Введение

Король Македонии с 277 по 239 год до н.э.

Антигон II Гонат (, ; ок. 320 г. до н.э.) был потомком Диадохов (преемников Александра Великого) как по отцовской, так и по материнской линии. Его отцом был Деметрий Полиоркет, сам сын Антигона I Монофтальма, который в то время контролировал значительную часть Азии. Его матерью была Фила, дочь Антипатра, который контролировал Македонию и остальную Грецию с 334 года до н.э. и был признан регентом империи, которая формально оставалась единой. Кассандр, старший сын Антипатра, ставший королём Македонии в 305 году до н.э., приходился ему дядей. В год рождения Антигона Гонатаса Антипатр умер, что привело к дальнейшей борьбе за территории и власть. Карьеры деда Антигона, Антигона Монофтальма, и отца отличались значительными взлетами и падениями. После того как Антигон Монофтальм был ближе всех к воссоединению империи Александра, он потерпел поражение и погиб в крупном сражении при Ипсе в 301 году до н.э., а подконтрольные ему земли были разделены между его врагами – Кассандром, Птолемеем, Лисимахом и Селевком.

Генерал Деметрий

Судьба Антигона Гоната, которому к тому времени исполнилось 18 лет, была тесно связана с судьбой его отца, Деметрия, сумевшего покинуть поле битвы с 9000 воинов. Вскоре ревность между победителями позволила Деметрию вернуть часть власти, утраченной его отцом. Он завоевал Афины и в 294 году до н.э. отвоевал македонский трон у Александра, сына Кассандра. Поскольку Антигон Гонат был внуком Антипатра и племянником Кассандра по материнской линии, его присутствие способствовало примирению сторонников этих бывших царей с правлением его отца. В 292 году до н.э., во время кампании Деметрия в Беотии, он узнал, что Лисимах, правитель Фракии и враг его отца, был взят в плен Дромихетесом, вождем гетов. Стремясь захватить территории Лисимаха во Фракии и Азии, Деметрий передал командование своими силами в Беотии Антигону и немедленно двинулся на север. В его отсутствие беотийцы восстали, но были разбиты Антигоном, который запер их в стенах Фив. После провала фракийского похода Деметрий присоединился к сыну при осаде Фив. Поскольку фиванцы упорно защищали свой город, Деметрий часто заставлял своих воинов атаковать, несмотря на малонадежность захвата. Говорят, что, потрясенный большими потерями, Антигон спросил отца: "Зачем, отец, мы позволяем этим жизням гибнуть так бессмысленно?" Деметрий, по-видимому, проявил пренебрежение к жизням своих солдат, ответив: "Мы не обязаны искать пропитание для мертвых". Однако он также демонстрировал равнодушие и к собственной жизни, получив тяжелое ранение во время осады – пронзающее ранение шеи. В 291 году до н.э. Деметрий, наконец, взял город, используя осадные машины для разрушения стен. Но контроль над Македонией и большей частью Греции был лишь ступенью к его планам дальнейших завоеваний. Он стремился к возрождению империи Александра и начал масштабную подготовку, отдав приказ о строительстве флота из 500 кораблей, многие из которых были небывалых размеров. Такая подготовка и очевидные намерения закономерно встревожили других царей – Селевка, Птолемея, Лисимаха и Пирра, которые немедленно заключили союз. Весной 288 года до н.э. флот Птолемея появился у берегов Греции, подстрекая города к восстанию. Одновременно Лисимах атаковал Македонию с востока, а Пирр – с запада. Деметрий оставил Антигона управлять остальной Грецией, а сам поспешил в Македонию. К тому времени македонцы стали возмущены расточительностью и высокомерием Деметрия и не были готовы сражаться за него в трудной кампании. В 287 году до н.э. Пирр захватил македонский город Берею, и армия Деметрия немедленно дезертировала, перейдя на сторону врага, которым македонцы восхищались за его храбрость. При этих переменах Фила, мать Антигона, покончила с собой, приняв яд. Тем временем в Афинах вспыхнуло восстание. Деметрий вернулся и осадил город, но вскоре потерял терпение и решил действовать более радикально. Оставив Антигона руководить войной в Греции, он собрал весь свой флот и отплыл с 11 000 пехотинцев и всей конницей, чтобы атаковать Карию и Лидию, провинции Лисимаха. Пока армии Лисимаха и Селевка преследовали Деметрия через Малую Азию до гор Тавра, Антигон добился успеха в Греции. Флот Птолемея был отброшен, а Афины капитулировали.

В пустыне

В 285 году до н.э. Деметрий, изнуренный бесплодной кампанией, сдался Селевку. В этот момент он написал своему сыну и своим военачальникам в Афинах и Коринфе, повелев им считать его умершим и игнорировать любые письма, полученные под его печатью. Македония между тем была разделена между Пирром и Лисимахом, но, "подобно двум волкам, делящим добычу", они вскоре начали борьбу за нее, в результате которой Лисимах изгнал Пирра и захватил все царство. После пленения отца Антигон проявил себя как верный сын. Он обратился со своими предложениями ко всем царям, особенно к Селевку, предлагая уступить все контролируемые им территории и предоставить себя в качестве заложника в обмен на освобождение отца, но все было тщетно. В 283 году до н.э., в возрасте 55 лет, Деметрий умер в плену в Сирии. Когда Антигон узнал, что останки отца доставляют ему, он вышел в море со всем флотом, встретил корабли Селевкида у Кикладских островов и с великой почестью перевез останки в Коринф. После этого останки были захоронены в городе Димитриаде, основанном его отцом в Фессалии. В 282 году до н.э. Селевк объявил войну Лисимаху и на следующий год разгромил и убил его в битве при Корупедии в Лидии. Затем он переправился в Европу, чтобы завладеть Фракией и Македонией, но Птолемей Керавн, сын Птолемея, убил Селевка и захватил македонский трон. Антигон решил, что настало время вернуть царство отца, но когда он двинулся на север, Птолемей Керавн нанес поражение его армии. Однако успех Птолемея был недолгим. Зимой 279 года до н.э. на Македонию с севера обрушилась огромная орда галлов во главе с Бренном, разгромившая армию Птолемея и убившая его в бою, что привело к двум годам полной анархии в королевстве. После разграбления Македонии галлы вторглись в другие области Греции, продвигаясь на юг. Антигон сотрудничал в обороне Греции от варваров, но этолийцы взяли на себя инициативу в разгроме галлов. В 278 году до н.э. греческая армия, включавшая крупный этолийский контингент, остановила галлов у Фермопил и в Дельфах, нанеся им значительные потери и вынудив к отступлению. На следующий год (277 до н.э.) Антигон отплыл к Геллеспонту и высадился близ Лисимахии в узком месте Фракийского Херсонеса. Когда появилась армия галлов под командованием Церетрия, Антигон устроил засаду. Он покинул лагерь, выбросил корабли на берег и спрятал своих воинов. Галлы разграбили лагерь, но когда они попытались атаковать корабли, армия Антигона внезапно появилась, заперев их между морем и своими войсками. Таким образом, Антигон одержал решительную победу в битве при Лисимахии, укрепив свои притязания на македонский трон. Примерно в это же время, под благоприятным предзнаменованием, племянница Антигона, его жена Фила, родила ему сына и наследника, Деметрия II Этолийского.

Завоевание македонского престола

Состене, македонский дворянин, сумел в определенной степени сдержать кельтов, но именно Антигон окончательно разгромил их при Лисимахии и освободил македонцев от долгих лет террора, бедствий и безвластия. Как сын Димитрия, правившего Македонией несколько лет, Антигон имел законное право на македонский престол и теперь воспринимался как её спаситель. После победы над кельтами Антигон направился к Македонии и вынужден был пробиваться в страну, поскольку другие всё ещё претендовали на трон. Сначала Антигон разбил Антипатра Этезия, племянника Кассандра, затем изгнал из страны Птолемея Эпигона, сына Лисимаха и Арсинои. Были и другие претенденты – Александр и Арридей, возможно, один и тот же человек. Победив их, Антигон столкнулся с последней проблемой – Аполлодором, тираном Кассандрии. Антигон осаждал Кассандрию десять месяцев, но не смог вытеснить Аполлодора и его сторонников. Тогда Антигон прибегнул к обману: он отступил с войском и послал одного из своих наемных военачальников, Амения Фокийца, на переговоры с Аполлодором. Во время переговоров Амений приказал двум тысячам своих воинов внезапно атаковать город, используя специально изготовленные лестницы нужной высоты. Они захватили стены и призвали Антигона. Таким образом, к концу 276 года до н.э. Антигон установил контроль над большей частью Македонии.

Антигон против Пирра

Пирр, царь Эпира, западный сосед Македонии, был полководцем выдающихся способностей, широко известным своей храбростью, но он не применял свои таланты с рассудком и часто гнался за тщетными надеждами, так что Антигон сравнивал его с игроком в кости, у которого отличные броски, но он не знал, как их использовать. Когда галлы разбили Птолемея Керавна и македонский престол остался вакантным, Пирр был занят заморскими походами. Надеясь сначала завоевать Италию, а затем Африку, он вступил в войны с Римом и Карфагеном, двумя сильнейшими державами в западном Средиземноморье. Затем он потерял поддержку греческих городов в Италии и Сицилии из-за своей надменности. Нуждаясь в подкреплениях, он написал Антигону, как другому греческому царю, прося о войсках и деньгах, но Антигон вежливо отказал. В 275 г. до н.э. римляне сразились с Пирром при Беневентуме, битва закончилась без явного победителя, хотя многие современные источники ошибочно утверждают, что Пирр проиграл сражение. Пирр был измотан недавними войнами на Сицилии и более ранними «пирровыми победами» над римлянами, и поэтому решил завершить свою кампанию в Италии и вернуться в Эпир. Однако отступление Пирра из Италии оказалось крайне невыгодным для Антигона. Вернувшись в Эпир с армией в восемь тысяч пехотинцев и пятьсот всадников, он нуждался в деньгах, чтобы заплатить им. Это побудило его искать новую войну, и в следующем году, добавив к своей армии отряд галльских наемников, он вторгся в Македонию с намерением наполнить свои сокровищницы добычей. Однако кампания прошла лучше, чем ожидалось. Став хозяином нескольких городов и получив пополнение в две тысячи дезертиров, его надежды возросли, и он отправился на поиски Антигона, атаковав его армию в узком проходе и повергнув ее в беспорядок в битве у реки Аос. Македонские войска Антигона отступили, но его собственный отряд галльских наемников, отвечавших за его слонов, устоял, пока войска Пирра не окружили их, после чего они сдались вместе со слонами. Пирр теперь преследовал остальную часть армии Антигона, которая, деморализованная предыдущим поражением, отказалась сражаться. Когда две армии выстроились друг против друга, Пирр назвал по именам офицеров и убедил всю пехоту дезертировать. Антигон скрыл свою личность и бежал. Пирр взял под контроль Верхнюю Македонию и Фессалию, а Антигон удержал прибрежные города. Но Пирр напрасно растратил свою победу. Захватив Эгеи, древнюю столицу Македонии, он разместил там гарнизон из галлов, которые сильно оскорбили македонцев, раскапывая царские гробницы и разбрасывая кости в поисках золота. Он также не добил своего врага. Оставив его у прибрежных городов, он ограничился оскорблениями. Он назвал Антигона бесстыдным за то, что тот все еще носит пурпур, но мало что сделал, чтобы уничтожить остатки его власти. Не закончив эту кампанию, Пирр начал новую. В 272 г. до н.э. Клеоним, влиятельный спартанец, пригласил его вторгнуться в Лаконию. Собрав армию в двадцать пять тысяч пехотинцев, две тысячи всадников и двадцать четыре слона, он переправился на Пелопоннес и занял Мегалополис в Аркадии. Антигон, вновь заняв часть Македонии, собрал все силы, которые мог, и отплыл в Грецию, чтобы противостоять ему. Поскольку большая часть спартанской армии во главе с царем Ареем в то время находилась на Крите, Пирр осадил Спарту, надеясь легко взять город, но горожане оказали ожесточенное сопротивление, позволив одному из командиров Антигона, Аминию Фокийцу, достичь города с отрядом наемников из Коринфа. Вскоре после этого спартанский царь Арей вернулся с Крита с 2000 воинов. Эти подкрепления укрепили сопротивление, и Пирр, обнаружив, что каждый день теряет людей из-за дезертирства, прекратил атаку и начал грабить страну. Самым важным городом Пелопоннеса после Спарты был Аргос. Два главных человека, Аристипп и Аристос, были непримиримыми соперниками. Поскольку Аристипп был союзником Антигона, Аристос пригласил Пирра прийти в Аргос, чтобы помочь ему захватить город. Антигон, узнав, что Пирр приближается к Аргосу, также отправил туда свою армию, заняв сильную позицию на холме недалеко от города. Когда Пирр узнал об этом, он расположился лагерем около Науплии и на следующий день послал вестника к Антигону, назвав его трусом и вызвав спуститься и сразиться на равнине. Антигон ответил, что выберет подходящий момент для битвы и что если Пирр устал от жизни, он найдет много способов умереть. Аргосцы, опасаясь, что их земля станет полем битвы, отправили делегации к обоим царям с просьбой уйти и позволить их городу остаться нейтральным. Оба царя согласились, но Антигон завоевал доверие аргосцев, отдав своего сына в заложники в качестве гарантии своего обещания. Пирр, недавно потерявший сына при отступлении из Спарты, этого не сделал. На самом деле, с помощью Аристоса он замышлял захватить город. Среди ночи он повел свою армию к городским стенам и вошел через ворота, которые открыл Аристос. Его галльские войска захватили рыночную площадь, но ему было трудно провести слонов через узкие ворота. Это дало аргосцам время собраться с силами. Они заняли ключевые позиции и послали гонцов с просьбой о помощи к Антигону. Когда Антигон услышал, что Пирр вероломно напал на город, он подошел к стенам и отправил сильный отряд внутрь, чтобы помочь аргосцам. В то же время Арей прибыл с отрядом в 1000 критских и спартанских легковооруженных воинов. Эти силы атаковали галлов на рыночной площади. Пирр, поняв, что его галльские войска испытывают трудности, двинул в город дополнительные войска, но в узких улицах это быстро привело к путанице, люди заблудились и бродили кругами. Обе стороны приостановили бой и дождались рассвета. Когда взошло солнце, Пирр увидел силу сопротивления и решил, что лучше отступить. Опасаясь, что ворота слишком узкие для легкого выхода его войск, он послал сообщение своему сыну, Гелену, который находился снаружи с основной частью армии, приказав разрушить часть стены. Однако гонец не передал инструкции четко. Неправильно поняв, что требуется, Гелен привел остальных слонов и отборные войска и вошел в город, чтобы помочь своему отцу. С одними войсками, пытающимися выйти из города, а другими – войти, армия Пирра была ввергнута в хаос. Ситуацию усугубили слоны. Самый крупный упал поперек ворот и преградил путь, а другой слон, по имени Никон, пытался найти своего погонщика. Зверь бросился сквозь толпу беглецов, сокрушая друзей и врагов, пока не нашел своего мертвого хозяина, после чего поднял его, положил на бивни и помчался в ярости. В этой суматохе Пирр был сбит черепицей, брошенной старой женщиной, и убит Зопиром, воином Антигона. Гальцион, один из сыновей Антигона, услышал, что Пирр убит. Взяв отрубленную Зопиром голову, он поскакал к своему отцу и бросил ее к его ногам. Антигон, вместо того чтобы возрадоваться, рассердился на своего сына, ударил его, назвав варваром, и отогнал. Затем он закрыл лицо плащом и разрыдался. Судьба Пирра слишком ярко напомнила ему о трагической судьбе его деда и отца, которые пережили подобные перемены в удаче. Затем он приказал с почестями кремировать тело Пирра. После смерти Пирра вся его армия и лагерь сдались Антигону, значительно увеличив его власть. Позже Гальцион обнаружил Гелена, сына Пирра, переодетого в лохмотья. Он отнесся к нему с добротой и привел к своему отцу, который…

Кремонидская война

С восстановлением территорий, отнятых у него Пирром, а также благодаря благодарным союзникам в Спарте и Аргосе и гарнизонам в Коринфе и других городах, Антигон прочно контролировал Македонию и Грецию. Забота, с которой он оберегал свою власть, показывает, что он стремился избежать перемен судьбы, которые сопровождали карьеры его отца и деда. Понимая, что греки ценят свободу и автономию, он старался предоставлять им видимость этого, не ущемляя при этом своей власти. Кроме того, он избегал неприязни, возникающей при прямом правлении, управляя греками через посредников. Именно поэтому Полибий говорит: «Никто не устанавливал в Греции более абсолютных правителей, чем Антигон». Тираны, установленные или поддерживаемые Гонатом, включают: Клеон (Сикион, ок. 300–280 гг. до н.э.), Эвтидем и Тимоклеида (Сикион, ок. 280–270 гг. до н.э.), Исея (Кериния, ушел в отставку в 275 г. до н.э.), Аристотима (Элида, убит в 272 г. до н.э.), Аристиппа Старшего (Аргос, с 272 г. до н.э.), Абантида (Сикион, 264–252 гг. до н.э.), Аристодема Доброго (Мегалополь, убит в 252 г. до н.э.), Пасея (Сикион, 252–251 гг. до н.э.), Никокла (Сикион, 251 г. до н.э.), Аристомаха (Аргос, убит в 240 г. до н.э.), Лидиада (Мегалополь, ок. 245–235 гг. до н.э.) и Аристиппа (Аргос, 240–235 гг. до н.э.). Следующий этап карьеры Антигона не задокументирован, и то, что нам известно, собрано из нескольких исторических фрагментов: Антигон, по-видимому, поддерживал хорошие отношения с Антиохом, правителем Селевкидов в Азии, чья любовь к Стратонике, сестре Антигона, широко известна. Такой союз, естественно, угрожал третьему государству-преемнику, Птолемеевскому Египту. В Греции Афины и Спарта, некогда доминирующие государства, справедливо негодовали против господства Антигона. Гордость, которая в прошлом делала эти города смертельными врагами, теперь служила причиной их объединения. В 267 г. до н.э., вероятно, при поддержке Египта, афинянин по имени Хремонид убедил афинян присоединиться к спартанцам в объявлении войны Антигону (см. Хремонидская война). В ответ македонский царь разорил территорию Афин с армией, одновременно блокируя их с моря. В ходе этой кампании он также разрушил рощу и храм Посейдона, расположенные у входа в Аттику, недалеко от границы с Мегарой. Чтобы поддержать афинян и не допустить усиления власти Антигона, царь Египта Птолемей II Филадельф отправил флот для прорыва блокады. Египетский адмирал Патрокл высадился на небольшой необитаемый остров возле Лаврия и укрепил его в качестве базы для военно-морских операций. Селевкидская империя заключила мирный договор с Египтом, но зять Антиоха, царь Кирены Магас, убедил Антиоха воспользоваться войной в Греции, чтобы напасть на Египет. Чтобы противостоять этому, Птолемей отправил отряд пиратов и фрибутьеров для совершения набегов и атак на земли и провинции Антиоха, в то время как его армия вела оборонительную кампанию, сдерживая более сильную армию Селевкидов. Хотя Птолемей II успешно защищал Египет, он не смог спасти Афины от Антигона. В 263/2 или 262/1 гг. до н.э. афиняне и спартанцы, измученные многолетней войной и разрушением своих земель, заключили мир с Антигоном, который таким образом сохранил свою власть над Грецией. Птолемей II продолжал вмешиваться в дела Греции, что привело к войне в 261 г. до н.э. После двух лет, в течение которых мало что изменилось, Антиох II Тео, новый царь Селевкидов, заключил военное соглашение с Антигоном, и началась Вторая сирийская война. Под совместным натиском Египет потерял позиции в Анатолии и Финикии, а город Милет, удерживаемый его союзником Тимархом, был захвачен Антиохом II. В 255 г. до н.э. Птолемей заключил мир, уступив земли Селевкидам и подтвердив господство Антигона над Грецией. Однако два года спустя египтяне снова вмешались, подкупом побудив македонского наместника Коринфа и Эвбеи Александра, сына Кратера, бросить вызов своему царю, стремясь к независимости в качестве тирана. Восстание Александра было самой серьезной угрозой македонской гегемонии в Греции, и поскольку военные усилия Антигона не увенчались успехом, он, вероятно, решил отравить предателя в 247 г. до н.э. Предложив брак со своим наследником Димитрием II Этолийским, Антигон принял вдову Никею и восстановил контроль над Коринфом зимой 245/44 гг. до н.э.

Антигон против Арата

Успешно отразив внешнюю угрозу своей власти над Грецией, главная опасность для власти Антигона заключалась в греческой любви к свободе. В 251 году до н.э. Арат, молодой дворянин из города Сикион, изгнал тирана Никокла, который правил с согласия Антигона, освободил народ и вернул изгнанников. Это привело к смуте и разделению в городе. Опасаясь, что Антигон воспользуется этими разногласиями для нападения на город, Арат обратился с просьбой о присоединении Сикиона к Ахайскому союзу – союзу нескольких небольших ахейских городов на Пелопоннесе. Предпочитая хитрость военной силе, Антигон попытался вернуть контроль над Сикионом, переманив молодого человека на свою сторону. В качестве подарка он послал ему 25 талантов, но Арат, вместо того чтобы поддаться соблазну богатства, немедленно раздал их своим согражданам. С помощью этих денег и другой суммы, полученной от Птолемея II Филадельфа, он смог примирить враждующие стороны в Сикионе и объединить город. Антигон был обеспокоен растущим влиянием и популярностью Арата. Если бы тот получил значительную военную и финансовую поддержку от Птолемея, Арат мог бы угрожать его положению. Поэтому он решил либо переманить его на свою сторону, либо, по крайней мере, дискредитировать его в глазах Птолемея. Для этого он оказал ему знаки особого расположения. Когда он приносил жертвы богам в Коринфе, он отправил часть жертвенного мяса Арату в Сикион и, в присутствии своих гостей, похвалил его: «Я полагал, что этот сикионский юноша любит лишь свободу и своих сограждан, но теперь вижу в нем хорошего судью нравов и поступков царей. Ибо прежде он презирал нас, а надежды возлагал на египтян, много слыша о их слонах, флоте и дворцах. Но, увидев все это вблизи и поняв, что это лишь театральные декорации и показная роскошь, он теперь перешел к нам. И я охотно принимаю его и, намереваясь широко использовать его услуги, повелеваю вам считать его другом». Многие охотно поверили этим словам, и когда они дошли до Птолемея, он отнесся к ним с недоверием. Однако Арат не собирался становиться другом Антигона, которого он считал угнетателем свободы своего города. В 243 году до н.э., в ночной атаке, он захватил Акрокоринф – стратегически важную крепость, с помощью которой Антигон контролировал Коринфский перешеек и, следовательно, Пелопоннес. Известие об этом успехе быстро достигло Коринфа, где коринфяне восстали, свергли сторонников Антигона и присоединились к Ахайскому союзу. Затем Арат захватил порт Лехеон и взял 25 кораблей Антигона. Этот удар по Антигону вызвал всеобщее восстание против македонской власти. Мегарийцы восстали и вместе с троезенцами и эпидаврийцами вступили в Ахайский союз. С этой новой силой Арат вторгся на территорию Афин и разграбил Саламис. Каждого захваченного афинянина он отправлял обратно к афинянам без выкупа, чтобы побудить их присоединиться к восстанию. Однако македонцы сохранили контроль над Афинами и остальной Грецией.

Отношения с философами

Антигон окружил себя при дворе кругом выдающихся интеллектуалов и философов. Его неоднократно упоминал Диоген Лаэрций в «Жизни и изречениях знаменитых философов» в связи с различными философами, особенно с представителями мегарской, пирронистской, кинической и стоической школ. Сообщается, что «многие стремились к расположению Антигона и шли к нему навстречу, когда он приезжал в Афины», и что после одного морского сражения, имя которого не сохранилось, многие афиняне приходили к Антигону или писали ему льстивые письма. Мегарский философ Евфант обучал Антигона «и посвятил ему труд «О царствовании», пользовавшийся большой популярностью». Также известно, что Антигон советовался с Менедемом из Эретрии, известным последователем школы Федона, о том, стоит ли посещать пир. Антигон также был знаком с философом-пирронистом Тимоном из Флиунта. И Менедем, и Тимон ранее учились в мегарской школе. Когда эклектичный философ Бион из Бористена, известный своими взглядами, близкими к киникам, заболел, Антигон отправил к нему двух слуг в качестве сиделок, а сам, по преданию, позже навещал его. Однако в конечном итоге Антигон наиболее тесно стал ассоциироваться со стоиками. Зенон из Китиона изучал философию у мегарийцев и киников, прежде чем основать стоическую школу, и особенно сблизился с Антигоном. Сообщается, что «Антигон (Гонат) также выделял его [Зенона], и всякий раз, приезжая в Афины, слушал его лекции и часто приглашал ко двору». Диоген Лаэрций приводит краткую переписку между Зеноном и Антигоном, в которой последний просил стоика посещать его двор и помогать ему в совершенствовании добродетели ради блага македонского народа. В то время Зенон был слишком слаб и болен для путешествий, поэтому вместо него он отправил двух своих лучших учеников – Персея и Филонида из Фив, которые впоследствии жили при дворе Антигона. Однажды, желая испытать Персея, Антигон, когда тот находился при его дворе, приказал сообщить ему ложную весть о том, что его имение было разграблено врагом, и, увидев, как изменилось его лицо, сказал: «Видишь ли ты, что богатство не является чем-то безразличным?» Персей впоследствии стал важной фигурой при македонском дворе. После захвата Коринфа около 244 г. до н.э. Антигон назначил Персея архонтом города. Персей погиб в 243 г. до н.э., защищая город от нападения, предпринятого Аратом Сикионским. После смерти Зенона Антигон, по преданию, воскликнул: «Какую я потерял аудиторию!». Антигон впоследствии подарил три тысячи драхм Клеанту, преемнику Зенона во главе Стои, лекции которого он также посещал. Поэт Арат, также изучавший стоицизм у Зенона, жил при дворе Антигона.

Отношения с Индией

Антигон упоминается в Эдиктах Ашоки как один из адресатов буддийской миссионерской деятельности индийского императора Ашоки.

Смерть и оценка

В 239 году до н.э. Антигон умер в возрасте 80 лет и оставил свое царство сыну, Димитрию II, который правил следующие 10 лет. За исключением короткого периода, когда он разгромил галлов, Антигон не был ни выдающимся, ни успешным военачальником. Его сильные стороны заключались главным образом в политике. Он предпочитал добиваться своих целей хитростью, терпением и упорством. В то время как более амбициозные правители, такие как его отец Деметрий и сосед Пирр, стремились к большему и терпели крах, Антигон обеспечил себе определенный уровень стабильности. Также говорят, что он завоевал привязанность подданных благодаря своей честности и покровительству искусству, которое осуществлял, привлекая к своему двору известных деятелей литературы, особенно философов, поэтов и историков. Считается, что его гробница находится в Вергине.

Прием

Жизнь Антигоны послужила основой для сюжета либретто «Антигона» Пьетро Метастазио, впервые положенного на музыку Иоганном Адольфом Хассе в 1744 году. Как и большинство либретто Метастазио, «Антигона» была использована многими другими композиторами XVIII века, в том числе Кристофом Виллибальдом Глюком в 1756 году и Йозефом Мысливечеком в 1780 году.