Введение

Поиск ВИЧ-инфекции через секс

Bugchasing (также bug chasing) – это особенно редкая практика намеренного стремления к заражению вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ) посредством сексуальной активности. Люди, практикующие bugchasing – те, кто испытывают сексуальное влечение к ВИЧ – являются субкультурой практикующих незащищенный секс (barebackers), в основном мужчин, занимающихся незащищенным сексом с другими мужчинами. Статистически немногие мужчины идентифицируют себя как практикующие bugchasing, и многие из них никогда не совершают сексуальные действия, которые могут привести к заражению ВИЧ. Существуют различные объяснения поведения и фантазий, связанных с bugchasing, от сексуального возбуждения при мысли о ВИЧ-позитивном статусе до поиска чувства общности с другими ВИЧ-позитивными людьми и даже суицидальных наклонностей. В 2003 году эта концепция привлекла внимание общественности после публикации в журнале Rolling Stone статьи "Bug Chasers: The men who long to be HIV+", описывающей эту практику. Статья впоследствии подверглась критике за используемые статистические методы, но она способствовала распространению информации о bugchasing. Предполагается, что эта практика существует с начала эпидемии СПИДа. С тех пор она упоминалась или являлась темой для различных материалов в СМИ и популярной культуре. По состоянию на 2021 год практика bugchasing сохраняется как нишевое явление, несмотря на широкую доступность эффективных методов профилактики (PrEP) и антиретровирусной терапии (HAART), защищающих от передачи ВИЧ.

Происхождение

Точные истоки практики "погони за ВИЧ" – преднамеренного стремления к заражению ВИЧ-инфекцией – в значительной степени неизвестны, и её возникновение относят либо к началу кризиса СПИДа, либо к более позднему периоду, ближе к 1990-м годам. Однако известно, что она существовала уже к 1997 году, когда журнал Newsweek опубликовал статью на эту тему, а в 2003 году – журнал Rolling Stone. Статья Rolling Stone "Охотники за вирусом: мужчины, жаждущие ВИЧ-позитивного статуса", написанная Грегори Фриманом, впервые привлекла широкое внимание и вызвала обеспокоенность по поводу этой практики. В статье утверждалось, что около 25 процентов всех новых случаев ВИЧ-инфекции в Соединенных Штатах (10 000 из 45 000) были связаны с "погоней за ВИЧ". Статистические данные Фримана ошибочно включали всех мужчин, практикующих незащищенный секс, независимо от их мотивации или намеренного стремления к заражению, в категорию "охотников за ВИЧ". Официальные лица, на которых ссылался Фриман, впоследствии заявили, что он сфабриковал их высказывания, а его данные подверглись серьезной критике. По мнению исследователя сексуальности Октавио Р. Гонсалеса, статья Фримана, вероятно, сыграла ключевую роль в популяризации термина "погоня за ВИЧ" и повышении интереса общественности и понимания этой практики после её публикации.

Мотивация и активность

Охотники за ВИЧ – это мужчины, практикующие секс с мужчинами (МСМ), которые испытывают сексуальное влечение к ВИЧ-инфекции, особенно через эротические фантазии о заражении ВИЧ в сети, или активно стремящиеся к заражению вирусом. Поскольку эта практика мало изучена, мотивы формирования идентичности и поведения, связанных с охотой за ВИЧ, остаются в основном неясными. Однако предложено как минимум четыре возможных мотива. Во-первых, некоторые мужчины могут стать охотниками за ВИЧ из-за страха перед заражением, который ранее изменил их сексуальное поведение, например, полный отказ от секса, выбор одного партнера или использование профилактических мер, таких как презервативы. В этом случае охотники за ВИЧ могут рассматривать свои действия как расширение возможностей, как в сексуальном, так и в личностном плане; переход от ВИЧ-отрицательного статуса к ВИЧ-положительному понимается ими как проявление мужественности, дарующее им дополнительный статус. Во-вторых, некоторые мужчины воспринимают ВИЧ-положительный статус как эротичный или сексуально возбуждающий. Это может быть источником удовольствия или конечным табу, которое необходимо преодолеть. В-третьих, охотники за ВИЧ могут рассматривать ВИЧ-положительный статус (или его поиск) как способ обрести общую идентичность и чувство общности. И в-четвертых, охота за ВИЧ описывается как политический акт и протест против социальных норм (например, связанных с гетеронормативностью) посредством нарушения или бунта против общепринятых представлений о жизни геев. Существует и пятый возможный мотив – суицидальные наклонности, но это остается неясным или неточным объяснением поведения охотников за ВИЧ. Охота за ВИЧ – редкое сексуальное табу. Многие, идентифицирующие себя как охотники за ВИЧ, не ищут намеренно секса с ВИЧ-положительными людьми. Многие мужчины, считающие себя охотниками за ВИЧ, никогда не пытаются заразиться. В интернете существует множество людей, идентифицирующих себя как охотники за ВИЧ, использующих такие платформы, как Twitter и (ранее) Tumblr. Широкая доступность преэкспозиционной профилактики (PrEP), способной предотвратить ВИЧ-инфекцию при незащищенных половых контактах, не привела к исчезновению охоты за ВИЧ. Некоторые мужчины сочетают прием PrEP с практикой охоты за ВИЧ, другие экспериментируют с охотой за ВИЧ, принимая PrEP, а третьи считают PrEP умаляющей достоинство и отказываются от ее использования.

Динамика группы

Хотя практики секса без презервативов и охоты за ВИЧ-инфекцией связаны с рискованным сексуальным поведением, это различные практики. Охота за ВИЧ-инфекцией является субкультурой секса без презервативов, и намерение – ключевое отличие между теми, кто практикует охоту за ВИЧ-инфекцией, и теми, кто практикует секс без презервативов: большинство практикующих секс без презервативов не стремятся заразиться (или заразить других) ВИЧ, в то время как охота за ВИЧ-инфекцией явно направлена на заражение. По мнению этнолога Джейми Гарсиа Иглесиаса и исследователя Тима Дина, практикующие охоту за ВИЧ-инфекцией используют ряд метафор, отличающих их идентичность от других сообществ мужчин, практикующих секс с мужчинами: оплодотворение, беременность и отцовство. Согласно Дину и психологу Хью Клейну, поскольку ВИЧ способен распространяться и размножаться в процессе практики охоты за ВИЧ-инфекцией, его культурные аспекты – институты, нормы, практики и формы родства, которые в совокупности формируют сообщество, основанное на ВИЧ-статусе – могут передаваться через вирусную инфекцию, подобно культурной передаче через рождение и отцовство. Аналогичным образом, места для практики охоты за ВИЧ-инфекцией могут укреплять определенные представления о мужественности. Исследователь сексуальности Элли Рейнольдс пишет, что ВИЧ-положительные мужчины, намеренно ищущие партнеров для заражения ВИЧ, известные как «дарители», конструируются как гипермаскулинные благодаря доминирующей роли при половом акте, в то время как практикующие охоту за ВИЧ-инфекцией воспринимаются как лишенные мужественности: они принимают пассивную роль (а не активную), их прямая кишка описывается словами, относящимися к женским половым органам, такими как «киска» и «манкунт», занимая таким образом женскую позицию в социальной иерархии. Существование «дарителей» остается под вопросом, учитывая, как отмечает Гарсиа Иглесиас, их «статистическую редкость» и «биологическую маловероятность (учитывая широкое распространение эффективного лечения)».

СМИ и культура

Американский режиссер Луиза Хогарт выпустила документальный фильм "The Gift" в том же году, когда была опубликована статья в Rolling Stone. Фильм был посвящен историям людей, практикующих багчейзинг, с акцентом на позитивные аспекты ВИЧ-инфекции, о которых они сами сообщали. Три года спустя Рикки Дайер, мужчина, живущий с ВИЧ, выпустил документальный фильм через BBC3 под названием "Я люблю быть ВИЧ-позитивным", предполагая, что большая часть активности, связанной с багчейзингом, – это просто фантазия. В 2009 году гей-драматург Эрик Паттерсон поставил трагикомедию "Он об этом просил", посвященную багчейзингу и ВИЧ-позитивному статусу в современном Голливуде. Багчейзинг также фигурировал в сериале Queer as Folk. В 2012 году канадец Стивен Бун был осужден и признан виновным по трем пунктам обвинения в покушении на убийство и тяжком сексуальном насилии после незащищенного секса с четырьмя мужчинами, после того как сам заразился ВИЧ. Он называл себя "поз-вампиром" – термин "поз" относится к приобретению ВИЧ, – и был погружен в культуру багчейзинга. Его приговор за покушение на убийство был отменен после апелляции в Апелляционный суд Онтарио, однако обвинительный приговор за тяжкое сексуальное насилие остался в силе. Апелляционный суд постановил, что в ходе первоначального судебного разбирательства не было доказано, что он намеревался убить своих сексуальных партнеров, и предложил правительству возможность нового судебного процесса. Сообщалось и о других случаях, когда людей обвиняли в преднамеренном заражении ВИЧ.