Введение

Дело Moore v. Regents of the University of California стало знаковым решением Верховного суда штата Калифорния. Поданное 9 июля 1990 года, оно касалось вопроса о правах собственности на собственные клетки, полученные в образцах врачами или исследователями. В 1976 году Джон Мур проходил лечение от волосатоклеточного лейкоза у врача Дэвида Гольда, исследователя рака в Медицинском центре UCLA. Раковые клетки Мура впоследствии были использованы для создания клеточной линии, которая была коммерциализирована Гольдом и UCLA. Верховный суд Калифорнии постановил, что выброшенные пациентом образцы крови и тканей не являются его личной собственностью, и что люди не имеют права на долю в прибыли, полученной от коммерческих продуктов или исследований, основанных на их клетках. После этого решения большинство судов США вынесли решения не в пользу членов семей, подававших иски к исследователям и университетам за "неправомерную коммерциализацию" частей тела их умерших родственников.

Предыстория

Джон Мур впервые посетил медицинский центр UCLA 5 октября 1976 года после постановки ему диагноза волосатоклеточной лейкемии. Врач и исследователь рака Дэвид Голд взял образцы крови, костного мозга и других биологических жидкостей Мура для подтверждения диагноза и рекомендовал спленэктомию из-за потенциально смертельного увеличения селезенки. Мур подписал письменное информированное согласие на процедуру, в котором указывалось, что больница может "утилизировать любые удаленные ткани или органы путем кремации". Его селезенку удалили хирурги, не являвшиеся сторонами в деле, в медицинском центре UCLA. Анализы крови Мура нормализовались уже через несколько дней, а дальнейшее исследование селезенки позволило Голду обнаружить, что клетки крови Мура уникальны тем, что производят белок, стимулирующий рост лейкоцитов, помогающих организму бороться с инфекциями. После операции Мур переехал в Сиэтл, штат Вашингтон, и несколько раз возвращался в медицинский центр UCLA для последующих консультаций с Голдом в период с 1976 по 1983 год. Суд отклонил аргумент о необходимости защиты селезенки Мура как собственности для защиты его частной жизни и достоинства. Суд постановил, что его интересы уже защищены информированным согласием, и решил, что поскольку законы требуют уничтожения человеческих органов, законодатель намеревался предотвратить владение пациентами изъятыми органами. В конечном счете, предметом спора могли быть не клетки Мура, а клеточная линия, созданная из его клеток. Затем суд рассмотрел целесообразность признания клеток Мура собственностью. Поскольку незаконное обращение с имуществом является деликтом с абсолютной ответственностью, суд опасался, что расширение прав собственности на органы может негативно повлиять на медицинские исследования. Лаборатории, проводящие исследования, получают большое количество медицинских образцов и не могут ожидать, что им станет известно о незаконном обращении с ними. Кроме того, интересы Мура в отношении целостности его тела и неприкосновенности частной жизни защищены требованием информированного согласия, которое также должно охватывать экономические аспекты. Судья Арабиан вынес особое мнение, заявив, что глубокие философские, моральные и религиозные вопросы, поднятые в деле, не могут быть разрешены судом. Судья Бруссард вынес частично согласующее, частично несогласующее мнение. Судья Моск вынес несогласное мнение, заявив, что Муру могли быть предоставлены одни права собственности и отказано в других. По крайней мере, Мур имел "право распоряжаться своими тканями так же, как это сделали с ними ответчики". То есть, как только ткань была удалена, Мур имел по крайней мере право продать ее лаборатории или распорядиться ее уничтожением. Таким образом, не было бы необходимости возлагать на лаборатории строгую ответственность за незаконное обращение с имуществом, если бы права собственности могли быть разделены, чтобы позволить Муру получить значительную часть экономической выгоды, созданной его тканями. Кроме того, для доказательства ущерба, связанного с информированным согласием, Мур должен был бы доказать, что если бы он был должным образом проинформирован, ни он, ни разумный человек не согласились бы на процедуру. Таким образом, шансы Мура доказать ущерб через информированное согласие были невелики. Он также не мог дать согласие на процедуру, одновременно сохранив за собой право продавать свои органы. Наконец, Мур мог подать в суд только на своего врача, но ни на кого другого, за ненадлежащее информирование. Таким образом, он вряд ли выиграет, не сможет извлечь экономическую выгоду из своих тканей, даже если бы отказался от согласия, и не сможет подать в суд на стороны, которые могут его эксплуатировать.

Последствия

Рак Мура находился в ремиссии с 1976 по 1996 год после удаления селезенки. Он умер от рака в октябре 2001 года. В книге Майкла Крайтона "Next" ("Следующий"), хотя этот случай и упоминается конкретно, рассматриваются возможные юридические последствия, связанные с пациентом по имени Фрэнк Бернет. Кроме того, книга Ребекки Склот 2010 года "Бессмертная жизнь Генриетты Лакс" и фильм 2017 года "Бессмертная жизнь Генриетты Лакс" обсуждают этот случай и его прецедентное значение для семьи Лакс.