Введение

Английский государственный деятель XVII века, сэр Уильям Ковентри (4 октября 1627 – 23 июня 1686) был английским государственным деятелем.

Ранняя жизнь и Гражданская война

Уильям был сыном лорда-хранителя Томаса Ковентри, 1-го барона Ковентри, от его второй жены Элизабет Алдерсли. Ковентри поступил в Королевский колледж Оксфордского университета в четырнадцатилетнем возрасте. В связи с началом Английской гражданской войны он был вынужден прервать учёбу, однако, по словам сэра Джона Брэмстона, у него был хороший наставник, и благодаря путешествиям он овладел французским языком в совершенстве. Он был молод во время войны, но Кларендон писал, что Ковентри вступил в армию и командовал пехотной ротой, а вскоре после этого отправился во Францию. Там он оставался до тех пор, пока не угасли все надежды на получение иностранной помощи и формирование новой армии, после чего вернулся в Англию и воздерживался от участия в различных роялистских заговорах. Когда в 1660 году появилась возможность реставрации, Ковентри поспешил в Бреду, был назначен секретарем Джеймса, герцога Йоркского (который являлся лордом-адмиралом Англии), и возглавил королевский кортеж, когда Карл II триумфально въехал в Лондон.

Восстановление монархии

Ковентри был избран в парламент 1661 года от Великого Ярмута, стал комиссаром флота в мае 1662 года, а в 1663 году получил степень доктора гражданского права в Оксфорде. Его выдающиеся способности очень скоро были признаны в парламенте, и его влияние как чиновника было весьма значительным. Его назначение было ближе к должности секретаря адмиралтейства, чем к должности личного помощника герцога Йоркского, и принесло ему большую выгоду. Энтони Вуд утверждает, что он сколотил состояние в 60 000 фунтов стерлингов. Его обвиняли в коррупции в военно-морском ведомстве, особенно во время войны с Голландией, но реальных доказательств этому нет. Сэмюэл Пепис в своем дневнике свидетельствует о высоком качестве управления Ковентри и его стремлении к реформам и экономии; его постоянная похвала Ковентри резко контрастирует с его критикой других коллег, которых он обычно называет "негодяями" или "старыми глупцами". Способности и энергия Ковентри не смогли предотвратить крах флота, что было вызвано главным образом финансовым хаосом и неудачными назначениями.

1665 1669

Ковентри отрицал всякую ответственность за голландскую войну 1665 года, и его опровержение подтверждается Пеписом; более того, это противоречило его хорошо известным политическим взглядам. Война значительно увеличила его влияние, и вскоре после битвы при Лоустофте, 3 июня 1665 года, он был посвящен в рыцари и назначен членом Тайного совета (26 июня), а затем был принят в Комитет по иностранным делам. В 1667 году он был назначен в совет казначейства для проведения финансовых реформ. «Я понимаю, – пишет Пепис 23 августа 1667 года, – сэр Уильям Ковентри – ключевая фигура, и ничего не будет сделано, пока он не приступит к делу», и при его отстранении в 1669 году герцог Альбемарл, не проявлявший ни дружелюбия, ни снисходительности, заявил, что «ничего теперь не будет сделано как следует». Его назначение произошло слишком поздно, чтобы предотвратить морское поражение в Чатеме в том же году, рейд на Медуэй и государственный банкрот в 1672 году. Растущее влияние Ковентри с самого начала вызывало зависть лорда-канцлера Клэрендона, который не одобрял и не поощрял молодое поколение. Ковентри воспринял это враждебно. Он стал главным инициатором успешного нападения на Клэрендона, но отказался участвовать в его импичменте, хотя Клэрендон никогда не простил ему того, что он считал предательством. Через два дня после отставки Клэрендона (31 августа) Ковентри объявил о своем намерении прекратить службу на флоте. Будучи главным агентом в падении Клэрендона, он закономерно приобрел новую власть и влияние и ожидал занять место Клэрендона в качестве первого министра короны. Ковентри сохранил лишь свой пост в казначействе, а его место занял блестящий, но беспринципный и некомпетентный Джордж Вильерс, 2-й герцог Бэкингемский, любимец короля. Отношения между этими двумя мужчинами вскоре испортились. Бэкингем высмеивал усердие сэра Уильяма в делах и был раздражен его оппозицией импичменту Клэрендона. Ковентри быстро потерял влияние и был исключен из Тайного совета. Его карьера теперь полностью зависела от поддержки герцога Йоркского, но, по иронии судьбы, свергнув Клэрендона, Ковентри помог ослабить влияние герцога, который был зятем и главным защитником Клэрендона. Наконец, в марте 1669 года Ковентри вызвал Бэкингема на дуэль за написание пьесы, в которой высмеивался сэр Уильям. Уведомление о вызове дошло до властей через секунданта герцога, и сэр Уильям был заключен в Тауэр 3 марта и впоследствии исключен из Тайного совета. 11 марта его в казначействе сменил любимец Бэкингема, сэр Томас Осборн, и 21 марта он был, наконец, освобожден из Тауэра в опале. Истинной причиной его отставки было окончательное принятие Карлом политики подчинения Франции и отказа от поддержки Нидерландов и протестантских интересов. За шесть недель до падения Ковентри состоялась конференция между Карлом, Джеймсом, Арлингтоном, Клиффордом и Арунделом, которая через полтора года привела к заключению Доверского договора. Сэр Уильям, с его последовательной враждебностью к Франции и искренней преданностью протестантизму, несомненно, был серьезным противником подобных интриг. Теперь он окончательно отошел от государственной службы, но сохранил свое влияние в Палате общин и возглавил партию, которая осуждала и критиковала реакционную и роковую политику правительства, его авторитет и репутация лишь укрепились после отставки.

1670-е годы

В 1673 году брошюра под названием «Обращение Англии от тайного сговора при дворе к Великому совету нации» за авторством истинного патриота своей страны вышла в пяти изданиях. Анонимная работа общепризнанно приписывалась сэру Уильяму и убедительно отражает его взгляды на сближение с Францией. В важном вопросе об индульгенции, воздерживаясь от обсуждения границ королевской власти и свободы, он утверждал, что право короны на приостановление действия законов не может быть законным во время заседаний парламента, и критиковал форму декларации, одобряя при этом заявленную цель. Он поддержал Тестовый акт, но сохранял государственную осмотрительность среди волны негодования, охватившей правительство, и отказывался участвовать в личных нападках на министров, что принесло ему ту же непопулярность, что и его племяннику Джорджу Савилю, 1-му маркизу Галифаксу, позднее. В том же году он осудил союз с Францией. Он выразил признательность за верность, которую Сэмюэл Пепис всегда проявлял к нему, активно поддерживая право Пеписа заседать в Палате общин (куда он был избран в 1673 году) и высмеивая обвинения (полностью беспочвенные) в том, что Пепис был католиком. Летом 1674 года он вновь был принят при дворе. В 1675 году он поддержал законопроект об исключении католиков из обеих палат, а также меру о закрытии Палаты общин для чиновников, получающих жалованье от государства; и он проявил значительную активность в своей оппозиции французскому союзу, особенно осуждая поддержку, оказываемую правительством набору войск для французской службы. В мае 1677 года он проголосовал за голландский союз. Как и большинство его современников, он поверил в историю о папском заговоре в 1678 году. Ковентри неоднократно отказывался от высших судебных должностей и не был включен в обновленный совет сэра У. Темпла в апреле 1679 года.

1680-е годы

В вопросе о законе об исключении престолонаследия он поначалу склонялся к политике ограничений, а своему племяннику Галифаксу, который после выхода в отставку стал лидером умеренной партии, настоятельно рекомендовал благоразумие и терпение, и глубоко сожалел о насилии оппозиции, которое в конечном итоге спровоцировало ответную реакцию и привело к краху всех начинаний. Он отказался баллотироваться в новый парламент и удалился в свою загородную резиденцию в Минстере-Ловелле, близ Витни, в Оксфордшире. Он умер безбрачным 23 июня 1686 года в Сомерхилле, недалеко от Тунбридж-Уэллса, куда приехал, чтобы поправить здоровье, и был похоронен в Пенхёрсте, где в память о нем был воздвигнут памятник в церкви Святого Иоанна Крестителя. В своем завещании он распорядился провести его похороны скромно и завещал 2000 фунтов стерлингов французским протестантским беженцам в Англии, а также 3000 фунтов стерлингов на выкуп пленных, удерживаемых берберскими пиратами в Алжире. Незадолго до смерти он уже оплатил освобождение шестидесяти рабов. Его очень любили и уважали в семье, его племянник Генри Савилл с теплотой вспоминал его как "нашего самого дорогого дядю и несравненного друга".

Оценка

Написавший биографию Ковентри для одиннадцатого издания «Энциклопедии Британика», Филипп Чесни Йорк отметил, что, хотя сэр Уильям Ковентри так и не занял того места в государственном управлении, на которое его заслуги и выдающиеся способности, безусловно, давали ему право, его общественная деятельность и переписка вполне достаточны, чтобы выделить его среди современников как государственного деятеля высочайшего ранга. Лорд Галифакс, очевидно, унаследовал от своего уважаемого наставника те принципы управления, которые, благодаря собственным блестящим интеллектуальным способностям, оригинальности и проницательности, приобрели еще большую силу и влияние. Галифакс был обязан ему своим интересом к флоту и пониманием необходимости для страны мощного военно-морского флота. Свою неприязнь к Франции, религиозную терпимость и более широкие религиозные взгляды, но при этом твердую протестантскую веру, он, несомненно, также перенял от него. Сэр Уильям был первым «Триммером». Пиша своему племяннику Томасу Тинну, 1-му виконту Веймуту, и отрицая авторство трактата «Характер Триммера», он пишет: «Я не стыдился признаваться, что я – триммер, то есть тот, кто сидит прямо и не переворачивает лодку, слишком сильно отклоняясь в ту или иную сторону». Он разделял неприязнь триммеров к партийности, призывая Галифакса в ходе дебатов об исключении из престолонаследия не позволять оппозиции врагов втянуть себя в другую партию, а придерживаться национальной позиции, которая в конечном итоге одержит победу. Его рассудительность проявлялась в постоянном нежелании делать что-либо необратимое. Особая независимость духа, широта взглядов, не ограничиваемая партийными рамками, здравомыслие, не поддающееся заразе всеобщего безумия, были в равной степени свойственны и дяде, и племяннику. Представления сэра Уильяма Ковентри о государственном управлении, под руководством его племянника, во многом вдохновили будущие революционные преобразования и продолжали оставаться важным условием политического роста и прогресса Англии.