Введение
Полинезийская мифология охватывает устные традиции народов Полинезии (объединение островных архипелагов Центральной и Южной части Тихого океана в пределах Полинезийского треугольника) и культуры отдалённых народов, известных как полинезийские аутлайеры. Полинезийцы говорят на языках, происходящих от реконструированного праполинезийского языка, вероятно, распространённого в районе Тонга и Самоа примерно в 1000 году до нашей эры.
Polynesian mythology encompasses the oral traditions of the people of Polynesia (a grouping of Central and South Pacific Ocean island archipelagos in the Polynesian Triangle) together with those of the scattered cultures known as the Polynesian outliers. Polynesians speak languages that descend from a language reconstructed as Proto Polynesian – probably spoken in the Tonga and Samoa area around 1000 BC.
Описание
До 15 века н.э. полинезийские народы расселились на восток, к островам Кука, а оттуда – к другим группам, таким как Таити и Маркизские острова. Позже их потомки открыли острова от Таити до Рапа-Нуи, а затем Гавайи и Новую Зеландию. Новейшие исследования датируют заселение Новой Зеландии примерно 1300 годом н.э. Различные полинезийские языки входят в австронезийскую языковую семью. Многие из них достаточно близки по словарному запасу и грамматике, чтобы обеспечить общение между носителями разных языков. Существуют также значительные культурные сходства между различными группами, особенно в отношении социальной организации, воспитания детей, земледелия, строительства и текстильного производства; их мифологии, в частности, демонстрируют локальные переработки общих преданий. В некоторых островных группах Тангароа играет важную роль как бог моря и рыболовства. Часто встречается миф о браке Неба и Земли; новозеландская версия, Ранги и Папа, повествует о союзе, породившем мир и все сущее в нем. Рассказывают истории об островах, поднятых со дна моря волшебным крюком или брошенных с небес. Есть предания о путешествиях, миграциях, увлечениях и битвах, что вполне закономерно. Широко известны истории о хитроумном Māui, а также о прекрасной богине/прародительнице Хине или Сине. Помимо этих общих мотивов в устной традиции, каждая островная группа имеет свои собственные сказания о полубогах и культурных героях, постепенно переходящие в более четкие очертания зафиксированной истории. Зачастую эти истории связывались с различными географическими или экологическими особенностями, которые можно рассматривать как окаменевшие останки сверхъестественных существ.
От устного до письменного
Различные полинезийские культуры обладают различными, но взаимосвязанными устными традициями, то есть легендами или мифами, которые традиционно считаются повествующими об истории древних времен (время "по") и приключениях богов ("атуа") и обожествленных предков. Для этих повествований характерно широкое использование аллегорий, метафор, притч, гипербол и персонификации. Устная передача обладает существенной гибкостью, недоступной письменности. В устной традиции не существует фиксированной версии истории. Повествование может меняться в определенных пределах в зависимости от обстановки, потребностей рассказчика и аудитории. В отличие от современной научной концепции истории, где знание прошлого служит для лучшего понимания настоящего, цель устной литературы – скорее оправдать и легитимизировать существующее положение вещей. Примером служат генеалогии, которые существуют во множестве часто противоречивых версий. Цель генеалогий в устных обществах обычно заключается не в предоставлении «истинного» отчета, а в подчеркивании старшинства правящей династии, а следовательно, ее политической легитимности и права на эксплуатацию земельных ресурсов и т.п. Если другая линия претендовала на главенство, необходимо было предоставить ей наиболее престижную генеалогию, даже если это означало заимствование нескольких предков из предыдущей династии. Каждый остров, каждое племя или клан имеет свою версию или интерпретацию данного повествовательного цикла. Этот процесс нарушается, когда письменность становится основным средством записи и сохранения традиций. Когда миссионеры, чиновники, антропологи или этнологи собирали и публиковали эти повествования, они неизбежно меняли их характер. Закрепляя на бумаге то, что ранее подвергалось почти бесконечным изменениям, они зафиксировали в качестве авторитетной версии рассказ, поведанный одним рассказчиком в определенный момент времени. В Новой Зеландии писания вождя Вирему Те Рангикахеке легли в основу большей части «Полинезийской мифологии» губернатора Джорджа Грея – книги, которая и по сей день предоставляет фактические официальные версии многих известных легенд маори. Некоторые полинезийцы, по-видимому, осознавали опасность и потенциал этого нового средства выражения. Начиная с середины XIX века, многие из них записывали свою генеалогию, историю и происхождение своего племени. Эти записи, известные под названием «pukapuka whakapapa» (генеалогические книги, маори) или в тропической Полинезии как «puta tumu» (истории о происхождении) или «puta tūpuna» (истории предков), ревностно охранялись главами семей. Многие исчезли или были уничтожены. В 1890-х годах вождь Раротонги Макеа Такау приказал своему племени сжечь все семейные книги, кроме своей собственной. В результате версия Макеа Такау стала официальной историей правящей династии, устранив возможность несогласия. По его просьбе выдержки были опубликованы в журнале Полинезийского общества.