April 1835, Bhimsen also hatched a plan to make a state visit to Britain, hoping to force Britain to acknowledge the sovereignty of Nepal; but since he could not make the visit himself, his nephew Colonel Mathabar Singh Thapa was chosen as the representative of Nepal, bearing a few gifts and a letter from King Rajendra addressed to King William IV. The idea was initially received favorably by Hodgson as well as the Governor General, who hoped that the mission could increase the trust between the two nations. In this process, Mathabar Singh was promoted to Chota General; his brother, Ranbir Singh, the governor of Palpa, was made Full General; and Mathabar's nephew, the sixteen year old Sher Jung Thapa, was made Commanding Colonel. Thus, Bhimsen managed to consolidate his military powers. Both Rajendra and Samrajya Laxmi were also pleased with this plan, and on 1 November 1835, Bhimsen was conferred the title of Commander in Chief. On 27 November 1835, Mathabar Singh left Kathmandu with a retinue of two thousand men, including 200 officers and 600 soldiers, for London via Calcutta. Mathabar was given a grand welcome in Calcutta by the acting Governor General Charles Metcalfe; and while there, Mathabar started to indulge in needless luxuries and show offs. Meanwhile, Hodgson sent a secret letter to Metcalfe asking him not to allow Mathabar to make a state visit to Britain. Hence, Metcalfe was only willing to grant him the visa of an ordinary traveler, and not the diplomatic visa of a state representative. Mathabar thus returned to Nepal in March 1836, having wasted a vast sum of money, without accomplishing any of his goals. The deliberate sabotage of Mathabar's mission was Hodgson's diplomatic attack against Bhimsen. Until that time, it was widely believed by both the royal family as well as the common people that Bhimsen's good relationship with the high ranking British officials, since he was the only one allowed to communicate with them, was responsible for preventing the East India Company to take full control of Nepal. The mission's failure unambiguously revealed to everyone that this was not the case, and severely undermined Bhimsen's political credibility. Mathabar Singh spent a sum of one lakh and fifty thousand in Calcutta on the fruitless mission. Mathabar's extravagant expenditure was also heavily criticized by Samrajya Laxmi, since at that time the state coffer was in dire condition; and to pacify her, Bhimsen had to reimburse the extra expenses from his own pockets.
Восхождение Кала Пандеса
К этому времени Ранжанг Панде, младший сын Дамодара Панде, служил капитаном в армии в Катманду. Он был осведомлен о розни между Самраджьей Лакшми и Бхимсеном и поэтому тайно выразил свою верность Самраджье Лакшми, пообещав помочь ей свергнуть Бхимсена за все обиды, нанесенные его семье. Ранее Карбир Панде и его три брата, включая Рана Джанга, были отозваны из региона Терай и получили государственные должности от самого Бхимсена на основании директив, изданных по традиционному летоисчислению 1872 года Бикрам Самват, Пуш Суди 12 Родж 6 (1815-16 гг. н.э.). Историк Читтаранжан Непали утверждает, что эта чрезмерная снисходительность и благосклонность к заклятому сопернику Панде является одной из главных причин его падения. В ноябре 1834 года Ранжанг обратился к королю с просьбой о восстановлении семейных владений и почестей, на что король Непала откликнулся благосклонно. Ранжанг также попытался связаться с китайским Амбаном в Лхасе, чтобы восстановить семейные связи с Тибетом, и ложно обвинил Бхимсена в симпатиях к врагам Китая, то есть британцам. В непальском дворе начали формироваться группировки, враждующие вокруг двух королев: старшая королева поддерживала Панде, а младшая – Тапа. Примерно через месяц после возвращения Матабара в Катманду, в результате связи между ним и его вдовой невесткой родился ребенок. В Непале, включая высшие касты Упадхьяя брахманов и четри, для вдовы было обычным делом выйти замуж и вступить в интимные отношения с братом своего мужа, что поддерживалось существовавшей практикой Санатаны. Однако фракция Панде распространила эту новость по всей стране, чтобы дискредитировать Матабара Сингха, и последовавший общественный позор вынудил Матабара Сингха покинуть Катманду и поселиться в своем родовом доме в Пипал-Тхоке, Борланг, Горкха. Чтобы сохранить лицо, Бхимсен назначил Матабара губернатором Горкхи. Таким образом, британский историк Персеваль Лэндон считал это обвинение "не более чем предрассудком" против Матабара и частью "непрекращающихся интриг" фракции Панде, направленных на "демонстрацию их враждебности". Воспользовавшись отсутствием Матабара в Катманду, военные батальоны под его командованием были распределены между другими придворными во время ежегодного смотра в начале 1837 года. Тем не менее, Бхимсен сумел обеспечить свои и членов своей семьи должностями в гражданской и военной сферах. Также было начато расследование расходов Бхимсена на создание различных батальонов. Эти события заставили придворных почувствовать, что Мухтияри Бхимсена не продлится долго; таким образом, Ранбир Сингх, надеясь стать следующим Мухтияром, написал королю письмо с просьбой вернуть его в Катманду из Пальпы. Его просьба была удовлетворена, и Бхимсен, обрадованный встрече с братом после многих лет, назначил Ранбира Сингха исполняющим обязанности Мухтияра и решил отправиться в свой родовый дом в Борланг-Горху ради паломничества. Но на самом деле Бхимсен отправился в Горху, чтобы успокоить своего племянника и вернуть его в Катманду. В отсутствие Бхимсена король Раджендра создал новый батальон, Хануман Дал, который находился под его личным командованием. К февралю 1837 года и Ранжанг, и его брат, Ранадал Панде, были повышены до должности каджи; Ранжанг стал личным секретарем короля, а Ранадал Панде – губернатором Пальпы. Ранжанг также был назначен главным стражником дворца, должность, ранее занимаемая Ранбиром Сингхом, а затем Бхимсеном. Таким образом, это ограничило доступ Бхимсена к королевской семье. 14 июня 1837 года король взял на себя командование всеми батальонами, находящимися под управлением различных придворных, и сам стал главнокомандующим.
Случай отравления
24 июля 1837 года младший сын Раджендры, Девендра Бикрам Шах, шестимесячный младенец, внезапно скончался. Сразу же поползли слухи, что ребенок умер от яда, предназначенного для его матери, старшей королевы Самраджья Лакшми Деви, и подстрекаемый к этому был Бхимсен или кто-то из его окружения. По этому обвинению Бхимсен, его брат Ранбир Сингх, племянник Матбар Сингх, их семьи, придворные врачи, сардар Экдев и Эксурия Упадхьяй, его заместитель Бхаджуман Байдья, а также несколько ближайших родственников Таппа были заключены под стражу, объявлены изгоями, а их имущество конфисковано. Врачи Экдев и Эксурия, будучи браминами, подверглись жестоким пыткам, но остались живы, в то время как Бхаджуман Байдья был казнен через пронзание. Под пытками Экдев признался, подтвердив тем самым широко распространенный слух о том, что Бхимсен приказал ему отравить не только Девендру, но и короля Гирвана. Большинство историков сходятся во мнении, что Бхимсен не был причастен к отравлению. Убийство младенца, не достигшего и года, не давало Бхимсену никакой выгоды, и обвинение было лишь предлогом для ответа на иностранные запросы о его заключении. В то время врачи обычно проверяли действие лекарства, давая его попробовать матери, прежде чем давать новорожденному. Позже появились слухи, что младшая королева на самом деле задумала убить старшую королеву, отравив лекарство, предназначенное для ее новорожденного. Яд не подействовал на предполагаемую жертву, но убил младенца, а бессильный Бхимсен стал удобным козлом отпущения. Историк Гьянмани Непал считает эту версию наиболее правдоподобной. Историк Уильям Уилсон Хантер утверждал, что «все обвинение было сфабриковано Панди, чтобы добиться свержения Бхимсена, как они сами признались шесть лет спустя». Ходжсон в своем докладе генерал-губернатору Индии от 18 сентября 1837 года сообщил, что король Раджендра сознательно выдвинул ложные обвинения против Бхимсена из-за личной неприязни.
Увольнение с должности и последующее помилование
Сразу после заключения Тап в тюрьму было сформировано новое правительство с совместными мухтиярами, во главе с Ранганатхом Пауделем в качестве главы гражданской администрации, а Далбханджан Панде и Ранжанг Панде – в качестве совместных глав военной администрации. Это назначение утвердило Панде как доминирующую фракцию при дворе, и они начали готовиться к войне с британцами с целью вернуть утраченные территории Кумаона и Гархвала. Хотя подобные воинственные заявления не были чем-то новым, поднятый Панде шум встревожил не только резидента Ходжсона, но и противостоящие фракции при дворе, которые считали их агрессивную политику губительной для выживания страны. Примерно через три месяца, под давлением противостоящих фракций, король отстранил Ранжанга от должности мухтияра, а Ранганатх Паудель, который был расположен к Тапам, был избран единственным мухтияром. Король Раджендра, опасаясь возможного восстания, ограничил передвижение Бхимсеновского батальона Сингханатха за пределы долины Катманду посредством Рокки, изданной в марте 1838 года (Чайтра 1894 Бикрам Самват). После этого дело Бхимсена было возобновлено и рассмотрено в королевском суде. Опасаясь восстановления власти Панде, Фатте Джанг Шах, мухтияр Ранга Натх Паудель и младшая королева Раджа Лакшми Деви добились от короля освобождения Бхимсена, Матабара и остальных членов фракции в марте 1838 года, примерно через восемь месяцев после их заключения в тюрьму по делу об отравлении. Британские историки Уильям Хантер и Генри Олдфилд утверждали, что Бхимсен пал к ногам короля и умолял о милости, прежде чем получить прощение, что непальский историк Читтаранжан Непали опровергает как «лишь издевательство над его великой личностью». Были возвращены некоторые конфискованные земли семьи Тапа, а также Багх Дурбар. После освобождения солдаты, верные Бхимсену, собрались вокруг него в ликовании и сопровождали его до дома; такое же отношение было оказано Матабар Сингху и Шер Чжунг Тапе. Хотя первоначальный Лалмохар вернул лишь часть конфискованного имущества, второй Лалмохар, изданный в конце 1838 года (в месяц Марга 1895 Бикрам Самват), полностью вернул все конфискованное имущество. Несмотря на то, что Бхимсен был помилован, его прежняя должность не была восстановлена, и он ушел на пенсию в свое родовое поместье в Борланге, Горкха. Однако Ранганатх Паудель, не получив поддержки от короля, подал в отставку с должности мухтияра, которую затем получил Пушкар Шах, но Пушкар Шах был лишь номинальным главой, а фактическая власть была передана Ранжангу Панде. В марте 1838 года король Раджендра отправил Матабар Сингха с конфиденциальной миссией к сикхскому императору Ранджиту Сингху. Первоначально он был арестован в мае 1838 года британцами ночью на реке Сатледж, но затем ему было разрешено продолжить путь в сикхскую столицу, однако в конечном итоге сикхский император депортировал его обратно под британский надзор в Шимлу по подозрению в антибританской деятельности. Предвидя беду, которая обрушится на Тапа, Ранбир Сингх отказался от всего своего имущества и стал саньяси, приняв имя Абхаяннд Пури, но Бхимсен Тапа предпочел остаться в своем старом доме в Горхе. Панде теперь обладали всей властью, они завоевали расположение короля лестью. Старшая королева была их верной сторонницей, и они стремились завоевать популярность в армии обещаниями войны и добычи.
Самоубийство: 1839
В начале 1839 года Ранаджанг Панде был назначен единственным Мухтияром. Однако сведения о военных приготовлениях Ранаджанга и его контактах с другими княжескими государствами Индии, подстрекающих к антибританским настроениям, встревожили тогдашнего генерал-губернатора, лорда Окленда, который мобилизовал британские войска у границы Непала. Чтобы разрешить этот дипломатический кризис, Бхимсен был отозван из Горхи, а остальная часть его конфискованного имущества также была возвращена. Бхимсен предложил передать некоторые батальоны под командованием Ранаджанга другим придворным, тем самым существенно ослабив военную мощь Ранаджанга и убедив британцев в том, что Непал не готовится к войне. Король согласился с этим предложением, однако это вызвало серьезные подозрения у Самраджьи Лакшми, которая решила навсегда устранить влияние Бхимсена. К этому времени яростный племянник Бхимсена, Матабар Сингх, жил при сикхском дворе в Пенджабе, что вызывало опасения у короля Раджендры и Ранаджанга, что он привлечет британскую поддержку или поднимет мятеж в случае нападения на Бхимсена. Поэтому непальский королевский двор отправил тайных убийц, чтобы отравить его в Пенджабе. После того, как попытка отравления провалилась, стремясь уничтожить и дядю, и племянника, Ранаджанг попытался вернуть Матабара Сингха в Непал, обещая ему выгодные условия, но Матабар Сингх раскрыл его замысел и сорвал план. В апреле 1839 года было возобновлено обвинение в отравлении юного принца в 1837 году, а также выдвинуты еще два сфабрикованных обвинения против Бхимсена и его сторонников, и были представлены поддельные документы и доказательства, якобы подтверждающие его вину. По словам помощника британского резидента Дж. Р. Тикелла, Бхимсена обвинили в преступлении 18 мая 1839 года. Два сфабрикованных обвинения касались отравления жены короля Гирвана и самого короля Гирвана Юддхи, который, как всем было известно, умер от оспы. Бхимсен просил предоставить доказательства этих дополнительных обвинений и спросил, почему они не были предъявлены ему ранее, во время его отстранения от должности и заключения в тюрьму. Только Ранаджанг выступил против него на Дарбаре. Помощник британского резидента Дж. Р. Тикель отметил: «Ни один голос не был поднят в его защиту на протяжении всего Дарбара, вожди сидели в подавленной тишине». Бхимсен просил о справедливости и пытался защитить себя, но король, безоговорочно поверив подделкам, объявил его предателем и поместил под домашний арест в комнате на первом этаже своего дворца Багх Дурбар. Несмотря на то, что ему уже было даровано помилование, на основании этих сфабрикованных доказательств придворные врачи Экдев и Эксурья Упадьяя были вновь арестованы и подвергнуты пыткам. За исключением Матабара Сингха, находившегося под британским надзором в Индии, остальные члены семьи Тапа были арестованы, их имущество конфисковано, они были объявлены изгоями и лишены права занимать государственные должности в течение семи поколений. Находясь под домашним арестом, Бхимсен тайно передал письмо резиденту Ходжсону с просьбой о вмешательстве, но Ходжсон отказался, запросив разрешение у своих вышестоящих. Ранаджанг приказал жестоко обращаться с Бхимсеном во время ареста. Его содержали «почти голодным» в темной подземной камере, которая была «скорее канавой грязи, чем тюрьмой». Ранаджанг не стал прибегать к прямому убийству Бхимсена, а выбрал жестокие и расчетливые меры, чтобы довести его до самоубийства. Одной из таких мер было ежедневное распространение ложных слухов о предстоящем наказании. Тем временем третья жена Бхимсена, Бхакта Кумари, оскорбила старшую королеву Самраджью Лакшми, которая, узнав об этом, приказала удалить Бхакта Кумари из Багх Дурбара и заключить в обычную тюрьму. После этого враждебная группировка распространила слух по Катманду о том, что Бхакта Кумари будет лишена одежды и выставлена на всеобщее обозрение на улицах города, а Бхимсен будет вынужден наблюдать за этим, будучи погруженным в кучу человеческих экскрементов. Этот слух дошел до ушей Бхимсена, и, не в силах вынести такого унижения, он попытался покончить с собой, перерезав горло хукури. Известие о попытке самоубийства еще больше разозлило короля и королеву, которые пришли посмотреть на его тело. Вместо того, чтобы проявить сочувствие к старому министру и приказать оказать ему немедленную медицинскую помощь, окровавленное и без сознательное тело Бхимсена было приказано в тот же день вытащить на улицы и сбросить на берегу реки Бишнумати, где 33 года назад, во время резни в Бхандаркхале, Бхимсен сбрасывал тела 45 человек. Бхимсен скончался девять дней спустя, окруженный стервятниками, шакалами и собаками. Поскольку самоубийство считалось тяжким преступлением, солдаты были выставлены у места его смерти, чтобы не допустить удаления тела и проведения обычного кремирования; его тело было предоставлено на растерзание падальщикам. На месте, где Бхимсен испустил последний вздох, его племянник Матабар Сингх Тапа позже построил храм Шивы под названием Бхим Муктешвар. Дорога к храму Бхим Муктешвар названа в честь Матабара и теперь известна как Мата Муктешвар Марга. Хотя существует общее согласие относительно причины и обстоятельств смерти Бхимсена, существуют разногласия относительно точной даты его смерти. Бабурам Ачарья утверждает, что Бхимсен предпринял попытку самоубийства 28 июля в своем доме и умер девять дней спустя, 5 августа, на берегу реки Бишнумати, в то время как Генри Амброуз Олдфилд, Уильям Уилсон Хантер и Персиваль Лэндон утверждают, что попытка самоубийства была совершена 20 июля, а смерть наступила девять дней спустя, 29 июля, в его доме, после чего его тело было сброшено на берег реки Бишнумати. Историки К. Л. Прадхан и Гьянмани Непал утверждают, что дата была 28 июля. В отчете британского резидента Ходжсона генерал-губернатору Индии от 30 июля 1839 года сообщается о смерти 29 июля около 16:00.
Последствия
Смерть Бхимсена Тапы не урегулировала борьбу между группировками при дворе. Через пять месяцев после смерти Бхимсена Ранжанг Панде вновь был назначен премьер-министром, но неспособность Ранжанга контролировать общий произвол в стране вынудила его подать в отставку с поста премьер-министра, который затем был передан Пушкару Шаху по рекомендации Самраджьи Лакшми. Пушкар Шах не был столь же враждебен британцам, как Ранжанг Панде, но, тем не менее, относился к ним недружелюбно. Во время его пребывания в должности пограничный спор с британцами в апреле 1840 года привел к тому, что генерал-губернатор Индии, первый граф Окленд, вновь направил войска к непальской границе, что Пушкару удалось урегулировать дипломатическим путем. В июне 1840 года, в ответ на попытку правительства сократить военное жалованье, произошел кратковременный армейский мятеж, в ходе которого были разграблены и сожжены дома нескольких дворян, включая Чаутарию Пушкара Шаха, поддержавших этот непопулярный акт. Мятеж был подавлен лишь после того, как король Раджендра публично согласился не проводить реформу. Воспользовавшись этим мятежом, резидент Ходжсон направил донос на непальское правительство своим начальникам в Калькутту. Генерал-губернатор потребовал от короля распустить действующее правительство и назначить министров, более лояльных британцам. Таким образом, Пушкар Шах и его сторонники Панде были уволены, а Фатте Чжан Шах был назначен премьер-министром в ноябре 1840 года. Отстранение Пушкара Шаха ослабило влияние Самраджьи Лакшми. Когда Раджендра отказался отречься от престола в пользу своего старшего сына Сурендры, наследника, она покинула Катманду и поселилась в пограничном городе в Тераи. Однако в сезон муссонов Самраджья Лакшми заболела малярией и умерла в октябре 1841 года в возрасте двадцати семи лет. Смерть старшей королевы Самраджьи Лакшми позволила младшей королеве Раджье Лакшми и наследнику Сурендре выйти на политическую арену. Чтобы укрепить свое политическое влияние и обеспечить восхождение на престол своего сына, а не наследника Сурендры, Раджья Лакшми добилась помилования Шер Чжунга Тапы и других заключенных членов семьи Тапа. Лишь после этого Бхимсену Тапе удалось провести символический погребальный обряд в августе 1841 года. Таким образом, непальский двор раскололся на три фракции, центрированные вокруг короля, королевы и наследного принца. Фатте Чжан и его администрация поддерживали короля, Тапы – младшую королеву, а Панде – наследного принца. Возродившаяся коалиция Тапа сумела посеять вражду между министерством Фатте Чжана и коалицией Панде, которые были быстро заключены в тюрьму. За два года пребывания у власти Фатте Чжан сумел поддерживать законность в стране, однако после заключения Панде никто не смог обуздать ухудшающиеся садистские наклонности Сурендры, который все еще был несовершеннолетним, иногда приводящие к трагическим последствиям. Под огромным давлением королевы и знати, а также при поддержке армии и населения, король в январе 1843 года передал высшую власть в государстве своей младшей королеве Раджье Лакшми, ограничив власть как свою, так и своего сына. Королева, стремясь поддержать претензии своего сына на трон в ущерб претензиям Сурендры, пригласила Матабар Сингха Тапу вернуться из почти шестилетнего изгнания. По прибытии в Катманду было проведено расследование смерти его дяди, и ряд его врагов из числа Панде были казнены. Что касается Ранжанга Панде, то к тому времени он уже страдал психическим заболеванием и не представлял угрозы для Матабара. Тем не менее, Ранжанг был выведен на улицы и заставили наблюдать за казнью членов своей семьи, после чего его вынудили покончить с собой, приняв яд. К декабрю 1843 года Матабар Сингх был назначен премьер-министром, но после года правления отчудил как короля, так и королеву, поддержав претензии Сурендры на трон. 17 мая 1845 года он был убит по приказу короля и королевы своим племянником Чжан Бахадуром Кунуром. Смерть Матабар Сингха положила конец гегемонии Тапа и подготовила почву для резни в Коте и установления династии Рана, диктатуры наследственных премьер-министров, основанной на базовом шаблоне, предоставленном Бхимсеном Тапой. Эти события обеспечили стране долгожданный период стабильности, но ценой политического и экономического развития.
Личная жизнь
Бхимсен Тапа имел три жены, как указано в каменной надписи храма Бхимбишвар Махадев в Бунгкоте. Его единственный сын умер в юном возрасте в 1796 году, а его три дочери – Лалита Деви, Джанак Кумари и Дирха Кумари – были выданы замуж за представителей знатного рода Панде: Удай Бахадур Панде, Шамшер Бахадур Панде и Дал Бахадур Панде соответственно. Удай Бахадур и полковник Шамшер Бахадур были сыновьями Каджи Бир Кешара Панде, а Сардар Дал Бахадур – сыном кузена Бир Кешара, Гаруда Дхожа Панде, который был сыном МулКаджи Ранажита Панде. В месяц Магх 1876 года Бикрам Самват (1820 год н.э.) мать Бхимсена, Сатьярупа Майя, издала Дхармапатру, запрещающую разделение её пяти сыновей и разделение наследственного имущества до её смерти. Она скончалась в месяц Ашад 1877 года Бикрам Самват (1820 год н.э.), а раздел наследственного имущества был произведен в месяц Шраван 1877 года Бикрам Самват.
Характер и доминирование
Бхимсен Тапа был военным лидером и фактическим правителем Непала. Бхимсен считается одним из национальных героев Непала. Его считали умным, дальновидным, политически осведомленным и практически дипломатичным политиком. Историк Читтаранжан Непали утверждал, что Бхимсен был альтруистическим националистом, который никогда не дружил и не принимал иностранного сюзеренитета. Историк Людвиг Стиллер считал Бхимсена "очень умным государственным деятелем, но ни в коем случае не экономистом". Многие считали его патриотичным националистом, обладавшим всеобъемлющим контролем над Королевством. В этом контексте его современник, король Непала Рана Бахадур Шах, говорил, что… Британский историк Персеваль Лэндон в своей книге "Непал" цитировал историка Бабурама Ачарью, считавшего Бхимсена "несправедливым", но "преданным патриотом", который развивал и вознаграждал сельскохозяйственные инновации в Непале. Он считал Бхимсена националистом с личными интересами и очень жестоким нравом. Он назвал Бхимсена военным диктатором, который контролировал более 6000 вооруженных сил. Однако историк Кумар Прадхан опровергает, что Бхимсена можно назвать военным диктатором, поскольку он сам зависел от системы Паджани (ежегодного обновления) для продления каждого срока пребывания в должности. Прадхан также утверждает, что Бхимсен не манипулировал армией, что видно по тому, что после его отстранения от должности мухтияра его не поддержали солдаты. Прадхан утверждает, что административная система Непала была ориентирована на людей и обеспечивала социальную мобильность. Большинство тапа-брадаров (дворцовых сановников) были назначены до 1816 года, и в ближайшем окружении двора не было монополии ни одной семьи. Аналогично, Прадхан объясняет, что не было монополии Бхимсена, поскольку все постановления издавались от имени Махараджи. Историк Читтаранжан Непали в своей книге 1956 года "Генерал Бхимсен Тапа Ра Таткалин Непал" утверждал, что Бхимсен был столь же могущественным, как премьер-министр Юнг Бахадур Рана, но он никогда не инициировал установление наследственной передачи должности премьер-министра в своей семье, как это сделал Юнг Бахадур. Резидент Ходжсон, один из главных соперников, приведших к падению Бхимсена, в конечном итоге 30 июля 1839 года выразил дань уважения Бхимсену и назвал его одним из самых способных современных государственных деятелей во всех родных южноазиатских государствах, наряду с Ранджит Сингхом. Британский историк Генри Амброуз Олдфилд утверждал, что Бхимсен был крайне обеспокоен независимостью своей страны: "Ничто не было ему дороже независимости его страны". Историк Людвиг Стиллер считал Бхимсена скорее политиком, чем правителем, и критикует чрезмерно положительные или отрицательные оценки, используемые основными биографами Бхимсена: историк Читтаранжан Непали, который "идеализировал" его, и историк Бабурам Ачарья, который назвал его "простым интриганом". Он утверждает, что, несмотря на то, что Бхимсен был влиятельной исторической фигурой в течение трех десятилетий, большую часть этого периода он был лишь придворным политиком, и его власть была ограничена. Таким образом, он утверждает, что Бхимсен обычно вел переговоры и убеждал других сановников использовать политический кризис в своих интересах. Непальско-канадский автор Манджушри Тапа написала о нем колонку. Она писала: Он не преуспел в войне 1814–16 годов с британцами, но Тапа все равно любят его за то, что он так старался контролировать этих надоедливых империалистов, лично руководил военными сражениями и вел переговоры о договорах, пытаясь одолеть Ходжсона.
Historian Baburam Acharya considered Bhimsen as an "unjust" but "devoted patriot" who developed and rewarded agricultural innovations in Nepal. He considered Bhimsen to be a nationalist with personal interest and a very cruel temperament. He termed Bhimsen as a military dictator who had control over 6000 armed forces. However, historian Kumar Pradhan negates that Bhimsen could not be termed as military dictator because he himself was dependent on Pajani System (annual renewal) for renewal of his every tenure of office. Pradhan also asserts that Bhimsen did not manipulate the Army which could be seen when he was not backed up by any soldiers after his removal from Mukhtiyarship. Pradhan asserts that administrative system of Nepal was people centric and upward mobility. Most of the Thapa Bharadars (courtiers) were appointed before 1816 and there was no monopoly of any single family in the inner circle of court. Similarly, Pradhan explains that there was no monopoly of Bhimsen because the regulations were all issued in the name of Maharaja. Historian Chittaranjan Nepali in his 1956 book Janaral Bhimsen Thapa Ra Tatkalin Nepal argued that Bhimsen was as powerful as Prime Minister Jung Bahadur Rana but he never initiated any rolls of Succession to hereditary premiership within his family like Jung Bahadur did. Resident Hodgson, one of the arch rivals who brought the downfall of Bhimsen, ultimately expressed tribute to Bhimsen on 30 July 1839 and went on to laud Bhimsen as one of the most able contemporary statesman in all of native South Asian states beside Ranjit Singh. British historian Henry Ambrose Oldfield contended that Bhimsen was extremely concerned about the independence of his country "Nothing was nearer and dearer to his heart than the independence of his country". Historian Ludwig Stiller considered Bhimsen as a mere politician than a ruler and criticizes the excessive positive or negative representation used by Bhimsen's primary biographers: Historian Chittaranjan Nepali who "lionized him" and Historian Baburam Acharya who labelled him as a "mere schemer". He contends that despite being a powerful historical personality for three decades, Bhimsen was a mere politician of the court for the most portion of his period and his power was limited. Thus, he contends that Bhimsen used to negotiate and convince other courtiers to capitalize the political crisis into his advantage. Nepalese Canadian author Manjushree Thapa had written a column about him. She wrote: He did not succeed in the 1814–16 war with the British, but the Thapas love him nonetheless because he tried so hard to control those pesky imperialists, overseeing military battles and negotiating treaties himself while trying to beat down Hodgson.
Физическая внешность
Историк Читтаранжан Непали описал Бхимсена как высокого и статного человека с внушительной внешностью.
Мемориалы и дань уважения
В муниципалитете Горкха построен парк, посвященный ему, под названием парк Бхимсен. Он находится в двух километрах ходьбы от Горкха Дарбара. Парк занимает 3 ропани земли и использовался потомками династии Тапа для проведения ритуалов во время фестиваля Дашайн. День памяти Бхимсена Тапы отмечается 25 июля. Историк Джон Уэлптон был удостоен Мемориальной премии имени Бхимсена Тапы 2018 года, врученной Мемориальным фондом Бхимсена Тапы на 243-м Дне памяти Бхимсена Тапы в Катманду.
Культурные изображения
Непальский драматург Балкришна Сама написал пьесу о нем под названием «Бхимсен Ко Антья», которая удостоилась премии «Саджа Пурашкар» в 2029 году Бикрам Самват (примерно 1972-1973 гг. н.э.). Историческая биография Бхимсена, написанная историком Читтаранджаном Непали, получила премию «Мадан Пураскар» в 2013 году Бикрам Самват (примерно 1956-1957 гг. н.э.) в категории социологии.
Популярные легенды
Историк Читтаранжан Непали утверждает, что существовало несколько широко распространенных народных легенд о Бхимсене. 28 июня 1955 года он беседовал с генералом Кайзером Шумшером Юнг Бахадуром Раной, который рассказал одну из легенд о Бхимсене, популярную в непальском обществе того времени. Согласно этой легенде, Бхимсен проклял тогдашнего короля Непала на судьбу есть из сосуда мана. Другая легенда гласила, что тело Бхимсена внезапно исчезло с места его смерти; потомки Чаутарии Фатте Чанг Шаха сохранили его руки, а череп был спрятан в секретном месте в Лондоне. Более того, также широко верили, что семья Фатте Чанга ежегодно поклоняется сохранившимся останкам Бхимсена.