Введение

Южноморская компания (официально: Губернатор и компания купцов Великобритании, торгующих в Южных морях и других частях Америки и для поощрения рыболовства) была британской акционерной компанией, основанной в январе 1711 года, созданной в качестве государственно-частного партнерства для консолидации и снижения стоимости национального долга. Чтобы получить доход, в 1713 году компании была предоставлена монополия (Asiento de Negros) на поставку африканских рабов на острова в "Южных морях" и Южной Америке. Когда компания была создана, Великобритания участвовала в войне за испанское наследство, а Испания и Португалия контролировали большую часть Южной Америки. Таким образом, не было никаких реальных перспектив на то, что торговля будет осуществляться, и, как оказалось, компания никогда не получала значительной прибыли от своей монополии. Однако акции компании значительно выросли в цене, поскольку она расширила свои операции по обращению с государственным долгом, и достигла пика в 1720 году, прежде чем внезапно упала до немного выше своей первоначальной цены на акции. Известный экономический пузырь, который был таким образом создан и который обанкротил тысячи инвесторов, стал известен как "пузырь Южных морей". Закон о пузыре 1720 (6 Geo. 1 c. 18), запрещавшая создание акционерных обществ без королевского устава, была продвинута самой Южноморской компанией до ее краха. В Великобритании многие инвесторы были разрушены обвалом цен на акции, и в результате национальная экономика существенно сократилась. Основатели схемы занимались инсайдерской торговлей, используя свое предварительное знание сроков консолидации национального долга, чтобы получить большую прибыль от покупки долга заранее. Огромные взятки были даны политикам для поддержки актов парламента, необходимых для этой схемы. Деньги компании использовались для торговли собственными акциями, а отдельным лицам, покупающим акции, предоставлялись денежные кредиты, обеспеченные этими же акциями, чтобы потратить их на покупку большего количества акций. Ожидание прибыли от торговли с Южной Америкой было поднято, чтобы побудить общественность покупать акции, но цены на пузырьки достигли гораздо большего, чем фактическая прибыль бизнеса (а именно торговля рабами) могла оправдать. После взрыва пузыря было проведено парламентское расследование, чтобы выяснить его причины. Некоторые политики были опозорены, а люди, которые, как было установлено, получили аморальную прибыль от компании, личные активы были конфискованы пропорционально их прибыли (большинство из них уже были богаты и оставались такими). Наконец, компания была реструктуризирована и продолжала работать более века после пузыря. Штаб-квартира находилась на улице Треднейдл, в центре лондонского Сити, финансового района столицы. Во время этих событий Банк Англии был также частной компанией, занимающейся государственным долгом, и крах его конкурента подтвердил его позицию банкира британского правительства.

Основание

Когда в августе 1710 года Роберт Харли был назначен канцлером казначейства, правительство уже в значительной степени зависело от Банка Англии – частной компании, учрежденной 16 лет назад, которая получила монополию на кредитование правительства. Правительство оставалось недовольным качеством предоставляемых услуг, и Харли активно искал новые пути улучшения государственных финансов. Новый парламент, собравшийся в ноябре 1710 года, поставил перед собой задачу урегулировать финансовое положение страны, которое осложнялось давлением двух одновременных войн: Войны за испанское наследство с Францией, завершившейся в 1713 году, и Великой Северной войны, которая должна была закончиться лишь в 1721 году. Харли был готов, располагая подробными сведениями о ситуации с государственным долгом, который обычно формировался разрозненно, когда каждое правительственное ведомство занимало средства самостоятельно по мере необходимости. Он последовательно публиковал информацию, постоянно добавляя новые отчеты о накопленных долгах и расточительных расходах, пока в январе 1711 года Палата общин не согласилась учредить комитет для всестороннего расследования государственного долга. В состав комитета вошли сам Харли, два аудитора импрестов (в чьи обязанности входило расследование государственных расходов), Эдвард Харли (брат канцлера), Пол Фоули (свояк канцлера), секретарь казначейства Уильям Лоундес (несший значительную ответственность за перечеканку обесцененной британской монеты в 1696 году) и Джон Айслэби (представлявший Октябрьский клуб – группу из примерно 200 депутатов, договорившихся голосовать сообща). Главной заботой Харли было найти 300 000 фунтов стерлингов для выплаты жалованья британской армии, действующей на континенте под командованием герцога Марлборо, в следующем квартале. Это финансирование было предоставлено частным консорциумом, в который вошли Эдвард Гиббон, дед историка, Джордж Касуолл и банк Хоаров. Банк Англии проводил лотерею от имени правительства, но в 1710 году она принесла меньше доходов, чем ожидалось, а другая, начатая в 1711 году, также оказалась неудачной. Харли предоставил право продавать билеты Джону Бланту, директору компании Hollow Sword Blade Company, которая, несмотря на название, являлась неофициальным банком. Продажа началась 3 марта 1711 года, и к 7 марта все билеты были распроданы, что сделало эту лотерею первой по-настоящему успешной государственной лотереей в Англии. Вскоре после этого последовала еще одна, более масштабная лотерея – "Приключение в два миллиона" или "Классис", билеты стоили 100 фунтов стерлингов, главный приз составлял 20 000 фунтов стерлингов, а каждый билет гарантированно выигрывал приз не менее 10 фунтов стерлингов. Хотя призы объявлялись по их общей стоимости, на самом деле они выплачивались частями в виде фиксированного аннуитета в течение нескольких лет, таким образом, правительство фактически удерживало призовые деньги в качестве займов до полной выплаты победителям. Маркетингом занимались члены синдиката "Меч-Клинок", Гиббон продал билеты на 200 000 фунтов стерлингов, заработав 4500 фунтов стерлингов комиссии, а Блант – на 993 000 фунтов стерлингов. Чарльз Блант (родственник) был назначен распорядителем лотереи с расходами в 5000 фунтов стерлингов.

Плавание

Королевский устав компании, основанный на уставе Банка Англии, был составлен Блантом, которому выплатили 3846 фунтов стерлингов за услуги по созданию компании. Директоров избирали каждые три года, а акционеры собирались два раза в год. Компания наняла кассира, секретаря и бухгалтера. Пост губернатора предполагался как почетный, и впоследствии его обычно занимал монарх. Устав позволял общему собранию директоров назначать небольшой комитет для решения любых вопросов от его имени. Директорам Банка Англии и Ост-Индской компании было запрещено быть директорами Южно-Морской компании. На любом судне компании водоизмещением более 500 тонн должен был находиться священнослужитель Англиканской церкви. Передача государственного долга в обмен на акции компании должна была состояться пятью отдельными партиями. Первые две из них, общей суммой 2,75 миллиона фунтов стерлингов от примерно 200 крупных инвесторов, были согласованы до издания устава компании 10 сентября 1711 года. Само правительство передало 0,75 миллиона фунтов стерлингов своего долга, принадлежавшего различным ведомствам (в то время отдельные должностные лица имели право инвестировать государственные средства под своим контролем в личных целях, прежде чем они требовались для государственных расходов). Харли передал 8000 фунтов стерлингов долга и был назначен губернатором новой компании. Блант, Казуолл и Соубридж вместе передали 65 000 фунтов стерлингов, Янссен – 25 000 фунтов стерлингов собственных средств плюс 250 000 фунтов стерлингов от иностранного консорциума, Декер – 49 000 фунтов стерлингов, сэр Амброз Кроули – 36 791 фунт стерлингов. В компании были вице-губернатор Бейтман, заместитель губернатора Онгли и 30 рядовых директоров. В общей сложности девять директоров были политиками, пять – членами консорциума «Меч и лезвие», а еще семь – финансовыми магнатами, привлеченными этой схемой. Компания разработала герб с девизом A Gadibus usque ad Auroram («от Кадиса до рассвета», из «Сатир» Ювенала, 10) и арендовала большой дом в Сити-оф-Лондоне в качестве своей штаб-квартиры. Было создано семь подкомитетов для ведения текущих дел, наиболее важным из которых был «комитет по делам компании». Компания «Меч и лезвие» была сохранена в качестве банкира компании и, опираясь на свои новые правительственные связи, начала выпускать собственные банкноты, несмотря на монополию Банка Англии. Секретарь компании отвечал за контроль торговой деятельности, бухгалтер Григсби – за регистрацию и выпуск акций, а кассир Роберт Найт служил личным помощником Бланта с годовой зарплатой в 200 фунтов стерлингов.

Торговля рабами

Утрехтский договор 1713 года предоставил Британии Asiento de Negros сроком на 30 лет, чтобы снабжать испанские колонии 4800 рабами в год. Великобритании было разрешено открыть офисы в Буэнос-Айресе, Каракасе, Картахене, Гаване, Панаме, Портобелло и Вера-Крузе для организации атлантической работорговли. Каждый год в одно из этих мест (Navío de Permiso) мог отправляться один корабль весом не более 500 тонн с общими товарами. Четверть прибыли должна была быть зарезервирована для короля Испании. В начале контракта были предусмотрены два дополнительных плавания. Asiento был выдан от имени королевы Анны, а затем заключен контракт с компанией. К июлю компания заключила контракты с Королевской африканской компанией на поставку необходимых африканских рабов на Ямайку. Десять фунтов за раба старше 16 лет, 8 фунтов за раба младше 16 лет, но старше 10 лет. Две трети должны были быть мужчинами, а 90% - взрослыми. Компания транс переправила 1230 рабов с Ямайки в Америку в первый год, плюс все, что могло быть добавлено (против постоянных инструкций) капитанами судна от их собственного имени. По прибытии первых грузов местные власти отказались принять Asiento, который еще не был официально подтвержден испанскими властями. В конце концов, рабы были проданы в Вест-Индии с убытком. В 1714 году правительство объявило, что четверть прибыли будет зарезервирована для королевы Анны и еще 7,5% для финансового советника Манасса Гиллигана. Некоторые члены правления компании отказались принять контракт на этих условиях, и правительство было вынуждено изменить свое решение. Несмотря на эти неудачи, компания продолжала работать, собрав 200 000 фунтов стерлингов для финансирования операций. В 1714 году было перевезено 2680 рабов, а за 1716 год - еще 13000, но торговля продолжала быть нерентабельной. Импортная пошлина в размере 33 штук восьмерки взималась с каждого раба (хотя для этой цели некоторые рабы могли считаться только как часть раба, в зависимости от качества). Один из дополнительных торговых судов был отправлен в Картахену в 1714 году с грузом шерстяных товаров, несмотря на предупреждения о том, что там нет рынка для них, и они оставались не проданными в течение двух лет. По оценкам, компания перевозила чуть более 34 000 рабов с потерями смертности, сопоставимыми с ее конкурентами, что показывает, что торговля рабами была значительной частью работы компании и что она проводилась в соответствии со стандартами того времени. К моменту выборов следующих директоров в 1718 году политика снова изменилась, и в составе вигов произошел раскол между фракцией Уолпола, поддерживающей принца Уэльского, и Джеймсом Стэнхопом, поддерживающим короля. Аргилл и Тауншенд были уволены с поста директоров, как и выжившие тори сэр Ричард Хоэр и Джордж Питт, а король Георг I стал губернатором. Четыре члена парламента остались директорами, а также шесть человек, занимающих государственные финансовые должности. Компания "Меч-Лезвие" оставалась банкиром Южных морей и действительно процветала, несмотря на сомнительное юридическое положение компании. Блант и Соубридж остались режиссерами "Южного моря", к ним присоединились Гиббон и Чайлд. Касуолл ушел в отставку с поста директора по Южному морю, чтобы сосредоточиться на бизнесе "Меч-Лезвие". В ноябре 1718 года умерли заместитель губернатора Бэйтман и заместитель губернатора Шепард. Оставив в стороне почетную должность губернатора, компания внезапно лишилась двух самых старших и опытных директоров. Их заменили сэр Джон Феллоуз в качестве заместителя губернатора и Чарльз Джой в качестве заместителя.

Война

В 1718 году вновь вспыхнула война с Испанией – война Четверного союза. Активы компании в Южной Америке были конфискованы, что, по оценкам компании, обошлось ей в 300 000 фунтов стерлингов. Любые надежды на прибыль от торговли, ради которой компания закупала корабли и планировала новые предприятия, рухнули.

Рефинансирование государственного долга

События во Франции теперь стали оказывать влияние на будущее компании. Шотландский экономист и финансист Джон Лоу, изгнанный после убийства человека на дуэли, путешествовал по Европе, прежде чем обосноваться во Франции. Там он основал банк, который в декабре 1718 года стал Banque Royale, национальным банком Франции, а сам Лоу получил широкие полномочия по контролю над экономикой Франции, которая в значительной степени функционировала на основании королевских указов. Известный успех Лоу был широко известен в финансовых кругах по всей Европе и теперь вдохновил Бланта и его соратников на активизацию усилий по развитию собственных предприятий. В феврале 1719 года Крэггс объяснил Палате общин новую схему улучшения государственного долга путем конвертации аннуитетов, выпущенных после лотереи 1710 года, в акции Компании Южных морей. Законом парламента компании было предоставлено право выпускать 1150 фунтов стерлингов новых акций за каждые 100 фунтов стерлингов годового аннуитета, от которого отказывались. Правительство должно было выплачивать 5% годовых на созданные акции, что уменьшило бы их ежегодные расходы вдвое. Конверсия была добровольной и, в случае полной конвертации, составила бы 2,5 миллиона фунтов стерлингов новых акций. Компания должна была предоставить правительству дополнительный кредит пропорционально до 750 000 фунтов стерлингов, также под 5%. В марте была предпринята неудачная попытка восстановить на британский престол Якова Эдуарда Стюарта, известного как Старый претендент, с небольшой высадкой войск в Шотландии. Они потерпели поражение в битве при Глен-Шиеле 10 июня. Компания Южных морей представила предложение общественности в июле 1719 года. Компания "Меч и Лезвие" распространила слух о захвате Претендента, и вызванная этим всеобщая эйфория привела к росту цены акций Компании Южных морей с 100 фунтов стерлингов, какой она была весной, до 114 фунтов стерлингов. Держателям аннуитетов выплачивались акции по той же денежной стоимости, а компания сохраняла прибыль от роста стоимости акций до их выпуска. Около двух третей действующих аннуитетов были обменены.

Публичное объявление

21 января план был представлен совету директоров компании South Sea Company, а 22 января канцлер казначейства Джон Айзлаби представил его парламенту. Палата была поражена молчанием, но, оправившись, предложила пригласить Банк Англии представить более выгодное предложение. В ответ South Sea увеличила свою денежную выплату до 3,5 миллионов фунтов стерлингов, в то время как Банк предложил осуществить конверсию с выплатой 5,5 миллионов фунтов стерлингов и фиксированной ценой конверсии в 170 фунтов стерлингов за 100 фунтов стерлингов номинальной стоимости акций Банка. 1 февраля переговорщики компании во главе с Блантом повысили свое предложение до 4 миллионов фунтов стерлингов плюс доля в размере 3,5 миллионов фунтов стерлингов в зависимости от объема конвертируемого долга. Они также согласились, что процентная ставка будет снижена через четыре года вместо семи, и согласились продать от имени правительства 1 миллион фунтов стерлингов казначейских векселей (ранее находившихся в ведении Банка). Палата приняла предложение South Sea. Акции Банка резко упали. Возможно, первым признаком надвигающихся трудностей стало объявление компании South Sea о переносе выплаты рождественских дивидендов за 1719 год на 12 месяцев. Компания приступила к выражению благодарности своим сторонникам. Избранным лицам была продана партия акций компании по текущей рыночной цене. Транзакции были зарегистрированы Найтом на имена посредников, но никаких платежей не поступило и акций не было выпущено – фактически, у компании не было акций для выпуска до начала конвертации долга. Каждому было предоставлено право продать свои акции обратно компании в будущем по любой рыночной цене, которая будет действовать в тот момент. Акции достались Крэггам: Старшему и Младшему; лорду Гоуэру; лорду Лансдауну; и четырем другим членам парламента. Лорд Сандерленд получал бы 500 фунтов стерлингов за каждый фунт, на который росла стоимость акций; фаворитка Георга I, их дети и графиня Платтен – 120 фунтов стерлингов за фунт роста, Айзлаби – 200 фунтов стерлингов за фунт, лорд Стэнхоуп – 600 фунтов стерлингов за фунт. Другие вложили средства, в том числе казначей флота Хэмпден, который инвестировал 25 000 фунтов стерлингов государственных денег от своего имени. Предложение было принято в несколько измененном виде в апреле 1720 года. Ключевым фактором в этой конверсии была доля владельцев бессрочных аннуитетов, которых можно было бы убедить конвертировать свои ценные бумаги по высокой цене в новые акции. (Владельцы погашаемых долгов фактически не имели другого выбора, кроме как подписаться на участие). Компания South Sea могла устанавливать цену конверсии, но не могла существенно отклоняться от рыночной цены своих акций. В конечном итоге компания приобрела 85% погашаемых и 80% бессрочных облигаций.

Надувание цены акций

Затем компания начала активно рекламировать свои акции, распространяя "самые невероятные слухи" о стоимости своей потенциальной торговли в Новом Свете, что вызвало волну "спекулятивной лихорадки". Цена акций росла с момента предложения схемы: с 128 фунтов стерлингов в январе 1720 года до 175 фунтов стерлингов в феврале, 330 фунтов стерлингов в марте и, после одобрения схемы, 550 фунтов стерлингов к концу мая. Высокие мультипликаторы компании (ее коэффициент P/E) могли поддерживаться известным рынку кредитным фондом в размере 70 миллионов фунтов стерлингов, выделенным для коммерческой экспансии и обеспеченным, по всей видимости, существенной поддержкой со стороны парламента и короля. Акции компании "продавали" политикам по текущей рыночной цене, однако вместо оплаты за акции, эти лица просто получали их, с правом перепродажи компании в любое время по разнице в цене. Этот метод, наряду с привлечением на свою сторону руководителей правительства, королевской фаворитки и других влиятельных лиц, имел то преимущество, что привязывал их интересы к интересам компании: для получения прибыли акции должны были расти в цене. Параллельно, публикуя имена своих крупных акционеров, компания создавала себе имидж надежности и законности, что привлекало и удерживало других инвесторов.

Закон о пузыре

Южноморская компания была далеко не единственной, стремившейся привлечь средства от инвесторов в 1720 году. Было создано множество других акционерных обществ, делавших экстравагантные (иногда мошеннические) заявления о зарубежных или иных предприятиях, или предлагавших причудливые схемы. Другие представляли собой потенциально перспективные, хотя и новые, проекты, например, создание страховых компаний. Их прозвали «пузырями». Некоторые компании не имели никакой правовой основы, в то время как другие, такие как компания Hollow Sword Blade, выступавшая банкиром Южноморской компании, использовали существующие уставные компании для целей, совершенно отличных от тех, для которых они были учреждены. Компания York Buildings была создана для обеспечения Лондона водой, но была приобретена Кейсом Биллингсли, который использовал ее для покупки конфискованных поместий якобитов в Шотландии, которые затем стали активами страховой компании. 22 февраля 1720 года Джон Хангерфорд поднял вопрос о пузырьковых компаниях в Палате общин и убедил ее создать комитет, который он возглавил, для проведения расследования. Он выявил ряд компаний, которые в совокупности стремились привлечь 40 миллионов фунтов стерлингов капитала. Комитет расследовал деятельность компаний, установив принцип, согласно которому компании не должны действовать за пределами целей, указанных в их уставах. Южноморской компании удалось избежать потенциального конфуза, когда речь зашла о компании Hollow Sword Blade. Трудности были преодолены путем наводнения комитета депутатами, поддерживавшими Южноморскую компанию, и отклонения предложения о расследовании Hollow Sword голосами 75 против 25. (В то время комитеты Палаты были либо «открытыми», либо «закрытыми». Закрытый комитет состоял из фиксированного числа членов, которые могли голосовать по его процедурам. Напротив, любой депутат мог присоединиться к «открытому» комитету и голосовать по его процедурам.) Стенхоуп, член комитета, примерно в это время получил от Соубриджа, директора Hollow Sword, 50 000 фунтов стерлингов «перепродажных» акций Южноморской компании. Хангерфорд ранее был исключен из Палаты общин за принятие взятки. Принятие закона дало толчок Южноморской компании, ее акции взлетели до 890 фунтов стерлингов в начале июня. Этот пик побудил людей начать продавать; чтобы противодействовать этому, директора компании приказали своим агентам покупать, что позволило удержать цену на уровне около 750 фунтов стерлингов.

Вершина достигнута

Цена акций выросла за один год с примерно 100 фунтов стерлингов до почти 1000 фунтов стерлингов за акцию. Этот успех вызвал по всей стране ажиотаж – эффект стадного поведения.

Цена наконец достигла 1000 фунтов стерлингов в начале августа 1720 года, и объемы продаж были настолько велики, что цена начала падать, вернувшись к 100 фунтам стерлингов за акцию до конца года. Это привело к банкротствам среди тех, кто покупал в кредит, и увеличило объемы продаж, включая короткие продажи (то есть продажу заемных акций в надежде выкупить их обратно с прибылью при падении цены). Также в августе 1720 года наступил срок выплаты первых взносов по первой и второй денежным подпискам на новые выпуски акций Компании Южного моря. Ранее в этом году Джон Блант предложил идею поддержать цену акций: компания должна была предоставлять кредиты людям для покупки своих акций. В результате многие акционеры не могли оплатить свои акции иным способом, кроме как путем их продажи. Кроме того, возникла международная борьба за ликвидность, поскольку аналогичные "пузыри" лопались в Амстердаме и Париже. Крах совпал с падением компании Джона Лоу "Миссисипи" во Франции. В результате цена акций Компании Южного моря начала снижаться.

Осуждения

К концу сентября акции упали до 150 фунтов стерлингов. Провал компании затронул и банки, и ювелиров, поскольку они не могли взыскать кредиты, выданные под залог этих акций, и тысячи людей были разорены, включая многих представителей британской элиты. Возмущенные инвесторы потребовали созыва парламента, который был отозван в декабре и начал расследование. Отчет 1721 года выявил повсеместные махинации среди директоров компании и коррупцию в правительстве. Среди замешанных были Джон Айзлаби (канцлер казначейства), Джеймс Крэггс Старший (генеральный почтмейстер), Джеймс Крэггс Младший (южный секретарь), и даже лорды Стэнхоуп и Сандерленд (главы министерства). Крэггс Старший и Крэггс Младший умерли в бесчестии; остальные были подвергнуты импичменту за коррупцию. Палата общин признала Айзлаби виновным в "вопиющей, опасной и позорной коррупции" и заключила его в тюрьму. Новый первый лорд казначейства, Роберт Уолпол, успешно восстановил общественное доверие к финансовой системе. Однако общественное мнение, сформированное многими влиятельными людьми, потерявшими деньги, требовало возмездия. Уолпол руководил процессом, в результате которого были отстранены все 33 директора компании и лишены, в среднем, 82% своего состояния. Деньги были выплачены пострадавшим, а акции Южноморской компании распределены между Банком Англии и Ост-Индской компанией. Уолпол позаботился о защите короля Георга и его фавориток, и с перевесом всего в три голоса ему удалось спасти нескольких ключевых государственных чиновников от импичмента. Благодаря этому Уолпол завоевал признание как спаситель финансовой системы и утвердился в качестве доминирующей фигуры в британской политике; историки считают, что он спас правительство вигов и, более того, Ганноверскую династию от полного бесчестия.

Котировки, вызванные крахом

Джозеф Спенс писал, что лорд Рэднор сообщил ему: "Когда сэра Исаака Ньютона спросили о дальнейшем росте акций Компании Южных морей, он ответил, что не в силах вычислить людскую безумность". Его также цитируют со словами: "Я могу рассчитать движение звезд, но не безумие людей". Сам Ньютон владел акциями Компании Южных морей на сумму почти в 22 000 фунтов стерлингов в 1722 году, но неизвестно, сколько он потерял, если вообще что-либо потерял. Однако существует множество источников, утверждающих, что он потерял до 20 000 фунтов стерлингов (эквивалент £ в).

Торговая компания

Южноморская компания была создана в 1711 году для сокращения размера государственных долгов, но получила коммерческую привилегию исключительных прав торговли в Испанской Индии, основанную на торговом договоре, подписанном Великобританией и эрцгерцогом Карлом, кандидатом на испанский престол во время войны за испанское наследство. После того, как Филипп V стал королем Испании, Великобритания получила в 1713 году в Утрехтском договоре права на торговлю рабами в Испанские Индии (или Asiento de Negros) на 30 лет. Эти права ранее принадлежали Compagnie de Guinée et de l'Assiente du Royaume de la France. Совет директоров Южноморской компании выступал против торговли рабами, которая не приносила прибыли, когда на нее были привлечены чартерные компании. Для повышения рентабельности контракт Asiento включал право отправлять один ежегодный 500-тонный корабль на ярмарки в Портобелло и Веракрус, загруженный беспошлинными товарами, под названием Navío de Permiso. Короны Англии и Короля Испании имели право на 25% прибыли, согласно условиям контракта, который был копией французского контракта Asiento, но королева Анна вскоре отказалась от своей доли. Король Испании не получал никаких платежей, причитающихся ему, и это было одним из источников споров между испанской короной и Южноморской компанией. Как и в случае с предыдущими владельцами Asiento, португальцами и французами, прибыль была не в работорговле, а в незаконных контрабандных товарах, контрабандой в рабских кораблях и в годовом корабле. Эти товары продавались в испанских колониях по привлекательной цене, поскольку они были востребованы и представляли собой недобросовестную конкуренцию с облагаемыми налогом товарами, что оказалось большим истощением доходов от торговли испанской короны. Отношения между Южноморской компанией и правительством Испании всегда были плохими и ухудшались со временем. Компания жаловалась на обыски и изъятия товаров, отсутствие прибыльности и конфискацию собственности во время войн между Великобританией и Испанией 1718-1723 и 1727-1729 годов, в ходе которых деятельность компании была приостановлена. Правительство Испании жаловалось на незаконную торговлю, непредставление компанией своих счетов в соответствии с договором и невыплату доли короля в прибыли. Эти претензии были основной причиной ухудшения отношений между двумя странами в 1738 году; и хотя премьер-министр Уолпол выступал против войны, она получила сильную поддержку от короля, Палаты общин и фракции в его собственном кабинете. Уолпол смог договориться о договоре с королем Испании на Конвенции Пардо в январе 1739 года, в котором предусматривалось, что Испания выплатит британским купцам 95 000 фунтов стерлингов в качестве компенсации за захваченные и захваченные товары, в то время как Южноморская компания выплатит испанской короне 68 000 фунтов стерлингов в виде дохода от Asiento. Компания South Sea отказалась выплатить эти доходы, и Король Испании удержал выплату компенсации до тех пор, пока не будет обеспечена выплата от компании South Sea. Разрыв отношений между Южноморской компанией и испанским правительством стал прелюдией к Guerra del Asiento, поскольку первые флоты Королевского флота отплыли в июле 1739 года в Карибский бассейн, до объявления войны, которая длилась с октября 1739 года по 1748 год. Эта война известна как Война ушей Дженкинса.

Торговля рабами в рамках Asiento

Согласно Тордесильскому договору, Испания была единственной европейской державой, которой было запрещено создавать торговые фактории в Африке для закупки рабов. Рабы для испанской Америки поставлялись компаниями, которым предоставлялись исключительные права на эту торговлю. Этот монопольный контракт назывался рабским Asiento. В период с 1701 по 1713 год контракт на Asiento был предоставлен Франции. В 1711 году Великобритания создала Южноморскую компанию с целью сокращения государственного долга и торговли с испанской Америкой, но эта торговля была незаконной без разрешения Испании, а единственным существующим разрешением являлся Asiento на работорговлю. Поэтому, по Утрехтскому договору 1713 года, Великобритания получила передачу контракта Asiento из французских рук в британские на следующие 30 лет. Совет директоров компании неохотно брался за торговлю рабами, которая не соответствовала целям компании и демонстрировала низкую прибыльность при осуществлении уставными компаниями, но 26 марта 1714 года они все же согласились. Asiento устанавливал квоту на продажу 4800 рабов в год. Взрослый мужчина-раб считался за одну единицу; женщины и дети – за доли единицы. Первоначально рабов поставляла Королевская африканская компания. Южноморская компания создала пункты приема рабов в Картахене (Колумбия), Веракрусе (Мексика), Панаме, Портобелло, Ла-Гуайре, Буэнос-Айресе, Гаване и Сантьяго-де-Кубе, а также склады рабов на Ямайке и Барбадосе. Несмотря на проблемы со спекуляциями, Южноморская компания была относительно успешна в торговле рабами и выполнении своей квоты (для других аналогичных уставных компаний выполнение квот было редкостью). Согласно данным, собранным Дэвидом Элтисом и другими исследователями, за 96 рейсов в течение 25 лет Южноморская компания приобрела 34 000 рабов, из которых 30 000 пережили переправу через Атлантику. (Таким образом, около 11% рабов погибли во время переплытия – относительно низкий уровень смертности для «Среднего прохода»). Компания продолжала заниматься работорговлей во время двух войн с Испанией и во время катастрофического коммерческого пузыря 1720 года. Пик торговли рабами пришелся на 1725 год, через пять лет после лопнувшего пузыря.

Годовой корабль

Контракт на поставку рабов Asiento 1713 года предоставлял разрешение на отправку одного судна водоизмещением 500 тонн в год, загруженного беспошлинными товарами для продажи на ярмарках Новой Испании, Картахены и Портобелло. Это была беспрецедентная уступка, которая прервала двухвековое строгое исключение иностранных торговцев из Испанской империи, хотя четверть прибыли подлежала выплате испанской короне. Первый корабль, направлявшийся в Америку, "Royal Prince", планировался к отправке в 1714 году, но был отложен до августа 1716 года. В связи с пропуском трех ежегодных рейсов с момента заключения контракта Asiento, разрешенное водоизмещение следующих десяти судов было увеличено до 650 тонн. В период действия Asiento совершили плавание только семь ежегодных судов, последним из которых был Royal Caroline в 1732 году. Отсутствие отчетов компании по всем ежегодным судам, за исключением первого, и невыплата испанской короне доходов от прибыли за все ежегодные рейсы привели к тому, что после путешествия Royal Caroline в 1732–1734 годах разрешения больше не выдавались. В отличие от "легальной" торговли рабами, регулярная торговля ежегодными судами приносила значительную прибыль, в некоторых случаях превышающую 100%. Отчеты о рейсе Royal Prince были представлены только в 1733 году, после неоднократных требований со стороны испанских чиновников. В них была указана прибыль в размере 43 607 фунтов стерлингов. Поскольку король Испании имел право на 25% прибыли, после вычета процентов по кредиту он потребовал 8 678 фунтов стерлингов. Компания Южных морей так и не выплатила испанской короне сумму, причитающуюся за первый ежегодный корабль, и не произвела никаких выплат за остальные шесть рейсов.

Арктическая китобойная ловля

Гренландская компания была учреждена актом парламента в 1693 году с целью добычи китов в Арктике. Продукция их "китобойного промысла" должна была быть освобождена от таможенных и иных пошлин. Отчасти из-за перебоев в морском судоходстве, вызванных войнами с Францией, Гренландская компания потерпела финансовый крах в течение нескольких лет. В 1722 году Генри Элкинг опубликовал предложение, адресованное директорам Южноморской компании, о возобновлении "Гренландской торговли" и направлении судов для добычи китов в Арктике. Он представил очень подробные предложения относительно комплектования и оснащения кораблей. Британский парламент подтвердил, что британский арктический "китобойный промысел" продолжит пользоваться освобождением от таможенных пошлин, и в 1724 году Южноморская компания приняла решение начать китобойное промысловое дело. Было построено 12 китобойных судов на реке Темзе, которые в 1725 году отправились в Гренландские моря. В последующие годы строились и другие суда, но предприятие не оказалось успешным. В Британии практически не осталось опытных китобоев, и компании пришлось нанимать голландских и датских китобоев на ключевые должности на борту судов: например, все командиры и гарпунеры были наняты с острова Фёре в Северной Фризии. Другие расходы контролировались плохо, а улов оставался неудовлетворительно малым, хотя компания направляла до 25 судов в пролив Дэвиса и Гренландские моря в некоторые годы. К 1732 году компания накопила чистый убыток в размере 177 782 фунтов стерлингов за восемь лет арктического китобойного промысла. Директора Южноморской компании обратились к британскому правительству с просьбой о дополнительной поддержке. Парламент принял закон в 1732 году, который продлил действие льгот по освобождению от пошлин еще на девять лет. В 1733 году был принят закон, который также предоставлял государственную субсидию британским арктическим китобоям, первую в длинной серии подобных законов, которые продолжали и изменяли субсидии на китобойный промысел на протяжении всего XVIII века. Этот и последующие законы требовали от китобоев соблюдения условий, касающихся комплектования и оснащения китобойных судов, которые тесно соответствовали условиям, предложенным Элкингом в 1722 году. Несмотря на расширенные льготы по освобождению от пошлин и перспективы получения реальных субсидий, Совет и Директора Южноморской компании решили, что не могут рассчитывать на получение прибыли от арктического китобойного промысла. После убыточного сезона 1732 года они больше не отправляли китобойные суда.

Государственный долг после Семилетней войны

Компания продолжала заниматься торговлей (когда она не прерывалась войной) до конца Семилетней войны (1756–1763). Однако её основной функцией всегда было управление государственным долгом, а не торговля с испанскими колониями. Компания Южных морей продолжала управлять частью государственного долга до 1853 года, когда она была упразднена, после чего долг был реконсолидирован. Долг не был погашен к началу Первой мировой войны, после чего он был консолидирован повторно на условиях, позволявших правительству избежать выплаты основной суммы долга.

Армейские гербы

Гербовые знаки Южноморской компании, согласно грамоте о присвоении герба от 31 октября 1711 года, были следующими: Лазурь, глобус, на котором изображены Магелланов пролив и мыс Горн, все в естественных цветах, и в верхнем левом углу – две серебряные сельди, направленные крест-накрест, с золотыми коронами. В кантоне – соединенные гербы Великобритании. Навершие: трехмачтовый корабль под полными парусами. Щитодержатели: справа – аллегорическая фигура Британии со щитом, копьем и всем необходимым в естественных цветах; слева – рыбак, полностью одетый, с шапкой, сапогами, рыболовной сетью и всем необходимым, и в руке держит веревку с рыбой, все в естественных цветах.