Введение
От коммунистического переворота в феврале 1948 года до Бархатной революции 1989 года Чехословакией правила Коммунистическая партия Чехословакии (KSČ). Страна входила в состав Восточного блока и являлась членом Варшавского договора и СЭВ. В период правления Коммунистической партии тысячи чехословаков подверглись политическим преследованиям за различные правонарушения, такие как попытки эмиграции через «железный занавес». Закон 1993 года «О незаконности коммунистического режима и сопротивлении ему» установил, что коммунистическое правительство было незаконным, а Коммунистическая партия Чехословакии – преступной организацией.
From the Communist coup d'état in February 1948 to the Velvet Revolution in 1989, Czechoslovakia was ruled by the Communist Party of Czechoslovakia (, KSČ). The country belonged to the Eastern Bloc and was a member of the Warsaw Pact and of Comecon. During the era of Communist Party rule, thousands of Czechoslovaks faced political persecution for various offences, such as trying to emigrate across the Iron Curtain. The 1993 Act on Lawlessness of the Communist Regime and on Resistance Against It determined that the communist government was illegal and that the Communist Party of Czechoslovakia was a criminal organisation.
Сталинизация
25 февраля 1948 года президент Эдвард Бенеш уступил требованиям коммунистического премьер-министра Клемента Готтвальда и назначил кабинет, в котором доминировали коммунисты. Хотя формально это оставалась коалиция, "некоммунисты" в кабинете в основном были сочувствующими. Это дало законное основание перевороту КПЧ и ознаменовало начало открытого коммунистического правления в Чехословакии. 9 мая Национальное собрание, очищенное от диссидентов, приняло новую конституцию. Она не была полностью коммунистической; поскольку специальный комитет разрабатывал ее в период 1945–1948 годов, она содержала множество либеральных и демократических положений. Однако она отражала реальность коммунистической власти благодаря добавлению, провозглашавшему Чехословакию народной республикой – предварительным шагом к социализму и, в конечном счете, коммунизму – управляемой диктатурой пролетариата, а также предоставлявшему Коммунистической партии руководящую роль в государстве. По этим причинам Бенеш отказался подписать так называемую Конституцию 9 мая. Тем не менее, 30 мая были проведены выборы, и избирателям был представлен единый список от Национального фронта, бывшей правящей коалиции, которая теперь была широкой патриотической организацией под контролем коммунистов. Бенеш подал в отставку 2 июня, а Готтвальд стал президентом двенадцать дней спустя. В последующие годы был введен бюрократический централизм под руководством руководства КПЧ. Так называемые "диссиденты" были отстранены от всех уровней общества, включая Католическую церковь. Идеологические принципы марксизма-ленинизма пронизывали культурную и интеллектуальную жизнь. Вся система образования была поставлена под государственный контроль. С ликвидацией частной собственности на средства производства была введена плановая экономика. Чехословакия стала спутниковым государством Советского Союза, одним из основателей Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) в 1949 году и Варшавского договора в 1955 году. Достижение советского стиля "социализма" стало заявленной политикой правительства. Хотя формально Чехословакия оставалась многопартийным государством, фактически коммунисты осуществляли полный контроль над страной. Политическое участие зависело от одобрения КПЧ. КПЧ также определяла процентное представительство немарксистских партий. Национальное собрание, очищенное от диссидентов, стало лишь инструментом для утверждения программ КПЧ. В 1953 году был создан внутренний кабинет Национального собрания – Президиум. Состоявший из лидеров КПЧ, Президиум служил для передачи партийной политики через правительственные каналы. Региональные, районные и местные комитеты подчинялись Министерству внутренних дел. Автономия Словакии была ограничена; КПС была вновь объединена с КПЧ, но сохранила свою идентичность. После консолидации власти Клемент Готтвальд начал серию массовых чисток против политических оппонентов и соратников-коммунистов, число которых исчислялось десятками тысяч. Детям из "зачеркнутых" семей отказывали в доступе к хорошей работе и высшему образованию, наблюдалась массовая эмиграция в Западную Германию и Австрию, а система образования была реформирована для предоставления возможностей студентам из рабочих семей. Хотя Готтвальд первоначально стремился к более независимой линии, быстрая встреча со Сталиным в 1948 году убедила его в обратном, и он стремился как можно более тщательно навязать советскую модель стране. К 1951 году здоровье Готтвальда ухудшилось, он страдал от сердечных заболеваний и сифилиса, помимо алкоголизма. В последний год жизни он редко появлялся на публике. Готтвальд умер 14 марта 1953 года от аневризмы аорты, через неделю после посещения похорон Сталина в Москве. Его сменили Антонин Запотоцкий на посту президента и Антонин Новотный на посту главы КПЧ. Новотный стал президентом в 1957 году после смерти Запотоцкого. Чехословацкие интересы были подчинены интересам Советского Союза. Иосиф Сталин особенно беспокоился о контроле и интеграции социалистического блока после вызова его власти со стороны Тито. Паранойя Сталина привела к кампании против "космополитов", которая завершилась теорией заговора так называемого "дела врачей". В Чехословакии сталинисты также обвиняли своих противников в "заговоре против народно-демократического строя" и "государственной измене" с целью отстранения их от власти. Многие коммунисты с "интернациональным" прошлым, то есть те, кто имел связь с Западом во время войны, ветераны Гражданской войны в Испании, евреи и словацкие "буржуазные националисты" были арестованы и казнены на показательных процессах (например, Гелиодор Пика, Милада Горакова). Наиболее громким был процесс над Рудольфом Сланским, первым секретарем КПЧ, и тринадцатью другими видными деятелями КПЧ в ноябре и декабре 1952 года. Сланский и десять других подсудимых были казнены, а трое приговорены к пожизненному заключению. Членство в КПЧ, насчитывавшее примерно 2,5 миллиона человек в марте 1948 года, начало подвергаться тщательной проверке. К 1960 году членство в КПЧ сократилось до 1,4 миллиона человек. Конституция 9 мая предусматривала национализацию всех коммерческих и промышленных предприятий, насчитывающих более пятидесяти сотрудников. Несельскохозяйственный частный сектор был практически ликвидирован. Частная собственность на землю была ограничена пятьюдесятью гектарами. Остатки частного предпринимательства и независимого фермерства разрешалось продолжать только как временную уступку мелкой буржуазии и крестьянству. Экономика Чехословакии определялась пятилетними планами. По примеру Советского Союза Чехословакия начала уделять особое внимание быстрому развитию тяжелой промышленности. Промышленный сектор был реорганизован с акцентом на металлургию, тяжелое машиностроение и добычу угля. Производство было сосредоточено на более крупных предприятиях; более 350 000 предприятий довоенного периода были сокращены до примерно 1700 к 1958 году. Сообщалось, что промышленный выпуск увеличился на 233% в период с 1948 по 1959 год, а занятость в промышленности – на 44%. Темпы индустриализации особенно ускорились в Словакии, где производство увеличилось на 347%, а занятость – на 70%. Хотя промышленный рост Чехословакии на 170% в период с 1948 по 1957 год был значительным, он был значительно превышен ростом в Японии (на 300%) и Западной Германии (почти 300%) и не уступал росту в Австрии и Греции. В период с 1954 по 1959 год Франция и Италия достигли сопоставимого промышленного роста с Чехословакией. Промышленный рост в Чехословакии требовал значительного увеличения рабочей силы. Чехословаки были подвергнуты долгим часам и рабочим неделям для выполнения производственных квот. В массовом порядке привлекались подсобные, добровольные рабочие – студенты и служащие. Однако производительность труда существенно не возросла, а производственные затраты не снизились. Чехословацкая продукция характеризовалась низким качеством. В первые годы коммунистического правления многие политические заключенные были приговорены к принудительным работам. Конституция 9 мая провозгласила намерение правительства коллективизировать сельское хозяйство. В феврале 1949 года Национальное собрание приняло Закон об объединенных сельскохозяйственных кооперативах. Кооперативы должны были создаваться на добровольной основе; формальное право собственности на землю оставалось за первоначальными владельцами. Однако навязывание высоких обязательных квот вынуждало крестьян коллективизироваться для повышения эффективности и облегчения механизации. Дискриминационная политика использовалась для разорения непокорных кулаков (зажиточных крестьян). Коллективизация была практически завершена к 1960 году. 16% всех сельскохозяйственных угодий (полученных от коллаборационистов и кулаков) были превращены в государственные фермы. Несмотря на исключение бедных земель из обработки и значительное увеличение использования удобрений и тракторов, сельскохозяйственное производство серьезно сократилось. К 1959 году уровень производства довоенного периода все еще не был достигнут. Основными причинами снижения были отток рабочей силы из сельского хозяйства в промышленность (в 1948 году оценивалось в 2,2 миллиона...
Десталинизация
Десталинизация в Чехословакии началась с запозданием. Руководство КПЧ практически игнорировало советский закон, объявленный Никитой Хрущевым 25 февраля 1956 года на XX съезде Коммунистической партии Советского Союза. В Чехословакии в апреле того же года на Втором съезде писателей несколько авторов подвергли критике политические репрессии и попытались установить контроль над съездом. Однако восстание писателей было подавлено, и контроль остался за консерваторами. 1 мая 1956 года студенты в Праге и Братиславе провели демонстрацию с требованием свободы слова и доступа к западной прессе. Режим Новотного осудил эти действия и ввел политику неосталинизма. После подавления Венгерской революции в октябре 1956 года советскими танками и войсками, многие чехи потеряли храбрость. На партийном съезде КПЧ 1958 года (XI съезд, 18–21 июня) было формализовано продолжение сталинизма. В начале 1960-х годов экономика Чехословакии серьезно застопорилась. Темпы промышленного роста были самыми низкими в Восточной Европе. Импорт продовольствия оказывал давление на платежный баланс. Давление как со стороны Москвы, так и изнутри партии ускорило движение за реформы. В 1963 году коммунистические интеллектуалы, сторонники реформ, опубликовали множество критических статей. Критика экономического планирования объединилась с более общими протестами против бюрократического контроля и идеологического конформизма КПЧ. Руководство КПЧ отреагировало. Например, были пересмотрены процессы по «чисткам» 1949–54 годов, и некоторые из репрессированных были реабилитированы. Некоторые сторонники жесткой линии были отстранены от высших должностей в правительстве и заменены более молодыми, либеральными коммунистами. Йозеф Ленарт сменил премьер-министра Вильяма Широкого в сентябре 1963 года. КПЧ организовала комитеты для пересмотра экономической политики. В 1965 году партия одобрила Новую экономическую модель, разработанную под руководством экономиста и теоретика Оты Шика. Программа предусматривала второй, интенсивный этап экономического развития с акцентом на технологические и управленческие улучшения. Централизованное планирование ограничивалось общими показателями производства и инвестиций, а также ориентирами по ценам и заработной плате. Руководящий персонал должен был участвовать в принятии решений. Производство ориентировалось бы на рынок и прибыльность. Цены реагировали бы на спрос и предложение. Были бы введены различия в заработной плате. В «Тезисах» КПЧ от декабря 1965 года был представлен ответ партии на призывы к политическим реформам. Демократический централизм был переопределен с большим акцентом на демократию. Ведущая роль КПЧ была подтверждена, но ограничена. В результате Национальному собранию была обещана расширенная законодательная ответственность. Словацкому исполнительному органу (Совет комиссаров) и законодательному органу (Словацкий национальный совет) было гарантировано, что они смогут помогать центральному правительству в планировании программ и нести ответственность за их реализацию в Словакии. Региональным, районным и местным национальным комитетам должна была быть предоставлена определенная степень автономии. КПЧ согласилась не отменять полномочия экономических и социальных организаций. Однако партийный контроль в культурной политике был сохранен. Январь 1967 года был назначен датой полного внедрения программы реформ. Новотный и его сторонники колебались, внося поправки для укрепления централизованного контроля. Давление со стороны реформаторов усилилось. Словаки настаивали на федерализации. Экономисты призывали к полной автономии предприятий и экономической отзывчивости к рыночным механизмам. На Четвертом съезде писателей была принята резолюция с призывом к возрождению чехословацкой литературной традиции и установлению свободных контактов с западной культурой. Режим Новотного ответил репрессивными мерами. На заседании ЦК КПЧ 30–31 октября 1967 года Александр Дубчек, словацкий реформатор, учившийся в Советском Союзе, выступил против Новотного и был обвинен в национализме. Когда студенты в Праге провели демонстрацию в поддержку либералов, Новотный обратился за помощью к Москве. 8 декабря советский лидер Леонид Брежнев прибыл в Прагу, но не поддержал Новотного, выступив с речью перед ближайшим кругом членов Коммунистической партии, в которой заявил: «Я не приехал, чтобы участвовать в решении ваших проблем – вы, конечно, справитесь с ними сами». 5 января 1968 года ЦК избрал Дубчека на пост первого секретаря КПЧ, заменив Новотного. Падение Новотного с руководящих позиций в КПЧ повлекло за собой инициативы по отстранению сталинистов со всех уровней власти, из массовых организаций, таких как Революционное профсоюзное движение и Чехословацкий союз молодежи, и из местных партийных органов. 22 марта 1968 года Новотный ушел в отставку с поста президента, и его сменил генерал Людвик Свобода.
Пражская весна
Дубчек продвинул движение реформ на шаг вперед в направлении либерализма. После падения Новотного цензура была отменена. СМИ – пресса, радио и телевидение – были мобилизованы для реформистской пропаганды. Движение за демократизацию социализма в Чехословакии, ранее в основном ограниченное партийной интеллигенцией, весной 1968 года приобрело новый, народный динамизм. В апреле президиум КПЧ принял Программу действий, разработанную коалицией во главе с Дубчеком и состоящей из реформаторов, умеренных, центристов и консерваторов. Программа предлагала "новую модель социализма", глубоко "демократичную" и "национальную", то есть адаптированную к чехословацким условиям. Национальный фронт и избирательная система должны были быть демократизированы, а Чехословакия – федерализована. Свобода собраний и выражения мнений должна была быть гарантирована конституционным законом. Новая экономическая модель должна была быть внедрена. В Программе действий также подтверждался чехословацкий союз с Советским Союзом и другими социалистическими государствами. Реформаторское движение, отвергавшее сталинизм как путь к коммунизму, оставалось приверженным коммунизму как цели. В Программе действий было предусмотрено, что реформа должна проводиться под руководством КПЧ. Однако в последующие месяцы росло народное давление с требованием немедленного осуществления реформ. Проявились радикальные элементы: в прессе появились антисоветские публикации; социал-демократы начали формировать отдельную партию; создавались новые неподконтрольные политические клубы. Партийные консерваторы призывали к применению репрессивных мер, но Дубчек советовал умеренность и подчеркивал лидерство КПЧ. В мае он объявил, что 14-й съезд партии соберется на раннем заседании 9 сентября. Съезд должен был включить Программу действий в партийный устав, разработать закон о федерализации и избрать новый (предположительно более либеральный) Центральный комитет. 27 июня Людвик Вацулик, коммунист и кандидат в члены Центрального комитета, опубликовал манифест под названием "Две тысячи слов". В манифесте выражалась обеспокоенность по поводу консервативных элементов внутри КПЧ и "внешних" сил. (В конце июня в Чехословакии прошли маневры стран Варшавского договора.) В нем призывалось к тому, чтобы "народ" взял на себя инициативу в реализации программы реформ. Дубчек, президиум партии, Национальный фронт и правительство резко осудили манифест. Советское руководство было встревожено. В середине июля была проведена конференция стран Варшавского договора без участия Чехословакии. Страны Варшавского договора подготовили письмо руководству КПЧ, в котором манифест был назван "организационной и политической платформой контрреволюции". Члены договора требовали восстановления цензуры, запрета новых политических партий и клубов и подавления "правых" сил внутри партии. Страны Варшавского договора заявили, что защита социалистических завоеваний Чехословакии является не только задачей Чехословакии, но и общей задачей всех стран Варшавского договора. КПЧ отвергла ультиматум Варшавского договора, а Дубчек запросил двусторонние переговоры с Советским Союзом. Советский лидер Брежнев колебался с принятием решения о военном вмешательстве в Чехословакию. Программа действий Дубчека предлагала "новую модель социализма" – "демократичную" и "национальную". Однако важно отметить, что Дубчек не ставил под сомнение приверженность Чехословакии Варшавскому договору. В начале весны 1968 года советское руководство заняло выжидательную позицию. Однако к середине лета сформировались два лагеря: сторонники и противники военного вмешательства. Проинтервенционная коалиция рассматривала ситуацию в Чехословакии как "контрреволюционную" и выступала за поражение Дубчека и его сторонников. Эту коалицию возглавлял украинский партийный лидер Петр Шелест и она включала коммунистических бюрократов из Белоруссии и нерусских национальных республик западной части Советского Союза (балтийских республик). Члены коалиции опасались пробуждения национализма в своих республиках и влияния украинского меньшинства в Чехословакии на украинцев в Советском Союзе. Бюрократы, ответственные за политическую стабильность в советских городах и за идеологический надзор за интеллектуальной средой, также выступали за военное решение. В рамках Варшавского договора только Германская Демократическая Республика (Восточная Германия) и Польша решительно поддерживали интервенцию. Вальтер Ульбрихт и Владислав Гомулка – партийные лидеры Восточной Германии и Польши соответственно – рассматривали либерализм как угрозу своим позициям. Советский Союз согласился на двусторонние переговоры с Чехословакией, которые должны были состояться в июле в Черной над Тисой, на словацкой советской границе. На встрече Дубчек защищал программу реформистского крыла КПЧ, одновременно подтверждая приверженность Варшавскому договору и СЭВ. Руководство КПЧ, однако, было разделено. Решительные реформаторы – Йозеф Смрковский, Олдржих Черник и Франтишек Кригель – поддерживали Дубчека. Консерваторы – Васил Биляк, Драхомир Колдер и Олдржих Швестка – заняли антиреформистскую позицию. Брежнев решил пойти на компромисс. Делегаты КПЧ подтвердили свою лояльность Варшавскому договору и пообещали обуздать "антисоциалистические" тенденции, предотвратить возрождение Чехословацкой социал-демократической партии и усилить контроль над прессой. Советы согласились вывести свои войска (размещенные в Чехословакии с июньских маневров) и разрешить проведение съезда партии 9 сентября. 3 августа представители Советского Союза, Восточной Германии, Польши, Венгрии, Болгарии и Чехословакии встретились в Братиславе и подписали Братиславскую декларацию. В декларации была подтверждена непоколебимая верность марксизму-ленинизму и пролетарскому интернационализму и провозглашена беспощадная борьба с "буржуазной" идеологией и всеми "антисоциалистическими" силами. Советский Союз выразил намерение вмешаться в страну Варшавского договора, если там будет установлена "буржуазная" система – плюралистическая система нескольких политических партий. После Братиславской конференции советские войска покинули территорию Чехословакии, но остались вдоль чехословацких границ. Дубчек не предпринял попыток мобилизовать чехословацкую армию для сопротивления вторжению. Съезд партии КПЧ по-прежнему был запланирован на 9 сентября. В течение недели после Братиславской конференции стало общеизвестным в Праге, что большинство противников Дубчека будут отстранены от Центрального комитета. Муниципальная партийная организация Праги подготовила и распространила "черный список". Антиреформистская коалиция могла остаться у власти только при советской помощи. Антиреформисты КПЧ, следовательно, приложили усилия, чтобы убедить советское руководство в том, что опасность политической нестабильности и "контрреволюции" действительно существует. Они использовали Отчет Каспара, подготовленный Информационным отделом Центрального комитета во главе с Яном Каспаром, для достижения этой цели. В отчете был представлен всесторонний обзор общей политической ситуации в Чехословакии в связи с предстоящим съездом партии. В нем прогнозировалось, что стабильный Центральный комитет и твердое руководство не обязательно будут результатом съезда. Президиум партии получил отчет 12 августа. Двум членам Президиума, Колдеру и Алоису Индре, было поручено оценить отчет для заседания Президиума 20 августа. Колдер и Индра встревожились отчетом Каспара и, по мнению некоторых наблюдателей, сообщили о своих выводах советскому послу Степану Червоненко. Считается, что эти действия спровоцировали вторжение стран Варшавского договора в Чехословакию. Когда Президиум КПЧ собрался 20 августа, антиреформисты планировали захватить власть, указывая на надвигающуюся опасность контрреволюции. Колдер и Индра представили резолюцию о введении чрезвычайного положения и обращении за "братской помощью". Резолюция так и не была принята к голосованию, поскольку в тот же день (ночью...) в Чехословакию вошли войска стран Варшавского договора.
Интервенция Варшавского договора и конец Пражской весны
Консерваторы KSČ дезинформировали Москву относительно силы реформаторского движения. Президиум KSČ собрался в ночь с 20 на 21 августа и отверг возможность вооруженного сопротивления, осудив вторжение. Две трети Центрального комитета KSČ выступили против советского вмешательства. 22 августа на тайном партийном съезде KSČ была принята резолюция, подтверждающая верность «Программе действий» Дубчека и осуждающая советскую агрессию. Президент Свобода неоднократно оказывал сопротивление советскому давлению с целью сформировать новое правительство под руководством Индры. Чехословацкое население практически единодушно отвергло действия Советского Союза. В соответствии с предостережением Свободы против действий, которые могли спровоцировать насилие, население избегало массовых демонстраций и забастовок, но 23 августа провело символическую часовую общенациональную забастовку. Народное сопротивление выражалось в многочисленных спонтанных актах ненасильственного сопротивления, также называемого гражданским неповиновением. В Праге и других городах республики чехи и словаки встречали солдат Варшавского договора аргументами и упреками. Любая помощь, включая предоставление еды и воды, была отказана захватчикам. На стенах и тротуарах появлялись лозунги, плакаты и граффити, осуждающие захватчиков, советских лидеров и подозреваемых в сотрудничестве. Фотографии Дубчека и Свободы были повсюду. Всеобщее сопротивление вынудило Советский Союз отказаться от первоначального плана по отстранению Дубчека. Дубчек, арестованный в ночь на 20 августа, был доставлен в Москву для переговоров. Результатом стала доктрина Брежнева об ограниченном суверенитете, предусматривавшая укрепление KSČ, строгий партийный контроль над средствами массовой информации и подавление Чехословацкой социал-демократической партии. Было достигнуто соглашение о том, что Дубчек останется на посту и что программа умеренных реформ будет продолжена. 19 января 1969 года студент Ян Палах совершил самосожжение на Вацлавской площади в Праге в знак протеста против прекращения реформ Пражской весны после советского вторжения.
Диссиденты и независимая деятельность (1970-е и 1980-е годы)
В 1970-х и 1980-х годах акцент правительства на послушание, конформизм и сохранение статус-кво подвергся критике со стороны отдельных лиц и организованных групп, стремящихся к самостоятельному мышлению и деятельности. Хотя лишь немногие из этих действий могли быть признаны политическими по западным стандартам, государство рассматривало любые проявления независимости, какими бы незначительными они ни были, как вызов контролю партии над всеми аспектами чехословацкой жизни. Реакцией правительства на такую деятельность стали преследования, притеснения и, в некоторых случаях, тюремное заключение. В контексте международной разрядки Чехословакия подписала в 1968 году Международный пакт о экономических, социальных и культурных правах и Международный пакт о гражданских и политических правах. В 1975 году эти пакты были ратифицированы Федеральным собранием, которое, согласно Конституции 1960 года, является высшим законодательным органом. Заключительный акт Хельсинкской конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе (также известный как Хельсинкские соглашения), подписанный Чехословакией в 1975 году, также содержал гарантии прав человека. Первая организованная оппозиция возникла под эгидой «Хартии 77». 6 января 1977 года в западногерманских газетах был опубликован манифест под названием «Хартия 77». Документ был немедленно переведен и распространен по всему миру. Сообщается, что оригинальный манифест подписали 243 человека, среди которых были деятели искусства, бывшие государственные служащие и другие известные личности, такие как Зденек Млиняр, секретарь ЦК КПЧ в 1968 году; Вацлав Славик, член ЦК в 1968 году; и Людвик Вацулик, автор «Двух тысяч слов». «Хартия 77» определяла себя как «свободное, неформальное и открытое сообщество людей», обеспокоенных защитой гражданских и прав человека. Она отрицала оппозиционные намерения и основывала свою защиту прав на юридически обязывающих международных документах, подписанных чехословацким правительством, и на гарантиях гражданских прав, содержащихся в Конституции Чехословакии. Группа «Хартия 77» заявила о следующих целях: привлечение внимания к отдельным случаям нарушения прав человека; предложение средств правовой защиты; внесение общих предложений по укреплению прав и свобод и механизмов, предназначенных для их защиты; и посредничество в конфликтных ситуациях. К концу 1977 года «Хартия» насчитывала более 800 подписей, включая рабочих и молодежь; к 1985 году ее подписали почти 1200 чехословаков. Режим Гусака, утверждавший, что все права исходят от государства и что международные пакты подлежат внутреннему законодательству государства, отреагировал на «Хартию» с яростью. Текст никогда не публиковался в официальных СМИ. Подписавшие подвергались арестам и допросам, часто за этим следовало увольнение с работы. Чехословацкая пресса развернула ожесточенную атаку на «Хартию». Общественность была мобилизована для подписания отдельных осуждений или различных форм «анти-Хартий». В тесной связи с «Хартией 77» в 1978 году был создан Комитет в защиту несправедливо преследуемых (Výbor na obranu nespravedlivě stíhaných – VONS) с конкретной целью документирования отдельных случаев преследований правительством и нарушений прав человека. В период с 1978 по 1984 год VONS опубликовал 409 коммюнике, касающихся лиц, подвергшихся преследованиям или притеснениям. В более широком масштабе независимая деятельность проявлялась в самиздате. Из-за децентрализованного характера самиздата трудно оценить его масштабы или влияние. Были опубликованы и распространены сотни книг, журналов, эссе и рассказов. В середине 1980-х годов действовало несколько самиздатских издательств. Наиболее известным было «Edice Petlice» (Издание «Замок»), выпустившее более 250 томов. Существовало также несколько подпольных религиозных издательств, выпускавших журналы в виде фотокопий или печатных изданий. Производство и распространение самиздата было трудным. В большинстве случаев рукописи приходилось перепечатывать без современного печатного оборудования. Публикация и распространение также были опасны. Само по себе владение самиздатными материалами могло стать основанием для преследований, потери работы, ареста и тюремного заключения. Независимая деятельность распространилась и на музыку. Государство особенно беспокоилось о влиянии западной популярной музыки на чехословацкую молодежь. Преследование рок-музыкантов и их поклонников побудило ряд музыкантов подписать «Хартию 77». В авангарде борьбы за независимую музыку находился Джазовый отдел Союза музыкантов. Изначально организованный для продвижения джаза, в конце 1970-х годов он стал защитником различных видов неконформистской музыки. Широко популярный Джазовый отдел насчитывал около 7000 членов и не получал официального финансирования. Он издавал музыку и организовывал концерты и фестивали. Правительство осудило Джазовый отдел за распространение «неприемлемых взглядов» среди молодежи и приняло меры против его руководства. В марте 1985 года Джазовый отдел был распущен на основании закона 1968 года, запрещающего «антиреволюционную деятельность». Однако Джазовый отдел продолжал действовать, и в 1986 году правительство арестовало членов его руководящего комитета. Поскольку религия предлагала возможности для мышления и деятельности, независимой от государства, она также подвергалась серьезным ограничениям и контролю. Духовенство должно было иметь лицензию. Пытаясь манипулировать количеством и типом духовенства, государство даже спонсировало проправительственную организацию католических священников – Ассоциацию католического духовенства «Pacem in Terris». Тем не менее, существовала религиозная оппозиция, включая активный католический самиздат. В 1980-х годах чешский примас кардинал Франтишек Томашек занял более независимую позицию. В 1984 году он пригласил Папу Римского посетить Чехословакию в честь 1100-летия со дня смерти святого Мефодия, миссионера славян. Папа принял приглашение, но правительство заблокировало поездку. Приглашение кардинала и принятие Папой широко распространялись в самиздате. Петиция с просьбой к правительству разрешить папский визит была подписана 17 000 человек. Католическая церковь провела масштабное празднование 1100-летия в 1985 году. В Велеграде (предполагаемом месте захоронения Мефодия) более 150 000 паломников посетили памятную мессу, а еще 100 000 пришли на церемонию в Левоче (в восточной Словакии). В отличие от Польши, инакомыслие, оппозиция правительству и независимая деятельность в Чехословакии были ограничены довольно небольшим сегментом населения. Даже диссиденты не видели перспектив фундаментальных реформ. В этом смысле режим Гусака добился успеха в сохранении статус-кво в «нормализованной» Чехословакии. Избрание Михаила Горбачева генеральным секретарем ЦК КПСС 11 марта 1985 года стало для режима Гусака новым и неожиданным вызовом статус-кво. Вскоре после вступления в должность Горбачев начал политику «перестройки» советской экономики и выступал за «гласность» в обсуждении экономических, социальных и, в некоторой степени, политических вопросов. До этого времени режим Гусака послушно принимал программы и лозунги, исходящие из Москвы. Но для правительства, полностью преданного сохранению статус-кво, такие темы, как «гласность», экономическая «перестройка» и «реформы» были табу.
Меньшинства
Примерно 6% населения, не являвшегося ни чехами, ни словаками в 1980-х годах, пережили неоднородную историю в послевоенный период. Высокоцентрализованное правление КПЧ подорвало политическое влияние, которое многопартийная система Первой республики предоставляла этническим меньшинствам. Однако, помимо этого, значительное сокращение немецкого населения, которое до изгнания насчитывало 3 миллиона граждан и на протяжении веков играло важную роль в регионе, а также уменьшение украинского населения Чехословакии в любом случае ограничило бы их влияние. События конца 1960-х годов вызвали требования реформ со стороны этнических меньшинств. В ответ правительство приняло Конституционный закон № 144 (октябрь 1968 г.), который определил статус этнических групп в Чехословакии и признал полные политические и культурные права юридически признанных меньшинств. Меньшинствам было предоставлено право, с одобрения государства, создавать собственные культурные организации. Основной упор делался на культурную деятельность; организации меньшинств не имели права представлять интересы своих членов в политических вопросах.
Венгры
В 1980-х годах венгры составляли самую многочисленную учтенную этническую группу меньшинств. В 1989 году около 560 000 венгров (в основном проживавших в южной Словакии) составляли 11% населения Словакии. Несмотря на значительные антивенгерские настроения в Словакии, послевоенный обмен словаками в Венгрии на венгров в Словакии имел лишь ограниченный успех; доля венгров в населении практически не изменилась с 1930 года (см. раздел «История»). Хотя венгры были заметным меньшинством в общей численности населения, они были хорошо представлены в приграничных районах Словакии, где в некоторых округах они составляли почти половину населения. Кроме того, 20% проживали в населенных пунктах, где венгры составляли абсолютное большинство. Учитывая длительное господство Венгрии над Словакией, венгерско-словацкие отношения были непростыми; эти две группы разделяют существенные языковые и культурные различия. В 1968 году некоторые венгры в Словакии выступали за воссоединение с Венгрией, однако это, по всей видимости, было точкой зрения меньшинства. Войска Варшавского договора, вторгшиеся в Чехословакию в 1968 году, столкнулись с неприязнью со стороны венгров в Словакии в той же степени, как и со стороны остального населения. Интересно сравнить положение 560 000 венгров в Чехословакии с положением 30 000 словаков в Венгрии в 1970-х и 1980-х годах. В 1988 году венгры в Чехословакии имели 386 детских садов, 131 начальную школу, 96 средних школ, два театра, одно издательство и двадцать четыре предприятия, производящие печатную продукцию. Шесть словацких издательств также публиковали литературу на венгерском языке. В то же время словаки в Венгрии не имели ни детских садов, ни школ, ни театров, ни одного предприятия, производящего печатную продукцию. Одно венгерское издательство публиковало литературу на словацком языке. Это объясняется в первую очередь тем, что словацкое население Венгрии рассеяно по северной и южной частям страны и не сосредоточено в одном компактном регионе. Конституция Чехословакии 1960 года гарантировала защиту венгерского, украинского и польского меньшинств в Чехословакии. Это законодательство часто подвергалось критике со стороны словацких экстремистов, выступавших против прав меньшинств в Словакии.
Немцы
С изгнанием немцев в 1945 году Чехословакия потеряла более одной пятой своего населения. Около 165 000 немцев избежали депортации и остались рассеянными вдоль западной границы страны в бывшей Судетской области. Вплоть до середины 1970-х годов немцы составляли сокращающуюся долю населения; молодые немцы все чаще ассимилировались в чешском обществе или эмигрировали на Запад. Даже немцам, которые не были изгнаны после Второй мировой войны, не разрешалось получать чехословацкое гражданство до 1953 года. В 1968–69 годах немцы потребовали увеличения количества публикаций на немецком языке и обязательного изучения немецкого языка в районах с существенным немецким меньшинством. Конституционный закон 1968 года № 144 впервые после Второй мировой войны признал законный статус немцев как этнического меньшинства.
Поляки
Поляки (около 71 000 человек в 1984 году) были сосредоточены в Цешинской Силезии, на северо-восточной границе Чешской Социалистической Республики. Помимо большой общины проживающих поляков, значительное число ежедневно пересекало границу из Польши для работы или чтобы воспользоваться относительным изобилием чехословацких потребительских товаров. Официальная политика по отношению к полякам (постоянно проживающим или нет) была направлена на ограничение их влияния как на рабочем месте, так и вне его. Например, в 1969 году в чешском журнале сообщалось, что район в окрестностях Остравы, где преобладал польский язык, был искусственно разделен на два округа, каждый из которых получил чешское большинство. Чехословацкие чиновники рассматривали польское влияние на рабочем месте как скрытую опасность. "Просачивание" либеральных идей из Польши вызывало обеспокоенность у чехословацких коммунистов с 1950-х годов, когда поляки первыми выступили против повышения трудовых норм. События 1980–1981 годов в Польше обострили ситуацию. В конце 1980 года поступали сообщения о забастовках среди рабочих в районе Остравы.
Рома
До Второй мировой войны рома в Чехословакии считались гражданами Чехословакии ромской национальности. После войны, поскольку они не обладали признаками национальности согласно коммунистическим критериям, коммунистическое правительство рассматривало их лишь как особую этническую группу. Исходя из этого, государство подходило к вопросу не как к вопросу национальности, а как к социальному и политическому. В Восточной Словакии проживало значительное ромское меньшинство. Около 66% ромов страны жили в Словакии в 1980-х годах, составляя там около 4% населения. Оценки их точной численности различаются, однако наблюдатели согласны с тем, что послевоенная рождаемость была феноменальной. В начале 1970-х годов в стране насчитывалось приблизительно от 200 000 до 300 000 ромов. В 1980 году оценки варьировались от 250 000 до 400 000. Ромская интеллигенция безуспешно добивалась включения ромского народа в Конституционный закон № 144 от 1968 года, и они оставались самым крупным непризнанным меньшинством в Чехословакии. Для политиков они представляли собой сложную проблему. В ромской популяции сочетались высокий уровень преступности и неграмотности с культурной системой, не придающей большого значения регулярной занятости. По данным «Чехословацкой жизни», в 1986 году «обычаи и образ мышления ромского населения несколько отличаются». В статье, опубликованной в 1979 году в братиславской газете «Правда», утверждалось, что уровень преступности среди ромов был в четыре раза выше среднего по стране. Автор призвал к «вовлечению всех трудоспособных граждан ромской национальности в трудовой процесс» и осудил число ромов, «постоянно отказывающихся от работы». Значительное число ромов было вовлечено в теневую экономику. Официальная политика колебалась между принудительной ассимиляцией и насильственной изоляцией в строго контролируемых поселениях. Кочевой образ жизни, являющийся неотъемлемой частью ромской культуры, был запрещен законом с 1958 года. Законы, принятые в 1965 и 1969 годах, предусматривали «расселение» ромов, то есть их перемещение из районов концентрации в другие районы. В конце 1970-х и начале 1980-х годов политика ассимиляции приобрела явное преобладание. Предпринимались усилия по увеличению участия ромских детей в дошкольном образовании, детских садах, средних школах, программах профессионального обучения, летних оздоровительных и образовательных лагерях. Также предпринимались целенаправленные правительственные попытки интегрировать ромов в национальную рабочую силу; в начале 1980-х годов около 90% взрослых ромов-мужчин в возрасте до выхода на пенсию были трудоустроены. В 1979 году около 50% ромских женщин трудоспособного возраста были заняты; к 1981 году этот показатель вырос до 74%. Сообщалось, что рождаемость среди ромов была в два с половиной – три раза выше среднего по стране; в середине 1980-х годов она составляла 2,6% в год по сравнению с 0,7% в год для всего населения.
Украинцы и русины
Чехословакия потеряла большую часть своего украинского и русинского населения, когда Карпатская Украина была передана Советскому Союзу после Второй мировой войны. К 1983 году оставшиеся около 48 000 украинцев и русинов проживали в основном в северо-восточной Словакии. Они по-прежнему занимались преимущественно сельским хозяйством, часто будучи мелкими частными фермерами, рассеянными по небольшим, бедным хозяйствам в гористой местности. Большинство из них были униатами и подверглись преследованиям со стороны правительства в 1950-х и 1960-х годах в пользу Восточной православной церкви.
Евреи
В 1980-х годах в Чехословакии осталась лишь очень небольшая часть еврейской общины, существовавшей до Второй мировой войны. Оценки как довоенного, так и послевоенного еврейского населения не отличаются точностью. Подсчеты, основанные либо на религиозной принадлежности, либо на числе говорящих на идише, не учитывали значительное количество ассимилированных евреев в Богемии и Словакии. Большинство оценок указывает на довоенную численность населения около 250 000 человек. В 1975 году Малкольм Браун заявил, что в Чехословакии осталось около 5000 практикующих евреев, включая примерно 1200 в Праге, где когда-то существовала большая и процветающая еврейская община, восходящая к Средневековью. В 1980-х годах сохранялись некоторые антиеврейские настроения. Резкая антиизраильская позиция правительства, в сочетании с последовательным неразличением израильтян и евреев, поддерживала актуальность антисемитских взглядов. Официальные обвинения в адрес диссидентов с якобы еврейскими именами придавали им отчетливо антисемитский характер. Один из подписавших Хартию 77 был осужден как «международный авантюрист», а другой – еще более прямолинейно – как «иностранец без родины, никогда не интегрированный в чешское общество» – печально известные эвфемизмы, давно используемые в антиеврейской риторике. Представители властей утверждали, что подписавшие действовали по указанию «антикоммунистических и сионистских центров».
Греки
После изгнания немецкого населения из Чехословакии, части бывшей Судетской области, особенно в районе Крнова и окрестных деревень Есеницкого горного региона на северо-востоке Чехословакии, в 1949 году были заселены коммунистическими беженцами из Северной Греции, покинувшими свою родину вследствие Гражданской войны в Греции. Эти греки составляли значительную часть населения города и региона вплоть до конца 1980-х – начала 1990-х годов. Несмотря на то, что их определяли как "греков", греческая коммунистическая община Крнова и Есеницкого региона фактически состояла из этнически разнообразного населения, включая греческих македонцев, славомакедонцев, влахов, понтийских греков и турецкоговорящих урумов, или кавказских греков.