Введение
Английский легкоатлет
Ранние годы
Отец Абрахамса, Исаак, был еврейским иммигрантом из Польской Литвы, которая в то время входила в состав Российской империи после разделов Польши. Он работал финансистом и поселился в Бедфорде со своей женой-еврейкой из Уэльса, Эстер Айзекс. Либеральный клуб Кембриджского университета, клуб Питта при университете,
Абрахамс также был членом клуба «Ахиллес» – клуба легкой атлетики, основанного в 1920 году бывшими и действующими представителями Оксфордского и Кембриджского университетов. Одним из основателей клуба был Эвелин Монтегю, который, как и Абрахамс, также появляется в фильме 1981 года «Огненные колесницы».
Карьера бегуна
С юности занимался спринтом и прыжками в длину, и продолжал участвовать в беговых соревнованиях, будучи студентом Кембриджского университета. Абрахамс вошел в состав олимпийской сборной 1920 года.
В течение шести месяцев Муссабини сосредоточился на тренировках Абрахамса к забегу на 100 метров, по его указанию, а 200 метров рассматривались как второстепенная дистанция. Благодаря интенсивным тренировкам Абрахамс отточил свой старт, технику бега и физическую форму. За месяц до Игр 1924 года Абрахамс установил национальный рекорд в прыжках в длину – 24 фута (7 метров), который продержался следующие 32 года. На летних Олимпийских играх 1924 года Абрахамс выиграл забег на 100 метров с результатом 10,6 секунды, опередив всех американских фаворитов, включая чемпиона 1920 года Чарли Паддока. Позже он освещал Олимпийские игры 1936 года в Берлине для BBC, с восторгом комментируя победу Джека Лавлока в беге на 1500 метров: “Сто ярдов до финиша! Давай, Джек!! Боже мой, он это сделал. Джек, давай! Лавлок побеждает. Пять ярдов, шесть ярдов, он победил. Он выиграл! Ура!” Его дочь сообщила, что Абрахамс сидел неподалеку от Гитлера и после этого сказал: "Как бы я хотел его застрелить". Абрахамс был автором нескольких книг, в том числе "Оксфорд против Кембриджа. Хроника межвузовских соревнований с 1827 по 1930 год" (в соавторстве с Джоном Брюсом Керром), "Олимпийские игры, 1896–1952" и "Римская Олимпиада, 1960". Абрахамс скончался 14 января 1978 года в Энфилде в возрасте 78 лет. Он был похоронен в общей могиле со своей женой Сибил Эверс на кладбище церкви Святого Иоанна Крестителя в Грейт-Эмвелле, графство Хартфордшир.
Личная жизнь
В то время как он учился в Кембридже, Абрахамс был романтически связан с преподавательницей Кристиной МакЛеод Иннес, и они обручились неофициально, но их отношения ослабли и прекратились, когда Абрахамс полностью сосредоточился на легкой атлетике и подготовке к Олимпийским играм. В начале 1934 года он встретил певицу оперной труппы D'Oyly Carte Сибил Эверс, и между ними завязался страстный, но прерывистый роман. По словам его биографа Марка Райана, Абрахамс боялся обязательств и придерживался старомодных взглядов на роль женщины в браке, однако он смог преодолеть эти предубеждения, и пара поженилась в декабре 1936 года. В фильме "Огненные колесницы" Абрахамс изображен встречающимся с сопрано Д'Ойли Карте Сибил Гордон (в исполнении Алисы Кридж), и в фильме показано, что они познакомились на десять лет раньше, чем это произошло на самом деле с Эверс. Абрахамс вырезал полоску золота со своей олимпийской медали, чтобы сделать обручальное кольцо. И медаль, и кольцо (после смерти Сибил) были похищены позднее, в разное время. Сибил Эверс не могла иметь детей, поэтому в 1942 году они усыновили восьминедельного мальчика Алана, а в 1946 году – почти трехлетнюю девочку Сьюзан; Сьюзан ("Сью") впоследствии вышла замуж за бывшего политзаключенного, антиядерного активиста Пэта Поттла, от которого у нее родилось двое сыновей. Во время нацистского режима и войны супруги также приютили двух еврейских беженцев: немецкого мальчика по имени "Кен Гарднер" (настоящее имя Курт Каценштейн) и австрийскую девочку по имени Минка. Сибил Эверс умерла в 1963 году в возрасте 59 лет, и ее вдовец учредил две премии в ее память: Мемориальную премию Сибил Эверс за вокал (1965–1995) – ежегодный денежный приз, присуждаемый лучшей певице на последнем курсе Школы пения и драматического искусства Уэббера Дугласа, и Мемориальный трофей Сибил Абрахамс, который вручался каждый год с 1964 года в Букингемском дворце герцогом Эдинбургским, президентом Британской федерации легкой атлетики, лучшей британской спортсменке. Абрахамс был масоном. Он был поклонником творчества Гилберта и Салливана, что было показано в фильме "Огненные колесницы".
Почести
В 1957 году Абрахамс был удостоен звания Командора Ордена Британской империи (CBE). В июле 2012 года было объявлено о планах воздвигнуть мемориал Абрахамсу в Телфорде, Шропшир, в знак признания того, что перед Олимпийскими играми 1924 года он завоевал золотую медаль в беге на 100 ярдов на чемпионате ААА региона Мидлендс на территории клуба отдыха Сент-Джорджа. Мемориал в виде таблички был открыт Сью Поттл в октябре 2014 года в гостиной клуба, где сейчас хранится медаль, выигранная им на тех соревнованиях. Норис МакУиртер однажды отметил, что Абрахамсу "удалось, исключительно благодаря силе личности и при минимальной поддержке, вывести легкую атлетику из разряда второстепенных видов спорта в число главных национальных". Размышляя в 1948 году об атлетических способностях Абрахамса, Филип Ноэль Бейкер, капитан олимпийской сборной Великобритании 1912 года и лауреат Нобелевской премии, писал:
<blockquote>Я всегда считал, что Гарольд Абрахамс был единственным европейским спринтером, способным составить конкуренцию Джесси Оуэнсу, Ральфу Меткалфу и другим выдающимся спринтерам из США. Он был на их уровне не только благодаря природным данным – его выдающемуся телосложению, прекрасному соревновательному темпераменту, умению проявить себя в ответственные моменты, – но и потому, что он глубоко понимал легкую атлетику и посвятил ей больше интеллектуальных и волевых усилий, чем любой другой бегун своего времени.</blockquote>
<blockquote>I have always believed that Harold Abrahams was the only European sprinter who could have run with Jesse Owens, Ralph Metcalfe, and the other great sprinters from the U. S. He was in their class, not only because of natural gifts – his magnificent physique, his splendid racing temperament, his flair for the big occasion – but because he understood athletics and had given more brainpower and more will power to the subject than any other runner of his day.