Введение
Переходные структуры в развитии животных
В эмбрионе позвоночных ромбомера — это временно сегментированный участок развивающейся нервной трубки в области заднего мозга (нейромера), который в дальнейшем формирует ромбовидный мозг (ромбенцефалон). Ромбомеры выглядят как ряд слегка перетянутых вздутий в нервной трубке, расположенных краниально от головного изгиба. У человека ромбомеры обнаруживаются уже на 29-й день эмбрионального развития.
Функция
На ранних стадиях развития нервной трубки происходит сегментация нейроэпителия. Эта сегментация формирует серию нейромеров. Каждый сегмент называется ромбомером. Каждый ромбомер развивается в собственный набор ганглиев и нервов. Позднее в процессе развития ромбомеры формируют ромбоэнцефалон, который составляет задний мозг у позвоночных. Каждый ромбомер экспрессирует свой уникальный набор генов, что, как было показано, влияет на постнатальное ритмическое поведение, такое как дыхание, жевание и ходьба. У мышей было показано, что сегментация нервной трубки на ромбомерные сегменты может регулировать пространственно-временное возникновение центрального генератора паттернов. Ромбомеры рассматриваются как саморегулирующиеся единицы развития, при этом определенные аспекты фенотипа ромбомера определяются в момент его формирования. Каждый ромбомер экспрессирует уникальную комбинацию факторов транскрипции, и поэтому каждый ромбомерный домен обладает собственными молекулярными сигналами, которые теоретически могут установить специфичные для ромбомера паттерны дифференцировки нейронов. Некоторые из этих нейронных популяций были идентифицированы у отдельных видов. Многие зрелые ядра заднего мозга могут занимать одну или несколько областей, происходящих из ромбомеров. Вестибулярные ядра охватывают все ромбомеры, некоторые из которых коррелируют с границами ромбомеров. С использованием фосфорилированной ретроградной маркировки было показано, что вестибулоспинальные группы в основном соответствуют отдельным ромбомерам, а не нескольким ромбомерным областям. Также было показано, что вестибулоокулярные группы могут быть связаны с одним или несколькими ромбомерами, при условии, что ромбомеры тесно связаны. Сделан вывод, что сегментация заднего мозга влияет на проекцию аксонов в вестибулярном комплексе. Наконец, было показано, что вестибулоспинальные нейроны дифференцируются в трех соседних ромбомерах, а именно r4, r5 и r6. Вестибулоокулярные нейроны дифференцируются в семи, при этом наименее дифференцированные находятся в f4. Механизм этой дифференцировки пока неизвестен, поскольку многие типы белков участвуют как в миграции, экспрессии белков, так и в росте нейронов и апоптозе. Типы рецепторов также могут изменять свою активность, чтобы быть клеточно-специфичными. Ромбомеры определяют паттерн последующего созревания ромбоэнцефалона в его конечные части. Конечные части определяются как мост, мозжечок и продолговатый мозг. Клетки, формирующие границы ромбомерных выступов, пролиферируют быстрее, чем клетки в центре. Клетки с трудом пересекают границы между ромбомерами, поэтому они, как правило, остаются в пределах одного ромбомера. Каждый ромбомер в конечном итоге дает начало одному или нескольким типам вестибулярных нейронов. Однако это не обязательно зависит от сегментации. Двигательные нервы формируются в соответствии с ромбомерными паттернами, но каждый нерв может происходить либо из одного ромбомера, либо из пары соседних ромбомеров. Кроме того, считается, что правильное развитие различных глоточных дуг зависит от взаимодействия с конкретными ромбомерами. Благодаря этим механизмам, клетки нервного гребня, например, из каждого ромбомера дают начало различным ганглиям или скоплениям нейронов. Многие из этих ромбомеров в определенной степени картированы у видов, отличных от человека. Например, было показано, что r2 дает начало тройничному ганглию, а r4 – геникулярному ганглию, а также спиральному и ганглиям Скарпы. r5 и r6 формируют отводящий нерв, а нижняя часть r6 и верхняя часть r7 формируют каменистый ганглий. Наконец, граница r7, не контактирующая с r6, дает начало яремно-узловым ганглиям. Однако эти соответствия нельзя переносить между видами. Исследования показали, что количество нейронов в заднем мозге увеличивается в процессе эволюции вида. Например, у мыши больше нейронов, чем у слизня, но у шимпанзе больше нейронов, чем у мыши. Можно предположить, что это частично связано с необходимостью адаптации к увеличению размера вида. Кроме того, у некоторых видов ромбомеры явно сегментированы и остаются таковыми в течение длительного периода времени. У других видов сегментация со временем исчезает. Например, ромбомеры обнаруживаются при световой микроскопии у мышей штамма Swiss/Webster до эмбрионального дня (E)10.5, но исчезают к E11.5. Многие ромбомеры, при сравнении между видами, не формируют одно и то же. Например, r2 и r3 были картированы на двигательные нейроны тройничного нерва у многих видов. Однако не у всех видов наблюдается такая корреляция. Каждый ромбомер имеет свой набор рецепторов, и одни и те же рецепторы могут вызывать разные действия. Например, одно исследование показало, что белки Gli1, Gli2 и Gli3 влияют на вентральное развитие заднего мозга и необходимы для развития мотонейронов и правильной нейронной организации в заднем мозге. Однако степень их важности и конкретные роли оставались неясными. Путем мутации белков Gli2 и Gli3, которые особенно изучались, было обнаружено, что Gli2 и Gli3 содержат как активационные, так и репрессивные домены, в то время как Gli1 имеет только активационные домены, которые полностью транскрипционные. Gli2 также оказался более сильным активатором, а Gli3 – сильным репрессором. Gli2 и Gli3 имели перекрывающиеся функции, касающиеся паттернирования вентрального спинного мозга, что было важно для правильной организации и формирования мотонейронов. Это было показано, когда мутация белка Gli3 показала лишь небольшое снижение экспрессии Olig2, в то время как при мутации белка Gli2 экспрессия Olig2 не обнаруживалась. Olig2 обычно экспрессируется в вентральной области нервной трубки. Мутации в белке Gli2 вызывают более серьезные повреждения в вентральном паттернировании заднего мозга, чем в спинном мозге. Это показывает, что Gli2 выполняет разные функции в заднем мозге, которые Gli3 не может заменить. Gli2 и Gli3 в развивающемся заднем мозге также имеют различные функции в передаче сигнала Shh (sonic hedgehog). Это вызвано дифференциальной модуляцией экспрессии генов, специфичной для каждого ромбомера. Наконец, исследования показали, что в ромбомере 4 вентральное паттернирование менее подвержено влиянию мутации Gli2. Это показывает, что этот конкретный ромбомер имеет разные требования к белкам Gli. Ген Hox также, как было показано, играет роль в формировании черепных двигательных нервов. Судьба ромбомера, как было показано, зависит от дифференциальной экспрессии гена Hox. При мутациях в гене Hox черепные двигательные нервы формировались в другом месте, чем обычно, или вообще не формировались. Одна из возможностей заключалась в том, что ген Hox каким-то образом участвует в регионализации внутри нервной трубки, и что экспрессия этого конкретного гена коррелирует с количеством миграции, которое произошло. Однако корреляция не была найдена. Многие исследования показали небольшое количество корреляции, но было столько же, показывающих полное отсутствие корреляции. Количество корреляции, которое произошло, было недостаточно, чтобы сделать конкретный вывод. Однако это могло произойти, потому что исследования собирали данные только из ограниченного временного окна. Другая возможность отсутствия корреляции заключается в том, что большинство исследований были основаны на in situ гибридизации, которая отображает только местоположение транскриптов, а не белков. Третья возможность заключается в том, что исследования были сосредоточены на ромбомерах как на ориентирах и, следовательно, сопоставляли домены экспрессии с ними. Хотя исследования не смогли показать связь между тесно связанными нейронами из ромбомеров и экспрессией гена Hox, ген Hox все же является важным фактором, когда речь идет о спецификации фенотипа нейронов. Ген Hox экспрессировался от ростра к каудальному концу в той же последовательности, которая физически находилась внутри хромосомы, и его транскрипция регулировалась ретиноевой кислотой.