Голландская колония на Тайване (1624–1668)

Тайвань под властью Голландской Ост-Индской компании (1624-1662, 1664-1668). Торговля с Китаем и Японией, конфликты с местным населением, падение колонии.

40 мин чтения

100%

Источник: Dutch Formosa — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Колония в Тайване (1624–1662, 1664–1668)

Остров Тайвань, также известный как Формоза, находился под частичным колониальным правлением Нидерландской Республики с 1624 по 1662 год и с 1664 по 1668 год. В контексте эпохи Великих географических открытий Голландская Ост-Индская компания закрепилась на Формозе для торговли с Империей Мин в соседнем Китае и сёгунатом Токугава в Японии, а также для пресечения португальской и испанской торговли и колониальной деятельности в Восточной Азии. Голландцы не везде встречали радушный прием, и восстания как коренного населения, так и недавних переселенцев-ханьцев неоднократно подавлялись голландской армией. С усилением династии Цин в начале XVII века Голландская Ост-Индская компания разорвала связи с династией Мин и заключила союз с Цин в обмен на право беспрепятственного доступа к их торговым путям и морским коммуникациям. Колониальный период завершился после осады форта Зеландия в 1662 году армией Косинги, которая немедленно ликвидировала голландскую колонию, изгнала голландцев и основала лояльное к Минскому правлению, антицинское королевство Туннин.

Предыстория

Как поздние пришельцы в плавании по морям мира, Нидерландская республика и Англия в начале XVII века неизбежно вступили в конфликт с силами Испании и Португалии. Помимо торгового конфликта, голландцы (и англичане) также порвали с Римско-католической церковью в XVI веке, в отличие от стойких католических Иберийских держав. Голландцы также боролись с Испанией с 1560-х по 1640-е годы за официальное признание их независимости и целостности их территории в Европе. Голландцы впервые попытались торговать с Китаем в 1601 году, но были отвергнуты китайскими властями, которые уже вели торговлю с португальцами в Макао с 1535 года. В 1604 году адмирал Вайбранд ван Варвик отправился в экспедицию из Батавии (центральной базы голландцев в Азии), чтобы атаковать Макао, но его флот был сбит с курса тайфуном, который привел их к Пескадорским островам (Пенгу), группе островов в 48 км к западу от Формозы (Тайваня). Там адмирал попытался договориться об условиях торговли с китайцами на материке, но его попросили заплатить непомерную плату за возможность аудиенции. Окруженный превосходящим китайским флотом, он ушел, не достигнув ни одной из своих целей. Голландская Ост-Индская компания пыталась использовать военную силу, чтобы заставить Китай открыть порт в Фуцзяни для торговли и потребовала, чтобы Китай изгнал португальцев, с которыми голландцы воевали в голландско-португальской войне, из Макао. Голландцы совершали набеги на китайские суда после 1618 года и брали в заложники джонки в безуспешной попытке заставить Китай выполнить их требования. В 1622 году, после еще одной неудачной голландской атаки на Макао (торговый пост Португалии с 1557 года) и провала в создании торгового поста в Фат-Тонг-О (современный Гонконг), флот отплыл к Пескадорским островам, на этот раз намеренно, и приступил к созданию там базы в Макуне. Они построили форт, используя принудительный труд, набранный из местного китайского населения. По сообщениям, надзор был настолько суровым, а пайки настолько скудными, что 1300 из 1500 китайских рабов погибли в процессе строительства. Голландцы потребовали, чтобы Китай открыл порты в Фуцзяни для голландской торговли. Китай отказался, предупредив голландцев, что Пескадорские острова – китайская территория. Китайский губернатор Фуцзяни (Фукьена), Шан Чжоудзо (Шан Чоу Цзо), потребовал, чтобы голландцы отступили с Пескадорских островов на Формозу, где китайцы разрешили бы им заниматься торговлей. Это привело к войне между голландцами и Китаем в 1622–1624 годах, которая закончилась успехом китайцев: голландцы были вынуждены покинуть Пескадорские острова и отступить на Формозу. Голландцы пригрозили, что Китай столкнется с голландскими набегами на китайские порты и судоходство, если китайцы не разрешат торговлю на Пескадорских островах, и что Китай не будет торговать с Манилой, а только с голландцами в Батавии, Сиаме и Камбодже. Однако голландцы обнаружили, что, в отличие от крошечных юго-восточных азиатских королевств, Китай нельзя запугать или принудить к подчинению. После того как 19 сентября 1622 года Шан приказал им отступить на Формозу, голландцы совершили набег на Амой в октябре и ноябре. Голландцы намеревались «принудить китайцев к торговле силой или страхом», совершая набеги на Фуцзянь и китайские суда у Пескадорских островов. В Амое в марте 1622 года полковник Ли Кунхуа возвел длинные артиллерийские батареи в качестве защиты от голландцев. В 1623 году голландцы попытались заставить Китай открыть порт, отправив пять голландских кораблей в Люао, но миссия закончилась неудачей для голландцев: ряд голландских моряков были взяты в плен, а один из их кораблей был потерян. В ответ на то, что голландцы использовали пленных китайцев для принудительного труда и укрепили свой гарнизон на Пескадорских островах еще пятью кораблями, в дополнение к шести уже находившимся там, новому губернатору Фуцзяни, Нань Цзюи, было разрешено Китаем начать подготовку к нападению на голландские войска в июле 1623 года. Голландский набег был разбит китайцами в Амое в октябре 1623 года, китайцы взяли в плен голландского командира Кристиана Франса и сожгли один из четырех голландских кораблей. Юй Цзыгао начал наступление в феврале 1624 года с военными кораблями и войсками против голландцев на Пескадорских островах с целью их изгнания. Китайское наступление достигло голландского форта 30 июля 1624 года, когда 5000 китайских войск (или 10 000) и 40–50 военных кораблей под командованием Юя и генерала Ван Мэнсюна окружили форт, которым командовал Мартен Сонк, и голландцы были вынуждены просить мира 3 августа, уступив китайским требованиям и отступив с Пескадорских островов на Формозу. Голландцы признали, что их попытка принудить Китай к торговле с помощью военной силы потерпела неудачу после поражения на Пескадорских островах. На китайских торжествах по поводу победы над «рыжеволосыми варварами», как китайцы называли голландцев, Нань Цзюи провел парад двенадцати голландских солдат, захваченных в плен, перед императором в Пекине. Голландцы были удивлены тем, что их насилие не запугало китайцев и последующим китайским нападением на их форт на Пескадорских островах, поскольку они считали их робкими и «трусливой шайкой», основываясь на своем опыте общения с ними в Юго-Восточной Азии.

As late comers in sailing the seas of the world, the Dutch Republic and England came, at the beginning of the 17th century, inevitably in conflict with the forces of Spain and Portugal. In addition to the commercial conflict, the Dutch (and English) had also broken with the Roman Catholic Church in the 16th century, unlike the staunchly Catholic Iberian powers. The Dutch also fought Spain from the 1560s through the 1640s for formal recognition of their independence and the integrity of their territory in Europe. The Dutch first attempted to trade with China in 1601 but were rebuffed by the Chinese authorities, who were already engaged in trade with the Portuguese at Macau from 1535. In a 1604 expedition from Batavia (the central base of the Dutch in Asia), Admiral Wybrand van Warwijk set out to attack Macau, but his force was waylaid by a typhoon, driving them to the Pescadores (Penghu), a group of islands 30 mile (48 km) west of Formosa (Taiwan). Once there, the admiral attempted to negotiate trade terms with the Chinese on the mainland, but was asked to pay an exorbitant fee for the privilege of an interview. Surrounded by a vastly superior Chinese fleet, he left without achieving any of his aims. The Dutch East India Company tried to use military force to make China open up a port in Fujian to trade and demanded that China expel the Portuguese, whom the Dutch were fighting in the Dutch–Portuguese War, from Macau. The Dutch raided Chinese shipping after 1618 and took junks hostage in an unsuccessful attempt to get China to meet their demands. In 1622, after another unsuccessful Dutch attack on Macau (trade post of Portugal from 1557) and the failure to set up a trading post in Fat Tong O (present day Hong Kong), the fleet sailed to the Pescadores, this time intentionally, and proceeded to set up a base there at Makung. They built a fort with forced labour recruited from the local Chinese population. Their oversight was reportedly so severe and rations so short that 1,300 of the 1,500 Chinese enslaved died in the process of construction. The Dutch demanded that China open up ports in Fujian to Dutch trade. China refused, warning the Dutch that the Pescadores were Chinese territory. The Chinese governor of Fujian (Fukien), Shang Zhouzuo (Shang Chou tso), demanded that the Dutch withdraw from the Pescadores to Formosa, where the Chinese would permit them to engage in trade. This led to a war between the Dutch and China between 1622 and 1624 which ended with the Chinese being successful in making the Dutch abandon the Pescadores and withdraw to Formosa. The Dutch threatened that China would face Dutch raids on Chinese ports and shipping unless the Chinese allowed trading on the Pescadores and that China not trade with Manila but only with the Dutch in Batavia and Siam and Cambodia. However, the Dutch found out that, unlike tiny Southeast Asian kingdoms, China could not be bullied or intimidated by them. After Shang ordered them to withdraw to Formosa on 19 September 1622, the Dutch raided Amoy in October and November. The Dutch intended to "induce the Chinese to trade by force or from fear." by raiding Fujian and Chinese shipping from the Pescadores. Long artillery batteries were erected at Amoy in March 1622 by Colonel Li kung hwa as a defence against the Dutch. On the Dutch attempt in 1623 to force China to open up a port, five Dutch ships were sent to Liu ao and the mission ended in failure for the Dutch, with a number of Dutch sailors taken prisoner and one of their ships lost. In response to the Dutch using captured Chinese for forced labor and strengthening their garrison in the Pescadores with five more ships in addition to the six already there, the new governor of Fujian, Nan Juyi, was permitted by China to begin preparations to attack the Dutch forces in July 1623. A Dutch raid was defeated by the Chinese at Amoy in October 1623, with the Chinese taking the Dutch commander Christian Francs prisoner and burning one of the four Dutch ships. Yu Zigao began an offensive in February 1624 with warships and troops against the Dutch in the Pescadores with the intent of expelling them. The Chinese offensive reached the Dutch fort on 30 July 1624, with 5,000 Chinese troops (or 10,000) and 40 50 warships under Yu and General Wang Mengxiong surrounding the fort commanded by Marten Sonck, and the Dutch were forced to sue for peace on 3 August and folded before the Chinese demands, withdrawing from the Pescadores to Formosa. The Dutch admitted that their attempt at military force to coerce China into trading with them had failed with their defeat in the Pescadores. At the Chinese victory celebrations over the "red haired barbarians," as the Dutch were called by the Chinese, Nan Juyi paraded twelve Dutch soldiers who were captured before the Emperor in Beijing. The Dutch were astonished that their violence did not intimidate the Chinese and at the subsequent Chinese attack on their fort in the Pescadores, since they thought them as timid and a "faint hearted troupe," based on their experience with them in Southeast Asia.

Колонизация

По словам Сальвадора Диаса, изначально в составе голландских солдат было всего 320 человек, и они были "невысокими, жалкими и очень грязными". Когда голландцы прибыли на Тайвань, они обнаружили, что юго-запад уже часто посещали китайцы, численность которых составляла около 1500 человек. Решив обосноваться на Тайване, голландцы, в соответствии с общепринятой практикой того времени, построили оборонительный форт, который служил базой для операций. Он был построен на песчаном полуострове Таоюань (ныне часть материкового Тайваня, в современном районе Анпинг). Этот временный форт был заменен четыре года спустя более основательным фортом Зеландия. В 1624 году голландский корабль "Золотой лев" (Gouden Leeuw) потерпел крушение на коралловых рифах Ламея, и его экипаж был убит местными жителями. В 1631 году на рифах потерпел крушение еще один корабль, и его выжившие также были убиты жителями острова Люцзяо. В 1633 году экспедиция, состоявшая из 250 голландских солдат, 40 китайских пиратов и 250 тайваньских туземцев, была направлена против острова Люцзяо, но не добилась особого успеха. Голландцы заключили союз с Синканом, небольшой деревней, которая снабжала их дровами, олениной и рыбой. В 1625 году они купили участок земли у жителей Синкана и построили город Сакам для голландских и китайских купцов. Первоначально другие деревни поддерживали мир с голландцами, но ряд событий с 1625 по 1629 год подорвал этот мир. В 1625 году голландцы атаковали 170 китайских пиратов в Ванкане, но были отброшены, что нанесло ущерб их репутации. Воины Маттау, воодушевленные неудачей голландцев, совершили набег на Синкан, полагая, что голландцы не смогут их защитить. Голландцы вернулись с кораблями и позже изгнали пиратов, восстановив свою репутацию. Маттау был вынужден вернуть украденное у Синкана имущество и выплатить компенсацию. Затем жители Синкана напали на Маттау и Бакклуан, прежде чем обратиться к голландцам за защитой. Считая, что голландцы не смогут обеспечить им достаточную защиту, жители Синкана отправились в Японию за покровительством. В 1629 году Питер Нуйтс посетил Синкан с 60 мушкетерами. Уехав на следующее утро, мушкетеры были убиты в засаде воинами Маттау и Суланга, когда пересекали ручей. Нуйтс избежал засады, так как уехал накануне вечером. 23 ноября 1629 года экспедиция сожгла большую часть Бакклуана, убив многих его жителей, которых голландцы считали укрывающими сторонников предыдущей резни. В последующие годы жители Бакклуана, Маттау и Суланга продолжали преследовать служащих компании. Это изменилось в конце 1633 года, когда Маттау и Суланг начали войну друг с другом. Маттау выиграл сражение, но голландцы смогли воспользоваться разногласиями. В 1634 году Батавия отправила подкрепление. В 1635 году на Тайвань прибыли 475 солдат из Батавии. К этому моменту даже Синкан был в плохих отношениях с голландцами. В деревню были отправлены солдаты, чтобы арестовать тех, кто замышлял восстание. Зимой 1635 года голландцы разгромили Маттау, который досаждал им с 1623 года. Бакклуан, к северу от города Сакам, также был разбит. В 1636 году против острова Люцзяо была направлена крупная экспедиция. Голландцы и их союзники загнали около 300 жителей в пещеры, запечатали входы и убили их ядовитыми газами в течение восьми дней. Местное население в 1100 человек было вывезено с острова. Мужчины были обращены в рабство и отправлены в Батавию, а женщины и дети стали слугами и женами голландских офицеров. Голландцы планировали обезлюдеть отдаленные острова, тесно сотрудничая с союзными туземцами. Деревни Таккарианг, Суланг и Теворанг также были усмирены. В 1642 году голландцы снова устроили массовое убийство жителей острова Люцзяо. Некоторые голландские миссионеры были убиты аборигенами, которых они пытались обратить в свою веру: "Катехист Даниэль Хендрикс, чье имя часто упоминалось, сопровождал эту экспедицию на юг, поскольку его обширные знания языка Формозы и его тесное общение с туземцами делали его услуги очень ценными. Достигнув острова Пансуй, он отважился – возможно, с излишней уверенностью в себе – слишком далеко от остальных и внезапно был окружен большим количеством вооруженных туземцев, которые, убив его, триумфально унесли его голову, руки, ноги и другие части тела, даже внутренности, оставив за собой изуродованный труп".

According to Salvador Diaz, initially there were only 320 Dutch soldiers and they were "short, miserable, and very dirty." When the Dutch arrived in Taiwan, they found the southwest already frequented by a mostly transient Chinese population numbering close to 1,500. On deciding to set up in Taiwan and in common with standard practice at the time, the Dutch built a defensive fort to act as a base of operations. This was built on the sandy peninsula of Taoyuan (now part of mainland Taiwan, in current day Anping District). This temporary fort was replaced four years later by the more substantial Fort Zeelandia. In 1624, the Dutch ship Golden Lion (Dutch: Gouden Leeuw) crashed into the coral reefs of Lamey and its crew was killed by the natives. In 1631, another ship wrecked on the reefs and its survivors were also killed by the inhabitants of Liuqiu Island. In 1633, an expedition consisting of 250 Dutch soldiers, 40 Chinese pirates, and 250 Taiwanese natives were sent against Liuqiu Island but met with little success. The Dutch allied with Sinkan, a small village that provided them with firewood, venison and fish. In 1625, they bought a piece of land from the Sinkanders and built the town of Sakam for Dutch and Chinese merchants. Initially the other villages maintained peace with the Dutch but a series of events from 1625 to 1629 eroded this peace. In 1625, the Dutch attacked 170 Chinese pirates in Wankan but were driven off, damaging their reputation. Encouraged by the Dutch failure, Mattau warriors raided Sinkan, believing that the Dutch could not defend them. The Dutch returned with their ships and drove off the pirates later, restoring their reputation. Mattau was then forced to return the property stolen from Sinkan and make reparation. The people of Sinkan then attacked Mattau and Baccluan before seeking the Dutch for protection. Feeling that the Dutch could not sufficiently protect them, the people of Sinkan went to Japan for protection. In 1629, Pieter Nuyts visited Sinkan with 60 musketeers. After leaving the next morning, the musketeers were killed in an ambush by Mattau and Soulang warriors while crossing a stream. Nuyts avoided the ambush since he left the evening prior. On 23 November 1629, an expedition set out and burned most of Baccluan, killing many of its people, who the Dutch believed harbored proponents of the previous massacre. Baccluan, Mattau, and Soulang people continued to harass company employees in the following years. This changed in late 1633 when Mattau and Soulang went to war with each other. Mattau won the fight but the Dutch were able to exploit the division. In 1634, Batavia sent reinforcements. In 1635, 475 soldiers from Batavia arrived in Taiwan. By this point even Sinkan was on bad terms with the Dutch. Soldiers were sent into the village and arrested those who plotted rebellion. In the winter of 1635 the Dutch defeated Mattau, who had been troubling them since 1623. Baccluan, north of the town of Sakam, was also defeated. In 1636, a large expedition was sent against Liuqiu Island. The Dutch and their allies chased about 300 inhabitants into caves, sealed the entrances, and killed them with poisonous fumes over eight days. The native population of 1100 was removed from the island. They were enslaved with the men sent to Batavia while the women and children became servants and wives for the Dutch officers. The Dutch planned to depopulate the outlying islands while working closely with allied natives. The villages of Taccariang, Soulang, and Tevorang were also pacified. In 1642, the Dutch massacred the people of Liuqiu island again. Some Dutch missionaries were killed by aboriginals whom they had tried to convert: "The catechist, Daniel Hendrickx, whose name has been often mentioned, accompanied this expedition to the south, as his great knowledge of the Formosa language and his familiar intercourse with the natives, rendered his services very valuable. On reaching the island of Pangsuy, he ventured—perhaps with overweening confidence in himself— too far away from the others, and was suddenly surrounded by a great number of armed natives, who, after killing him, carried away in triumph his head, arms, legs, and other members, even his entrails, leaving the mutilated trunk behind."

Японская торговля

Японцы торговали китайскими товарами на Тайване еще до прибытия голландцев в 1624 году. В 1593 году Тоётоми Хидэёси планировал включить Тайвань в свою империю и послал посла с письмом, требующим выплаты дани. Письмо так и не было доставлено, поскольку не было органа, уполномоченного его принять. В 1609 году сёгунат Токугава отправил Харунобу Ариму с разведывательной миссией на остров. В 1616 году чиновник из Нагасаки Мураяма Тоан отправил 13 кораблей для завоевания Тайваня. Флот был рассеян тайфуном, а один джонк, достигший Тайваня, попал в засаду охотников за головами, после чего экспедиция ушла и совершила набег на китайское побережье. В 1625 году Батавия приказала губернатору Тайваня воспрепятствовать торговле японцев. Китайские торговцы шелком отказались продавать компании, поскольку японцы платили больше. Голландцы также ограничили японскую торговлю с династией Мин. В ответ японцы взяли на борт 16 жителей из поселения аборигенов Синкан и вернулись в Японию. Суэцугу Хейдзо Масанао предоставил синканцам убежище в Нагасаки. Батавия отправила человека по имени Питер Нюйц в Японию, где он узнал о синканцах. Сёгун отказался встречаться с голландцами и одарил синканцев подарками. Нюйц прибыл на Тайвань раньше синканцев и отказался разрешить им высадиться, после чего синканцы были заключены в тюрьму, а их подарки конфискованы. Японцы взяли Нюйца в заложники и освободили его только в обмен на безопасный проход обратно в Японию с 200 пиколями шелка, а также на свободу синканцев и возвращение их подарков. Голландцы обвинили китайцев в подстрекательстве синканцев. Голландцы отправили корабль для восстановления отношений с Японией, но он был захвачен, а его экипаж заключен в тюрьму по прибытии. Потеря японской торговли сделала тайваньскую колонию гораздо менее прибыльной, и власти в Батавии рассматривали возможность ее оставления, пока Совет Формозы не убедил их сохранить ее, если они не хотят, чтобы ею завладели португальцы и испанцы. В июне 1630 года Суэцугу умер, и его сын Масафуса разрешил чиновникам компании восстановить связь с сёгуном. Нюйц был отправлен в Японию в качестве пленника и оставался там до 1636 года, когда вернулся в Нидерланды. После 1635 года сёгун запретил японцам выезжать за границу и устранил японскую угрозу для компании. VOC расширилась на прежние японские рынки в Юго-Восточной Азии. В 1639 году сёгун прекратил все контакты с португальцами, главным конкурентом компании в торговле серебром.

The Japanese had been trading for Chinese products in Taiwan since before the Dutch arrived in 1624. In 1593, Toyotomi Hideyoshi planned to incorporate Taiwan into his empire and sent an envoy with a letter demanding tribute. The letter was never delivered since there was no authority to receive it. In 1609, the Tokugawa shogunate sent Harunobu Arima on an exploratory mission of the island. In 1616, Nagasaki official Murayama Tōan sent 13 vessels to conquer Taiwan. The fleet was dispersed by a typhoon and the one junk that reached Taiwan was ambushed by headhunters, after which the expedition left and raided the Chinese coast instead. In 1625, Batavia ordered the governor of Taiwan to prevent the Japanese from trading. The Chinese silk merchants refused to sell to the company because the Japanese paid more. The Dutch also restricted Japanese trade with the Ming dynasty. In response, the Japanese took on board 16 inhabitants from the aboriginal village of Sinkan and returned to Japan. Suetsugu Heizō Masanao housed the Sinkanders in Nagasaki. Batavia sent a man named Peter Nuyts to Japan where he learned about the Sinkanders. The shogun declined to meet the Dutch and gave the Sinkanders gifts. Nuyts arrived in Taiwan before the Sinkanders and refused to allow them to land before the Sinkanders were jailed and their gifts confiscated. The Japanese took Nuyts hostage and only released him in return for their safe passage back to Japan with 200 picols of silk as well as the Sinkanders' freedom and the return of their gifts. The Dutch blamed the Chinese for instigating the Sinkanders. The Dutch dispatched a ship to repair relations with Japan but it was seized and its crew imprisoned upon arrival. The loss of the Japanese trade made the Taiwanese colony far less profitable and the authorities in Batavia considered abandoning it before the Council of Formosa urged them to keep it unless they wanted the Portuguese and Spanish to take over. In June 1630, Suetsugu died and his son, Masafusa, allowed the company officials to reestablish communication with the shogun. Nuyts was sent to Japan as a prisoner and remained there until 1636 when he returned to the Netherlands. After 1635, the shogun forbade Japanese from going abroad and eliminated the Japanese threat to the company. The VOC expanded into previous Japanese markets in Southeast Asia. In 1639, the shogun ended all contact with the Portuguese, the company's major silver trade competitor.

Пиратство (1620-1630-е годы)

Европейцы сотрудничали с китайскими пиратами и воевали против них. Пират Ли Дан был посредником между китайскими войсками династии Мин и голландцами в Пенху. В 1625 году чиновники VOC узнали, что он сохранил подарки, которые они доверили ему для передачи китайским чиновникам. Его люди также пытались грабить джонки по пути к торговле на Тайване. Сальвадор Диас действовал как информатор пиратов, предоставляя им сведения о том, где можно захватить джонки, отплывающие из Тайуаня. Диас также собирал деньги за защиту. Китайский купец по имени Сюй Синсу пожаловался голландским чиновникам, что его вынудили заплатить Диасу 2000 таэлей. Сын Ли Дана, Ли Гуочжу, также собирал пошлины, известные как "водные налоги". Китайские рыбаки платили 10% своего улова за документ, гарантирующий им безопасность от пиратов. Это побудило VOC также заняться бизнесом по защите. Они отправили три джонки для патрулирования рыболовного флота, взимая ту же плату, что и пираты – 10% от улова. Это был один из первых налогов, взимаемых компанией с колонии. В июле 1626 года Совет Формозы приказал всем китайцам, проживающим или торгующим на Тайване, получить лицензию, чтобы "отличить пиратов от торговцев и рабочих". Это разрешение на проживание со временем превратилось в подушный налог и основной источник дохода для голландцев. После смерти Ли Дана в 1625 году Чжэн Чжилун стал новым пиратским вождем. Голландцы разрешили ему грабить под своим флагом. В 1626 году он продал компании большую джонку, а в другой раз доставил девять захваченных джонок вместе с их грузом, стоимость которого превышала 20 000 таэлей. Китайские чиновники попросили голландцев помочь им против Чжэна в обмен на торговые права. Компания согласилась, и голландский вице-губернатор посетил чиновников в Фуцзяне, чтобы сообщить им, что голландцы изгонят Чжэна с побережья. Голландцы потерпели неудачу, и Чжэн атаковал город Сямынь, уничтожив сотни джонок и поджег здания и дома. В ответ китайские власти в 1628 году наградили его официальным титулом и императорским рангом. Чжэн стал "Патрульным адмиралом", ответственным за очистку побережья от пиратов. Он использовал свою должность, чтобы уничтожить своих конкурентов и закрепиться в порту Юэган. В октябре 1628 года Чжэн согласился поставлять компании шелк, сахар, имбирь и другие товары в обмен на серебро и специи по фиксированной цене. Затем голландцы разозлились на Чжэна, в котором они были уверены, что он пытается монополизировать торговлю с Тайванем. Его обещания "рассеялись как дым". Летом 1633 года голландский флот и пират Лю Сян совершили успешную внезапную атаку на флот Чжэна. Чжэн полагал, что у него хорошие отношения с голландцами, и был застигнут врасплох; его флот был уничтожен. Чжэн немедленно начал готовить новый флот. 22 октября 1633 года силы Чжэна заманили голландский флот и их союзников-пиратов в засаду и разгромили их. Голландцы примирились с Чжэном, который предложил им выгодные условия, и он организовал увеличение китайской торговли на Тайване. Голландцы полагали, что это произошло из-за китайского страха перед пиратством. Пират Лю Сян продолжал сражаться против Чжэна, и когда голландцы отказались ему помочь, Лю захватил голландскую джонку и использовал ее 30-членный экипаж в качестве живого щита. Лю атаковал Форт Зеландия, но некоторые китайские жители предупредили компанию, и они без труда отбили атаку пиратов. В 1637 году Лю был разбит Чжэном, который установил господство над торговым миром Фуцзяня. Он продолжал вмешиваться в дела Тайваня и способствовал росту китайского населения там. Он договорился с китайским чиновником о переселении на Тайвань жертв засухи и о предоставлении каждому человеку трех серебряных таэлей и вола на каждые три человека. Этот план так и не был реализован.

The Europeans worked with and also fought against Chinese pirates. The pirate Li Dan was the mediator between Ming Chinese forces and the Dutch at Penghu. In 1625, VOC officials learned that he had kept gifts they had entrusted him with giving to Chinese officials. His men also tried pillaging junks on their way to trade in Taiwan. One Salvador Diaz acted as the pirates' informant and gave them inside information on where junks leaving Tayouan could be captured. Diaz collected protection money as well. A Chinese merchant named Xu Xinsu complained to Dutch officials that he was forced to pay 2,000 taels to Diaz. Li Dan's son, Li Guozhu, also collected collection money, known as "water taxes". Chinese fishermen paid 10 percent of their catch for a document guaranteeing their safety from pirates. This caused the VOC to also enter the protection business. They sent three junks to patrol a fishing fleet charging the same fee as the pirates, 10 percent of the catch. This was one of the first taxes the company levied on the colony. In July 1626, the Council of Formosa ordered all Chinese individuals living or trading in Taiwan to obtain a license to "distinguish the pirates from the traders and workers". This residence permit eventually became a head tax and major source of income for the Dutch. After Li Dan died in 1625, Zheng Zhilong became the new pirate chief. The Dutch allowed him to pillage under their flag. In 1626, he sold a large junk to the company, and on another occasion he delivered nine captured junks as well as their cargos worth more than 20,000 taels. Chinese officials asked the Dutch for help against Zheng in return for trading rights. The company agreed and the Dutch lieutenant governor visited the officials in Fujian to inform them that the Dutch would drive Zheng from the coast. The Dutch failed and Zheng attacked the city of Xiamen, destroying hundreds of junks and setting fire to buildings and houses. In response, in 1628, the Chinese authorities awarded him with an official title and imperial rank. Zheng became the "Patrolling Admiral" responsible for clearing the coast of pirates. He used his official position to destroy his competitors and established himself in the port of Yuegang. In October 1628, Zheng agreed to supply silks, sugar, ginger, and other goods to the company in return for silver and spices at a fixed rate. Then the Dutch got angry at Zheng, who they were convinced was trying to monopolize trade to Taiwan. His promised "disappeared into smoke". In the summer of 1633, a Dutch fleet and the pirate Liu Xiang carried out a successful sneak attack on Zheng's fleet. Zheng believed that he and the Dutch were on good terms and was caught off guard; his fleet was destroyed. Zheng immediately began preparing a new fleet. On 22 October 1633, the Zheng forces lured the Dutch fleet and their pirate allies into an ambush and defeated them. The Dutch reconciled with Zheng, who offered them favorable terms, and he arranged for more Chinese trade in Taiwan. The Dutch believed this was because of Chinese fears of piracy. The pirate Liu Xiang still fought against Zheng, and when the Dutch refused to help him, Liu captured a Dutch junk and used its 30 man crew as human shields. Liu attacked Fort Zeelandia but some Chinese residents warned the company and they fought off the pirates without any trouble. In 1637, Liu was defeated by Zheng, who established primacy over the Fujianese trading world. He continued to have a hand in the affairs of Taiwan and aided the growth of the Chinese population there. He made plans with a Chinese official to relocate drought victims to Taiwan and to provide each person three silver taels and an ox for every three people. The plan was never carried out.

Pax Hollandica и изгнание испанцев (16361642)

После кампаний по умиротворению 1635–1636 годов все больше деревень приходили к голландцам, чтобы принести присягу на верность, порой из страха перед голландскими военными действиями, а порой ради выгод, которые могла принести голландская защита – продовольствия и безопасности. Эти деревни простирались от Лонгкиау на юге (в 125 км от голландской базы в Форт Зеландии) до Фейворланга в центральном Тайване, в 90 км к северу от Форта Зеландии. Относительное спокойствие этого периода некоторыми исследователями было названо Pax Hollandica (Голландский мир) – по аналогии с Pax Romana. Областью, не находившейся под их контролем, был север острова, который с 1626 года находился под властью Испании, с двумя поселениями в Тамсуи и Килунге. Укрепление в Килунге было заброшено из-за нехватки у испанцев ресурсов для его содержания, однако форт Санто-Доминго в Тамсуи рассматривался как серьезное препятствие для голландских амбиций на острове и в регионе в целом. После неудачной попытки изгнать испанцев в 1641 году, голландцы вернулись в 1642 году с подкреплением в виде голландских солдат и воинов-аборигенов на кораблях, и сумели вытеснить небольшой испанско-филиппинский гарнизон из крепости, изгнав их с острова. После этой победы голландцы приступили к подчинению северных деревень своему правлению, подобно кампании по умиротворению, проведенной в предыдущее десятилетие на юге.

Восстание Гуо Хуайи (1652)

Голландцы начали поощрять крупномасштабную иммиграцию ханьцев на остров, преимущественно из южного Фуцзяня. Большинство иммигрантов составляли молодые одинокие мужчины, которых не одобряли к постоянному пребыванию на острове, который ханьцы часто называли «Воротами ада» из-за его дурной славы, связанной с гибелью моряков и исследователей. После одного восстания Ханина в 1640 году, восстание Гуо Хуайи в 1652 году стало организованным мятежом против голландцев, вызванным гневом из-за карательных налогов и коррумпированных чиновников. Голландцы вновь жестоко подавили восстание, уничтожив до 25% его участников в течение нескольких недель. В конце 1640-х годов рост населения, повышение цен на рис и голландские налоги подтолкнули китайское население к насилию. В 1643 году пират по имени Кинван начал нападать на поселения аборигенов. Несколько месяцев Кинван и его последователи бороздили Тайвань, совершая набеги на внутренние деревни аборигенов. В 1644 году его джонка потерпела крушение в заливе Лонкяу, где местные жители захватили его и передали голландцам. Хотя его казнили, при нем был найден документ, обращенный к китайцам, недовольным голландскими налогами и ограничениями на торговлю и охоту. В документе говорилось, что пираты будут их защищать и убивать любого аборигена, который посмеет им навредить. 7 сентября 1652 года стало известно, что китайский крестьянин Гуо Хуайи собрал армию повстанцев, вооруженных бамбуковыми копьями и серпами, для нападения на Сакам. Нападение произошло на следующее утро. Большинству голландцев удалось укрыться в конюшнях компании, но других взяли в плен и казнили. Рота из 120 голландских солдат открыла огонь по крестьянской армии численностью 4000 человек и рассеяла ее. Голландцы пообещали аборигенам индийские ткани в награду за помощь в борьбе с китайцами. В течение следующих двух дней аборигены и голландские солдаты убили около 500 китайцев, большинство из которых скрывались в зарослях сахарного тростника. 11 сентября четыре или пять тысяч китайских повстанцев столкнулись с солдатами компании и их аборигенными союзниками. Потеряв около двух тысяч человек, повстанцы бежали на юг, где были уничтожены крупным отрядом аборигенов. В общей сложности было убито около 4000 китайцев, а голова Гуо Хуайи была выставлена на кольях. Хотя восстание и последовавшая за ним резня китайцев были быстро подавлены, они разрушили сельскую рабочую силу, поскольку большинство повстанцев были фермерами. Несмотря на то, что урожай практически не пострадал, компания не смогла нанять достаточно рабочих для его сбора, что привело к неурожаю в 1653 году. Однако тысячи китайцев мигрировали на Тайвань из-за войны на материке, и в следующем году произошло некоторое восстановление сельского хозяйства. Были приняты меры по подавлению китайцев, и антикитайская риторика усилилась. Аборигенам напомнили следить за китайцами и избегать с ними ненужных контактов. Голландцы представляли себя защитниками земель аборигенов от китайской экспансии. В плане военных приготовлений было сделано немного, кроме строительства небольшого, слабо укрепленного форта. Голландцы не чувствовали угрозы, поскольку большинство повстанцев были земледельцами, а богатые китайцы перешли на сторону голландцев и предупредили их о восстании. В мае 1654 года Форт Зеландия подвергся нападению саранчи, затем вспыхнула чума, унесшая жизни тысяч аборигенов, голландцев и китайцев, а затем произошло землетрясение, разрушившее дома и здания, с афтершоками, продолжавшимися семь недель.

The Dutch began to encourage large scale Han immigration to the island, mainly from the south of Fujian. Most of the immigrants were young single males who were discouraged from staying on the island, often referred to by Han as "The Gate of Hell" for its reputation in taking the lives of sailors and explorers. After one uprising by Hanin 1640, the Guo Huaiyi rebellion in 1652 saw an organised insurrection against the Dutch, fuelled by anger over punitive taxes and corrupt officials. The Dutch again put down the revolt hard, with fully 25% of those participating in the rebellion being killed over a period of a couple of weeks. In the late 1640s, increased population, higher rice prices, and Dutch taxes pressured the Chinese population into violence. In 1643, a pirate named Kinwang began attacking aboriginal villages. For several months Kinwang and his followers sailed around Taiwan attacking inland aboriginal villages. In 1644 his junk stranded in the Bay of Lonkjauw and the natives captured him, handing him over to the Dutch. Although he was executed, a document in his possession was found appealing to the Chinese who chaffed under Dutch taxes and their restrictions on trading and hunting. The document said the pirates would protect them and kill any natives who sought to harm them. On 7 September 1652, it was reported that a Chinese farmer, Guo Huaiyi, had gathered an army of peasants armed with bamboo spears and harvest knives to attack Sakam. They attacked the next morning. Most of the Dutch were able to find refuge in the company's horse stables but others were captured and executed. A company of 120 Dutch soldiers shot at a peasant army 4,000 strong and scattered them. The Dutch told the natives that they would be rewarded with Indian textiles if they helped fight the Chinese. Over the next two days, native warriors and Dutch warriors killed around 500 Chinese, most of whom were hiding in the sugarcane fields. On 11 September, four or five thousand Chinese rebels clashed with the company soldiers and their native allies. After suffering two thousand casualties, the rebels fled south, only to be killed by a large force of natives. In total some 4,000 Chinese were killed and Guo Huaiyi's head was displayed on a stake. Although easily put down, the rebellion and its ensuing massacre of Chinese destroyed the rural labor force since most of the rebels were farmers. Although the crops were fairly unharmed, the company could not obtain the required labor to harvest them, resulting in a below average harvest for 1653. However, thousands of Chinese migrated to Taiwan due to war on the mainland and a modest recovery of agriculture occurred the next year. Measures were taken to suppress the Chinese and anti Chinese rhetoric increased. Natives were reminded to keep an eye on the Chinese and not to engage in unnecessary contact with them. The Dutch portrayed themselves as protectors of aboriginal land against Chinese encroachment. In terms of military preparations, little was done except to build a small thinly walled fort. The Dutch did not feel threatened because most of the rebels were agriculturalists while the rich Chinese had sided with the Dutch and warned them of the rebellion. In May 1654, Fort Zeelandia was afflicted by a swarm of locusts, then a plague that killed thousands of natives, Dutch, and Chinese, and then an earthquake that destroyed homes and buildings with aftershocks lasting seven weeks.

Повстанческие восстания аборигенов в других районах Тайваня (1650-е годы)

Несколько поселений коренных народов восстали против голландцев в 1650-х годах из-за угнетения, в частности, когда голландцы требовали от коренных жителей женщин для сексуальной эксплуатации, шкуры оленей и рис из района Тайбэя, в поселении Ву Лао Ван, что привело к восстанию в декабре 1652 года, совпавшему по времени с китайским восстанием. Два голландских переводчика были обезглавлены жителями Ву Лао Ван, а в последовавшем столкновении погибли 30 коренных жителей и еще два голландца. После введения эмбарго на соль и железо в отношении Ву Лао Ван, коренные жители были вынуждены просить о мире в феврале 1653 года.

Торговая война (1650-е годы)

Чжэн Чэнгун, известный в голландских источниках как Косинга, был сыном Чжэн Чжилуна. К 1640 году Чжилун стал военным командующим провинции Фуцзянь. Чэнгун провёл первые семь лет своей жизни в Японии с матерью, а затем учился в школе в Фуцзяне, получив в возрасте 15 лет учёную степень. После этого он учился в Императорской академии в Нанкине. Когда Пекин в 1644 году пал под натиском повстанцев, Чэнгун и его последователи объявили о своей верности династии Мин, и ему было присвоено звание Гуосинье (Господин императорской фамилии), произносимое как "Кок сень иа" на южном фуцзяньском диалекте. Его отец, Чжилун, помог императору Лунъу в военной экспедиции в 1646 году, но Лунъу был захвачен и казнён. В ноябре 1646 года Чжилун объявил о своей верности династии Цин. Чэнгун продолжил сопротивление Цин из Сямыня. В 1649 году Чэнгун взял под контроль Цюаньчжоу, но затем потерял его. В 1650 году он планировал крупное наступление из Гуандуна в координации с лоялистом Мин в Гуанси. Династия Цин развернула большую армию в этом районе, и Чэнгун решил перебросить свою армию вдоль побережья, но шторм помешал его продвижению. Цин предприняли внезапное нападение на Сямынь, вынудив его вернуться для защиты города. С 1656 по 1658 год он планировал захват Нанкина. Летом 1658 года он вышел в море, но шторм заставил его вернуться. 7 июля 1659 года флот Чэнгуна снова отплыл, а 24 августа его армия окружила Нанкин. Прибыли подкрепления Цин и разбили армию Чэнгуна, вынудив её отступить в Сямынь. В 1660 году Цин начали политику прибрежной эвакуации, чтобы лишить Чэнгуна источника пропитания. Некоторые из повстанцев во время восстания Гуо Хуайи ожидали помощи от Чэнгуна, и некоторые чиновники компании полагали, что восстание было спровоцировано им. Иезуитский священник сообщил голландцам, что Чэнгун рассматривает Тайвань как новую операционную базу. Весной 1655 года на Тайвань не прибыло ни одного шёлкового джонка. Некоторые чиновники компании подозревали, что это был план Чэнгуна навредить им. Компания отправила джонк в Пэнху, чтобы узнать, готовит ли Чэнгун там войска, но ничего не обнаружила. В 1655 году губернатор Тайваня получил письмо от Чэнгуна, оскорбляющее голландцев и называющее китайцев на Тайване своими подданными. Он приказал им прекратить торговлю с испанцами. Чэнгун обратился непосредственно к китайским лидерам на Тайване, а не к голландским властям, заявив, что он прекратит торговлю своими джонками на Тайване, если голландцы не гарантируют безопасность его джонков от голландских грабежей в Юго-Восточной Азии. Чэнгун расширил внешнюю торговлю, отправляя джонки в различные регионы, и Батавия опасалась этой конкуренции. Батавия отправила небольшой флот в порты Юго-Восточной Азии, чтобы перехватывать джонки Чэнгуна. Один джонк был захвачен, но другому удалось сбежать. Тайваньская торговля замедлилась, и в течение нескольких месяцев в конце 1655 и начале 1656 года ни один китайский корабль не прибыл в Тайуань. Даже дешёвые товары стали дефицитными, а стоимость местных продуктов упала. Система продажи китайским купцам права на торговлю в деревнях аборигенов рухнула, как и многие другие системы, приносящие доход. 9 июля 1656 года джонк под флагом Чэнгуна прибыл в Форт Зеландия. Чэнгун написал, что он зол на голландцев, но поскольку китайцы живут на Тайване, он позволит им торговать на китайском побережье в течение 100 дней, при условии, что будут продаваться только тайваньские товары. Китайские купцы начали уезжать со своими семьями. Чэнгун выполнил свой указ и конфисковал китайский джонк из Тайуаня, торговавший перцем в Сямыне, заставив китайских купцов прервать свои торговые поездки. Китайский чиновник прибыл в Тайуань с документом с печатью Чэнгуна, требующим осмотреть все джонки в Тайуане и их грузы. Китайские купцы отказались покупать иностранные товары компании и даже продали свои собственные иностранные товары, что привело к обвалу цен. Китайским торговцам в деревнях аборигенов закончились товары для обмена на продукцию аборигенов. Китайские фермеры также пострадали из-за исхода китайцев. Они не могли экспортировать свой рис и сахар, и их инвестиции в поля и рабочую силу оказались напрасными. К концу 1656 года китайские фермеры просили освободить их от долгов и даже просили помощи в виде гарантированных цен. Многие китайцы едва могли найти себе пропитание. Китайцы отправили подарки и письмо Чэнгуну, призывая его возобновить торговлю с Тайванем, но ответа не последовало. Голландцы также отправляли письма Чэнгуну через китайского посредника по имени Хэ Тинбинь.

Zheng Chenggong, known in Dutch sources as Koxinga, was the son of Zheng Zhilong. By 1640, Zhilong had become military commander of Fujian Province. Chenggong spent the first seven years of his life in Japan with his mother and then went to school in Fujian, obtaining a county level licentiate at the age of 15. Afterwards he studied at the Imperial Academy in Nanjing. When Beijing fell in 1644 to rebels, Chenggong and his followers declared their loyalty to the Ming dynasty and he was bestowed the title Guoxingye (Lord of the Imperial surname), pronounced "Kok seng ia" in southern Fujianese. His father Zhilong aided the Longwu Emperor in a military expedition in 1646, but Longwu was captured and executed. In November 1646, Zhilong declared his loyalty to the Qing. Chenggong continued the resistance against the Qing from Xiamen. In 1649, Chenggong gained control over Quanzhou but then lost it. In 1650 he planned a major offensive from Guangdong in conjunction with a Ming loyalist in Guangxi. The Qing deployed a large army to the area and Chenggong decided to ferry his army along the coast but a storm hindered his movements. The Qing launched a surprise attack on Xiamen, forcing him to return to protect it. From 1656 to 1658 he planned to take Nanjing. In the summer of 1658 he set sail but a storm turned him back. On July 7, 1659, Chenggong's fleet set sail again and his army encircled Nanjing on 24 August. Qing reinforcements arrived and broke Chenggong's army, forcing them to retreat to Xiamen. In 1660 the Qing embarked on a coastal evacuation policy to starve Chenggong of his source of livelihood. Some of the rebels during the Guo Huaiyi rebellion had expected aid from Chenggong and some company officials believed that the rebellion had been incited by him. A Jesuit priest told the Dutch that Chenggong was looking at Taiwan as a new base of operations. In the spring of 1655 no silk junks arrived in Taiwan. Some company officials suspected that this was a plan by Chenggong to harm them. The company sent a junk to Penghu to see whether Chenggong was preparing forces there but they found nothing. In 1655, the governor of Taiwan received a letter from Chenggong insulting the Dutch and referring to the Chinese in Taiwan as his subjects. He commanded them to stop trading with the Spanish. Chenggong directly addressed the Chinese leaders in Taiwan rather than Dutch authorities, stating that he would withhold his junks from trading in Taiwan if the Dutch would not guarantee his junks safety from Dutch depredations in Southeast Asia. Chenggong had increased foreign trade by sending junks to various regions and Batavia was wary of this competition. Batavia sent a small fleet to Southeast Asian ports to intercept Chenggong's junks. One junk was captured but another junk managed to escape. The Taiwanese trade slowed and for several months in late 1655 and early 1656 not a single Chinese vessel arrived in Tayouan. Even low cost goods grew scarce and the value of aboriginal products fell. The system of selling Chinese merchants the right to trade in aboriginal villages fell apart as did many other revenue generating system. On 9 July 1656, a junk flying Chenggong's flag arrived at Fort Zeelandia. Chenggong wrote that he was angry with the Dutch but since Chinese people lived in Taiwan, he would allow them to trade on the Chinese coast for 100 days so long as only Taiwanese products were sold. Chinese merchants began leaving with their families. Chenggong made good on his edict and confiscated a Chinese junk from Tayouan trading pepper in Xiamen, causing Chinese merchants to abort their trade voyages. A Chinese official arrived in Tayouan carrying a document with Chenggong's seal demanding to inspect all the junks in Tayouan and their cargoes. Chinese merchants refused to buy the company's foreign wares and even sold their own foreign wares, causing prices to collapse. Chinese merchants in aboriginal villages ran out of goods to trade for aboriginal products. Chinese farmers also suffered due to the exodus of Chinese. They could not export their rice and sugar and their investments in fields and labor wasted away. By the end of 1656, Chinese farmers were asking for relief from debts and even requested help in the form of guaranteed prices. Many Chinese could barely find food for themselves. The Chinese sent presents and a letter to Chenggong urging him to reopen trade to Taiwan but no reply was received. The Dutch also sent letters to Chenggong through a Chinese intermediary named He Tingbin.

Осада Зеландии и конец голландского правления на Формозе (16601662)

Сотрудник VOC Хэ Бин бежал к Чжэн Чэнгуну и предоставил ему карту Тайваня. 23 марта 1661 года флот Чжэна отплыл из Кинмена с флотом, перевозившим около 25 000 солдат и моряков. Флот прибыл в Тайуань 2 апреля. Войска Чжэна разгромили 240 голландских солдат на острове Баксембой в Тайваньском заливе и высадились в заливе Луермэнь. Три голландских корабля атаковали китайские джонки и уничтожили несколько, пока их флагманский корабль не взорвался. Остальные корабли не смогли помешать Чжэну установить контроль над водами вокруг Тайваня. 4 апреля форт Провинция сдался войскам Чжэна. 7 апреля армия Чжэна осадила Форт Зеландия. Штурм форта провалился, и многие из лучших солдат Чжэна погибли, после чего Чжэн решил добиться капитуляции защитников голодом. Компания отправила флот из 12 кораблей и 700 моряков для снятия осады с форта. Подкрепление столкнулось с неблагоприятными погодными условиями и кораблекрушением, в результате которого весь экипаж был захвачен местными жителями и отправлен в лагерь Чжэна. Бои продолжались с июля по октябрь, после чего голландцы потерпели неудачу в попытке снять осаду, потеряв несколько кораблей и отступив. В январе 1662 года сержант по имени Ханс Юрген Радис дезертировал и сообщил войскам Чжэна о слабости в обороне. 12 января корабли Чжэна начали бомбардировку, и голландцы капитулировали. 9 февраля оставшийся персонал компании в Форте Зеландия покинул Тайвань. Голландцы удерживали Килунг до 1668 года, когда они окончательно покинули Тайвань.

Восстановление Килунга (1664-1668) и дальнейшие военные действия

После изгнания с Тайваня голландцы заключили союз с новой династией Цин в Китае против режима Чжэн на Тайване. После нескольких стычек голландцы в 1664 году вновь захватили северную крепость в Келунге. Чжэн Цзинь отправил войска, чтобы вытеснить голландцев, но они не преуспели. Голландцы удерживали Келунг до 1668 года, когда сопротивление коренного населения (вероятно, спровоцированное Чжэн Цзинем) и отсутствие прогресса в возвращении других частей острова убедили колониальные власти покинуть этот последний оплот и полностью вывести войска с Тайваня. Келунг был прибыльным владением для Голландской Ост-Индской компании, и в 1664 году 26% прибыли компании поступало от операций на Тайване. В декабре 1664 года войска Цин и Голландии дважды пытались вторгнуться на Тайвань. В обоих случаях адмирал Ши Ланг был вынужден повернуть свои корабли из-за неблагоприятных погодных условий. Ши Ланг предпринял новую попытку атаки на Тайвань в 1666 году, но отступил из-за шторма. Голландцы продолжали время от времени нападать на корабли Чжэн, нарушая торговлю, и удерживали Келунг до 1668 года, однако им не удалось вернуть остров. 10 сентября 1670 года представитель Английской Ост-Индской компании (EIC) подписал торговое соглашение с режимом Чжэн. Тем не менее, торговля с EIC была ограничена из-за монополии Чжэн на сахарный тростник и оленьи шкуры, а также неспособности англичан предложить конкурентоспособные цены на восточноазиатские товары для перепродажи. На протяжении всего своего существования торговля Чжэн находилась под запретом на морскую торговлю, установленным династией Цин, что ограничивало торговлю с материковым Китаем контрабандой. В 1665 году голландцы разграбили святыни и убили монахов, напав на буддийский комплекс Путуошань на островах Чжоушань. В 1672 году флот Чжэн Цзиня казнил тридцать четыре голландских моряка и утопил восемь после разграбления, организации засады и потопления голландского флюта "Куйленбург" на северо-восточном побережье Тайваня. Спастись удалось только двадцати одному голландскому моряку, которые бежали в Японию. Корабль направлялся из Нагасаки в Батавию с торговой миссией.

Правительство

Голландцы заявляли права на весь остров, но из-за труднодоступности центрального горного хребта их контроль ограничивался равнинами на западном побережье и отдельными участками на восточном побережье. Эта территория была приобретена в период с 1624 по 1642 год, при этом большинство деревень должны были принести присягу на верность голландцам и затем в основном были оставлены управлять собой. Признанием голландского господства считалась передача губернатору небольшого местного растения (часто бетеля или кокосовой пальмы), посаженного в землю из конкретного города, что символизировало передачу земли голландцам. Губернатор в ответ вручал старосте деревни халат и посох как символы власти, а также Prinsenvlag ("Флаг принца", флаг Вильгельма Оранского) для демонстрации в деревне.

Губернатор Формозы

Губернатор Формозы (gouverneur van Formosa; ) был главой правительства. Назначенный генеральным губернатором Голландской Ост-Индии в Батавии (современная Джакарта, Индонезия), губернатор Формозы обладал полномочиями издавать законы, собирать налоги, вести войну и заключать мир от имени Голландской Ост-Индийской компании (VOC) и, следовательно, по сути, от имени голландского государства. В исполнении своих обязанностей ему помогал Совет Тайуаня, состоявший из видных жителей Тайуаня. Председатель этого совета был вторым лицом после губернатора и замещал его в случае смерти или недееспособности губернатора. Резиденция губернатора находилась в форте Зеландия на Тайуане (тогда острове, ныне район Анпинг города Тайнань). За время голландской колониальной эпохи было назначено всего двенадцать губернаторов.

Экономика

Завод в Тайуане (так назывались торговые посты VOC) должен был стать вторым по прибыльности заводом во всей Голландской Ост-Индии (после поста в Хирадо/Дедзиме), хотя колонии потребовалось 22 года, чтобы впервые принести прибыль. Извлекая выгоду из треугольной торговли между собой, китайцами и японцами, а также эксплуатируя природные ресурсы Формозы, голландцы смогли превратить этот малярийный субтропический залив в выгодный актив. Была внедрена денежная экономика (с использованием испанского реала, который использовался VOC), и этот период ознаменовался первыми серьезными попытками в истории острова по его экономическому развитию.

Торговля

Первоначальным намерением создания Форта Зеландия в Таёване (Анпин) на юге Формозы было обеспечение базы для торговли с Китаем и Японией, а также вмешательство в торговлю португальцев и испанцев в регионе. Среди товаров, которыми торговали, были шёлк из Китая и серебро из Японии, и многое другое. После создания своей крепости голландцы осознали потенциал огромных стад местных оленей формозанов (Cervus nippon taioanus), бродящих по западным равнинам острова. Прочные шкуры оленей высоко ценились японцами, которые использовали их для изготовления доспехов самураев. Другие части оленя продавались китайским торговцам для мяса и в медицинских целях. Голландцы платили аборигенам за принесённых им оленей и пытались управлять популяцией оленей, чтобы удовлетворить спрос. К сожалению, олени, от которых зависели аборигены, начали исчезать, вынуждая их искать новые способы выживания. Однако этот подвид был сохранён в неволе, и последующая реинтродукция в дикую природу оказалась успешной. В 1638 году голландцы экспортировали из Тайваня в Японию 151 400 оленьих шкур. Хотя сахарный тростник был местной культурой Тайваня, коренные жители никогда не могли производить сахарный песок из сырого сахара. Китайские иммигранты привезли и внедрили технологию превращения сырого сахарного тростника в сахарный песок. Сахар, производимый на Тайване, приносил гораздо большую прибыль, чем сахар, производимый на Яве. Продукция из Японии, Фуцзяни, Вьетнама, Таиланда и Индонезии отправлялась на Тайвань, а затем экспортировалась в другие страны в соответствии со спросом рынка. Они жили в деревнях с населением от нескольких сотен до примерно 2000 человек в крупнейших городах, и разные группы говорили на разных формазских языках, которые не были взаимопонятны. Капитан Рипон был франкоязычным швейцарским солдатом из Лозанны. В 1623 году он был отправлен на Тайвань для строительства крепости на острове. Вскоре после завершения строительства крепости Рипону было приказано разрушить её и покинуть Тайвань. Он написал отчёт о своём опыте. В дневнике Рипона описывается, как его отправили в Таёуан, где была построена небольшая крепость. В конце марта 1624 года начальство Рипона приказало ему снести крепость, названную Форт Оранже, и сосредоточить свои силы в Пэнху. 30 июля флот Мин достиг голландского форта в Пэнху с 5000–10 000 солдат и 40–50 военными кораблями и вынудил голландцев 3 августа просить мира. Голландцы отступили в Таёуан и установили там более постоянное присутствие. Рипон остался, чтобы контролировать демонтаж крепости в Пэнху. Он покинул Пэнху 16 сентября. На Тайване Рипону было поручено найти продовольствие. Он поссорился с губернатором и в декабре уехал в Батавию. Голландский командир Каув описал её как "очень милую и приятную девушку". Остальные голландки были распределены между командирами Коксинги, которые использовали их в качестве наложниц. В ежедневном журнале голландского форта было записано, что "лучшие были сохранены для использования командирами, а затем проданы рядовым солдатам. Счастлива была та, кому достался незамужний мужчина, освободившись от придирок китайских женщин, которые очень ревнуют своих мужей". Некоторые физические характеристики голландцев, такие как рыжие и рыжие волосы среди населения южного Тайваня, являются следствием этого эпизода, когда голландские женщины становились наложницами китайских командиров и солдат. Голландские женщины, взятые в рабские наложницы и жёны, так и не были освобождены. В 1684 году сообщалось, что некоторые из них всё ещё содержатся в плену. С одним голландским купцом в Куэмое связались с предложением, предложенным сыном Коксинги, об освобождении заключённых, но это не увенчалось успехом. В голландских источниках зафиксирован этот случай, когда китайцы брали голландских женщин в наложницы, и дата рождения дочери Хамброка.

The original intention of setting up Fort Zeelandia at Tayowan (Anping) in southern Formosa was to provide a base for trading with China and Japan, as well as interfering with Portuguese and Spanish trade in the region. Goods traded included silks from China and silver from Japan, among many other things. After establishing their fortress, the Dutch realised the potential of the vast herds of the native Formosan sika deer (Cervus nippon taioanus) roaming the western plains of the island. The tough deer skins were highly prized by the Japanese, who used them to make samurai armour. Other parts of the deer were sold to Chinese traders for meat and medical use. The Dutch paid aborigines for the deer brought to them and tried to manage the deer stocks to keep up with demand. Unfortunately the deer the aborigines had relied on for their livelihoods began to disappear, forcing the aborigines to adopt new means of survival. However, the subspecies was kept alive in captivity and subsequent reintroduction of the subspecies into the wild has been successful. In 1638, the Dutch exported 151,400 deer hides from Taiwan to Japan. Although sugar cane was a native crop of Taiwan, the indigenous people had never been able to make sugar granules from the raw sugar. Chinese immigrants brought and introduce the technique to turn the raw sugar cane into sugar granules. The sugar produced in Taiwan made far higher profit than the sugar produced in Java. The products from Japan, Fukienn, Vietnam, Thailand, and Indonesia were shipped to Taiwan, and then exported to other countries as the markets demanded. They lived in villages with populations ranging from a couple of hundred up to around 2,000 people for the biggest towns, with different groups speaking different Formosan languages which were not mutually intelligible. Captain Ripon was a French speaking Swiss soldier from Lausanne. He was sent to Taiwan in 1623 to construct a fortress on the island. Shortly after finishing the fortress, Ripon was ordered to destroy the fortress and leave Taiwan. He wrote an account of his experiences. Ripon's diary describes how he was sent to Tayouan where a small fortress was built. At the end of March 1624, Ripon's superiors ordered him to demolish the fortress, named Fort Oranje, and concentrate his forces at Penghu. On 30 July, the Ming navy reached the Dutch fort at Penghu with 5,000 10,000 soldiers and 40 50 warships and forced the Dutch to sue for peace on 3 August. The Dutch retreated to Tayouan and established a more permanent presence there. Ripon stayed behind to oversee the dismantling of the Penghu fortress. He left Penghu on 16 September. In Taiwan, Ripon was tasked with finding food. He had a falling out with the governor and left for Batavia in December. she was described by the Dutch commander Caeuw as "a very sweet and pleasing maiden". The other Dutch women were distributed to Koxinga's commanders, who used them as concubines. The daily journal of the Dutch fort recorded that "the best were preserved for the use of the commanders, and then sold to the common soldiers. Happy was she that fell to the lot of an unmarried man, being thereby freed from vexations by the Chinese women, who are very jealous of their husbands." Some Dutch physical characteristics such as auburn and red hair among people in regions of south Taiwan are a consequence of this episode of Dutch women becoming concubines to the Chinese commanders and soldiers. The Dutch women who were taken as slave concubines and wives were never freed. In 1684 some were reported to be living in captivity. A Dutch merchant in Quemoy was contacted with an arrangement, proposed by a son of Koxinga's, to release the prisoners, but it came to nothing. Dutch language accounts record this incident of Chinese taking Dutch women as concubines and the date of Hambroek's daughter.

Народ Хань

VOC поощрял китайскую миграцию на Тайвань. Голландская колония обеспечила военную и административную структуру для китайской иммиграции. Компания рекламировала китайцам через прибрежных предпринимателей бесплатную землю, освобождение от налогов, использование волов и ссуды. Иногда они даже платили китайцам за переезд на Тайвань. В результате тысячи китайцев пересекли пролив и стали рисовыми и сахарными плантаторами. Китайские поселенцы в голландский период происходили из этнических групп хакка и хоккиен. Большинство из них были молодыми, неженатыми мужчинами, стремившимися скрыться от властей династии Цин или охотиться на Тайване. Из-за репутации, связанной с гибелью моряков и исследователей, они называли Тайвань «Врата Ада». В 1625 году компания начала рекламировать Провинцию китайцам как место для поселения. В следующем году город загорелся, а вскоре после этого вспыхнула лихорадка. Все китайцы бежали, и все служащие компании заболели. Компания вывела персонал из города и разрушила крепость. В 1629 году жители Матау и Суланга напали на Сакам и изгнали жителей Провинции. В 1632 году компания начала поощрять китайцев к выращиванию сахарного тростника в Сакаме, предоставляя им деньги и скот. Эти усилия увенчались успехом, и к 1634 году сахар был «белым, как китайский». К 1635 году китайские предприниматели готовились к созданию более крупных плантаций. Весной прибыло 300 китайских рабочих. Китайцы также выращивали рис, но доступ к воде был затруднен, и к 1639 году они потеряли интерес к выращиванию риса. Эта проблема была решена в начале 1640-х годов, и производство риса снова начало расти. Появились и другие ремесла: мясники, кузнецы, бондари, плотники, кожевники, сапожники, каменщики, портные. В 1640-х годах голландцы начали взимать с них налоги, получая значительную прибыль, что вызвало недовольство у некоторых китайцев. После 1648 года почти все доходы компании поступали от китайцев. Китайцам были предоставлены ограниченные права собственности на землю, а голландцы прилагали усилия, чтобы предотвратить смешение китайцев с местным населением. Первоначально политика компании заключалась в защите китайцев от коренного населения, но позже она изменилась на попытку не допустить влияния китайцев на коренное население. Местные жители обменивали мясо и шкуры на соль, железо и одежду у китайских торговцев, которые иногда останавливались в их деревнях. В глубине острова коренные жители торговали шкурами оленей. В 1634 году голландцы приказали китайцам продавать оленьи шкуры только компании, поскольку японцы предлагали более высокие цены. К 1636 году китайские охотники начали проникать на земли, ранее принадлежавшие коренным народам, откуда голландцы выселили коренное население, чтобы увеличить прибыль от охоты на оленей. Коммерческие охотники заменили коренное население и использовали ямы-ловушки для увеличения добычи оленей. К 1638 году будущее популяции оленей вызывало опасения. Были введены ограничения на периоды охоты, но этого оказалось недостаточно, поэтому использование ям-ловушек также было ограничено. В 1636 году Фаволанг, крупнейшая деревня коренного населения к северу от Матау, убила трех китайцев и ранила нескольких других, нападая на китайских охотников и рыбаков. В августе большая группа жителей Фаволанга появилась в Ванкане к северу от Форта Зеландия. В ноябре жители Фаволанга захватили китайское рыболовное судно. В следующем году голландцы и их союзники из числа коренного населения разгромили Фаволанг. Экспедиция была оплачена китайским населением. Когда мирные переговоры провалились, голландцы обвинили группу китайцев в Фаволанге. Жители Фаволанга продолжали нападать на охотников даже на полях, принадлежащих другим деревням, до 1638 года. В 1640 году инцидент, связанный с захватом вождя Фаволанга и последовавшей смертью трех голландских охотников возле Фаволанга, привел к запрету китайским охотникам находиться на территории Фаволанга. Голландцы обвинили китайцев, и из Батавии поступили приказы об ограничении проживания и передвижения китайцев. Ни одно китайское судно не могло приближаться к Тайваню без лицензии компании. Была организована экспедиция для изгнания китайцев с земли и подчинения коренного населения на севере. В ноябре 1642 года экспедиция отправилась на север, убив 19 коренных жителей и 11 китайцев, а также казнив китайцев и коренных жителей, виновных в убийстве трех голландцев. Была введена политика, запрещающая китайцам жить к северу от Матау. В 1644 году китайцам было разрешено жить в Фаволанге для торговли, если они приобретут разрешение. Жителям Фаволанга было сказано, что китайцы «являются презренными людьми [vuyle menschen], стремящимися внушить им ложные мнения о нас [голландцах]» и захватывать любого китайца, не имеющего разрешения. В конце 1630-х годов чиновники в Батавии начали оказывать давление на власти на Тайване с целью увеличения доходов. Голландцы начали собирать добровольные пожертвования с китайцев, но эти пожертвования были ненадежными. В дополнение к 10-процентному налогу на оленину, пиво, соль, муллета, арак, кирпичи и строительный раствор, а также на продажу недвижимости, они также ввели налог на разрешение на проживание (hoofdbrieven). В августе и сентябре 1640 года с 3568 китайцев взималась плата в размере четверти реала в месяц, что увеличилось до примерно 4450 китайцев в среднем. Все китайские мужчины облагались налогом на проживание. Солдаты проводили проверки на контрольно-пропускных пунктах, чтобы китайцы не могли переехать в другую деревню без разрешения. Любое нарушение могло быть наказано штрафом, избиением или тюремным заключением. Китайские поселенцы начали протестовать против налога на проживание, утверждая, что голландцы притесняют их на дорогах с целью получения платы. В 1646 году Совет уведомил китайцев, что они должны отчитываться только перед определенными должностными лицами; однако жалобы продолжали поступать. Согласно отчету, «солдаты не только конфискуют их hoofdbrieven, чтобы преследовать их и требовать штраф, но и забирают их скудное имущество, захватывая все, что попадется им под руку, будь то куры, свиньи, рис, одежда, постельное белье или мебель». Голландцы также проводили аукционы по сбору налогов с рисовых полей и продавали право торговать с коренными деревнями. Однако голландцы считали, что китайцы эксплуатируют коренное население, продавая товары по высоким ценам: «потому что китайцы… даже более обманчивы и лживы, чем евреи, и не будут продавать свои товары по более умеренной цене, если [компания] не прекратит сдавать земли в аренду». Продажа прав на торговлю с коренными народами была не только способом увеличения прибыли, но и способом отслеживания китайцев и предотвращения их смешения с коренным населением. Контроль за правами на торговлю в коренных деревнях и изменения в системе в конечном итоге подорвали репутацию компании, закрепив за ней репутацию тирании.

The VOC encouraged Chinese migration to Taiwan. The Dutch colony provided a military and administrative structure for Chinese immigration. It advertised to the Chinese through coastal entrepreneurs free land, freedom from taxes, the use of oxen, and loans. Sometimes they even paid the Chinese to move to Taiwan. As a result, thousands of Chinese crossed the strait and became rice and sugar planters. The Chinese settlers were of Hakka and Hokkien stock during the Dutch period. Most of them were young single men seeking to hide from Qing authorities or to hunt in Taiwan. They referred to Taiwan as The Gate of Hell for its reputation in taking the lives of sailors and explorers. In 1625, the company started advertising Provintia to the Chinese as a site of settlement. The next year the town caught fire and shortly afterward it was beset by fever. The Chinese all fled and all the company employees grew sick. The company withdrew personnel from the town and destroyed the fortress. In 1629, the natives of Mattau and Soulang attacked Sakam and chased away the inhabitants of Provintia. In 1632, the company began encouraging Chinese to plant sugarcane in Sakam by providing them money and cattle. The efforts came to fruition and by 1634 there was sugar "as white as that of China." By 1635, Chinese entrepreneurs were preparing for larger plantations. In the spring, 300 Chinese laborers arrived. The Chinese also cultivated rice but access to water was difficult and by 1639 the Chinese had lost their desire to plant rice. This problem was addressed in the early 1640s and rice production began to grow again. Other industries began to spring up: butchers, blacksmiths, coopers, carpenters, curriers, cobblers, masons, tailors among them. In the 1640s the Dutch began to tax them, reaping large benefits, causing some Chinese to become discontent. After 1648, nearly all company revenue came from the Chinese. The Chinese were allowed property rights in a limited area and the Dutch made efforts to prevent the Chinese from mingling with the natives. Initially the company policy was to protect the Chinese from the natives but later the policy shifted to trying to keep Chinese from influencing the natives. The native people traded meat and hides for salt, iron, and clothing from Chinese traders who sometimes stayed in their villages. In the interior, deer skins were traded by the aborigines. In 1634 the Dutch ordered the Chinese to sell deerskins to no one but the company since the Japanese offered better prices. By 1636, Chinese hunters were entering previously native lands where the Dutch had removed the natives to greater profit from the deer economy. Commercial hunters replaced the natives and used the pitfall to increase deer products. By 1638 the future of the deer population was being questioned. Restrictions were put on hunting periods but this proved insufficient so the use of the pitfall was also restricted. In 1636, Favorolang, the largest aboriginal village north of Mattau, killed three Chinese and wounded several others while harassing Chinese hunters and fishers. In August a large band of Favorolangers appeared at Wankan north of Fort Zeelandia. In November the Favorolangers captured a Chinese fishing vessel. The next year the Dutch and their native allies defeated Favorolang. The expedition was paid for by the Chinese populace. When peace negotiations failed, the Dutch blamed a group of Chinese at Favorolang. The Favorolangers continued to attack hunters even in fields belonging to other villages until 1638. In 1640 an incident involving the capture of a Favorolang leader and the ensuing death of three Dutch hunters near Favorolang resulted in the banning of Chinese hunters from Favorolang territory. The Dutch blamed the Chinese and orders were given from Batavia to restrict Chinese residency and travel. No Chinese vessel was allowed around Taiwan unless it carried a company license. An expedition was ordered to chase away the Chinese from the land and to subjugate the natives to the north. In November 1642, an expedition set out northward, killing 19 natives and 11 Chinese, and executing the Chinese and natives responsible for the murder of three Dutchmen. A policy banning any Chinese from living north of Mattau was implemented. In 1644 the Chinese were allowed to live in Favorolang to conduct trade if they purchased a permit. The Favorolangers were told that the Chinese "were despicable people [vuyle menschen] who sought to instill in them false opinions of us [the Dutch]" and to capture any Chinese who did not possess a permit. In the late 1630s, officials in Batavia started pressuring the authority in Taiwan to increase revenues. The Dutch started collecting voluntary donations from the Chinese but these donations were not reliable. In addition to a 10 percent tax on venison, beer, salt, mullet, arrack, bricks and mortar, and real estate sales, they also implemented a residency permit tax (hoofdbrieven). In August and September 1640, some 3,568 Chinese were charged a quarter of a real per month, increasing to some 4,450 Chinese payments on average. All male Chinese were taxed for residency. Checks were made by soldiers at inspection points so that the Chinese could not move to another village without permission. Any transgression could be punished with a fine, beating, or imprisonment. Chinese settlers began protesting the residency tax, that the Dutch harassed them on roads for pay. In 1646, the Council informed the Chinese that they only had to answer to specific officials; however, complaints continued. According to a report, "soldiers not only confiscate their hoofdbrieven, in order to prosecute them and demand a fine, but also take their meager possessions, seizing anything they can get their hands on, whether chickens, pigs, rice, clothing, bedding, or furniture. The Dutch also auctioned off the collection of taxes for rice farming and sold the right to trade with aboriginal villages. However, the Dutch thought the Chinese were exploiting the natives by selling at high prices: "for the Chinese . are even more deceptive and deceitful than the Jews, and will not sell their goods . for a more civil price unless [the company] stopped selling leases altogether." The sale of rights to trade with aborigines was not just a way to raise profits but to keep track of the Chinese and prevent them from mingling with the natives. Policing the rights to trade in aboriginal villages and alterations to the system eventually caused the reputation of the company to drop, gaining for them a reputation of tyranny.

Другие

Голландцы держали в своей колонии на Тайване рабов из Пампанга и Квинама (Вьетнама) и в 1643 году предлагали вознаграждение местным союзникам за поимку беглых рабов. Восемнадцать рабов из Квинама и Явы участвовали в голландском нападении на аборигенов Таммалаккоу вместе со 110 китайцами и 225 солдатами под командованием губернатора Траудениуса 11 января 1642 года. Семь выходцев из Квинама и трое яванцев участвовали в золотой экспедиции вместе с 200 китайцами и 218 солдатами под руководством старшего купца Корнелиса Цезаря с ноября 1645 года по январь 1646 года. "Квинам" было голландским названием для владений вьетнамского лорда Нгуен в Кочинчине (термин, использовавшийся в XVII веке для обозначения территории вокруг Куан Нама в центральном Вьетнаме, (Аннама), пока в 1860 году французы не перенесли название Кочинчина на дельту Меконга на юге). Пампанг – это местность на Яве, находившаяся под управлением Голландской Ост-Индской компании в Ост-Индии. Во время войны между кланами Тринь и Нгуен голландцы поддерживали лордов Тринь из Тонкина (Северного Вьетнама) против лордов Нгуен из Квинама (Кочинчины) и, следовательно, относились к Квинаму враждебно.

Предыстория

До голландской колонизации в XVII веке тайваньские аборигены жили в многочисленных племенных системах, каждая из которых была уникально автономной; численность племен варьировалась от тысячи до ста человек, и по результатам переписи, проведенной голландцами в 1650 году, в равнинных районах проживало менее 50 000 коренных жителей. Несмотря на временные союзы, схожие методы ведения сельского хозяйства и отдельные межплеменные браки, племена демонстрировали выраженные лингвистические и внутренние структурные различия. Эти различия, вкупе с широко распространенной практикой охоты за головами, вызывали подозрительность и осторожность у народов Формозы по отношению к чужакам. Первыми коренными группами, с которыми вступили в контакт голландцы после прибытия, были племена Синькан (新港), Бэклоан (目加溜灣), Соэлан (蕭) и Маттау (麻豆). Враждебное отношение коренных тайваньских племен привело к изначально напряженным отношениям с голландцами, сопровождавшимся несколькими восстаниями, включая инцидент с Хамада Яхей в 1628 году с участием народа Синькан, и убийство 20 голландских солдат в 1629 году племенем Маттау.

Религия

ВОК учредила систему налогообложения и школы для обучения романизированной письменности языков коренных народов и распространения христианства. Традиционная религия тайваньских аборигенов была преимущественно анимистической и считалась греховной и менее развитой. Жители острова Формоза практиковали различные обычаи, которые голландцы расценивали как греховные или, по крайней мере, нецивилизованные, включая принудительные аборты (с помощью массажа) для женщин младше 37 лет, частую супружескую измену, несоблюдение христианского дня отдыха и всеобщую наготу. Христианская Библия была переведена на языки коренных народов и стала распространяться среди племен. Это было первое проникновение христианства на Тайвань.

Образование

Миссионеры также отвечали за создание школ в деревнях под контролем голландцев, обучая не только религии колонизаторов, но и другим навыкам, таким как чтение и письмо. До прибытия голландцев коренные жители не использовали письменность, и миссионеры разработали несколько систем письменности для различных формаосских языков на основе латинского алфавита. Это первая задокументированная история письменного языка на Тайване. В условиях монополии на эти товары коренное население Тайваня использовалось в качестве рабочей силы, оттачивая свои навыки на плантациях сахарного тростника и при охоте на оленей. Подобным образом, голландцы изменили традиционные методы земледелия, заменив их более современными системами. Коренным племенам в сельскохозяйственных районах преподавали западные системы управления посевами, которые использовали более устойчивые и эффективные экологические технологии, хотя это в основном было связано с тем, что из-за возросшей эксплуатации земель требовались альтернативные методы управления, чтобы предотвратить исчезновение популяций оленей и запасов сахарного тростника. Голландцы начали копать колодцы, а также завезли на остров волов и крупный рогатый скот.

Военный

Тайваньские аборигены стали важной частью поддержания стабильной обстановки и предотвращения конфликтов во второй половине голландского правления. Согласно ежедневным журналам Форта Зеландия (De dagregisters van het kasteel Zeelandia), голландцы часто привлекали мужчин из соседних коренных племен, включая Хсинькан (新港) и Маттау (麻豆), в качестве пехотинцев в общую милицию, чтобы увеличить их число в случае необходимости быстрого реагирования во время восстаний или мятежей. Так было и во время восстания Гуо Хуайи в 1652 году, когда голландцы, за счет привлечения более ста тайваньских аборигенов, сумели разбить и подавить заговорщиков. Однако тайваньские аборигенные племена, ранее союзные голландцам против китайцев во время восстания Гуо Хуайи в 1652 году, во время последующей осады Форта Зеландия перешли на сторону китайских войск Косинги. Аборигены Синкана (формозцы) перешли к Косинге после того, как он предложил им амнистию, и затем стали служить китайцам, обезглавливая голландцев во время казней. Приграничные аборигены, жившие в горах и на равнинах, также сдались и перешли на сторону китайцев 17 мая 1661 года, отпраздновав освобождение от обязательного образования при голландском правлении, охотясь на голландцев, обезглавливая их и уничтожая их христианские школьные учебники.

Наследие и взносы

Сегодня наследие голландцев на Тайване заметно в районе Анпин города Тайнань, где сохранились остатки их форта Зеландия; в самом городе Тайнань, где их форт Провинтия до сих пор является основной структурой сооружения, известного как Красная башня; и, наконец, в Тамсуи, где форт Антонио (часть музейного комплекса Форт Сан-Доминго) по-прежнему стоит как наиболее хорошо сохранившийся редут (небольшой форт) Голландской Ост-Индской компании во всем мире. Здание позднее использовалось британским консульством, пока Соединенное Королевство не разорвало связи с режимом КМТ (Китайской националистической партией или Гоминьданом) и его официальными отношениями с Тайванем. Подобным образом, значительная часть экономической политики, проводимой голландцами в колониальный период, впоследствии была использована в качестве основы для зарождения современной международной торговли Тайваня. Начало торговой истории Тайваня и современной экономики можно объяснить портовыми системами, которые были созданы в период Голландской Формозы. Однако, пожалуй, самым долговечным результатом голландского правления стала иммиграция китайцев на остров. В начале голландской эпохи на Тайване, по оценкам, проживало от 1000 до 1500 китайцев, в основном торговцев, живших в поселениях аборигенов. В период голландского правления на Формозе голландская колониальная политика поощряла активную иммиграцию ханьцев с целью укрепления экологических и сельскохозяйственных торговых связей и поддержания контроля над территорией. По этим причинам к концу колониального периода на Тайване появилось множество китайских деревень, в которых проживало в общей сложности десятки тысяч человек, и этнический состав острова уже склонялся в пользу новоприбывших китайцев по сравнению с коренными племенами. Более того, голландские поселенцы установили связь между этими народами и начали поддерживать отношения как с ханьцами, так и с коренными тайваньцами, которых ранее не существовало.

Легенда

По словам Фредерика Койета, во время нападения Коксинги на голландцев многие люди видели русалок в водах у форта Зеландия. Голландцы тщательно обыскивали водные пути, но русалки исчезли. Это расценивалось как предзнаменование неминуемой беды.