Введение
Школа искусств в Университете Брайтона Основанная в 1859 году как Школа искусств Брайтона, Школа искусств и медиа Университета Брайтона является организационной частью Университета Брайтона, с курсами творческого искусства, визуальной коммуникации, медиа, ремесла и моды и текстильного дизайна. Старейшая часть университета, она работала с изменяющимся портфелем дисциплин на протяжении всей своей истории. В дополнение к его нынешнему положению, те предметы, которые были основными в его составлении и этике, включают: художественное образование, дизайн, искусство и история дизайна, фотографию и исполнительское искусство. Поскольку школа стала ядром более обширных структур факультетов или колледжей, эти дисциплины, наряду с другими искусствами и гуманитарными науками в университете, были организованы под названиями, которые отражали новое положение и изменение политики: факультет искусств и дизайна (1992 1999), факультет искусств и архитектуры (1999 2009), факультет искусств (2009 2014), и колледж искусств и гуманитарных наук (2014 2017). В 2017 году структура факультета / колледжа была распущена, и название Школа искусств было восстановлено для дисциплин, преподаваемых в здании Grand Parade. Другие школы теперь присоединяются к предоставлению широкого спектра дисциплин искусств и гуманитарных наук университета: Школа архитектуры и дизайна, Школа образования, Школа гуманитарных наук и Школа медиа. Университет Брайтона поддерживает искусство в самом широком смысле на протяжении многих десятилетий. В 2009 году его 150-летие было отмечено работой многочисленных художников, дизайнеров, историков, фотографов и архитекторов, которые учились и преподавали в учреждении.
Founded as the Brighton School of Art in 1859, the University of Brighton School of Art and Media is an organisational part of the University of Brighton, with courses in the creative arts, visual communication, media, craft and fashion and textile design. The oldest part of the university, it has operated with a changing portfolio of disciplines throughout its history. Further to its current provision, those subjects that have been primary in its make up and ethos include: art education, design, art and design history, photography and performance arts. As the school became the core of more extensive faculty or college structures, these disciplines, along with other arts and humanities at the university, were organised under names that reflected new provision and changing policy: Faculty of Art and Design (1992–1999), the Faculty of Art and Architecture (1999–2009), the Faculty of Arts (2009–2014), and the College of Arts and Humanities (2014–2017). In 2017, the Faculty/College structure was dissolved and the name School of Art was reinstated for disciplines taught at the long standing Grand Parade building. Other schools now join the provision of the university's extensive range of arts and humanities disciplines: the School of Architecture and Design, the School of Education, the School of Humanities, and the School of Media. The University of Brighton has supported the arts in its widest sense for many decades. In 2009, its 150th anniversary celebrated the work of numerous artists, designers, historians, photographers and architects who had studied and taught at the institution.
XIX век, Брайтонская школа искусств
Идеи создания Школы искусств в Брайтоне возникли в результате общественного собрания в 1858 году, которое привело к образованию комитета по сбору подписок и пожертвований. Комитет стремился "учить трудящихся лучше выполнять свою работу, делая ее аккуратной и красивой, а также полезной, и таким образом давать им возможность получить лучшую цену за свой труд и более успешно конкурировать с иностранными рабочими". Большинство художественных школ, которые были созданы в Великобритании к 1840-м и 1850-м годам, были связаны с местными и региональными отраслями промышленности. Брайтон не был промышленным центром в самом очевидном смысле, но, по словам Генри Коула, ее "индустрией" были "здоровье, отдых, образование и удовольствие". В понедельник 17 января 1859 года Брайтонская школа искусств открыла свои двери для более чем пятидесяти учеников и была расположена в комнате за Королевской кухней павильона, предоставленной городским советом. Первым мастером искусств был Джон Уайт, который принес с собой опыт работы на аналогичной должности в Лидской школе практического искусства и проводил занятия для нескольких различных групп: тех, кто имел независимые средства, которые посещали дневные занятия и были разделены по полу; ремесленники, которым предоставлялись вечерние занятия по низкой ставке платы; и учителя, для которых плата была еще ниже. Новые помещения для Брайтонской школы науки и искусства были специально построены в Гранд-Параде, Брайтон, в 1877 году, в стиле романского возрождения, с фасадом из кирпича с каменным облицованием и карнизами. Колонны, фланкирующие главный вход, были сделаны из полированного красного гранита, а фасад обогащен серией терракотовых панелей и лунеток, которые были спроектированы мастером искусств Александром Фишером и выполнены господами Джонсоном в близлежащей мастерской по керамике Ditchling. Принцесса Луиза, герцогиня Аргилльская, самая артистичная из детей королевы Виктории, и самостоятельный скульптор, присутствовала, как и Викторианский царь искусства, сэр Генри Коул.
20 век
В результате новых открытий для местных властей, новая муниципальная школа науки и технологии, спроектированная Ф. С. Мэй, районный геодезист и инженер, была открыта 20 сентября 1897 года. Это позволило расширить деятельность в Школе в Гранд-Параде. В Брайтоне до Первой мировой войны в портфель курсов Школы искусств входили типография, серебряничество, ювелирные изделия, кожаная отделка, резьба по дереву, вышивка и изготовление кружев. В 1915 году была создана Ассоциация дизайна и промышленности (DIA), национальная неправительственная организация, которая намеревалась установить более прочные отношения между британскими дизайнерами и производителями. Главный мастер Брайтона, Уильям Х. Бонд, сыграл важную роль в продвижении целей DIA в городе, объяснив, как Британия отставала от своих конкурентов, таких как Германия и Америка, утверждая, что типограф "Эдвард Джонстон был намного более известен в Германии, чем он был в Англии пять лет назад". Во время Первой мировой войны Школа искусств предоставила возможность ряду солдат-инвалидов в больнице Брайтон-Павильон, предлагая обучение таким профессиям, как резка букв в дереве и камне, механическое рисование, резка и другие связанные предметы, которые требовали обучения промышленному искусству. Бонд также был озабочен внешним видом Брайтона, негативно реагируя на многие аспекты городской среды, тему, которую многие его британские предшественники искусства и ремесел, такие как Джон Раскин и Уильям Моррис, преследовали с рвением. Бонд пожаловался на "ужасный ужас" железнодорожной арки Нью-Ингланд Роуд и прокомментировал планы сделать ее "привлекательным входом в город". Он также выступал за сохранение "отличительной души" грузинского Брайтона (см. Грузинская архитектура) и что городской совет должен отказаться от покраски Королевского павильона в "жёлтый цвет, так как он представлял собой "последний отчаянный крик цвета на смертном одре, и в его шумных тонах можно проследить некоторые дьявольские влияния". Художественная школа была хорошо оценена на международной арене. Daily Telegraph сообщила, что на Парижской международной выставке декоративных искусств и современных производств 1925 года она получила почетный диплом за техническое обучение, золотую медаль за техническое обучение по керамике и серебряные медали за техническое обучение по текстилю и металлу. Художественная живопись была областью, в которой сотрудники Брайтона были широко признаны, объединяя изобразительное искусство и дизайн интерьера. Примечательным примером является интерьер кинотеатра Regent Cinema в Брайтоне, который включал в себя фрески Лоуренса Престона из Брайтонской школы искусств и Уолтера Бейса, главы Вестминстерской школы искусств. Другие проекты Лоренса Престона включали его фрески Первой мировой войны в школе Святого Луки в Брайтоне, восстановленные в 2007 году после кампании по сбору средств в размере 30 000 фунтов стерлингов. Другой член персонала школы, Дороти Сойерс, также широко известна как муралистка, работавшая над кинопроектами. После назначения в 1934 году Е. А. Саллиса Бенни в качестве директора, Брайтонская школа искусств стала представлять свой собственный свежий, современный и международный профиль. Во время Второй мировой войны Школа искусств смогла продемонстрировать свою полезность для широкого сообщества через участие в пропагандистских кампаниях, в которых отдел ремесел для женщин обеспечивал особый акцент, особенно в духе "Make Do and Mend" после введения нормирования одежды в Соединенном Королевстве в 1941 году. У Брайтонского колледжа искусств не было конкретных промышленных связей, как у аналогичных учебных заведений в Манчестере и Бирмингеме. Тем не менее, в 1950-х годах он был хорошо расположен, чтобы обеспечить экспертизу в коммерческом и промышленном дизайне и работал с промышленностью через ряд консультативных комитетов наряду с местными, региональными и национальными художественными ассоциациями. Такие мероприятия нашли свое применение в разработке учебной программы. В 1951 году, например, первая группа студентов завершила Национальную ассоциацию розничной торговли мебельной розничной торговли, которая была запущена в колледже в 1949 году как первый такой курс за пределами Лондона.
Политехнический
После доклада Роббинса о высшем образовании 1963 года и Белой книги "План политехнических школ" появились предложения о создании Брайтонского политехнического колледжа вместе с Брайтонским технологическим колледжем. Комитет по образованию Брайтона считал, что Брайтонский колледж искусств должен быть сохранен как специализированное учреждение искусства и дизайна. Однако, несмотря на неудобство приспособления различных точек зрения в Брайтоне, более широкие национальные кампании против поглощения художественных колледжей в политехнические колледжи продолжались в 1970-х годах, перспективы, олицетворяемые статьей художника Патрика Херона в The Guardian в октябре 1971 года, озаглавленной "Убийство в художественных школах". Городской совет принял решение нанять муниципального архитектора Перси Биллингтона для нового здания, отвергнув ранее запросы Комитета по образованию о возможности привлечения внешних архитекторов, симпатизирующих стилю Регентства. В местных жителей прозвучал гнев по поводу возможности сноса террасы домов Регентства, занесенных в список II степени, вопреки рекомендациям Королевской комиссии по изобразительному искусству. Майкл Вайни, однако, был более позитивным: "Решительно современное и псевдо-что-либо, здание тем не менее делает постепенный легкий переход от регентских фасадов лука, прилегающих в Гранд-Параде, к более четким, чистым, более функциональным линиям 1958 года". С самых первых дней Школа искусств (и ее преемники) стремилась к взаимодействию с городским и региональным сообществом, в таких областях, как ежегодные выставки работ студентов и тесные отношения со многими профессиями в городе. На более широком культурном фронте участие сотрудников и студентов в публичных выступлениях началось в 1860-х годах и постоянно прописывало его историю, будь то карнавали и "Видение Империи" для Empire Week в 1920-х годах, инновационное представление и "живое искусство" в клубе The Zap в 1980-х годах, или множество более поздних проявлений, таких как "Танец для камеры" и "Смаджед" в Tate Modern под руководством Алисы Фокс. Клуб Art College Basement был важным катализатором развития живого и исполнительского искусства в Брайтоне. В нём проводились различные выступления, такие как те, которые были связаны с инновационным Фестивалем современных искусств Брайтона (1977-1979) организованным Роджером Эли и Нилом Батлером. Дэйв Ривз, вместе с Батлером, был одним из основателей клуба "Зап". Во время руководства Робин Пламмер был запущен новый набор курсов и инноваций. В этот период в программу курсов входили: мода и текстиль с администрацией, графический дизайн и иллюстрация, экспрессивное искусство (включая музыку, танец, перформанс, театр и визуальные исследования) и история дизайна, с развитием ряда аспирантур, включая графику и повествование и последовательную иллюстрацию. В 1977 году был создан новый отдел истории искусств, возглавляемый Робертом Хейнсом. В 1979 году Дэвид Воган был назначен руководителем курса BA (Hons) по дереву, металлу, керамике и пластике, позже стал руководителем отдела трехмерного дизайна. Еще одним ключевым назначением в эти годы был Билл Бич, который был назначен главой отдела изобразительных искусств после ухода в отставку Гвитера Ирвина в 1984 году. В сентябре 1986 года факультет присоединился к кафедре гуманитарных наук, что создало возможность для разработки новых учебных программ.
Развитие исследований
Робин Пламмер быстро увидел важность исследований для искусства и дизайна, выступая за это на национальном уровне и внедряя его на местном уровне, особенно в истории дизайна Брайтона: модность или функция? Конференция в 1977 году. Докторская степень Эвелин Голдсмит, законченная в 1978 году, привела к ее книге под названием "Исследование иллюстрации: подход и обзор", опубликованной издательством Кембриджского университета в 1984 году. Слияние Политехнического колледжа с Брайтонским колледжем образования в 1976 году привело к передаче Департамента художественного образования в недавно созданный факультет образования Политехнического колледжа, который долгое время был отличительным аспектом Школы искусств в его обряде перехода от Школы искусств к факультету искусств и дизайна. Однако ряд академиков, специализирующихся на изобразительном и исполнительском искусстве, присоединились к факультету искусств и дизайна. Это, в свою очередь, привело к образованию нового Департамента комбинированных искусств под руководством Питера Роуза. Несмотря на некоторые сомнения со стороны ряда практиков в более сложных дисциплинарных областях факультета, это оказалось динамичной, сложной и высокопродуктивной инициативой, в которой Лиз Аггисс и Билли Коуи играли ключевые роли в областях деятельности.
Новый университет
В Брайтоне с 1960-х годов был предпринят ряд весьма значительных шагов, подкрепленных расширением и развитием интеллектуальных и материальных ресурсов. К ним относятся создание Screen Archive South East, Design Archives и создание Центра исследований и разработок; организация Центра искусства и дизайна CTI (Computers in Teaching Initiative), Брайтонской фотобиеннале, Cinecity и Национального центра обучения и преподавания искусства, дизайна и коммуникаций и его преемника, Академии высшего образования: арт, дизайн медиа-центр и создание Центра передового опыта в преподавании и обучении через дизайн (CETLD). В 1992 году университет был переименован в Брайтонский университет, а вице-канцлером стал профессор Дэвид Уотсон, что открыло новые возможности. С 1992 года произошли заметные изменения в том, как школа/факультет видит себя и как остальная часть университета, в свою очередь, видит его. Успех в области искусства и дизайна в первом туре RAE, в который университет смог войти, подтвердил два затяжных предубеждения: с точки зрения искусства и дизайна, все еще была аура понятия превосходства как чего-то, что было известно с дополитехнических, независимых дней художественного колледжа; с точки зрения некоторых других частей университета все еще было затяжное мнение, что искусству и дизайну как-то легче добиться академических и исследовательских успехов.
The institution's re designation as the University of Brighton in 1992, with Professor David Watson as Vice Chancellor, resulted in a number of fresh opportunities. Since 1992 there has been a discernible change in the ways in which the school/Faculty views itself and how the rest of the university, in turn, sees it. Success in art and design in the first round of the RAE which the University was able to enter confirmed two lingering prejudices: from the art and design perspective, there was still an aura of the notion of excellence as something that had been known since pre polytechnic, independent art college days; from the standpoint of some other parts of the university there was still a lingering view that it was somehow easier for art and design to achieve academic and research success.