Введение
Румынский журналист и политик Штефан Войтек (также Штефан Войтех, Степан Войтек; 19 июня 1900 года - 4 декабря 1984 года) - румынский марксистский журналист и политик, занимавший важные должности в государственном аппарате коммунистической Румынии. Дебютировав в качестве члена Социалистической партии Румынии в конце подросткового возраста, он создал Социалистическую рабочую партию Румынии, затем Объединенную социалистическую партию, одновременно занимаясь правозащитной деятельностью и выступая за реформу тюрем. В середине 1930-х годов он вступил в контакт с Румынской коммунистической партией, с которой он сформировал тактические союзы; однако он отверг ее политическую линию и некоторое время был известен как троцкист. В 1939 году он присоединился к консолидированной Социал-демократической партии, которая воссоединила различные социалистические группы, запрещенные Национальным фронтом возрождения. Во время Второй мировой войны, несмотря на то, что он якобы ушел из политической жизни, чтобы заниматься исследованиями, Войтек служил секретарем партии и присоединился к антифашистскому подпольному движению. Некоторые сообщения предполагают, что он был также приверженным антикоммунистом, критиковал Советский Союз до такой степени, что одобрял войну на Востоке. В качестве военного корреспондента Войтек внес вклад в нацистскую пропаганду, что сделало его уязвимым для шантажа в последующие десятилетия. С июня 1944 года Войтек участвовал в заговоре антифашистского переворота, договорившись об объединенной платформе с коммунистом Лукретью Патрашкану. После смены режима он стал лидером легализованных социал-демократов. В ноябре он стал министром образования, служа при все более коммунизированных правительствах до декабря 1947 года. Побежденный марксизмом-ленинизмом, Войтек руководил чисткой преподавательского состава и организовал союз своей партии с коммунистической партией, а затем ее поглощение. Войтек был членом Политбюро объединенной группы и представлял округ Долж, тогдашний завод Электропутеры, в Великом Национальном собрании; он также был членом первого республиканского президиума в 1948 году и ненадолго был заместителем премьер-министра Петру Грозы. Подвергшись критике за снисходительность и несоответствия в применении партийной догмы, он был отстранен и помещен под наблюдение Securitate в начале 1950-х годов. После работы в качестве главы Centrocoop, который объединял потребительские кооперативы Румынии, Войтек вернулся на передовую в 1955-1956 годах, когда он был переназначен министром, затем заместителем премьер-министра. В 1961 году Георге Георгиу Деж включил его в состав Государственного совета в качестве председателя Ассамблеи. В качестве такового Voitec санкционировал подъем Николае Чаушеску, участвуя в его инаугурации в качестве первого президента Румынии (1974). Хотя его должности были к тому времени в основном церемониальными, он использовал свое положение, чтобы требовать привилегий для других бывших социал-демократов, а также добился пересмотра Константина Доброгеану Гереа, румынского марксистского классика. Незадолго до смерти от рака в 1984 году Войтек, как сообщается, выразил сожаление по поводу своего коммунистического обращения, что привело к его второй маргинализации Чаушеску. Он запомнился своим вкладом в развитие культуры, в значительной степени ответственным за создание Краевского университета, Национального театра Краева и журнала Magazin Istoric.
Ștefan Voitec (also rendered Ștefan Voitech, Stepan Voitek; June 19, 1900 – December 4, 1984) was a Romanian Marxist journalist and politician who held important positions in the state apparatus of Communist Romania. Debuting as a member of the Socialist Party of Romania in his late teens, he formed the Socialist Workers Party of Romania, then the United Socialist Party, while also engaging in human rights activism and advocating prison reform. The mid 1930s brought him into contact with the Romanian Communist Party, with whom he formed tactical alliances; however, he rejected its political line, and was for a while known as a Trotskyist. In 1939, he joined the consolidated Social Democratic Party, which reunited various socialist groups outlawed by the National Renaissance Front. During World War II, despite ostensibly withdrawing form political life to do research, Voitec served as the party's Secretary and joined the anti fascist underground. Some reports suggest that he was also a committed anti communist, critical of the Soviet Union to the point on endorsing war in the East. As a war correspondent, Voitec made contributions to Nazi propaganda, an issue which made him vulnerable to blackmail in later decades. From June 1944, Voitec played a part in plotting the Anti fascist Coup, negotiating a unified platform with communist Lucrețiu Pătrășcanu. Following this regime change, he emerged as a leader of the legalized Social Democrats. In November, he became Minister of Education, serving under increasingly communized governments to December 1947. Himself won over by Marxism Leninism, Voitec directed a purge of the teaching staff, and engineered his party's alliance with, then absorption by, the Communist Party. Voitec was a member of the unified group's Politburo, and represented Dolj County, then Electroputere factory, in the Great National Assembly; he also served as member of the first republican presidium in 1948, and was briefly the Deputy Prime Minister to Petru Groza. Criticized for his leniency and inconsistencies in applying party dogma, he was sidelined and placed under Securitate surveillance in the early 1950s. After serving as head of Centrocoop, which grouped Romania's consumers' cooperatives, Voitec returned to the forefront in 1955–1956, when he was reappointed minister, then Deputy Premier. In 1961, Gheorghe Gheorghiu Dej also included him on the State Council, as Assembly Chairman. As such, Voitec sanctioned the rise of Nicolae Ceaușescu, participating in his investiture as the first President of Romania (1974). Though his offices were by then largely ceremonial, he used his position to demand privileges for other former Social Democrats, and also obtained reconsideration for Constantin Dobrogeanu Gherea, the Romanian Marxist classic. Shortly before dying of cancer in 1984, Voitec reportedly expressed regret for his communist conversion, which led to his second marginalization by Ceaușescu. He is remembered for his contributions to cultural development, responsible in large part for the establishment of Craiova University, the National Theater Craiova, and Magazin Istoric journal.
Молодежь
Родился в Корабии 19 июня 1900 года, Войтек заявил, что является этническим румынцем, но также был итальянцем по материнской линии. Сообщается, что среди его второстепенных родственников - фриульские занолини, одним из которых является доктор Ливиу Занолини. Политический мемуарщик Петре Пандреа, который оставил враждебные заметки о том, что Войтек родился в городе "идиотов", также утверждает, что его отцовская линия была чешской, и что у Штефана было восемь сестер. Отец, утверждает Пандра, был мелким клерком, разоренным алкоголизмом и азартными играми, который в конечном итоге покинул свою семью. Как сообщил несколько лет спустя политик Штефан Андрей, Войтек придерживался умеренного социализма, который предполагал терпимость к христианской религиозности и даже личную веру в Бога. Владевший румынским, итальянским и французским языками, молодой Войтек окончил престижную среднюю школу Крайовы, Кароль I. В 18 лет он стал активным членом Социалистической партии Румынии, писал для ее органа Socialismul, а также для одной из газет, известных как Scânteia. Как сообщает Пандра, Войтек в 1920 году был лидером Социалистической молодежной секции, наравне с Лукретью Патрашкану. В целом партия распалась в следующем году, и крайне левая секция возникла как Коммунистическая партия Румынии (ККП, или PCdR), которая вскоре была запрещена; Войтек остался с умеренными секциями, в то время как Патрашкану основал Союз коммунистической молодежи. Как сообщил в 1974 году его друг и партнёр Ион Пас, они оба выступали за "центристское течение" социалистов, хотя у них все еще были "товарищские отношения" с активистами ПЦР. В августе 1923 года Войтек подписался в Лиге прав человека, основанной интеллектуалами различных оттенков и возглавляемой Василием Строеску. В апреле следующего года он подписал письмо с протестом против ареста Патрашкану за подрыв коммунистической власти. В то же время Войтек получил степень в Университете Бухареста в Политехнической школе и математическом факультете (хотя Пандреа утверждает, что он никогда не закончил). Находя работу в качестве заместителя учителя в средней школе Святого Иосифа в Бухаресте, он был вынужден уйти из профессии государственными властями в 1925 году. Некоторое время он был младшим редактором ежедневной газеты Adevărul, вместе с Иосифом Ауреску, который описал Войтека как "маленького человечка, неопределенного возраста". Журналист Джордж Маковеску также отмечает, что "на какое-то время" Войтек был "верным и тщательным" куратором справочной библиотеки и читальной комнаты Адеваруля. Он женился на итальянке Виктории Войтек, которая, как говорят, страдала хронической болезнью, которая требовала изменений климата; у них родилась дочь, родившаяся в октябре 1934 года. В июле 1926 года он был избран Лигой против террора, наряду с Патрашкану, Траяном Братау, Константином Коста-Фору, Михаилом Кручеану, Еленой Филипповичи, Гала-Галакцией, Евгением Геровеану, Барбу Лазареану, Константином Милле, Панаитом Мушою, Константином Ионом Пархоном, Евгением Релгисом, Михаилом Садовеану, Георгием Ташка и Полом Зарифополом. Войтек также был ненадолго связан с Социал-демократической партией (СДПР), созданной в 1927 году (год "больших усилий по объединению некоммунистических левых") вокруг Константина Тителя Петреску. В июле 1928 года он и Леон Геллертер создали свою собственную Социалистическую рабочую партию Румынии (СРРР), которая попыталась объединить радикальных социалистов, выступавших против реформистской позиции СРРП. В качестве краткосрочной цели эта группа выступала за картель с BMȚ во время выборов в декабре 1928 года. Однако он также осудил ПЦР как "сектантскую" и набрал новых членов из числа ее разочарованных членов. В течение следующего периода Войтек и его коллеги тяготели к троцкизму, что углубило их идеологический разрыв с запрещенной ПЦР. По словам Пандреа, Войтек также был бухгалтером кредитного кооператива, "основанного на американских еврейских деньгах", который также спонсировал больницу Каритас, обслуживающую румынских евреев. Пандра утверждает, что Voitec и Ghelerter использовали деньги, которые они "вырвали" из этого предприятия, для финансирования PSMR, "партии из двух, трех, четырех, пяти членов".
Годы в ПСУ
К их ПСМР позже присоединились отколовшиеся от ПЦР, начиная с Георге Кристеску; Константин Поповиччи также присоединился, превратив группу в Объединенную социалистическую партию (ПСУ). В отличие от PCR, этот новый альянс был признан румынскими властями безвредным. И Войтек, и Геллертер выступили на рабочем собрании в Гривице 1 мая 1930 года, во время которого "некоторые коммунисты, которые хотели спровоцировать скандал, были удалены с места". В 1929 году Voitec был включен в Комитет по амнистии, группу интеллектуалов, которая требовала смягчения наказания для заключенных, отбывающих наказание по политическим обвинениям. Работая в инициативном комитете, он был коллегой Costa Foru, Cruceanu, Galaction, Parhon, Pătrășcanu, Nicolae Alexandri и Petre Constantinescu Iași. По сообщениям, в 1933 году Войтек организовал, чтобы недавно освобожденный Михаил Георгиу Буджор был интернирован и о нем заботился Гелертер. В течение 1930-х годов ПСУ заняла промежуточную позицию между сталинцами ПЦР и независимыми троцкистами. Троцкист Дэвид Корнер признал, что Геллертер помог ему распространять брошюры и набирать сторонников, в том числе внутри самой ПСУ, но критиковал его за его доверие к "буржуазной законности". К октябрю 1934 года Войтек и Попович заключили союз между ПСУ и Национальным антифашистским комитетом Константинеску Яси (CNA) и Лейбористской лигой, создав группу для координации действий против крайне правых Железной гвардии и Национальной лиги христианской обороны. Месяц спустя делегация, состоящая из Константинеску Яси, Михай Ролера и Скарлат Каллимачи, выступила с публичным протестом против несправедливости, которую они считают несправедливой по отношению к активистам PSU и CNA. В нем упоминались утверждения о том, что Николае Чаушеску, в то время младший представитель CNA, подвергся жестокому обращению со стороны полиции. Войтек служил секретарем ПСУ, отвечая непосредственно Гелертеру, который был председателем партии; он также участвовал в Межпарламентской социалистической конференции 1931 года и договорился о пакте о ненападении с ПЦР в 1936 году. В период между этими датами, на выборах в законодательный орган в июле 1932 года, он был кандидатом ПСУ в депутаты в округе Бая (первым в этом списке, опередив Франца Пикольски). Он был редактором партийной газеты "Пролетарюл", пока последняя не была запрещена правительством Георге Татареску в 1935 году. В июне 1934 года, выступая на съезде ПСУ в Пиатре-Неймце, Войтек определил цель партии как "восстановление единства рабочего класса". Это фактически означало, что партия хотела поглотить ПСРД и ПЦР в "единый фронт пролетарской деятельности", в первую очередь посвященный изоляции фашизма. Корнер также отметил, что именно потому, что ПСУ подчеркивает идеал "полного единства", она не может быть заинтересована в присоединении к Четвертому Интернационалу. В следующем месяце Коммунистическая партия Эстонии утверждала, что румынские "троцкистские фашисты", включая Геллертера, Войтека, Кристеску и Ричарда Вурмбранда, работали рука об руку с фашистами Железной гвардии, а также с секретной полицией Румынии, Сигурантой. В 1936 году Войтек стал единственным партийным секретарем; после этого Войтек стал библиотекарем PSDR.
Военное время и августовский переворот
Несмотря на то, что вскоре после этого Фронт национального возрождения запретил его деятельность, ПСРД оставался активным в подполье, а Войтек был его секретарем с 1939 года. Войтек официально ушел из общественной жизни во время диктатуры Иона Антонеску (см. Румыния во время Второй мировой войны). Запись, оставленная Ионом Виней, предполагает, что к 1941 году Войтек был редактором в собственной газете Виней, Evenimentul Zilei. Это был сознательный шаг, чтобы подорвать цензуру Антонеску, приняв известных левых. Коллеги Войтека включали Николае Карандино и Мирона Раду Парашивеску. Его бывший коллега по прессе Релгис сообщает, что в октябре 1942 года Войтек был хранителем бывшей библиотеки Адевуру, которая была взята Министерством пропаганды. Он якобы использовал это положение для сохранения книг еврейских авторов, которые Антонеску запретил. По крайней мере, в одном из сообщений говорится, что Войтек также стал журналистом ультраправой газеты Curentul. Его тексты были явно антисоветскими, а также утверждали, что Бессарабия по праву была румынской провинцией. Он и Карандино, как сообщается, использовали это прикрытие для связи с антифашистскими ячейками, разместив протеже Войтека Мирчуа Стефановича в редакции журнала Tinerețea. Войтек и Мушоиу приняли участие в церемонии в память о романисте Панаите Истрати, на которой Александру Талекс выступил в качестве спикера. Войтек все еще оставался в комитете руководства PSDR в антифашистском подполье. К середине 1943 года он был вовлечен в движение, которое стремилось свергнуть Антонеску, и получило название Патриотический антигитлеровский фронт. В качестве делегатов PSD Войтек и Виктор Братфаляну получили из ПКР новость о том, что Коминтерн был упразднен, что, как отметил Войтек, "решает все споры". Затем он стал посредником между PSDR и Союзом патриотов; Антигитлеровский фронт был создан в доме Геллертера, как только Войтек возобновил контакты со старыми друзьями из CNA и PCR. Сигуранта терпела его визиты к Патрашану, который был под номинальным домашним арестом в Пояна-Тапулуи. Войтец и Патрашану работали над общей платформой Сингулярного рабочего фронта, объединявшей две левые партии; проект был подготовлен 10 апреля, он был впервые обнародован 1 мая. В мае-июне 1944 года произошло сближение всех просоюзнических сил, работавших против Антонеску; был образован Блок демократических партий или Национально-демократический блок PSDR, PCR, Национальной крестьянской партии и Национальной либеральной партии. Вместе с Иосифом Джуманкой Войтек работал в инициативном комитете, к которому также присоединились коммунисты Константинеску Яссы и Василе Бигу, национал-крестьяне Иоан Худица и Николае Пенеску, а также три национал-либерала Бебе Братиану, Виктор Папакостеа и Константин Ц. Замфиреску. Войтек и Джуманка затем служили секретарями блока от имени своей партии. В записке Худицы говорится, что в то время Войтец возмущался Петру Грозой и его "Фронтом плугов", которым было запрещено присоединиться к коалиции. Худица утверждает, что Войтек распространял слухи о том, что Грозь шпионит для Советов. Румынский государственный переворот 23 августа 1944 года, за которым последовала советская оккупация, привел к смене режима в Румынии. Войтек и Пас не были непосредственно вовлечены в переворот, но ожидали его разворачивания в жилом здании на площади Розеттти. После того, как им сообщили об аресте Антонеску, они направились в офис Adevărul, где они вновь выпустили социалистическую газету Libertatea. Вскоре после этого Войтек был назначен в Центральный комитет PSDR. Некоторое время он был в Швейцарии и отправил свои впечатления для публикации в газете Мирча Дамиана в Бухаресте. Войтек был назначен министром образования при поддержке Тителя Петреску. Это было тщательно отслежено указом, также подписанным Патрашкану, Георгом Владеску Ракоасой и Гитой Попом, в котором говорилось, что самоотчеты были единственной основой для описания этнической принадлежности граждан и сделали незаконным для государства исследование или навязывание этнической принадлежности. Еще один из его первых постановлений добавил гимназию к государственному субсидируемому обязательному образованию. В марте 1945 года Войтек присоединился к Пархону, Симиону Стоилову и Георгу Энеску в качестве почетного покровителя Народного университета, который был связан с Румынским обществом дружбы с Советским Союзом. В том же месяце он вмешался, чтобы...
Voitec still remained on the PSDR's leadership committee in the anti fascist underground. By mid 1943, he had been attracted into the movement which sought to depose Antonescu, taking shape as the Patriotic Anti Hitlerite Front. As PSD delegates, Voitec and Victor Brătfăleanu received from the PCR news that the Comintern had been abolished, which, as Voitec noted, "settled all disputes". He then mediated between the PSDR and the Union of Patriots; the Anti Hitlerite Front was created in Ghelerter's home, once Voitec resumed contacts with old friends from the CNA and PCR. The Siguranța tolerated his visits with Pătrășcanu, who was under nominal house arrest in Poiana Țapului. Voitec and Pătrășcanu worked on a shared platform of the Singular Workers' Front, grouping the two left wing parties; drafted on April 10, it was first publicized on May Day. During May–June 1944, there was a rapprochement of all pro Allied forces working against Antonescu; a Bloc of Democratic Parties or National Democratic Bloc was formed by the PSDR, the PCR, the National Peasants' Party and the National Liberal Party. With Iosif Jumanca, Voitec served on the initiative committee, which was also joined by Communists Constantinescu Iași and Vasile Bîgu, by National Peasantists Ioan Hudiță and Nicolae Penescu, as well as by three National Liberals—Bebe Brătianu, Victor Papacostea, and Constantin C. Zamfirescu. Voitec and Jumanca then served as Bloc Secretaries, on behalf of their party. A note by Hudiță suggests that, at the time, Voitec resented Petru Groza and his Ploughmen's Front, who were prevented from joining the coalition. Hudiță claims that Voitec circulated rumors according to which Groza was spying for the Soviets. The 1944 Romanian coup d'état of August 23, closely followed by a Soviet occupation, brought regime change in Romania. Voitec and Pas were not directly involved in the coup, but awaited its unfolding at a residential building in Rosetti Square. Once informed of Antonescu's arrest, they made their way to the Adevărul offices, where they reissued the socialist newspaper Libertatea. Shortly after, Voitec was promoted to the PSDR Central Committee. For a while, he was in Switzerland, and sent his impressions to be published by Fapta, Mircea Damian's Bucharest newspaper. Voitec was Minister of Education—appointed, with Titel Petrescu's support, This was closely followed by a decree, also signed by Pătrășcanu, Gheorghe Vlădescu Răcoasa, and Ghiță Pop, which stated that self reports were the only basis for describing citizens' ethnicity, and made it illegal for the state to research or impose one's ethnic affiliation. Another one of his first ordinances added gymnasium to state subsidized compulsory education. In March 1945, Voitec joined Parhon, Simion Stoilow, and George Enescu as an honorary patron of the People's University, which was linked to the Romanian Society for Friendship with the Soviet Union. The same month, he intervened to stop Sever Bocu and other National Peasantists from creating the regional University of Timișoara, only allowing a School of Medicine and Faculty of Agronomy to be formed. In May, Voitec took personal charge of the de fascization process in education, forming a unified Purging Committee, and legislating that all teaching staff had to submit reports on their activities in 1938–1944. From September, he issued specific orders for "book cleansing" of school libraries, including the elimination of foreign publications, and, in 1946–1947, introduced instead material put out by "democratic publishing houses". By then, his wife had also taken up political assignments. As Minister of Justice, Pătrășcanu assigned her to lead the National Orthodox Society of Romanian Women (SONFR), jointly with Titel Petrescu's wife Sofia—effectively, a liquidation committee, as SONFR was no longer active until being finally outlawed in 1948.
Подъем к известности
Войтек продолжал служить в кабинетах Грозы до официального распада Королевства Румыния. Вскоре после прихода Грозды к власти он осудил "реакционное" прошлое Румынии, призвав социалистических учителей создать "новую страну, новый этит, новую форму школьного образования". "Дисциплинированный министр" в отношении линии ПКР, его пребывание в должности было отмечено официально одобренной сталинской кампанией в области образования, а также мерами, принятыми для устранения и замены некоммунистических учителей и профессоров. Одним из направлений его деятельности было захват еврейских дневных школ, на этот вопрос ему выступил против главный раввин страны Александру Шафран. 6 июля 1945 года Гроза и Войтек приняли участие в Межминистерской конференции, регулирующей спорные вопросы между Румынией и Венгрией. Именно здесь Грозный вынес решение в пользу создания Университета Болаяй как сегрегированного учреждения для венгров в Румынии. В ответ на требования Лахоса Чегера, Войтек издал приказ, который разрешил иностранным гражданам преподавать в этом учреждении. В сентябре Войтек присоединился к румынской делегации в Москве, обсуждая применение румынского перемирия. Его и его коллег лично принял советский лидер Иосиф Сталин. По словам социолога Динко Томашича, это уже было публичным проявлением его "послушания князьям Кремля". Будучи членами Национального демократического фронта во главе с коммунистами, Войтек и Лотар Радечану возражали, когда Национальная либеральная партия Татареску, возглавляемая и названная в честь человека, который в 1935 году подавал заявление о присоединении к формированию. В своем контраргументе они изобразили Татареску как "хуже негодяя"; тем самым они продемонстрировали невежество в том, что альянс уже был проверен советскими советниками. Вместе с Рэджану Войтек возглавил крыло PSDR, которое призывало к большему согласованию с политикой ПЦР. Историк Джордж Л. Остафи отметил в 1971 году, что оба человека, наряду с Пасом и Барбу Соломоном, иллюстрировали "марксистско-ленинское" течение социал-демократии, выступая против постепенного социализма Шербана Войнеа. Отдельная праворадикальная социалистическая группа также выжила, с Иоаном Флюерашем во главе. Ему удалось привлечь в свои ряды Штефановича, который к середине 1945 года был организатором антикоммунистического подполья. Позиции Войтека и Радачану были отмечены Титлом Петреску, который также выступил противником кабинета Грозы; он настаивал на том, чтобы оба человека подали в отставку из правительства или покинули партию, но Исполнительный комитет PSDR отклонил его резолюцию. Несколько наблюдателей оставались скептически настроены к прокоммунизму Войтека. В июне 1947 года советский шпион С. Пивоваров сообщил, что ПСРР считает себя могущественным игроком, который все еще может управлять в одиночку. Пивоваров также цитирует Войтека как разыгрывающего фракции ПЦР друг против друга: он не любил Ану Паукер и Василе Луку и пришел к выводу, что "я и Патрашкану можем взять на себя ответственность за эту страну". В британском отчете того же периода визит в Москву описывается как поворотный момент в политике Войтека, хотя в нем также упоминаются слухи о том, что он в частном порядке скептически относился к коммунизму. Этот текст предполагает, что Войтек ставил амбиции выше идеалов, поскольку он хотел подняться политически, даже надеясь занять пост посла Румынии в Италии, сохраняя при этом свой министерский пост. В ноябре 1945 года во время интервью с Марком Фостером Этриджем Войтек утверждал, что 900 000 человек из ПСРР находились в процессе ликвидации Национальной крестьянской партии и поглощения ее левых фракций. Он также подсчитал, что в РПЦ всего 200 000 членов, но они были более идеологически привержены. Однако он также признал, что распределение правительственных должностей между коалиционными партиями не было полностью справедливым. Войтек также выразил сожаление по поводу "королевского удара", выразив надежду, что король Михаил I сможет возобновить свое сотрудничество с Грозой. В декабре он и Радачеану начали выдвигать общий список ПЦРПСРД на парламентских выборах 1946 года. По словам исследователя Виктора Фрунзе, они координировали свои действия с агентами "Сигуранты", которые служили интересам коммунистов и советских властей. В 1946-1947 годах Войтек также был членом румынской делегации во главе с Татареску на Парижской мирной конфе...
Коммунистическое слияние
Радачану и Войтек вновь представили свое предложение в качестве предложения на конференции ПСРД в феврале-марте 1946 года, где оно получило большинство голосов. Несмотря на свое обращение, Войтек был упрек Паукером за то, что он не полностью привержен "демократизации" образовательных учреждений, и даже назвал его "реакционным". Народный трибунал в середине 1945 года отметил, что Войтек не смог проверить Василе Țepordei, бесарабского PSDR, которого он назначил на должность учителя; также тогда Войтек и Титель Петреску оказали тайное одолжение националистическому доктринеру Ничифору Краиничу, который был осужден за свою деятельность при Антонеску и скрывался в стране. В июне 1945 года, будучи ректором университета Яссы, Александр Майлер утверждал, что министр был слишком снисходителен и не полностью привержен образовательным чисткам. Его снисходительность также подчеркивается историком Шербаном Радулеску Зоннером: Войтек критиковал преподавательский состав Центральной школы для девочек за то, что он не смог помешать студентам посетить монархистский митинг в ноябре 1945 года; однако он воздержался от преследования Елены Малаксы, директора школы (и сестры промышленника Николае Малаксы). Параллельно Войтеку приходилось иметь дело с студенческими беспорядками различных политических окрасений. В таких местах, как Таргу Муреш, была венгерская ирредентистская агитация; после того, как студенты провели антирумынский митинг в феврале 1946 года, он уволил руководство венгерской промышленной средней школы. В следующем месяце Серджио Яковлов, национал-крестьянин, обучавшийся на медицинском факультете в Яссе, был убит при загадочных обстоятельствах, что побудило его партию заявить о коммунистическом заговоре "для уничтожения оппозиции". Войтек и ректор Андрей Оцетая вмешались, чтобы предотвратить столкновение студентов и рабочих по этому вопросу, сообщив им, что университет будет закрыт из-за любого дополнительного насилия. Во время создания университета Болая в Клуже (июнь 1946 года) Войтек столкнулся с проблемой, вызванной забастовкой румынских студентов. Его коллеги из PSDR вмешались в попытку сдержать это, прежде чем сам Войтек приказал волну высылок, включая Валериу Ананию, изображенного как сторонник Железной гвардии. В других контекстах Войтек оказывал услуги элите ПЦР, включая своего знакомого Чаушеску, который становился региональным лидером партии. По приказу Войтека, жена Чаушеску Елена получила среднюю степень по химии, хотя она никогда не закончила начальное образование. Пандра сообщает, что Пятрашкану "затащил в глотку" своего любимца Белу Зильбера, который впоследствии стал преподавателем Бухарестского университета. В середине 1947 года ПЦР организовала маргинализацию и преследование Зильбера, готовясь к собственному падению Патрашкану. Войтек инициировал (или, по словам самого Зильбера, был вынужден инициировать) чистку, вернувшись к своему предыдущему решению. Действия Войтека привели к расколу с Независимой социалистической партией Тителя Петреску в марте 1946 года; основная PSDR сблизилась с ПЦР. Обе партии были формально отделены во время избирательной кампании. PSDR, которая теперь действовала из таунхауса Радесяну, Electioneering привезла Войтека на север, в Орадею, где он принял участие в крупнейшем из всех национально-демократических митингов. Поэтому он присутствовал на выступлениях, в которых Патрашкану и Августин Болкаш ухаживали за румынским национализмом в избирательных целях. Войтек появился в списке Национально-демократической партии, выиграв место в Ассамблее, в округе Долж. Впоследствии Войтек настаивал на полном объединении коммунистических и социал-демократических партий, но теперь ему противостоял Радачану, который, как сообщали власти, "не хотел, чтобы его буксировала Коммунистическая партия". Как отмечает Combat, Радачеану и его последователи, которые составляли большинство, "ожесточенно выступали против" проекта Войтека по созданию единой партии, предпочитая вместо этого "интимное сотрудничество в парламенте и правительстве". Войтек, как лидер "левого меньшинства", тем не менее, смог отменить консенсус на 13-м конгрессе ПСРД, состоявшемся 9 октября 1947 года. После этого воссоединения Войтек и Радачану стали генеральными секретарями партии. Переговоры о слиянии затянулись до ноября, также из-за оппозиции со стороны лидеров ПЦР Патрашкану и Теохари Жоржеску; хотя он изобразил Вой...
The two Romanian parties were still formally separate during the electoral campaign. The PSDR, which now operated out of Rădăceanu's townhouse, Electioneering took Voitec as far north as Oradea, where he attended the largest of all National Democratic rallies. He was therefore present for speeches in which Pătrășcanu and Augustin Bolcaș courted Romanian nationalism for electoral purposes. Voitec appeared on the National Democratic list, winning himself a seat in the Assembly, for Dolj County. In the aftermath, Voitec pushed for a complete Communist–Social Democratic merger, but was now opposed by Rădăceanu, who, as reported by the authorities, "did not want to be towed about by the Communist Party". As noted by Combat, Rădăceanu and his followers, who formed a majority, "virulently opposed" Voitec's project to form a single party, preferring instead "an intimate collaboration in Parliament and in government." Voitec, as leader of the "leftist minority", was nevertheless able to overturn the consensus at the 13th PSDR Congress, held on October 9, 1947. In the wake of that reunion, Voitec and Rădăceanu were both General Secretaries of the party. Fusion talks dragged on to November, also due to opposition from PCR leaders Pătrășcanu and Teohari Georgescu; though he depicted Voitec as an opportunist, Gheorghiu Dej sanctioned the union, noting that the communists' main priorities called for "liquidating the social democratic brand." Voitec, Pauker, Mișa Levin, Alexandru Moghioroș, Constantin Pârvulescu, Iosif Rangheț and others also organized the first unified PCR–PSDR Congress, in January 1948. The resulting group, known as the Workers' Party (PMR), came to include Voitec on its nomenklatura, probably as recognition for his role in defeating Titel Petrescu. This began immediately after the fusion: on February 24, 1948, he joined the PMR Central Committee, and was simultaneously promoted to its Politburo. Voitec's merger still created situations in which noted anti communists had found themselves as card carrying members of a communist party. One such case was that of Ecaterina Bălăcioiu, widow of the culture critic Eugen Lovinescu.
Коллективное председательство
Работа Войтека по-прежнему считалась ненадежной ПМР, которая организовала свою собственную "Комиссию по политическому образованию", эффективно удвоив и контролируя его министерство. Под его эгидой Войтек подготовил капитальный ремонт румынского образования, которое теперь должно было скопировать советскую модель; в 1947 году он сам возглавил делегацию для изучения советской образовательной практики. Около тридцати лет спустя он признал, что получил только три директивы от советских советников: он должен был сохранить французский язык в качестве предпочтительного второго языка обучения, но постепенно ввести русский язык в качестве третьего, заменить марксизм на божественность и ввести большую зависимость от математики. Прикладная и "кооперативная наука" были в центре внимания при создании Краевского университета. Формально учрежденный в 1947 году, он был только частично функциональным с марта 1948 года и существовал только как школа агрономии до 1966 года. В октябре 1947 года Войтек выступил на конгрессе профсоюзов учителей, подчеркнув, что образование должно быть реформировано, чтобы "убрать разрушительную идеологию из румынской культуры и, прежде всего, из умов молодежи"; в грядущую эпоху диалектический и исторический материализм должны были быть признаны основой всего школьного образования. Его меры в то время включали открытие венгерских школ для Чангос из Клеи, Гарлени и Рачачиуни. Как отметила венгерская журналистка Эльвира Олах Галь, он подражал советской националистической политике "в сталинской традиции". С ноября коммунист Георге Василичи стал секретарем министра Войтека и, по сути, его руководителем. Под руководством Василичи ПМР выпустила циркулярные письма, в которых говорилось о "беспорядочном хаосе в министерстве", и собрала доказательства того, что Voitec мало сделал для замены законодательства старого режима. Вместе с Пархоном, Михаилом Садовеану, Георгием Стере и Ионом Николи Войтек был членом Президиума Народной Республики, созданного Законом No. 363 года после принудительной отречения Михаила I 30 декабря 1947 года. Первоначально это было разработано как регентство, как предписано в Конституции Румынии 1923 года, но Грозный запретил все упоминания о старых учреждениях еще до того, как страна могла быть официально провозглашена республикой. Войтек был одним из первых, назначенных в Президиум, прежде чем Гроза уступил свое место Садовеану. Четверо членов Президиума были приведены к присяге вечером 30 декабря; Стере был найден и введен в должность только 31 декабря. 1 января 1948 года члены Президиума приняли участие в публичном митинге за пределами Королевского дворца. Журналист Перикл Мартинеску сообщает, что мероприятие было необычно невыразительным, с нерадостными песнопениями кадров ПМР, бросающими вызов сильному снегопаду, но тем не менее "интересным". По словам историка Апостола Стана, это новое конституционное устройство стало сигналом о введении "коммунистического тоталитаризма под маской республики". Во время своего краткого пребывания в Президиуме Войтек отправился в недавно провозглашенную Венгерскую Республику, приглашенную туда на столетие революции. Как отметил Виктор Ефтимиу, его выступление в Венгерской ассамблее ознаменовало первый раз, когда румын мог сообщить там о "хороших отношениях, которые формируются между румынским народом и сожительствующими национальностями, из которых венгерская группа является самой важной". С 14 апреля Войтек занимал пост вице-премьера во втором кабинете Грозы, координируя все культурные ведомства. Это сделало его "самым высокопоставленным среди членов [бывшей социал-демократической] группы" в правительстве. Тем не менее, 29 или 30 декабря 1947 года он потерял свое министерство, потеряв расположение сталинистов. По сообщениям, сам Войтек обвинил Паукера, который, согласно его рассказу, утверждал, что Войтек неправильно процитировал совет своих советских контактов, чтобы сделать его более либеральным. Войтек выдвинулся на выборах в марте 1948 года в новый коммунистический законодательный орган, Великую национальную ассамблею (MAN), заняв место в Долье. В том числе у его бывших политических союзников, Худице и Папакостеа. Папакостеа оставил записки, в которых говорилось, что Войтек действительно обещал вмешаться от его имени вместе с Георгиу Деем, но он никогда не выполнял обещания и не отвечал на его телефонные звонки. Во время реакции �...
Маргинализация и возврат
Позже в 1948 году Войтек, как утверждается, начал замечать, что Георгиу Дей, который к тому времени был высшим лидером ПМР, относился к нему с холодной рукой. Сотрудник Секьюрити отметил, что телефонная линия Войтека была подслушана в 1949 году, и она оставалась такой "в течение многих лет". Войтек был вице-премьером до 16 апреля 1949 года, когда он был переведён в меньший кабинет, в качестве организатора Комитета потребительских кооперативов. И он, и Траян Савулеску, который был также освобожден от своих обязанностей, заявили, что намерены "посвятить себя [другим] важным функциям, которые они выполняют". Как сообщает бразильская газета A Manha, его свержение и замена Василием Лукой были признаками того, что "коммунистический переворот" в Румынии был осуществлен в полной мере. В сентябре 1949 года внутренний отчет ПМР вызвал подозрения в отношении Войтека и Константинеску Яси, выделенных из-за их дружбы с Бруно Манзоне, главой Итальянского института в Бухаресте и предполагаемым шпионом. В мае 1950 года бывший член ПСРД Левин дезертировал за границу, вызвав негодование в Политбюро. Во время саммита, на котором оценивались последствия этих событий, Войтек назвал Левина "изгоем", который "действовал из оппортунизма, даже в социал-демократической партии". В своих мемуарах о коммунистическом заключении Зилбер утверждает, что Георгиу Дей хотел сфабриковать шоу-процесс Войтека, Радачану и Паса, подготовив Джорджа Ивашку в качестве свидетеля обвинения. Также, по словам Зильбера, следователям Александру Драгичи было приказано включить Войтека в обширную, но вымышленную антипартийную конспиративную сеть. Однако Георгиу Деж в конце концов пришел к выводу, что для обеспечения сотрудничества "более разумно было назначить [социал-демократов] высокими должностными лицами". Меньше репрессий было применено против других бывших членов ПСРД, включая Фильдермана и семью Геллертеров, которые были идентифицированы как троцкисты или правые отступники. По словам Пандреа, тюремное заключение Фильдермана было связано с его деятельностью в качестве масона. К 1950 году Комитет потребительских кооперативов стал постоянным органом, названным Centrocoop, а Voitec его президентом. Его работа включала в себя создание сети модельных пасек, завод по производству оборудования для пчеловодства в Орадее и передвижную школу для пчеловодов, которая возникла в Тулце, а затем переехала в Голешти. Параллельно он был председателем Комиссии по велоспорту Румынии, председательствуя на Тур Румынии в июне 1951 года. Он все еще занимал свою должность в Центральном комитете ПМР, но потерял свое место в Политбюро во время перестановки 27 мая 1952 года. Ноябрьские выборы принесли ему депутатское кресло от МАН в его родной Коребии, которое он затем вернул в 1957 году. Возвращаясь к известности, Войтек занимал важные позиции в последние годы правления Георгиу Дея и сохранил их после того, как Чаушеску взял под контроль. Его возвращение было объявлено 5 октября 1955 года, сам Войтек служил до 24 ноября 1956 года, когда он был возведен на должность заместителя премьер-министра. С 28 декабря 1952 года по 24 июля 1965 года Войтек также был младшим членом Политбюро ПМР. Ни ему, ни кому-либо другому из прибывших в Политбюро членов ПСРР не было разрешено участвовать в политике; более того, с декабря 1955 года Войтеку оставалось место в этой комиссии среди немногих некоммунистов, которые были допущены к работе в период между войнами. В ноябре 1957 года Войтек в составе делегации государства в Советский Союз пережил аварию на взлетной полосе международного аэропорта Внуково. В сентябре следующего года он вместе с Михаием Бениуком, Афанасием Джойей и Люсией Стурдза Буландрой входил в комитет граждан, который организовал фестиваль, посвященный пятисотлетию Бухареста. В сентябре 1960 года он был в Нью-Йорке с Георгиу Деем и Леонте Рауту, участвуя в пятнадцатой регулярной сессии Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций. Они вернулись на "Королеве Мэри" в Шербург, посетив Париж 18 октября. Во время своего пребывания там они проводили приемы, в которых принимали участие, среди прочего, Луи Арагон, Эммануэль д'Астиер де Ла Виже, Пьер Кот, Вальдек Роше и Жан-Клод Серван Шрайбер. На выборах 1961 года он был снова направлен в МАН, на этот раз в качестве представителя рабочих "Электропутеров" в Краеве. Он продолжал представлять этот избирательный округ еще три избирательных цикла, будучи подтвержденным на �...
Старость и смерть
Во время перестановки Войтек вернулся в Государственный совет в качестве вице-президента и продолжал служить в этом качестве до своей смерти. Эта должность была к тому времени в основном церемониальной, как и его избрание в Высший совет по образованию в феврале 1980 года. Войтеку также было поручено работать в новой массовой организации Чаушеску, Фронте социалистического единства и демократии. Он представлял этот орган в ходе официального визита в Германскую Демократическую Республику, отмечая серебряный юбилей этого режима (октябрь 1974 года). В апреле 1976 года он доложил Ассамблее о создании Законодательной палаты народных советов, которая, по мнению Чаушеску, должна была демократизировать принятие решений в области экономики, в частности, путем проверки пятилетнего плана. Во время 34-й годовщины переворота против Антонеску в августе 1978 года Войтек возглавил встречу коммунистических делегатов из разных стран (в том числе Луиджи Лонго и Джанкарло Паджетта). Он говорил с ними о создании нового типа коммунистического единства, вокруг "независимости, полного равенства и уважения права каждой партии автономно закрепить свою собственную общую политическую линию, стратегию и революционную тактику"; он также подчеркнул важность сотрудничества с социал-демократическими и прогрессивными группами. В 1975 году антикоммунистический интеллигент Ноэль Бернард предположил, что Войтек все еще не имеет реальной власти "в сегодняшней Румынии". Четыре года спустя Бернард заметил, что МАН "одобрил все, что партия предложила на голосование". В течение этого промежутка Войтек обратился к научным занятиям. Он и Ион Попеску Пуцури, наряду с редактором рукописей Августином Диаком, курировали полные работы марксистского доктринаря Константина Доброгеану Гереа, появлявшиеся в Editura Politică в период с 1976 по 1983 год. С 1977 года Войтек, Никулеску Мизил, Рауту и Радулеску были назначены в подготовительный комитет к 15-му Международному конгрессу исторических наук, который состоялся в Бухаресте в 1980 году и который Чаушеску в конечном итоге использовал для распространения теорий дацианцев. Войтек также появился на конференции Коммунистической партии Доль 8 ноября 1979 года, прочитав "поздравления Чаушеску за успехи [Доль] в выполнении целей пятилетнего плана". 18 июня 1980 года Войтек был избран действительным членом Румынской академии и был подтвержден в качестве члена Звезды Социалистической Республики. Однако в эти месяцы он, как утверждается, стал свидетелем второго выхода на обочину и краткого исчезновения из общественной жизни. Появились сообщения о том, что Войтек использовал свой 80-летний день рождения, чтобы критиковать режим и выразить сожаление по поводу политических решений. В январе 1981 года дневник и литературный критик Мирча Зачу услышал слухи о том, что Чаушеску готовится к тому, чтобы "старый экс-профитчер" находился под домашним арестом. Войтек и президент вместе участвовали в местных выборах в ноябре 1982 года, в составе группы, в которую также входили Елена Чаушеску, Никулеску Мизил, Эмиль Бобу, Миу Добреску, Сузана Гадея, Александрина Гаюньше, Николае Джосан и Илие Вердец. К 1983 году Радио Свободная Европа комментировало рост культа личности Николае Чаушеску, отметив, что харизматичные партийные лидеры исчезали с групповых фотографий с течением времени. Войтек вернулся на первый план, но как "старый послушный кусок социал-демократической мебели". Его тело было сожжено; урна была сохранена в Монументе Героям за свободу народа и Родины, за социализм в парке Кароль. После антикоммунистического восстания 1989 года он был отправлен обратно в соседний крематорий, где остался без родственников.
Как символ оппортунизма
Историк Сорин Раду определяет Войтека, Радачану и "до определенного момента Титль Петреску" как оппортунистов, которые "сделаны компромисс с идеалами социал-демократии и демократии как политической системы". Как отметил Раду, ярлык "сотрудница", применяемый фракцией Войтека к правым социалистам, таким как Иоан Флюераш, может быть применен к самому Войтеку в отношении ПЦР. В 1984 году в некрологе Войтека политолог Владимир Тисманьяну писал: "По-своему, часто противоречивым, окрашенным оправданными страхами и неоспоримыми сомнениями, политическая практика Штефана Войтека категорически отличалась от политической практики его "чистокровных" коммунистических товарищей. Не выставляя себя на всеобщее обозрение, не ввязываясь в невыигрышные политические ссоры, Войтек следил за тем, чтобы не стать ничем иным, как зрителем политической игры, которая, по его мнению, была чужда его психике". Тисманьяну предупреждает, что такие черты не могут исключить "главную роль Войтека в подрыве законного руководства румынской социал-демократии": "Вместе с Лотаром Радачану он способствовал поддержанию путаницы в массовой базе социал-демократической партии, предостерегал от коллаборационистских позиций и одобрил операцию, которая закончилась "большим прорывом" социал-демократии на так называемом объединительном конгрессе февраля 1948 года". В посткоммунистическое десятилетие Серджио Кунеску возглавил возрожденную Социал-демократическую партию. Его сменил на посту председателя Александру Афанасью, который в 2000 году присоединил партию к более сильной Партии социал-демократии, которую широко рассматривают как преемника РСП; комментируя эти события, против которых он выступал, Кунеску изобразил Афанасью как "нового Стефана Войтека". По словам Стэна, Войтек, как и Маурер и Александру Барладеану, был человеком "определенной интеллектуальной открытости", и как таковой стоял выше других фигур в "клане" Георгиу Дея, который сам в значительной степени формировался вокруг "средних". Тисманьяну отмечает, что Войтек когда-то считался теоретиком румынского умеренного социализма, "который был так хорошо знаком с работами Карла Каутского и Эдуарда Бернштейна", и поэтому полностью образован в критике коммунизма со стороны левых. Тот же вопрос был поднят в 1963 году его бывшим работодателем в изгнании Памфилом Шеикару: "Войтек хорошо обучен марксистской социологии и знал историю Советской России. Что же он мог ожидать от тех, кто вторгся в нашу страну? [ ] Румынские демократы, независимо от их политической принадлежности, имели головы птицы". Однако в 1949 году анархист Альберто Казануева утверждал, что министры, такие как Войтек, Георгиу Дей и Михаил Ласкар, потеряли известность из-за того, что они не смогли поддержать советскую линию, тогда как Паукер и Парвулеску были вознаграждены за их твердый сталинизм. Есть также признаки того, что Войтек был сформирован его политическим досье. Мемуарист Адриан Димитриу отмечает, что Титель Петреску однажды попытался защитить вклад Войтека в нацистскую пропаганду, как это было санкционировано PSDR, потому что это могло избавить его от призыва к оружию; однако, как этот эпизод, так и его более ранний троцкизм подвергли Войтека постоянному коммунистическому шантажу. После разрыва с Сталиным титоистские власти в соседней Югославии (где его имя было случайно перепечатано как "Нойтек") также использовали эту деталь против румынских сталинистов. В апреле 1950 года в статье Весника подчеркивалось, что Войтек, член ЦК, был "фашистским журналистом на Восточном фронте". Историк Овидиу Бозган полагает, что Войтека следует отметить за его "философию выживания и усталости". Это замечание было вызвано в Бозгане диалогом 1961 года между Войтеком и французским послом Пьером Буффанаем. Когда последний прокомментировал парадокс того, что Паукера, когда-то изображенного как правый, осудил тот же режим, что и "сталинский", Войтек якобы ответил: "Пусть эти люди продолжат свой маленький бизнес". По словам Томашича, к тому моменту услуги Войтека в ПМР были чисто идеологическими: "[он представляет] миф о "социалистическом единстве" для внешнего мира. В таких условиях Voitec может быть использован в качестве связующего звена с социал-демократами в странах за пределами советской орбиты, особенно с учетом того, что Кремль рассчитывает на поддержку социалистов и других левых кругов в своих различных "мирных" и "сосуществовательных"...