Спортивный арбитражный суд: международный орган разрешения споров в спорте.

Введение

Международный арбитражный орган по спортивным спорам

Спортивный арбитражный суд (CAS; , TAS) – это международный орган, учрежденный в 1984 году для разрешения споров, связанных со спортом, посредством арбитража. Его штаб-квартира находится в Лозанне, Швейцария, а судебные инстанции расположены в Нью-Йорке, Сиднее и Лозанне. В городах, принимающих Олимпийские игры, создаются временные суды. Международный совет спортивного арбитража (ICAS) был учрежден одновременно, и один президент руководит обоими органами. ICAS, состоящий из 20 членов, отвечает за финансирование и финансовую отчетность CAS, а также назначает генерального директора CAS.

Юрисдикция и апелляционные разбирательства

В целом, спор может быть передан в CAS только в том случае, если арбитражное соглашение между сторонами предусматривает обращение в CAS. Однако, согласно правилу 61 Олимпийской хартии, все споры, связанные с Олимпийскими играми, могут быть рассмотрены исключительно в CAS, и все международные олимпийские федерации (МОФ) признали юрисдикцию CAS, по крайней мере, по некоторым спорам. В соответствии с Всемирным антидопинговым кодексом 2009 года все подписавшие стороны, включая все МОФ и национальные олимпийские комитеты, признали юрисдикцию CAS в отношении нарушений антидопинговых правил. Начиная с 2016 года, антидопинговое отделение CAS, состоящее из судей, специализирующихся на допинговых делах на Олимпийских играх, заменило дисциплинарную комиссию МОК. Эти решения могут быть обжалованы в ad hoc суд CAS в городе, принимающем Олимпийские игры, или, если такой суд недоступен, в постоянный CAS. Первое антидопинговое отделение рассмотрело восемь дел, семь из которых относились к его компетенции в области допинга. Как швейцарская арбитражная организация, решения CAS могут быть обжалованы в Федеральный верховный суд Швейцарии. Обжалования арбитражных решений, как правило, не увенчиваются успехом, и оценка по существу дела не проводится; оценка основывается главным образом на соблюдении процессуальных требований и на том, не противоречит ли решение общественному порядку. По состоянию на 2012 год было семь успешных апелляций. Шесть из них были связаны с процедурными нарушениями. Лишь однажды Федеральный верховный суд отменил решение CAS по существу дела – в деле бразильского футболиста Матузалема. Решения CAS могут быть предметом дальнейшей апелляции в Европейский суд по правам человека. Немецкая конькобежка Клаудия Пехштейн, безуспешно пытавшаяся снять с себя допинговую дисквалификацию в деле CAS, подала апелляцию в Федеральный суд Германии, который, однако, отклонил ее, признав отсутствие юрисдикции для пересмотра дела. Федеральный суд постановил, что CAS соответствует требованиям арбитражного суда в соответствии с немецким законодательством, и что независимость CAS от сторон обеспечивается процедурой выбора арбитров и возможностью обжалования в Швейцарский федеральный суд. Однако это решение было отменено Федеральным конституционным судом Германии, который назначил повторное судебное разбирательство, которое все еще продолжается.

Generally speaking, a dispute may be submitted to the CAS only if an arbitration agreement between the parties specifies recourse to the CAS. However, according to rule 61 of the Olympic Charter, all disputes in connection with the Olympic Games can only be submitted to CAS, and all Olympic international federations (IF) have recognised the jurisdiction of CAS for at least some disputes. Through compliance with the 2009 World Anti Doping Code, all signatories, including all Olympic international federations and National Olympic Committees, have recognised the jurisdiction of CAS for anti doping rule violations. Starting in 2016, an anti doping division of CAS judges, who specialize in doping cases at the Olympic Games, replaced the IOC disciplinary commission. These decisions can be appealed to CAS's ad hoc court in the Olympic host city or, if the ad hoc court is no longer available, to the permanent CAS. The inaugural anti doping division handled eight cases, of which seven were doping cases within its jurisdiction. As a Swiss arbitration organization, decisions of the CAS can be appealed to the Federal Supreme Court of Switzerland. Appeals of arbitration decisions are generally not successful, and no evaluation of the merits takes place, with the evaluation mainly based on whether procedural requirements have been met, and whether the award is incompatible with public policy. as of 2012, there have been seven successful appeals. Six of the upheld appeals were procedural in nature. Only once has the Federal Supreme Court overruled a CAS decision on the case's merits, in the case of Matuzalém, a Brazilian football player. CAS decisions can be the subject of further appeal to the European Court of Human Rights. German speed skater Claudia Pechstein, who was unsuccessful in lifting a doping related suspension in her CAS case, appealed to the Federal Court of Justice of Germany, which however ruled against her, recognising a lack of jurisdiction to revisit her case. The Federal Court ruled that CAS met the requirements of a court of arbitration according to German law and that CAS's independence from the parties was secured by the method of selecting arbitrators and the possibility to appeal to the Swiss Federal Tribunal. However, this decision was in turn overturned by the Federal Constitutional Court of Germany, which ordered a re trial that is still pending.

История

С переплетением спорта и политики, этот орган был изначально задуман президентом Международного олимпийского комитета (МОК) Хуаном Антонио Самаранчем для разрешения споров, возникающих во время Олимпийских игр. Он был учрежден как часть МОК в 1984 году. В ответ на это, Спортивный арбитражный суд (CAS) провел реформы, чтобы стать более независимым от МОК, как в организационном, так и в финансовом плане. Наиболее существенным изменением, последовавшим за этой реформой, стало создание "Международного совета по спортивному арбитражу" (ICAS) для управления и финансирования CAS, тем самым заменив МОК в этой роли. По состоянию на 2004 год, большинство рассматриваемых CAS дел касались трансферных споров в профессиональном футболе или допинга. Спортивный арбитражный суд планирует перенести свою штаб-квартиру из замка Бетузи в южную часть Дворца Болье (оба расположены в Лозанне).

Совет ICAS

Должность Имя Страна ICAS/CAS Президент Джон Д. Коутс AC Вице-президенты ICAS Майкл Б. Ленард OLY Тьяша Андре Просенк Президент Обычной коллегии CAS Кароль Малинво Президент Коллегии по арбитражу апелляций Corinne Schmidhauser OLY Генеральный директор CAS Маттье Риб

Члены ICAS

Имя Страна Абдулла Аль Хайян Тьяса Андре Просенц Антонио Аримани Джон Д. Коутс AC Моя Додд AO Иво Эусебио Моник Джаметти Майкл Б. Ленард OLY Кароль Малинво Кароль Малинвоуд Ивонн Мокгоро Джулио Наполитано Эллен Нортфлит Микаэль Ренч Дэвид В. Ривкин Патрик Робинсон Коррин Шмидхаузер OLY Триша С. М. Смит OLY Элизабет Штайнер Ханьцинь Сюэ

Допинг

В марте 2011 года CAS рассмотрел первое дело о биологических паспортах спортсменов (ABP), приостановив двух итальянских велосипедистов, Франко Пелизотти и Пьетро Кауччоли, на два года на основании данных их профилей крови. До этого, дело конькобежки Клаудии Пехштейн было рассмотрено (2009/A/1912 и 1913) по аналогичным основаниям. В бюллетене CAS за 2011/2, посвященном внедрению программы ABP, юрисконсульт CAS Деспина Мавромати провела различие между двумя типами дел и написала:

"Примечательно, что CAS уже вынес решение о приостановке действия правового статуса спортсмена на основании продольного профилирования биологических маркеров до принятия ABP международными федерациями: в деле CAS 2009/A/1912 & 1913 [Pechstein] Панель приостановила участие олимпийского спортсмена после того, как биологические данные показали отклонения в показателях крови. По мнению CAS, эти отклонения были вызваны не ошибкой в лаборатории, как утверждал спортсмен, а запрещенным манипулированием кровью спортсмена. Существенное различие между решениями по ABP и CAS 2009/A/1912 & 1913 заключается в том, что в последнем случае данные о крови спортсмена были получены из образца, предоставленного спортсменом на чемпионате федерации, а не из данных, собранных в рамках официальной систематической программы, проводимой союзом спортсменов. Суд неохотно отменяет решения, принятые на спортивной площадке, хотя может сделать это в случаях, когда имеются явные доказательства того, что официальные лица действовали недобросовестно или произвольно. В деле CAS 2010/A/2090 Панель CAS объяснила, что причина этого заключается не в вопросах юрисдикции, а в арбитражном самоограничении. В октябре 2011 года в деле, затрагивающем летние Олимпийские игры 2012 года, суд постановил, что часть Олимпийской хартии нарушает Всемирный антидопинговый кодекс. Так называемое "Правило Осаки" запрещало спортсменам, отстраненным на срок не менее шести месяцев за нарушение антидопинговых правил, участвовать в Олимпийских играх после истечения срока отстранения. Позже суд подтвердил это решение, отменив давний устав Британской олимпийской ассоциации (BOA), запрещающий отбор спортсменов, уличенных в допинге. И МОК, и BOA отреагировали, начав кампанию за внесение аналогичного правила во Всемирный антидопинговый кодекс. В июле 2016 года CAS подтвердил, что Олимпийский комитет России (ОКР) не может заявить легкоатлетов на летние Олимпийские игры 2016 года, за исключением тех, кто был допущен IAAF в соответствии с новыми правилами соревнований в отношении "нейтральных спортсменов". Поскольку МОК не был стороной в деле, Панель установила, что у нее нет юрисдикции решать, может ли МОК разрешить этим допущенным спортсменам представлять Россию, разрешить им соревноваться независимо или полностью отказаться от их участия. Истцы оспорили действительность и применимость правила 22.1(a) IAAF Competition, касающегося приостановления деятельности национальной федерации (RusAF, ранее ARAF), и правила 22.1A, касающегося права на участие спортсменов из федераций, в отношении которых применяется приостановление. Панель пришла к выводу, что ни одно из этих правил не может быть истолковано как санкция, и по этой и другим причинам они соответствуют Всемирному антидопинговому кодексу. Панель прокомментировала бесперспективность оспаривания нового правила 22.1A, отметив, что поскольку это правило предоставляет спортсменам из России новый путь к участию, успешное оспаривание приведет к исключению спортсменов, имеющих право на участие в соответствии с этим правилом, а не к включению других спортсменов. Панель отказалась оценивать, применим ли принцип эстоппеля к спортивным спорам, поскольку сочла, что требования в данном случае были бы отклонены. Одновременно, в отдельном решении, Панель отклонила апелляции 67 российских спортсменов против решений IAAF об отклонении их заявок на участие в качестве "нейтральных спортсменов" на летних Олимпийских играх 2016 года. Международный паралимпийский комитет (МПК) принял решение запретить России участие в летних Паралимпийских играх 2016 года на основании выводов доклада Макларена. Апелляция Российского паралимпийского комитета (РПК) против запрета была отклонена CAS 23 августа. Суд установил, что приостановление имеет основание в правилах МПК и заявил, что оно "пропорционально обстоятельствам". Панель отметила, что она не рассматривала права отдельных спортсменов. В своем мотивированном решении Панель уточнила этот момент, заявив, что негативные последствия для спортсменов, представляемых РПК, не являются основанием для освобождения организации от ее юридических обязательств. Панель отклонила утверждение о том, что решение МОК должно было повлиять на решение МПК, отметив, что организации имеют отдельные уставы и правила. Поскольку МПК также действует как МФ, суд сослался на дело между RWF и IWF, где CAS поддержал аналогичное приостановление. В конце 2017 года МОК дисквалифицировал результаты большого числа российских спортсменов с зимних Олимпийских игр 2014 года. Спортсменам также был вынесен пожизненный запрет на участие в будущих играх. CAS зарегистрировал 42 апелляции, из которых 39 были рассмотрены до зимних Олимпийских игр 2018 года. Для 28 спортсменов Панель установила, что представленных МОК доказательств было недостаточно для установления факта нарушения правил. Дисквалификации были оставлены в силе в 11 оставшихся случаях, но запрет был ограничен играми 2018 года. Панель четко дала понять, что ее мандат ограничен индивидуальными делами. Дело не повлияло на статус российских спортсменов, участвующих в Пхёнчхане. МОК выразил сожаление по поводу решения в отношении 28 спортсменов, чьи апелляции были полностью удовлетворены, заявив, что уровень доказательств, необходимый для принятия решения, не соответствует более ранним решениям CAS. МОК также заявил, что снятие санкций не является достаточным основанием для приглашения 28 спортсменов на участие в играх 2018 года. МОК заявил, что рассмотрит свои варианты после получения мотивированного решения. В ответ на решение CAS Джим Уолден, адвокат доктора Григория Родченкова, заявил, что решение "высмеивает" санкции против России. В 2018 году Всемирное антидопинговое агентство (WADA) обратилось в CAS после того, как ФИФА сократила срок отстранения капитана сборной Перу Паоло Герреро. Герреро дал положительный результат на кокаин после отборочного матча чемпионата мира против Аргентины после употребления чая, содержащего это вещество. Герреро был первоначально отстранен на двенадцать месяцев, но этот срок был позже сокращен до шести месяцев апелляционным комитетом ФИФА. WADA, в свою очередь, обратилась в CAS, который в мае 2018 года наложил четырнадцатимесячный запрет, из-за которого Герреро пропустит чемпионат мира по футболу 2018 года. CAS подтвердил наличие нарушения антидопинговых правил (ADRV), но также признал, что Герреро не пытался улучшить свои результаты, употребляя это вещество. Панель сочла, что игрок несет некоторую вину или халатность, даже если она и незначительна, и что он мог предпринять некоторые меры для предотвращения совершения ADRV.

It is noteworthy that CAS had already issued an award suspending an athlete based on the longitudinal profiling of the biological markers before the adoption of the ABP by the IFs [international federations]: in CAS 2009/A/1912 & 1913 [Pechstein], the Panel suspended an Olympic athlete after the biological data showed irregular blood values. According to CAS, those abnormal values were not caused by an error in a laboratory, as the athlete asserted, but due to the banned manipulation of the athlete’s blood. The essential difference between ABP judgments and the CAS 2009/A/1912 & 1913 consists in that in the latter case, the athlete's blood data was drawn from a sample the athlete gave at the federations championships and therefore not from data gathered by an official systematic program run by the athlete's union. The court is reluctant to overturn field of play decisions, though it may do so in cases where there is clear evidence that the officials acted in bad faith or with arbitrariness. In CAS 2010/A/2090, the CAS Panel explained that the reason for this is not a matter of jurisdiction but arbitral self restraint. In October 2011, in a case affecting the 2012 Summer Olympics, the court declared that a part of the Olympic Charter violated the World Anti Doping Code. The "Osaka rule" therein had prevented athletes suspended for at least six months for anti doping rule violations from competing at the Olympic Games following the suspension's expiration. The court later reaffirmed this decision, when it struck down a long standing by law of the British Olympic Association (BOA) preventing the selection of athletes sanctioned for doping. Both the IOC and BOA have responded by campaigning for adding a similar rule to the World Anti Doping Code. In July 2016, CAS confirmed that the Russian Olympic Committee (ROC) could not enter track and field athletes for the 2016 Summer Olympics, except for those cleared by the IAAF under the new competition rules regarding "neutral athletes". As the IOC was not a party to the case, the panel found it lacked jurisdiction to decide on whether the IOC could allow such cleared athletes to represent Russia, allow them to compete independently, or refuse their participation entirely. The claimants disputed the validity and enforceability of IAAF Competition rule 22.1(a), regarding the suspension of the national federation (RusAF, formerly ARAF), and rule 22.1A, regarding the eligibility of athletes from suspended federations. The panel found that neither rule could be construed as sanctions, and for this and other reasons, they were consistent with the World Anti Doping Code. The panels commented on the futility of the challenge to the new rule 22.1A, noting that as the rule provided athletes from Russia a new route to participation, a successful challenge would lead to the exclusion of athletes eligible under the rule, not the inclusion of other athletes. The panel decided against evaluating whether the principle of estoppel applies to sporting disputes, as it found the claims, in this case, would have failed. At the same time, in a separate decision, the panel rejected the appeals of 67 Russian athletes against the decisions of the IAAF denying their applications to appear as "neutral athletes" at the 2016 Summer Olympics. The International Paralympic Committee (IPC) decided to ban Russia from the 2016 Summer Paralympics due to the findings of the McLaren report. The appeal of the Russian Paralympic Committee (RPC) against the ban was dismissed by the CAS on 23 August. The court found that the suspension had a basis in the IPC rules and stated that it "was proportionate in the circumstances". The panel noted that it had not decided the rights of individual athletes. In its reasoned decision the panel elaborated on this point, stating that adverse consequences for the athletes represented by the RPC were not a reason to absolve the organisation from its legal responsibilities. The panel dismissed the claim that the IOC decision should have influenced the IPC decision, noting that the organisations have separate charters and rules. As the IPC also acts as an IF the court referred to the case between the RWF and the IWF where CAS upheld a similar suspension. In late 2017, the IOC disqualified a large number of Russian athletes' results from the 2014 Winter Olympics. The athletes were also given lifetime bans from future editions of the games. CAS registered 42 appeals, of which 39 were decided before the 2018 Winter Olympics. For 28 athletes, the panel found that the evidence presented by the IOC was not sufficient to establish rule violations. The disqualifications were upheld in the 11 remaining cases, but the ban was limited to the 2018 Games. The panel made clear that its mandate was limited to the individual cases. The case did not affect the status of Russian athletes participating in PyeongChang. The IOC expressed its regret with the decision regarding the 28 athletes whose appeals were fully upheld, stating that the level of proof required was inconsistent with earlier CAS decisions. The IOC also stated that the sanctions being lifted were not a sufficient reason for inviting the 28 athletes to compete at the 2018 Games. The IOC said it would consider its options after receiving the reasoned decision. In response to the ruling by CAS, Jim Walden, the attorney representing Dr. Grigory Rodchenkov, stated that the ruling made a "mockery" of the sanctions against Russia. In 2018, the World Anti Doping Agency appealed to the CAS after FIFA reduced a suspension of Peruvian national team captain Paolo Guerrero. Guerrero had tested positive for cocaine after a World Cup qualifier against Argentina after ingesting a tea containing the substance. Guerrero was initially suspended for twelve months, but this was later halved by FIFA's appeal committee. WADA, in turn, appealed to CAS, and they imposed the fourteen month ban in May 2018, which will cause Guerrero to miss the 2018 FIFA World Cup. CAS confirmed the existence of an anti doping rule violation (ADRV) but also accepted that Guerrero was not trying to enhance his performance by ingesting the substance. The panel had considered that the player did bear some fault or negligence, even if it was not significant, and that he could have taken some measures to prevent him from committing the ADRV.

Летние Олимпийские игры 2016 года

Специальный суд по Олимпиаде 2016 года зарегистрировал 18 дел к 3 августа, побив рекорд за два дня до церемонии открытия. 11 из этих дел были связаны с различными запретами на участие российских спортсменов, касающимися обвинений в государственной поддержке допинга, задокументированных в докладе Макларена. К концу Игр общее количество дел составило 28, 16 из которых касались права российских спортсменов на участие. Отдельная коллегия специального суда установила, что Международная федерация гребли (FISA) правильно применила критерии допустимости, изложенные в решении МОК от 24 июля, отказав в допуске 17 спортсменам. Коллегия ссылалась на предыдущие решения по "правилу Осаки" и принципу BOA by law. Коллегия сравнила решение МОК с решением IAAF в отношении российских спортсменов и отметила, что МОК, в отличие от IAAF, лишил спортсменов с предыдущими допинговыми санкциями возможности участвовать в Играх, нарушая принципы естественной справедливости. Вскоре после этого аналогичный вывод был сделан в деле пловчихи Юлии Ефимовой, которая впоследствии участвовала в Играх и завоевала медали. В делах каноистов Натальи Подольской и Александра Дьяченко, а также гребца Ивана Баландина коллегии отклонили иски, оставив в силе часть решения МОК от 24 июля, отменившую презумпцию невиновности для российских спортсменов. Баландин оспорил законность решения МОК, а Подольская и Дьяченко – лишь его применение. Коллегия по делу Баландина не нашла оснований для отмены второго абзаца решения МОК, который, в частности, устанавливал, что лица, фигурирующие в докладе Макларена, не имеют права участвовать в Играх. Коллегия отметила, что, хотя решение устанавливает презумпцию вины, эта презумпция может быть опровергнута каждым спортсменом в отдельности. Было установлено, что все три спортсмена воспользовались "методикой исчезающих положительных проб", описанной в докладе Макларена, и, следовательно, не соответствовали критериям допустимости, установленным решением МОК. Коллегии разошлись во мнениях относительно требуемого стандарта доказательств для опровержения этой презумпции спортсменами.

The ad hoc court for the 2016 Olympics had registered 18 cases by 3 August, surpassing the record two days before the Opening Ceremony. 11 of the cases were related to the various bans on Russian athletes related to the allegations of state sponsored doping documented in the McLaren report. By the end of the Games the total number of cases was 28, 16 of which were related to the eligibility of Russian athletes. A separate panel of the ad hoc court found that the International Rowing Federation (FISA) had correctly applied the eligibility criteria outlined in the IOC decision of 24 July when it denied the entry of 17 athletes. The panel referred to previous decisions on the "Osaka rule" and the BOA by law. The panel compared the IOC decision with the IAAF decision on Russian athletes, and noted that the IOC, unlike the IAAF, had left athletes with a previous doping conviction without any path to participation, contravening principles of natural justice. The same conclusion was shortly thereafter reached in the case of swimmer Yulia Efimova, who subsequently competed and medalled at the Games. In the cases of canoeists Natalia Podolskaya and Alexander Dyachenko and rower Ivan Balandin the panels dismissed the applications, upholding the part of the IOC decision of 24 July that removed the presumption of innocence from Russian athletes. Balandin challenged the legality of the IOC decision, while Podolskaya and Dyachenko only challenged its application. The panel in Balandin's case found no reason to annul the second paragraph of the IOC decision, which, among other criteria, established that nobody implicated in the McLaren report was eligible for participation at the Games. The panel noted that while the decision establishes a presumption of guilt, this presumption is rebuttable by individual athletes. All three athletes were found to have benefitted from the "Disappearing Positive Methodology" described in the McLaren report and thus failed to meet the eligibility criteria of the IOC decision. The panels differed as to which standard of proof they required for the athletes' rebuttal of this presumption.

Другие случаи

В июле 2015 года в деле, касающемся процедуры определения пола в спорте, CAS вынес промежуточное арбитражное решение, приостановившее действие правил, используемых IAAF для определения права спортсменов с гиперандрогенизмом на участие в соревнованиях по профессиональной женской легкой атлетике. В правилах указывалось, что спортсмены с уровнем тестостерона выше 10 нмоль/л не допускаются к участию в женской категории. Индийская спринтерша Дути Чанд оспорила эти правила. Панель обязала IAAF представить научные доказательства, касающиеся связи между спортивными результатами и повышенным уровнем тестостерона, в течение двух лет с момента вынесения промежуточного решения. Этот срок был продлен CAS на два месяца по соглашению сторон. В январе 2018 года CAS приостановил рассмотрение дела на шесть месяцев, попросив IAAF уточнить, намеревается ли она заменить оспариваемые правила новыми, которые не затронут соревнования Чанд. В случае изменения правил IAAF дело было бы прекращено. Первоначальные правила остаются приостановленными. В 2019 году CAS поддержал новые правила IAAF в отношении спортсменов с интерсекс-вариациями, требующие от спортсменов с определенными интерсекс-состояниями снижения уровня тестостерона для участия в определенных женских соревнованиях. В 2006 году суд постановил, что Гибралтар имел достаточные основания для подачи заявки на вступление в УЕФА, что вынудило организацию предоставить ему предварительное членство. Однако на следующем конгрессе УЕФА Гибралтар был подавляющим большинством голосов отклонен из-за лоббирования со стороны Испании, вопреки решению CAS. Впоследствии Гибралтар стал членом УЕФА в 2013 году. В мае 2016 года CAS частично удовлетворил апелляцию Гибралтара на решение ФИФА об отказе в членстве. Суд не предоставил членство в ФИФА, но постановил, что ФИФА должна предоставить полное членство как можно скорее. Гибралтар получил членство на конгрессе ФИФА, состоявшемся позднее в том же месяце. В 2010 году Ирландская футбольная ассоциация (IFA), представляющая Северную Ирландию, обратилась в CAS после того, как ФИФА не смогла помешать Футбольной ассоциации Ирландии (FAI), представляющей Республику Ирландия, привлекать к участию игроков, родившихся в Северной Ирландии и не имеющих кровного родства с Республикой. CAS вынес решение в пользу FAI и ФИФА, подтвердив, что они правильно применяли правила. В феврале 2020 года «Манчестер Сити» подал апелляцию в CAS на решение УЕФА о дисквалификации клуба из европейских соревнований на два года и штрафе в размере 30 000 000 евро за предполагаемые нарушения правил финансового фейр-плей и лицензирования клубов. 13 июля 2020 года CAS отменил дисквалификацию, установив, что клуб «не маскировал финансирование акционерного капитала в качестве спонсорских взносов». Однако клуб был оштрафован на 10 миллионов евро за несотрудничество с следственной палатой УЕФА, что являлось нарушением правил лицензирования клубов УЕФА. В 2015 году УЕФА дисквалифицировал своего бывшего президента Мишеля Платини от любой футбольной деятельности на шесть лет. CAS сократил срок дисквалификации до четырех лет. Апелляции Платини в швейцарские суды и Европейский суд по правам человека были отклонены.

In July 2015, in a case involving the issue of sex verification in sports, the CAS issued an interim arbitral award suspending the regulations used by the IAAF to determine whether athletes with hyperandrogenism were eligible to compete in professional women's athletics. The regulations stated that athletes with testosterone levels above 10 nmol/L were not allowed to compete in the female category. The regulations were challenged by Indian sprinter Dutee Chand. The panel ordered the IAAF to file scientific evidence regarding the connection between athletic performance and elevated testosterone levels within two years of the issuance of the interim award. This deadline was extended by two months by the CAS after an agreement between the parties. In January 2018 the CAS suspended the case for six months, asking the IAAF to clarify whether it intended to replace the disputed regulations with new rules which would not affect Chand's events. If the IAAF were to modify its rules the case would terminate. The original regulations remain suspended. In 2019, the CAS upheld the new IAAF regulations regarding intersex athletes, which require athletes with certain specific intersex conditions to reduce their testosterone in order to participate in certain women's competitions. The court ruled in 2006 that Gibraltar had valid grounds for its application to join UEFA, forcing the organisation to hand it provisional membership. At the next UEFA Congress, however, Gibraltar was overwhelmingly rejected in a vote due to lobbying from Spain, in defiance of the CAS ruling. Gibraltar subsequently became a member of UEFA in 2013. In May 2016, CAS partially upheld Gibraltar's appeal against a decision by FIFA denying membership. The court did not grant FIFA membership but ruled that FIFA should grant a full membership as soon as possible. Gibraltar was granted membership at the FIFA Congress held later the same month. In 2010, the Irish Football Association (IFA) (the association of Northern Ireland) took its case to CAS after FIFA failed to prevent the Football Association of Ireland (FAI) (the association of the Republic of Ireland) from selecting Northern Irish born players who had no blood link to the Republic. The CAS ruled in favour of the FAI and FIFA by confirming that they were correctly applying the regulations. In February 2020, Manchester City lodged an appeal to CAS against UEFA's decision to ban the club from European competitions for two years and to fine it €30,000,000 for alleged breaches of Financial Fair Play and Club Licensing regulations. The ban was rescinded by CAS on 13 July 2020 after the panel decided that the club 'did not disguise equity funding as sponsorship contributions'. However, the club was fined 10 million Euros for failing to co operate with UEFA investigatory chamber in the first instance which breached UEFA Club Licensing Regulations. In 2015, UEFA banned its former president Michel Platini from football related activity for six years. CAS lowered the ban to four years. Platini's appeals to Swiss courts and the European Court of Human Rights were unsuccessful.