Введение
Этнический конфликт – это конфликт между двумя или более этническими группами. Хотя источником конфликта могут быть политические, социальные, экономические или религиозные причины, участники конфликта должны явно бороться за положение своей этнической группы в обществе. Этот критерий отличает этнический конфликт от других видов борьбы. Академические объяснения этнических конфликтов обычно относятся к одной из трех основных школ мысли: примордиалистской, инструменталистской или конструктивистской. В последнее время некоторые исследователи предлагают объяснения этнических конфликтов, исходящие либо «сверху вниз», либо «снизу вверх». Интеллектуальные дискуссии также сосредоточены на вопросе о том, стали ли этнические конфликты более распространёнными после окончания холодной войны, и на поиске способов управления ими, используя такие инструменты, как консоциационализм и федерализация.
An ethnic conflict is a conflict between two or more ethnic groups. While the source of the conflict may be political, social, economic or religious, the individuals in conflict must expressly fight for their ethnic group's position within society. This criterion differentiates ethnic conflict from other forms of struggle. Academic explanations of ethnic conflict generally fall into one of three schools of thought: primordialist, instrumentalist or constructivist. Recently, some have argued for either top down or bottom up explanations for ethnic conflict. Intellectual debate has also focused on whether ethnic conflict has become more prevalent since the end of the Cold War, and on devising ways of managing conflicts, through instruments such as consociationalism and federalisation.
Теории причин
Утверждается, что повстанческие движения чаще организуются вокруг этнической принадлежности, поскольку этнические группы более склонны к недовольству, лучше способны к мобилизации и с большей вероятностью сталкиваются с трудностями при ведении переговоров, чем другие группы. Причины этнических конфликтов являются предметом дискуссий среди политологов и социологов. Общепринятые академические объяснения обычно относятся к одной из трех школ: примордиалистской, инструменталистской и конструктивистской. Более современные исследования опираются на все три подхода.
Примордиалистические учения
Сторонники примордиалистских теорий утверждают, что «этнические группы и национальности существуют, потому что существуют традиции верований и действий, направленные на изначальные объекты, такие как биологические признаки и, особенно, территориальное расположение». Примордиалистские теории опираются на прочные родственные связи между членами этнических групп. Дональд Л. Хоровиц утверждает, что это родство «позволяет этническим группам мыслить в терминах семейного сходства». Клиффорд Гирц, основоположник примордиализма, утверждает, что каждый человек имеет естественную связь со своими предполагаемыми сородичами. Со временем и в результате повторяющихся конфликтов, основополагающие связи с этнической принадлежностью укрепляются и препятствуют установлению связей с гражданским обществом. Этнические группы, таким образом, постоянно будут угрожать стабильности гражданских правительств, но не существованию наций, сформированных из одной этнической группы. Следовательно, если рассматривать ситуацию через примордиалистскую призму, этнический конфликт в многоэтническом обществе неизбежен. Однако ряд политологов утверждают, что коренные причины этнических конфликтов не связаны с этнической принадлежностью как таковой, а скорее с институциональными, политическими и экономическими факторами. Эти ученые считают, что концепция этнической войны вводит в заблуждение, поскольку приводит к эссенциалистскому выводу о том, что определенные группы обречены на борьбу друг с другом, в то время как войны между ними, которые происходят, часто являются результатом политических решений. Более того, примордиалистские теории не учитывают пространственные и временные вариации в этническом насилии. Если эти «древние ненависти» постоянно тлеют под поверхностью и находятся в центре сознания людей, то этнические группы должны постоянно быть вовлечены в насилие. Однако этническое насилие возникает спорадическими вспышками. Например, Варшней отмечает, что, хотя Югославия распалась из-за этнического насилия в 1990-х годах, она на протяжении десятилетий до распада СССР пользовалась длительным миром. Поэтому некоторые ученые полагают, что маловероятно, что только изначальные этнические различия стали причиной вспышки насилия в 1990-х годах.
Счета инструменталистов
Энтони Смит отмечает, что инструменталистский подход получил распространение в 1960-х и 1970-х годах в Соединенных Штатах в ходе дебатов о сохранении (белых) этнических групп в том, что должно было стать эффективным «плавильным котлом». Эта новая теория стремилась объяснить сохранение этнической идентичности как результат действий лидеров общин, «которые использовали свои культурные группы как площадки для массовой мобилизации и как электоральную базу в своей конкуренции за власть и ресурсы, поскольку считали их более эффективными, чем социальные классы». В инструменталистских подходах не имеет решающего значения, является ли этническая принадлежность фиксированным представлением или нет. Более того, ученые этого направления, как правило, не отрицают, что этнические различия играют определенную роль во многих конфликтах. Они лишь утверждают, что этнических различий недостаточно для объяснения конфликтов. Массовая мобилизация этнических групп может быть успешной только при наличии скрытых этнических различий, которые можно использовать; в противном случае политики даже не стали бы апеллировать к этнической принадлежности, а сосредоточились бы на экономических или идеологических призывах. По этим причинам сложно полностью игнорировать роль изначальных этнических различий. Кроме того, этнические предприниматели или элиты могут испытывать соблазн мобилизовать этнические группы для получения их политической поддержки в демократизирующихся государствах. Теоретики инструментализма особенно подчеркивают эту интерпретацию в этнических государствах, где одна этническая группа продвигается за счет других. Более того, этническая массовая мобилизация, вероятно, будет сопряжена с проблемами коллективных действий, особенно если этнические протесты могут привести к насилию. Инструменталистские исследователи пытались решить эти недостатки. Например, Рассел Хардин утверждает, что этническая мобилизация сталкивается с проблемами координации, а не коллективных действий. Он указывает на то, что харизматичный лидер выступает в качестве центра притяжения, вокруг которого объединяются члены этнической группы. Существование такого лидера помогает прояснить представления о поведении других внутри этнической группы.
Конструктивистские расчеты
Третий, конструктивистский, подход подчеркивает важность социально сконструированной природы этнических групп, опираясь на концепцию «воображаемого сообщества» Бенедикта Андерсона. Сторонники этого подхода приводят в пример Руанду, поскольку разграничение тутси и хуту было кодифицировано бельгийскими колониальными властями в 1930-х годах на основе владения скотом, антропометрических измерений и церковных записей. На этой основе выдавались удостоверения личности, которые сыграли ключевую роль в геноциде 1994 года. Некоторые утверждают, что конструктивистские интерпретации исторических разломов не способны объяснить локальные и региональные вариации в этническом насилии. Например, Варшни отмечает, что в 1960-х годах «расовое насилие в США было сконцентрировано преимущественно в северных городах, тогда как южные города, несмотря на активное участие в политике, не испытывали беспорядков». Такие исследования касаются эмпирических проблем, которые трудно объяснить, опираясь исключительно на примордиалистские, инструменталистские или конструктивистские подходы. Как отмечает Варшни, «чистых эссенциалистов и чистых инструменталистов больше не существует». В конце холодной войны ученые, включая Сэмюэля П. Хантингтона и Роберта Д. Каплана, предсказывали распространение конфликтов, вызванных столкновением цивилизаций, племенным влиянием, дефицитом ресурсов и перенаселением. Насильственные этнические конфликты в Нигерии, Мали, Судане и других странах Сахельского региона усугубляются засухами, нехваткой продовольствия, деградацией земель и ростом населения. Однако некоторые теоретики утверждают, что это не свидетельствует об увеличении числа этнических конфликтов, поскольку многие прокси-войны, развернувшиеся во время холодной войны под видом этнических конфликтов, на самом деле были очагами противостояния сверхдержав. Исследования показывают, что падение коммунизма и рост числа капиталистических государств сопровождались сокращением масштабов тотальной войны, межгосударственных войн, этнических войн, революционных войн, а также числа беженцев и перемещенных лиц. Некоторые ученые ставят под сомнение саму полезность концепции этнического конфликта. Другие пытались проверить тезис о «столкновении цивилизаций», обнаружив, что его трудно операционализировать и что интенсивность конфликтов между цивилизациями не возросла по сравнению с другими этническими конфликтами после окончания холодной войны. Ключевой вопрос, стоящий перед исследователями, пытающимися адаптировать теории межгосударственного насилия для объяснения или прогнозирования крупномасштабного этнического насилия, заключается в том, можно ли считать этнические группы «рациональными» акторами. До окончания холодной войны среди исследователей масштабного насилия преобладало мнение, что этнические группы следует рассматривать как иррациональных или, в лучшем случае, полурациональных акторов. Если это так, то общие объяснения этнического насилия были бы невозможны. Однако в последующие годы научный консенсус сместился в сторону признания того, что этнические группы могут рассматриваться как рациональные акторы, и загадка их, казалось бы, иррациональных действий (например, борьба за территорию, не имеющую существенной ценности) должна быть объяснена иным способом. Эти выгоды были бы менее ценными, если бы к ним имели доступ все остальные этнические группы. Целевые выгоды более привлекательны, поскольку они позволяют этническим группам укрепить или повысить свой социальный и экономический статус по отношению к другим этническим группам, в то время как широкие программные меры не улучшат их относительное положение. Политики и политические партии, в свою очередь, заинтересованы в предоставлении преимуществ своим соплеменникам при распределении материальных благ. В долгосрочной перспективе этнический конфликт за доступ к государственным ресурсам, вероятно, приведет к этнизации политических партий и партийной системы в целом, когда политическая значимость этнической идентичности возрастет, что приведет к самоисполняющемуся пророчеству: если политики распределяют блага исключительно на этнической основе, избиратели будут воспринимать себя прежде всего как членов этнической группы и относиться к политикам соответствующим образом. Они будут голосовать только за политиков, принадлежащих к той же этнической группе. В свою очередь, политики...
Консоцииализм
Консоциационализм – это соглашение о разделе власти, которое вовлекает лидеров этнических групп в правительство центрального государства. Каждая нация или этническая группа представлена в правительстве посредством предполагаемого представителя группы. В рамках соглашения о разделе власти каждая группа обладает правом вето в различной степени, зависящей от конкретного государства. Кроме того, доминирует норма пропорционального представительства: каждая группа представлена в правительстве в процентном соотношении, отражающем демографическое присутствие этнической группы в государстве. Аренд Лиджфарт также считает необходимым, чтобы правительство формировалось из «большой коалиции» лидеров этнических групп, что предполагает подход к разрешению конфликтов сверху вниз. Теоретически это обеспечивает самоуправление и защиту этнической группы. Многие исследователи полагают, что поскольку этническая напряженность выливается в этническое насилие, когда этнической группе угрожает государство, право вето должно позволить этнической группе избежать законодательных угроз. Швейцария часто рассматривается как успешное консоциационалистическое государство. Одной из многочисленных критических замечаний является то, что консоциационализм закрепляет этническую напряженность и идентичность. Это исходит из представления о первичности этнической идентичности, которая считается постоянной и не подверженной изменениям. Предварительное определение этнических идентичностей и внедрение системы разделения власти на основе этих фиксированных идентичностей по своей сути дискриминационны по отношению к меньшинствам, которые могут не быть признанными. Более того, это дискриминирует тех, кто не выбирает определять свою идентичность на этнической или общинной основе. В системах разделения власти, основанных на заранее определенных идентичностях, существует тенденция к жесткому закреплению квот представительства на постоянной основе, что не отражает изменения демографической ситуации с течением времени. Хоровиц утверждал, что система единого передаваемого голоса может предотвратить этнизацию политических партий, поскольку избиратели отдают свои голоса в порядке предпочтения. Это означает, что избиратель может отдать часть своих голосов партиям, отличным от его этнополитической партии. Брубейкер утверждает, что эти титулярные республики были созданы для поглощения любых потенциальных националистических движений, возглавляемых элитой, направленных против советского центра, путем стимулирования лояльности элиты посредством продвижения по советской политической структуре. Поскольку большинство государств не готовы отказаться от неотъемлемой части своей территории, сепаратистские движения могут спровоцировать насилие. Кроме того, некоторые конкурирующие элитные политические игроки могут не находиться у власти и останутся вне центральной системы. Эти конкурирующие элиты могут получить доступ через федеральные структуры и использовать свои ресурсы для укрепления своей политической власти в рамках системы.
Нетерриториальная автономия
Недавняя теория разрешения этнической напряженности – нетерриториальная автономия, или НТА. В последние годы НТА стала альтернативным решением этнической напряженности и обид в регионах, склонных к конфликтам. По этой причине НТА продвигается как более практичное и способствующее государственному строительству решение, чем консоциационализм. Она предоставляет этническим группам права на самоуправление и управление вопросами, потенциально касающимися, но ограничивающимися: образованием, языком, культурой, внутренними делами, религией и внутренними институтами, необходимыми для продвижения и сохранения этих аспектов. В отличие от федерализма, этническим группам не выделяется отдельная субнациональная территория, а этнические группы рассредоточены по всей территории государства. Их групповые права и автономия не привязаны к конкретной территории внутри государства. Это делается для того, чтобы не ослаблять центральное государство, как это происходит в случае этнофедерализма. НТА применялась в межвоенный период, и Лига Наций стремилась добавить положения о защите национальных меньшинств в новых государствах. В Бельгии НТА интегрирована в федеральную консоциациональную систему. Более того, для функционирования НТА в соответствии с ее целями, ни одного человека нельзя принуждать к принятию, идентификации или акцентированию определенной идентичности (например, расы, пола, сексуальности и т.д.) без его согласия. Тем не менее, Кларк критикует недостатки НТА в таких областях, как образование, баланс между общественными нормами и внутриобщинными ценностями; полиция, в отношении уголовных дел и общественной безопасности; и политическое представительство, которое ограничивает политический выбор человека, если он основан исключительно на этнической принадлежности.
Неформальное межнациональное взаимодействие
Институционалистские аргументы в пользу разрешения этнических конфликтов часто сосредотачиваются на институтах национального уровня и не учитывают региональные и местные различия в проявлениях этнического насилия внутри страны. Несмотря на схожий уровень этнического разнообразия в стране, некоторые города и поселки часто оказываются особенно подвержены этническому насилию. Например, Ашутош Варшней в своем исследовании этнического насилия в Индии утверждает, что тесные межэтнические связи в деревнях часто снижают мотивацию политиков к разжиганию этнического насилия в целях получения политической выгоды. Неформальные взаимодействия включают совместное участие в праздниках, совместные трапезы семей из разных общин или разрешение детям играть вместе. Он утверждает, что смешанные коллективы способствуют регулярному межэтническому взаимодействию, где нормы профессиональной этики побуждают всех к сотрудничеству и уважительному отношению друг к другу, что облегчает представителям меньшинств установление контактов и построение отношений со всеми остальными.