Введение
Испанский дипломат и дворянин Педро Гомес Лабрадор, 1-й маркиз Лабрадор (30 ноября 1764 – 17 июня 1850) был испанским дипломатом, представлявшим Испанию на Венском конгрессе (1814–1815). Лабрадору не удалось добиться успеха в продвижении дипломатических целей своей страны на конференции. К этим целям относилось восстановление Бурбонов (свергнутых Наполеоном) на тронах прежних итальянских владений Испании и восстановление контроля над испанскими американскими колониями, которые подняли восстание за независимость от Испании во время неудачного наполеоновского вторжения в Испанию, и в отношении которых Конгресс не обладал юрисдикцией. Маркиз Лабрадор почти единогласно осуждается историками за свою некомпетентность на Конгрессе. В одном из стандартных испанских учебников истории он подвергается критике за «свою посредственность, высокомерный характер и полную подчиненность прихотям ближнего круга короля, что привело к отсутствию каких-либо благоприятных результатов». Пол Джонсон называет его «карикатурным испанцем, специализирующимся на яростных вспышках, надменном молчании и неловких демаршах».
Pedro Gómez Labrador, 1st Marquess of Labrador (November 30, 1764–June 17, 1850) was a Spanish diplomat who served as Spain's representative at the Congress of Vienna (1814–1815). Labrador did not successfully advance his country's diplomatic goals at the conference. These goals included restoring the Bourbons (who had been deposed by Napoleon) to the thrones of Spain's old Italian possessions, and reestablishing control over Spanish American colonies, which had risen for independence from Spain during the failed Napoleonic invasion of Spain, and for which the Congress had no such jurisdiction over. The Marquess of Labrador is almost universally condemned by historians for his incompetence at the Congress. One standard Spanish history textbook condemns him for "[ ] his mediocrity, his haughty character, and his total subordination to the whims of the king's inner circle, by which he achieved nothing favorable." Paul Johnson calls him "a caricature Spaniard who specialized in frantic rages, haughty silences and maladroit demarches."
Ранние годы
Лабрадор родился в Валенсии-де-Алькантара и учился в традиционно консервативном университете Саламанки. Он получил степень бакалавра права в возрасте двадцати семи лет, а через четыре года – более высокую степень, и в 1793 году был назначен судьей в Аудиенсию Севильи.
Карьера
В августе 1798 года Лабрадор был отправлен Карлом IV Испании в качестве поверенного в делах во Флоренцию для сопровождения Пия VI (правил в 1775–1799 гг.) в изгнании, когда этот понтифик был вынужден стать пленником французов после отказа уступить свой светский суверенитет французским войскам под командованием генерала Луи Александра Бертье. После смерти Пия VI Лабрадор был назначен полномочным министром при Папской области и впоследствии служил во Флоренции, столице Наполеоновского королевства Этрурия. Либеральные депутаты Национального собрания, заседавшего в Кадисе (1810–1813 гг.), приняли его за своего и предоставили ему важный пост государственного министра, о чем они вскоре пожалели: «Лабрадор был туповатым, многословным, исполненным гордости и высокомерия, граничащих с безумием, и своеобразной педантичностью». Но он не был либералом. Он помог Фердинанду VII отменить либеральную конституцию 1812 года и был награжден обязанностью представлять Испанию на мирных конференциях в Париже и Вене в полном ранге и с титулом посла. К началу Конгресса Испания все еще оставалась одной из крупнейших империй в мире, хотя большинство ее американских колоний находились в открытом восстании и стремились к независимости. Хотя Испании удалось вернуть Санто-Доминго от Франции в 1814 году после победы в Пиренейской войне и заключения Парижского договора 1814 года, она явно пришла в упадок. Ходатайства Лабрадора о передаче бывшей испанской территории Луизианы Соединенным Штатам были полностью проигнорированы. Австрийцы заблокировали планы, которые могли бы сделать Испанию особым союзником Святого Престола, а британцы также отвергли территориальные претензии Испании к Португалии. Британцы особенно были раздражены своим испанским союзником и его представителем. «Само по себе довольно странно, – писал Кастлерий, – что вести дела сложно всего с двумя дворами – Пиренейскими». Герцог Веллингтон, сменивший Кастлерия в Вене и опытный судья надменных идальго, был более прямолинеен в своем мнении о Лабрадоре: «Самый глупый человек, которого я когда-либо встречал». По словам испанского государственного министра Хосе Гарсиа де Леона и Писарро, Лабрадор был «малоприятным [и] редко или вовсе не устраивал ужинов и приемов». А в эпоху расцвета салонной дипломатии это было роковым. Лабрадор не мог рассчитывать ни на свой вспыльчивый характер, чтобы наладить какие-либо личные или дипломатические отношения, ни на жалование, которое испанское правительство ему никогда не выплачивало, чтобы организовать какие-либо светские мероприятия в своей резиденции на Minoritten Platz, в Palais Pálffy. «Он даже не фигурировал, – заверяет его биограф, – в качестве главного героя ни в одной из многочисленных любовных интриг [происходивших во время Конгресса]»; самым захватывающим светским событием, которое, по-видимому, посетил Лабрадор, было представление восковых фигур в Рождество 1814 года. Испания не подписала Заключительный акт Конгресса от 9 июня 1815 года, поскольку предложение Лабрадора о внесении оговорок в акт, касающихся прав итальянских Бурбонов, было полностью проигнорировано. Лабрадор выразил протест против нескольких резолюций Конгресса, в том числе касающихся реституции Оливенсы. С единственным европейским восстановлением незначительной Лукки в качестве герцогства Пармы Бурбонов в качестве результата своих усилий и представленный человеком, перегруженным своими обязанностями («У меня должно быть лицо любимой тети, [потому что] все приходят ко мне со своими бедами»), статус Испании как державы второго сорта с колониальными движениями за независимость за рубежом был подтвержден. Испания окончательно приняла договор 7 мая 1817 года. Долгая жизнь Лабрадора закончилась трагически: он в конечном итоге потерял свою должность на дипломатической службе, жену, зрение, рассудительность и состояние.