Введение

1969 "The Boxer" – песня, написанная Полом Саймоном и записанная американским музыкальным дуэтом Simon & Garfunkel для их пятого и последнего студийного альбома *Bridge over Troubled Water* (1970). Продюсерами выступили сам дуэт и Рой Хейли. Песня была выпущена как отдельный сингл 21 марта 1969 года, но вошла в альбом спустя девять месяцев (в то время песни, выпущенные с таким большим опережением, редко включали в следующий студийный альбом). Это фолк-рок баллада, которая поочередно предстает как личное скорбное излияние и как зарисовка боксера в третьем лице. Текст песни во многом автобиографичен, частично вдохновлен Библией и был написан в период, когда Пол Саймон чувствовал, что его несправедливо критикуют. В тексте песни затрагиваются темы бедности и одиночества. Особенно известна ее печальная припевная фраза "lie la lie", сопровождаемая сильно реверберирующим малым барабаном. "The Boxer" последовала за одним из самых успешных синглов дуэта – "Mrs. Robinson". Она достигла 7-й позиции в чарте Billboard Hot 100. Песня имела успех на международном уровне, войдя в десятку лучших в девяти странах, где наибольший пик популярности был достигнут в Нидерландах, Австрии, Южной Африке и Канаде. Журнал Rolling Stone поместил песню на 106-е место в своем списке 500 величайших песен всех времен.

Создание и запись

Оригинальная запись песни – одна из самых тщательно спродюсированных дуэтом и потребовала более 100 часов работы. Запись проходила в нескольких местах, включая часовню Святого Павла (Колумбийский университет) в Нью-Йорке и студии Columbia в Нэшвилле с использованием 16-трекового магнитофона. Версия, первоначально выпущенная дуэтом, содержит инструментальную мелодию, исполняемую в унисон на педальной стальной гитаре Керли Чалкером и пикколо-трубе. В песне также звучит бас-гармоника в исполнении Чарли Маккоя, которую можно услышать во время второго и последнего куплетов. В 2008 году в журнале Fretboard Journal Фред Картер-младший рассказал интервьюеру Ричу Кинзле:

"У меня была маленькая Martin, модель 000 18, и когда мы начали запись в Нью-Йорке с Роем Хейли, звукорежиссером, а Пол [Саймон] играл на своей Martin – думаю, это была D 18, и он настроил ее стандартно – у него еще не был полностью написан текст, но мелодия была почти готова. И я слышал лишь обрывки, пока он играл перебором. Кажется, он играл в открытом строе C. Я попробовал пару вариантов, а потом взял маленькую Martin, которая звучала примерно на треть выше его гитары. Я понизил первую струну до ре, а басовую струну настроил до соль, получив открытый строй G, за исключением пятой струны, которая оставалась стандартной. Я немного подстраивался под его перебор, сделал небольшой обратный ролл и случайно нашел лик. Так появился этот небольшой ролл, и мы записали его – только Пол и я, две гитары. Потом мы начали экспериментировать с другими идеями и так далее. К концу дня мы все еще работали над песней. Гарфанкель ходил по студии, напевал и вносил свои предложения. Они были настоящими учеными. Они могли работать над фрагментом шесть недель, прежде чем он будет закончен. На моей гитаре было установлено около семи микрофонов: близкий, дальний, на грифе, на резонаторном отверстии. Они даже записывали мое дыхание. Они установили микрофон на заднюю часть гитары. Рой Хейли был гением в плане расположения микрофонов. Когда мы впервые прослушали запись, они отключили микрофон дыхания. И у них был комнатный микрофон, который улавливал обе гитары вместе, полагаю. И я, видимо, довольно тяжело дышал в такт. Они хотели убрать этот шум, и убрали, но потом сказали: «Нет, нужно оставить». Это почти как ритм на записи. Поэтому микрофон дыхания оставили в миксе. Я играл на Telecaster и двенадцатиструнной гитаре, использовал три-четыре гитары. Я играл разные гитарные партии. Одна – аккордовая и ритмическая. Сыграл партию Dobro на обычной шестиструнной гитаре с пальцевым грифом – не слайд-гитаре. Я не слышал полную запись, пока не услышал ее по радио. И подумал: «Это лучшая запись, которую я когда-либо слышал», особенно после всей тщательной работы, после того, как они разложили ее на музыкальные и звуковые составляющие. В тот день в студии была магия, и Рой Хейли ее запечатлел. У нас с Полом был отличный грув. В песне всего один удар барабана, который звучит во время припева "lie la lie". Сессионный барабанщик Хэл Блейн создал сильно реверберирующий звук барабанов с помощью продюсера Роя Хейли, который нашел место для барабанов перед лифтом в офисах Columbia. Запись барабанов была сделана во время живого исполнения песни музыкантами. Блейн бил в барабаны в конце вокальной фразы "Lie la lie", которая звучала в его наушниках, и в какой-то момент пожилой охранник был очень удивлен, когда вышел из лифта и услышал громоподобные удары барабанов Блейна. Хэл Блейн рассказывал о процессе записи: «Мы были там со всеми этими микрофонными кабелями, моими барабанами и наушниками, – говорит Блейн. – Когда наступил припев – "lie la lie" – Рой заставил меня ударить по малому барабану как можно сильнее. В этом коридоре, рядом с шахтой лифта, это звучало как пушечный выстрел! Именно такого звука мы и добивались».

Текст песни

Текст песни приобретает форму личного плача, в котором певец описывает свою борьбу с одиночеством и бедностью в Нью-Йорке. Последний куплет переключается на зарисовку боксера в третьем лице: "На поляне стоит боксёр и боец по призванию, и он несет в себе память о каждой перчатке, что повалила его на землю или рассекла, пока он не выкрикнул в ярости и стыде: «Я ухожу, я ухожу», но боец всё равно остаётся". Припев состоит из повторений бессмысленного слога "lie la lie". Саймон заявил, что изначально это было лишь временное решение, но в итоге стало частью завершенной песни. У меня не было слов! Потом люди решили, что это "ложь", но я этого не имел в виду. Что это была ложь. Но это не провал в плане авторской работы, потому что людям это нравится, они вкладывают в это собственный смысл, а остальная часть песни обладает достаточной силой и эмоциональностью, полагаю, чтобы это работало, так что всё в порядке. Но каждый раз, когда я пою эту часть [тихо], мне немного неловко. Иногда высказывалось предположение, что эти слова представляют собой "продолжительную атаку на Боба Дилана". Согласно этой интерпретации, Дилан отождествляется со своим опытом любительского боксера, а припев "lie la lie" отражает обвинения Дилана во лжи относительно его музыкальных намерений. Биограф Марк Элиот в книге "Пол Саймон: Жизнь" написал: "Оглядываясь назад, это кажется совершенно абсурдным".

Во время записи "Боксёра" Арт Гарфанкель встретил свою будущую первую жену, Линду Гроссман. Как он вспоминал: я пригласил Линду в студию тем вечером, когда мы работали над "Боксёром". Она колебалась, но решила попробовать. Она пришла, села за инженерный пульт, подперев подбородок рукой, и в течение четырех часов смотрела на меня, Пола и Роя. Она хотела всё узнать. Я был впечатлён и польщён. Мне нравятся люди, которые подвергают меня допросу, которые пристально смотрят на меня, мне кажется, что им интересно. Мы пошли вместе после этого, и я был очень очарован, и мы долго встречались. Но прошло около трёх лет, прежде чем я набрался смелости попросить её выйти за меня. Они развелись в 1975 году, и позже Арт заявил, что никогда её по-настоящему не любил. Во время концерта в Нью-Йорке в октябре 2010 года Пол Саймон прервал исполнение "Боксёра" в середине, чтобы рассказать историю о женщине, которая остановила его на улице и сказала, что редактирует песню, когда поёт её своему маленькому ребенку. Саймон рассказал публике, что она убрала слова "шлюхи" и изменила текст на: "Мне не поступает предложений, только заманчивые предложения из магазинов игрушек на Седьмой авеню". Саймон с улыбкой заметил, что считает это "более удачной строчкой". 3 июня 2016 года на своем концерте в Беркли, Калифорния, Пол Саймон снова прервал исполнение "Боксёра" на полпути, чтобы одним предложением сообщить печальную новость: "Мне жаль сообщать вам об этом таким образом, но Мухаммед Али скончался". Затем он закончил песню последним куплетом: "На поляне стоит боксёр и боец по призванию".

Прием

После выхода песни "The Boxer" в качестве сингла, журнал Cash Box описал её как "впечатляющую сторону" и отметил: "Первая половина баллады выдержана в завораживающем фолк-стиле Simon & Garfunkel, но благодаря работе над продакшном трек нарастает и завершается мощным, затухающим финалом, напоминающим "Hey Jude". Billboard заявил, что у Саймона и Гарфункеля "есть все шансы на хит-парад с этой заразительной ритмической балладой с захватывающим текстом".

Кавер-версии

Кавер-версии песни были записаны многими исполнителями, включая Me First and the Gimme Gimmes, Боба Дилана, Нила Даймонда, Эммилу Харрис, The Samples, Леандро и Леонардо, Паулу Фернандес, Томми Флеминга, The Celtic Tenors, Брюса Хорнсби, Cake, Джонне Ярвеля, Уэйлона Дженнингса и Джесса и Мэтта. Джоан Баез также сделала эту песню неизменным элементом своих концертных выступлений с конца 1970-х годов и по настоящее время, в том числе однажды в Италии с итальянским автором песен Франческо Де Грегори, который также исполнял её на своих концертах; Баез исполнила песню вместе с Полом Саймоном и Ричардом Томпсоном на своем 75-м юбилейном концерте в нью-йоркском театре Beacon в январе 2016 года. Саймон открыл программу Saturday Night Live исполнением этой песни 29 сентября 2001 года, став первым живым выступлением после терактов 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне.

В 2007 году Саймон был удостоен первой премии Гершвина от Библиотеки Конгресса; Джерри Дуглас, Шон Колвин и Элисон Краусс исполнили "The Boxer" вживую. Также в 2007 году кантри-исполнительница Дина Картер выпустила кавер-версию песни на своем шестом студийном альбоме The Chain, записанную в дуэте с Харпер Саймон. The Bluecoats Drum and Bugle Corps исполнили "The Boxer" в качестве баллады для своего шоу 2008 года "The Knockout", и с тех пор она регулярно звучит на их выступлениях в качестве повторного номера. Джерри Дуглас и Mumford and Sons сотрудничали с Полом Саймоном, записав кавер-версию песни в 2012 году. Она вошла в альбом Дугласа "Traveler", а также в делюкс-издание альбома "Babel" группы Mumford and Sons.