Введение
Симфоническая поэма Ричарда Штрауса "Жизнь героя" (Ein Heldenleben), op. 40 – это тональная поэма Ричарда Штрауса. Работа была завершена в 1898 году. Это была его восьмая работа в этом жанре и превзошла все предыдущие по требованиям к оркестру. Несмотря на противоречивые заявления композитора, поэма общепризнанно считается автобиографической и содержит более тридцати цитат из более ранних произведений Штрауса, включая "Так говорил Заратустра", "Тиль Эйленшпигель", "Дон Кихот", "Дон Жуан" и "Смерть и преображение".
Ein Heldenleben (A Hero's Life), Op. 40, is a tone poem by Richard Strauss. The work was completed in 1898. It was his eighth work in the genre, and exceeded any of its predecessors in its orchestral demands. Generally agreed to be autobiographical in nature despite contradictory statements on the matter by the composer, the work contains more than thirty quotations from Strauss's earlier works, including Also sprach Zarathustra, Till Eulenspiegel, Don Quixote, Don Juan, and Death and Transfiguration.
Предыстория
Штраус начал работу над произведением, находясь в баварском горном курорте в июле 1898 года. Он предложил написать героическую работу в духе симфонии Бетховена «Эроика»: «Она называется «Жизнь героя», и хотя в ней нет похоронного марша, в ней много валторн, а валторна – весьма подходящий инструмент для выражения героизма. Благодаря здоровому горному воздуху, мой эскиз продвигается хорошо, и я надеюсь закончить к Новому году». В 1898 году Штраус работал над «Айн Хелденлебен» и другой симфонической поэмой, «Дон Кихот». Он считал эти две работы взаимодополняющими, говоря, что они были задуманы как «прямые соответствия» друг другу. Перед премьерой возникли спекуляции относительно личности героя. Штраус уклонялся от прямого ответа: он заметил: «Я не герой, я не создан для сражений», а в программной записке написал, что предметом произведения является «не отдельная поэтическая или историческая личность, а скорее более общий и свободный идеал великого и мужественного героизма». С другой стороны, по словам критика Ричарда Фрида:
«Музыка, однако, настойчиво указывает на своего автора как на свой предмет, и Штраус все же признал в беседе с писателем Роменом Ролланом, что считает себя «не менее интересным, чем Наполеон», а его решение дирижировать премьерой лично, вместо того чтобы доверить эту честь уважаемому посвятителю [то есть Виллему Менгельбергу], вполне можно рассматривать как еще одно подтверждение самовосхваляющего характера произведения. Остальная часть работы состоит из разработки, репризы и коды, с эпизодическим появлением нового тематического материала. Мелодии ведут к финальной части. «Уход героя из этого мира и его завершение»: Повторное появление предыдущего мотива «Ганслика» приводит к агитационному эпизоду. За ним следует пасторальная интермедия с тем, что Кеннеди называет «идиллической темой английского рожка». Первое американское исполнение состоялось годом позже, в исполнении Чикагского симфонического оркестра под управлением Теодора Томаса. В Англию произведение попало только 6 декабря 1902 года, когда композитор дирижировал оркестром Генри Вуда в Королевском зале. Бела Барток сделал фортепианную редакцию произведения в 1902 году и исполнил ее 23 января 1903 года в Вене. Недавно дирижеру Джолзу Гейлу было дано разрешение сделать аранжировку произведения для камерного оркестра, которая была заказана и впервые исполнена ансамблем mini 16 октября 2014 года в Берлине.
quote|source=|The music, though, points stubbornly to its own author as its subject, and Strauss did concede, after all, in a remark to the writer Romain Rolland, that he found himself "no less interesting than Napoleon," and his gesture of conducting the premiere himself instead of leaving that honor to the respected dedicatee [i. e., Willem Mengelberg] may well be viewed as further confirmation of the work's self congratulatory character. The remainder of the work comprises development, recapitulation, and coda, with occasional new thematic material. The melodies lead into the final section. | "The Hero's Retirement from this World and Completion": The reappearance of the previous "Hanslick" motive brings in an agitato episode. This is followed by a pastoral interlude with what Kennedy calls "a bucolic cor anglais theme". The first American performance was a year later, performed by the Chicago Symphony, conducted by Theodore Thomas. The work did not reach England until December 6th 1902, when the composer conducted Henry Wood's Queen's Hall Orchestra. Béla Bartók wrote a piano reduction of the piece in 1902, performing it on January 23, 1903, in Vienna. The conductor Joolz Gale was more recently given permission to arrange the work for chamber orchestra, which was commissioned and premiered by ensemble mini on October 16, 2014, in Berlin.
Прием
Немецкие критики отреагировали на карикатуры Штрауса, изображающие их. Один из них назвал произведение «самым отвратительным портретом этого отвратительного человека, какой только можно себе представить». Критик газеты The New York Times после нью-йоркской премьеры в 1900 году был более сдержан. Он признал, что потомки вполне могут высмеять его реакцию на произведение, но, хотя «в нём есть фрагменты истинной, блистательной, ошеломляющей красоты, он часто повергает в изумление и замешательство». Генри Вуд, с оркестром которого Штраус дал британскую премьеру, считал произведение «изумительно красивым». В наши дни работа по-прежнему вызывает разногласия среди критиков. По словам Брайана Гиллиама в «Словаре музыки и музыкантов» (Grove Dictionary of Music and Musicians), это «в основном связано с чрезмерным акцентом на поверхностных элементах». По мнению Гиллиама: различные критики рассматривают произведение как вопиющий пример художественного эгоизма Штрауса, однако более глубокий анализ показывает, что вопрос автобиографичности гораздо сложнее. «Эйн Хелденлебен» затрагивает две важные темы, знакомые по более ранним работам: ницшеанскую борьбу между личностью и её внешним и внутренним мирами, а также глубину семейной любви.
quote|source=|Various critics see the work as a flagrant instance of Strauss's artistic egotism, but a deeper interpretation reveals the issue of autobiography to be far more complex. Ein Heldenleben treats two important subjects familiar from earlier works: the Nietzschean struggle between the individual and his outer and inner worlds, and the profundity of domestic love.