Введение

Румынский политик (1893–1960)

Ана Паукер (урождённая Ханна Рабинсон; 13 февраля 1893 – 3 июня 1960) — румынский коммунистический деятель и министр иностранных дел страны в конце 1940-х – начале 1950-х годов. Ана Паукер стала первой в мире женщиной на посту министра иностранных дел, заняв должность в декабре 1947 года. Она также являлась неофициальным лидером Румынской коммунистической партии сразу после Второй мировой войны.

Ранняя жизнь и политическая карьера

Паукер родилась 13 февраля 1893 года в бедной, религиозной еврейской семье в Кодешти, уезд Васлуй (в центральной Молдавии), дочь Сары и (Цви) Херша Кауфмана Рабинсона. Её отец был традиционным скотобоем и служителем синагоги, а мать – мелкой торговкой продуктами. У них было четверо выживших детей, двое умерли в младенчестве. Будучи молодой женщиной, она стала учительницей в еврейской начальной школе в Бухаресте. В то время как её младший брат был сионистом и оставался религиозным, она избрала социализм, вступив в Социал-демократическую партию Румынии в 1915 году, а затем в её преемницу, Социалистическую партию Румынии, в 1918 году. Она активно участвовала в пробольшевистской фракции группы, которая взяла власть после съезда партии 8–12 мая 1921 года и присоединилась к Коминтерну под названием Социалистическая коммунистическая партия (будущая Коммунистическая партия Румынии). Она и её муж, Марсель Паукер, стали ведущими членами. Они оба были арестованы в 1923 и 1924 годах за политическую деятельность и в 1926 и 1927 годах ушли в эмиграцию в Берлин, Париж и Вену. В 1928 году Ана Паукер переехала в Москву, чтобы поступить в Международную ленинскую школу Коминтерна, где готовились ведущие кадры коммунистического движения. Там она сблизилась с Дмитрием Мануильским, главным представителем Кремля в Коминтерне в 1930-х годах.

Коммунистическая лидерская позиция

Ана Паукер уехала во Францию, где стала инструктором Коминтерна и участвовала в коммунистическом движении на Балканах. Вернувшись в Румынию в 1935 году, она была арестована и при попытке бегства ранена в обе ноги. Ана Паукер была главным обвиняемым на широко освещенном суде вместе с другими лидерами коммунистов и приговорена к десяти годам тюрьмы. В мае 1941 года румынское правительство отправило ее в ссылку в Советский Союз в обмен на Иона Кодряну, бывшего члена Сфатул Țării (парламента Бессарабии, проголосовавшего за объединение с Румынией 27 марта 1918 года), который был задержан советскими властями после оккупации Бессарабии в 1940 году. Тем временем ее муж стал жертвой Большого террора в 1938 году. Ходили слухи, что она сама выдала его как троцкистского предателя, однако архивные документы Коминтерна показывают, что она неоднократно отказывалась это делать. В Москве она стала лидером румынских коммунистических эмигрантов, позже известных как "московская фракция". Она вернулась в Румынию в 1944 году с входом Красной Армии, став членом послевоенного правительства, в котором вскоре возобладала коммунистическая партия. В ноябре 1947 года некоммунистический министр иностранных дел Георге Тэтэреску был отстранен и заменен Паукер, что сделало ее первой женщиной в современном мире на таком посту. Однако ее позиция в руководстве Коммунистической партии была первостепенной. Хотя она отказалась от должности Генерального секретаря Румынской коммунистической партии, поскольку была женщиной и интеллектуалом, и вместо этого предложила румынского рабочего Георге Георгиу-Дежа, Паукер формально занимала вторую должность в партийном руководстве и была членом четырехчленного Секретариата Центрального комитета. "Пожалуй, еврейка, достигшая наибольшей политической власти в XX веке", Ана Паукер, как считалось, была фактическим лидером румынских коммунистов во всем, кроме имени, в первые послевоенные годы. В 1948 году журнал Time поместил ее портрет на обложку и назвал "самой влиятельной женщиной" того времени. Известная как "железная леди" румынской коммунистической политики, она повсеместно воспринималась как убежденная сталинистка и главный агент Москвы в Румынии. Несомненно, Ана Паукер сыграла ключевую роль в установлении коммунистического режима в Румынии. В то же время она выступала за умеренность в румынском коммунистическом руководстве в начале послевоенного периода. Паукер, безусловно, была соучастницей масштабных чисток и арестов в 1945 году десятков тысяч румын, связанных с фашистским режимом Иона Антонеску. Однако к августу 1945 года Паукер и министр внутренних дел Теохари Жоржеску освободили всех, кроме двух-трех тысяч арестованных, предоставив амнистию любому члену фашистской Железной гвардии, не совершившему тяжких преступлений и сдавшему оружие. В конце 1944 или начале 1945 года она добивалась создания более широкой коалиции с Национальной крестьянской партией и Национальной либеральной партией, но была отвергнута Иосифом Сталиным. Таким образом, коммунистическое правительство, сформированное в марте 1945 года, состояло из более узкой коалиции с фракцией Национальных либералов во главе с Георге Тэтэреску. В тот же период Паукер проводила то, что позже назвала "типом социал-демократической политики" – массовый набор до 500 000 новых членов Коммунистической партии без тщательной проверки, включая многих бывших членов Железной гвардии. Эта политика впоследствии подверглась критике во время чистки Паукер и была быстро отменена. Многие вступившие в партию во время массовой кампании по вербовке Паукер были репрессированы в период с 1948 по 1950 год, а массовые аресты возобновились в 1947 году (включая членов Национальной крестьянской партии и Национальной либеральной партии, а также амнистированных членов Железной гвардии). Хотя она подчинилась советскому приказу арестовать лидеров некоммунистической оппозиции, Паукер, по сообщениям, выступала против арестов видных деятелей Национальной крестьянской партии Корнелиу Копосу и Гицэ Поп и обратилась к председательствующему судье суда над лидером Национальной крестьянской партии Иулиу Маниу с просьбой о снисхождении при вынесении приговора. Анализируя ее деятельность в первые послевоенные годы, историк Норман Наймарк отметил, что "политика Паукер в период 1945–1948 годов удивительно похожа на политику польского лидера Владислава Гомулки. Она поощряла коалиции с "историческими" партиями, призывала к компромиссам с "буржуазными" политиками и стремилась предотвратить преследование социал-демократов и либералов". Эти противоречия усилились по мере того, как режим становился все более сталинистским под давлением холодной войны с 1947 года. Ана Паукер была закаленной и проверенной сталинисткой, "фанатично преданной Сталину и Советскому Союзу", которая однажды призналась, что "[если бы советский чиновник сказал мне что-то, это было бы для меня Евангелием. Если бы они сказали мне, что СССР в этом нуждается, я бы сделала это. Если бы они сказали мне броситься в огонь, я бы бросилась]". Тем не менее, парадоксальным образом Паукер продвигала ряд политик, противоречащих политике Кремля в период "высокого сталинизма" Коминформа, когда Советский Союз навязывал своим союзникам единую, гегемонистскую линию. В 1948 году она выступила против проверки и чистки большого числа членов, вступивших в Коммунистическую партию во время массовой кампании по вербовке, хотя Коминформ предписал такую проверку во всех странах блока. В 1949 году она выступила против строительства Дунайско-Черноморского канала, хотя, по ее собственным словам, Сталин лично предложил этот проект. В 1949–1952 годах она выступала против чистки румынских ветеранов Испанской гражданской войны и Французского Сопротивления в рамках общеблоковой кампании Москвы против Йосипа Броз Тито или, по крайней мере, не принимала участия в их репрессиях, поскольку массовые чистки в Румынии начались лишь через несколько месяцев после падения Паукер. Ее коллеги и соратники сообщали, что она сопротивлялась планам Сталина подвергнуть министра юстиции Лукрециу Петрэскану суду и была обвинена главным советником Службы безопасности в "саботаже и отсрочке расследований" по делу Петрэскану. (Этот вопрос остается предметом споров среди историков, поскольку в румынских архивах мало доказательств позиции Паукер по отношению к Петрэскану, поскольку все стенограммы обсуждений Политбюро по делу Петрэскану были немедленно уничтожены по приказу Генерального секретаря Георге Георгиу-Дежа.) Кроме того, Паукер поддерживала и способствовала эмиграции примерно 100 000 евреев в Израиль с весны 1950 года по весну 1952 года, когда все остальные советские союзники закрыли свои границы для еврейской эмиграции, и политика Сталина в отношении контроля над населением и строгих ограничений на эмиграцию и поездки ужесточалась. Более того, она решительно выступала против принудительной коллективизации, проводившейся по приказу Москвы летом 1950 года, находясь в кремлевской больнице на лечении от рака молочной железы. Гневно осуждая такое принуждение как "абсолютно противоречащее линии нашей партии и абсолютно противоречащее любой серьезной коммунистической мысли", она разрешила крестьянам, насильно включенным в колхозы, вернуться к частному земледелию и фактически прекратила дальнейшую коллективизацию в течение 1951 года. Это, а также ее поддержка с 1947 года более высоких цен на сельскохозяйственную продукцию вопреки ее советским "советникам", а также ее предпочтение интеграции кулаков в формирующийся социалистический порядок, привели Сталина к обвинению в том, что Паукер фатально отклонилась в "крестьянскую, немарксистскую политику". "Московская фракция" Паукер (так называемая потому, что многие ее члены, как и Паукер, провели годы в ссылке в Москве) была оппозицией "тюремной фракц...

Падение и избавление от греха

Георгиу Деж извлек выгоду из антисемитизма в сталинской политике, тесно связанной с растущей паранойей Иосифа Сталина, активно лоббируя Сталина с целью принятия мер против фракции Паукер. В августе 1951 года Георгиу Деж отправился в Москву, чтобы добиться одобрения Сталина на чистку Паукер и её союзников в Секретариате (Василе Лука и Теохари Жоржеску). Однако архивные данные привели Владимира Тисманяну к выводу, что "падение Аны Паукер произошло не просто, и даже не в первую очередь, из-за умелых манёвров Георгиу Дея – как утверждают некоторые румынские романы, опубликованные в 1980-х годах, – а прежде всего из-за решения Сталина начать масштабную политическую чистку в Румынии". Паукер, Лука и Жоржеску были отстранены от власти в мае 1952 года, что укрепило контроль Георгиу Дея над страной и партией. Обвинения, предъявленные Ане Паукер, всё больше сосредотачивались на её позициях по вопросам сионизма и Израиля. Её обвинили в поддержке "подрывной и шпионской деятельности израильского посольства и сионистов в стране", в тайных обязательствах перед израильскими дипломатами, в проявлении "националистического отношения к эмиграции евреев в Израиль" и в разглашении секретов "врагу" (Соединённым Штатам) через его главного агента – "международный сионизм". Паукер была арестована 18 февраля 1953 года и подвергнута усиленным допросам и мягким формам пыток в рамках подготовки к показательному суду, подобному тому, что был устроен Рудольфу Сланскому и другим участникам Пражских процессов. После смерти Сталина в марте 1953 года она была освобождена из тюрьмы и помещена под домашний арест – в результате прямого вмешательства Вячеслава Молотова, который, по сообщениям, действовал по настоянию своей жены Полины Жемчужиной, подруги Паукер, также освобождённой из тюрьмы вскоре после смерти Сталина. Когда другой партийный лидер сообщил Паукер о смерти Сталина, она разрыдалась, на что её коллега съязвил: "Не плачь. Если бы Сталин был жив, ты бы уже умерла".

Анализ

Ана Паукер была представлена в официальной партийной истории румынскими лидерами как ярый ультраортодоксальный сталинист, хотя на самом деле она выступала против или пыталась смягчить ряд сталинистских мер, занимая руководящие посты. Как заключил историк Роберт Леви: "Ни один другой коммунистический лидер, кроме Тито, не продемонстрировал такого сопротивления советской линии [в период "высокого сталинизма" при Коминформе], как она – будь то коллективизация, борьба с кулаками и городской буржуазией, преследование Лукреция Петреску, чистка ветеранов гражданской войны в Испании и французского Сопротивления, масштабы Пятилетнего плана, организация показательного процесса над румынскими сионистами или содействие массовой еврейской эмиграции".

Наследие

Наследие Аны Паукер в Румынии и сегодня запятнано попытками пропагандистов правящей партии в 1950-х и 1960-х годах выставить её виновной в преступлениях раннего коммунистического периода. Например, в Румынии её часто называют «Сталин в юбке» (Stalin cu fustă). Режиссер Раду Габреа, завершивший в 2016 году полнометражный документальный фильм о Паукер, полагает, что эта демонизация Паукер возможна лишь потому, что она была женщиной и еврейкой, и что это отражает широко распространенный антисемитизм в Румынии. Как отметил историк Роберт Леви: «Долгое время являясь козлом отпущения для партийных пропагандистов как источником всех ужасов сталинской эпохи, Ана Паукер продолжает подвергаться очернению в посткоммунистической Румынии как партийный лидер, несущий наибольшую ответственность за репрессии послевоенных лет. Но правда в том, что эта постоянно противоречивая фигура, будучи сама сталинисткой и сыграв ключевую роль в навязывании коммунизма Румынии, парадоксальным образом представляла альтернативу жесткому, суровому сталинизму, который вскоре стал символом румынской партийной жизни и оставила скрытое наследие как последовательную защитницу румынского крестьянства в коммунистической иерархии. Падение Аны Паукер стало важным шагом в процессе, который не позволил ни одному реформистскому лидеру прийти к власти в Румынии и обрекло её граждан на переживание крайних лишений, кульминацией которых стал режим Чаушеску».