Введение
ни британские анти-вторговые приготовления Второй мировой войны влекут за собой широкомасштабную разделение военных и гражданских мобилизации в ответ на угрозу вторжения (операция "Морской лев") немецкими вооруженными силами в 1940 и 1941 годах. Британской армии нужно было восстановиться после поражения британских экспедиционных войск во Франции, и 1,5 миллиона человек были зачислены в качестве солдат неполного рабочего дня в Домашнюю гвардию. Быстрое строительство полевых укреплений превратило большую часть Соединенного Королевства, особенно южную Англию, в подготовленное поле битвы. Морской Лев никогда не выходил за пределы предварительной сборки сил. Сегодня мало что осталось от британских анти-вторговых приготовлений, хотя железобетонные конструкции, такие как пиллбокс и противотанковые кубики, все еще можно найти, особенно в прибрежных округах.
British anti invasion preparations of the Second World War entailed a large scale division of military and civilian mobilisation in response to the threat of invasion (Operation Sea Lion) by German armed forces in 1940 and 1941. The British Army needed to recover from the defeat of the British Expeditionary Force in France, and 1.5 million men were enrolled as part time soldiers in the Home Guard. The rapid construction of field fortifications transformed much of the United Kingdom, especially southern England, into a prepared battlefield. Sea Lion was never taken beyond the preliminary assembly of forces. Today, little remains of Britain's anti invasion preparations, although reinforced concrete structures such as pillboxes and anti tank cubes can still be commonly found, particularly in the coastal counties.
Политическая и военная обстановка
1 сентября 1939 года Германия вторглась в Польшу; два дня спустя Великобритания и Франция объявили войну Германии, начав Вторую мировую войну. В течение трех недель Красная Армия Советского Союза вторглась в восточные регионы Польши в соответствии с секретным пакт Молотова-Риббентропа с Германией. Британские экспедиционные силы (BEF) были отправлены на франко-бельгийскую границу, но Великобритания и Франция не предприняли никаких прямых действий в поддержку поляков. К 1 октября Польша была полностью захвачена. В последующие месяцы мы немного ссорились. В период, известный как "Фейковая война", солдаты с обеих сторон обучались войне, а французы и англичане строили и укомплектовывали оборонительные сооружения на восточных границах Франции. Однако британский военный кабинет обеспокоился преувеличенными разведывательными сообщениями, полученными при помощи немецкой дезинформации, о больших воздушно-десантных силах, которые могли быть запущены против Великобритании. По настоянию Уинстона Черчилля, тогдашнего первого лорда Адмиралтейства, была сделана просьба, чтобы главнокомандующий внутренними войсками генерал сэр Уолтер Кирк подготовил план отражения крупномасштабного вторжения. Кирк представил свой план 15 ноября 1939 года, известный как "План Юлия Цезаря" или "План J C" из-за кодового слова "Юлий", которое будет использоваться для вероятного вторжения и "Цезарь" для неизбежного вторжения. Кирк, главная задача которого заключалась в укреплении БЭФ во Франции, имел очень ограниченные ресурсы, имея шесть плохо обученных и оснащенных дивизий Территориальной армии в Англии, две в Шотландии и еще три в резерве. Поскольку Франция все еще была мощным союзником, Кирк считал, что восточные побережья Англии и Шотландии были наиболее уязвимыми, при этом порты и аэродромы имели приоритет. 9 апреля 1940 года Германия вторглась в Данию и Норвегию. Эта операция предотвратила собственные планы Великобритании вторгнуться в Норвегию. Дания немедленно сдалась, и после недолговечной попытки британцев занять позицию в северной части страны, Норвегия также пала. Вторжение в Норвегию было совместной операцией, в которой немецкая военная машина проецировала свою мощь через море; этот немецкий успех британцы увидели как страшное предзнаменование. 7 и 8 мая 1940 года дебаты в британской Палате общин об Норвегии выявили сильное недовольство и откровенную враждебность по отношению к правительству премьер-министра Невилла Чемберлена. Через два дня Чемберлен ушел в отставку, а его сменил Черчилль. 10 мая 1940 года Германия вторглась во Францию. К тому времени BEF состоял из 10 пехотных дивизий в трех корпусах, танковой бригады и отряда Королевских ВВС, насчитывавшего около 500 самолетов. BEF и лучшие французские силы были зажаты немецкой атакой в Бельгии и Нидерландах, но затем были обгонены главной атакой, которая шла за ними через Арденские леса высокомобильными танковыми дивизиями Вермахта, переполняя любые обороны, которые могли быть импровизированы на их пути. В ожесточенных боях большая часть БЭФ смогла избежать окружения, отступив на небольшую территорию вокруг французского порта Дюнкерк. Теперь, когда немцы были на побережье Франции, стало очевидно, что необходимо срочно пересмотреть возможность противостояния попытке вторжения немецких войск в Британию.
Домашняя охрана
14 мая 1940 года госсекретарь по делам войны Энтони Иден объявил о создании местных добровольцев обороны (LDV), позже ставших известными как Домашняя гвардия. Добровольцев было намного больше, чем правительство ожидало, и к концу июня их было почти 1,5 миллиона. Для обороны страны было много личного состава, но не было униформы (простого браслета должно было хватить), а оборудования было крайне мало. Сначала Домашняя гвардия была вооружена частными пистолетами, ножами или штыками, прикрепленными к столбам, коктейлями Молотова и импровизированными огнеметами. К июлю 1940 года ситуация кардинально улучшилась, поскольку все добровольцы получили форму и небольшую подготовку. 500 000 современных винтовок M1917 Enfield, 25 000 автоматических винтовок M1918 Browning и миллионы патронов были куплены из запаса вооруженных сил США и спешно доставлены специальными поездами непосредственно в подразделения Домашней гвардии. Было разработано новое оружие, которое можно было бы производить дешево, не потребляя материалы, необходимые для производства вооружения для регулярных подразделений. Ранним примером была No. 76 Специальная зажигательная граната, стеклянная бутылка, наполненная легковоспламеняющимся материалом, из которой было изготовлено более шести миллионов. Клейкая бомба была стеклянной колбой, заполненной нитроглицерином и получившей клеевое покрытие, позволяющее приклеивать ее к проезжающему транспортному средству. Теоретически, его можно бросить, но на практике, скорее всего, его нужно будет прижать к цели с достаточной силой, чтобы она прижалась к нему. Для эффективного применения требуется мужество и удача. В июне 1940 года был заказ на миллион клеящихся бомб, но различные проблемы задержали их распространение в больших количествах до начала 1941 года, и, вероятно, было произведено менее 250 тысяч. Часть мобильности обеспечивалась велосипедами, мотоциклами, частными транспортными средствами и лошадьми. Несколько подразделений были оснащены бронемашинами, некоторые из которых были стандартной конструкции, но многие были импровизированы на местном уровне из коммерчески доступных транспортных средств путем прикрепления стальных плит. К 1941 году Домашней гвардии была выпущена серия "подартиллерийских орудий", термин, используемый для описания спешно произведенных и нетрадиционных противотанковых или поддерживающих пехоту орудий, включая "Блэкер Бомбард" (противотанковый миномет), "Нортовер Прожектор" (миномет с черным порохом) и "Смит Ган" (маленький артиллерийский пистолет, который мог буксироваться частным автомобилем).
Королевские ВВС
В середине 1940 года главной задачей Королевских ВВС, вместе с элементами Воздушной армии флота, было оспаривание контроля над британским воздушным пространством с немецким Люфтваффе. Для немцев достижение хотя бы местного превосходства в воздухе было необходимым условием для любого вторжения и могло даже сломить британский мораль, заставив их добиваться мира. Если бы немецкие ВВС одержали верх и попытались совершить посадку, значительно сокращенные Королевские ВВС были бы обязаны действовать с аэродромов, находящихся далеко от юго-востока Англии. Любой аэродром, который был в опасности быть захваченным, был бы сделан неработоспособным, и были планы удалить все переносное оборудование с уязвимых радарных баз и полностью уничтожить все, что не могло быть перемещено. Все, что осталось от Королевских ВВС, было бы посвящено перехвату вторжения флота в согласии с Королевским флотом. Летать в присутствии врага, который пользуется превосходством в воздухе, очень опасно. Однако RAF сохранил бы несколько преимуществ, таких как возможность действовать в основном над дружественной территорией, а также иметь возможность летать дольше, поскольку до тех пор, пока немцы не смогут действовать с аэродромов в Англии, пилотам Люфтваффе все еще придется лететь на значительные расстояния, чтобы достичь своей операционной зоны. План действий под названием "Операция Банкет" требовал, чтобы все имеющиеся самолеты были направлены на оборону. В случае вторжения почти все, что не было истребителем, было бы преобразовано в бомбардировщика. Студенты-пилоты, некоторые на самых ранних стадиях обучения, использовали около 350 Tiger Moth и Magister для сброса бомб с примитивных бомбовых стой. Незадолго до начала Второй мировой войны на юге Англии начали устанавливать радарную систему "Chain Home", а к 1937 году уже были запущены три радарные станции. Хотя немецкое верховное командование подозревало, что британцы могли разрабатывать эти системы, обнаружение и оценка полетов Цеппелинов оказались неубедительными. В результате немцы недооценили эффективность расширяющейся системы радаров Chain Home, которая стала жизненно важной частью оборонительных возможностей Великобритании во время битвы за Британию. К началу войны в Великобритании было построено около 20 станций Chain Home; для дополнения этих и обнаружения самолетов на более низких высотах также строился Chain Home Low.
Королевский флот
Хотя Королевский флот был намного больше по размерам и имел гораздо больше кораблей, в отличие от Крайгсмарина, он имел много обязательств, в том числе против Японии и охраны Шотландии и Северной Англии. Королевский флот мог подавить любую силу, которую мог собрать немецкий флот, но потребовалось время, чтобы его силы заняли позиции, поскольку они были рассредоточены, отчасти из-за этих обязательств и отчасти для снижения риска воздушной атаки. 1 июля 1940 года один крейсер и 23 эсминца были направлены на эскортные задачи в Западных подходах, плюс 12 эсминцев и один крейсер на Тайне и авианосец. Более сразу же были доступны десять эсминцев в южных побережьях портов Довер и Портсмут, один крейсер и три эсминца в Ширнессе на реке Темза, три крейсера и семь эсминцев в Хамбер, девять эсминцев в Харвиче и два крейсера в Розите. Остальные корабли флота - пять линкоров, три крейсера и девять эсминцев - базировались далеко на севере в Скапа-Флоу. К концу июля дюжина дополнительных эсминцев были переведены с эскортных задач на защиту родины, и вскоре после этого к флоту присоединились еще несколько. В конце августа линкор был отправлен на юг в Розит для выполнения анти-вторговли. 13 сентября к ней присоединились её сестринский корабль, линейный крейсер, три противовоздушных крейсера и флотилия эсминцев. 14 сентября старый линкор был перемещен в Плимут, также специально в случае вторжения. В дополнение к этим основным подразделениям, к началу сентября Королевский флот разместил вдоль южного побережья Англии между Плимутом и Харвичем 4 легких крейсера и 57 эсминцев, которым поручено отразить любую попытку вторжения, сила во много раз больше, чем корабли, которые немцы имели в наличии в качестве военно-морского сопровождения.
Полевые укрепления
Британцы начали обширную программу полевых укреплений. 27 мая 1940 года был создан исполнительный орган внутренней обороны под руководством генерала сэра Эдмунда Айронсайд, главнокомандующего внутренними силами, для организации обороны Великобритании. Сначала оборонные механизмы были в основном статичными и сосредоточены на береговой линии (прибрежной коре) и, в классическом примере глубинной обороны, на серии внутренних противотанковых "стоп" линий. Линии остановки были обозначены как командные, корпусные и дивизионные в соответствии с их статусом и подразделением, назначенным для их обслуживания. Самой длинной и наиболее укрепленной была противотанковая линия Генерального штаба, линия GHQ. Это была линия противотанковых траншей и ящиков, которые прошли от Бристоля до юга Лондона, прежде чем перейти к востоку от столицы и бежать на север в Йорк. Линия GHQ была предназначена для защиты столицы и промышленного центра Англии. Другой крупной линией была линия Стоп-Таунтон, которая защищала от наступления с юго-западного полуострова Англии. Лондон и другие крупные города были окружены внутренними и внешними линиями остановок. Военное мышление быстро изменилось. Учитывая отсутствие оборудования и должным образом обученных людей, у "Железного берега" не было выбора, кроме как принять стратегию статической войны, но вскоре было понятно, что этого будет недостаточно. Иронсайд подвергался критике за то, что он придерживался менталитета осады, но некоторые считают это несправедливым, поскольку считается, что он понимал пределы стоп-линий и никогда не ожидал, что они будут просуществовать бесконечно. Черчилль не был удовлетворен прогрессом Айронсайд, особенно созданием мобильного резерва. Энтони Иден, государственный секретарь по вопросам войны, предложил, чтобы Айронсайд был заменен генералом Аланом Бруком (позже виконтом Аланбруком). 17 июля 1940 года Черчилль провел послеобеденный час с Брук, в течение которого генерал выразил обеспокоенность по поводу обороны страны. Через два дня Брук была назначена на замену Айронсайд. Назначение Брук привело к изменению фокуса от остановочных линий Иронсайд, с ограниченными поставками цемента Брук приказал, чтобы его использование было приоритетом для защиты пляжа и "узловых точек". Узелные точки, также называемые противотанковыми островами или крепостными городами, были центральными точками обороны ежа и, как ожидалось, выдерживали до семи дней или до тех пор, пока не освободились.
Прибрежная кора
Наиболее уязвимыми для вторжения были южное и восточное побережье Англии. В 1940 году в дополнение к существующим прибрежным артиллерийским установкам для защиты портов и возможных мест высадки было построено в общей сложности 153 береговых батареи. Они были оснащены любыми доступными пушками, которые в основном были из военно-морских судов, снятых с производства после окончания Первой мировой войны. Среди них были 6-дюймовые (152 мм), 5-дюймовые (140 мм), 4-дюймовые (120 мм) и 4-дюймовые (102 мм) орудия. У некоторых было мало патронов, иногда по десять пуль на человека. В Довере были использованы два 14-дюймовых (356 мм) орудия, известные как Винни и Пух. Было также несколько наземных торпедных батарей. Пляжи были заблокированы зацеплениями из колючей проволоки, обычно в виде трех катушек из концертинной проволоки, закрепленных металлическими столбами, или простой забор из прямых проволоки, поддерживаемый на столбах высотой до талии. Построенные провода также будут делимировать обширные минные поля, с противотанковыми и противопехотными минами на пляжах и за ними. На многих отдаленных пляжах эта комбинация проводов и мин представляла собой полный спектр пассивной обороны. Части Ромни-Марш, которые были запланированным местом вторжения в рамках операции "Морской лев", были затоплены, и были планы затопить большее количество болота, если вторжение должно было произойти. Пирсы, идеально подходящие для высадки войск, и расположенные в большом количестве вдоль южного побережья Англии, были разобраны, заблокированы или иным образом уничтожены. Многие пирсы не были отремонтированы до конца 1940-х или начала 1950-х годов. Там, где требовалось создать барьер для танков, строились адмиралтейские леса (также известные как пляжные леса или препятствие Z.1). По сути, это была ограда из леса высотой 3 метра, которая была установлена на мелководье, чтобы танки не могли добраться до нее. Адмиралтейские леса были развернуты вдоль сотен миль уязвимых пляжей. На сами пляжи были разбросаны различные типы пилбокс. Иногда они были низко расположены, чтобы получить максимальную выгоду от обстрела, в то время как другие были расположены высоко, что значительно затрудняло их захват. На побережье были установлены прожекторы, чтобы освещать морскую поверхность и пляжи для артиллерийского огня. Многие небольшие острова и полуострова были укреплены для защиты входов и других стратегических целей. На Ферт-оф-Форте в восточной части центральной Шотландии Инчгарви был сильно укреплен несколькими оружейными установками, которые все еще можно увидеть. Это обеспечило бесценную защиту от морских атак на мост Форт и верфь Розит, примерно в миле вверх по течению от моста. Дальше в море, в Инчмиккере, в 3 километрах к северу от Эдинбурга, была похожая укрепленная стена. На побережье на севере, в Северном Квинсферри, и на юге, в Далмени, также сохранились остатки орудийных поставок.
Линии и острова
Основная цель стоп-линий и последующих противотанковых островов заключалась в том, чтобы задержать врага, замедлить продвижение и ограничить маршрут атаки. Необходимость предотвратить прорыв танков была ключевой. Следовательно, оборонительные сооружения обычно пролегали вдоль существующих препятствий к резервуарам, таких как реки и каналы; железнодорожные набережные и отрезки; густые леса; и другие природные препятствия. Там, где это было возможно, обычно хорошо осушенные земли подтопляли, делая землю слишком мягкой, чтобы поддерживать даже гусеничные транспортные средства. Были вырыты тысячи километров противотанковых канав, обычно с помощью механических экскаваторов, но иногда и вручную. Они обычно были шириной 5 метров и глубиной 3 метра и могли быть либо трапециевидными, либо треугольными по сечению, причем защищаемая сторона была особенно крутой и покрыта любым доступным материалом. В других местах противотанковые барьеры были сделаны из массивных железобетонных препятствий, будь то кубические, пирамидальные или цилиндрические. Кубики обычно бывали двух размеров: высокие. В некоторых местах были построены противотанковые стены, по сути, непрерывно примыкающие к кубам. Большие цилиндры изготавливались из участка канализационной трубы диаметром, заполненной бетоном, обычно до высоты , часто с куполом вверху. Часто встречаются и более мелкие цилиндры, отлитые из бетона. Пинклы, известные как "зубы дракона", были бетонными блоками в форме пирамиды, специально предназначенными для противодействия танкам, которые, пытаясь пройти мимо них, поднимались бы, выставляя на всеобщий обозрение уязвимые части транспортного средства, и, возможно, спускались с рельсов между точками. Они несколько различались по размеру, но обычно были высотой 1 метр и площадью около 1 метра в основании. Также была коническая форма. Кубы, цилиндры и пузыри были развернуты в длинных рядах, часто в несколько рядов глубиной, чтобы сформировать противотанковые барьеры на пляжах и в глубине суши. Их также использовали в меньших количествах для блокировки дорог. На верхушке часто были петли для прикрепления колючей проволоки. Было также четырехугольное или кальтропное препятствие, хотя, похоже, это было редкостью. Там, где естественные противотанковые барьеры нуждались только в дополнении, бетонные или деревянные столбы были достаточны. Дороги предлагали врагу быстрые маршруты к своим целям, и, следовательно, они были заблокированы в стратегических точках. Многие из дорожных блоков, сформированных в Айронсайде, были полупостоянными. Во многих случаях Брук удаляла их полностью, поскольку опыт показал, что они могут быть столь же препятствием для друзей, как и для врагов. Брук предпочитала сдвижные блоки. Самые простые из съемных блокпостов состояли из бетонных противотанковых цилиндров различных размеров, но обычно около 3 футов (1 м) в высоту и 2 фута (1 м) в диаметре; их можно было вручную поставить на место по мере необходимости. Противотанковые цилиндры должны были использоваться на дорогах и других твердых поверхностях; развернуты нерегулярно в пять рядов с кирпичами или тротуарными камнями, разбросанными поблизости, чтобы остановить цилиндры, движущиеся более чем на 2 фута (1 метр). Цилиндры часто размещались перед заграждениями в качестве дополнительного препятствия. Ненадёжный источник: дата=апрель 2021 Один из распространенных типов съемных противотанковых дорожных заграждений состоял из пары массивных бетонных опоров, постоянно установленных на обочине дороги; эти опоры имели отверстия и/или щели для принятия горизонтальных железнодорожных линий или прокатных стальных балки (RSJ). Подобные блоки были установлены на железнодорожных путях, потому что танки могут двигаться по железнодорожным путям почти так же легко, как и по дорогам. Эти блоки будут размещены стратегически, где транспортным средством трудно обойти, чтобы противостоять танковым препятствиям и размещать мины по мере необходимости, и они могут быть открыты или закрыты в течение нескольких минут. Существовало два типа засорных блоков. Первый включал вертикальные протяженности железнодорожных линий, помещенных в разъемы в дороге и был известен как ежи. Второй тип включал железнодорожные линии или RSJ, согнутые или сварные под углом около 60°, известные как штифты. В обоих случаях в дороге были размещены подготовленные вентиляционные отверстия �...
Roads offered the enemy fast routes to their objectives and consequently they were blocked at strategic points. Many of the road blocks formed by Ironside were semi permanent. In many cases, Brooke had these removed altogether, as experience had shown they could be as much of an impediment to friends as to foes. Brooke favoured removable blocks. The simplest of the removable roadblocks consisted of concrete anti tank cylinders of various sizes but typically about 3 feet (1 m) high and 2 feet (1 m) in diameter; these could be manhandled into position as required. Anti tank cylinders were to be used on roads, and other hard surfaces; deployed irregularly in five rows with bricks or kerbstones scattered nearby to stop the cylinders moving more than 2 feet (1 m). Cylinders were often placed in front of socket roadblocks as an additional obstacle. Unreliable source: date=April 2021 One common type of removable anti tank roadblock comprised a pair of massive concrete buttresses permanently installed at the roadside; these buttresses had holes and/or slots to accept horizontal railway lines or rolled steel joists (RSJs). Similar blocks were placed across railway tracks because tanks can move along railway lines almost as easily as they can along roads. These blocks would be placed strategically where it was difficult for a vehicle to go aroundanti tank obstacles and mines being positioned as requiredand they could be opened or closed within a matter of minutes. There were two types of socket roadblocks. The first comprised vertical lengths of railway line placed in sockets in the road and was known as hedgehogs. The second type comprised railway lines or RSJs bent or welded at around a 60° angle, known as hairpins. In both cases, prepared sockets about square were placed in the road, closed by covers when not in use, allowing traffic to pass normally. Another removable roadblocking system used mines. The extant remains of such systems superficially resemble those of hedgehog or hairpin, but the pits are shallow: just deep enough to take an anti tank mine. When not in use the sockets were filled with wooden plugs, allowing traffic to pass normally. Bridges and other key points were prepared for demolition at short notice by preparing chambers filled with explosives. A Depth Charge Crater was a site in a road (usually at a junction) prepared with buried explosives that could be detonated to instantly form a deep crater as an anti tank obstacle. The Canadian pipe mine (later known as the McNaughton Tube after General Andrew McNaughton) was a horizontally bored pipe packed with explosivesonce in place this could be used to instantly ruin a road or runway. Prepared demolitions had the advantage of being undetectable from the airthe enemy could not take any precautions against them, or plot a route of attack around them. Crossing points in the defence networkbridges, tunnels and other weak spotswere called nodes or points of resistance. These were fortified with removable road blocks, barbed wire entanglements and land mines. These passive defences were overlooked by trench works, gun and mortar emplacements, and pillboxes. In places, entire villages were fortified using barriers of Admiralty scaffolding, sandbagged positions and loopholes in existing buildings. Nodes were designated 'A', 'B' or 'C' depending upon how long they were expected to hold out. Home Guard troops were largely responsible for the defence of nodal points and other centres of resistance, such as towns and defended villages. Category 'A' nodal points and anti tank islands were usually garrisoned by regular troops. The rate of construction was frenetic: by the end of September 1940, 18,000 pillboxes and numerous other preparations had been completed. Some existing defences such as mediaeval castles and Napoleonic forts were augmented with modern additions such as dragon's teeth and pillboxes; some Iron Age forts housed anti aircraft and observer positions. About 28,000 pillboxes and other hardened field fortifications were constructed in the United Kingdom of which about 6,500 still survive. Some defences were disguised and examples are known of pillboxes constructed to resemble haystacks, logpiles and innocuous buildings such as churches and railway stations.
Аэродромы и открытые площади
Открытые районы считались уязвимыми для вторжения с воздуха: посадка парашютистов, войск, несущихся на планерах, или самолетов, которые могли приземлиться и снова взлететь. Открытые районы с прямой длиной 8 километров или более от побережья или аэродрома считались уязвимыми. Они были заблокированы траншеями или, чаще всего, деревянными или бетонными препятствиями, а также старыми автомобилями. Защита взлетно-посадочной полосы была бы важной целью для захватчика. Аэродромы, считавшиеся чрезвычайно уязвимыми, были защищены траншеями и ящиками для пилотов, которые были обращены внутрь в сторону взлетно-посадочной полосы, а не наружу. Многие из этих укреплений были определены Министерством воздушных сил, а оборонительные конструкции были уникальны для аэродромов, поэтому степень защиты была меньше, и больший акцент делался на всесторонней видимости и обширных полях огня. Было трудно защитить большие открытые территории, не создавая препятствий для движения дружественных самолетов. Еще одним новшеством была мобильная коробка для пилл, которую можно было вывезти на аэродром. Он был известен как "Бизон" и состоял из грузовика с бетонной бронированной кабиной и небольшой бетонной ящиком для пиллеров на плоской кровати. Построенный в Канаде, "полевой плуг", собранный в Шотландии, сохранился в Эглинтонском загородном парке. Во время Второй мировой войны его купила армия для того, чтобы разрушить взлетно-посадочные полосы и железнодорожные линии, сделав их бесполезными для оккупационных сил, если бы произошло вторжение. Он использовался в старом поместье Эглинтон, которое было реквизировано армией, чтобы предоставить своим операторам армии необходимый опыт. Его тащили мощным трактором Foden Trucks, возможно, через систему катушек и кабелей.
Другие защитные меры
Другие основные меры защиты включали удаление дорожных знаков, вехи (некоторые из них имели резные детали, скрытые цементом) и знаки железнодорожных станций, что повышало вероятность того, что враг будет сбит с толку. Бензиновые насосы были удалены с заправочных станций вблизи побережья, и были тщательно подготовлены к уничтожению оставшихся. Были составлены подробные планы уничтожения всего, что могло оказаться полезным для захватчика, например, портовых сооружений, ключевых дорог и подвижного состава. В некоторых районах были эвакуированы нежизнеспособные граждане. В графстве Кент было переселено 40% населения; в Восточной Англии эта цифра составила 50%. Она началась: немцы угрожают вторгнуться в Великобританию. Если они это сделают, они будут изгнаны нашим флотом, нашей армией и нашим ВВС. Однако и простые мужчины и женщины из гражданского населения тоже будут играть свою роль. Первая инструкция, данная довольно решительно, заключается в том, что, если не будет приказано эвакуироваться, "заказ [был] "остаться на месте"". Дороги не должны были быть перекрыты беженцами. Далее были даны предупреждения не верить слухам и не распространять их, не доверять приказам, которые могли быть подделаны, и даже проверять, действительно ли офицер, отдающий приказы, был британцем. Далее: британцам рекомендовано сохранять спокойствие и сообщать о подозрительных обстоятельствах быстро и точно; отказывать врагу в полезных вещах, таких как еда, топливо, карты или транспорт; быть готовыми блокировать дороги, когда им приказано это сделать, "рубая деревья, связывая их проводами или блокируя дороги автомобилями"; организовывать сопротивление в магазинах и на фабриках; и, наконец: "Думайте, прежде чем действовать. Но всегда думай о своей стране прежде, чем о себе". Позже он записал, как он собирался использовать лозунг "Вы всегда можете взять с собой". В 1941 году в городах и деревнях были сформированы комитеты по вторжению, чтобы сотрудничать с военными и планировать худшее, если их общины будут изолированы или оккупированы. Члены комитетов обычно включали представителей местного совета, службы по предупреждению воздушных налетов, пожарной службы, полиции, женской добровольческой службы и домашней охраны, а также офицеров по медицине, санитарии и продовольствию. Планы этих комитетов хранились в секретных военных книгах, хотя их осталось немного. Были подробно описываются все полезные вещи: транспортные средства, животные и основные инструменты, а также составлены списки контактных данных ключевого персонала. Были составлены планы на широкий спектр чрезвычайных ситуаций, включая импровизированные морги и места для захоронения мертвых. Инструкции комитетам по вторжению гласили: "каждый гражданин будет считать своим долгом препятствовать и расстраивать врага и помогать нашим собственным силам всеми средствами, которые изобретательность может придумать и здравый смысл может предложить". В начале войны в Великобритании было около 60 000 полицейских, в том числе около 20 000 в лондонской столичной полиции. В тот же день, когда произошла битва при Дюнкерке, Скотланд-Ярд выпустил меморандум, в котором подробно описывается использование полицейским огнестрельного оружия в военное время. В нем подробно описывалась планируемая подготовка всех офицеров по применению пистолетов и револьверов, поскольку было решено, что, хотя полиция не является боевиком, она будет обеспечивать вооруженных охранников в местах, которые считаются опасными от вражеского саботажа, и защищать свои собственные полицейские участки от вражеской атаки. В дополнительном секретном меморандуме от 29 мая также требовалось, чтобы полиция проводила вооруженные моторизованные патрули из 2-4 человек, если вторжение произошло, хотя в нем отмечалось, что полиция является некомбатантской силой и должна в первую очередь выполнять правоохранительные обязанности. Эти договоренности привели к политическим дискуссиям на высоком уровне; 1 августа 1940 года лорд Моттисон, бывший министр кабинета, позвонил Черчиллю, чтобы сообщить, что действующие полицейские правила потребуют от офицеров предотвращения сопротивления британских гражданских лиц немецким силам в оккупированных районах. Черчилль считал это неприемлемым и написал министру внутренних дел Джону Андерсону и лорду секретной печати Клементу Эттли, прося изменить правила. Черчилль хотел, чтобы полиция, ох�...
The Germans threaten to invade Great Britain. If they do so they will be driven out by our Navy, our Army and our Air Force. Yet the ordinary men and women of the civilian population will also have their part to play. [[Adolf Hitler
The first instruction given quite emphatically is that, unless ordered to evacuate, "the order [was] to 'stay put'". The roads were not to be blocked by refugees. Further warnings were given not to believe rumours and not to spread them, to be distrustful of orders that might be faked and even to check that an officer giving orders really was British. Further: Britons were advised to keep calm and report anything suspicious quickly and accurately; deny useful things to the enemy such as food, fuel, maps or transport; be ready to block roadswhen ordered to do so"by felling trees, wiring them together or blocking the roads with cars"; to organise resistance at shops and factories; and, finally: "Think before you act. But think always of your country before you think of yourself". He later recorded how he intended to use the slogan "You can always take one with you." In 1941, in towns and villages, invasion committees were formed to cooperate with the military and plan for the worst should their communities be isolated or occupied. The members of committees typically included representatives of the local council, the Air Raid Precautions service, the fire service, the police, the Women's Voluntary Service and the Home Guard, as well as officers for medicine, sanitation and food. The plans of these committees were kept in secret War Books, although few remain. Detailed inventories of anything useful were kept: vehicles, animals and basic tools, and lists were made of contact details for key personnel. Plans were made for a wide range of emergencies, including improvised mortuaries and places to bury the dead. Instructions to the invasion committees stated: " every citizen will regard it as his duty to hinder and frustrate the enemy and help our own forces by every means that ingenuity can devise and common sense suggest." At the outbreak of the war there were around 60,000 police officers in the United Kingdom, including some 20,000 in London's Metropolitan Police. On the same day as the Battle of Dunkirk, Scotland Yard issued a memorandum detailing the police use of firearms in wartime. This detailed the planned training for all officers in the use of pistols and revolvers, as it was decided that even though the police were non combatant, they would provide armed guards at sites deemed a risk from enemy sabotage, and defend their own police stations from enemy attack. A supplementary secret memorandum of 29 May also required the police to carry out armed motorised patrols of 2–4 men, if invasion happened, though it noted the police were a non combatant force and should primarily be carrying out law enforcement duties. These arrangements led to high level political discussions; on 1 August 1940 Lord Mottisone, a former cabinet minister, telephoned Churchill to advise that current police regulations would require officers to prevent British civilians resisting the German forces in occupied areas. Churchill considered this unacceptable and he wrote to the home secretary, John Anderson, and Lord Privy Seal, Clement Attlee, asking for the regulations to be amended. Churchill wanted the police, ARP wardens and firemen to remain until the last troops withdrew from an area and suggested that such organisations might automatically become part of the military in case of invasion. The War Cabinet discussed the matter and on 12 August Churchill wrote again to the home secretary stating that the police and ARP wardens should be divided into two arms, combatant and non combatant. The combatant portion would be armed and expected to fight alongside the Home Guard and regular forces and would withdraw with them as necessary. The non combatant portion would remain in place under enemy occupation, but under orders not to assist the enemy in any way even to maintain order. These instructions were issued to the police by a memorandum from Anderson on 7 September, which stipulated that the non combatant portion should be a minority and, where possible, made up of older men and those with families. Because of the additional armed duties the number of firearms allocated to the police was increased. On 1 June 1940 the Metropolitan Police received 3,500 Canadian Ross Rifles of First World War vintage. A further 50 were issued to the London Fire Brigade and 100 to the Port of London Authority Police. Some 73,000 rounds of .303 rifle ammunition were issued, together with tens of thousands of .22 rounds for small bore rifle and pistol training. By 1941 an additional 2,000 automatic pistols and 21,000 American lend lease revolvers had been issued to the Metropolitan Police; from March 1942 all officers above the rank of inspector were routinely armed with .45 revolvers and twelve rounds of ammunition.
Оружие, нефть и яд
В 1940 году было крайне мало оружия; был особый дефицит противотанкового оружия, многие из которых были оставлены во Франции. В армии Айронсайд было всего 170 2-фунтовых противотанковых орудий, но они были дополнены 100 6-фунтовыми пушками Hotchkiss, датируемыми Первой мировой войной, импровизированными в противотанковую роль путем обеспечения твердого выстрела. К концу июля 1940 года из США было получено еще 900 75-мм полевых орудий, а британцы отчаянно искали любые средства, чтобы остановить бронированные машины. Пулемет Sten был разработан после падения Франции, чтобы дополнить ограниченное количество пулеметов Thompson, полученных из Соединенных Штатов. Одним из немногих ресурсов, которые не испытывали дефицита, была нефтяная нефть; поставки, предназначенные для Европы, заполняли британские хранилища. В качестве оружия в войне использовали нефтепродукты. Армия не имела огнеметов с Первой мировой войны, но значительное количество из них было импровизировано из оборудования для смазки под давлением, приобретенного в автосервисах. Хотя их дальность была ограничена, они были достаточно эффективными. Мобильный пламенный ловушка включала резервуары для хранения избыточного объема грузов на грузовиках, содержимое которых можно было вставить в затонутую дорогу и зажечь. Была подготовлена статическая ловушка для огня с помощью перфорированных труб, проходящих по обочине дороги, соединенной с поднятым резервуаром; было установлено около 200 таких ловушек. Обычно достаточно было использовать силу тяжести, но в некоторых случаях насос помогал распылять смесь нефти и бензина. Фугассовый огонь состоял из легкого стального барабана весом 40 галлонов, наполненного смесью нефти и небольшим, электрически детонирующим взрывчаткой. Это было вырыто в обочине дороги с существенным перегрузкой и замаскировано. Аммональ обеспечивал заряд двигателя, он был помещен за ствол и, когда он был запускаем, вызвал разрыв ствола и выстрелил струю пламени шириной и длиной 10 футов (3 метра). Они обычно развертывались в батареях из четырех бочек и размещались в таких местах, как угол, крутой наклон или блокпост, где транспортные средства были бы вынуждены замедляться. Варианты фугассового огня включали демигассовый, ствол на стороне и оставленный в открытом месте с заложенным под ним взрывчаткой; и хедж-хоппер: ствол на конце с заложенным под ним взрывчаткой на несколько дюймов глубоко и слегка от центра. При стрельбе ствол из штанги выстреливался в воздух на 3 метра и пересекал ограду или стену, за которой он был спрятан. 50 000 бочек фугассе были установлены на 7 000 площадок, в основном в южной Англии и на еще 2 000 площадок в Шотландии. Ранние эксперименты с плавающей нефтью на море и ее зажиганием не были полностью успешными: топливо было трудно зажечь, для покрытия даже скромных площадей требовалось большое количество, а оружие легко разрушалось волнами. Однако потенциал был очевиден. К началу 1941 года была разработана технология заряда пламенем. Вместо того, чтобы пытаться зажечь плавающую на воде нефть, насадки были размещены над водной отметкой с насосами, создающими достаточное давление для распыления топлива, что создавало ревущую стену пламени над водой, а не на ней. Такие установки потребляли значительные ресурсы, и хотя это оружие было впечатляющим, его сеть труб была уязвима для бомбардировки перед посадкой; генерал Брук не считал его эффективным. Первоначально амбициозные планы были сокращены до нескольких километров пляжей. Испытания некоторых из этих установок наблюдали немецкие самолеты; британцы воспользовались этим, сбрасывая пропагандистские листовки в оккупированной Европе, ссылаясь на последствия нефтяного оружия. Похоже, что британцы использовали бы ядовитый газ против войск на пляжах. Генерал Брук в аннотации к своим опубликованным военным дневникам заявил, что он "имел намерение использовать распыленный горчичный газ на пляжах". Горчичный газ был изготовлен, а также хлор, фосген и Парижский зеленый. Ядовитые газы хранились в ключевых точках для использования командованием бомбардировщиков и в меньших количествах на многих аэродромах для использования против пляжей. Бомбардировщики и распылители наносили на десантные корабли и пляжи горчичный газ и "Париж Грин".
Обман и дезинформация
Кроме того, что в этих местах прятали оружие и укрепления, предпринимались шаги, чтобы создать впечатление существования оборонительных сил, которые не были реальными. Вместо настоящих пушек были установлены канализационные трубы, были построены макетные ящики для пикселей, а униформенные манекены немедленно держали бдительность. Добровольцев поощряли использовать все, что могло бы задержать врага. Молодой член Домашней гвардии (LDV) вспоминал: "В деревнях использовались любые существующие стены или здания, лазейки для стрельбы или пропуска тяжелых цепей и кабелей, чтобы сформировать барьеры, достаточно прочные, чтобы замедлить или остановить транспортные средства с мягкой кожей. Цепи и кабели также могли быть превращены в психологические барьеры для танков, прикрепив к ним имитационную бомбу, впечатление, которое могло быть усилено, протянув от нее длину кабеля до положения вне поля зрения командира танка. Эти позиции можно сделать еще более аутентичными, разбив поверхность непосредственно перед препятствием и похоронив старую тарелку с супом или аналогичный предмет. Когда время не позволяло пропускать кабели и цепи, мы имели бетонные цилиндры размером с 45-галоновую бочку с нефтью или смолой, готовые вкрутить их в дорогу или в любую другую щель. Они обычно имели большую металлическую петлю, цементированную в один конец, через который можно было пропускать кабель, чтобы связать несколько вместе. Опять же, подозрительные посылки могут быть прикреплены, чтобы укрепить иллюзию. В 1938 году была создана секция, финансируемая МИ6, для пропаганды, возглавляемая сэром Кэмпбеллом Стюартом. Ему было выделено помещение в Electra House и было названо Департаментом EH. 25 сентября 1939 года подразделение было мобилизовано в аббатство Вобурна, где оно присоединилось к команде подрывной деятельности МИ6, известной как Секция D, и к июлю эти команды стали частью недавно созданного Управления специальных операций (SOE). Эти элементы SOE в 1941 году стали основой Исполнительного органа политической войны. Их задача была распространять ложные слухи и вести психологическую войну. Вдохновленный демонстрацией нефтяной войны, один ложный слух утверждал, что у британцев была новая бомба: сброшенная с самолета, она вызвала тонкую пленку летучей жидкости, распространившуюся по поверхности воды, которая затем загорелась. Такие слухи были правдоподобны и быстро распространялись. Американский телеведущий Уильям Ширер зафиксировал большое количество жертв ожогов в Берлине; хотя неясно, что он лично видел, похоже, что на его сообщения повлияли слухи. Допрос пилота Люфтваффе показал, что существование такого оружия было общеизвестно, и документы, найденные после войны, показали, что немецкое высшее командование было обмануто. Слух, казалось, начал жить своей жизнью с обеих сторон, что привело к постоянным историям об обманутом немецком вторжении, несмотря на официальные британские отрицания. 15 декабря 1940 года газета The New York Times опубликовала статью, в которой утверждалось, что десятки тысяч немецких солдат были "поглощены огнем" в двух неудачных попытках вторжения.
In the villages use was made of any existing walls or buildings, loopholes for firing or passing heavy chains and cables through to form barriers strong enough to slow down or stop soft skinned vehicles. The chains and cables could also be made into psychological barriers to tanks by attaching an imitation bomb to them, an impression which could be augmented by running a length of cable from it to a position out of sight of a tank commander. These positions could be made even more authentic by breaking up the surface immediately in front of the obstacle and burying an old soup plate, or similar object. For occasions where time did not permit the passing of cables and chains we had concrete cylinders the size of a 45 gallon oil or tar barrel ready to roll into a roadway or other gap. These generally had a large metal loop cemented into one end through which a cable could be passed to link several together. Again, suspicious looking parcels could be attached to strengthen the illusion. In 1938, a section funded by MI6 was created for propaganda, headed by Sir Campbell Stuart. It was allocated premises at Electra House and was dubbed Department EH. On 25 September 1939, the unit was mobilised to Woburn Abbey where it joined a subversion team from MI6, known as Section D, and by July these teams became a part of the newly created Special Operations Executive (SOE). These SOE elements went on to form the core of the Political Warfare Executive in 1941. Their task was to spread false rumours and conduct psychological warfare. Inspired by a demonstration of petroleum warfare, one false rumour stated that the British had a new bomb: dropped from an aircraft, it caused a thin film of volatile liquid to spread over the surface of the water which it then ignited. Such rumours were credible and rapidly spread. American broadcaster William Shirer recorded large numbers of burns victims in Berlin; though it is not clear what he personally saw, it seems likely his reports were influenced by rumours. The interrogation of a Luftwaffe pilot revealed the existence of such weapons was common knowledge, and documents found after the war showed the German high command were deceived. The rumour seemed to take on a life of its own on both sides leading to persistent stories of a thwarted German invasion, in spite of official British denials. On 15 December 1940, The New York Times ran a story claiming that tens of thousands of German troops had been 'consumed by fire' in two failed invasion attempts.
Планируемое сопротивление
Военное ведомство не относилось к угрозе вторжения всерьез до краха Франции в мае 1940 года. Секретная разведка, однако, планировала это событие с февраля 1940 года, создавая ядро секретной сети сопротивления по всей стране. Эта группа существовала по крайней мере до 1943 года и включала в себя как разведывательные, так и диверсионные подразделения. В мае 1940 года SIS также начала распространять оружие и вербовать для большей гражданской партизанской организации под названием "Схема внутренней обороны". Это вызвало глубокое негодование военного ведомства, которое создало вспомогательные подразделения как более респектабельную военную альтернативу. Вспомогательные подразделения были специально обученной и секретной организацией, которая действовала как унифицированные коммандос, чтобы атаковать фланги и тыл продвижения противника. Они были организованы вокруг ядра регулярных армейских "разведчиков", поддерживаемых патрулями из 6-8 человек, нанятых из домовой охраны. Хотя одобрение организации было дано в июне 1940 года, набор начался только в начале июля. Каждый патруль был самостоятельной ячейкой, которая должна была быть самодостаточной. Однако не было никаких средств связи с ними, когда они ушли на землю, что значительно снизило их стратегическое значение. Каждый патруль был хорошо оснащен и был снабжен скрытой подземной оперативной базой, обычно построенной в лесу и замаскированной. Ожидалось, что вспомогательные подразделения будут действовать только во время организованной военной кампании, с ожидаемой продолжительностью жизни в 14 дней. Поэтому они не были предназначены для долгосрочной деятельности как организация сопротивления. Последнее было обязанностью Секретной разведывательной службы Секции VII, которая только начала расширять свои операции, как только страна была фактически оккупирована, таким образом, ограничивая знание о ее существовании только теми мужчинами и женщинами, которые были бы доступны в то время. Кроме того, в состав вспомогательных подразделений входила сеть гражданских спецназовцев, нанятых для краткосрочной службы сбора разведывательной информации, шпионажа за вражескими формированиями и передвижением войск. Отчеты собирались из неработающих писем, и с 1941 года передавались гражданскими радиооператорами из секретных мест. Беспроводная сеть начала функционировать только с 1941 года и вряд ли смогла выжить более нескольких дней после вторжения. Сбор разведывательной информации после этого периода будет осуществляться мобильными патрулями Отдела связи GHQ ("Фантом"), которые будут укомплектованы квалифицированными лингвистами и оснащены мощными беспроводными устройствами для прямой связи с GHQ.
Наступательные операции по борьбе с вторжением
Военный кабинет и комитет начальников штабов не были довольны тем, что сидят и ждут, пока немцы сделают первый шаг; были предприняты значительные усилия, чтобы атаковать, по воздуху и морю, вражеский судоходство, которое было собрано в оккупированных портах между Гаагой и Шербургом, начиная с июля 1940 года. Эти атаки стали известны как "Битвы барж". 12 августа: Пять Хэндли Пейдж Хэмпден атаковали акведук Ладберген на Дортмундском канале Эмс. Водный путь был заблокирован в течение десяти дней, что препятствовало движению барж в направлении портов Ла-Манша. 8 сентября: два крейсера и десять эсминцев прошли вдоль французского побережья и бомбили порт Булонь. 10 сентября: три эсминца обнаружили конвой вторжения из Остенды и потопили сопроводительное судно, два траулера, которые буксировали баржи, и одну большую баржу. В то время как бомбардировка Королевского ВВС уничтожила 80 барж в Остенде. 15 сентября: сержант Джон Ханна получил Крест Виктории во время налёта бомбардировщиков Королевского ВВС на швартовные баржи в Антверпене; четыре транспортных судна были повреждены. 17 сентября: крупная атака командования бомбардировщиков на порты вдоль оккупированного побережья. 84 баржи были повреждены в Дюнкерке. 30 сентября: Монитор выпустил семнадцать 15-дюймовых снарядов на доки Кале. 7 октября: Третья попытка на Лусид, отменена, когда, в октябре, эсминец, перевозивший командира сил, врезался в мину и его пришлось буксировать домой. В середине 1940 года попытка вторжения могла произойти в любое время, но некоторые времена были более вероятны, чем другие: высокая волна, фаза луны и, прежде всего, погода были соображениями. Погода обычно значительно ухудшается после сентября, но о приземлении в октябре не было и речи. 3 октября генерал Брук написал в своем дневнике: "Все еще нет вторжения! Я начинаю думать, что немцы, возможно, не попытаются. И все же! У меня есть ужасная мысль, что он может еще привести какие-то сюрпризы на нас. " Битва за Британию была выиграна, и 12 октября 1940 года, без ведома британцев, Гитлер перенес "Морского льва" на начало 1941 года. К тому времени состояние обороны Британии значительно улучшилось, стало доступно гораздо больше обученных и оснащенных людей, а полевые укрепления достигли высокого уровня готовности. По мере того как у народа росло доверие, премьер-министр Черчилль смог сказать: "Мы ждем давно обещанного вторжения. Когда Германия вторглась в Советский Союз 22 июня 1941 года, было маловероятно, что будет предпринята попытка высадки, пока этот конфликт не был решен с британской точки зрения в то время, вопрос висел на волоске. В июле 1941 года строительство полевых укреплений было значительно сокращено, и сосредоточение было уделено возможности набега в силе, а не полномасштабному вторжению. 7 декабря 1941 года японский авианосный флот совершил внезапное воздушное нападение на американский флот в Перл-Харборе; Соединенные Штаты вступили в войну на стороне Великобритании. С американской стратегической политикой в Германии, ресурсы пришли в Великобританию, фактически прекратив опасность вторжения через два года. В 1944 году британская армия сохранила "необычно большую силу в более чем 100 000 человек для защиты Соединенного Королевства и других непредвиденных ситуаций, которые могли бы быть использованы в Нормандии" по словам американского историка Карло д'Эсте.
12 August: Five Handley Page Hampdens attacked the Ladbergen Aqueduct on the Dortmund Ems Canal. The waterway was blocked for ten days, impeding the movement of barges towards the Channel ports. 8 September: Two cruisers and ten destroyers swept along the French coast and bombarded Boulogne harbour. 10 September: Three destroyers found a convoy of invasion transports off Ostend and sank an escort vessel, two trawlers that were towing barges and one large barge. while an RAF bombing raid destroyed 80 barges at Ostend. 15 September: Sergeant John Hannah gained the Victoria Cross during a raid by RAF bombers on invasion barges at Antwerp; four transport ships were damaged. 17 September: A major attack by Bomber Command on ports along the occupied coast. 84 barges were damaged at Dunkirk. 30 September: The monitor fired seventeen 15 inch shells onto Calais docks. 7 October: Third attempt at Lucid, cancelled when , the destroyer carrying the force commander, hit a mine and had to be towed home. In mid 1940, an invasion attempt could have occurred at any time, but some times were more likely than others: The high tide, the phase of the moon and, most of all, the weather were considerations. The weather usually deteriorates significantly after September, but an October landing was not out of the question. On 3 October, General Brooke wrote in his diary: "Still no invasion! I am beginning to think that the Germans may after all not attempt it. And yet! I have the horrid thought that he may still bring off some surprise on us." The Battle of Britain had been won, and on 12 October 1940, unknown to the British, Hitler rescheduled Sea Lion for early 1941. By then, the state of Britain's defences had much improved, with many more trained and equipped men becoming available and field fortifications reaching a high state of readiness. With national confidence rising, Prime Minister Churchill was able to say: "We are waiting for the long promised invasion. So are the fishes "
When Germany invaded the Soviet Union, on 22 June 1941, it came to be seen as unlikely that there would be any attempted landing as long as that conflict was undecidedfrom the British point of view at the time, the matter hung in the balance. In July 1941, construction of field fortifications was greatly reduced and concentration given to the possibility of a raid in force rather than a full scale invasion. On 7 December 1941, a Japanese carrier fleet launched a surprise air attack on the American fleet at Pearl Harbor; the United States entered the war on Britain's side. With America's Germany first strategic policy, resources flooded into the UK, effectively ending the danger of invasion after two years. In 1944, the British Army retained an "abnormally large force of over 100,000 men for defence of the United Kingdom and other contingencies which could have been used in Normandy" according to American historian Carlo d'Este.
Эффективность
Генерал Брук часто доверял свои опасения своему личному дневнику. Когда он был опубликован, он включил дополнительные аннотации, написанные много лет спустя: Вопрос о том, была ли защита эффективной в случае вторжения, является спорным. В середине 1940 года подготовка в значительной степени зависела от полевых укреплений. Первая мировая война ясно показала, что нападение на подготовленную защиту пехотой было смертоносно и трудно, но аналогичные приготовления в Бельгии были переполнены хорошо оснащенными немецкими танковыми дивизиями в первые недели 1940 года, и с таким количеством вооружения, оставленным в Дюнкерке, британские силы были крайне плохо оснащены, чтобы взять на себя немецкую бронетанковую технику. С другой стороны, в то время как британские приготовления к обороне были специальными, так же были и немецкие планы вторжения: флот из 2000 переоборудованных барж и других судов был поспешно предоставлен, и их пригодность была спорной; в любом случае, немцы не могли высадить войска со всей своей тяжелой техникой. Пока немцы не захватили порт, обеим армиям не хватило бы танков и тяжелых орудий. Более поздний опыт канадской армии во время катастрофического рейда в Диппе в 1942 году, американские войска на пляже Омаха в день Д и сражаясь с японскими защитниками на тихоокеанских островах, показали, что в правильных условиях защитник может потребовать от атакующих сил страшную цену, значительно истощая и задерживая вражеские силы, пока подкрепления не будут развернуты в соответствующих местах через море и внутреннюю территорию. В случае вторжения Королевский флот отплыл бы к местам высадки, возможно, за несколько дней. Однако немецкий военно-морской флот был сильно истощен в результате норвежской кампании. Он потерял один тяжелый крейсер, один легкий крейсер и почти четверть своих эсминцев; два тяжелых подразделения, танковый корабль и линейный крейсер, были выведены из строя из-за повреждения торпедой. В конце 1940 года Крайгсмарин был практически лишен тяжелых подразделений, чтобы либо обеспечить огневую поддержку при посадке, либо противостоять любому вмешательству Королевского флота. Теперь известно, что немцы планировали высадиться на южном побережье Англии; одна из причин этого места заключалась в том, что узкие моря Ла-Манша могли быть заблокированы минами, подводными лодками и торпедными лодками и, таким образом, препятствовать Королевскому флоту защищаться от вторжения. В то время как немецкие военно-морские силы и Люфтваффе могли бы получить высокую цену от обороняющегося Королевского флота, они не могли надеяться предотвратить помехи в попытках высадить вторую волну войск и поставок, которые были бы необходимы для немецкой преемственности, если к тому времени немцы захватили порт, необходимый для ввоза значительной тяжелой техники. В этом сценарии британские сухопутные войска столкнулись бы с немцами на более равных условиях, чем в противном случае, и было бы необходимо только отсрочить продвижение немцев, предотвратив крах, пока немецкие сухопутные войска не будут, по крайней мере, временно изолированы Королевским флотом, а затем начнут контратаку. Учёные, изучающие вероятный исход вторжения, включая военную игру Королевской военной академии в Сандхерсте в 1974 году, согласны с тем, что, хотя немецкие войска могли бы высадиться и получить значительный плацдарм, вмешательство Королевского флота было бы решающим и, даже при самых оптимистичных предположениях, немецкая армия не проникла бы дальше линии штаба и была бы побеждена. После неудачи в достижении даже местного превосходства в воздухе в битве за Британию операция "Морской лев" была отложена на неопределенный срок. Гитлер и его генералы знали о проблемах вторжения. Гитлер не был идеологически привержен длительной войне с Британией, и многие комментаторы полагают, что немецкие планы вторжения были притворством, которое никогда не было реализовано. Хотя Великобритания была военно безопасна в 1940 году, обе стороны были осведомлены о возможности политического краха. Если бы немцы выиграли битву за Британию, люфтваффе смогла бы нанести удар в любой точке южной Англии, и с перспективой вторжения британское правительство оказалось бы под давлением, чтобы прийти к соглашению: обширные антиинвазионные приготовления продемонстрировали Германии и народу Великобритании, что что бы ни случилось в воздухе, Соединенное Королевст�...
The question of whether the defences would have been effective in invasion is vexed. In mid 1940, the preparations relied heavily upon field fortifications. The First World War made it clear that assaulting prepared defences with infantry was deadly and difficult, but similar preparations in Belgium had been overrun by well equipped German Panzer divisions in the early weeks of 1940 and with so many armaments left at Dunkirk, British forces were woefully ill equipped to take on German armour. On the other hand, while British preparations for defence were ad hoc, so were the German invasion plans: a fleet of 2,000 converted barges and other vessels had been hurriedly made available and their fitness was debatable; in any case, the Germans could not land troops with all their heavy equipment. Until the Germans captured a port, both armies would have been short of tanks and heavy guns. The later experiences of the Canadian Army during the disastrous Dieppe Raid of 1942, American forces on Omaha Beach on D Day and taking on Japanese defenders on Pacific Islands showed that, under the right conditions, a defender could exact a terrible price from assaulting forces, significantly depleting and delaying enemy forces until reinforcements could be deployed to appropriate places via the sea and inland. In the event of invasion, the Royal Navy would have sailed to the landing places, possibly taking several days. The German Kriegsmarine had, however, been severely depleted by the Norwegian campaign. It lost a heavy cruiser, a light cruiser, and almost a quarter of its destroyers; two heavy units, a Panzerschiff and a battlecruiser, were out of action due to torpedo damage. In late 1940, the Kriegsmarine was thus virtually bereft of heavy units to either provide gunfire support to a landing or to counter any intervention by the Royal Navy. It is now known that the Germans planned to land on the southern coast of England; one reason for this site was that the narrow seas of the English Channel could be blocked with mines, submarines and torpedo boats and thus prevent the Royal Navy from defending against an invasion. While German naval forces and the Luftwaffe could have extracted a high price from a defending Royal Navy, they could not have hoped to prevent interference with attempts to land a second wave of troops and supplies that would have been essential to German successeven if, by then, the Germans had captured a port essential for bringing in significant heavy equipment. In this scenario, British land forces would have faced the Germans on more equal terms than otherwise and it was only necessary to delay the German advance, preventing a collapse until the German land forces were, at least temporarily, isolated by the Royal Navy and then mounting a counterattack. Scholarly consideration of the likely outcome of invasion, including the 1974 Royal Military Academy Sandhurst war game, agree that while German forces would have been able to land and gain a significant beachhead, intervention of the Royal Navy would have been decisive and, even with the most optimistic assumptions, the German army would not have penetrated further than GHQ Line and would have been defeated. Following the failure to gain even local air superiority in the Battle of Britain, Operation Sea Lion was postponed indefinitely. Hitler and his generals were aware of the problems of an invasion. Hitler was not ideologically committed to a long war with Britain and many commentators suggest that German invasion plans were a feint never to be put into action. While Britain may have been militarily secure in 1940, both sides were aware of the possibility of a political collapse. If the Germans had won the Battle of Britain, the Luftwaffe would have been able to strike anywhere in southern England and with the prospect of an invasion, the British government would have come under pressure to come to terms: the extensive anti invasion preparations demonstrated to Germany and to the people of Britain that whatever happened in the air, the United Kingdom was both able and willing to defend itself.
Официальные документы
Консолидированные инструкции для комитетов по вторжению в Англию и Уэльс (июль 1942 года) правительство Её Величества.