Ганс Пауль Остер: генерал, участник сопротивления нацизму

Введение

Германский генерал и участник движения Сопротивления (1887–1945)

Ганс Пауль Остер (9 августа 1887 – 9 апреля 1945) был генералом Вермахта и одной из ключевых фигур антинацистского немецкого Сопротивления с 1938 по 1943 год. Занимая должность заместителя начальника контрразведывательного отдела в Абвере (немецкой военной разведке), Остер имел возможность осуществлять операции Сопротивления под прикрытием разведывательной деятельности. Он участвовал в заговоре Остера в сентябре 1938 года и был арестован в 1943 году по подозрению в помощи офицерам Абвера, задержанным за оказание помощи евреям в бегстве из Германии. После провала июльского заговора 1944 года на жизнь Гитлера, во время допроса он указал на адмирала Вильгельма Канариса, руководителя Абвера, как на "духовного вдохновителя движения Сопротивления". Гестапо арестовало Канариса и в конечном итоге обнаружило его дневники, в которых были раскрыты антинацистские действия Остера. В апреле 1945 года он был повешен вместе с Канарисом и Дитрихом Бонхёфером в концентрационном лагере Флюссенбург.

Начало карьеры

Остер родился в Дрездене, Саксония, в 1887 году, как сын альсасского пастора французской протестантской церкви. В 1907 году он поступил на артиллерийскую службу, а в Первой мировой войне служил на Западном фронте до 1916 года, когда был назначен капитаном в немецкий Генеральный штаб. После войны его сочли достаточно ценным специалистом, чтобы оставить в сокращенном рейхсвере, офицерский состав которого был ограничен 4000 человек по условиям Версальского договора. В 1932 году он был вынужден уйти в отставку из армии из-за проблем с замужней женщиной. Вскоре он устроился на работу в новую организацию, созданную Германом Герингом при прусской полиции. В октябре 1933 года он перешел в Абвер. Там он познакомился с Гансом Берндом Гизевиусом и Артуром Небе, работавшими в гестапо и ставшими участниками заговора. Остер также стал доверенным лицом адмирала Канариса.

Противостояние Адольфу Гитлеру

Как и многие другие офицеры, Остер приветствовал нацистский режим. Однако его мнение изменилось после Ночи длинных ножей 1934 года, когда Шутштаффель (СС) убил многих лидеров соперничающего Штурмбаттлунга (СА) и их политических противников, включая генерала Курта фон Шлейхера, второго с конца канцлера Веймарской республики, и генерал-майора (генерала-майора) Фердинанда фон Бредоу, бывшего начальника Абвера. В 1935 году Остеру было разрешено вернуться в армию, но не в Генеральный штаб. К 1938 году дело Бломберга — Фрича и Кристальная ночь (нацистский погром против евреев в Германии) превратили его антипатию в ненависть к нацизму и готовность помочь спасти евреев. Во время кризиса, связанного с Фричем, Остер впервые встретился с генерал-оберстом Людвигом Беком, начальником Генерального штаба, установив связи для заговора Остера в сентябре 1938 года. Положение Остера в Абвере было бесценным для заговорщиков: Абвер мог предоставлять фальшивые документы и секретные материалы, маскировать заговорщическую деятельность под разведывательную работу, связывать разрозненные ячейки сопротивления и снабжать заговорщиков разведданными. Он также сыграл центральную роль в первом военном заговоре с целью свержения Гитлера, который был обусловлен намерением Гитлера вторгнуться в Чехословакию. В августе 1938 года Бек открыто высказался на встрече армейских генералов в Берлине против войны с западными державами из-за Чехословакии. Когда Гитлер был проинформирован об этом, он потребовал и получил отставку Бека. Бек пользовался большим уважением в армии, и его отстранение шокировало офицерский корпус. Его преемник на посту начальника штаба, Франц Халдер, оставался в контакте с ним и с Остером. В частном порядке он говорил, что считает Гитлера «воплощением зла». Остер, Жизевий и Хьяльмар Шахт призывали Халдера и Бека организовать переворот против Гитлера. Однако армейские генералы утверждали, что смогут мобилизовать поддержку в офицерском корпусе только в том случае, если Гитлер предпримет открытые шаги к войне. Халдер попросил Остера разработать планы переворота, и в итоге было решено, что Халдер инициирует переворот, когда Гитлер сделает явный шаг к войне. Посланники заговорщиков отправились в Великобританию, при содействии Остера и Абвера, чтобы призвать британцев твердо противостоять Гитлеру в Судетском кризисе. 28 сентября премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен согласился на встречу в Мюнхене, где принял расчленение Чехословакии. Дипломатический триумф Гитлера подорвал и деморализовал заговорщиков. До этого момента Халдер был полон решимости организовать переворот. Поскольку в середине 1939 года вероятность войны снова возросла, усилия по перевороту были возобновлены. Остер все еще поддерживал связь с Халдером и Вицлебеном. Однако многие офицеры, особенно происходившие из прусской юнкерской среды, были резко антипольскими и считали войну за возвращение Данцига и других потерянных восточных территорий оправданной. После начала Второй мировой войны сопротивление в армии стало более рискованным, поскольку могло привести к поражению Германии. Когда Гитлер решил напасть на Францию вскоре после польской кампании в 1939 году, Халдер вместе с другими старшими генералами посчитал это совершенно нереалистичным и снова рассматривал идею переворота, к которой подталкивали Остер и Канарис. Когда Гитлер поклялся уничтожить дух Зоссена (штаб-квартира Верховного командования армии), подразумевая пораженчество, Халдер опасался, что заговор вот-вот будет раскрыт, и уничтожил все уличающие документы. Остер более двадцати раз сообщил своему другу Берту Сасу, военному атташе Нидерландов в Берлине, о дате отложенного вторжения в Нидерланды. Сас передал эту информацию своему правительству, но ей не поверили. Остер подсчитал, что его предательство может стоить жизни 40 000 немецких солдат, и боролся со своим решением. Однако он пришел к выводу, что необходимо предотвратить миллионы смертей, которые произойдут в затяжной войне, если Германии не удастся одержать быструю победу. Период между 1940 и 1942 годами был наихудшим для немецкого сопротивления. Некоторые офицеры были рады, что ошиблись в своих опасениях относительно военной катастрофы. Другие все еще выступали против Гитлера и нацистского режима, но считали, что его огромная популярность среди населения делает любые действия невозможными. Остер неустанно восстанавливал сеть сопротивления. В 1941 году, когда после вторжения в Советский Союз началось систематическое уничтожение европейских евреев, его группа Абвера установила контакт с группой сопротивления во главе с Хеннингом фон Тресковым в Группе армий «Центр». В 1942 году его самым важным новобранцем стал генерал Фридрих Ольбрихт, начальник Генерального армейского управления в Бендлерблоке в центре Берлина, который контролировал независимую систему связи с резервными частями по всей Германии. Группа Остера поставляла бомбы британского производства группе Трескова для попыток покушения на Гитлера в 1943 году. В 1943 году спасательные операции группы Абвера по спасению евреев были раскрыты гестапо, и Остер был отстранен от должности. Ганс фон Донхани, который присоединился к Абверу незадолго до войны, и Дитрих Бонхёффер, лютеранский теолог и шурин Донхани, помогли 14 евреям бежать в Швейцарию, замаскировав их под агентов Абвера в рамках операции (Unternehmen) U 7. Донхани и Бонхёффер были арестованы по обвинению в нарушении валютного законодательства и других преступлениях, а ведущие немецкие страховые брокеры Яух и Хюбенер, капитан Вальтер Яух из семьи Яух, двоюродный брат Остера, и Отто Хюбенер были позже повешены. Остер был помещен под домашний арест.

Like many other army officers, Oster welcomed the Nazi regime. However, his opinion changed after the 1934 Night of the Long Knives in which the Schutzstaffel (SS) murdered many of the leaders of the rival Sturmabteilung (SA) and their political opponents, including General Kurt von Schleicher, the second to last Chancellor of the Weimar Republic and Generalmajor (Major General) Ferdinand von Bredow, former head of the Abwehr. In 1935, Oster was allowed to re join the army but never on the General Staff. By 1938, the Blomberg–Fritsch Affair and Kristallnacht (the Nazi led pogrom against Jews in Germany), turned his antipathy into a hatred of Nazism and a willingness to help save Jews. During the Fritsch crisis, Oster met Generaloberst (Colonel General) Ludwig Beck, Chief of the General Staff, for the first time, making the connections for the Oster conspiracy of September 1938. Oster's position in the Abwehr was invaluable to the conspirators; Abwehr could provide false papers and restricted materials, disguise conspiratorial activities as intelligence work, link disparate resistance cells, and supply intelligence to the conspirators. He also played a central role in the first military conspiracy to overthrow Hitler, which was rooted in Hitler's intention to invade Czechoslovakia. In August 1938, Beck spoke openly at a meeting of army generals in Berlin about his opposition to a war with the Western powers over Czechoslovakia. When Hitler was informed of that, he demanded and received Beck's resignation. Beck was highly respected in the army and his removal shocked the officer corps. His successor as Chief of Staff, Franz Halder, remained in touch with him and also with Oster. Privately, he said that he considered Hitler "the incarnation of evil". Oster, Gisevius and Hjalmar Schacht urged Halder and Beck to stage a coup against Hitler. However, the army generals argued that they could mobilise support among the officer corps only if Hitler made overt moves towards war. Halder asked Oster to draw up plans for a coup, and it was eventually agreed that Halder would instigate the coup when Hitler committed an overt step towards war. Emissaries of the conspirators travelled to Britain, with the assistance of Oster and the Abwehr, to urge the British to stand firm against Hitler over the Sudeten crisis. On 28 September, the British Prime Minister Neville Chamberlain agreed to a meeting in Munich, where he accepted the dismemberment of Czechoslovakia. Hitler's diplomatic triumph undermined and demoralised the conspirators. Until that time Halder seemed keen to stage a coup. As war again grew more likely in mid 1939, the efforts for a coup were revived. Oster was still in contact with Halder and Witzleben. However, many officers, particularly those from the Prussian Junker background, were strongly anti Polish and saw a war to regain Danzig and other lost eastern territories as justified. After the outbreak of World War II, resistance in the army became harder to contemplate since it could lead to the defeat of Germany. When Hitler decided to attack France soon after the Polish campaign in 1939, Halder along with other senior generals, thought it to be hopelessly unrealistic and again entertained the idea of a coup, urged by Oster and Canaris. When Hitler vowed to destroy the spirit of Zossen (the headquarters of the Army High Command), meaning defeatism, Halder feared that the conspiracy was about to be discovered and destroyed all incriminating documents. Oster informed his friend Bert Sas, the Netherlands' military attaché in Berlin, more than twenty times the date of the postponed invasion of the Netherlands. Sas passed the information to his government but was not believed. Oster calculated that his treason could cost the lives of 40,000 German soldiers and wrestled with his decision. However, he then concluded that it was necessary to prevent millions of deaths that would occur in the protracted war after Germany was denied an early victory. The period between 1940 and 1942 was the nadir of German resistance. Some officers were pleased to be wrong to have feared military disaster. Others still opposed Hitler and the Nazi regime but felt that his enormous popularity with the people made any action impossible. Tireless, Oster rebuilt a resistance network. In 1941, when the systematic extermination of European Jews began after the invasion of the Soviet Union, his Abwehr group established contact with the resistance group of Henning von Tresckow in Army Group Centre. In 1942, his most important recruit was General Friedrich Olbricht, head of the General Army Office, at the Bendlerblock in central Berlin, who controlled an independent system of communications to reserve units all over Germany. The Oster group supplied British made bombs to Tresckow's group for their attempts to assassinate Hitler in 1943. In 1943, the Abwehr group's rescue efforts for Jews were exposed by the Gestapo and Oster was dismissed from his post. Hans von Dohnanyi, who joined the Abwehr shortly before the war and Dietrich Bonhoeffer, the Lutheran theologian and Dohnanyi's brother in law, helped 14 Jews to flee to Switzerland disguised as Abwehr agents in Operation (Unternehmen) U 7. Dohnanyi and Bonhoeffer were arrested on charges of alleged breach of monetary exchange laws, amongst others, with the leading German insurance brokers Jauch & Hübener, Captain Walter Jauch of the Jauch family, a first cousin in law of Oster, and Otto Hübener later being hanged. Oster was placed under house arrest.

Смерть

Остер был арестован на следующий день после провала заговора 20 июля с целью убийства Гитлера. 4 апреля 1945 года были обнаружены дневники адмирала Канариса, и, придя в ярость от их содержания, Гитлер приказал казнить всех действующих и бывших заговорщиков, включая Остера. 8 апреля 1945 года Остер, Дитрих Бонхёффер, Вильгельм Канарис и другие противники нацизма были осуждены и приговорены к смертной казни военным трибуналом СС под председательством Отто Торбека. На рассвете следующего дня Остер, Бонхёффер и Канарис были повешены в концентрационном лагере Флоссенбург. Фабиан фон Шлабрендорф, один из немногих высокопоставленных противников нацизма, переживших войну, описал Остера как "человека, каким Бог и создал людей – ясного и невозмутимого умом, стойкого в опасности".