Убийство Чандры Леви: Американская тайна

Введение

2001 год, убийство в Соединенных Штатах

Чандра Энн Леви (14 апреля 1977 г. – 1 мая 2001 г.) была американской стажеркой в Федеральном бюро тюрем в Вашингтоне, округ Колумбия, которая пропала без вести в мае 2001 года. Она была признана убитой после того, как ее скелетированные останки были обнаружены в парке Рок-Крик в мае 2002 года. Это дело привлекло внимание американских СМИ на несколько лет. Из-за недоразумения, Департамент полиции округа Колумбия (MPD) не последовал своим собственным параметрам поиска в парке Рок-Крик, оставив тело Леви разлагаться в течение года. Более того, MPD был проинформирован, но вскоре отклонил информацию о том, что Ингмар Гвандике, уже арестованный за нападение на женщин в парке Рок-Крик, признался в нападении на Леви. Вместо этого MPD сосредоточился на том, что у Леви был роман с конгрессменом Гари Кондитом, женатым демократом, который в то время проходил пятой срок от 18-го избирательного округа Калифорнии и являлся старшим членом Постоянного комитета Палаты представителей по разведке. Кондит в момент исчезновения Леви находился на встречах с вице-президентом Диком Чейни и никогда не был назван полицией подозреваемым; в конечном итоге он был оправдан в причастности к делу. Из-за облака подозрений, вызванного пристальным вниманием СМИ к пропавшей стажерке и последующим разоблачениям романа, Кондит проиграл выборы на переизбрание в 2002 году. После серии расследовательских репортажей газеты The Washington Post в 2008 году MPD возобновил расследование и, наконец, 3 марта 2009 года получил ордер на арест Ингмара Гвандика, который был идентифицирован и отпущен MPD восемь лет назад. Он был осужден за нападение на двух других женщин в парке Рок-Крик примерно в то же время, когда пропала Леви, и все еще находился в тюрьме по этим обвинениям, когда был выдан ордер на его арест по делу о смерти Леви. Прокуроры утверждали, что Гвандике напал на Леви, связал ее в отдаленной части парка и оставил умирать от обезвоживания или переохлаждения. В ноябре 2010 года Гвандике был признан виновным в убийстве Леви; в феврале 2011 года он был приговорен к 60 годам тюремного заключения. Однако в июне 2015 года Гвандике было предоставлено право на новый судебный процесс. 28 июля 2016 года прокуроры объявили, что не будут продолжать дело против Гвандика и вместо этого будут добиваться его депортации. В третьем эпизоде документального сериала "Чандра Леви: Американская тайна убийства" упоминается, что в марте 2017 года Гвандике проиграл дело о праве остаться в Соединенных Штатах и был депортирован в родной Сальвадор 5 мая 2017 года. Убийство Леви остается нераскрытым.

Chandra Ann Levy (April 14, 1977 – May 1, 2001) was an American intern at the Federal Bureau of Prisons in Washington, D. C., who disappeared in May 2001. She was presumed murdered after her skeletal remains were found in Rock Creek Park in May 2002. The case attracted attention from the American news media for several years. Due to a miscommunication, the Metropolitan Police Department of the District of Columbia (MPD) failed to follow its own search parameters in Rock Creek Park, leaving Levy's body to decompose for a year. Further, the MPD had been informed, but soon dismissed the information that Ingmar Guandique, already arrested for attacking women in Rock Creek Park, had confessed to attacking Levy. The MPD instead put much of its focus on the revelation that Levy had been having an affair with Congressman Gary Condit, a married Democrat then serving his fifth term representing California's 18th congressional district, and a senior member of the House Permanent Select Committee on Intelligence. Condit was in meetings with Vice President Dick Cheney at the time Levy disappeared and was never named as a suspect by police; he was eventually cleared of any involvement. Due to the cloud of suspicion raised by the intense media focus on the missing intern and the later revelation of the affair, Condit lost his bid for re election in 2002. Following a series of investigative reports by The Washington Post in 2008, the MPD followed up and finally obtained a warrant, on March 3, 2009, to arrest Ingmar Guandique, identified and dismissed by the MPD eight years earlier. He had been convicted of assaulting two other women in Rock Creek Park around the time of Levy's disappearance and was still in prison on those convictions when the arrest warrant on Levy's death was issued. Prosecutors alleged that Guandique had attacked and tied up Levy in a remote area of the park and left her to die of dehydration or exposure. In November 2010, Guandique was convicted of murdering Levy; he was sentenced in February 2011 to 60 years in prison. In June 2015, however, Guandique was granted a new trial. On July 28, 2016, prosecutors announced that they would not proceed with the case against Guandique and would, instead, seek to have him deported. In episode 3 of Chandra Levy: An American Murder Mystery on the case, it is mentioned that in March 2017 Guandique lost his bid to remain in the United States and was deported to his native El Salvador on May 5, 2017. Levy's murder remains unsolved.

История жизни

Леви родилась в Кливленде, штат Огайо, в семье Роберта и Сьюзан Леви; семья переехала в Модесто, штат Калифорния, где она училась в средней школе Грейс М. Дэвис. На момент её исчезновения её родители были членами консервативной еврейской синагоги «Конгрегация Бет-Шалом». Она училась в Государственном университете Сан-Франциско, где получила степень в области журналистики. После стажировки в Калифорнийском бюро среднего образования и работы в офисе мэра Лос-Анджелеса Ричарда Риордана, она начала обучение в Университете Южной Калифорнии для получения степени магистра в области государственного управления. В рамках последнего семестра обучения Леви переехала в Вашингтон, округ Колумбия, чтобы стать оплачиваемым стажером в Федеральном бюро тюрем. В октябре 2000 года она начала стажировку в штаб-квартире бюро, где её назначили в отдел по связям с общественностью. Её руководитель, представитель бюро Дэн Данн, был впечатлён работой Леви, особенно её работой с запросами СМИ относительно предстоящей казни Тимоти Маквей, осужденного за взрыв здания федерального управления в Оклахома-Сити. Компьютерным экспертам потребовался месяц, чтобы восстановить данные и установить, что утром 1 мая ноутбук использовался для поиска сайтов, связанных с Amtrak, Baskin Robbins, Condit, Southwest Airlines и прогнозом погоды из The Washington Post. Последний её запрос в 12:59 был посвящен Эльзасу и Лотарингии, региону во Франции. В 11:33 она искала информацию о парке Рок Крик в «Путеводителе по развлечениям» газеты The Washington Post, а затем в 11:34 перешла по ссылке, чтобы открыть карту парка. Позже следователи предположили, что она могла встретиться с кем-то в особняке Пирса Клингла, где располагается штаб-квартира парка.

Отношения с Condit

Споры вокруг исчезновения Леви привлекли внимание американских СМИ. Кондит, женатый мужчина, представлявший округ в Конгрессе, где проживала семья Леви, поначалу отрицал, что у него был роман с ней. Хотя полиция заявила, что Кондит не является подозреваемым, семья Леви чувствовала, что Кондит уклоняется от ответов и, возможно, скрывает информацию по этому делу. Кондит описал её полиции как вегетарианку, избегавшую алкоголя и курения. Он полагал, что Леви собиралась вернуться в Вашингтон после окончания учебы и был удивлен, узнав об истечении срока аренды её квартиры. Федеральные власти начали расследование в отношении Кондита по подозрению в воспрепятствовании правосудию, поскольку Смит также была вовлечена в роман с ним (она не была знакома с Леви). Возмущенный утечками в прессу, Кондит отказался пройти тест на полиграфе, предложенный полицией округа Колумбия; его адвокат заявил, что Кондит успешно прошел тест, проведенный частным экспертом 13 июля. Во время телеинтервью 23 августа с ведущей новостей Конни Чунг на программе ABC News «Primetime Thursday» он избегал прямых ответов на вопросы. В общенациональном опросе, проведенном Fox News/Opinion Dynamics в июле 2001 года среди 900 зарегистрированных избирателей, 44% американцев полагали, что Кондит причастен к исчезновению Леви, а 27% считали, что он должен уйти в отставку. 51% респондентов считали, что он ведет себя как виновный, а 13% полагали, что он должен снова баллотироваться. Выборка опроса, проведенная в округе Кондита, имела более благоприятное мнение о нем. 5 марта 2002 года Кондит проиграл праймериз Демократической партии своему бывшему помощнику, члену Ассамблеи Деннису Кардозе, причем споры вокруг Леви были названы одним из факторов, повлиявших на результат. Кондит покинул Конгресс по окончании своего срока 3 января 2003 года, не сумев переизбраться.

Открытие ее останков

22 мая 2002 года, около 9:30 утра, скелетные останки, соответствующие данным стоматологической карты Леви, были обнаружены человеком, выгуливавшим собаку и искавшим черепах в парке Рок-Крик, недалеко от ручья Брод-Бранч-Крик в Вашингтоне, округ Колумбия. Детективы обнаружили кости и личные вещи, разбросанными, но не захороненными, в лесистой местности на крутом склоне. Среди изъятых улик были спортивный бюстгальтер, толстовка, леггинсы и кроссовки. Хотя полиция ранее обыскала более половины основной территории парка, лесистый склон, где в итоге были найдены останки Леви, не был осмотрен. Руководство полиции приказало установить периметр поиска в пределах 91 метра (100 ярдов) от каждой дороги и тропы, но из-за недопонимания офицеры обыскали только территорию в пределах 91 метра от каждой дороги. Останки были найдены примерно в 6 километрах от квартиры Леви. После предварительного вскрытия полиция округа Колумбия заявила о наличии достаточных оснований для открытия расследования убийства. 28 мая окружной коронер Вашингтона Джонатан Л. Арден официально признал смерть Леви убийством, но отметил: «У нас меньше информации, чем хотелось бы. Возможно, мы никогда не узнаем точно, как она умерла». Арден обнаружил повреждение подъязычной кости, что указывало на возможную удушку, однако он не счел это достаточным доказательством такой причины смерти. 6 июня, после завершения поисков полицией, частные детективы, нанятые семьей Леви, обнаружили ее большеберцовую кость с обмотанной вокруг нее проволокой, рядом с остальными останками. Начальник полиции Чарльз Рэмси заявил: «Недопустимо, что эти предметы не были обнаружены ранее».

Мемориальные службы

28 мая 2002 года семья Леви организовала мемориальную службу на площади Модесто Центр Плаза, которая собрала более 1200 человек, в том числе приехавших из Лос-Анджелеса. На 90-минутной церемонии выступали брат, бабушка, пратётя и друзья Леви. В панихиде, произнесенной раввином Полом Гордоном на иврите и английском языках, Леви был охарактеризован как "добрый человек, которого у нас отняли слишком рано".

Идентификация главного подозреваемого

В сентябре 2001 года полиция Вашингтона и федеральные прокуроры обратились к адвокату информатора, содержащегося в тюрьме округа Колумбия, который заявил, что знает убийцу Леви. Информатор, чья личность была защищена из соображений безопасности, сообщил, что Ингмар Гуандике, 20-летний нелегальный иммигрант из Сальвадора, также находившийся в заключении, рассказал ему, что Кондит заплатил ему 25 000 долларов за убийство Леви. Следователи отклонили эту версию, поскольку Гуандике уже признался в нападении на двух других женщин в том же парке, где были обнаружены останки Леви. Его бывшая домовладелица вспомнила, что в то время его лицо выглядело поцарапанным и с синяками. Следователи, ведущие дело Леви, не допрашивали других жертв нападений в парке Рок Крик. Начальник полиции Рэмси избегал называть Гуандика подозреваемым, описывая его как "лицо, представляющее интерес", и просил журналистов не раздувать из этого "большой скандал". Помощник начальника Терренс У. Гейнер заявил, что если бы Гуандике считался подозреваемым, полиция округа Колумбия "гонялась бы за ним, как мухи за мёдом". 28 ноября ФБР провело полиграф-тест с информатором, который он не прошел. 4 февраля 2002 года Гуандике также был подвергнут полиграф-тесту, результаты которого оказались неубедительными и были официально признаны "не указывающими на обман". Поскольку ни информатор, ни Гуандике не владели английским языком, главный детектив округа Колумбия Джек Барретт заявил, что он предпочел бы, чтобы полиграф-тесты проводились двуязычными экспертами, которых в то время не было в наличии. Позже он был переведен в федеральную тюрьму в Викторвилле, Калифорния. 20 апреля он был возвращен под стражу Департамента исправительных учреждений округа Колумбия через Федеральный центр переводов в Оклахома-Сити. Через два дня Гуандике был обвинен в убийстве Леви в округе Колумбия. Ему были предъявлены обвинения по шести пунктам: похищение, убийство первой степени, совершенное при похищении, попытка сексуального насилия первой степени, убийство первой степени, совершенное при сексуальном насилии, попытка ограбления и убийство первой степени, совершенное при ограблении. Гуандике не признал себя виновным на судебном заседании, где предварительная дата суда была назначена на 27 января 2010 года. Его адвокаты утверждали, что тюремная камера Гуандика находится вне юрисдикции суда, выдавшего ордер на обыск. После ошибок в процедуре, из-за которых некоторые собранные доказательства были загрязнены ДНК сотрудников обвинения, дата начала судебного разбирательства в здании суда имени Карла Моултри была перенесена на 4 октября 2010 года. 25 и 26 октября Халле Шиллинг и Кристи Виганд дали показания о том, что на них напал Гуандике во время пробежек в парке Рок Крик. Виганд рассказала, что Гуандике схватил ее сзади, потащил вниз по оврагу и приставил нож к ее лицу. 26 октября 2010 года отец Леви, Роберт, 64 лет, выступил в суде и опроверг заявления о своих прошлых подозрениях в отношении Кондита. Роберт Леви засвидетельствовал, что в первые годы расследования он сообщил властям, что его дочь Чандра была бы слишком осторожна, чтобы бегать по лесу одна, но сказал, что больше не верит в это. Он также сказал полиции, что его дочь и Кондит имели пятилетний план по женитьбе. Оглядываясь назад, Роберт Леви признался: "Я просто говорил все, что приходило в голову, чтобы указать на него как на злодея". Леви добавил, что был убежден в виновности Кондита "пока мы не узнали об этом человеке", имея в виду Гуандика. 1 ноября Кондит дал показания на суде и был спрошен как минимум трижды, были ли он и Чандра Леви связаны сексуальными отношениями. Он ответил: "Я не буду отвечать на этот вопрос, чтобы сохранить конфиденциальность как мою, так и Чандры". Биолог ФБР Алан Джиусти засвидетельствовал, что сперма, найденная на нижнем белье из квартиры Леви, содержала сперму, соответствующую ДНК Кондита. Армандо Моралес засвидетельствовал, что Гуандике признался в убийстве Леви, находясь в федеральной тюрьме Биг Сэнди в Кентукки. Прокуратура прекратила дело 10 ноября, сняв с Гуандика два из шести обвинений: сексуальное нападение и убийство, связанное с этим нападением. 15 ноября защита прекратила представление дела, не вызвав Гуандика на допрос. Другие заключенные, вызванные защитой, опровергли показания Моралеса. Хосе Мануэль Аланис заявил, что Гуандике не упоминал об изнасиловании или убийстве, когда делил с ним и Моралесом камеру в тюрьме в Кентукки. Аланис признал под перекрестным допросом, что "не хотел быть слишком любопытным" и часто спал в тюрьме, восстанавливаясь после огнестрельного ранения. Прокуратура также сняла еще два обвинения в связи с истечением срока давности: похищение и попытка ограбления. В ходе заключительных аргументов по оставшимся обвинениям в убийстве первой степени, совершенном при похищении и ограблении, Соненберг назвал дело прокуратуры "вымыслом", предположив, что Леви была убита в другом месте, а ее тело было выброшено в парке. Присяжные приступили к совещаниям 17 ноября 2010 года. После двух дней совещаний все, кроме одного присяжного, проголосовали за признание Гуандика виновным. На третий день присяжные попросили судью Джеральда Фишера уточнить определение нападения. Фишер ответил, что любое физическое повреждение может законно считаться нападением, независимо от его размера. 22 ноября 2010 года присяжные признали Гуандика виновным по обоим оставшимся пунктам обвинения в убийстве первой степени. После суда один из присяжных заявил, что показания Моралеса были решающими при вынесении вердикта. Признание вины было названо "чудом", поскольку оно было достигнуто только на основании косвенных доказательств. Глэдис Ветерспун, которая ранее представляла Гуандика в делах об избиении 2001 года, заявила, что ее беспокоит вердикт присяжных: "Я просто думаю, что они собирались признать его виновным в любом случае. Им было жаль эту женщину, мать. Она сидит там каждый день". С момента окончания суда Сьюзан Леви предприняла шаги для сохранения фотографических доказательств останков ее дочери в тайне от средств массовой информации.

In September 2001, Washington, D. C. police and federal prosecutors were contacted by the lawyer of an informant, held in D. C. Jail, who claimed to have knowledge of Levy's killer. The informant, whose identity was protected for his safety, said that Ingmar Guandique, a 20 year old undocumented immigrant from El Salvador who was also being held in the jail, told him that Condit paid him $25,000 to kill Levy. Investigators ruled out the story about Condit, because Guandique had already admitted to assaulting two other women in the same park where Levy's remains were found. His former landlady recalled that his face appeared scratched and bruised at around that time. The investigators on the Levy case did not interview the other Rock Creek Park victims. Police chief Ramsey avoided calling Guandique a suspect and described him as a "person of interest", telling reporters not to make "too big a deal" about him. Assistant chief Terrance W. Gainer said that if Guandique had been considered a suspect, D. C. police would have been after him "like flies on honey". On November 28, the FBI had the informant take a polygraph test, which he failed. A polygraph test on Guandique, administered on February 4, 2002, returned inconclusive results that were officially ruled "not deceptive". Because neither the informant nor Guandique was fluent in English, D. C. chief detective Jack Barrett said that he would have preferred polygraph tests to have been administered by bilingual examiners, who were unavailable at the time. and was later transferred to the U. S. Penitentiary at Victorville, California. He was returned to the custody of the District of Columbia Department of Corrections on April 20 via the Federal Transfer Center in Oklahoma City. Two days later, Guandique was charged in D. C. with Levy's murder. He was indicted by a grand jury on six counts: kidnapping, first degree murder committed during a kidnapping, attempted first degree sexual abuse, first degree murder committed during a sexual offense, attempted robbery, and first degree murder committed during a robbery. Guandique pleaded not guilty at his arraignment, where a trial date was initially set for January 27, 2010. His lawyers argued that Guandique's federal prison cell was outside the jurisdiction of a court ordered search. After errors in processing contaminated some of the gathered evidence with DNA from employees of the prosecution, the start date of the trial at the H. Carl Moultrie Courthouse was moved to October 4, 2010. On October 25 and 26, Halle Shilling and Christy Wiegand testified about being attacked by Guandique while independently jogging in Rock Creek Park. Wiegand recounted that Guandique grabbed her from behind, dragged her down a ravine and held a knife against her face. On October 26, 2010, Levy's then 64 year old father, Robert, took the stand and refuted statements about his past suspicions of Condit. Robert Levy testified that he told authorities during the early years of the investigation that his daughter Chandra would have been too cautious to jog in the woods alone, but said that he no longer believed this to be true. He said that he also told police that his daughter and Condit had a five year plan between them to get married. In retrospect, Robert Levy admitted: "I just said whatever came to mind just to point to him as the villain." Levy added that he had been convinced that Condit was "guilty until we learned about this character here," referring to Guandique. On November 1, Condit testified at the trial and was asked on at least three occasions if he and Chandra Levy had been involved in a sexual relationship. He replied, "I am not going to respond to that question out of privacy for myself and Chandra." FBI biologist Alan Giusti testified that semen found on underwear from Levy's apartment contained sperm matching Condit's DNA profile. <! [[File:USP Big Sandy. jpg|thumb|left|Armando Morales testified that Guandique admitted killing Levy while held at the U. S. Penitentiary, Big Sandy in Kentucky. The prosecution rested their case on November 10, while dropping two out of the six charges against Guandique: sexual assault and murder associated with that assault. On November 15, the defense rested its case without calling Guandique to the stand. Other prison witnesses called by the defense refuted Morales' testimony. Jose Manuel Alaniz said that Guandique made no mention of rape or murder while sharing a cell with both Alaniz and Morales at the penitentiary in Kentucky. Alaniz admitted under cross examination that he "didn't want to be too nosy" and was often asleep at the prison while recovering from a gunshot wound. The prosecution dropped two more charges because the statute of limitations had passed: kidnapping and attempted robbery. During closing arguments for the remaining charges of first degree murder committed during a kidnapping and during a robbery, Calling the prosecution's case "fiction", Sonenberg suggested that Levy had been murdered elsewhere, with her dead body being dumped in the park. The jury began deliberations on November 17, 2010. After two days of deliberations, all but one juror had voted to convict Guandique. On the third day, the jury asked Judge Gerald Fisher to clarify the definition of assault. Fisher responded that any physical injury could legally be considered an assault, regardless of how small. On November 22, 2010, the jury found Guandique guilty of both remaining counts of first degree murder. After the trial, a juror said the testimony of Morales was decisive in reaching the verdict. The conviction was called a "miracle" for having been reached with only circumstantial evidence. Gladys Weatherspoon, who had previously represented Guandique in the 2001 assault cases, stated that she was troubled by the jury's verdict: "I just think they were going to convict anyway They felt bad for that woman, the mom. She's sitting in there every day." Since the conclusion of the trial, Susan Levy has acted to keep photographic evidence of her daughter's remains sealed from the news media.

Приговор и апелляции

1 февраля 2011 года адвокаты Гуандика потребовали пересмотра дела, ссылаясь на то, что приговор был вынесен с нарушениями. В 17-страничном документе утверждалось, что прокуроры апеллировали к эмоциям присяжных, используя "ссылки на факты, не представленные в качестве доказательств". В ходатайстве также утверждалось, что один из присяжных, не делавший заметок, нарушил указание судьи не поддаваться "влиянию заметок другого присяжного". Гуандику грозило наказание от 30 лет до пожизненного заключения без права на условно-досрочное освобождение. В стремлении к максимальному сроку прокуроры заявили, что Гуандик "не способен контролировать себя и, следовательно, всегда будет представлять опасность для женщин". Во время слушания по вынесению приговора 11 февраля Гуандик сказал семье Леви: "Мне жаль, что с вашей дочерью произошло это", и настаивал на своей невиновности. Прежде чем судья Джеральд Фишер напомнил Сьюзан Леви обращаться в суд, а не к подсудимому, Леви спросила его: "Вы действительно отняли у нее жизнь? Посмотри мне в глаза и скажи". Фишер отклонил ходатайство Гуандика о пересмотре дела и приговорил его к 60 годам тюрьмы, заявив, что Гуандик "будет представлять опасность еще долгое время. Он – сексуальный хищник". Гуандик повторил свою невиновность во время вынесения приговора и продолжал утверждать ее в последующие годы. 25 февраля 2011 года государственный защитник Джеймс Клейн подал апелляцию на приговор Гуандика в Апелляционный суд округа Колумбия. Согласно ежегодному отчету суда, рассмотрение апелляций занимает в среднем 588 дней. В декабре 2012 года и январе 2013 года стало известно о серии секретных слушаний, однако предмет этих встреч был засекречен судьей. После третьего слушания в феврале судья раскрыл стенограммы предыдущих слушаний, из которых следовало, что Клейн добивается нового судебного разбирательства на основании новых доказательств по делу. Четвертое слушание было назначено на апрель 2013 года. Это было связано с утверждениями защиты о том, что ключевой свидетель обвинения, Армандо Моралес, дал ложные показания под присягой. Защита утверждала, что прокуроры не раскрыли информацию о том, что Моралес был тюремным информатором с репутацией ненадежного человека. Моралес отрицал, что когда-либо был информатором. Защита также утверждала, что Моралес сфабриковал признание Гуандика, чтобы заслужить расположение прокуроров. 3 июня защита заявила, что новый свидетель, сосед, позвонил в службу 911 в 4:37 утра в последний день жизни Леви, чтобы сообщить о том, что слышал "раздирающий душу крик", предположительно доносившийся из квартиры Леви. На следующий день судья Джеральд Фишер удовлетворил ходатайство о новом судебном разбирательстве. Судья Роберт Э. Морин назначил повторное рассмотрение дела Гуандика на 1 марта 2016 года, но позже перенес его на 11 октября. В ноябре 2015 года прокуроры сообщили судье Высшего суда округа Колумбия, что их ведомство не передало защите некоторые документы до первого судебного процесса подсудимого. В декабре 2015 года адвокаты защиты в новых документах, поданных в суд, утверждали, что обвинения должны быть сняты из-за этих ошибок. В частности, защита утверждала, что получила лишь две из трех страниц служебной записки, содержащей информацию о контактах прокуроров с Моралесом. На суде он свидетельствовал, что никогда не сотрудничал с правоохранительными органами до дела Леви. На отсутствующей первой странице было указано, что он ранее обращался в правоохранительные органы с информацией о деятельности банд, включая те, к которым он принадлежал. Защита утверждала, что эта информация была намеренно скрыта от них, поскольку могла бы свидетельствовать о том, что Моралес исказил свои показания, чтобы получить благосклонность прокуроров. 28 июля 2016 года прокуроры объявили, что не будут продолжать дело против Гуандика и вместо этого будут добиваться его депортации. По данным The Washington Post, прокуроры потеряли уверенность в деле после того, как узнали, что Моралес, проживающий в Мэриленде, был тайно записан, признающимся во лжи на суде в 2010 году. Бэбс Проллер, женщина, сделавшая запись, передала ее полиции. Представители прокуратуры США заявили лишь, что на основании новой информации, полученной на прошлой неделе, недостаточно доказательств для продолжения повторного судебного разбирательства. В третьей серии "Американской тайны убийства", посвященной этому делу, упоминается, что в марте 2017 года Гуандик проиграл дело о праве остаться в Соединенных Штатах и был депортирован в родной Эль-Сальвадор в мае.

On February 1, 2011, Guandique's attorneys requested a new trial on the grounds that the verdict had been improperly attained. The 17 page filing claimed that the prosecutors had appealed to the emotions of the jury, using "references to facts not in evidence". The motion also alleged that one juror, who did not take notes, had breached the judge's instructions not to be "influenced by another juror's notes". Guandique faced a minimum penalty of 30 years to a maximum of life imprisonment without the possibility of parole. In seeking the maximum possible sentence, the prosecutors stated that Guandique "is unable to control himself and thus, will always remain a danger to women". During the sentencing hearing on February 11, Guandique said to Levy's family, "I am sorry for what happened to your daughter", and insisted on his innocence. Before Judge Gerald Fisher reminded Susan Levy to address the court instead of the defendant, Levy said to him, "Did you really take her life? Look me in my eyes and tell me." Fisher denied Guandique's motion for retrial and handed down a sentence of 60 years in prison, stating that Guandique "will be a danger for some time. He's a sexual predator." Guandique repeated his innocence during his sentencing. He has maintained his innocence in the years since the trial. On February 25, 2011, public defender James Klein filed an appeal of Guandique's conviction with the District of Columbia Court of Appeals. According to the court's annual report, appeals take an average of 588 days to reach resolution. In December 2012 and January 2013, a set of secret hearings was made known to the public, but the subject of the meetings was sealed by the judge. After a third hearing in February, the judge in the case unsealed transcripts from the previous hearings which revealed that Klein was seeking a new trial based on new evidence in the case. A fourth hearing was scheduled for April 2013. This resulted from defense claims that the prosecution's star witness, Armando Morales, had perjured himself on the stand. The defense contended that prosecutors failed to disclose that Morales was a jailhouse informant with a reputation for being untrustworthy. Morales had denied ever being an informant. The defense also argued that Morales made up Guandique's confession in order to boost his stock with prosecutors. On June 3, the defense said that a new witness, a neighbor, called 911 at 4:37 a. m. on the last day Levy was alive in order to report hearing a 'blood curdling scream', possibly coming from Levy's apartment. The following day, Judge Gerald Fisher granted a motion for the new trial. Judge Robert E. Morin set the retrial of Guandique for March 1, 2016, but at that time, it was moved to October 11. In November 2015, prosecutors told a D. C. Superior Court judge that their office had failed to turn over documents to the defense before the defendant's first trial. In December 2015, defense attorneys argued in new court filings that the charges should be dismissed because of those errors. Specifically, the defense argued that they had only received two of three pages of a memo detailing prosecutors' contacts with Morales. At trial he had testified that he had never cooperated with law enforcement prior to the Levy case. The missing first page noted that he had previously approached law enforcement to discuss gang activity, including the actions of gangs to which he belonged. The defense argued this information had been purposely withheld from them, as it might suggest that Morales had shaded his testimony to gain favor with prosecutors. On July 28, 2016, prosecutors announced that they would not proceed with the case against Guandique and would, instead, seek to have him deported. According to The Washington Post, prosecutors lost confidence in the case after learning that Morales, who now lives in Maryland, was secretly recorded admitting lying on the witness stand during the 2010 trial. Babs Proller, the woman who made the recording, turned it over to the police. The U. S. Attorney's Office said only that based on new information that had come to light during the previous week, there was no longer enough evidence to go forward with the retrial. In episode 3 of "An American Murder Mystery" on the case, it is mentioned that in March 2017 Guandique lost his bid to remain in the United States and was deported to his native El Salvador in May.

Дисциплинарные процедуры в отношении прокуроров

Адвокаты защиты Гуандика считали, что Кампоамор Санчес и Хайнс намеренно не передали первую страницу записки Моралеса. Они подали жалобу в Управление профессиональной ответственности Министерства юстиции (OPR) по этому поводу. После двухлетнего расследования OPR не обнаружила никаких нарушений этики или закона. Кампоамор Санчес ушел из Министерства юстиции на работу в Комиссию по ценным бумагам и биржам, а Хайнс вышел на пенсию. В 2020 году Управление дисциплинарного совета (ODC) Адвокатской палаты округа Колумбия объявило о начале расследования этих обвинений и в мае следующего года предъявило обвинения. На слушании оба адвоката выступили в свою защиту. Хайнс полагала, что полная записка была передана защите, а первую страницу они потеряли. Она не считала, что у прокуратуры были основания ее скрывать, поскольку это не нанесло серьезного ущерба их делу, но иногда она задерживала передачу более конкретной информации о свидетелях защите, так как в некоторых делах это приводило к убийству этих свидетелей. И она, и Кампоамор Санчес свидетельствовали, что у них возникли разногласия относительно того, что и когда передавать защите, поскольку в то время в Министерстве юстиции не было четких правил по этому вопросу, что приводило к более острым столкновениям между ними по поводу того, кто будет допрашивать Моралеса на суде и подводить итоги дела. Кампоамор Санчес изначально должен был выполнять обе эти задачи, но Хайнс перепоручила их себе, оставив его в чувстве отчужденности. За делом внимательно следили 63% американцев. По словам Кондита, около ста репортеров расположились перед его квартирой утром 11 сентября 2001 года, но все они покинули это место после распространения новостей о террористических атаках в Нью-Йорке и Вашингтоне. Позднее критики СМИ и руководители кабельных новостей ссылались на дело Леви, а также на одновременное сенсационное освещение серии нападений акул, как на отражение стиля освещения новостей в Соединенных Штатах до того, как события 11 сентября стали приоритетными. В 2002 году газета Roll Call округа Колумбия впервые сообщила о возможной связи Ингмара Гуандика с этим делом, что оказало незначительное влияние на внимание СМИ к Кондиту. В 2005 году журналист-расследователь Доминик Данн заявил в программе Larry King Live, что считает, что Гэри Кондит располагал большей информацией о деле Леви, чем раскрывал. Кондит подал два иска против Данна, вынудив его заключить конфиденциальное финансовое соглашение по одному из них. В 2008 году окружной судья США Питер Лейзер отклонил другой иск о клевете, поскольку «контекст, в котором Данн делал свои заявления, показывает, что они были частью обсуждения «спекуляций» в СМИ и неточной информации в прессе». Комментаторы, в том числе Роберт Пьер, журналист отдела Metro газеты The Washington Post, писали, что акцент на привлекательной белой жертве убийства, когда «в этом городе ежегодно убивают около 200 человек, большинство из которых — чернокожие мужчины», был «абсолютно абсурдным и, осмелюсь сказать, в своей основе расистским». СМИ подверглись критике за «поспешность в вынесении суждений» и предположения, иногда откровенные, о виновности Кондита в убийстве, особенно в первые дни расследования. Некоторые из репортеров, расположившихся перед домом Кондита в Вашингтоне, говорили, что останутся там «до тех пор, пока он не подаст в отставку». Когда Ингмар Гуандик был признан виновным в убийстве Леви в ноябре 2010 года, адвокат Кондита Берт Филдс заметил: «Это полное оправдание, но немного запоздалое. Кто ему вернет карьеру?» На 17-ю годовщину убийства мать Леви продолжала добиваться дальнейшего расследования смерти своей дочери. Эпизод подкаста You're Wrong About, вышедший 25 мая 2020 года, рассматривал события, связанные с ее исчезновением и ее поисками.

Defense lawyers for Guandique believed that Campoamor Sánchez and Haines had deliberately failed to turn over the first page of the Morales memo. They filed a complaint to that effect with the Justice Department's Office of Professional Responsibility (OPR). After investigating for two years, OPR found no ethical or legal violations. Campoamor Sánchez left the Justice Department to work at the Securities and Exchange Commission, and Haines retired. In 2020 the District of Columbia Bar's Office of Disciplinary Counsel (ODC) announced it would investigate the allegations; it brought charges the following May. At the hearing both attorneys testified in their behalf. Haines believed that the full memo had been turned over to the defense and they had lost the first page. She did not think there would have been any reason for prosecutors to withhold it as it did not seriously damage their case; but she sometimes delayed turning over more specific information on witnesses to the defense since at some trials that had led to those witnesses getting killed. Both she and Campoamor Sánchez testified that they had clashed over what to turn over to the defense and when, since at the time there were no clear rules in the Justice Department about it, leading to greater clashes between the two about who would question Morales at trial and handle the case's closing argument—Campoamor Sánchez had originally been scheduled to do both, but Haines reassigned those tasks to herself, leaving him feeling marginalized. with 63% of Americans closely following the case. According to Condit, about a hundred reporters were camped out in front of his apartment during the morning of September 11, 2001, but they all left after news spread about that day's terrorist attacks in New York and Washington. Media critics and cable news executives later cited the Levy case, as well as the concurrent sensationalist coverage of a string of shark attacks, as a reflection of the manner of news coverage in the United States before the September 11 attacks had taken priority. In 2002, D. C. newspaper Roll Call first reported Ingmar Guandique's possible connection to the case, with little effect on the news media's focus on Condit. In 2005, investigative journalist Dominick Dunne said on Larry King Live that he believed that Gary Condit had more information about the Levy case than he had been disclosing. Condit filed two lawsuits against Dunne, forcing him into an undisclosed financial settlement on one of them. In 2008, U. S. District Judge Peter Leisure dismissed the other suit that alleged slander, because "The context in which Dunne's statements were made demonstrates that they were part of a discussion about "speculation" in the media and inaccurate media coverage". Commentators, including The Washington Post Metro reporter Robert Pierre, wrote that emphasis on a glamorous white murder victim, when "about 200 people are killed in this city every year, most of them black and male", was "absolutely absurd and dare I say, racist, at its core". The media was criticized for its "rush to judgment" in suggesting, sometimes blatantly, that Condit was guilty of the murder, especially in the early days of the investigation. Some of the reporters who were camped out in front of Condit's Washington apartment house were quoted as saying that they would remain there "until he resigns". When Ingmar Guandique was convicted of murdering Levy in November 2010, Condit's lawyer Bert Fields remarked, "It's a complete vindication but that comes a little late. Who gives him his career back?" On the 17th anniversary of the homicide, Levy's mother continued to push for further investigation into her daughter's death. An episode of the podcast You're Wrong About released on May 25, 2020, reviewed the events surrounding her disappearance and the search for her.

Влияние

Смерть Леви оказала долгосрочное влияние, отчасти благодаря усилиям ее семьи и друзей. Исчезновение Леви произошло после ряда других громких дел, которые привели к созданию ресурсов для поиска пропавших молодых людей. Например, родители Леви незамедлительно обратились за помощью в Фонд награды имени Кароль Санд и Каррингтон, который предоставил семье Леви поддержку и выделил средства на вознаграждение за информацию об исчезновении Чандры; в 2009 году этот фонд был объединен с Фондом поиска и спасения Ласи и Коннера. Сьюзан Леви ранее принимала участие в поисках Лейси Петерсон, еще одной пропавшей женщины из Модесто. В 1997 году, когда Кристен Модаффери таинственным образом исчезла в районе залива Сан-Франциско всего через три недели после своего 18-летия, ее родители обратились за помощью к своему члену Конгресса, поскольку они не имели права на помощь от Национального центра пропавших и эксплуатируемых детей. В результате, в октябре 2000 года Конгресс принял «Закон Кристен», учредивший Национальный центр пропавших взрослых (NCMA) при Министерстве юстиции США для координации работы по таким делам. К моменту исчезновения Леви необходимые структуры уже были созданы для оказания поддержки ее семье и организации общенационального поиска. Хотя семья Леви быстро предприняла шаги для мобилизации всех доступных ресурсов, включая предложение денежного вознаграждения за информацию, наем частных детективов и привлечение внимания СМИ, эти усилия по поиску Чандры Леви или ее убийцы были затмены спекуляциями относительно ее возможных отношений с Кондитом. Позже Сьюзан Леви объединила усилия с Донной Рэйли, матерью другой молодой женщины, пропавшей без вести из Модесто в 1999 году, чтобы создать группу поддержки «Крылья защиты» для людей, чьи близкие пропали. Издатель журнала «Женское здоровье и гендерная медицина» – компания Mary Ann Liebert – в мае 2002 года вручила Сьюзан Леви свою ежегодную премию Criterion Award за работу в «Крыльях защиты». Журнал Newsweek отметил, что после дела Леви СМИ могли стать более скептичными к «стадному инстинкту» и более открытыми к альтернативным версиям. Полиция округа Колумбия заявила, что обнаружила бы тело Леви раньше, если бы не было недопонимания относительно масштаба поисков. Командование приказало провести поиски в радиусе каждой дороги и тропы в парке Рок-Крик, но поиски проводились только в пределах 90 метров от каждой дороги, из-за чего тело оставалось ненайденным в течение более длительного времени. Моралес, отбывающий срок за сговор с целью распространения метамфетамина и крэка, должен был выйти на свободу 5 августа 2016 года. Кондит ушел из политики и переехал в Финикс, штат Аризона, с женой, чтобы заниматься недвижимостью и открыть две франшизы Baskin Robbins, которые впоследствии были закрыты.

Levy's death has had a lasting impact, due in part to the efforts of her family and friends. Levy's disappearance came after a number of other high profile cases that led to the creation of resources for missing young adults. For example, Levy's parents quickly requested help from the Carole Sund/Carrington Memorial Reward Foundation, That foundation, which offered the Levys staff support and contributed towards a cash reward for information about Chandra's disappearance, was merged into the Laci and Conner Search and Rescue Fund in 2009; Susan Levy had previously participated in the efforts to find Laci Peterson, another missing woman from Modesto. In 1997, when Kristen Modafferi mysteriously disappeared from the San Francisco Bay Area just three weeks after her 18th birthday, her parents turned to their congresswoman for help, because they were ineligible to receive help from the National Center for Missing and Exploited Children. As a result, Congress enacted "Kristen's Law" in October 2000, which established the National Center for Missing Adults (NCMA) within the U. S. Department of Justice in order to coordinate such missing persons cases. By the time Levy disappeared, institutions were in place in order to provide her family with support and assist in a nationwide search to locate her. Although the Levy family quickly moved to mobilize all such available resources, including offering a cash reward for information, hiring its own investigators, and seeking media attention, those efforts to locate Chandra Levy or find her killer were overshadowed by the speculation which surrounded her possible relationship with Condit. Susan Levy later joined forces with Donna Raley, the mother of another young woman who disappeared from Modesto in 1999, to form "Wings of Protection", a support group for people with missing loved ones. The Mary Ann Liebert company, the publisher of the Journal of Women's Health and Gender Based Medicine, presented its annual Criterion Award to Susan Levy for her work with "Wings of Protection" in May 2002. Newsweek magazine stated that the media may have become more skeptical of "herd mentality" and open to alternative suspects after the Levy case. The D. C. police claimed that it would have discovered Levy's body earlier if not for a miscommunication regarding the scope of the search. Commanders had ordered that a search be conducted within of each road and trail in Rock Creek Park, but searches were only made within 100 yards of each road, causing the body to remain undiscovered for a longer period of time. Morales, who is serving time for conspiracy to distribute methamphetamine and crack cocaine, was scheduled to be released on August 5, 2016. Condit retired from politics and moved to Phoenix, Arizona with his wife to manage real estate and open two Baskin Robbins franchises, which have since closed.