Введение

Группа американских эмигрантов XIX века, оказавшихся в ловушке в горах Сьерра-Невады.

Партия Доннера, иногда называемая Партией Доннера-Рида, была группой американских пионеров, которые отправились в Калифорнию в караване из Среднего Запада. Задержанные множеством несчастий, они провели зиму 1846–1847 годов, заблокированными снегом в горной цепи Сьерра-Невады. Некоторые из мигрантов прибегли к каннибализму, чтобы выжить, поедая в основном тела тех, кто умер от голода, болезней или сильного холода, но в одном случае два индейских проводника были намеренно убиты с этой целью. Партия Доннера сформировалась в Спрингфилде, штат Иллинойс, и отправилась из Индипенденс, штат Миссури, по Орегонской тропе весной 1846 года, вслед за многими другими семьями пионеров, стремившимися совершить такое же путешествие на запад. Обычно дорога на запад занимала от четырех до шести месяцев, но продвижение Партии Доннера замедлилось после решения последовать новому маршруту, известному как "Обход Гастингса", который избегал устоявшихся троп и вместо этого пересекал хребет Васатч в Скалистых горах и пустыню Большого Соляного озера на территории современной Юты. Суровая и пересеченная местность, а также трудности, с которыми они столкнулись позже при путешествии вдоль реки Гумбольдт на территории современной Невады, привели к потере значительного количества скота и повозок, и вскоре в группе возникли разногласия. К началу ноября мигранты достигли Сьерра-Невады, но оказались в ловушке из-за раннего и обильного снегопада в районе озера Трукки (ныне озеро Доннер), расположенного высоко в горах. Их запасы продовольствия опасно истощились, и в середине декабря часть группы отправилась пешком на поиски помощи. Спасатели из Калифорнии пытались добраться до мигрантов, но первая группа помощи прибыла только в середине февраля 1847 года, почти через четыре месяца после того, как караван оказался в ловушке. Из 87 членов партии выжили 48 человек. Историки описывают этот эпизод как одну из самых трагических и захватывающих историй в истории Калифорнии и всей американской западной миграции.

Предыстория

В 1840-х годах в Соединенных Штатах наблюдался резкий рост числа поселенцев, покинувших свои дома на востоке, чтобы переселиться на территорию Орегона или в Калифорнию, которые в то время были доступны лишь долгим морским путешествием или сложным сухопутным переходом через американские земли. Некоторые, такие как Патрик Брин, видели в Калифорнии место, где они смогут свободно жить в полностью католической культуре; другие привлекались растущими экономическими возможностями Запада или вдохновлялись идеей «manifest destiny» – убеждением, что земля между Атлантическим и Тихим океанами принадлежит европейским американцам, и они должны ее заселить. Большинство обозов следовали маршрутом Орегонской тропы, начиная путь в Индипенденсе, штат Миссури, и направляясь к водоразделу Америки, преодолевая около 24 километров в день в путешествии, которое обычно занимало от четырех до шести месяцев. Тропа в основном шла вдоль рек к Саут-Пассу – горному перевалу в современном Вайоминге, который был относительно легко преодолим для обозов. Оттуда пионеры могли выбирать маршруты к своим пунктам назначения. Лансфорд Гастингс, один из первых переселенцев с Огайо на Запад, отправился в Калифорнию в 1842 году и увидел перспективы неразвитой страны. Чтобы привлечь поселенцев, он опубликовал «Руководство эмигрантов по Орегону и Калифорнии». К 1846 году Гастингс был вторым из двух задокументированных людей, пересекших южную часть пустыни Большого Соляного озера, однако ни один из них не был с обозом. Пожалуй, самым сложным участком пути в Калифорнию были последние 161 километр через Сьерра-Неваду. Этот горный хребет включает 500 отдельных вершин высотой более 3658 метров, и из-за своей высоты и близости к Тихому океану здесь выпадает больше снега, чем в большинстве других горных систем Северной Америки. Восточный склон хребта, Сьерра-Эскарпмент, также известен своей крутизной. После того, как обоз покидал Миссури, чтобы пересечь огромную дикую местность в Орегон или Калифорнию, выбор времени был критически важен, чтобы не оказаться в грязи, вызванной весенними дождями, или в огромных снежных заносах в горах, которые начинались с сентября. Путешествие в подходящее время года также было необходимо, чтобы лошади и волы имели достаточно весенней травы.

Семьи

Весной 1846 года почти 500 повозок отправились на запад из Индипенденс. 12 мая, в конце обоза, выехала группа из девяти повозок, включавшая 32 члена семей Рид и Доннер, а также наемных работников. Джордж Доннер, родившийся в Северной Каролине, постепенно перебрался на запад в Кентукки, Индиану и Иллинойс, с годичным пребыванием в Техасе. К началу 1846 года ему было около 60 лет, и он жил недалеко от Спрингфилда, штат Иллинойс. С ним были его жена, 44-летняя Тамзен, их три дочери – Фрэнсис (6 лет), Джорджия (4 года) и Элиза (3 года), а также дочери Джорджа от предыдущего брака: Элита (14 лет) и Лианна (12 лет). Младший брат Джорджа, Джейкоб (56 лет), также присоединился к группе со своей женой Элизабет (45 лет), пасынками Соломоном Хуком (14 лет) и Уильямом Хуком (12 лет) и пятью детьми: Джорджем (9 лет), Мэри (7 лет), Исааком (6 лет), Льюисом (4 года) и Самуэлем (1 год). Вместе с братьями Доннер путешествовали возчики Хайрам О. Миллер (29 лет), Сэмюэл Шумейкер (25 лет), Ной Джеймс (16 лет), Чарльз Бергер (30 лет), Джон Дентон (28 лет) и Август Спитцер (30 лет). Джеймс Ф. Рид (45 лет) эмигрировал из Ирландии со своей вдовой матерью в детстве и переехал в Иллинойс в 1820-х годах. Его сопровождали в путешествии жена Маргрет (32 года), падчерица Вирджиния (13 лет), дочь Марта Джейн ("Пэтти", 8 лет), сыновья Джеймс и Томас (5 и 3 года) и Сара Кис, мать Маргрет. Кис находилась на поздней стадии чахотки (туберкулеза) и умерла в лагере, который они назвали Alcove Springs. Она была похоронена неподалеку, в стороне от тропы, с серым камнем, на котором было высечено: "Миссис Сара Кис, умерла 29 мая 1846 года, в возрасте 70 лет". Помимо финансовых забот, Рид надеялся, что климат Калифорнии поможет Маргрет, которая долгое время страдала от недуга. В течение недели после отъезда из Индипенденс Риды и Доннеры присоединились к группе из 50 повозок, номинально возглавляемой Уильямом Г. Расселом. К 16 июня обоз прошел 450 миль (724 км), до форта Ларами оставалось 200 миль (322 км). Их задержали дожди и поднявшаяся река, но Тамзен Доннер написала подруге в Спрингфилде: "Если я не испытаю чего-то гораздо худшего, чем то, что уже пережила, я скажу, что все трудности заключались в начале пути". Молодая Вирджиния Рид вспоминала спустя годы, что в начале путешествия она была "совершенно счастлива". По пути к ним присоединились другие семьи. Левина Мерфи (37 лет), вдова из Теннесси, возглавляла семью из тринадцати человек. Ее пять младших детей были: Джон Ландрам (16 лет), Мериам ("Мэри", 14 лет), Лемуэль (12 лет), Уильям (10 лет) и Саймон (8 лет). Вместе с ней отправились две замужние дочери Левины и их семьи: Сара Мерфи Фостер (19 лет), ее муж Уильям М. (30 лет) и сын Иеремия Джордж (1 год); Харриет Мерфи Пайк (18 лет), ее муж Уильям М. (32 года) и их дочери Наоми (3 года) и Кэтрин (1 год). Уильям Г. Эдди (28 лет), мастер по изготовлению повозок из Иллинойса, привез с собой свою жену Элеонору (25 лет) и двоих детей, Джеймса (3 года) и Маргарет (1 год). Семья Брин состояла из Патрика Брина (51 год), фермера из Айовы, его жены Маргарет ("Пегги", 40 лет) и семи детей: Джона (14 лет), Эдварда (13 лет), Патрика-младшего (9 лет), Саймона (8 лет), Джеймса (5 лет), Питера (3 года) и 11-месячной Изабеллы. С ними путешествовал их сосед, 40-летний холостяк Патрик Долан. К ним присоединился немецкий иммигрант Льюис Кесберг (32 года) с женой Элизабет Филиппин (22 года) и дочерью Адой (2 года); сын Льюис-младший родился в пути. Два молодых холостяка по имени Спитцер и Райнхардт путешествовали с другой немецкой парой, Вольфингерами, о которых ходили слухи, что они богаты; у них также был наемный возчик, "голландский Чарли" Бергер. С ними ехал пожилой мужчина по имени Хардкоуп. Люк Халлоран, молодой человек, больной чахоткой, больше не мог ездить верхом; семьи, с которыми он путешествовал, больше не имели средств для его содержания. Его приютил Джордж Доннер у реки Литл Сэнди и позволил ехать в их повозке.

Ограничение по Гастингсу

Чтобы продвинуть свой новый маршрут ("Хэстингс Котфф"), Лансфорд Хейстингс отправлял гонцов с письмами для путешествующих переселенцев. 12 июля Риды и Доннеры получили одно из таких писем. Хейстингс предупредил переселенцев о возможном противодействии со стороны мексиканских властей в Калифорнии и посоветовал объединяться в большие группы. Он также утверждал, что "разработал новую и лучшую дорогу в Калифорнию" и пообещал ждать в Форт-Бридже, чтобы провести переселенцев по новому пути. 20 июля, у реки Литтл-Сэнди, большая часть обоза предпочла следовать по устоявшемуся маршруту через Форт-Холл. Меньшая группа решила направиться в Форт-Бриджер и нуждалась в проводнике. Большинство молодых людей в этой группе были европейскими иммигрантами и не считались подходящими кандидатами на роль лидера. Джеймс Рид долго жил в США, был старше и имел военный опыт, но его властный характер раздражал многих в обозе, и они видели в нем аристократа, надменного и склонного к показной роскоши. Напротив, зрелый, опытный и уроженец Америки Доннер, отличавшийся миролюбием и благотворительностью, был для группы очевидным выбором. Хотя члены обоза были достаточно обеспечены по тем временам, большинство из них не имели опыта длительных и трудных путешествий по суше. Журналист Эдвин Брайант достиг Блэкс-Форка за неделю до партии Доннера. Он осмотрел начальный участок маршрута и забеспокоился, что он будет сложным для повозок в группе Доннера, особенно с таким количеством женщин и детей. Он вернулся в Блэкс-Форк, чтобы оставить письма с предупреждением нескольким членам группы не сворачивать на короткий путь Хейстингса. К тому времени, когда партия Доннера прибыла в Блэкс-Форк 27 июля, Хейстингс уже уехал, возглавив сорок повозок обоза Харлан-Янга. В Форт-Ларами Рид встретил старого друга по имени Джеймс Клайман, прибывшего из Калифорнии. Клайман предостерег Рида от выбора пути Хейстингса, заявив, что повозки не смогут по нему проехать, а информация Хейстингса неточна. По словам Торнтона, Тамсен Доннер была "мрачной, печальной и подавленной" при мысли об отклонении от основного маршрута по совету Хейстингса, которого она считала "эгоистичным авантюристом". 31 июля 1846 года партия Доннера покинула Блэкс-Форк после четырех дней отдыха и ремонта повозок, отставая на одиннадцать дней от ведущего обоза Харлан-Янга. Доннер нанял нового возчика, и к компании присоединилась семья МакКатчен, состоящая из Уильяма (30 лет), его жены Аманды (24 года), их двухлетней дочери Гарриет и шестнадцатилетнего Жана-Батиста Трюдо из Нью-Мексико, который утверждал, что хорошо знает местность и коренное население на пути в Калифорнию.

Диапазон Уосач

Партия повернула на юг, чтобы следовать по Разрезу Гастингса. Через несколько дней они обнаружили, что местность намного сложнее, чем было описано. Водителям приходилось блокировать колёса повозок, чтобы предотвратить скатывание по крутым склонам. Несколько лет движения по основной Орегонской тропе проложили лёгкий и очевидный путь, в то время как Разрез было сложнее найти. Гастингс писал инструкции и оставлял письма, прикреплённые к деревьям. 6 августа партия нашла письмо от него, в котором он советовал им остановиться, пока он не сможет показать им альтернативный маршрут, отличный от того, что выбрала партия Харлана — Янга. Рид, Чарльз Т. Стентон и Уильям Пайк поехали вперёд, чтобы найти Гастингса. Они столкнулись с крайне сложными каньонами, где приходилось передвигать валуны и опасно прорубать стены к реке внизу — маршрут, способный сломать повозки. В своём письме Гастингс предлагал провести партию Доннера в обход наиболее сложных участков, но он вернулся лишь частично, указав лишь общее направление. Стентон и Пайк остановились отдохнуть, а Рид вернулся к группе один, прибыв через четыре дня после её отъезда. Без обещанного проводника группе пришлось решить, вернуться ли и присоединиться к традиционной тропе, следовать по следам партии Харлана — Янга через сложную местность каньона Вебера или проложить свою собственную тропу в направлении, рекомендованном Гастингсом. По настоянию Рида группа выбрала новый маршрут Гастингса. Их продвижение замедлилось примерно до дня пути. Все трудоспособные мужчины должны были расчищать кустарник, валить деревья и перетаскивать камни, чтобы освободить место для повозок. Когда партия Доннера пересекала хребет Уосатч в Скалистых горах, семья Грейвзов, отправившаяся на их поиски, догнала их. В неё входили Франклин Уорд Грейвз (57 лет), его жена Элизабет (45 лет), их дети Мэри (20 лет), Уильям (18 лет), Элеонора (15 лет), Ловина (13 лет), Нэнси (9 лет), Джонатан (7 лет), Франклин-младший (5 лет), Элизабет (1 год) и замужняя дочь Сара (22 года), а также зять Джей Фосьдик (23 года) и 25-летний возчик по имени Джон Снайдер, путешествовавшие вместе в трёх повозках. Их прибытие увеличило численность партии Доннера до 87 человек в 60–80 повозках. Семья Грейвзов была частью последней группы, покинувшей Миссури, что подтверждало, что партия Доннера была в конце западного переселения в этом году. К 20 августа они достигли точки в горах, откуда могли видеть Великое Солёное озеро. Ещё почти две недели потребовалось, чтобы выбраться из хребта Уосатч. Мужчины начали спорить, и были высказаны сомнения в мудрости тех, кто выбрал этот маршрут, особенно Рида. У некоторых менее состоятельных семей начали заканчиваться еда и припасы. Стентон и Пайк поехали с Ридом, но потерялись по дороге обратно; когда партия нашла их, до того, как они начнут есть своих лошадей, оставался всего один день.

Пустыня Большого Соляного озера

Люк Холлоран умер от чахотки 25 августа. Через несколько дней партия наткнулась на разорванное и истрепанное письмо от Гастингса. Куски указывали на то, что впереди два дня и две ночи трудного пути без травы и воды. Они дали отдых волам и приготовились к поездке. Спустя 36 часов они отправились в путь, чтобы пересечь гору высотой 305 метров, возвышавшуюся на их пути. С ее вершины они увидели перед собой сухую, бесплодную равнину, идеально плоскую и покрытую белой солью, больше той, которую они только что пересекли. Партия Доннера продолжила движение 30 августа, не имея иного выбора. В жару дня влага из-под соленой корки поднималась на поверхность, превращая ее в липкую массу. Колеса повозок проваливались в нее, в некоторых случаях до ступиц. Дни были нестерпимо жаркими, а ночи – ледяными. Несколько человек из группы видели видения озер и обозов и верили, что наконец-то догнали Гастингса. Через три дня вода закончилась, и некоторые участники партии выпрягли волов из повозок, чтобы отправиться на поиски воды. Некоторые животные были настолько ослаблены, что их оставили привязанными к повозкам и бросили. Девять из десяти волов Рида, обезумев от жажды, вырвались и убежали в пустыню. Многие другие семьи также потеряли скот и лошадей. Тяготы пути привели к непоправимым повреждениям некоторых повозок, но человеческих жизней пока не было потеряно. Вместо обещанных двух дней пути на 64 километра, пересечение 129 километров Большой Соляной пустыни заняло шесть дней. Никто из партии больше не верил в путь Гастингса, когда они пришли в себя у источников на другой стороне пустыни. Несколько дней они пытались найти скот, вернуть брошенные в пустыне повозки и перенести свои продукты и припасы в другие повозки. Семья Рида понесла самые большие потери, и Рид стал более требовательным, попросив все семьи предоставить ему опись своих товаров и продовольствия. Он предложил отправить двух человек в Форт Саттера в Калифорнии; он слышал, что Джон Саттер чрезвычайно щедр к заблудшим пионерам и может помочь им дополнительными припасами. Чарльз Стэнтон и Уильям Маккачен вызвались добровольцами для опасного путешествия. Оставшиеся исправные повозки тянули пестрые команды коров, волов и мулов. Была середина сентября, и два молодых человека, отправившиеся на поиски пропавших волов, сообщили, что впереди еще 64 километра пустыни. Их скот и волы были теперь измождены и тощи, но партия Доннера относительно благополучно пересекла следующий участок пустыни. Путешествие, казалось, становилось легче, особенно через долину у подножия Рубиновых гор. Несмотря на почти ненависть к Гастингсу, у них не было выбора, кроме как следовать его следам, оставленным несколько недель назад. 26 сентября, через два месяца после того, как они свернули с основного пути, партия вернулась на традиционную тропу вдоль ручья, который стал известен как река Гумбольдт. Этот обход, вероятно, задержал их на месяц.

Рид изгнан

Вдоль реки Гумбольдт группа встретила индейцев пайютов, которые присоединились к ним на несколько дней, но украли или застрелили нескольких волов и лошадей. К этому времени был уже конец октября, и семьи Доннеров отделились, чтобы двигаться быстрее. В оставшейся группе запутались две повозки, и Джон Снайдер в ярости избил вола, которым управлял наёмный возчик Рида, Милт Эллиот. Когда Рид вмешался, Снайдер обрушил на него удары рукояткой кнута. Когда жена Рида попыталась вмешаться, она тоже получила удар. Рид в ответ смертельно ударил Снайдера ножом под ключицу. Но Джордж Доннер, глава группы, был уже на целый день впереди основного каравана со своей семьей. Снайдера видели, бьющим Рида, и некоторые утверждали, что он ударил и его жену, но Снайдер пользовался популярностью, а Рид – нет. Кесберг предложил повесить Рида, но в итоге достигли компромисса, позволившего Риду покинуть лагерь без семьи, о которой остальные должны были позаботиться. На следующее утро Рид ушёл один, безоружный, но его падчерица Вирджиния выехала вперёд и тайно снабдила его винтовкой и провизией.

Распад

Испытания, которые партия Доннера до сих пор пережила, привели к разделению на группы, каждая из которых заботилась только о себе и не доверяла остальным. Травы становилось все меньше, а животные постепенно слабели. Чтобы облегчить ношу животных, от всех требовалось идти пешком. Кесберг выгнал Хардкупа из повозки, сказав пожилому человеку, что ему придется идти пешком или умереть. Через несколько дней Хардкуп сидел у ручья, его ноги были настолько распухшие, что потрескались; его больше никто не видел. Уильям Эдди умолял остальных найти его, но они все отказались, поклявшись больше не тратить ресурсы на человека, которому было почти 70 лет. Тем временем Рид догнал Доннеров и продолжил путь с одним из своих возчиков, Уолтером Херроном. Они делили лошадь и могли проходить в день. Остальные члены партии присоединились к Доннерам, но их лишения продолжались. Индейцы прогнали всех лошадей Грейвса, и еще одна повозка осталась позади. Из-за нехватки травы скот разбрелся, что позволило паютам украсть еще 18 голов за одну ночь; спустя несколько дней они застрелили еще 21. К тому времени партия потеряла почти 100 волов и крупного рогатого скота, а их запасы продовольствия были почти полностью истощены. Почти весь его скот был потерян, и Вольфингер остановился у Гумбольдтского оврага, чтобы спрятать (закопать) свою повозку; Райнхардт и Шпитцер остались помочь. Они вернулись без него, сообщив, что на них напали паюты, и он был убит. Впереди лежал еще один участок пустыни. Быков Эдди убили индейцы, и они были вынуждены бросить свою повозку. Семья съела все свои запасы, но другие семьи отказались помогать их детям. Эдди были вынуждены идти пешком, неся детей и страдая от жажды. Маргрет Рид и ее дети также остались без повозки. У партии было мало времени на отдых. Они поспешили пересечь Сьерра-Неваду до наступления снегов. Стентон, один из двух мужчин, отправившихся месяц назад за помощью в Калифорнию, нашел партию; он привез мулов и еду из форта Саттера, а также двух индейских проводников, нанятых Джоном Саттером. Эти мужчины из племени мивок, из района реки Косумнес, были известны по своим католическим именам: Луис и Сальвадор. Стентон также принес известие о том, что Рид и Херрон, хотя и изможденные и голодные, все же добрались до форта Саттера. К этому моменту, по словам Рарика, "измученным, полуголодным членам партии Доннера должно было показаться, что худшее позади. Они уже пережили больше, чем многие переселенцы".

Проход Доннер

Столкнувшись с последним рывком через горы, которые описывались как гораздо более сложные, чем хребет Уосатч, партия Доннера должна была решить, продолжать ли путь или дать отдохнуть скоту. Было 20 октября, и им сказали, что перевал (ныне известный как перевал Доннер) не будет занесен снегом до середины ноября. Уильям Пайк был убит, когда пистолет, который заряжал Уильям Фостер, случайно выстрелил, и это событие, казалось, приняло решение за них: семья за семьей они возобновили свой путь – сначала Брины, затем Кезеберги, Стэнтон с Ридами, Грейвсы и Мёрфи. Доннеры ждали и шли последними. Проехав несколько миль по пересеченной местности, у одной из их повозок сломалась ось. Джейкоб и Джордж отправились в лес, чтобы сделать замену. Джордж Доннер порезал руку, когда вытесывал дерево, но рана казалась неглубокой. Начал выпадать снег. Брины поднялись по "массивному, почти вертикальному склону" высотой 305 метров до озера Трукки (ныне известного как озеро Доннер), в 5 км от вершины перевала, и разбили лагерь возле хижины, построенной двумя годами ранее тремя членами партии Стивенса-Таунсенда-Мерфи. Эдди и Кезеберги присоединились к Бринам, пытаясь преодолеть перевал, но они наткнулись на снежные заносы и не смогли найти тропу. Они повернули обратно к озеру Трукки, и в течение дня все семьи разбили там лагерь, за исключением Доннеров, которые находились в 8 км – в полудневном пути – ниже них. Вечером 4 ноября снова пошел снег.

Зимний лагерь

Шестьдесят членов и соратников семей Брин, Грейвс, Рид, Мерфи, Кесберг и Эдди обустроились на зиму у озера Трукки. Их жилищем стали три разбросанных по окрестностям бревенчатых домика с земляными полами и плоскими, плохо построенными крышами, протекавшими во время дождя. Бринцы заняли один домик, Эдди и Мерфи – другой, а Риды и Грейвсы – третий. Кесберг пристроил навес для своей семьи к стене домика Бринов. Крыши латали холстом или шкурами волов. В домиках не было ни окон, ни дверей, только большие проемы для входа. Из 60 человек, находившихся у озера Трукки, 19 были мужчинами старше 18 лет, 12 – женщинами, а 29 – детьми, шестеро из которых были младенцами или младше. Дальше по тропе, недалеко от Алдер-Крик, семьи Доннеров наспех построили палатки, чтобы разместить 21 человека, включая миссис Вольфингер, ее ребенка и погонщиков Доннеров: шесть мужчин, три женщины и двенадцать детей. Вечером 4 ноября снова пошел снег – начало бури, продолжавшейся восемь дней. К тому времени, как партия обустроилась, от припасов, привезенных Стентоном из форта Саттера, почти ничего не осталось. Волы начали умирать, и их туши замораживали и складывали в кучи. Озеро Трукки еще не замерзло, но пионеры не умели ловить форель. Эдди, самый опытный охотник, убил медведя, но после этого удача отвернулась от него. Семьи Рид и Эдди потеряли почти все. Маргрет Рид обещала заплатить двойную цену по возвращении в Калифорнию за использование трех волов, принадлежавших семьям Грейвс и Брин. Грейвс потребовал с Эдди 25 долларов – обычно стоимость двух здоровых волов – за тушу вола, умершего от голода. В лагере росло отчаяние, и некоторые полагали, что отдельные люди могут преодолеть перевал, где не могли пройти повозки. Они предпринимали несколько попыток небольшими группами, но каждый раз возвращались ни с чем. Еще одна сильная буря, продолжавшаяся более недели, засыпала окрестности настолько глубоким снегом, что скот и лошади – их единственная оставшаяся пища – погибли и были погребены под сугробами. Патрик Брин начал вести дневник 20 ноября. Он в основном записывал данные о погоде, отмечая бури и количество выпавшего снега, но постепенно стал включать в свои записи упоминания о Боге и религии. Жизнь у озера Трукки была невыносимой. В домиках было тесно и грязно, а снег шел так сильно, что люди не могли выходить на улицу по несколько дней. Вскоре их рацион состоял из шкур волов, полоски которых варили, чтобы получить "невкусный" клей, похожий на желе. Кости волов и лошадей варили снова и снова, чтобы приготовить суп, и они становились настолько хрупкими, что крошились при жевании. Иногда их смягчали, обугливая и съедая. Постепенно дети Мерфи разрывали на части ковер из шкуры вола, лежавший перед камином, обжаривали его на огне и ели. После ухода группы на снегоступах две трети поселенцев у озера Трукки были детьми. Миссис Грейвс заботилась о восьми, а Левина Мерфи и Элеонора Эдди вместе – о девяти. Поселенцы ловили и ели мышей, забредавших в их домики. Многие вскоре ослабели и большую часть времени проводили в постели. Иногда кто-то мог совершить целый день похода, чтобы навестить Доннеров. Пришла весть о том, что Джейкоб Доннер и трое наемных рабочих погибли. Один из них, Джозеф Рейнхардт, на смертном одре признался, что убил Вольфингера. Рука Джорджа Доннера была инфицирована, и в лагере Доннеров осталось работать четверо человек. Маргрет Рид сумела сохранить достаточно еды для рождественского супа, что очень обрадовало ее детей, но к январю они столкнулись с голодом и подумывали о том, чтобы съесть шкуры волов, служившие им крышей. Маргрет Рид, Вирджиния Рид, Милт Эллиотт и служанка Элиза Уильямс попытались выйти, полагая, что лучше попытаться принести еду, чем сидеть и смотреть, как дети умирают от голода. Они пробыли четыре дня в снегу, прежде чем им пришлось вернуться. Их домик стал непригодным для жилья; крыша из шкуры вола служила им источником пищи, и семья переехала к Бринам. Слуги переехали жить к другим семьям. Однажды Грейвсы пришли, чтобы взыскать долг с Ридов, и забрали шкуры волов – все, что оставалось семье для еды.

Рид пытается спасти

Джеймс Рид добрался из Сьерра-Невады до Ранчо Джонсон в конце октября. Он был в безопасности и восстанавливался в Форте Саттера, но с каждым днем все больше беспокоился о судьбе своей семьи и друзей. Он умолял полковника Джона С. Фремонта собрать отряд людей, чтобы пересечь перевал и помочь партии. Взамен Рид пообещал присоединиться к войскам Фремонта и сражаться в мексикано-американской войне. К нему присоединился Маккатчен, который не смог вернуться со Стентоном, а также некоторые члены партии Харлана-Янга. Вагонный поезд Харлана-Янга прибыл в Форт Саттера 8 октября, став последним, кому удалось пересечь Сьерра-Неваду в этом сезоне. Отряд, состоящий примерно из 30 лошадей и дюжины человек, вез продовольствие и надеялся найти партию Доннера на западном склоне горы, вдоль реки Беар, ниже крутого подъема к Эмигрант Гэпу, возможно, голодающих, но живых. Прибыв в долину реки, они обнаружили лишь пару пионеров, переселенцев, отставших от своей группы и находившихся на грани голода. Два проводника покинули Рида и Маккатчена, забрав с собой часть лошадей, но они продолжили путь вверх по долине к Юба-Боттомс, пройдя последнюю милю пешком. Рид и Маккатчен стояли, глядя на Эмигрант Гэп, всего в 12 милях (19 км) от вершины, заблокированной снегом, возможно, в тот же день, когда Брины предприняли последнюю попытку преодолеть перевал с восточной стороны. В отчаянии они вернулись в Форт Саттера.

Отклик

Новость о судьбе группы Доннера была распространена на восток Сэмюэлем Браннаном, журналистом и старейшиной Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, который встретил группу спасателей, спускавшихся с перевала с Кезебергом. Сообщения об этих событиях впервые достигли Нью-Йорка в июле 1847 года. Освещение этого события в прессе по всей территории США сильно зависело от общенационального энтузиазма, связанного с западной миграцией. В некоторых газетах новости о трагедии публиковались в небольших заметках, несмотря на распространенную в то время склонность к сенсациям. Ряд газет, в том числе и в Калифорнии, описывали каннибализм в ярких и преувеличенных деталях. В некоторых публикациях члены группы Доннера изображались как герои, а Калифорния – как рай, достойный значительных жертв. Эмиграция на Запад сократилась в последующие годы, но, вероятно, это было вызвано скорее опасениями по поводу исхода продолжающейся мексикано-американской войны, чем предостерегающей историей о группе Доннера. Большая часть сухопутных мигрантов следовала по реке Карсон, но некоторые участники «золотой лихорадки» использовали тот же маршрут, что и группа Доннера, и оставили описания этого места. В конце июня 1847 года солдаты мормонского батальона под командованием генерала Стивена У. Кирни похоронили человеческие останки и частично сожгли две хижины. Те немногие, кто рискнул пересечь перевал в последующие годы, находили кости, другие предметы и хижину, которую использовали семьи Рид и Грейвс. В 1891 году у озера был обнаружен тайник с деньгами, который, вероятно, спрятала миссис Грейвс, поспешно укрыв их, когда отправилась со второй спасательной экспедицией, чтобы вернуться за ними позже. Лансфорду Гастингсу поступали угрозы смерти из-за его роли в этой катастрофе. Один из мигрантов, пересекший границу до группы Доннера, упрекнул его в трудностях, с которыми они столкнулись, на что тот ответил: «Разумеется, он мог лишь выразить сожаление и заверить, что действовал из лучших побуждений».

Выжившие

Из 87 человек, вошедших в горы Васатч, выжили только 48. Неповрежденными остались лишь семьи Рид и Брин. Дети Джейкоба Доннера, Джорджа Доннера и Франклина Грейвза осиротели. Уильям Эдди остался один, большинство членов семьи Мерфи умерли. До Калифорнии добрались лишь три мула, остальные животные погибли. Большинство имущества членов партии Доннера было брошено. Некоторые из овдовевших женщин вновь вышли замуж в течение нескольких месяцев, так как в Калифорнии не хватало невест. Семья Рид поселилась в Сан-Хосе, и двое детей Доннеров жили с ними. Рид преуспел во время Калифорнийской золотой лихорадки и разбогател. Вирджиния написала подробное письмо своему кузену в Иллинойсе о "наших злоключениях на пути в Калифорнию", под редакционным контролем своего отца. Журналист Эдвин Брайант доставил его в июне 1847 года, и оно было опубликовано полностью в Illinois Journal 16 декабря 1847 года с некоторыми редакционными правками. Вирджиния обратилась в католицизм, выполнив обещание, данное ею самой, наблюдая за молитвами Патрика Брина в его хижине. Выжившие из семьи Мерфи поселились в Мэрисвилле, Калифорния (в честь Мэри Мерфи Ковило), а Брин отправились в Сан-Хуан-Баутисту. Семья Брин приобрела Castro Adobe в 1848 году, используя состояние, заработанное шестнадцатилетним Джоном Брином в калифорнийских золотоносных землях, и превратила его в гостиницу. Они стали анонимными героями рассказа Дж. Росса Брауна об его сильном дискомфорте, когда он узнал, что остановился у предполагаемых людоедов, опубликованного в Harper's Magazine в 1862 году. Многие выжившие столкнулись с подобной реакцией. Младшая дочь Брин, Изабелла, родилась зимой 1846–1847 годов и была последней выжившей из партии Доннера. Она умерла в Сан-Франциско 25 марта 1935 года. Детей Джорджа и Тамсен Доннер приютила пожилая пара недалеко от форта Саттера. Элиза была трехлетней зимой 1846–1847 годов, самой младшей из детей Доннера. В 1911 году она опубликовала рассказ о партии Доннера, основанный на печатных источниках и рассказах своих сестер. Дети Грейвсов жили разной жизнью. Мэри Грейвс рано вышла замуж, но ее первого мужа убили. Она готовила еду для его убийцы, пока он находился в тюрьме, чтобы осужденный не умер с голоду перед повешением. Одна из внучек Мэри заметила, что она была очень серьезной; однажды она сказала: "Я хотела бы плакать, но не могу. Если бы я могла забыть эту трагедию, возможно, я бы снова научилась плакать". Ее брат Уильям занимался различными профессиями, вел разнообразный образ жизни, и его племянницы считали его "эксцентричным и вспыльчивым". Он умер в 1907 году и был похоронен в Калистоге. Нэнси Грейвс, которой было девять лет зимой 1846–1847 годов, отказывалась признавать свою причастность, даже когда с ней связывались историки, заинтересованные в записи наиболее точных версий произошедшего. По сообщениям, она не смогла оправиться от своей роли в каннибализме своей матери и брата. Эдди женился снова и создал семью в Калифорнии. Он попытался выполнить свое обещание убить Льюиса Кесберга, но Джеймс Рид и Эдвин Брайант отговорили его. Год спустя Эдди рассказал о своем опыте Джей Куинну Торнтону, который написал самый ранний отчет об этом эпизоде, также используя воспоминания Рида о его участии. Эдди умер в Петалуме 24 декабря 1859 года. Кесберг подал иск о клевете против нескольких членов спасательной группы, обвинивших его в убийстве Тамсен Доннер. Суд присудил ему 1 доллар в качестве компенсации, но также обязал его оплатить судебные издержки. В статье, опубликованной в California Star в 1847 году, действия Кесберга были описаны в жутких выражениях и его почти линчевали члены спасательной группы. В ней сообщалось, что он предпочитал есть человеческое мясо скоту и лошадям, которые обнажились во время весеннего таяния снега. Историк Чарльз Макглашан собрал достаточно материалов, чтобы обвинить Кесберга в убийстве Тамсен Доннер, но после интервью с ним пришел к выводу, что убийства не произошло. Элиза Доннер Хоутон также верила в невиновность Кесберга. С возрастом Кесберг перестал выходить из дома, так как стал изгоем и часто подвергался угрозам. Он сказал Макглашану: "Мне часто кажется, что Всемогущий избрал меня из всех людей на земле, чтобы увидеть, сколько трудностей, страданий и несчастий может вынести человек!"

Наследие

По словам Стюарта, внимание к партии Доннера стало возможным благодаря достоверным свидетельствам произошедшего и тому факту, что "каннибализм, хотя его можно почти назвать незначительным эпизодом, в народном сознании стал главным фактом, который вспоминают о партии Доннера. Табу всегда привлекает с той же силой, что и отталкивает". Привлекательность этих событий, по мнению Джонсона, писавшего в 1996 году, заключается в том, что они сосредоточены на семьях и обычных людях, а не на редких личностях, и в том, что произошедшее – это "ужасная ирония: надежды на процветание, здоровье и новую жизнь в плодородных долинах Калифорнии привели многих лишь к нищете, голоду и смерти у ее каменистых ворот". Место расположения кают стало туристической достопримечательностью уже в 1854 году. В 1880-х годах Чарльз Макглашан начал продвигать идею установки памятника в память о событиях, связанных с партией Доннера. Он помог приобрести землю для памятника, и в июне 1918 года статуя семьи пионеров, посвященная партии Доннера, была установлена на месте, где предположительно стояла кабина Брин Кезеберга. В 1934 году это место было объявлено историческим памятником Калифорнии. В 1927 году штат Калифорния создал Государственный мемориальный парк Доннера. Первоначально он включал в себя территорию вокруг памятника. Двадцать лет спустя был приобретен участок земли, где находилась кабина Мерфи, и он был присоединен к парку. В 1962 году был открыт музей "Тропа эмигрантов", рассказывающий об истории переселения на запад в Калифорнию. Кабина Мерфи и памятник Доннера были объявлены Национальным историческим памятником в 1963 году. Большой камень служил задней стенкой камина в кабине Мерфи, и на нем была установлена бронзовая табличка со списком членов партии Доннера, с указанием выживших и погибших. Штат Калифорния обосновывает увековечивание памяти этого места тем, что произошедшее – это "уникальный и трагический эпизод в американской истории, превратившийся в масштабную народную легенду". По оценкам на 2003 год, парк посещают около 200 000 человек в год.

Смертность

Большинство историков насчитывают 87 членов партии, хотя Стивен МакКарди в журнале Western Journal of Medicine включает Сару Кейс, мать Маргрет Рид, и Луиса и Сальвадора, увеличивая число до 90. Несколько историков и других специалистов изучали смертность, чтобы определить факторы, влияющие на выживаемость людей, испытывающих недостаток питания. Из 15 членов группы, отправившейся на снегоступах, погибло восемь из десяти мужчин, но все пять женщин выжили. Профессор Вашингтонского университета назвал эпизод с партией Доннера "казусом демографически опосредованного естественного отбора в действии". Смерти у озера Трукки, в Алдер-Крик и в группе на снегоступах, вероятно, были вызваны сочетанием продолжительного недоедания, переутомления и воздействия холода. Голод сделал некоторых членов более восприимчивыми к инфекциям, например, Джорджа Доннера, но тремя наиболее значимыми факторами выживания были возраст, пол и размер семейной группы, с которой путешествовал каждый член партии. Выжившие в среднем были моложе умерших на 7,5 лет; дети в возрасте от шести до 14 лет имели значительно более высокую вероятность выжить, чем младенцы и дети до шести лет, из которых 62,5 процента умерли, включая сына, родившегося у Кезебергов в пути, или взрослые старше 35 лет. Ни один взрослый старше 49 лет не выжил. Смертность среди мужчин в возрасте от 20 до 39 лет была "чрезвычайно высокой" – более 66 процентов.

Воспоминания и слухи о каннибализме

Хотя некоторые выжившие оспаривали рассказы о каннибализме, Чарльз МакГлассен, который переписывался со многими выжившими в течение 40 лет, задокументировал множество воспоминаний о том, что это происходило. Некоторые корреспонденты не были откровенны, подходили к своему участию со стыдом, но другие в конце концов говорили об этом свободно. В своей книге 1879 года «История партии Доннера» Макглассен отказался включать некоторые из наиболее жутких деталей — такие как страдания детей и младенцев перед смертью, или как миссис Мерфи, по словам Джорджии Доннер, сдалась, легла на кровать и повернулась лицом к стене, когда последний из детей ушел с третьим отрядом помощи. Он также не упомянул о каннибализме в Алдер-Крик. В том же году, когда была опубликована книга Макглашана, Джорджия Доннер написала ему, чтобы прояснить некоторые моменты, сообщив, что человеческое мясо готовилось для людей в обеих палатках в Алдер-Крик, но, по ее воспоминаниям (ей было четыре года зимой 1846–1847 годов), оно давалось только самым маленьким детям: «Отец плакал и все время не смотрел на нас, и мы, малыши, чувствовали, что ничего не можем с этим поделать. Больше ничего не было». Она также вспомнила, что однажды утром Элизабет Доннер, жена Джейкоба, объявила, что приготовила руку 25-летнего возчика Сэмюэля Шумейкера. Элиза Доннер Хоутон в своем рассказе о пережитом в 1911 году не упоминала о каннибализме в Алдер-Крик. Археологические находки в лагере Алдер-Крик не дали убедительных доказательств каннибализма. Ни одна из костей, найденных у очага в Алдер-Крик, не могла быть с уверенностью идентифицирована как человеческая. По словам Рарика, сохранились бы только обожженные кости, и вряд ли членам партии Доннера понадобилось бы готовить человеческие кости. В 1856 году Элиза Фарнхэм написала о партии Доннера, основываясь в основном на интервью с Маргарет Брин. Ее версия подробно описывает тяготы семей Грейвсов и Бринов после того, как Джеймс Рид и второй отряд помощи оставили их в снежной яме. По словам Фарнхэм, семилетняя Мэри Доннер предложила остальным съесть Исаака Доннера, Франклина Грейвза-младшего и Элизабет Грейвз, потому что Доннеры уже начали есть других в Алдер-Крик, включая отца Мэри, Джейкоба. Маргарет Брин настаивала на том, что она и ее семья не прибегали к каннибализму, но Кристин Джонсон, Итан Рарик и Джозеф Кинг, чьи рассказы сочувствуют семье Брин, считают маловероятным, что Брин, которые девять дней обходились без еды, смогли бы выжить, не употребляя человеческую плоть. Кинг предполагает, что Фарнхэм включила это в свой рассказ независимо от Маргарет Брин. Согласно отчету, опубликованному Х. А. Уайзом в 1847 году, Трюдо хвастался своим героизмом, но также подробно и с ужасом рассказывал о том, как съел Джейкоба Доннера и даже сырое дитя. Много лет спустя Трюдо встретил Элизу Доннер Хоутон и отрицал, что когда-либо кого-либо ел. Он повторил это в интервью газете из Сент-Луиса в 1891 году, когда ему было 60 лет. Хоутон и другие дети Доннера любили Трюдо, и он их, несмотря на их обстоятельства и тот факт, что он в конечном итоге оставил Тамсен Доннер одну. Автор Джордж Стюарт считает, что рассказ Трюдо Уайзу более точен, чем то, что он сказал Хоутон в 1884 году, и утверждал, что он дезертировал из партии Доннера. Кристин Джонсон, напротив, считает, что интервью Трюдо с Уайзом было результатом «обычного подросткового желания быть в центре внимания и шокировать старших»; повзрослев, он пересмотрел свою историю, чтобы не расстраивать Хоутон. Историки Джозеф Кинг и Джек Стийд называют характеристику действий Трюдо, данную Стюартом, как дезертирство, «чрезмерным морализаторством», особенно потому, что все члены партии были вынуждены делать трудный выбор. Итан Рарик поддержал это, написав: «Больше, чем блестящий героизм или запятнанная злоба, партия Доннера — это история о трудных решениях, которые не были ни героическими, ни злодейскими».