Нью-Йорк: Расцвет и консолидация (1898–1945)

Введение

В период с 1898 по 1945 год Нью-Йорк укрепил свой статус объединенного города. Нью-Йорк стал центром национальных коммуникаций, торговли и финансов, а также популярной и высокой культуры. Более четверти из 300 крупнейших корпораций в 1920 году размещали свои штаб-квартиры именно там. Эпоха началась с образования объединенного города, состоящего из пяти боро, в 1898 году, с общим населением в 3,4 миллиона человек. Новые транспортные связи, особенно открытое в 1904 году Нью-Йоркское метро, связали воедино новый мегаполис. Увеличение иммиграции католических и еврейских рабочих из Южной и Восточной Европы расширило рабочую силу, пока Мировая война не приостановила иммиграцию в 1914 году. Нехватка рабочей силы во время войны привлекла афроамериканцев с Юго-Востока, которые отправились на север в рамках Великой миграции. Они стали спонсорами Гарлемского Ренессанса – расцвета литературы и культуры, прославлявшего опыт афроамериканцев. "Ревущие двадцатые" стали годами гламура и богатства, ознаменованными строительным бумом, в ходе которого небоскребы росли всё выше и выше, формируя знаменитый городской силуэт. Финансовый сектор Нью-Йорка стал доминировать в национальной и мировой экономике. Экономика Нью-Йорка процветала после 1896 года, с некоторыми кратковременными спадами, до начала десятилетней Великой депрессии, вызванной крахом фондового рынка на Уолл-стрит в конце 1929 года. Экономика восстановилась к 1940 году и расцвела в годы Второй мировой войны. Основными отраслями экономики были строительство, морское судоходство, швейная промышленность, производство станков и полиграфия. Профсоюзы то укреплялись, то слабели, но вновь возрождались. Нью-Йорк обладал самой сильной финансовой системой в стране, крупным рынком предметов роскоши и процветающей высокой культурой, основанной на поддержке многочисленных меценатов, музеев, галерей, университетов, художников, писателей и издательств. Демократические политические машины в боро обычно контролировали политическую жизнь. Однако в 1933 году они были окончательно свергнуты реформаторами, которые избрали и неоднократно переизбирали Фиорелло Ла Гуардию. Значительная федеральная поддержка способствовала превращению города в оплот коалиции "Новый курс" и модель масштабных государственных расходов на инфраструктуру.

none

During the years of 1898–1945, New York City consolidated. New York City became the capital of national communications, trade, and finance, and of popular culture and high culture. More than one fourth of the 300 largest corporations in 1920 were headquartered there. The era began with the formation of the consolidated city of the five boroughs in 1898, with a total population of 3.4 million. New transportation links, especially the New York City Subway, opened in 1904, bound together the new metropolis. Increased immigration of Catholic and Jewish workers from Southern and Eastern Europe expanded the labor force until the World War ended immigration in 1914. Labor shortages during the war attracted African Americans from the Southeast, who headed north as part of the Great Migration. They sponsored the Harlem Renaissance of literature and culture celebrating the black experience. The Roaring Twenties were years of glamour and wealth, highlighted by a construction boom, with skyscrapers built higher and higher in the famous skyline. New York's financial sector came to dominate the national and the world economies. The economy of New York City prospered after 1896, with a few short dips, until the decade long Great Depression, which began with a Wall Street stock market crash in late 1929. The economy recovered by 1940 and flourished during the World War II years. The main bases of the economy were construction, ocean shipping, garments, machine tools, and printing. Labor unions rose and fell and rose again. New York boasted the nation's strongest financial system, a large upscale market for luxury goods, and a flourishing high culture based on many philanthropists, museums, galleries, universities, artists, writers, and publications. The Democratic political machines in the boroughs generally controlled politics. However, they were finally overthrown in 1933 by reformers who elected and repeatedly re elected Fiorello La Guardia. Heavy federal patronage helped convert the city into a stronghold of the New Deal Coalition and the model of heavy government spending on infrastructure.

Прогрессивная эра: 1890-е - 1920-е годы

Современные пять районов, составляющих город Нью-Йорк, были объединены в 1898 году. В том году города Нью-Йорк – включавшие в себя современные Манхэттен и Бронкс – и Бруклин были объединены с округами Куинс и Стейтен-Айленд. Общая численность населения в 1900 году составляла 3,4 миллиона человек, увеличившись до 5,6 миллиона в 1920 году и стабилизировавшись на уровне 7,9 миллиона в 1950 году. Население отличалось большим этническим, расовым, религиозным и классовым разнообразием. Город пережил огромный рост населения, промышленности и благосостояния. К значительным достижениям относится строительство системы метрополитена частными компаниями. Город финансировал строительство крупных новых мостов между Манхэттеном и Бруклином, а также Куинсом, что обеспечило возможность ежедневных поездок и способствовало развитию промышленной базы в этих районах. Город также расширил свои портовые мощности, улучшил транспортную систему, построил сотни новых начальных и средних школ и реализовал масштабные программы общественного здравоохранения. На Манхэттене было возведено множество ранних небоскребов, включая несколько самых высоких зданий в мире.

Машинная политика против реформаторов

Политика объединенного города строилась вокруг конфликтов между политическими машинами и реформаторами. В спокойные времена машины имели прочную базу сторонников и обычно контролировали дела города и районов; они также играли важную роль в законодательном собрании штата в Олбани. Таммани-холл, начиная с 1880-х годов, создала мощную сеть местных клубов, привлекавших амбициозных представителей среднего класса. Однако в кризисные времена, особенно во время тяжелых депрессий 1890-х и 1930-х годов, реформаторы брали под контроль ключевые посты, в частности, пост мэра. Реформаторы никогда не были едины; они действовали через сложную сеть независимых общественных групп реформ, каждая из которых сосредоточила свои лоббистские усилия на своей собственной повестке дня. В их рядах были сознательные, образованные мужчины и женщины из среднего класса, обычно обладавшие профессиональными навыками, глубоко не доверявшие коррупции машин. Объединение в 1898 году усилило влияние этих групп реформ, когда им удавалось договориться об общей повестке дня, такой как само объединение. Городской машины как таковой не существовало. Вместо этого демократические машины процветали в каждом из районов, при этом Таммани-холл на Манхэттене была наиболее влиятельной. Обычно они имели сильные районные организации, известные как «политические клубы», а также одного видного лидера, часто называемого «боссом». Чарльз Мёрфи был высокоэффективным, но сдержанным боссом Таммани-холла с 1902 по 1924 год. «Большой Тим» Салливан был лидером Таммани в Бауэри и представителем машины в законодательном собрании штата вместе с Робертом Ф. Вагнером и Элом Смитом. Республиканские местные организации были гораздо слабее, но играли ключевую роль в формировании коалиций реформ. В основном они ориентировались на Олбани и Вашингтон, округ Колумбия, в поисках сфер влияния. Дух прогрессивной эры вдохнул новую жизнь в политику Нью-Йорка, воодушевив реформаторов осуждением неэффективности, расточительства и коррупции. Акцент делался на экспертных знаниях и научной организации крупных проектов. Таммани-холл поддержала это направление под новым руководством Чарльза Фрэнсиса Мёрфи. Она сама продвигала имидж реформатора, поддерживала реформаторов на посту мэра и преуменьшала открытые формы коррупции, взяточничества и злоупотреблений. Ирландцы оставались у власти в Таммани, и руководство имело множество возможностей для того, что олдермен Джордж Вашингтон Планкетт назвал «честной наживой» – например, приоритетного доступа к прибыльным строительным контрактам без кражи или совершения незаконных действий. Трое реформаторов стали мэрами. Сет Лоу, президент Колумбийского университета, объединил реформаторов и республиканцев в едином списке, победившим на выборах мэра в 1902 году. Лоу не обладал народным обаянием и потерял значительную часть поддержки рабочего класса, когда прислушался к сторонникам запрета, стремившимся подавить торговлю спиртными напитками. Таммани вернулась в 1904 году с уважаемым реформатором, Джорджем Б. Макклелланом-младшим, сыном известного генерала Гражданской войны и опытным политиком. Уильям Джей Гейнор, реформаторский судья, получил номинацию Таммани в 1909 году. Джон Пуррой Митчелл, реформатор и любимец президента Вудро Вильсона, был избран в 1913 году. Митчелл получил сильную поддержку прогрессистов, что позволило ему реорганизовать бюрократию, бороться с пороками и повысить эффективность налогообложения. Поддержка Митчеллом союзников в Первой мировой войне оттолкнула немцев, а рабочий класс был обеспокоен его планами по профессиональному образованию. В 1917 году он проиграл Джону Фрэнсису Хайлану; Хайлан был переизбран в 1921 году и тесно сотрудничал с Херстом, пока не был отстранен Аль Смитом и Таммани в 1925 году. Таммани осознала необходимость реформаторов в своем списке, но ей было трудно с ними работать. Макклеллану нужно было баллотироваться на переизбрание в 1905 году, чтобы отразить серьезный вызов со стороны независимого издателя Уильяма Рэндольфа Херста. Но в 1906 году Таммани заключила сделку и поддержала Херста на посту губернатора, в результате чего Макклеллан порвал с машиной. Гейнор оказался гораздо более независимым, чем ожидалось, и ему было отказано в переизбрании.

The politics of the consolidated city revolved around conflicts between the political machines and the reformers. In the quiet times, the machines had a solid core of supporters and usually exercised control of city and borough affairs; they also played a major role in the state legislature in Albany. Tammany Hall from the 1880s and onward built a strong network of local clubs that attracted ambitious middle class ethnics. In times of crisis however, especially in the severe depressions of the 1890s and the 1930s, the reformers took control of key offices, notably the mayor's office. The reformers were never unified; they operated through a complex network of independent civic reform groups, each focusing its lobbying efforts on its own particular reform agenda. Membership included civic minded, well educated middle class men and women, usually with expert skills in a profession or business, who deeply distrusted the corruption of the machines. Consolidation in 1898 multiplied the power of these reform groups, whenever they could agree on a common agenda such as consolidation itself. There was no citywide machine. Instead, Democratic machines flourished in each of the boroughs, with Tammany Hall in Manhattan the most prominent. They typically had strong neighborhood organizations, known as "political clubs", as well as one prominent leader often called "the boss". Charles Murphy was the highly effective but quiet boss of Tammany Hall from 1902–1924. "Big Tim" Sullivan was the Tammany leader in the Bowery and the machine's spokesman in the state legislature along with Robert F. Wagner and Al Smith. Republican local organizations were much weaker, but they played key roles in forming reform coalitions. Most of the time they looked to Albany and Washington, D. C., for their sphere of influence. The spirit of the Progressive Era infused New York politics, energizing the reformers with a condemnation of inefficiency, waste, and corruption. An emphasis was placed on expertise and scientific organization of large scale projects. Tammany Hall went along, under the new leadership of Charles Francis Murphy. It promoted a reform image itself, sponsored reformers as mayor, and downplayed overt forms of corruption, graft, and bribery. The Irish remained in control of Tammany, and the leadership had many opportunities for what Alderman George Washington Plunkett called "honest graft" such as an inside track to lucrative construction contracts without any stealing or committing illegal acts. Three reformers became mayor. Seth Low, the president of Columbia University, united reformers and the Republicans in a fusion ticket that won the mayor's race in 1902. Low lacked the common touch and lost much of his working class support when he listened to Prohibitionists eager to crack down on the liquor business. Tammany was back in 1904 with a prestigious reformer, George B. McClellan Jr., the son of the famous Civil War general and an experienced politician in his own right. William Jay Gaynor, reform judge, won the Tammany nomination in 1909. Fusion reformer John Purroy Mitchel, a favorite of President Woodrow Wilson, was elected in 1913. Mitchel had strong support from the progressives, enabling him to reorganize the bureaucracy, crackdown on vice, and make taxation more efficient. Mitchel's support for the Allies in the World War alienated Germans, and the working classes were alarmed at his plans for vocational education. He was defeated in 1917 by John Francis Hylan; Hylan was re elected in 1921 and collaborated closely with Hearst until he was ousted by Al Smith and Tammany in 1925. Tammany realized it needed reformers on the ticket, but it had a hard time working with them. It needed McClellan to run for re election in 1905 to beat off the tremendous challenge by independent publisher William Randolph Hearst. But in 1906 Tammany cut a deal and supported Hearst for governor, so McClellan broke with the machine. Gaynor proved much more independent than expected and was denied renomination.

Транспортировка

Муниципальная консолидация способствовала установлению более тесных физических связей между боро. Строительство Нью-Йоркского метрополитена началось с открытия первой линии IRT в 1904 году. Первоначально системы Interborough Rapid Transit Company (IRT) и Brooklyn Manhattan Transit Corporation (BMT) (к которым в 1925 году должна была присоединиться третья система – Независимая система метрополитена или IND) были обособленными. Они немедленно стали фактором дальнейшего расселения и развития населения. Открытие моста Уильямсбург в 1903 году и Манхэттенского моста в 1909 году еще больше связало Манхэттен с быстрорастущим районом жилой застройки в Бруклине. Всемирно известный вокзал Гранд-Централ был открыт 1 февраля 1913 года как крупнейший в мире железнодорожный вокзал, заменив собой более ранний терминал, располагавшийся на этом же месте. Станция Пенсильвания, столь же большая и величественная железнодорожная станция, находившаяся в нескольких кварталах к западу и снесенная в 1963 году, была открыта в 1910 году.

Жизнь иммигранта

В начале XX века европейская иммиграция быстро росла, но внезапно прекратилась в 1914 году из-за Первой мировой войны и Закона об экстренных квотах, способствовавшего ассимиляции новых поселенцев в американской жизни. Среди новых прибывших были итальянские и польские католики, а также идиш-говорящие евреи из Восточной Европы. Продолжались, хотя и в меньших объемах, потоки иммигрантов из традиционных источников – Ирландии, Великобритании и Германии. Жители Малой Германии, на территории нынешнего Ист-Виллидж, перебрались в более благополучные районы, а их место заняли растущие ряды бедных иммигрантов в Нижнем Ист-Сайде.

Евреи

В 1850 году около трети из 50 000 американских евреев жили в Нью-Йорке; они говорили по-немецки (не по-идиш), были активны в реформаторских общинах и занимали ведущие позиции в банковском, финансовом, торговом и швейном секторах города. Совершенно иная группа – 1,4 миллиона бедных евреев, говорящих на идише, из России и Восточной Европы бежали от погромов и антисемитизма между 1880 и 1914 годами. Более миллиона из них поселились в Нью-Йорке, где к 1910 году составляли четверть населения города. Многие стали предпринимателями, открывая небольшие магазины; большинство работали на швейных машинах на многочисленных мелких швейных фабриках города. Насильственные столкновения между этническими группами были удивительно распространены. Местные этнические банды контролировали свои территории и избивали мальчиков, заходивших на чужую территорию. Каждая этническая группа имела свои молодежные банды, особенно агрессивными были ирландские банды. Один серьезный инцидент произошел в 1902 году, когда процессия из 25 000 – 50 000 евреев, шествовавших на похороны Якова Иосифа, главного раввина ортодоксальной общины, проходила мимо фабрики Хое. На них напали рабочие или мальчики, бросавшие мусор из окон фабрики. Евреи дали отпор и быстро осадили фабрику с ее 1800 мужчинами и мальчиками, разбив все окна. Полиция (в основном ирландская) разогнала толпу и избила многих нападавших на фабрику. Были арестованы 11 евреев и 4 рабочих фабрики. В еврейской устной традиции винили в антисемитизме как ирландских рабочих фабрики, так и полицию. Однако недавние исторические исследования показали, что рабочие фабрики были в основном немцами, а не ирландцами, и что полиция действовала в соответствии со стандартной практикой подавления беспорядков. В целом, полиция жестко контролировала межэтническое насилие.

Образование

Реформаторы прогрессивной эры активно продвигали бесплатное государственное образование в средней школе, исходя из предположения, что невежество – это потеря, а обучение развивает личность наряду с навыками, необходимыми в модернизирующемся обществе. Число учащихся в государственных школах выросло с 553 000 в 1900 году до 1,1 миллиона в 1930 году, а затем несколько снизилось. Широкий спектр школ включал начальные, неполные средние, а также полноценные, академические и профессиональные старшие школы. Кроме того, система поддерживала школы по обучению музыке, искусству, науке, кулинарии, швейному делу, печати и тому подобному, со специальными школами для детей с ограниченными возможностями и обширной вечерней программой для взрослых. Возможность бесплатного государственного образования в средней школе была особенно привлекательна для бедных еврейских иммигрантов, которые высоко ценили человеческий капитал. Другие этнические группы города, особенно итальянцы, обычно придавали гораздо большее значение владению жильем, что требовало от мальчиков и девочек начать зарабатывать деньги примерно с 14 лет. В итальянской общине девочки бросали школу как можно раньше, чтобы работать дома или на фабрике. Изменение произошло в 1930-х годах, когда большее их число оставалось в школе, хотя и лишь вполовину меньше, чем еврейских девочек. Некоторые историки утверждают, что итальянцы подверглись модернизации под влиянием американской культуры; их семьи стали менее патриархальными и допускали более индивидуалистические карьерные устремления для женщин. Однако историк Мириам Коэн утверждает, что эти более современные взгляды были вызваны меняющимися возможностями для всех молодых женщин в Нью-Йорке. Католические священники настоятельно рекомендовали приходские школы, по крайней мере, для учеников начальной школы, и быстро расширяли систему католических средних школ, особенно для немецкой и ирландской молодежи, чьи семьи десятилетиями жили в городе. Численность учащихся в католических школах выросла с 79 000 в 1900 году до 286 000 в 1930 году, достигнув пика в 332 000 в 1960 году. Процветали также элитные частные школы, а также школы для взрослых, такие как Школа танцев Артура Мюррея и множество музыкальных школ. Десятки тысяч взрослых проходили заочное обучение по переписке. Еврейские мальчики и молодые люди преуспевали в нью-йоркских государственных школах. Проблема возникала с обучением девочек в старших классах. Еврейские мужчины все еще сомневались в необходимости образования для девочек, а бедным семьям были нужны деньги, которые они могли бы заработать на работе полный рабочий день. Те, кто приехал в Америку в юном возрасте, быстро осваивали английский язык, но чем старше они были по прибытии, тем сложнее казался язык. Тем не менее, многие молодые еврейки старались и открывали себе путь к работе в офисах и профессиям, требующим умственного труда. Вероятно, большинство из них видели осуществление своих мечтаний в своих детях, а не в себе.

Progressive Era reformers strongly promoted free public schooling through high school, on the assumption that ignorance was a waste and that learning developed the personality as well as skills needed in a modernizing society. Public school enrollment rose from 553,000 in 1900, to 1.1 million in 1930, and then declined a bit. The wide range of schools included elementary, junior high schools, as well as comprehensive, academic, and technical senior high schools. In addition, the system operated training schools in music the arts, science, cooking, the needle trades, printing, and the like, with special schools for handicapped children and a large evening program for adults. The availability of free public education through high school was especially attractive to poor Jewish immigrants who placed a high value on human capital. The city's other ethnic groups, most notably the Italians, typically placed a much higher value on home ownership, which required boys and girls to start earning money by age 14 or so. In the Italian community, girls left school as soon as possible to work at home or to take factory jobs. The shift came in the 1930s, as more of them stayed in school, although at only half the rate of Jewish girls. Some historians argue that the Italians were becoming modernized by American culture; their families became less patriarchal and permitted more individualistic careerism for women. Historian Miriam Cohen, however, says that these more modern attitudes were caused by changing opportunities for all young women in New York. Catholic priests strongly recommended parochial schools at least for elementary students and were rapidly expanding the Catholic high school system, especially for German and Irish youth whose families had been in the city for decades. The Catholic school system grew from an enrollment of 79,000 in 1900, to 286,000 in 1930, peaking at 332,000 in 1960. Upscale private schools also flourished, as well as training schools for adults, such as the Arthur Murray School of Dancing and many music schools. Tens of thousands of adults took correspondence courses through the mail. Jewish boys and young men thrived in the New York public schools. The problem came with girls attending high school. Jewish men still had doubts about educating girls, and poor families needed the money they could earn in full time jobs. Those who came to America as young girls picked up English quickly, but the older they were on arrival, the harder the language appeared. Many young Jewish women nevertheless tried, opening their way to clerical and white collar jobs. Probably most saw their dreams realized in their children rather than themselves.

Высшее образование

Колумбийский университет приобрел международную репутацию крупного исследовательского центра в широком спектре искусств, наук, гуманитарных и медицинских областей. Нью-Йоркский университет в 1890 году оставался преимущественно учебным заведением бакалавриата с ярко выраженным протестантским уклоном. Однако он начал добавлять программы магистратуры, юридическую школу и медицинскую школу, а также аспирантуру по педагогике и бизнес-школу. Он стал одним из крупнейших университетов страны, насчитывая 9 300 студентов в 1917 году и 40 000 в 1931 году. Фордхэмский университет стал лидером в католическом высшем образовании, открыв медицинскую школу, юридическую школу, бизнес-школу и другие подразделения. Его футбольная команда имела общенациональную известность. Фордхэм стал смешанным университетом в 1964 году. Помимо этого, существовало множество небольших специализированных учебных заведений, таких как Вагнер Колледж (лютеранский), Университет Йешива (еврейский), Университет Святого Иоанна (католический), Институт Пратта, Музыкальная школа Джульярд, Школа дизайна Парсонс, Бруклинский политехнический институт и Новая школа социальных исследований. Существовало множество медицинских и юридических школ. Протестантская элита города отправляла своих сыновей в подготовительные школы для университетов в Новой Англии, а затем в колледжи Лиги плюща, а своих дочерей – в колледжи Семи сестер или школы для девушек. После 1900 года Колумбия приобрела репутацию исключительно академического учебного заведения и перестала привлекать молодых людей из высшего класса. В 1914 году процент еврейских студентов в Колумбийском колледже достиг 40%; была введена квотная система, чтобы снизить эту долю до 20%. Государственные университеты, Сити Колледж и Хантер Колледж, были примерно на 80% укомплектованы еврейскими студентами.

Журналистика

К началу XX века в городе насчитывалось от 15 до 20 ежедневных газет и множество еженедельных изданий. Большинство газет продавалось в газетных киосках или распространялось разносчиками, а не по подписке. "The Wall Street Journal" детально освещал деловые вопросы. К 1890-м годам "The New York Times" пришла в упадок. Однако после покупки газеты Адольфом Оксом из Ноксвилла, штат Теннесси, в 1896 году, она стала ориентироваться на состоятельную аудиторию, предлагая непредвзятые и подробные новости. Существовало множество этнических газет. Эти издания играли важную роль в поддержании связи иммигрантов с родиной. Более того, они помогали им стать американцами и понимать особенности американской популярной культуры. С 1895 года Уильям Рэндольф Херст, наследник золотодобытчика из Сан-Франциско, начал соперничать с Джозефом Пулитцером из Сент-Луиса, штат Миссури, за лидерство на рынке газет. И "Journal" Херста, и "World" Пулитцера поддерживали Демократическую партию и стремились увеличить свои продажи с помощью "желтой журналистики", основанной на сенсациях, спорте, скандалах и материалах, таких как комиксы, головоломки, рецепты и советы. К 1898 году тираж обеих газет достиг миллиона экземпляров в день. Херст стал лидером левого крыла Демократической партии и в 1905 году чуть не был избран мэром, а в 1906 году – губернатором. Он вел ожесточенную борьбу с Элом Смитом за контроль над партией, потерпев поражение в 1925 году. После этого он перенес свою штаб-квартиру в Калифорнию.

Катастрофы

15 июня 1904 года более 1000 человек погибли, когда экскурсионный пароход General Slocum загорелся и сгорел в Ист-Ривер. Это был серьезный удар по немецко-американскому сообществу. 25 марта 1911 года пожар на фабрике "Триангель" в Гринвич-Виллидж унес жизни 145 человек, преимущественно итальянских и еврейских работниц швейной промышленности. Это потрясающее событие подстегнуло прогрессивные силы, которые значительно улучшили пожарную службу города, строительные нормы и правила охраны труда. Реакция на катастрофу способствовала росту Международного союза работников швейной промышленности и происходила в контексте более широкого профсоюзного движения, координируемого Американской федерацией труда. В ночь с 14 на 15 апреля 1912 года океанский лайнер следовал в Северной Атлантике в Нью-Йорк, когда затонул, унеся жизни 1500 из 2200 человек. 18 апреля прибыл спасательный корабль, который встретили около 40 000 зевак. Немедленную помощь в виде одежды и транспорта к убежищам предоставили Женский комитет помощи, Общество помощи путешественникам Нью-Йорка и Совет еврейских женщин, среди других организаций. На Манхэттене расположены два мемориала, посвященных "Титанику". 13 апреля 1913 года на крыше Морского церковного института был возведен 18-метровый мемориальный маяк "Титаника" в Нижнем Манхэттене. Парк Штрауса, расположенный на Верхнем Вест-Сайде, посвящен Исидору Штраусу и его жене Айде, которые оба погибли в катастрофе. 16 сентября 1920 года радикалы в городе совершили взрыв на Уолл-стрит – террористический акт возле штаб-квартиры Дома Моргана, в результате которого погибли десятки людей и сотни получили ранения. Власти обвинили анархистов и коммунистов, что усилило продолжающиеся рейды Палмера, но виновные так и не были найдены.

Общественное здравоохранение и санитария

Чистота активно пропагандировалась как добродетель, поддерживалась средним классом и возглавлялась сообществом врачей и экспертов в области общественного здравоохранения. Уборка улиц стала значительной статьей городского бюджета и создавала рабочие места, которые политические машины стремились распределить среди своих избирателей из рабочего класса. В 1900 году лошади по-прежнему использовались для транспорта, как и на протяжении всей истории города. В городе их насчитывалось 200 000, и они производили почти такое же количество навоза ежедневно. Он накапливался на улицах и сметался к обочинам, как снег. Запах был настолько сильным, что горожане приветствовали появление автомобилей как огромное облегчение. Город стал лидером на международном уровне в борьбе с дифтерией – часто смертельной болезнью, которая ежегодно поражала тысячи детей. Исследователи применили передовые лабораторные разработки в области бактериологии и иммунологии для лечения и профилактики этого заболевания, тем самым ликвидировав его как серьезную угрозу. В эпидемии "испанского гриппа" 1918–1919 годов умерли десятки тысяч человек.

Азартные игры

На рубеже веков, в 1900 году, азартные игры были незаконными, но широко распространены в Нью-Йорке. Популярными развлечениями были игры, основанные на удаче, такие как карты, кости и лотереи, а также ставки на спортивные события, в основном на скачки. В высшем обществе азартные игры проводились скрытно в дорогих частных клубах, самым известным из которых был клуб "Саратога", управляемый Ричардом Кенфилдом. Среди известных игроков были Реджи Вандербильт и Джон Бет-а-Миллион Гейтс. Главным конкурентом Кенфилда был "Бронзовая Дверь", который с 1891 по 1917 год управлялся синдикатом игроков, тесно связанным с демократической машиной, представленной Таммани-Холл. Эти элитные заведения были незаконными и подкупали полицию и политиков по мере необходимости. Рабочий класс обслуживали сотни районных игорных притонов, где играли в фаро и были повсеместно распространены лотерейные киоски, где бедные люди могли делать ставки по несколько центов на ежедневные номера и быстро получать выигрыш, чтобы играть снова. Ставки на скачки разрешались только на самих ипподромах, где действовал строгий контроль. Самым известным ипподромом был Белмонт-Парк – комплекс из пяти гоночных дорожек, трибуны на 12 000 мест и многочисленных конюшен, объединенных вокруг роскошного клуба. Представители среднего класса могли посещать городские ипподромы, но моральные устои среднего класса решительно осуждали любые формы азартных игр. Движение за реформы было наиболее сильным в 1890-х годах. Его возглавляли такие люди, как преподобный Чарльз Х. Паркхерст, ведущий пресвитерианский пастор и президент Нью-Йоркского общества по предотвращению преступности, реформаторский мэр Уильям Л. Стронг и его комиссар полиции Теодор Рузвельт. Реформаторы приняли законы в законодательном собрании штата, направленные против любых возникающих игорных заведений. Эти законы соблюдались в большинстве небольших городов и сельских районах, но не в крупных городах Нью-Йорка, где политические машины контролировали полицию и суды.

Политика

Демократы под руководством Эла Смита и Роберта Ф. Вагнера поддержали реформы в 1910-х и 1920-х годах, особенно на благо своего основного электората – рабочего класса. Смит стал губернатором в 1920-х годах, но проиграл президентские выборы в США в 1928 году, хотя и добился значительного успеха в католических округах. Смит выиграл Нью-Йорк. Вагнер служил в Сенате США с 1927 по 1949 год, где был лидером коалиции «Новый курс», уделяя особое внимание поддержке рабочего движения. Президентские выборы 1924 года, на которых большинство жителей Нью-Йорка проголосовали за Кальвина Кулиджа, стали последним случаем, когда кандидат от Республиканской партии побеждал в Нью-Йорке. После 1928 года мэрию охватил скандал. Яркий мэр Джимми Уокер, демократ из Таммани-холла, подал в отставку и бежал в Европу после того, как расследования штата выявили факты получения им взяток. В сочетании с тяготами Великой депрессии это открыло возможности для реформаторов. Они победили в 1933 году, выдвинув объединенного кандидата во главе с Фиорелло Ла Гардией. Он был либеральным конгрессменом-республиканцем с сильными связями с итальянской и еврейской общинами, который находил отклик у избирателей разных партий. Ла Гардия доминировал в городской политике в качестве мэра с 1934 по 1945 год. Он поддерживал президента Франклина Д. Рузвельта и его «Новый курс», а Рузвельт, в свою очередь, щедро финансировал город и лишил поддержки врагов Ла Гардии. Ла Гардия оживил Нью-Йорк и восстановил общественное доверие к мэрии. С помощью Роберта Мозеса он руководил строительством доступного жилья, общественных площадок, парков и аэропортов. Он реорганизовал полицию, разгромил все еще влиятельную машину Таммани-холла и восстановил систему назначения на должности по заслугам, заменив патронаж. Ла Гардия был властным лидером, граничившим с авторитаризмом, но его реформаторская политика была тщательно адаптирована к настроениям его разнообразного электората. Он победил коррумпированную демократическую машину, руководил городом во время Великой депрессии и Второй мировой войны, сделал город образцом для программ социального обеспечения и общественных работ «Нового курса» и защищал иммигрантов и этнические меньшинства. Он добился успеха благодаря поддержке сочувствующего президента, который также враждебно относился к Таммани-холлу. Он закрепил за собой место в истории как решительный реформатор, который помог искоренить коррупцию, привлечь талантливых специалистов и привить городу чувство ответственности за своих граждан. Его администрация вовлекла в политическую систему новые группы, которые ранее были исключены, обеспечила Нью-Йорку современную инфраструктуру и подняла планку городских возможностей.

The Democrats, under the leadership of Al Smith and Robert F. Wagner embraced reform in the 1910s and 1920s, especially to the benefit of their core constituency, the working class. Smith became governor in the 1920s but lost the 1928 United States presidential election, though he did very well in Catholic strongholds. Smith won New York City. Wagner served in the United States Senate from 1927 to 1949, where he was a leader of the New Deal Coalition, paying special emphasis to supporting the labor movement. The 1924 presidential election, in which most New Yorkers voted for Calvin Coolidge, was the last time New York City was carried by a Republican presidential candidate. After 1928, scandal engulfed City Hall. Flamboyant Mayor Jimmy Walker, a Tammany Democrat, resigned and fled to Europe after state investigations showed he had taken bribes. Coupled with the harshness of the Great Depression, this gave an opening to the reformers. They won in 1933 with a Fusion ticket headed by Fiorello La Guardia. He was a liberal Republican Congressman with strong Italian and Jewish connections who appealed across party lines. La Guardia dominated city politics as mayor, 1934 to 1945. He supported President Franklin D. Roosevelt and his New Deal; in turn Roosevelt heavily funded the city and cut off patronage for La Guardia's enemies. La Guardia revitalized New York and restored public faith in City Hall. With the help of Robert Moses he directed the building of low cost public housing, public playgrounds, parks, and airports. He reorganized the police force, defeated the still powerful Tammany Hall machine, and reestablished the merit system in place of patronage jobs. La Guardia was a domineering leader who verged on authoritarianism but whose reform politics were carefully tailored to address the sentiments of his diverse constituency. He defeated a corrupt Democratic machine, presided during the Depression and world war, made the city the model for New Deal welfare and public works programs, and championed immigrants and ethnic minorities. He succeeded with the support of a sympathetic president who was equally hostile to Tammany Hall. He secured his place in history as a tough minded reform mayor who helped clean out corruption, bring in gifted experts, and fix upon the city a broad sense of responsibility for its own citizens. His administration engaged new groups that had been kept out of the political system, gave New York its modern infrastructure, and raised expectations of new levels of urban possibility.

Этники становятся взрослыми

Иммигрантские семьи продолжали обустраиваться, и все больше людей стали переезжать в районы за пределами Манхэттена. В знак городского развития, перепись населения 1920 года впервые показала, что Бруклин опередил Манхэттен по численности населения. Однако великая волна европейской иммиграции, которая только что достигла своего пика, была внезапно прервана Иммиграционным актом 1924 года, который резко ограничил приток иммигрантов из Южной и Восточной Европы.

Гарлемское Возрождение

После 1890 года афроамериканцы начали переселяться в бывший еврейский район Гарлема на Верхнем Вестсайде Манхэттена. Значительно больше людей прибыло в период Первой мировой войны, когда Великая миграция принесла афроамериканцев для заполнения появившихся рабочих мест в условиях приостановленной иммиграции. Гарлем стал политической столицей афроамериканской Америки, с весьма противоречивым руководством Маркуса Гарви в начале 1920-х годов. Активная борьба за гражданские права продолжалась в 1930-х и 1940-х годах, часто под руководством баптистского пастора Адама Клейтона Пауэлла-младшего, избранного в Конгресс США в 1942 году. Безработица была серьезной проблемой в годы Великой депрессии, но агентства помощи, созданные в рамках «Нового курса», такие как Корпус охраны окружающей среды и Администрация прогресса работ, обеспечили значительную занятость на равных условиях. Значительная часть организованных протестов была направлена на требование рабочих мест и магазинов, принадлежащих и управляемых белыми в Гарлеме. Гарлемский Ренессанс с 1920 по 1940 год привлек всемирное внимание к афроамериканской литературе. На протяжении многих лет, особенно в 1920-е годы, Гарлем был центром расцвета социальной мысли и культуры, среди многочисленных афроамериканских художников, музыкантов, романистов, поэтов и драматургов. Среди наиболее известных писателей были Лэнгстон Хьюз, Джеймс Уэлдон Джонсон, Клод Маккей и Зора Нил Херстон.

Эпоха джаза

В эпоху джаза блистали знаменитости, среди наиболее известных в городе были мадам Полли Адлер; джазовая певица Элла Фицджеральд; танцовщица Марта Грэм; хозяйка спикизи Техас Гинан; издатель журнала Time Генри Люс; писательница Дороти Паркер и комментаторы из отеля Algonquin; редактор Гарольд Росс в журнале The New Yorker; а также общенационально известные спортивные герои, такие как Бэйб Рут и Билл Тилден. Любивший развлечения мэр Таммани Джимми Уокер руководил городом в период процветания, ознаменованный распространением спикизи во времена сухого закона. Тин-Пэн-Алле развивалась в направлении Бродвея, и в 1927 году состоялось открытие первого современного мюзикла, "Шоу-бот" Джерома Керна, когда театральный район переместился к северу от 42-й улицы. В это время Нью-Йорк прославился своей смелой и впечатляющей архитектурой, особенно небоскребами, которые изменили городской пейзаж. Соревнование за высоту достигло кульминации в виде двух шпилей, увенчавших два символа стиля арт-деко – здание Крайслер и Эмпайр-стейт-билдинг – в конце 1920-х годов. Строительство этих двух небоскребов было завершено лишь тогда, когда их головокружительная высота показалась чрезмерно оптимистичной. В это же время велось строительство Рокфеллер-центра, который стал одним из крупнейших частных строительных проектов того времени. Город расширялся и вширь: жилые постройки заменили большую часть сельскохозяйственных угодий восточного Бруклина, восточного Бронкса и значительной части Куинса.

Великая депрессия

Великая депрессия, которая должна была затронуть весь остальной мир, началась с краха фондового рынка 1929 года. Недавно завершенное здание Эмпайр-стейт-билдинг на долгие годы стало известно как "Пустое здание штата", поскольку не могло привлечь достаточного количества арендаторов в неблагоприятном деловом климате. Когда губернатор Нью-Йорка Франклин Рузвельт стал президентом, городские парки были усеяны лачугами Гувервилля, названными в честь его предшественника. Город стал демонстрацией расходов в рамках "Нового курса", особенно через Управление общественных работ и Администрацию прогресса работ. Были реализованы масштабные строительные проекты, включая автомагистрали, мосты, государственное жилье, новые школы и расширение Бруклинской военно-морской верфи. Планировщик парковых путей Роберт Мозес возглавил строительство многих мостов, парков, объектов государственного жилья и парковых путей, в основном за счет федеральных средств. Мозес был ярым сторонником автомобильного модернизма, наследие масштабных строительных проектов которого до сих пор вызывает споры. Он выступал против масштабного расширения метро, предложенного в 1929 и 1939 годах. Однако последнее крупное расширение системы метро, в сочетании со слиянием частных компаний Interborough Rapid Transit и Brooklyn–Manhattan Transit с муниципальной компанией Independent Subway System, привело к тому, что метро в значительной степени приобрело свой нынешний вид. В 1938 году в городе произошла общегородская забастовка дальнобойщиков, которая особенно затруднила портовые перевозки и поставки продовольствия. Мэр Ла Гуардия объявил чрезвычайное положение к концу забастовки, направив тысячу мусоровозов для обеспечения города необходимыми ресурсами. Это произошло отчасти из-за того, что город затронул ураган в Новой Англии в 1938 году.

Вторая мировая война

Нью-Йорк, издавна великий американский город с многочисленными иммигрантами, стал культурно интернациональным городом благодаря оттоку интеллектуальной, музыкальной и художественной европейской эмиграции, начавшемуся в конце 1930-х годов. Всемирная выставка в Нью-Йорке 1939 года, отмечавшая 150-летие инаугурации Джорджа Вашингтона в Федеральном зале, стала пиком технологического оптимизма и должна была ознаменовать конец Великой депрессии. Однако после начала Второй мировой войны тема была изменена с «Строительство мира завтрашнего дня» на «Ради мира и свободы», а тень войны в Европе омрачила происходящее. Война превратила Нью-Йорк в центр тыла Соединенных Штатов во время Второй мировой войны. Более 900 000 нью-йоркцев служили в армии, и из нью-йоркской гавани было отправлено около 63 миллионов тонн грузов и более 3 миллионов человек. В разгар войны корабли отходили каждые 15 минут. Для защиты Нью-Йорка от нападения во время войны известные достопримечательности, такие как Таймс-сквер и Бродвей, были затемнены, чтобы защитить город от воздушного налета. По всему Нью-Йорку были размещены плакаты с инструкциями для гражданского населения о том, как действовать в случае воздушного или морского удара. Во время войны Нью-Йорк был проникнут силами стран Оси. Вечером 14 января 1942 года U-123 вошла в Нижнюю бухту Нью-Йорка, и ее экипаж наблюдал за горизонтом города. В своих мемуарах капитан подводной лодки того времени, Райнхард Хардеген, описал момент, когда впервые увидел горизонт Нью-Йорка с борта U-123:

«Я не могу описать это чувство словами, но оно было невероятно красивым и величественным. Я бы отдал целое королевство за этот момент, если бы оно у меня было. Мы были первыми, кто прибыл сюда, и впервые в этой войне немецкий солдат увидел побережье США».

Финансы

Нью-Йорк стал финансовым центром Соединенных Штатов до Гражданской войны, специализируясь на железнодорожных ценных бумагах. К 1900 году он стал еще более влиятельным и начал приближаться к Лондону как к мировому финансовому центру. Там работали тысячи успешных банкиров и финансистов, среди которых выделялся Дж. П. Морган, чей Дом Моргана организовывал национальные программы финансирования для сталелитейной, сельскохозяйственной, судостроительной и других отраслей промышленности. Он также финансировал значительную часть военных усилий Великобритании и Франции в Первой мировой войне. Джон Д. Рокфеллер, из компании Standard Oil, расширил свою деятельность с доминирующего положения в нефтяной отрасли на другие сферы, включая банковское дело. Эндрю Карнеги доминировал в сталелитейной промышленности до продажи своего бизнеса Моргану в 1901 году. После 1900 года Рокфеллер и Карнеги в основном посвятили себя благотворительности, как и, в определенной степени, Морган. С созданием Федеральной резервной системы в 1913 году Федеральный резервный банк Нью-Йорка стал влиятельным игроком под руководством энергичного президента Бенджамина Стронга. К 1917 году Нью-Йорк финансировал военные усилия Великобритании, Франции и других стран-союзниц. К 1920-м годам Нью-Йорк обогнал Лондон как мировой банковский центр. Нью-Йоркская фондовая биржа являлась национальным центром накопления богатства и спекуляций, пока в конце 1929 года ее акции не рухнули, спровоцировав всемирную Великую депрессию.

Одежда

Одежная промышленность включала в себя производство готовой одежды для мужчин и женщин, а также оптовую продажу этой продукции в магазины по всей стране. Нью-Йорк доминировал в национальной индустрии, в то время как Чикаго и Лос-Анджелес значительно отставали. Она зародилась в XIX веке в "тряпичном деле" – среде еврейских портных, резчиков, гладильщиков, разносчиков и владельцев магазинов. К 1900 году это была преимущественно еврейская индустрия, и большинство рабочих были евреями, хотя нанимались и другие новые иммигранты. Идиш-говорящие евреи из Восточной Европы активно поддерживали профсоюзы, связывая их со своими социалистическими взглядами, унаследованными из Европы. Международный союз работников швейной промышленности (ILGWU) был основан в 1900 году и стал ключевым участником Американской федерации труда. В первые два десятилетия он быстро рос и взял на себя заслугу отмены работы по пошиву на дому, установления шестидневной, 54-часовой рабочей недели, заключения коллективных договоров, предоставлявших преимущество членам ILGWU при приеме на работу, и создания системы арбитража. Профсоюз был намного крупнее и сильнее сотен небольших мастерских, с которыми он взаимодействовал. Однако в 1920-х годах ILGWU был раздираем борьбой между устоявшимся руководством и коммунистами внутри организации. К 1928 году победу одержало руководство; коммунистические члены AFL сохранили властные позиции лишь в профсоюзе меховщиков. Членство в ILGWU сократилось до 40 000 человек (подавляющее большинство из которых составляли женщины). Первые годы Великой депрессии еще больше ослабили профсоюз. Под руководством Дэвида Дубинского ILGWU стал активным сторонником "Нового курса" Рузвельта и быстро увеличил число членов в конце 1930-х годов и во время Второй мировой войны. Американские объединенные работники одежды были более радикальной группой, отколовшейся в 1914 году. Они специализировались на готовой одежде для мужчин и предоставляли своим членам банковские услуги, возможности для отдыха, медицинское обслуживание, а также рестораны и жилье. В 1920-х годах они исключили из своих рядов коммунистов. Под руководством Сидни Хиллмана они сыграли центральную роль в создании боевого Конгресса промышленных организаций в середине 1930-х годов, предоставив Хиллману значительное влияние в коалиции "Новый курс". После 1970 года оба профсоюза потеряли членов и объединились в 1995 году. В городе Демократическая партия находилась под сильным контролем консервативных ирландцев. Дубинский и Хиллман, вместе со своими профсоюзами, создали новую политическую партию в 1936 году – Американскую лейбористскую партию. Она выдвигала кандидатов только в штате Нью-Йорк, где с энтузиазмом поддержала три переизбрания Рузвельта. В 1944 году произошел раскол между коммунистическими членами и устоявшимся руководством партии, в особенности с Дэвидом Дубинским. Дэвид Дубинский и его сторонники отделились и создали Либеральную партию Нью-Йорка. Либеральной партией долгие годы руководил Алекс Роуз, лидер профсоюза шляпников – небольшого профсоюза в швейной промышленности.

The garment industry involved the manufacture of ready to wear clothing for men and women, as well as the wholesaling of these products to stores around the country. New York City dominated the national industry, with Chicago and Los Angeles trailing far behind. It originated in the nineteenth century "rag trade" of Jewish tailors, cutters, pressers, peddlers, and shopkeepers. By 1900 it was a largely Jewish owned and operated industry, and most workers were Jewish, although other new immigrants were being hired. The Yiddish speaking East European Jews were strong supporters of labor unions, which they related to their socialist influences back in Europe. The International Ladies Garment Workers Union (ILGWU) formed in 1900 and was a major player in the American Federation of Labor. It grew rapidly in its first two decades and took credit for abolishing sewing work in the tenements, establishing a six day, 54 hour week, writing union contracts that gave preference to ILGWU members applying for a job, and setting up arbitration machinery. The union was much larger and stronger than the hundreds of small shops with which it dealt. However, in the 1920s the ILGWU was torn by battles between the established leadership and communists within the party. By 1928 the establishment won out; Communist members of the AFL only remained in positions of power within the Furriers union. ILGWU membership had dropped to 40,000 (the great majority of whom were women). The early years of the Great Depression further undermined the union. Under the leadership of David Dubinsky, the ILGWU became a major supporter of Roosevelt's New Deal, and it grew rapidly in membership in the late 1930s and during World War II. The Amalgamated Clothing Workers of America was a more radical breakaway group that formed in 1914. It focused on ready made clothing for men, and provided banks, recreation, medical care, and even restaurants and housing for the membership. It expelled its communist members in the 1920s. Under the leadership of Sidney Hillman, it played a central role in forming the militant Congress of Industrial Organizations in the mid 1930s, and giving Hillman a powerful voice in the New Deal Coalition. After 1970, both unions lost membership and merged in 1995. With the Democratic Party in the city largely controlled by the conservative Irish. Dubinsky and Hillman and their unions formed a new political party in 1936, the American Labor Party. It ran a ticket only in New York State, where it enthusiastically endorsed Roosevelt's three re elections. In 1944 a split formed between communist members and the establishment leadership within the party, principally David Dubinsky. David Dubinsky and his allies broke away creating the Liberal Party of New York. The Liberal party was led for many years by Alex Rose, the leader of the hatter's union, a small garment industry union.

На набережной

Порт Нью-Йорка и Нью-Джерси был самым крупным американским портом, обслуживающим как пассажирские, так и торговые суда. Порт был главной отправной точкой для американских войск, направлявшихся в Европу во время Первой мировой войны. Перегруженность порта привела к предложению экспертов создать портовую администрацию для надзора за чрезвычайно сложной системой мостов, автомагистралей, метро и портовых сооружений в районе Нью-Йорка и Нью-Джерси. После войны, в 1919 году, забастовка морских рабочих в Нью-Йорке привела к закрытию порта на несколько недель. Она началась 9 января и была приостановлена 13 января для проведения арбитража. Забастовка возобновилась 4 марта после того, как рабочие отклонили решение Военного совета, и завершилась 20 апреля 1919 года, после того как государственные и частные портовые работодатели предложили новые условия. Портовое управление Нью-Йорка было создано в 1921 году под контролем губернаторов Нью-Йорка и Нью-Джерси. Благодаря выпуску собственных облигаций оно было финансово независимо от обоих штатов; облигации погашались за счет платы за проезд и сборов, а не налогов. Оно стало одним из основных ведомств в Нью-Йоркской метрополии, занимающихся крупномасштабными проектами, особенно под руководством Остина Тобина. Пассажирские суда процветали до появления трансатлантических авиакомпаний в 1960-х годах. Одна из сфер бизнеса обслуживала состоятельных туристов, направлявшихся в обоих направлениях, где конкурировали американские и британские компании. Пассажирские пароходы также перевозили пассажиров в стерильных отсеках по низким ценам. Подавляющее большинство из них были иммигрантами в Соединенные Штаты, хотя некоторые иммигранты возвращались в Европу. Две немецкие компании доминировали в иммиграционном потоке в Нью-Йорк из Центральной и Восточной Европы: Hamburg America Line и North German Lloyd. Они создали разветвленную сеть билетных агентств в Европе, предлагая недорогие билеты в один конец. Иммигранты, направлявшиеся в другие города, обычно имели предоплаченные билеты, оплаченные их родственниками, которые уже обосновались в Новом Свете. Большинство новоприбывших уже имели представление о том, что их ждет, благодаря семейным письмам и широкодоступной брошюрной литературе. Подавляющее большинство путешественников из Европы прибывали через Нью-Йорк, и иммигранты оформляли необходимые документы на острове Эллис. Небольшой процент был отклонен из-за явных признаков болезни; пароходные компании должны были оплатить их обратный проезд, поэтому они заранее проверяли пассажиров на наличие заболеваний в Европе.

The Port of New York and New Jersey was the largest American port by far, serving both passenger and merchant vessels. The port was the main point of embarkation for U. S. troops traveling to Europe during World War I. The congestion at the port led experts to suggest a port authority to supervise the extremely complex system of bridges, highways, subways, and port facilities in the New York New Jersey area. After the war, the 1919 New York City Harbor Strike by the Marine Workers Union shut down the port for weeks. It started on January 9 and paused on January 13 for arbitration. The strike resumed March 4 after workers rejected the War Board labor ruling and ended on April 20, 1919; After new terms had been offered by both public and private port employers. The Port of New York Authority was created in 1921, under the supervision of the governors of New York and New Jersey. By issuing its own bonds, it was financially independent of either state; the bonds were paid off from tolls and fees, and not from taxes. It became one of the major agencies of the New York metropolitan area to handle large scale projects, especially under the leadership of Austin Tobin. Passenger ships flourished before the coming of transatlantic air carriers in the 1960s. One line of business catered to upscale tourists headed in both directions, with American and British lines in competition. Passenger steamships also carried steerage passengers at low rates. The vast majority were immigrants to the United States, although some immigrants were returning to Europe. Two German companies dominated the immigration traffic to New York from Central and Eastern Europe, the Hamburg America line and the North German Lloyd. They built elaborate networks of ticket agencies in Europe, offering low cost one way packages. Immigrants headed to other cities typically held prepaid tickets paid by their relatives who had already established themselves in the New World. Most new arrivals already had some idea of what they were coming to, from family letters and widely available pamphlet literature. The great majority of travelers from Europe came through New York City, and the immigrants did their paperwork at Ellis Island. A small percentage were rejected because of obvious disease; the steamship companies had to pay their fare back, so they screened for sick passengers ahead of time in Europe.

Первая мировая война

Город сыграл значительную роль в освещении и финансировании Первой мировой войны, а также в производстве униформы и военных кораблей. Существовали опасения относительно немецкого саботажа, особенно после взрыва на Черном Томе в 1916 году.

Бронкс

История Бронкса после 1898 года разделяется на несколько отчетливых периодов. Первый – период подъема в 1898–1929 годах, характеризующийся шестикратным ростом населения – с 200 000 человек в 1900 году до 1,3 миллиона в 1930 году. Великая депрессия вызвала резкий рост безработицы, особенно среди рабочего класса, и замедление темпов роста. Середина и конец века стали трудными временами, поскольку Бронкс пришел в упадок с 1950-х по 1970-е годы, превратившись из района с преимущественно средним уровнем дохода в район с преимущественно низким уровнем дохода, высоким уровнем насильственной преступности и бедности. Экономическое и градостроительное возрождение началось в конце 1980-х годов и продолжалось в 1990-х годах. Политика в боро с 1922 по 1953 год находилась под жестким контролем демократической организации, возглавляемой Эдвардом Дж. Флинном. Обычно называемый "боссом", он управлял политической машиной как руководитель бизнеса, уделяя особое внимание выбору ключевых помощников и оказанию услуг благодарным избирателям. В отличие от лидеров Таммани-холла, он очень эффективно сотрудничал с Франклином Рузвельтом как на посту губернатора, так и на посту президента.