Введение
Роман Уильяма Голдинга "Спир" – роман английского писателя Уильяма Голдинга, опубликованный в 1964 году. "Мрачный и сильный портрет воли одного человека", он посвящен строительству 404-футового шпиля, вольно основанного на Соборе Солсбери, и видению вымышленного декана Джоселина. В романе Голдинг использует технику потока сознания с всезнающим, но постепенно теряющим объективность повествователем, чтобы показать падение Джоселина, когда он выбирает следовать собственной воле, а не воле Божьей.
The Spire is a 1964 novel by English author William Golding. "A dark and powerful portrait of one man's will", it deals with the construction of a 404 foot high spire loosely based on Salisbury Cathedral, the vision of the fictional Dean Jocelin. In the novel, Golding utilises stream of consciousness writing with an omniscient but increasingly fallible narrator to show Jocelin's demise as he chooses to follow his own will as opposed to the will of God.
Предыстория
"Спир" был задуман Голдингом как исторический роман с моральной борьбой в основе, который изначально планировалось развернуть в двух временных пластах: средневековье и современность. Преподавая в школе епископа Вордсуорта, Голдинг часто смотрел из окна класса на Солсберийский собор и размышлял о том, как ему возможно воссоздать его шпиль. Однако создание книги и, в конечном итоге, реализация замысла "Спира" давались Голдингу нелегко. По словам его дочери, Джуди Карвер, Голдинг "невероятно боролся, работая над "Спиром", и говорил, что роман "прошел через множество черновиков"; возможно, это было связано с тем, что он оставил преподавание, что, в свою очередь, дало ему больше времени для письма. Голдинг впервые написал черновик объемом пятьдесят-шестьдесят тысяч слов в феврале 1962 года всего за четырнадцать дней и решил взять передышку, чтобы завершить роман к декабрю того же года для публикации в Англии и Америке. Однако к ноябрю он "признался, что находится в "состоянии отчаяния" из-за романа". Одной из причин его неудовлетворенности, вероятно, был давний "страх Голдинга перед негативной критикой". После лекционной поездки в Америку в феврале и марте 1963 года Голдинг обнаружил, что по возвращении ему все еще трудно писать, и сильно беспокоился как о структуре романа, так и о его актуальности для современного читателя. Как это часто случалось, опасения Голдинга оказались напрасными; Монтейту и Питеру дю Соту понравился текст, но они согласились, что он требует редактуры. Голдинг был рад этой новости, и Монтейт прислал правки, предлагающие разделить роман на главы; к 17 июля 1963 года Голдинг сообщил, что переработал первые три главы и был уверен, что закончит книгу в течение ближайших двух недель. И, несмотря на то, что 27 августа он сообщил Монтейту, что завершит правки в течение десяти дней, Уильям и Энн Голдинг отправились в Грецию на встречу с Питером Грином – бывшим журналистом, эмигрировавшим в Моливос. После работы над романом в Греции, разочарованный Голдинг отправил Монтейту свой следующий черновик "Спира" в октябре и остался недоволен своим текстом из-за "внутреннего конфликта между верой и разумом". Этот внутренний конфликт продолжал преследовать Голдинга, когда он отправлял исправленные рукописи и корректуры. Рукописи "Спира", вместе со страницей рукописных заметок, теперь хранятся в архиве Особых коллекций Университета Эксетера.
Сюжет
Джоселин, декан собора, руководит строительством возвышающегося шпиля, финансируемого его тетей, леди Элисон, бывшей любовницей короля. Проект продолжается вопреки советам многих, и особенно предупреждениям мастера-строителя Роджера Мейсона. У собора недостаточно прочного фундамента для шпиля той величественности, которую требует Джоселин, но он уверен, что был избран Богом и получил видение воздвигнуть великий шпиль, дабы прославить город и приблизить его жителей к Богу. По мере развития романа Голдинг исследует растущую одержимость Джоселина завершением шпиля, в течение которой он все сильнее страдает от боли в позвоночнике (которая, как постепенно понимает читатель, является следствием туберкулеза). Джоселин интерпретирует жгучую боль в спине как ангела, то утешающего, то наказывающего его в зависимости от ощущения тепла или муки. Одержимость Джоселина застилает ему глаза, лишая способности видеть реальность: он пренебрегает своими обязанностями декана, не молится и игнорирует тех, кто в нем нуждается больше всего. Яма, вырытая для исследования фундамента на пересечении собора, становится местом, где пробуждаются хтонические силы, и четыре столба башни начинают "петь". Джоселин также борется со своим скрытым вожделением к Гуди Пангалл, жене калеки и импотентного слуги собора, Пангалла. Поначалу Джоселин видит в Гуди свою духовную дочь. Однако, по мере развития сюжета, и муж Гуди подвергается насмешкам и издевательствам со стороны рабочих, называющих его "дураком", Джоселина терзает сексуальное желание, обычно вызванное видом рыжих волос Гуди. На протяжении всего романа проводятся сравнения между Гуди и Рейчел, женой Роджера Мейсона. Джоселин считает, что Гуди служит примером для Рейчел, которую он не любит за ее болтливость и за то, что она призналась, что их брак с Роджером так и не был совершен. Однако Джоселин переоценивает чистоту Гуди и приходит в ужас, узнав, что Гуди заводит роман с Роджером Мейсоном. Мучимый завистью и чувством вины, Джоселин теряет способность молиться. Он испытывает отвращение к своим сексуальным мыслям, которые во сне он называет "дьяволом". Строительство собора, его упорядоченная жизнь и жизни окружающих Джоселина людей нарушаются из-за неразрешимых проблем, возникших в результате строительства шпиля, но Джоселин продолжает упорно вести свою мечту к завершению. Его видения и галлюцинации, а значит, и отрицание реальности происходящего, знаменуют его скатывание в безумие. Когда истинная цена, финансовая и духовная, этого предприятия становится очевидной, история движется к трагическому финалу. Пангалл исчезает; хотя его судьба так и остается невыясненной, намек на омелу указывает на то, что он был принесен в жертву язычникам и погребен строителями на пересечении, чтобы обеспечить себе удачу и избежать глупости продолжения работы. Гуди Пангалл умирает при родах, родив ребенка от Роджера Мейсона. Роджер становится пьяницей, а в конце Джоселин умирает от своей болезни, но лишь после того, как его тетя призналась, что его назначение было обусловлено лишь ее сексуальным влиянием, а не его достоинствами. Перед смертью фаллическая символика шпиля уступает место таинственному символу дерева. Шпиль остается незавершенным в конце истории, и нарастает ощущение надвигающейся катастрофы из-за нестабильности чрезмерно амбициозной конструкции.
Йоселин
Дин Джоселин – персонаж, посредством которого разворачивается повествование романа. Голдинг использует технику потока сознания, чтобы показать его падение в безумие, подобное падению короля Лира. Роман прослеживает разрушение его самоуверенности и честолюбия. По мере завершения строительства шпиля, Джоселин отстраняется от должности декана, а церковный совет осуждает его пренебрежение религиозными обязанностями. В конечном итоге, он сдается своей болезни, которую он сам олицетворял как своего ангела-хранителя. Возможно, Джоселин был назван в честь Жоселина де Буона, епископа Солсберийского с 1142 по 1184 год, который похоронен в Солсберийском соборе.
Роджер Мейсон
Роджер Мейсон, средневековый мастер-каменщик, в резком контрасте с Джоселином, физически крепок и рационалист. С ним ассоциируются образы быка и жеребца. Роджер вступает в конфликт с Джоселином, доказывая, что фундамент собора недостаточен для поддержки шпиля. Он вынужден продолжать работу над проектом, поскольку Джоселин лишает его возможности работать где-либо еще. После смерти Гуди Роджер пристрастится к алкоголю. В момент просветления Джоселин навещает Роджера, и мы узнаем о его попытке самоубийства.
Рейчел .
Рэйчел Мейсон — жена Роджера. Она открывает Джоселин причину, по которой у них не получается завести детей: любые попытки близости заканчиваются приступами смеха.
Пангл
Пэнгалл – искалеченный и бессильный служащий собора. Рабочие насмехаются над ним из-за его бессилия.
- Хорошо.
Гуди, выступающая в качестве важного объекта любви и страсти, в конечном итоге умирает при родах. Джоселин поначалу считает её совершенной женщиной.
Отец Ансельм
Ансельм резко критикует изменения, касающиеся шпиля, утверждая, что это разрушение церкви. Джоселин был готов пожертвовать своей дружбой с Ансельмом ради шпиля, но к концу романа становится ясно, что никакой дружбы между ними изначально и не было.
Отец Адам.
Отец Адам назван Джоселином "Отцом Анонимным", что свидетельствует о чувстве превосходства Джоселина. До самого конца романа, когда отец Адам становится опекуном Джоселина, он остаётся преимущественно второстепенным персонажем, удивлённым тем, что Джоселина никогда не учили молиться, и старается изо всех сил помочь ему достичь спасения.
Леди Элисон
Богатая фаворитка покойного короля, мы узнаём, что средства на строительство шпиля были получены благодаря этому роману. Она предстаёт перед нами как "крошечная женщина – едва ли больше ребёнка", полноватая и бледная, одетая в чёрное платье, с чёрными волосами, глазами и макияжем, с преимущественно мелкими чертами лица. Её богатство и чувственность подчеркиваются жемчугом и духами, а также тщательным уходом за собой: несмотря на возраст, её кожа гладкая, с едва заметными морщинками.
Язычество
Рабочие именуются "армией", и Джоселин многократно сталкивается с теми, кто не согласен с разрушениями, которые они причиняют. Пангалл становится их окончательной жертвой, похороненным "под перекрестком дорог" с омелой между ребрами. Омелу можно рассматривать как метафору ужаса, а слово "непристойный" неоднократно встречается в тексте (представление друидов о том, что ягоды – это семя богов, вполне может способствовать отвращению Джоселина). "Буйное смятение ветвей" вызывает тревогу, равно как и отвращение Джоселина к ягоде на его башмаке. Голдинг вплетает омелу как языческий символ в натуралистическое изображение её как признака физической угрозы для шпиля. Омела растет на живых дубах – если древесина, использованная в строительстве, не высушена должным образом, омела продолжит на ней расти, обнажая научно объяснимую опасность.
Образ
Красные волосы Гуди можно рассматривать как символ множества вещей. Сексуальные грезы, женская сексуальность, дьявол, похоть и страсть – вот лишь некоторые из возможных интерпретаций. Постоянная символика животных в отношениях между Роджером и Гуди (которую называют медведем, быком, жеребцом или оленем в разных частях романа) также может указывать на недостаток социальной проницательности Джоселина, его детскость и наивность. Однако Гуди носит зеленое платье, которое контрастирует с красным платьем Рейчел Мейсон – зеленый, возможно, символизирует природу (повторяющуюся языческую тему в романе), а красный – нежелательную "пылкую" натуру Рейчел. Джоселин изображает Гуди тихой "доброй женщиной" (взгляд которого является основой этого романа), в отличие от Рейчел. Ирония заключается в том, что неверность Гуди скрыта ее шляпой, и лишь изредка мы замечаем ее огненно-рыжие волосы (и ее измену). Шпиль, который Джоселин стремится возвести, сам по себе может рассматриваться как фаллический символ, поскольку изначально Джоселин видит его модель как человека, лежащего на спине. Религиозная символика используется в конце романа, когда Джоселин умирает. Джоселин восклицает: "Это как яблоня!", отсылая к Эдемскому саду и первородному греху искушения, но, возможно, и к языческим идеям, которые постоянно проникают в разум Джоселина, проводящего все больше и больше времени в шпиле, возвышающемся над землей (и отдаляющемся от его церкви и его роли голоса Бога на земле).
Шпиль/хребет
Деградирующий позвоночник Джоселина можно рассматривать как микро-макро аналогию неустойчивого шпиля. Он полагает, что первое проявляется в ощущении присутствия его ангела на спине, а второе – в воле Божьей. Его нарциссизм выдают эти разрушающиеся структуры, которые он переинтерпретирует, чтобы сохранить свою картину мира.
Прием
"Исключительно примечательная книга, столь же неожиданная, как и предсказуемая, полностью оригинальная, отстраненная от господствующих течений, сильная, суровая, даже отталкивающая." – Фрэнк Кермоуд, New York Review of Books, 30 апреля 1964 года.
Адаптации
Канадский британский режиссер Роджер Спотисвуд приобрел права на экранизацию романа "Спайр" в середине 1990-х годов, изначально планируя адаптировать его для кино и называя этот проект находящимся в разработке. В ноябре 2012 года в Солсберийском театре состоялась премьера театральной адаптации романа, написанной Спотисвудом и поставленной Гаретом Минчином. В 2014 году компания Faber & Faber Audio выпустила аудиокнигу, озвученную Бенедиктом Камбербэтчем. Отрывки из исполнения Камбербэтча включены во вступительный фильм о романе, созданный William Golding Limited.