Введение
«Силовой брокер: Роберт Мозес и падение Нью-Йорка» – биография Роберта Мозеса, написанная Робертом Каро в 1974 году. Книга посвящена механизмам обретения и использования власти в политической жизни Нью-Йорка на местном и штатном уровнях, показанным через пример использования Мозесом невыборных должностей для проектирования и строительства десятков шоссе и мостов, что порой приводило к значительным издержкам для тех сообществ, которым он формально служил. Эта работа неоднократно признавалась одной из лучших биографий XX века и оказала значительное влияние на градостроителей и политиков по всей территории Соединенных Штатов. В 1975 году книга была удостоена Пулитцеровской премии.
The Power Broker: Robert Moses and the Fall of New York is a 1974 biography of Robert Moses by Robert Caro. The book focuses on the creation and use of power in New York local and state politics, as witnessed through Moses's use of unelected positions to design and implement dozens of highways and bridges, sometimes at great cost to the communities he nominally served. It has been repeatedly named one of the best biographies of the 20th century, and has been highly influential on city planners and politicians throughout the United States. The book won a Pulitzer Prize in 1975.
Синопсис
"Властный брокер" прослеживает жизнь Мозеса от детства в Коннектикуте до первых лет его работы как идеалистического сторонника прогрессивной реформы коррумпированной системы государственной службы города. По словам Каро, неудачи Мозеса в этой сфере, а также последующий опыт работы на будущего мэра Нью-Йорка Джимми Уокера в Сенате штата и на губернатора Нью-Йорка Эла Смита научили его приобретать и использовать власть для достижения своих целей. К 1930-м годам Мозес заслужил репутацию создателя общественных парков как в городе, так и в штате, и впоследствии долго добивался реализации масштабных проектов, таких как мост Триборо (позже переименованный в мост Роберта Ф. Кеннеди). Но эта репутация досталась ему ценой утраты прежней принципиальности; он неоднократно обходил ограничения своей власти, что, по мнению Каро, вызвало бы разочарование у идеалистов, подобных ему в молодости, что проявляется в его работе по созданию и расширению государственных корпораций Нью-Йорка. В конечном итоге Каро изображает Мозеса назначенным бюрократом, который благодаря своей репутации успешного реализатора крупных строительных проектов накопил настолько много власти, что многочисленные выборные должностные лица, которым он формально подчинялся, на самом деле стали от него зависеть. Он последовательно отдавал предпочтение автомобильному транспорту перед общественным транспортом и нуждам людей и общества. Хотя он утверждал, что занимал множество государственных должностей (за исключением поста комиссара по паркам Нью-Йорка) без оплаты, он жил как король и аналогичным образом обогащал тех, кто помогал ему в общественной и частной жизни. Каро отдает должное Мозесу за его интеллект, политическую проницательность, красноречие и практичный, хотя и несколько агрессивный, стиль управления, и признает его ранние достижения, но относится к нему неоднозначно. Книга насчитывает 1336 страниц (это лишь две трети оригинальной рукописи) и в большинстве случаев содержит документальное подтверждение своих утверждений, которые Мозес и его сторонники пытались опровергнуть.
Происхождение
В начале 1960-х годов, будучи репортером Newsday, Кэро написала серию статей, объясняющих, почему строительство моста через пролив Лонг-Айленд от Рая до Ойстер-Бей, продвигаемое Моисеем, было бы нецелесообразным. Для его возведения потребовались бы опоры настолько огромных размеров, что они нарушили бы приливные течения в проливе, среди прочих проблем. Кэро полагал, что его работа повлияла даже на влиятельного губернатора штата Нельсона Рокфеллера, заставив его пересмотреть эту идею, пока он не увидел, что Ассамблея штата подавляющим большинством голосов одобрила предварительное постановление о строительстве моста. "Это был один из определяющих моментов в моей жизни", – сказал Кэро спустя годы. Это заставило его впервые задуматься о Моисее. "Я сел в машину и поехал домой на Лонг-Айленд, и все время думал: 'Все, что ты делал – это ерунда. Ты писал, исходя из убеждения, что власть в демократии исходит от избирателей. Но вот человек, который никогда никуда не избирался, и у него достаточно власти, чтобы перевернуть весь штат, а ты понятия не имеешь, как он этого добился'". Поэтому он решил взяться за это дело самостоятельно, начав семилетний процесс, включавший в себя сотни тщательно задокументированных интервью, а также обширные оригинальные архивные исследования, список которых приводится в примечаниях к источникам в приложении. Изначально Кэро считал, что на исследование и написание книги потребуется девять месяцев. Когда это время растянулось на годы, у него закончились деньги, и он отчаялся когда-либо закончить работу. Ина, его жена и помощница в исследованиях, продала семейный дом на Лонг-Айленде и переехала с Каро в квартиру в Бронксе, где она устроилась на работу учительницей, чтобы муж мог продолжить работу. Окончательный вариант рукописи Каро насчитывал около 1 050 000 слов. Редактор Роберт Готтлиб сообщил ему, что максимальный объем для коммерческой книги составляет около 700 000 слов, или 1280 страниц. Когда Каро спросил, можно ли разделить книгу на два тома, Готтлиб ответил, что "возможно, он сможет заинтересовать людей Робертом Моисеем однажды. Но я не смогу заставить их интересоваться им дважды". Поэтому Каро пришлось сократить рукопись, что заняло у него несколько месяцев.
Прием
"Силовой брокер" вызвал широкую общественную дискуссию после публикации, особенно после того, как глава "Одна миля" вышла в качестве отрывка в журнале The New Yorker. В этой главе были освещены трудности, возникшие при строительстве одного участка магистрали Кросс-Бронкс, и то, как Моисей игнорировал интересы жителей и предпринимателей района Восточного Тремонта, который фактически был разрушен этой дорогой. До публикации Каро, тогда еще малоизвестный автор, вступил в спор с легендарным редактором журнала Уильямом Шоном из-за внесенных им изменений в текст. Журнал обычно редактировал отрывки, чтобы привести их в соответствие со своим фирменным стилем, не учитывая многие авторские приемы повествования, такие как абзацы, состоящие из одного предложения. Каро также выразил недовольство тем, что большая часть его работы была существенно сокращена.
Ответ Моисея
Моисей и его сторонники считали книгу крайне предвзятой по отношению к нему, и то, что его сторонники считали летописью беспрецедентных успехов. Моисей опубликовал 23-страничное машинописное заявление, опровергая некоторые из её утверждений (он заявлял, например, что никогда не использовал антиитальянские оскорбления в адрес Фиорелло Ла Гардии, которые книге приписываются ему).
Современная переоценка
В последующие годы появился более позитивный взгляд на карьеру Мозеса, возникший как прямая реакция на его изображение в книге "Силовой брокер". Эта переоценка нашла отражение в музейных выставках и книге 2007 года ("Роберт Мозес и современный город"), которую описывали как пронизанную "ревизионистской тематикой". В 2014 году Каро вспоминала о семи годах работы над книгой в The New York Times Sunday Book Review. Книга по-прежнему высоко ценится. В 2017 году Дэвид Дунлап назвал "Силового брокера" "книгой, которую необходимо прочитать и спустя 43 года после публикации, чтобы понять, как на самом деле функционирует Нью-Йорк". В 2020 году книга часто появлялась на книжных полках американских журналистов и политиков, участвовавших в телевизионных интервью из дома во время пандемии COVID-19, как "высший символ нью-йоркской политической проницательности". В книге Каро утверждает, что Мозес намеренно строил эстакады над его парковыми магистралями Лонг-Айленда невысокими, чтобы не допустить перевозки на автобусах людей, не имеющих личного транспорта (то есть представителей низших слоев общества, непропорционально состоявших из небелых граждан) к пляжам и паркам, которые он развивал в качестве президента Комиссии по государственным паркам Лонг-Айленда. Немецкий профессор социологии Бернвард Йоргес в 1999 году указал на то, что "Мозес на Лонг-Айленде не сделал ничего, что отличалось бы от действий любого другого комиссара по паркам в стране" при проектировании мостов, под которыми не могли проехать автобусы.