История Фолклендских (Мальвинских) островов: споры и колонизация.

Фолклендские острова: история, колонизация и территориальные споры с Францией, Британией, Испанией и Аргентиной. Обзор ключевых событий.

37 мин чтения

100%

Источник: History of the Falkland Islands — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

История Фолклендских островов (lang es) насчитывает не менее пятисот лет, однако активное исследование и колонизация начались только в XVIII веке. Тем не менее, Фолклендские острова являлись предметом споров, поскольку в разное время на них претендовали французы, британцы, испанцы и аргентинцы. Когда острова были открыты европейцами, они были необитаемы. Франция основала колонию на островах в 1764 году. В 1765 году британский капитан объявил острова владением Великобритании. В начале 1770 года из Буэнос-Айреса прибыл испанский командующий с пятью кораблями и 1400 солдатами, вынудив британцев покинуть Порт-Эгмонт. Великобритания и Испания были близки к войне из-за островов, но британское правительство решило в 1774 году вывести свои силы из многих заморских поселений. Испания, располагавшая гарнизоном в Пуэрто-Соледаде на Восточных Фолклендских островах, осуществляла управление гарнизоном из Монтевидео до 1811 года, когда была вынуждена уйти в результате войны за независимость Аргентины и давления, вызванного Пиренейской войной. Луис Верне предпринял попытку основать поселение в 1826 году, стремясь получить поддержку как от аргентинского, так и от британского правительств, но большинство его поселенцев воспользовались возможностью уехать в 1831 году после налета американского военного корабля USS Lexington. Попытка Аргентины основать колонию в 1832 году провалилась из-за мятежа. В 1833 году британцы вернулись на Фолклендские острова. 2 апреля 1982 года Аргентина вторглась на острова. Британцы ответили экспедиционным корпусом, который вынудил аргентинцев капитулировать.

Утверждения о доколумбовом открытии

Когда уровень Мирового океана был ниже в ледниковый период, Фолклендские острова могли быть соединены с материковой частью Южной Америки. Хотя фуэгианцы из Патагонии могли посещать Фолклендские острова, они были необитаемыми на момент их открытия европейцами. Недавние находки наконечников стрел в Лафонии (на южной половине Восточного Фолкленда), а также остатки деревянной лодки свидетельствуют о том, что народ яган с Огненной Земли, возможно, совершал плавания к островам. Неизвестно, являются ли эти находки свидетельством односторонних путешествий, однако нет известных доказательств существования доколумбовых построек или сооружений. Тем не менее, не установлено, предшествовала ли эта находка прибытию европейцев. Миссионерская станция Патагонского миссионерского общества была основана на острове Кеппел (у западного побережья Западного Фолкленда) в 1856 году. Представители народа яган находились на этой станции с 1856 по 1898 год, поэтому она может быть источником обнаруженных артефактов. В 2021 году была опубликована статья об отложениях костей морских животных (преимущественно южноамериканского морского льва и антарктического пингвина-скалистого) на Новом острове у побережья Западного Фолкленда, на том же месте, где в 1979 году был найден кварцитный наконечник стрелы, изготовленный из местного камня. Датировка этих мест приходится на 1275–1420 гг. н.э., и они интерпретируются как места обработки или кухонные отходы, где разделывали морских животных. Увеличение концентрации древесного угля, связанное с антропогенными факторами (то есть вызванное деятельностью человека) на Новом острове, также датируется 550 лет назад (1400 г. н.э.). Народ яган был умелыми мореплавателями и, как известно, совершал плавания к островам Диего-Рамирес к югу от мыса Горн, и предполагается, что они создали насыпи. Другие авторы полагают, что насыпи и наконечники стрел не предоставляют однозначных доказательств присутствия человека на островах до прибытия европейцев. Часто в качестве доказательства доевропейской оккупации островов приводится факт обитания на Фолклендских островах волка Dusicyon australis, однако это оспаривается. Это животное было замечено Чарльзом Дарвином на Фолклендских островах, но в настоящее время вымерло. На островах не было местных деревьев на момент их открытия, но имеются некоторые неоднозначные свидетельства существования лесов в прошлом, что может быть связано с заносом древесины океаническими течениями из Патагонии. Все современные деревья были завезены европейцами.

When the world sea level was lower in the Ice Age, the Falkland Islands may have been joined to the mainland of South America. While Fuegians from Patagonia could have visited the Falklands, the islands were uninhabited when discovered by Europeans. Recent discoveries of arrowheads in Lafonia (on the southern half of East Falkland) as well as the remains of a wooden canoe provide evidence that the Yaghan people of Tierra del Fuego may have made the journey to the islands. It is not known if these are evidence of one way journeys, but there is no known evidence of pre Columbian buildings or structures. However, it is not certain that the discovery predates arrival of Europeans. A Patagonian Missionary Society mission station was founded on Keppel Island (off the west coast of West Falkland) in 1856. Yahgan people were at this station from 1856 to 1898 so this may be the source of the artifacts that have been found. In 2021, a paper was published on deposits of marine animal bones (primarily South American sea lion and Southern rockhopper penguin) on New Island off the coast of West Falkland, at the same site where a quartzite arrowhead made of local stone had been found in 1979. The sites dated to 1275 to 1420 CE, and were interpreted as processing or midden sites where marine animals had been butchered. A charcoal spike consistent with anthropogenic causes (i. e. caused by humans) on New Island was also dated to 550 BP (1400 CE). The Yaghan people were capable seafarers, and are known to have travelled to the Diego Ramírez Islands around south of Cape Horn, and were suggested to be responsible for the creation of the mounds. Other authors have suggested that the mounds and arrowheads do not provide unambiguous evidence of pre European presence. The past presence of the Falkland Islands wolf, Dusicyon australis, has often been cited as evidence of pre European occupation of the islands, but this is contested. The animal was observed in the Falklands by Charles Darwin, but is now extinct. The islands had no native trees when discovered but there is some ambiguous evidence of past forestation, which may be due to wood being transported by oceanic currents from Patagonia. All modern trees have been introduced by Europeans.

Европейское открытие

Архипелаг в районе Фолклендских островов впервые появился на португальских картах в начале XVI века. Исследователи Пеппер и Паско высказывают предположение, что эти острова могли быть замечены неизвестной португальской экспедицией, основываясь на существовании французской копии португальской карты 1516 года. Карты того времени изображают острова, известные как острова Сансона, в положении, которое можно интерпретировать как Фолклендские острова. Обнаружение островов приписывают Фердинанду Магеллану или Эстевао Гомесу из "Сан-Антонио", одному из капитанов экспедиции, поскольку Фолклендские острова соответствуют описанию мест, посещаемых для пополнения запасов. Однако рассказ Антонио Пигафетты, летописца путешествия Магеллана, противоречит этой атрибуции, поскольку он описывает положение островов близко к побережью Патагонии, указывая, что экспедиция следовала вдоль материкового побережья и посещала острова между 49° и 51° ю.ш., а также упоминает встречу с "гигантами" (описанными в летописи как Сансон или Самсон), предположительно, индейцами теуэльче. Хотя аргентинский историк Лаурио Х. Дестефани признает, что рассказ Пигафетты вызывает сомнения, он утверждает, что вероятно, корабль экспедиции Магеллана обнаружил острова, ссылаясь на трудности точного измерения долготы, из-за чего острова, описанные как близкие к побережью, могли находиться дальше. Дестефани отвергает приписывание открытия Гомесу, поскольку его курс при возвращении не мог привести корабль вблизи Фолклендских островов. Дестефани также предполагает, что Фолклендские острова посетил неизвестный испанский корабль, однако его уверенные выводы опровергаются авторами, которые считают, что наблюдения относятся к Бигль-каналу. Название архипелага происходит от имени лорда Фолкленда, казначея Адмиралтейства, организовавшего первую экспедицию в Южную Атлантику с целью исследования островов. Когда английский исследователь Джон Дэвис, командир одного из кораблей, принадлежавших второй экспедиции Томаса Кавендиша в Новый Свет, отделился от Кавендиша у побережья современной южной Аргентины, он решил направиться к Магелланову проливу, чтобы найти Кавендиша. 9 августа 1592 года его корабль подвергся сильному шторму, и Дэвис дрейфовал под голыми мачтами, найдя убежище "среди некоторых ранее не обнаруженных островов". Дэвис не указал широту этих островов, что указывает на их удаленность от побережья Патагонии (фактически они находятся далеко). Навигационные ошибки, вызванные проблемой определения долготы, были распространены до конца XVIII века, когда стали доступны точные морские хронометры, хотя Дестефани считает ошибку в данном случае "необычайно большой". В 1594 году острова, возможно, посетил английский командир Ричард Хокинс на корабле "Dainty", который, объединив свое имя с именем королевы Елизаветы I, "королевы-девственницы", назвал группу островов "Майденленд Хокинса". Однако указанная широта отличалась как минимум на 3 градуса, а описание берега (включая наблюдение костров) ставит под сомнение его открытие. Ошибки в измерении широты могли быть вызваны простой ошибкой при чтении крестного жезла, разделенного на минуты, что означает, что измеренная широта могла составлять 50° 48' ю.ш.

An archipelago in the region of the Falkland Islands appeared on Portuguese maps from the early 16th century. Researchers Pepper and Pascoe cite the possibility that an unknown Portuguese expedition may have sighted the islands, based on the existence of a French copy of a Portuguese map from 1516. Maps from this period show islands known as the Sanson islands in a position that could be interpreted as the Falklands. Sightings of the islands are attributed to Ferdinand Magellan or Estêvão Gomes of San Antonio, one of the captains in the expedition, as the Falklands fit the description of those visited to gather supplies. The account given by Antonio Pigafetta, the chronicler of Magellan's voyage, contradicts attribution to either Gomes or Magellan, since it describes the position of islands close to the Patagonia coast, with the expedition following the mainland coast and the islands visited between a latitude of 49° and 51°S and also refers to meeting "giants" (described as Sansón or Samsons in the chronicle) who are believed to be the Tehuelche Indians. Although acknowledging that Pigafetta's account casts doubt upon the claim, the Argentine historian Laurio H. Destefani asserts it probable that a ship from the Magellan expedition discovered the islands citing the difficulty in measuring longitude accurately, which means that islands described as close to the coast could be further away. Destefani dismisses attribution to Gomes since the course taken by him on his return would not have taken the ships near the Falklands. Destefani also attributes an early visit to the Falklands by an unknown Spanish ship, although Destefani's firm conclusions are contradicted by authors who conclude the sightings refer to the Beagle Channel. The name of the archipelago derives from Lord Falkland, the Treasurer of the Admiralty, who organized the first expedition to South Atlantic with the intention to explore the Islands. When English explorer John Davis, commander of Desire, one of the ships belonging to Thomas Cavendish's second expedition to the New World, separated from Cavendish off the coast of what is now southern Argentina, he decided to make for the Strait of Magellan in order to find Cavendish. On 9 August 1592 a severe storm battered his ship, and Davis drifted under bare masts, taking refuge "among certain Isles never before discovered". Davis did not provide the latitude of these islands, indicating they were away from the Patagonian coast (they are actually away). Navigational errors due to the longitude problem were a common problem until the late 18th century, when accurate marine chronometers became readily available, although Destefani asserts the error here to be "unusually large". In 1594, they may have been visited by English commander Richard Hawkins with his ship the Dainty, who, combining his own name with that of Queen Elizabeth I, the "Virgin Queen", gave a group of islands the name of "Hawkins' Maidenland". However, the latitude given was off by at least 3 degrees and the description of the shore (including the sighting of bonfires) casts doubts on his discovery. Errors in the latitude measured can be attributed to a simple mistake reading a cross staff divided into minutes, meaning the latitude measured could have been 50° 48' S.

24 января 1600 года голландец Себальд де Верт посетил острова Джейсон и назвал их островами Себальда (на испанском языке "Islas Sebaldinas" или "Sebaldes"). Это название долгое время использовалось для всех Фолклендских островов; Уильям Дампир использовал название Сиббель де Уордс в своих отчетах о посещениях в 1684 и 1703 годах, а Джеймс Кук все еще называл Себальдинские острова в 1770-х годах. Указанная Де Вертом широта (50° 40') была достаточно точной, чтобы впервые однозначно идентифицировать Фолклендские острова. Английский капитан Джон Стронг, командир корабля "Уэлфэр", в 1690 году прошел между двумя главными островами и назвал этот проход "Фолклендским каналом" (ныне Фолклендский пролив) в честь Энтони Кэри, 5-го виконта Фолкленда (1656–1694), который, будучи комиссаром Адмиралтейства, финансировал экспедицию и впоследствии стал первым лордом Адмиралтейства. От этого водного пути островная группа впоследствии получила свое общее название.

Ранняя колонизация

Французский исследователь Луи Антуан де Бугенвиль основал колонию в Порт-Сент-Луисе, на восточном побережье залива Беркли-Саунд Восточных Фолклендских островов в 1764 году. Французское название Îles Malouines было дано островам, происходя от прилагательного *malouin*, относящегося к бретонскому порту Сен-Мало. Испанское название Islas Malvinas является переводом французского названия Îles Malouines. В 1765 году капитан Джон Байрон, не знавший о том, что французы основали Порт-Сент-Луи на Восточных Фолклендских островах, исследовал остров Со́ндерс в районе Западных Фолклендских островов. Обнаружив естественную гавань, он назвал эту местность Порт-Эгмонт и объявил острова собственностью Британии, основываясь на праве первооткрывателя. В следующем году капитан Джон Макбрайд основал постоянное британское поселение в Порт-Эгмонте. В соответствии с союзом, установленным Пактом семьи (Pacte de Famille), в 1766 году Франция согласилась уйти после того, как Испания выразила протест против французского присутствия на территориях, которые она считала своими. Испания согласилась выплатить компенсацию Луи де Бугенвилю, французскому адмиралу и исследователю, который за свой счет основал поселение на Восточных Фолклендских островах. В 1767 году испанцы официально взяли под контроль Порт-Сент-Луис и переименовали его в Пуэрто-Соледад (англ. Port Solitude). В начале 1770 года испанский командующий Дон Хуан Игнасио де Мадариага ненадолго посетил Порт-Эгмонт. 10 июня он вернулся из Аргентины с пятью вооруженными кораблями и 1400 солдатами, вынудив британцев покинуть Порт-Эгмонт. Это привело к Фолклендскому кризису, длившемуся с 10 июля 1770 года по 22 января 1771 года, когда Великобритания и Испания оказались на грани войны из-за островов. Однако конфликта удалось избежать, когда колония была восстановлена капитаном Джоном Стоттом на кораблях HMS Hound и HMS Florida (почтовый корабль, который уже присутствовал при основании первоначального поселения). Эгмонт быстро стал важным пунктом захода для британских кораблей, совершавших плавания вокруг мыса Хорн. В связи с растущим экономическим давлением, вызванным предстоящей Американской войной за независимость, британское правительство решило в 1774 году вывести свои силы из многих заморских поселений. 20 мая 1776 года британские войска под командованием лейтенанта Королевского флота Клейтона официально покинули Порт-Эгмонт, оставив табличку, подтверждающую непрерывный суверенитет Великобритании над островами. В течение последующих четырех лет британские охотники на тюленей использовали Эгмонт в качестве базы для своей деятельности в Южной Атлантике. Это прекратилось в 1780 году, когда они были вынуждены покинуть колонию испанскими властями, после чего британская колония была уничтожена. Испанцы покинули острова под давлением, вызванным наполеоновским вторжением и аргентинской войной за независимость. Испанский гарнизон Пуэрто-Соледад был переведен в Монтевидео в 1811 году на борту бригантины "Гальвес" по приказу, подписанному Франсиско Хавьером де Элио. При отбытии испанцы также оставили табличку, провозглашающую суверенитет Испании над островами, как это сделали британцы 35 лет назад. Произошло полное опустошение Фолклендских островов.

The French explorer Louis Antoine de Bougainville established a colony at Port St. Louis, on East Falkland's Berkeley Sound coast in 1764. The French name Îles Malouines was given to the islands – malouin being the adjective for the Breton port of Saint Malo. The Spanish name Islas Malvinas is a translation of the French name of Îles Malouines. In 1765, Captain John Byron, who was unaware the French had established Port Saint Louis on East Falkland, explored Saunders Island around West Falkland. After discovering a natural harbour, he named the area Port Egmont and claimed the islands for Britain on the grounds of prior discovery. The next year Captain John MacBride established a permanent British settlement at Port Egmont. Under the alliance established by the Pacte de Famille, in 1766 France agreed to leave after the Spanish complained about French presence in territories they considered their own. Spain agreed to compensate Louis de Bougainville, the French admiral and explorer who had established the settlement on East Falkland at his own expense. In 1767, the Spanish formally assumed control of Port St. Louis and renamed it Puerto Soledad (English: Port Solitude). In early 1770 Spanish commander, Don Juan Ignacio de Madariaga, briefly visited Port Egmont. On 10 June he returned from Argentina with five armed ships and 1400 soldiers forcing the British to leave Port Egmont. This action sparked the Falkland Crisis between 10 July 1770 to 22 January 1771 when Britain and Spain almost went to war over the islands. However, conflict was averted when the colony was re established by Captain John Stott with the ships , HMS Hound and HMS Florida (a mail ship which had already been at the founding of the original settlement). Egmont quickly became an important port of call for British ships sailing around Cape Horn. With the growing economic pressures stemming from the upcoming American War of Independence, the British government decided that it should withdraw its presence from many overseas settlements in 1774. On 20 May 1776 the British forces under the command of Royal Naval Lieutenant Clayton formally left Port Egmont, while leaving a plaque asserting Britain's continuing sovereignty over the islands. For the next four years, British sealers used Egmont as a base for their activities in the South Atlantic. This ended in 1780 when they were forced to leave by Spanish authorities who then ordered that the British colony be destroyed. The Spanish withdrew from the islands under pressure as a result of the Napoleonic invasion and the Argentine War of Independence. The Spanish garrison of Puerto Soledad was removed to Montevideo in 1811 aboard the brigantine Gálvez under an order signed by Francisco Javier de Elío. On departure, the Spanish also left a plaque proclaiming Spain's sovereignty over the islands as the British had done 35 years before. The total depopulation of the Falkland Islands took place.

Межколониальный период

После ухода испанских поселенцев Фолклендские острова стали территорией китобоев и охотников на тюленей, которые использовали острова как укрытие от суровых погодных условий Южной Атлантики. Благодаря своему расположению, Фолклендские острова часто служили последним убежищем для поврежденных кораблей. Наиболее многочисленными среди использующих острова были британские и американские охотники на тюленей, обычно от 40 до 50 кораблей были заняты добычей пушного зверя. Это представляло собой кочующее население, достигавшее 1000 моряков.

Изабелла

8 февраля 1813 года британский корабль водоизмещением 193 тонны "Изабелла", следовавший из Сиднея в Лондон, потерпел крушение у побережья острова Спидуэлл, тогда известного как остров Орла. Среди 54 пассажиров и членов экипажа судна, все из которых пережили кораблекрушение, находился генерал Объединенных ирландцев и изгнанник Джозеф Холт, который впоследствии подробно описал эти события в своих мемуарах. На борту также была тяжело беременная Джоанна Дюри, которая 21 февраля 1813 года родила Элизабет Провиденс Дюри. На следующий день, 22 февраля 1813 года, шесть человек, вызвавшихся искать помощь в ближайших испанских поселениях, отправились на одной из шлюпок "Изабеллы". Преодолев Южную Атлантику на лодке длиной чуть более 5 метров, они высадились на материке в районе Рио-де-ла-Плата чуть более чем через месяц. Для спасения выживших был отправлен британский орудийный бриг под командованием лейтенанта Уильяма Д’Аранды. 5 апреля капитан Чарльз Барнард с американского судна-тюленебойца "Нанина" проходил вдоль берегов острова Спидуэлл, выставив разведывательную шлюпку для поиска тюленей. Заметив дым и услышав выстрелы накануне, он был настороже, опасаясь, что где-то могли остаться выжившие после кораблекрушения. Это подозрение усилилось, когда экипаж шлюпки вернулся и сообщил Барнарду, что они обнаружили новую пару мокасин, а также частично разделанное тело тюленя. Вечером, во время ужина, команда заметила мужчину, приближающегося к кораблю, к которому вскоре присоединились еще восемь-десять человек. И Барнард, и выжившие с "Изабеллы" опасались, что к ним приближаются испанцы, и испытали облегчение, узнав их национальную принадлежность. Барнард ужинал с выжившими с "Изабеллы" в тот вечер и, узнав, что британцы не осведомлены о войне 1812 года, сообщил им, что технически они находятся в состоянии войны друг с другом. Тем не менее, Барнард пообещал спасти британцев и начал подготовку к плаванию к Рио-де-ла-Плате. Понимая, что у них недостаточно провизии для путешествия, он занялся охотой на диких свиней и поиском дополнительной еды. Однако, пока Барнард собирал припасы, британцы воспользовались возможностью захватить "Нанину" и ушли, оставив Барнарда, одного члена его команды и троих с "Изабеллы" на произвол судьбы. Вскоре после этого "Нэнси" прибыла из Рио-де-ла-Плата и встретила "Нанину", после чего лейтенант Д’Аранда спас выживших с "Изабеллы" и захватил "Нанину" в качестве военного приза. Барнард и его команда продержались восемнадцать месяцев на островах, пока британские китобои "Indispensable" и "Asp" не спасли их в ноябре 1814 года. Британский адмирал в Рио-де-Жанейро попросил капитанов судов отклониться в этот район для поиска американского экипажа. В 1829 году Барнард опубликовал рассказ о своем выживании под названием «Повествование о страданиях и приключениях капитана Чарльза Х. Барнарда».

On 8 February 1813 Isabella, a British ship of 193 tons en route from Sydney to London, ran aground off the coast of Speedwell Island, then known as Eagle Island. Among the ship's 54 passengers and crew, all of whom survived the wreck, was the United Irish general and exile Joseph Holt, who subsequently detailed the ordeal in his memoirs. Also aboard had been the heavily pregnant Joanna Durie, who on 21 February 1813 gave birth to Elizabeth Providence Durie. The next day, 22 February 1813, six men who had volunteered to seek help from any nearby Spanish outposts that they could find set out in one of the Isabella's longboats. Braving the South Atlantic in a boat little more than 17 feet (5 m) long, they made landfall on the mainland at the River Plate just over a month later. The British gun brig under the command of Lieutenant William D'Aranda was sent to rescue the survivors. On 5 April Captain Charles Barnard of the American sealer Nanina was sailing off the shore of Speedwell Island, with a discovery boat deployed looking for seals. Having seen smoke and heard gunshots the previous day, he was alert to the possibility of survivors of a ship wreck. This suspicion was heightened when the crew of the boat came aboard and informed Barnard that they had come across a new moccasin as well as the partially butchered remains of a seal. At dinner that evening, the crew observed a man approaching the ship who was shortly joined by eight to ten others. Both Barnard and the survivors from Isabella had harboured concerns the other party was Spanish and were relieved to discover their respective nationalities. Barnard dined with the Isabella survivors that evening and finding that the British party were unaware of the War of 1812 informed the survivors that technically they were at war with each other. Nevertheless, Barnard promised to rescue the British party and set about preparations for the voyage to the River Plate. Realising that they had insufficient stores for the voyage he set about hunting wild pigs and otherwise acquiring additional food. While Barnard was gathering supplies, however, the British took the opportunity to seize Nanina and departed leaving Barnard, along with one member of his own crew and three from Isabella, marooned. Shortly thereafter, Nancy arrived from the River Plate and encountered Nanina, whereupon Lieutenant D'Aranda rescued the erstwhile survivors of Isabella and took Nanina itself as a prize of war. Barnard and his party survived for eighteen months marooned on the islands until the British whalers Indispensable and Asp rescued them in November 1814. The British admiral in Rio de Janeiro had requested their masters to divert to the area to search for the American crew. In 1829, Barnard published an account of his survival entitled A Narrative of the Sufferings and Adventures of Capt Charles H. Barnard.

Попытки аргентинской колонизации

В марте 1820 года «Героина», частный фрегат, действовавший как капер по лицензии, выданной Объединенными провинциями Рио-де-ла-Платы, под командованием американского полковника Дэвида Джуэтта, вышел в море с целью захвата испанских кораблей в качестве призов. Он захватил португальский корабль «Карлота», что было расценено как акт пиратства. Буря нанесла серьезные повреждения «Героине» и привела к гибели «Карлоты», вынудив Джуэтта в октябре 1820 года зайти в Пуэрто-Соледад для ремонта. Капитан Джуетт обратился за помощью к британскому исследователю Джеймсу Уэдделлу. Уэдделл передал содержание письма, полученного от Джуэтта: «Сэр, имею честь довести до вашего сведения, что я прибыл в этот порт с поручением от Верховного правительства Объединенных провинций Рио-де-ла-Платы, чтобы взять эти острова под власть страны, которой они принадлежат по праву естественного закона. Выполняя эту миссию, я намерен действовать со всей вежливостью и уважением ко всем дружественным нациям; одна из целей моей миссии – предотвратить уничтожение ресурсов, необходимых для всех судов, проходящих мимо и вынужденных бросать якорь здесь, а также оказать им помощь в получении необходимых запасов с минимальными затратами и неудобствами. Поскольку ваше присутствие здесь не противоречит этим целям и, будучи уверенным, что личная встреча будет плодотворной для нас обоих, я приглашаю вас на борт, где вы сможете оставаться столько, сколько пожелаете; я также буду весьма признателен, если вы распространите это приглашение на любого другого британского подданного, находящегося поблизости; с уважением, ваш. Подпись: Джуетт, полковник флота Объединенных провинций Южной Америки и командир фрегата «Героина». Многие современные авторы считают, что это письмо представляет собой декларацию, обнародованную Джуэттом. Судно Джуэтта получило от Уэдделла помощь в постановке на якорь у Порт-Луи. Уэдделл сообщил, что из экипажа в 200 человек только 30 моряков и 40 солдат были годны к службе, и что Джуетт спал с пистолетами под подушкой после попытки мятежа, произошедшей ранее в плавании. 6 ноября 1820 года Джуетт поднял флаг Объединенных провинций Рио-де-ла-Платы (предшественника современной Аргентины) и провозгласил владение островами. По словам Уэдделла, «через несколько дней он официально взял эти острова под власть патриотического правительства Буэнос-Айреса, зачитал декларацию под их флагом, установил ее в руинах порта и произвел салют из двадцати одного орудия». Джуетт покинул Фолклендские острова в апреле 1821 года. В общей сложности он провел на острове не более шести месяцев, полностью в Порт-Луисе. В 1822 году португальский суд обвинил Джуэтта в пиратстве, но к тому времени он находился в Бразилии.

In March 1820, Heroína, a privately owned frigate that was operated as a privateer under a license issued by the United Provinces of the River Plate, under the command of American Colonel David Jewett, set sail looking to capture Spanish ships as prizes. He captured Carlota, a Portuguese ship, which was considered an act of piracy. A storm resulted in severe damage to Heroína and sank the prize Carlota, forcing Jewett to put into Puerto Soledad for repairs in October 1820. Captain Jewett sought assistance from the British explorer James Weddell. Weddell reported the letter he received from Jewett as:

Sir, I have the honor of informing you that I have arrived in this port with a commission from the Supreme Government of the United Provinces of the Rio de la Plata to take possession of these islands on behalf of the country to which they belong by Natural Law. While carrying out this mission I want to do so with all the courtesy and respect all friendly nations; one of the objectives of my mission is to prevent the destruction of resources necessary for all ships passing by and forced to cast anchor here, as well as to help them to obtain the necessary supplies, with minimum expenses and inconvenience. Since your presence here is not in competition with these purposes and in the belief that a personal meeting will be fruitful for both of us, I invite you to come aboard, where you'll be welcomed to stay as long as you wish; I would also greatly appreciate your extending this invitation to any other British subject found in the vicinity; I am, respectfully yours. Signed, Jewett, Colonel of the Navy of the United Provinces of South America and commander of the frigate Heroína. Many modern authors report this letter as representing the declaration issued by Jewett. Jewett's ship received Weddell's assistance in obtaining anchorage off Port Louis. Weddell reported only 30 seamen and 40 soldiers fit for duty out of a crew of 200, and how Jewett slept with pistols over his head following an attempted mutiny earlier in the voyage. On 6 November 1820, Jewett raised the flag of the United Provinces of the River Plate (a predecessor of modern day Argentina) and claimed possession of the islands. In the words of Weddell, "In a few days, he took formal possession of these islands for the patriot government of Buenos Ayres, read a declaration under their colours, planted on a port in ruins, and fired a salute of twenty one guns." Jewett departed from the Falkland Islands in April 1821. In total he had spent no more than six months on the island, entirely at Port Louis. In 1822, Jewett was accused of piracy by a Portuguese court, but by that time he was in Brazil.

Предприятие Луиса Верне

В 1823 году Объединенные провинции Рио-де-ла-Платы предоставили права на рыбную ловлю Хорхе Пачеко и Луису Верне. Отправившись на острова в 1824 году, первая экспедиция потерпела неудачу почти сразу после высадки, и Пачеко отказался от дальнейшего участия в предприятии. Верне проявил настойчивость, но вторая попытка, отложенная до зимы 1826 года из-за бразильской блокады, также не увенчалась успехом. Экспедиция планировала использовать дикий скот на островах, однако заболоченная местность не позволяла гаучо ловить скот привычным способом. Верне уже был осведомлен о противоречивых британских претензиях на острова и запросил разрешение в британском консульстве перед отплытием. В 1828 году правительство Объединенных провинций передало Верне весь Восточный Фолкленд, включая все его ресурсы, и освободило от налогов при условии основания колонии в течение трех лет. Он взял с собой поселенцев, в том числе британского капитана Мэтью Брисбена (который ранее посещал острова вместе с Уэдделлом), и перед отъездом вновь обратился за разрешением в британское консульство в Буэнос-Айресе. Британцы запросили отчет для британского правительства об островах, а Верне попросил британской защиты в случае их возвращения. 10 июня 1829 года Верне был назначен «гражданским и военным комендантом» островов (губернатор никогда не назначался) и получил монополию на право охоты на тюленей. Британское консульство в Буэнос-Айресе выразило протест. К 1831 году колония достигла определенного успеха и начала привлекать новых колонистов, хотя отчет Лексингтона указывает на крайне тяжелые условия жизни на островах. Посещение Чарльза Дарвина в 1833 году подтвердило плачевное состояние поселения, хотя капитан Мэтью Брисбен (заместитель Верне) позже утверждал, что это было следствием рейда Лексингтона.

Рейд на Лексингтон

В 1831 году Верне попытался утвердить свою монополию на право охоты на тюленей. Это привело к захвату им американских кораблей Harriet, Superior и Breakwater. В качестве ответной меры консул Соединенных Штатов в Буэнос-Айресе направил капитана Силаса Дункана с корабля USS Lexington для возврата конфискованного имущества. Обнаружив, по его мнению, доказательства того, что по меньшей мере четыре американских рыболовных судна были захвачены, разграблены и даже подготовлены к войне, Дункан взял на борт "Лексингтона" семь пленных и обвинил их в пиратстве. Также, как доложил Дункан, "на борт было взято все население (Фолклендских) островов, состоящее примерно из сорока человек, за исключением некоторых "гаучо", или ковбоев, которые расположились лагерем во внутренних районах". Группа, состоявшая в основном из граждан Германии из Буэнос-Айреса, "казалось, была очень рада возможности, предоставленной им, переехать со своими семьями из безлюдной местности, где климат всегда холодный и угнетающий, а почва крайне неплодородна". Однако на острове осталось около 24 человек, в основном гаучо и несколько индейцев чарруа, которые продолжали торговать от имени Верне. Были предприняты меры против поселения. В судовом журнале "Лексингтона" сообщается об уничтожении оружия и запасов пороха, а оставшиеся поселенцы позже утверждали, что был нанесен значительный ущерб частной собственности. Под конец жизни Луис Верне уполномочил своих сыновей предъявить претензии от его имени для возмещения убытков, понесенных в результате рейда. В иске, поданном против правительства США с требованием компенсации, отклоненном правительством США при президенте Кливленде в 1885 году, Верне заявил, что поселение было разрушено.

Уголовная колония и мятеж

После инцидента в Лексингтоне правительство Буэнос-Айреса поручило майору Эстебану Местивье создать пенальную колонию. Он прибыл к месту назначения 15 ноября 1832 года, но солдаты взбунтовались и убили его. Мятеж был подавлен вооруженными моряками с французского китобойного судна "Жан Жак", а вдова Местивье была принята на борт британского судна для добычи тюленей "Рапид". "Саранди" вернулся 30 декабря 1832 года, и майор Хосе Мария Пинедо принял командование поселением.

Британское возвращение

Аргентинские заявления о суверенитете послужили толчком для Великобритании, чтобы отправить военно-морской отряд для окончательного и бесповоротного возвращения на острова. 3 января 1833 года капитан Джеймс Онслоу на бриг-шлюпе прибыл в поселение Вернета в Порт-Луи, чтобы потребовать замены флага Объединенных провинций Ла-Платы на британский и ухода администрации с островов. Хотя майор Хосе Мария Пинедо, командующий шхуной "Саранди", хотел оказать сопротивление, его численное превосходство противника было очевидным, особенно учитывая, что значительная часть его экипажа состояла из британских наемников, не желавших сражаться против своих соотечественников. Подобная ситуация была нередкой в новообразованных независимых государствах Латинской Америки, где сухопутные войска были сильны, но военно-морские силы часто испытывали нехватку личного состава. В связи с этим он выразил протест устно, но покинул острова без боя 5 января. Аргентина утверждает, что колония Вернета также была выслана в это время, однако источники того периода, по-видимому, опровергают это, предполагая, что колонистам было предложено остаться под управлением управляющего магазином Вернета, Уильяма Диксона, а затем его заместителя, Мэтью Брисбена. Риверо не был судим и приговорен, поскольку британское местное управление и судебная система еще не были созданы к 1834 году; они были учреждены позднее, в 1841 году, посредством британских патентных грамот.

Британская колонизация

Сразу после возвращения на Фолклендские острова и провала поселения Верне, британцы сохранили Порт-Луис в качестве военного форпоста. После интервенции не предпринималось попыток колонизировать острова, вместо этого полагались на остатки поселения Верне. Лейтенант Смит получил незначительную поддержку от Королевского флота, и развитие островов происходило в основном благодаря его инициативе, но ему приходилось опираться на группу вооруженных гаучо для поддержания порядка и защиты британских интересов. Смит получал советы от Верне в этом отношении и, в свою очередь, продолжал управлять имуществом Верне и предоставлять ему регулярные отчеты. В 1836 году адмирал Джордж Грей провел обследование Восточного Фолкленда, а в 1837 году – Лоукей. Адмирал Джордж Грей, проводивший географическую съемку в ноябре 1836 года, так описал свои первые впечатления от Восточного Фолкленда:

Давление с целью развития островов как колонии начало нарастать в результате кампании, организованной британским купцом Г. Т. Уиттингтоном. Уиттингтон создал Ассоциацию коммерческого рыболовства и сельского хозяйства Фолклендских островов и (основываясь на информации, косвенно полученной от Верне) опубликовал брошюру под названием «Фолклендские острова». Впоследствии британскому правительству была представлена петиция, подписанная лондонскими купцами, с требованием созвать публичное собрание для обсуждения будущего развития Фолклендских островов. Уиттингтон обратился к колониальному секретарю, лорду Расселу, с предложением разрешить его ассоциации колонизировать острова. В мае 1840 года британское правительство приняло решение о колонизации Фолклендских островов. Не зная об этом решении, Уиттингтон потерял терпение и решил действовать по собственной инициативе. Добыв два корабля, он отправил своего брата, Дж. Б. Уиттингтона, с миссией доставить припасы и поселенцев в Порт-Луис. По прибытии тот предъявил свои права на землю, которую его брат приобрел у Верне.

Создание Порт-Стенли

В 1833 году Соединенное Королевство подтвердило свою власть над Фолклендскими (Мальвинскими) островами, и Ричард Клемент Муди, высокоуважаемый королевский инженер, был назначен вице-губернатором островов. Этот пост был переименован в губернатора Фолклендских (Мальвинских) островов в 1843 году, когда он также стал главнокомандующим Фолклендскими (Мальвинскими) островами. Муди покинул Англию для Фолклендов 1 октября 1841 года на борту корабля Hebe и прибыл в гавань Ансона позже в том же месяце. Его сопровождали двенадцать саперов и минеров и их семьи; вместе с колонистами Уиттингтона население гавани Ансона достигло примерно 50 человек. По прибытии Муди, Фолклендские (Мальвинские) острова находились «почти в состоянии анархии», но он использовал свои полномочия «с великой мудростью и умеренностью», чтобы развивать инфраструктуру островов и, командуя отрядом саперов, воздвиг правительственные здания, школу и казармы, резиденции, порты и новую дорожную систему. В 1842 году британский государственный секретарь по вопросам войны и колоний лорд Стэнли поручил Муди представить доклад о потенциале района Порт-Уильям в качестве места для новой столицы. Муди поручил исследовать эту местность капитану Россу, руководителю Антарктической экспедиции. Капитан Росс представил свой доклад в 1843 году, заключив, что Порт-Уильям обеспечивает хорошую глубоководную стоянку для военных кораблей, а южные берега Порт-Джексона – подходящее место для предполагаемого поселения. Муди принял рекомендацию Росса, и строительство нового поселения началось в июле 1843 года. В июле 1845 года по предложению Муди новая столица островов была официально названа Порт-Стэнли в честь лорда Стэнли. Не все были в восторге от выбора места для новой столицы, Дж. Б. Уиттингтон заметил: «Из всех жалких болотистых ям, я считаю, что мистер Муди выбрал одну из худших для своего города». Структура колониального правительства была учреждена в 1845 году с образованием Законодательного совета и Исполнительного совета, и началась работа над строительством Дома правительства. В следующем году первые должностные лица, назначенные в колониальное правительство, приступили к своим обязанностям; к этому времени были завершены строительство ряда резиденций, большого склада, плотничьей и кузнечной мастерских, а также была заложена правительственная верфь. В 1845 году Муди привез в Великобританию из Фолклендов (Мальвинских островов) кострицу, за что получил золотую медаль Королевского сельскохозяйственного общества. В феврале 1849 года Муди вернулся в Англию. С созданием глубоководной стоянки и улучшением портовых сооружений, Стэнли наблюдал резкий рост числа посещающих судов в 1840-х годах, отчасти из-за Калифорнийской золотой лихорадки. В результате произошел бум в снабжении и ремонте судов, чему способствовала печально известная плохая погода в Южной Атлантике и вблизи мыса Хорн. Стэнли и Фолклендские (Мальвинские) острова известны как место хранения множества кораблекрушений XIX века, которые достигли островов, но были признаны непригодными для плавания и часто использовались местными торговцами в качестве плавучих складов. В XIX веке Стэнли стал одним из самых оживленных портов в мире. Однако торговля судоремонтом начала ослабевать в 1876 году с введением линии Плимсолла, что привело к ликвидации так называемых «гробовых кораблей» и непригодных к плаванию судов, которые в противном случае могли бы оказаться в Стэнли для ремонта. С появлением в 1890-х годах все более надежных железных пароходов торговля сократилась и перестала быть жизнеспособной после открытия Панамского канала в 1914 году. Порт-Стэнли продолжал оставаться оживленным портом, поддерживающим китобойную и тюленью деятельность в начале XX века, британские военные корабли (и гарнизоны) в Первой и Второй мировых войнах, а также рыболовную и круизную индустрии во второй половине века. Дом правительства открылся как офис вице-губернатора в 1847 году. Дом правительства продолжал развиваться с различными пристройками, официально став резиденцией губернатора в 1859 году, когда губернатор Мур занял ее. Дом правительства остается резиденцией губернатора. Многие колонисты начали переезжать из гавани Ансона в Порт-Стэнли. По мере расширения нового города население быстро росло, достигнув 200 человек к 1849 году. Население увеличилось с прибытием 30 женатых пенсионеров Челси и их семей. Королевская полиция Фолклендских (Мальвинских) островов была создана в ноябре 1846 года с назначением Фрэнсиса Парри на должность начальника полиции. Первоначально штат состоял из трех офицеров – начальника полиции, тюремщика (ответственного за заключенных) и ночного констебля (ответственного за охрану порядка ночью). Постановление о констеблях 1846 года, которое было принято колониальным Законодательным советом 27 октября того же года. Дарвин изначально был местом обитания гаучо и скотоводов, но овцеводство стало доминировать в этом районе, и были привезены шотландские пастухи. Через несколько лет FIC основала первую крупную фабрику по переработке жира на островах (хотя и не первую), в 1874 году. В 1880 году она переработала 15 891 овцу. Была проложена линия связи между Дарвином и Стэнли, корабль Consort высадил столбы на побережье. Строительство началось в 1906 году и было завершено в 1907 году (длиной почти 80 км). Первоначально линия предназначалась только для деловых целей, но общественность могла иногда совершать звонки. В 1911 году в Гус-Грин была открыта консервная фабрика, которая первоначально имела большой успех. Она поглотила значительную часть излишков овец, но во время послевоенного спада понесла серьезные убытки и закрылась в 1921 году. До 1970-х годов Гус-Грин был местом расположения школы-интерната, управляемой государством. Здесь жили дети из «Кэмпа», и было 40 мест. Позже школа-интернат была переведена в Стэнли, хотя в последнее время акцент делается на местном образовании. Само здание школы стало штабом аргентинских войск и было сожжено. Для местных детей была построена новая (дневная) школа. В декабре 1939 года, сразу после битвы в Ривер-Плейте, тяжелый крейсер, который в то время проходил ремонт на Фолклендских (Мальвинских) островах, вышел в море, чтобы присоединиться к и устья реки Ривер-Плейт, загнав в ловушку немецкий крейсер «Адмирал Граф Шпее». Убежденный британской пропагандой и ложной информацией о том, что его корабль ждет крупная военно-морская группировка, и испытывая нехватку боеприпасов, капитан Лангсдорф «Адмирала Граф Шпее» решил затопить корабль, а не сражаться с Королевским флотом.

In 1833 the United Kingdom asserted authority over the Falkland Islands and Richard Clement Moody, a highly esteemed Royal Engineer, was appointed as Lieutenant Governor of the islands. This post was renamed Governor of the Falkland Islands in 1843, when he also became Commander in Chief of the Falkland Islands. Moody left England for Falkland on 1 October 1841 aboard the ship Hebe and
arrived in Anson's Harbour later that month. He was accompanied by twelve sappers and miners and their families; together with Whittington's colonists this brought the population of Anson's Harbour to approximately 50. When Moody arrived, the Falklands was 'almost in a state of anarchy', but he used his powers 'with great wisdom and moderation' to develop the Islands' infrastructure and, commanding detachment of sappers, erected government offices, a school and barracks, residences, ports, and a new road system. In 1842, Moody was instructed by Lord Stanley the British Secretary of State for War and the Colonies to report on the potential of the Port William area as the site of the new capital. Moody assigned the task of surveying the area to Captain Ross, leader of the Antarctic Expedition. Captain Ross delivered his report in 1843, concluding that Port William afforded a good deep water anchorage for naval vessels, and that the southern shores of Port Jackson was a suitable location for the proposed settlement. Moody accepted the recommendation of Ross and construction of the new settlement started in July 1843. In July 1845, at Moody's suggestion, the new capital of the islands was officially named Port Stanley after Lord Stanley. Not everyone was enthused with the selection of the location of the new capital, J. B. Whittington famously remarked that "Of all the miserable bog holes, I believe that Mr Moody has selected one of the worst for the site of his town." The structure of the Colonial Government was established in 1845 with the formation of the Legislative Council and Executive Council and work on the construction of Government House commenced. The following year, the first officers appointed to the Colonial Government took their posts; by this time a number of residences, a large storage shed, carpenter's shop and blacksmith's shop had been completed and the Government Dockyard laid out. In 1845 Moody introduced tussock grass into Great Britain from Falkland, for which he received the gold medal of the Royal Agricultural Society. Moody returned to England in February 1849. With the establishment of the deep water anchorage and improvements in port facilities, Stanley saw a dramatic increase in the number of visiting ships in the 1840s in part due to the California Gold Rush. A boom in ship provisioning and ship repair resulted, aided by the notoriously bad weather in the South Atlantic and around Cape Horn. Stanley and the Falkland Islands are famous as the repository of many wrecks of 19th century ships that reached the islands only to be condemned as unseaworthy and were often employed as floating warehouses by local merchants. At one point in the 19th century, Stanley became one of the world's busiest ports. However, the ship repair trade began to slacken off in 1876 with the establishment of the Plimsoll line, which saw the elimination of the so called coffin ships and unseaworthy vessels that might otherwise have ended up in Stanley for repair. With the introduction of increasingly reliable iron steamships in the 1890s the trade declined further and was no longer viable following the opening of the Panama Canal in 1914. Port Stanley continued to be a busy port supporting whaling and sealing activities in the early part of the 20th century, British warships (and garrisons) in the First and Second World War and the fishing and cruise ship industries in the latter half of the century. Government House opened as the offices of the Lieutenant Governor in 1847. Government House continued to develop with various additions, formally becoming the Governor's residence in 1859 when Governor Moore took residence. Government House remains the residence of the Governor. Many of the colonists begin to move from Ansons' Harbour to Port Stanley. As the new town expanded, the population grew rapidly, reaching 200 by 1849. The population was further expanded by the arrival of 30 married Chelsea Pensioners and their families. The Royal Falkland Islands Police were established in November 1846 with the appointment of Francis Parry as Chief Constable. The force was initially staffed by three officers – the Chief Constable, the Gaoler (responsible for prisoners), and the Night Constable (responsible for policing during the night). The Constables Ordinance 1846, which had been enacted by the colony's Legislative Council on 27 October of that year. Darwin was initially the haunt of gauchos and cattle farmers, but sheep farming came to dominate the area, and Scottish shepherds were brought in. A few years later, the first large tallow works in the islands (though not the first) was set up by the FIC in 1874. It handled 15,891 sheep in 1880. A line was laid between Darwin and Stanley, with the ship Consort landing poles on the coast. Construction commenced in 1906 and was finished in 1907 (a length of nearly 50 mile (80 km)). The line was initially only for business but the public could make calls occasionally. A canning factory was opened in 1911 at Goose Green and was initially extremely successful. It absorbed a large proportion of surplus sheep but during the postwar slump it suffered a serious loss and closed in 1921. Up until the 1970s, Goose Green was the site of a boarding school, run by the state. "Camp" children boarded here, and there were 40 spaces. The boarding school was later transferred to Stanley, although the recent emphasis has been on locally based education. The school itself became an Argentine HQ, and was burnt down. A new (day) school has been built for local children. In December 1939, in the immediate aftermath of the Battle of the River Plate, heavy cruiser , which had been self refitting in the Falkland Islands at the time of the battle, steamed to join and at the mouth of the River Plate, trapping the German cruiser Admiral Graf Spee. Convinced by British propaganda and false intelligence that a major naval task force awaited his ship and short of ammunition, Captain Langsdorf of Admiral Graf Spee chose instead to scuttle the ship rather than face the Royal Navy.

Аргентинские вторжения

За исключением попытки президента Хуана Перона приобрести Фолклендские (Мальвинские) острова в 1953 году, которая была отклонена британским правительством как немыслимая, немедленный послевоенный период был относительно спокойным. Однако серия инцидентов в 1960-х годах ознаменовала усиление аргентинских претензий на суверенитет. Первый из них произошел в 1964 году, когда легкий самолет, пилотируемый Мигелем Фицджеральдом, совершил посадку на ипподроме в Стэнли. Выпрыгнув из самолета, он передал письмо с требованием суверенитета ошеломленному местному жителю, после чего снова взлетел. Этот трюк был синхронизирован с аргентинскими дипломатическими усилиями в Комитете ООН по деколонизации. Более серьезный инцидент произошел 28 сентября 1966 года, когда восемнадцать молодых перонистов осуществили символическое вторжение на острова, захватив авиалайнер Aerolíneas Argentinas и посадив его в Стэнли; группа назвала эту операцию Operativo Cóndor. Там они подняли семь аргентинских флагов и взяли в заложники четырех островитян. Планирование проводилось во время туристической поездки одного из лидеров на острова. Авиалайнер вылетел из Буэнос-Айреса в Рио-Гальегос с 48 пассажирами на борту, включая аргентинского контр-адмирала Хосе Марию Гусмана, направлявшегося в Огненную Землю, аргентинскую территорию, губернатором которой он являлся. Два вооруженных человека проникли в кабину пилотов и приказали изменить курс на Фолклендские (Мальвинские) острова. Пилот попытался приземлиться на ипподроме, но самолет задел телеграфные столбы, и шасси увязла в грязи. Местные жители, полагая, что самолет потерпел бедствие, поспешили на помощь, но оказались взяты в заложники угонщиками (в число четырех заложников вошел молодой сержант полиции Терри Пек, ставший местным героем в Фолклендской войне). Он принял троих захватчиков, которые заявили, что имеют такое же право находиться там, как и любой другой, и в ответ получил твердый приказ разоружиться и сдаться. В результате этой встречи было достигнуто соглашение о том, что семь человек, включая Пека и капитана Иана Мартина, командующего отрядом из четырех морских пехотинцев, будут обменяны на заложников, находившихся на борту самолета. Затем 26 пассажирам разрешили сойти на берег и разместиться в семьях местных жителей, поскольку на острове не было гостиницы. Когда их протаскивали мимо резиденции губернатора, Гусман смеясь прокомментировал: "Mi casa" ("мой дом"). Их держали под замком в пристройке к церкви Святой Марии в течение недели, пока их не пересадили на аргентинское судно Bahía Buen Suceso, которое ожидало за пределами гавани завершения дела. В Аргентине мужчины были осуждены за преступления, включая незаконное лишение свободы, хранение оружия, незаконное объединение, пиратство и ограбление. Лидеров приговорили к трем годам тюрьмы, а остальных – к девяти месяцам. В ноябре 1968 года аргентинская пресса наняла Мигеля Фицджеральда, чтобы он попытался повторить свою посадку 1964 года. В сопровождении одного из угонщиков 1966 года он прилетел в Стэнли, но по прибытии обнаружил, что не может приземлиться на ипподроме из-за установленных после угона препятствий. Самолет был вынужден совершить аварийную посадку на дороге Элиза Коув, но оба пилота не пострадали. Этот трюк должен был совпасть с визитом лорда Чалфонта на острова. Последний инцидент оказался контрпродуктивным для аргентинских претензий на суверенитет, поскольку лорд Чалфонт выступал на публичном собрании во время прибытия самолета. Местные жители ясно дали понять лорду Чалфонту, что они отвергают Меморандум о соглашении, заключенный между Великобританией и Аргентиной в августе того же года, в котором говорилось, что Великобритания готова обсудить вопрос о суверенитете при условии уважения воли островитян. Это послужило толчком к созданию Комитета по Фолклендским (Мальвинским) островам лондонским адвокатом Биллом Хантером Кристи и другими. Комитет по чрезвычайным ситуациям, как он стал известен, оказался эффективной лоббистской организацией, постоянно подрывая инициативы Министерства иностранных дел по ведению переговоров о суверенитете. В декабре 1968 года лоббистским усилиям удалось добиться от британского правительства заявления о том, что воля островитян будет иметь первостепенное значение.

With the exception of an attempt by President Juan Perón to buy the Falkland Islands in 1953 which was rejected as inconceivable by the British government, the immediate post war period was fairly uneventful. However, a series of incidents in the 1960s marked the intensification of Argentine sovereignty claims. The first of these took place in 1964, when a light plane piloted by Miguel Fitzgerald touched down on the racecourse at Stanley. Leaping from the aircraft, he handed a letter claiming sovereignty to a bemused islander before flying off again. The stunt was timed to coincide with Argentine diplomatic efforts at the UN Decolonisation Committee. A more serious incident took place on 28 September 1966 when eighteen young Peronists staged a symbolic invasion of the Islands by hijacking an Aerolíneas Argentinas airliner and landing it in Stanley; the group called this action Operativo Cóndor. There, they raised seven Argentine flags and took four islanders hostage. The planning had been done during a trip to the islands that one of the leaders had made as a tourist. The airliner left at from Buenos Aires, bound for Río Gallegos with 48 passengers on board, including Argentine Rear Admiral José María Guzmán, who was on his way to Tierra del Fuego, an Argentine territory of which he was governor. Two armed men entered the flight deck and ordered the pilot to change course toward the Falklands. The pilot attempted to land at the racecourse but the plane hit telegraph poles, and the undercarriage sank into the mud. Islanders, assuming that the plane was in trouble, rushed to assist but found themselves taken hostage by the hijackers (included in the group of four was a young police sergeant, Terry Peck, who became a local hero in the Falklands War). He received three of the invaders, who announced that they had as much right as anyone to be there and in reply were firmly told that they should disarm and give up. The result of this meeting was an agreement that seven men, including Peck and Captain Ian Martin, commanding a four man Royal Marines detachment, should be exchanged for the hostages aboard the aircraft. The 26 passengers were then allowed to disembark and sent to lodge with local families, as the island had no hotel. On being taken past the governor's residence, Guzmán laughingly commented: "Mi casa" ("my house"). They were kept locked up in an annex to St Mary's Church for a week until they were put aboard an Argentine ship, the Bahía Buen Suceso, which had lingered outside the harbor awaiting conclusion of the affair. The men were tried in Argentina on crimes that included illegal deprivation of freedom, possession of weapons of war, illegal association, piracy, and robbery in the open. The leaders were sentenced to three years in prison and the others to nine months. In November 1968, Miguel Fitzgerald was hired by the Argentine press to attempt a reprise of his 1964 landing. Accompanied by one of the 1966 hijackers, he flew to Stanley but on arrival found he could not land at the racecourse due to obstacles placed following the hijacking. The plane was forced to crash land on Eliza Cove Road, but the two occupants were unharmed. The stunt was intended to coincide with the visit of Lord Chalfont to the islands. The latter incident proved counter productive to the Argentine sovereignty push, as Lord Chalfont had been talking to a public meeting at the time of the plane's arrival. The islanders made it plain to Lord Chalfont that they rejected a Memorandum of Agreement negotiated between Britain and Argentina that August which stated that Britain was prepared to discuss sovereignty provided the islanders' wishes were respected. This spurred the formation of the Falkland Islands Committee by London barrister Bill Hunter Christie and others. The Emergency Committee, as it became known, proved to be an effective lobbying organisation, constantly undermining Foreign Office initiatives on sovereignty negotiations. In December 1968, the lobbying effort managed to force the British Government to state that the islanders' wishes would be paramount.

Расширение связей с Аргентиной

Отчасти в результате дипломатического давления экономические и политические связи с Аргентиной усилились в 1960-х и 1970-х годах. Эти связи были разорваны после окончания Фолклендской войны, но до войны они не были полностью отрицательными, и некоторые жители островов отправляли своих детей в школы-интернаты в Аргентине. Осознавая, что любые переговоры по вопросу о суверенитете будут сорваны, если они не будут учитывать пожелания жителей островов, британское и аргентинское правительства приняли ряд мер, направленных на поощрение зависимости от Аргентины. В 1971 году, после секретных переговоров между двумя правительствами (и без консультаций с жителями островов), было подписано соглашение о коммуникациях. Главной целью соглашения было установление прямых воздушных и морских связей между островами и Аргентиной, а также соглашения о почтовых и телефонных услугах. После подписания соглашения субсидируемое судоходное сообщение с Монтевидео было прекращено, а британская сторона обещала организовать пассажирское и грузовое сообщение с материком (что могло бы снизить зависимость от Аргентины), но это обещание так и не было выполнено. Líneas Aéreas del Estado (LADE), авиакомпания, принадлежащая аргентинским ВВС (Fuerza Aérea Argentina или FAA), начала осуществлять воздушное сообщение с островами. Первоначально это осуществлялось с помощью амфибий между Комодоро-Ривадавия и Стэнли на самолетах Grumman HU-16 Albatross. В честь открытия линии почтовые службы Аргентины и Фолклендских островов выпустили серию марок. В 1972 году Аргентина построила временную взлетно-посадочную полосу недалеко от Стэнли. Великобритания построила небольшую постоянную взлетно-посадочную полосу в 1976 году, пригодную только для ближних перелетов. В рамках соглашения жители островов должны были путешествовать через Аргентину и были вынуждены носить аргентинские удостоверения личности, выдаваемые в Буэнос-Айресе. Эти удостоверения, известные как Tarjeta Provisoria или "белые карты", вызывали ненависть у жителей островов, которые считали их де-факто аргентинскими паспортами, поскольку требовалось, чтобы их использовали только жители островов, а не другие временные жители. Напряженность возросла еще больше из-за соглашения о том, что жители Фолклендских островов не будут призываться в аргентинскую армию, что подразумевало, что они являются гражданами Аргентины. LADE открыла офис в Стэнли, а почта направлялась через Аргентину. Медицинская помощь, недоступная на островах, предоставлялась в Аргентине, а также предлагались стипендии для обучения в Буэнос-Айресе, Кордове и других аргентинских городах. Аргентина предоставляла преподавателей испанского языка. Сотрудникам МИД в Стэнли было поручено сделать все возможное для укрепления хороших отношений между Фолклендскими островами и Аргентиной. Зависимость островов от Аргентины усилилась, когда британское и аргентинское правительства договорились о поставках бензина, дизельного топлива и нефти компанией YPF, национальной нефтяной и газовой компанией Аргентины. Несмотря на эту напряженность, отношения между жителями островов и аргентинцами, обслуживающими новые линии связи, были дружелюбными. Хотя и существовала настороженность, политики обычно избегали, и в личном общении не было настоящей враждебности. На международном уровне отношения начали ухудшаться в 1975 году, когда аргентинские делегаты на встрече Международного парламентского союза в Лондоне осудили "акт международного пиратства" Великобритании по созданию колонии на Фолклендских островах. Дипломатические отношения между Великобританией и Аргентиной были разорваны, но восстановлены в 1976 году. В октябре 1975 года британское правительство поручило лорду Шеклтону (сыну антарктического исследователя сэра Эрнеста Шеклтона) провести экономическое исследование Фолклендских островов. Аргентинское правительство отреагировало резко и отказало лорду Шеклтону в разрешении на проезд через Аргентину. Позже корабль, перевозивший Шеклтона на острова, RRS Shackleton, был обстрелян аргентинским эсминцем ARA Almirante Storni. В 1976 году, после того как к власти пришла военная хунта, Аргентина тайно создала военную базу на Южной Туле. Она была обнаружена британским судном Антарктического обследования RRS Bransfield в 1977 году. Британцы выразили протест, но ограничились дипломатической нотой. В поддержку дипломатических усилий премьер-министр Великобритании Джим Каллахан направил военно-морской отряд, состоящий из надводных кораблей и атомной подводной лодки. Тем не менее, аргентинские самолеты и военные корабли преследовали суда, занимающиеся рыболовством в водах Фолклендских островов. Отчет лорда Шеклтона был представлен в 1977 году и зафиксировал экономическую стагнацию на островах. Тем не менее, в нем заключалось, что острова приносят чистый вклад в британскую экономику и имеют экономический потенциал для развития. Рекомендации включали разведку нефти, эксплуатацию рыбных ресурсов, расширение взлетно-посадочной полосы Стэнли, создание агентства развития, расширение дорожной сети, расширение объектов в гавани Стэнли и преобразование ферм, принадлежащих нерезидентам, в семейные хозяйства. В то время отчет был в значительной степени проигнорирован, поскольку считалось, что его реализация ухудшит отношения с Аргентиной. Повторное рассмотрение отчета лордом Шеклтоном в 1982 году после Фолклендской войны стало основой для последующего экономического развития островов.

Partly as the result of diplomatic pressure, economic and political links with Argentina increased in the 1960s and 1970s. These became severed after the end of the Falklands War, but before the war they were not entirely negative, and some islanders sent their children to boarding schools in Argentina. Realising that any talks on the sovereignty issue would be derailed if it did not meet with the islanders' wishes, the British and Argentine Governments enacted a series of measures designed to encourage dependence on Argentina. In 1971, following secret talks between the two Governments (and without consulting the islanders), the communications agreement was signed. The thrust of the agreement was the establishment of direct air and sea links between the islands and Argentina, together with agreements on postal and telephony services. Following the agreement the subsidised shipping link with Montevideo ended, a passenger and cargo ship service to the mainland (that would ameliorate any dependence on Argentina) was promised by the British but never provided. Líneas Aéreas del Estado (LADE), the airline operated by the Argentine Air Force (Fuerza Aérea Argentina or FAA), began an air link to the islands. Initially this service operated amphibious aircraft between Comodoro Rivadavia and Stanley using Grumman HU 16 Albatross aircraft. The inauguration of the service was commemorated by a series of stamps issued by both the Argentine and Falkland Island postal services. In 1972, a temporary airstrip was constructed by Argentina near Stanley. Britain constructed a small permanent airstrip in 1976 suitable only for short haul flights. As part of the agreement, islanders had to travel via Argentina and were forced to carry Argentine Identity Cards issued in Buenos Aires. The Tarjeta Provisoria or "white card" as they were known were hated by the islanders, who felt they were a de facto Argentine passport, since only islanders were required to use them and not other temporary residents of the islands. Tensions were raised further with the agreement that male Falkland Islanders would not have to undertake conscription into the Argentine Army, since this carried the implication that Falkland Islanders were Argentine citizens. LADE set up an office in Stanley and mail was routed through Argentina. Medical treatments unavailable in the islands were provided in Argentina and scholarships were made available for study in Buenos Aires, Córdoba and other Argentine cities. Spanish language teachers were provided by Argentina. Foreign Office officials in Stanley were instructed to do everything possible to foster good relations between the Falkland Islands and Argentina. The islands became more dependent upon Argentina, when the British and Argentine governments agreed that the islands would be supplied with petrol, diesel and oil by YPF, the Argentine national oil and gas company. Despite these tensions relationships between the islanders and the Argentines operating the new services in the islands were cordial. Although there was apprehension, politics were generally avoided and on a one to one basis there was never any real hostility. On the international level, relations began to sour in 1975 when Argentine delegates at the London meeting of the International Parliamentary Union condemned Britain's "act of international piracy" in establishing a colony in the Falkland Islands. Diplomatic relations between Britain and Argentina were broken but resumed in 1976. In October 1975, the British Government tasked Lord Shackleton (son of the Antarctic explorer Sir Ernest Shackleton) with an economic survey of the Falkland Islands. The Argentine Government reacted furiously and refused permission for Lord Shackleton to travel via Argentina. Later the ship transporting Shackleton to the islands, RRS Shackleton, was fired upon by the Argentine destroyer ARA Almirante Storni. In 1976, after a military junta took control of the country, Argentina covertly established a military base on Southern Thule. It was discovered by the British Antarctic Survey ship RRS Bransfield in 1977. The British protested but restricted their response to a diplomatic protest. Backing up the diplomatic efforts, the British Prime Minister Jim Callaghan sent a naval task force consisting of surface ships and a nuclear submarine. Nevertheless, Argentine aircraft and warships harassed ships fishing in Falkland waters. Lord Shackleton's report was delivered in 1977 and documented the economic stagnation in the islands. It nevertheless concluded that the islands made a net contribution to the British economy and had economic potential for development. Recommendations included oil exploration, exploitation of the fisheries, extension of the Stanley runway, the creation of a development agency, the expansion of the road network, expansion of the facilities at Stanley harbour and the breakdown of absentee landlord owned farms into family units. The report was largely ignored at the time, as it was felt that acting upon it would sour relations with Argentina. A reprise of the report by Lord Shackleton in 1982 following the Falklands War became the blueprint for subsequent economic development of the islands.

Фолклендская война

Аргентина вторглась на острова 2 апреля 1982 года, используя специальные силы, которые высадились в Муллет-Крик и продвинулись к Дому правительства в Стэнли, в то время как вторичные силы прибыли из залива Йорк. Они встретили незначительное сопротивление, поскольку против них было лишь небольшое подразделение из пятидесяти семи британских морских пехотинцев и одиннадцати моряков, а также силы обороны Фолклендских островов (которые впоследствии были отправлены в залив Фокс). Со стороны Аргентины был один погибший. Это событие привлекло международное внимание, какого острова никогда прежде не испытывали, и сделало их широко известными в Великобритании. На короткий период Фолклендские острова оказались под аргентинским контролем. Это выразилось в установке дорожных знаков на испанском языке и попытках перевести движение на правостороннее (хотя в то время на Фолклендских островах было мало дорог с двумя полосами движения). Во многих районах Кампа, таких как Гуз Грин и остров Пеббл, жители оказались под домашним арестом. Британцы ответили экспедиционным корпусом, который высадился через семь недель и после ожесточенных боев вынудил аргентинский гарнизон капитулировать 14 июня 1982 года. Война оказалась аномальной во многих отношениях, в том числе и потому, что продемонстрировала, что стрелковое оружие по-прежнему имеет значение. Она также имела серьезные последствия для военной хунты, которая вскоре была свергнута. Общее политическое наследие Маргарет Тэтчер остается спорным и вызывает разногласия в Великобритании, а в контексте Фолклендских островов вывод ее правительством HMS Endurance рассматривается как фактор, способствовавший возникновению конфликта, поскольку он послал неверные сигналы об отношении Великобритании к сохранению своей территории. Однако на Фолклендских островах ее считают героиней за решимость, проявленную в ответ на аргентинское вторжение. Островитяне отмечают День Маргарет Тэтчер 10 января, а улица Тэтчер-Драйв в Стэнли названа в ее честь.

Послевоенный

После войны Великобритания сосредоточилась на улучшении своих объектов на островах. Она значительно увеличила свое военное присутствие, построив крупную базу на авиабазе Маунт-Плезант и порт в Маре-Харбор. Также были сделаны значительные инвестиции в улучшение инфраструктуры в Стенли, а также в транспортную и дорожную сеть по всему архипелагу, включая асфальтирование дороги Стенли – Маунт-Плезант и многих улиц в Стенли. Численность населения возросла за счет роста Стенли, но сократилась в Кэмпе (сельской местности). С ноября 2008 года регулярное паромное сообщение связывает Восточный и Западный Фолкленд, осуществляя перевозку автомобилей, пассажиров и грузов на пароме MV Concordia Bay – двухвинтовом мелководном десантном судне. Значительные изменения в управлении Фолклендскими островами были введены конституцией 1985 года. Правительство Фолклендских островов (FIG) стало парламентской представительской зависимостью, члены которого избираются демократическим путем, в то время как губернатор, как глава правительства и представитель монарха, является лишь номинальной фигурой, не обладающей исполнительными полномочиями. Фактически, Фолклендские острова обладают самоуправлением, за исключением вопросов внешней политики. (FIG самостоятельно представляет себя в Специальном комитете ООН по деколонизации, поскольку правительство Великобритании больше не участвует в его работе.) Связи с Аргентиной были разорваны в послевоенный период, и были введены законы, запрещающие гражданам Аргентины приобретать землю. Альтернативным торговым партнером стала Чили, связи с которой развивались на протяжении многих лет, включая авиарейсы в Пунта-Аренас (на юге Патагонской Чили, недалеко от Огненной Земли). В последние годы аргентинцам вновь разрешено посещать острова, часто для посещения военных кладбищ, где покоятся их друзья и близкие. Наземные мины оставались серьезной проблемой в течение 38 лет после войны. Полная очистка территории от мин была завершена к ноябрю 2020 года. В 1983 году Великобритания приняла Закон о британском гражданстве (Фолклендские острова), предоставивший островитянам полное британское гражданство. Высокопоставленные официальные лица посещали острова, чтобы продемонстрировать приверженность Великобритании, включая Маргарет Тэтчер, принца Уэльского и принцессу Александру. В 1985 году зависимость Фолклендские острова была разделена на собственно Фолклендские острова и новую отдельную территорию – Южную Георгию и Южные Сандвичевы острова. Отношения между Великобританией и Аргентиной оставались напряженными после 1982 года. Несмотря на то, что Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, призывающую Великобританию и Аргентину возобновить переговоры о будущем островов, Великобритания исключила возможность дальнейших обсуждений вопроса о суверенитете. Великобритания также сохранила эмбарго на поставки оружия в Аргентину, введенное во время войны, что вынудило аргентинские вооруженные силы (традиционного покупателя британской продукции) обратиться к другим рынкам. Дипломатические отношения были восстановлены в 1989 году. Отношения между Великобританией и Аргентиной улучшились в 1990-х годах. В 1998 году президент Аргентины Карлос Менем посетил Лондон, где подтвердил претензии Аргентины на острова, но заявил, что для их возвращения будут использоваться исключительно мирные средства. В 2001 году премьер-министр Великобритании Тони Блэр посетил Аргентину, где выразил надежду на то, что Великобритания и Аргентина смогут урегулировать свои разногласия. Однако в ходе визита переговоры о суверенитете не проводились.

Following the war, Britain focused on improving its facilities on the islands. It increased its military presence significantly, building a large base at RAF Mount Pleasant and its port at Mare Harbour. It also invested heavily in improving facilities in Stanley and transport and infrastructure around the islands, tarmacking the Stanley–Mount Pleasant road and many roads within Stanley. The population has risen due to the growth of Stanley, but has declined in Camp (the countryside). Since November 2008, a regular ferry service has linked East and West Falkland, carrying cars, passengers and cargo serviced by MV Concordia Bay, a twin screw shallow draught landing craft. A major change to the governance of the Falkland Islands was introduced by the 1985 constitution. The Falkland Islands Government (FIG) became a parliamentary representative dependency, whose members are democratically elected; while the governor, as head of government and representative of the monarch, is purely a figurehead without executive powers. Effectively, the Falkland Islands are self governing, with the exception of foreign policy. (The FIG represents itself at the United Nations Special Committee on Decolonisation, as the British Government no longer attends.) Links with Argentina were severed in the post war period, and laws introduced forbidding Argentine citizens from buying land. An alternative trading partner was found in Chile, with links developing over the years, including flights to Punta Arenas (in the far south of Patagonian Chile, near Tierra del Fuego). In recent years, Argentines have been allowed to visit the islands again, often to visit the military cemeteries where their friends and loved ones are buried. Land mines were a persistent problem for 38 years following the war. Land mine clearance was completed by November 2020. In 1983, the UK passed the British Nationality (Falkland Islands) Act granting full British citizenship to the islanders. High profile dignitaries visited to show British commitment to the islands, including Margaret Thatcher, the Prince of Wales, and Princess Alexandra. In 1985, the Falkland Islands Dependency was split into the Falkland Islands proper and a newly separate territory of South Georgia and the South Sandwich Islands. Relations between the UK and Argentina remained hostile after 1982. Although the United Nations General Assembly passed a resolution calling on the UK and Argentina to return to negotiations over the Islands' future, the UK ruled out further talks over the islands' sovereignty. The UK also maintained the arms embargo against Argentina that they initiated during the war, compelling the Argentine armed forces (a traditional UK buyer) to switch to other markets. Diplomatic relations were restored in 1989. Relations between the UK and Argentina improved further in the 1990s. In 1998, Argentine President Carlos Menem visited London, where he reaffirmed Argentina claims to the Islands, but stated that only peaceful means would be used for their recovery. In 2001, UK Prime Minister Tony Blair visited Argentina, where he stated his hope that the UK and Argentina could resolve their differences. However, no talks on sovereignty took place during the visit.

Увеличение британского военного присутствия и новые базы

После войны британцы все еще сталкивались с потенциальной будущей агрессией, поэтому авианосец оставался на дежурстве, охраняя острова со своей эскадрильей Sea Harrier, в то время как местный аэродром был подготовлен для приема реактивных самолетов. Сначала несение службы осуществлял , а затем отправился на север для замены коробки передач. Затем «Непобедимый» вернулся, чтобы сменить «Гермес», которому срочно требовалась очистка котлов. «Непобедимый» оставался на службе, пока не был срочно отправлен на юг (ввод в эксплуатацию проходил во время перехода). После того, как взлетно-посадочная полоса Порт-Стэнли была готова для реактивных самолетов, там были размещены несколько F-4 Phantom, сменивших Illustrious. На островах отсутствовали казармы для постоянного гарнизона, поэтому Министерство обороны арендовало два бывших автомобильных парома в качестве плавучих казарм: TEV Rangatira, принадлежащий компании Union Company of New Zealand, и от Sealink в Великобритании. Rangatira прибыла в Порт-Стэнли 11 июля 1982 года и оставалась там до 26 сентября 1983 года. Местные жители иногда называют базу «Звездой смерти» из-за ее огромных размеров и порой запутанной планировки. Место для новой базы было выбрано в Маунт-Плезант, к западу от Стэнли. Аэродром был открыт герцогом Йоркским в 1985 году и стал полностью оперативным в 1986 году. Используя код аэропорта IATA MPN, RAF Mount Pleasant также является единственным международным аэропортом Фолклендских островов, помимо своей военной функции. Рейсы для гражданских пассажиров выполняются дважды в неделю. В настоящее время эти рейсы осуществляет гражданская авиакомпания от имени Королевских ВВС, по маршруту RAF Brize Norton (Оксфордшир, Великобритания) с дозаправкой на острове RAF Ascension в центрально-южной части Атлантического океана. Чилийская авиакомпания LAN Airlines также выполняет еженедельные рейсы из Сантьяго. С конца 1980-х годов, когда вблизи Фолклендских островов были обнаружены значительные запасы двух видов кальмаров, пользующихся спросом у потребителей, рыболовство стало крупнейшей отраслью экономики. 14 сентября 2011 года Rockhopper Exploration объявила о планах по началу добычи нефти в 2016 году с использованием технологии плавучих установок для хранения и отгрузки нефти (FPSO), аналогичной той, что применялась на месторождении Foinaven у Шетландских островов. На производственном участке потребуется около 110 человек, работающих в море, и еще 40 – на суше. Ожидается, что нефть будет торговаться по цене 90–105% от цены на нефть Brent. Среди небольших предприятий, предпринявших попытки в Фокс-Бей, были овощная ферма, лососевая ферма и трикотажная фабрика под названием «Warrah Knitwear». Туризм является второй по величине отраслью экономики. Война принесла островам новую известность; теперь туристы приезжают как для наблюдения за дикой природой, так и для посещения мест боевых действий. Круизные лайнеры часто заходят сюда, нередко в рамках круизов в Антарктиду. Тем не менее, удаленность архипелага и отсутствие прямых рейсов в крупные города делают Фолклендские острова дорогим направлением.

After the war, the British still faced potential future aggression, so an aircraft carrier was kept on station guarding the islands with its squadron of Sea Harriers, while the local airfield was prepared for jet aircraft. took guard duty first, whilst went north to change a gearbox. Invincible then returned to relieve Hermes, which urgently needed to have its boilers cleaned. Invincible remained until was rushed south (being commissioned during the journey). Once the Port Stanley runway was ready for jets, several RAF F 4 Phantoms were stationed there, relieving Illustrious. The islands lacked barracks for a permanent garrison, so the Ministry of defence chartered two former car ferries as barracks ships: TEV Rangatira from the Union Company of New Zealand and from Sealink in Britain. Rangatira arrived in Port Stanley on 11 July 1982 and stayed until 26 September 1983. The base is occasionally referred to by residents as "the Death Star" because of its vast size and sometimes confusing layout. Mount Pleasant, to the west of Stanley, was chosen as the site for the new base. The airfield was opened by The Duke of York in 1985, and became fully operational in 1986. Using the IATA airport code MPN, RAF Mount Pleasant also acts as the Falkland Islands' only international airport, in addition to its military role. Flights open to civilian passengers are operated twice weekly. These flights are currently operated by a civilian airline on behalf of the Royal Air Force, and fly to and from RAF Brize Norton in Oxfordshire, UK with a refuelling stop at RAF Ascension Island in the south central Atlantic Ocean. Chilean airline LAN Airlines also operate weekly flights from Santiago. Since the late 1980s, when two species of squid popular with consumers were discovered in substantial numbers near the Falklands, fishing has become the largest part of the economy. On 14 September 2011, Rockhopper Exploration announced plans under way for oil production to commence in 2016, through the use of Floating production storage and offloading (FPSO) technology, replicating the methodology used on the Foinaven field off the Shetland Islands. The production site will require approximately 110 people working offshore and another 40 working onshore. The oil is expected to trade at 90–105% of the Brent crude price. Some small businesses attempted at Fox Bay have included a market garden, a salmon farm and a knitting mill with "Warrah Knitwear". Tourism is the second largest part of the economy. The war brought the islands newfound fame; now tourists come both to see wildlife and go on war tours. Cruise ships often visit, frequently as a tie in to Antarctica. Nonetheless, the remoteness of the archipelago, and the lack of direct flights to major cities, make the Falklands an expensive destination.

Сохранение

В соответствии с растущим мировым интересом к вопросам экологии, вокруг островов были созданы некоторые природные заповедники, хотя национальных парков нет. В 1990 году семья Клифтон, владевшая островом Морских Львов, продала его компании по развитию Фолклендских островов. Они высадили 60 000 зарослей тусака.