Введение

Израильский ортодоксальный еврейский полимат

Ешаягу Лейбовиц (29 января 1903 – 18 августа 1994) был израильским ортодоксальным еврейским публичным интеллектуалом и полиматом. Он был профессором биохимии, органической химии и нейрофизиологии в Еврейском университете в Иерусалиме, а также плодовитым автором работ по еврейской мысли и западной философии. Он был известен своими резкими высказываниями об этике, религии и политике. Лейбовиц предостерегал, что государство Израиль и сионизм стали более священными, чем еврейские гуманистические ценности, и далее описывал поведение Израиля на оккупированных палестинских территориях как имеющее "иудео-нацистский" характер, предупреждая о дегуманизирующем воздействии оккупации как на жертв, так и на угнетателей.

Биография

Исайя Лейбович родился в Риге, Российской империи (ныне Латвия) в 1903 году в религиозной сионистской семье. Его отец занимался торговлей лесом, а двоюродным братом был будущий гроссмейстер Арон Нимцович. В 1919 году он изучал химию и философию в Берлинском университете. После получения докторской степени в 1924 году он продолжил обучение биохимии и медицине, получив степень MD в 1934 году в Базельском университете. В 1935 году он иммигрировал в Палестину и поселился в Иерусалиме. Лейбович был женат на Грете, у них было шестеро детей, двое из которых умерли в юном возрасте. Его сын Элия был председателем кафедры астрофизики Тель-Авивского университета и самым долго служившим директором обсерватории Уайза. Другой сын, Ури, был профессором медицины в медицинском центре университета Хадасса. Шамай Лейбович – один из его внуков.

Академическая и литературная карьера

Лейбовиц присоединился к факультету математики и естественных наук Еврейского университета в Иерусалиме в 1936 году. Он стал профессором биохимии в 1941 году, а в 1952 году был повышен до должности старшего профессора органической химии и неврологии. Он преподавал в Еврейском университете почти шесть десятилетий, читая лекции по биохимии, нейрофизиологии, философии и истории науки. Лейбовиц утверждал, что решение человека верить в Бога (иными словами: повиноваться Ему) определяет или описывает этого человека, а не Бога. Лейбовиц рассматривал Бога как превосходящего всю реальность, как ее знают люди, полагая, что Бог как сущность несравним с любой другой формой реальности, с которой могут столкнуться люди, и полностью отделен от материального мира. Он считал, что история человечества в естественном мире не имеет божественного значения и отвергал идею о том, что Бог изложил божественную цель в истории или распространил какую-то форму провидения на человечество. Он не рассматривал Тору как повествование об исторических и научных истинах, а скорее как источник мицвот, или заповедей, о том, как евреи должны служить Богу. Он считал, что истории, представленные в Торе как факты, просто использовали литературные формы, доступные человеческому пониманию, чтобы передать требования о том, как поклоняться Богу, написав, что "с точки зрения религиозной веры, Тора и все Священное Писание должны восприниматься как требование, выходящее за рамки человеческого познания – требование познать Бога и служить Ему, требование, переданное в различных формах человеческого выражения: предписания, видения, поэзия, молитва, мысль и повествование". Он считал, что Тору не следует читать как чисто фактический исторический отчет, что включение в Тору какой-либо фактической исторической информации было бы лишь случайным, и что все описания вмешательства Бога в природу и историю не следует рассматривать как фактические, а скорее интерпретировать с точки зрения содержащихся в них посланий, поскольку его представления о трансцендентности Бога отрицали возможность какого-либо контакта между святостью и миром профанного. Одним из результатов такого подхода является то, что вера, которая представляет собой личное обязательство повиноваться Богу, не может быть поставлена под сомнение обычной философской проблемой зла или историческими событиями, которые, казалось бы, противоречат божественному присутствию. Когда кто-то сказал Лейбовицу, что он перестал верить в Бога после Холокоста, Лейбовиц ответил: "Тогда вы никогда и не верили в Бога". Если человек перестает верить после ужасного события, это показывает, что он повиновался Богу лишь потому, что думал, что понял Божий план, или потому, что ожидал увидеть награду. Но "для Лейбовица религиозная вера – это не объяснение жизни, природы или истории, не обещание будущего в этом мире или в ином, а требование". Он считал, что Холокост не имеет еврейского религиозного значения, поскольку такое убеждение противоречило бы его представлениям об отсутствии вовлеченности Бога в дела человеческие. Лейбовиц не верил в Мессианскую эпоху в традиционном понимании: "глубокий религиозный смысл мессианской идеи заключается в представлении цели и ориентира, к которому следует стремиться вечно. Мессия – это тот, кто всегда придет, он – вечное будущее. Мессия, который пришел, Мессия настоящего, неизбежно является ложным Мессией". Он считал, что ожидания буквальной Мессианской эпохи размывают границу между "религиозной верой, направленной на служение Богу, и психологическим стремлением к удовлетворению человеческих устремлений". По его мнению, молитва по личным мотивам, совершаемая ради нужд молящегося, была религиозно бессмысленной и даже кощунственной, поскольку она стремится повлиять на Бога и рассматривает Бога как средство для удовлетворения человеческих потребностей. В его глазах единственная законная форма молитвы – это молитва, совершаемая для исполнения заповедей, без какого-либо упоминания о нуждах молящегося.

Награды и признание

В 1993 году Лейбовиц был удостоен премии Израиля за вклад в жизнь. Перед церемонией награждения Лейбовиц был приглашен выступить перед Израильским советом по израильско-палестинскому миру, где его вызывающие споры высказывания с призывом к израильским солдатам не выполнять приказы вызвали негодование (а Ицхак Рабин пригрозил бойкотировать церемонию). Жюри собралось для обсуждения возможности отмены присуждения премии, но сам Лейбовиц заявил, что откажется от неё, поскольку не желал создавать враждебность во время получения награды.