Введение
Шаблон (таблица) раннего статуса рабства. Рабство было широко распространено в средневековой Европе. Европа и Северная Африка являлись частью тесно взаимосвязанной торговой сети в Средиземноморье, которая включала торговлю рабами. В средневековый период (500–1500 гг.) военнопленные часто обращались в рабство. С переходом европейских королевств к феодальному обществу, другая правовая категория несвободных людей – крепостное право – начала заменять рабство как основную экономическую и сельскохозяйственную силу. В средневековой Европе взгляды и общественные роли порабощенных людей значительно различались: одни были ограничены сельскохозяйственным трудом, а другие занимали должности доверенных политических советников.
Slavery in medieval Europe was widespread. Europe and North Africa were part of a highly interconnected trade network across the Mediterranean Sea, and this included slave trading. During the medieval period (500–1500), wartime captives were commonly forced into slavery. As European kingdoms transitioned to feudal societies, a different legal category of unfree persons serfdom—began to replace slavery as the main economic and agricultural engine. Throughout medieval Europe, the perspectives and societal roles of enslaved peoples differed greatly, from some being restricted to agricultural labor to others being positioned as trusted political advisors.
Ранний средневековье
Рабство в раннем Средневековье (500–1000) первоначально являлось продолжением более ранних римских практик поздней античности и усилилось притоком пленников, последовавшим за социальным хаосом, вызванным варварскими вторжениями в Западную Римскую империю. Наряду с сохранением римских правовых норм, касающихся рабства, новые законы и практики, связанные с ним, распространились по всей Европе. Например, в валлийских законах Хувела Доброго содержались положения, регулирующие положение рабов, а также предусматривалось их использование в качестве наказания за различные преступления. Святой Патрик, сам в прошлом плененный и порабощенный, выразил протест против нападения, в результате которого были порабощены новообращенные христиане, в своем письме к воинам Коротика. Восстановление порядка и растущее влияние церкви постепенно трансформировали позднюю римскую систему рабства времен Диоклетиана в крепостное право. Важную роль сыграл и взлет Батильды (626–680), королевы франков, которая была порабощена до брака с Хлодвигом II. Став регентом, она запретила торговлю рабами-христианами во всей Меровингской империи. Около десяти процентов населения Англии, упомянутого в «Книге Страшного суда» (1086), составляли рабы, несмотря на то, что формально рабство английских христиан было отменено после завоевания 1066 года. Однако точно установить количество рабов затруднительно, поскольку древнеримское слово для раба (servus) продолжало использоваться по отношению к несвободным людям, чей статус впоследствии отражался термином «крепостной».
Forum judicum St. Patrick, who himself was captured and enslaved at one time, protested an attack that enslaved newly baptized Christians in his letter to the soldiers of Coroticus. The restoration of order and the growing power of the church slowly transmuted the late Roman slave system of Diocletian into serfdom. Another major factor was the rise of Bathilde (626–680), queen of the Franks, who had been enslaved before marrying Clovis II. When she became regent, her government outlawed slave trading of Christians throughout the Merovingian empire. About ten percent of England’s population entered in the Domesday Book (1086) were slaves, despite chattel slavery of English Christians being nominally discontinued after the 1066 conquest. It is difficult to be certain about slave numbers, however, since the old Roman word for slave (servus) continued to be applied to unfree people whose status later was reflected by the term serf.
Торговля рабами
Спрос со стороны исламского мира, возникший в VII веке, доминировал в работорговле в Европе в средневековый период (500–1500). На протяжении большей части этого времени продажа христианских рабов нехристианам была запрещена. В пакте Лотаря 840 года между Венецией и Каролингской империей Венеция обязалась не покупать христианских рабов в империи и не продавать их мусульманам. Церковь запрещала вывоз христианских рабов в нехристианские земли, например, на Кобленцском соборе в 922 году, Лондонском соборе в 1102 году и Армгамском соборе в 1171 году. В результате большинство христианских работорговцев сосредоточились на перемещении рабов из нехристианских областей в мусульманскую Испанию, Северную Африку и на Ближний Восток, а большинство нехристианских торговцев, хотя и не были связаны церковными правилами, также ориентировались на мусульманские рынки.
Итальянские купцы
К правлению папы Захария (741–752) Венеция установила процветающую торговлю рабами, захватывая людей в Италии и других местах, и продавая их маврам в Северной Африке (сообщается, что сам Захарий запретил эту торговлю из Рима). Когда продажа христиан мусульманам была запрещена, евнухи стали особенно ценными, и в Венеции, а также на других крупных рынках рабов, возникли "дома для кастрации", чтобы удовлетворить этот спрос. Венеция была далеко не единственным центром работорговли в Италии. Южная Италия располагала рабами из отдалённых регионов, включая Грецию, Болгарию, Армению и славянские земли. В IX и X веках Амальфи был крупным экспортером рабов в Северную Африку. Генуя преимущественно контролировала торговлю рабами из Крыма в Египет мамлюков до XIII века, когда усиление венецианского контроля над Восточным Средиземноморьем позволило Венеции доминировать на этом рынке. Только в период с 1414 по 1423 год в Венеции было продано не менее 10 000 рабов.
Иберия
Аль-Андалус, мусульманская область Пиренейского полуострова (711–1492), импортировала значительное количество рабов для собственного внутреннего рынка и служила перевалочным пунктом для мусульманских и еврейских купцов, торговавших рабами в остальном исламском мире. В Испании Омейядов, испытывавшей потребность в пополнении рядов мамлюков, существовал устойчивый спрос, особенно на мужчин пригодных к воинской службе. Аль-Хакам был первым монархом этой династии, окружившим свой трон великолепием и пышностью. Он увеличил число мамлюков (рабов-солдат) до 5000 всадников и 1000 пехотинцев, а также увеличил штат своих рабов, евнухов и слуг. У него была конная охрана, постоянно дежурившая у ворот дворца, а его личную безопасность обеспечивали мамлюки. Эти мамлюки, состоявшие исключительно из христиан или иностранцев, назывались Аль-харасом (Стражей). Они занимали два больших казармы с конюшнями для лошадей. Во время правления Абд ар-Рахмана III (912–961) в Кордове, столице Халифата Омейядов, насчитывалось сначала 3750, затем 6087 и, наконец, 13750 сакалиба, то есть славянских рабов. Ибн Хаукаль, Ибрагим аль-Карави и епископ Лиутпранд Кремонский отмечают, что еврейские купцы из Вердена специализировались на кастрации рабов, которых затем продавали как евнухов-сакалиба, пользовавшихся огромной популярностью в мусульманской Испании. По словам Роджера Коллинза, хотя роль викингов в работорговле в Иберии остается в значительной степени гипотетической, их набеги хорошо задокументированы. Набеги викингов на Аль-Андалус зафиксированы в 844, 859, 966 и 971 годах, что соответствует общей картине активности, сосредоточенной в середине IX и конце X веков. Существовали и другие термины для обозначения рабов в зависимости от пола, такие как амбат/амбот и дежа. Амбот и дежа использовались по отношению к женщинам-рабыням. Другое обозначение рабского статуса – бритти, связанное с едой. Слово можно понимать как «повар» или «разламывающий хлеб», что указывало бы на человека, ответственного за приготовление пищи. Существует руническая надпись, описывающая человека со статусом бритти по имени Толир, который мог жениться и выполнял обязанности управляющего королевским имением. Еще одно название – муслегоман, использовавшееся для обозначения беглого раба. Важной частью деятельности викингов была продажа и захват пленников. Большинство рабов происходили из Западной Европы, среди них было много франков, англосаксов и кельтов. Многие ирландские рабы были привезены в ходе экспедиций по колонизации Исландии (874–930). Нападения на монастыри обеспечивали приток молодых, образованных рабов, которых можно было продать в Венеции или через черноморскую работорговлю в Византию по высоким ценам. Скандинавские торговые центры простирались на восток от Хедебю в Дании и Бирки в Швеции до Старой Ладоги в северной России к концу VIII века. Внутривикинговские политические конфликты также приводили к захвату пленников. Эта торговля продолжалась и в IX веке, когда скандинавы основали новые торговые центры в Каупанге на юго-западе Норвегии и Новгороде, южнее Старой Ладоги, и Киеве, еще южнее и ближе к Византии. Дублин и другие северо-западные европейские поселения викингов стали воротами, через которые пленники торговались на север. Рабов можно было покупать и продавать на рынках рабов. В саге о Лаксдоэле рассказывается о том, что в X веке короли собирались каждые три года на островах Бранно для переговоров и торговли рабами. Хотя рабов можно было покупать и продавать, чаще продавали пленников из других народов. Персидский путешественник X века Ибн Рустах описал, как викинги, варяги или русы терроризировали и порабощали славян, захваченных в ходе набегов вдоль Волги. Рабов часто продавали на юг, в Византию через черноморскую работорговлю или мусульманским покупателям по таким путям, как волжский торговый путь и бухарская работорговля. Ахмад ибн Фадлан из Багдада описывает другой конец этого торгового пути, а именно продажу волжскими викингами славянских рабов ближневосточным купцам. Финляндия также была источником набегов викингов за рабами. Рабов из Финляндии или стран Балтии торговали до самой Центральной Азии, то есть бухарской работорговли, связывая ее с Аббасидским халифатом и Ближним Востоком. Пленников могли торговать в пределах широкой сети викингов, где их могли продавать повторно. В «Житии святого Финдана» ирландец был куплен и продан трижды после того, как его захватила группа викингов.
Монголы
Вторжения и завоевания монголов в XIII веке добавили новый фактор в работорговлю. Монголы обращали в рабство квалифицированных специалистов, женщин и детей и отправляли их в Каракорум или Сарай, откуда их продавали по всей Евразии. Многие из этих рабов отправлялись на работорговый рынок в Новгород. Генуэзские и венецианские купцы в Крыму были вовлечены в работорговлю с Золотой Ордой. Крымские татарские набеги привели к порабощению более миллиона восточных европейцев.
Англия и Ирландия
В средневековой Ирландии рабы, как и скот, были общепринятым товаром и могли использоваться в качестве внутренней или трансграничной валюты. В 1102 году Лондонский собор, созванный Ансельмом Кентерберийским, принял решение против работорговли в Англии, направленное в основном на прекращение продажи английских рабов ирландцам.
Христиане держат мусульманских рабов
Хотя основной поток рабов был направлен в мусульманские страны, что подтверждается историей рабства в мусульманском мире, христиане также приобретали мусульманских рабов. В Южной Франции в XIII веке «порабощение мусульманских пленников все еще было довольно распространенным явлением». Например, сохранились записи о сарацинских рабынях, проданных в Марселе в 1248 году, что совпало с падением Севильи и ее окрестностей под натиском христианских крестоносцев. В ходе этого события большое количество мусульманских женщин из этого региона были порабощены в качестве военной добычи, о чем свидетельствуют некоторые арабские стихотворения, в частности, поэта аль Рунди, современника этих событий. Кроме того, владение рабами было законным в Италии XIII века, и многие христиане владели мусульманскими рабами по всей стране. Этих сарацинских рабов часто захватывали пираты и доставляли в Италию из мусульманской Испании или Северной Африки. В XIII веке большинство рабов в итальянском торговом городе Генуя были мусульманского происхождения. Этими мусульманскими рабами владели представители королевской власти, военные ордена и группы, независимые организации и сама церковь. Христиане также продавали мусульманских рабов, захваченных в плен во время войны. Орден рыцарей Мальты нападал на пиратов и мусульманские корабли, и их база стала центром торговли рабами, где продавали пленных североафриканцев и турок. Мальта оставалась рынком рабов вплоть до конца XVIII века. Для управления галерами (кораблями) Ордена требовалось тысяча рабов. Хотя они иногда захватывали мусульман в рабство, чаще христианские армии убивали своих врагов, чем обращали их в рабство.
Еврейская работорговля
Роль еврейских торговцев в ранней средневековой работорговле подвергалась значительным неверным толкованиям и искажениям. Хотя средневековые записи свидетельствуют о том, что в средневековой Европе евреи владели рабами, Тох (2013) отмечает, что утверждение, повторяемое в более ранних источниках, таких как работы Шарля Верлиндена, о том, что еврейские торговцы были основными продавцами европейских рабов, основано на неверном прочтении первоисточников той эпохи. Современные еврейские источники не подтверждают существование крупномасштабной работорговли или владения рабами, которое можно было бы отделить от более широкого явления раннесредневекового европейского рабства. Образ еврейского торговца христианскими рабами также был заметным элементом средневековой европейской антисемитской пропаганды.
Торговля рабами в конце Средневековья
По мере христианизации все большей части Европы и обострения открытых военных действий между христианскими и мусульманскими государствами, крупномасштабная работорговля переместилась к более отдаленным источникам. Папство, например, запрещало отправку рабов в Египет в 1317, 1323, 1329, 1338 и, наконец, в 1425 году, так как отправленные в Египет рабы часто становились солдатами и в итоге воевали против своих прежних христианских владельцев. Неоднократные запреты, хотя и свидетельствуют о продолжении этой торговли, также указывают на снижение ее привлекательности.
Каноническое право
На самом деле, существовало прямое юридическое обоснование порабощения мусульман, обнаруженное в Decretum Gratiani и впоследствии расширенное юристом XIV века Олдрадом де Понте: в Библии говорится, что Агарь, рабыня Авраама, была избита и изгнана женой Авраама Саррой. Decretum, подобно Corpus, определял раба как любого, чья мать была рабыней.
Рабство на Ближнем Востоке
Древний и средневековый Ближний Восток включает современную Турцию, Левант и Египет, тесно связанных с остальной частью североафриканского побережья. К концу поздней античности все эти регионы находились под властью византийцев или персов. Существовавшие ранее византийские (то есть римские) и персидские институты рабства могли повлиять на развитие институтов рабства в исламском праве и юриспруденции. Кроме того, некоторые ученые полагают, что раввинская традиция в отношении рабства оказала влияние на формирование исламской правовой мысли. Независимо от взаимосвязи между этими различными правовыми традициями, практика исламского рабства в раннем Средневековье имеет много общего с практикой раннесредневековых византийцев и западноевропейцев. Статус освобожденных рабов при исламском правлении, которые продолжали нести повинности перед бывшими хозяевами, во многом схож с рабством в Древнем Риме и Древней Греции. Однако практика рабства на раннем средневековом Ближнем Востоке также развилась из существовавших у доисламских арабов обычаев, связанных с использованием рабов в качестве средства обмена.
Исламские государства
Как и Ветхий и Новый Заветы, греческие и римские кодексы права, Коран принимает институт рабства как данность, хотя и призывает к доброте к рабам и их возможному освобождению, особенно для обратившихся в ислам. В раннем Средневековье многие рабы в исламском обществе оставались в этом статусе лишь короткое время – возможно, в среднем около семи лет. Подобно своим европейским современникам, ранние исламские работорговцы предпочитали рабов, не принадлежащих к их вере, и поэтому ориентировались на «язычников» из внутренней Азии, Европы и, особенно, из Африки к югу от Сахары. Практика освобождения, вероятно, способствовала интеграции бывших рабов в общество. Однако, согласно шариату, обращение в ислам не являлось основанием для автоматического освобождения. Рабы использовались как для тяжелого физического труда, так и в домашнем хозяйстве. Благодаря разрешению Корана на наложничество, ранние исламские торговцы, в отличие от византийских и ранних новоевропейских работорговцев, импортировали значительное количество женщин-рабынь. Самые ранние исламские государства не создавали корпуса солдат-рабов (практика, известная по более поздним периодам), но включали освобожденных в состав армий, что, возможно, способствовало быстрому расширению ранних исламских завоеваний. К IX веку использование рабов в исламских армиях, особенно турок в кавалерийских подразделениях и африканцев в пехотных, стало довольно распространенной практикой. В Египте Ахмад ибн Тулун в 868 году импортировал тысячи черных рабов для борьбы за независимость от халифата Аббасидов в Ираке. Династия Ихшидидов использовала отряды черных рабов для освобождения от власти Аббасидов после уничтожения Аббасидами автономной империи Ибн Тулуна в 935 году. Наиболее тесно черные профессиональные солдаты были связаны с династией Фатимидов, которая привлекала больше профессиональных черных солдат, чем две предыдущие династии. Эта сеть представляла собой крупный рынок для африканских рабов, через который было перевезено около четырех миллионов африканцев с VII по XX век. Иронично, но консолидация границ на Ближнем Востоке изменила характер работорговли. Жесткий исламский кодекс, в сочетании с формированием границ, благоприятствовал покупке рабов и выплате дани вместо захвата в качестве прибыльного источника рабов. Предпочтения в отношении рабов на Ближнем Востоке, а также модели их использования сохранялись в позднем Средневековье с незначительными изменениями. Рабы использовались в различных сферах деятельности, включая сельское хозяйство, промышленность, военное дело и домашний труд. Женщины ценились выше мужчин и обычно служили в домашнем хозяйстве в качестве служанок, наложниц (cariye) или жен. Рабы, работавшие в домах и торговле, обычно жили лучше, чем их собратья в сельском хозяйстве, становясь членами семьи или деловыми партнерами, а не обреченными на изнурительный труд в каторжных работах. Сохранились упоминания о группах рабов, в основном африканцев, занятых на мелиоративных работах в Ираке, в соляных и золотых рудниках Сахары, на плантациях сахара и хлопка в Северной Африке и Испании. Однако упоминания о последнем виде рабства встречаются редко. Молодые христианские мальчики периодически отрывались от своих деревень в качестве дани и использовались в правительстве, развлечениях или армии, в зависимости от их способностей. Не совсем корректно классифицировать этих людей как «рабов», поскольку в Османской империи их называли кулами, то есть рабами «Врат» или Султана. Хотя формально они не были рабами по исламскому закону, эти выпускники Девширме оставались в распоряжении султана. Исламский Ближний Восток в значительной степени опирался на профессиональных солдат-рабов и славился тем, что они составляли ядро армий. В середине XIV века Мурад I создал свою личную армию рабов, известную как Капыкулу. Эта новая сила основывалась на праве султана на пятую часть военной добычи, которую он трактовал как включающую пленных, взятых в бою. Порабощенные рабы обращались в ислам и обучались личному служению султану. В рамках девшриме («налог на кровь» или «собирание детей») молодых христианских мальчиков из Анатолии и Балкан отнимали у семей, обращали в ислам и включали в специальные воинские части османской армии. Эти воинские части назывались янычарами, наиболее известным подразделением Капыкулу. Янычары в конечном итоге стали решающим фактором в османских военных завоеваниях в Европе. К 1609 году численность сил Капыкулу султана достигла примерно 100 000 человек. Гарем османского султана состоял главным образом из приобретенных рабов. Поскольку исламский закон запрещал мусульманам порабощать соотечественников, наложницы султана обычно происходили из христианских земель (cariye). Мать султана, хотя формально и являлась рабыней, получала чрезвычайно влиятельный титул Валиде-султан и иногда становилась фактической правительницей империи (см. Женский султанат). Примером является Кёсем-султан, дочь греческого христианского священника, которая доминировала в Османской империи в первые десятилетия XVII века. Другим примером является Роксолана, любимая жена Сулеймана Великолепного.
Рабство в государствах крестоносцев
В результате крестовых походов тысячи мусульман и христиан были проданы в рабство. О большинстве из них, после продажи, больше ничего не было известно, поэтому сложно найти свидетельства об их конкретном опыте. В крестовом Иерусалимском королевстве, основанном в 1099 году, не более 120 000 франков правили над 350 000 мусульман, евреев и коренных восточных христиан. После первоначального вторжения и завоевания, которое иногда сопровождалось массовыми убийствами или изгнанием евреев и мусульман, установилось мирное сосуществование между последователями трех религий. Крестоносные государства унаследовали множество рабов, к которым могли добавиться и мусульмане, взятые в плен во время войны. В крупнейшем городе королевства, Акко, существовал крупный рынок рабов, однако подавляющее большинство мусульман и евреев оставались свободными. Законы Иерусалима предписывали освобождать бывших мусульманских рабов, искренне принявших христианство. В 1120 году Наблусский собор запретил половые отношения между крестоносцами и их мусульманскими рабынями: за изнасилование собственной рабыни полагалась кастрация, а за изнасилование рабыни другого – кастрация и изгнание из королевства. Христианское право запрещало христианам порабощать других христиан, однако порабощение нехристиан считалось допустимым. Фактически, военные ордена часто порабощали мусульман и использовали рабский труд в своих сельскохозяйственных владениях. Христианство внедрило этический принцип, запрещающий порабощение единоверцев, который был укреплен запретом на порабощение сорелигиозников с возникновением ислама. Кроме того, Дар аль-Ислам защищал «людей Книги» (христиан и евреев, проживающих в исламских землях) от порабощения, этот иммунитет распространялся и на мусульман, живущих в христианской Иберии. Несмотря на эти ограничения, мусульмане и христиане, совершившие преступления или имевшие долги, в обоих регионах все еще могли быть подвергнуты рабству, санкционированному судом.
Исламская Иберия
Ранним экономическим столпом исламской империи в Иберии (Аль-Андалус) в VIII веке была торговля рабами. В связи с тем, что освобождение рабов считалось богоугодным делом в соответствии с исламским правом, рабство в мусульманской Испании не могло поддерживать такой же уровень естественного воспроизводства, как в обществах с более давними традициями рабства. Поэтому Аль-Андалус полагался на торговые системы как на внешний источник пополнения запасов порабощенных людей. Установление отношений между Омейядами, Хариджитами и Аббасидами обеспечило поток людей, захваченных с основных торговых путей Сахары и доставленных в Аль-Андалус, что стало чрезвычайно прибыльной торговой схемой. Археологические свидетельства торговли людьми и распространения ранней торговли подтверждаются нумизматическими данными и материальной культурой письменных источников. Эта денежная система, основанная на постоянном притоке золота, стала краеугольным камнем развития исламской торговли. В этом отношении торговля рабами превосходила все другие коммерческие предприятия по прибыльности и эффективности накопления капитала. Это существенное изменение в денежном обращении стало парадигмальным сдвигом по сравнению с предшествующей экономической системой вестготов. Кроме того, это демонстрирует глубокие изменения, происходившие при переходе от одного регионального образования к другому, – прямой перенос людей и чистой монеты из одной религиозно близкой полуавтономной провинции в другую. Средневековый Пиренейский полуостров был ареной эпизодических войн между мусульманами и христианами (хотя иногда они выступали союзниками). Из Аль-Андалуса регулярно отправлялись набеги на христианские королевства Иберии с целью грабежа и захвата пленных. Например, во время набега на Лиссабон в 1189 году халиф аль-Мохад Якуб аль-Мансур захватил 3000 женщин и детей, а его наместник в Кордове в ходе последующего нападения на Сильвес в 1191 году взял 3000 христианских рабов; в 1182 году Альфонсо VIII Кастильский в результате набега захватил более двух тысяч мусульманских рабов. Эти набеги включали в себя также летние вылазки (саифа), ставшие традицией со времен правления эмира Кордовы. Помимо добычи богатства, некоторые из этих рейдов саифа преследовали цель захвата преимущественно мужских пленных, часто евнухов, для доставки в Аль-Андалус. Их обычно называли сакалиба – арабским словом, обозначающим славян. К X веку славяне стали самой многочисленной группой в работорговле, что привело к тому, что слово «раб» стало обозначать именно славянского пленника. Сакалиба в основном назначались во дворцы в качестве стражи, наложниц и евнухов, хотя иногда они находились в частной собственности. Наряду с христианами и славянами, в рабстве содержались и жители Африки к югу от Сахары, которых привозили из караванной торговли. Рабы в исламских землях обычно использовались в домашнем хозяйстве, в армии и в административных целях, редко – в сельском хозяйстве или на крупномасштабном производстве. Христианам, проживающим в Аль-Андалусе, не разрешалось занимать властные должности по отношению к мусульманам, но им разрешалось владеть невольниками-немусульманами.
Христианская Иберия
Вопреки предположениям историков, таких как Марк Блох, рабство процветало как институт в средневековой христианской Иберии. Рабство существовало в регионе при римлянах и продолжало существовать при вестготах. С V до начала VIII века большие части Пиренейского полуострова находились под властью христианских вестготских королевств, правители которых работали над кодификацией рабства. В VII веке король Хиндасуинт издал Визиготский кодекс (Liber Iudiciorum), к которому последующие вестготские короли добавляли новое законодательство. Хотя в начале VIII века Визготское королевство рухнуло, в последующие столетия в некоторых частях Испании все еще соблюдались положения Визиготского кодекса. Кодекс, с его явным и частым вниманием к правовому статусу рабов, свидетельствует о продолжении существования рабства как института в пост-римской Испании. Кодекс регулировал социальные условия, поведение и наказания рабов в ранней средневековой Испании. Браки между рабами и свободными или освобожденными людьми были запрещены. Книга III, заголовок II, пункт iii ("О браке свободной женщины с рабом другого или свободного мужчины с рабыней другого") устанавливает, что если свободная женщина выходит замуж за раба другого человека, пара должна быть разделена и подвергнута ста ударам плетью. Кроме того, если женщина отказывается покинуть раба, она становится собственностью его господина. Аналогично, любые дети, рожденные от этой пары, должны были следовать положению отца и становиться рабами. В отличие от римского права, где только рабы подлежали телесным наказаниям, согласно визиготскому закону, люди любого социального статуса подвергались телесным наказаниям. Однако физическое наказание, обычно побои, применяемое к рабам, было последовательно более суровым, чем наказание, применяемое к освобожденным или свободным людям. Рабов также могли принуждать к даче показаний под пытками. Например, рабов могли пытать, чтобы раскрыть прелюбодеяние их хозяев, и освобождение раба опасались из-за того, что он или она может раскрыть под пытками. Большая подверженность рабов физическим наказаниям и судебным пыткам свидетельствует об их низком социальном статусе в глазах визиготских законодателей. Рабство оставалось распространенным в христианской Иберии после вторжения Омейядов в VIII веке, и визиготские законы продолжали регулировать владение рабами. Однако, как отмечает Уильям Филлипс, средневековую Иберию следует рассматривать не как рабское общество, а скорее как общество, владеющее рабами. Рабы составляли относительно небольшой процент населения и не составляли значительной части рабочей силы. Более того, хотя рабство продолжалось с более раннего периода, использование рабов в пост-визиготской христианской Иберии отличалось от ранних периодов. Ян Вуд предполагает, что при вестготах большинство рабов жили и работали на сельских поместьях. После мусульманских вторжений рабовладельцы (особенно в королевствах Арагона и Валенсии) отказались от использования рабов в качестве полевых рабочих или в рабочих группах и не принуждали рабов к военной службе. Рабы обычно принадлежали поодиночке, а не большими группами. Похоже, что женщин-рабов было намного больше, чем мужчин, и они чаще всего использовались в качестве домашних слуг или для дополнения свободного труда. В королевствах Леона и Кастилии рабство в большей степени следовало визиготской модели, чем в прибрежных королевствах. Рабы в Леоне и Кастилии чаще использовались в качестве полевых рабочих, вытесняя свободный труд для поддержания аристократического общества. Эти тенденции в численности рабов и их использовании изменились после Черной смерти в 1348 году, что значительно увеличило спрос на рабов по всему полуострову. Христиане были не единственными рабовладельцами в христианской Иберии. И евреи, и мусульмане, жившие под христианским правлением, владели рабами, хотя чаще в Арагоне и Валенсии, чем в Кастилии. После завоевания Валенсии в 1245 году Арагонское королевство запретило евреям владеть христианскими рабами, хотя им все еще разрешалось владеть мусульманскими или языческими рабами. Основная роль иберийских евреев в работорговле заключалась в посредничестве: евреи выступали в качестве работорговцев и агентов по перемещению между христианскими и мусульманскими королевствами. Несмотря на эти опасения, основная роль еврейских работорговцев заключалась в содействии обмену пленниками между мусульманскими и христианскими правителями, одной из основных нитей экономической и политической связи между христианской и мусульманской Иберией. В ранний период после падения Визготского королевства в VIII веке рабы в основном попадали в христианскую Иберию посредством торговли с мусульманскими королевствами юга. Большинство из них были восточноевропейцами, захваченными в битвах и набегах, и подавляющее большинство составляли славяне. Однако этнический состав рабов в христианской Иберии изменился в течение Средневековья. Рабовладельцы в христианских королевствах постепенно отказались от владения христианами в соответствии с церковными предписаниями. В середине средневекового периода большинство рабов в христианской Иберии были мусульманами, либо захваченными в битве с исламскими государствами с южной части полуострова, либо привезенными из восточного Средиземноморья купцами из таких городов, как Генуя. Христианские королевства Иберии часто обменивали своих мусульманских пленников обратно через границу на деньги или товары. Действительно, историк Джеймс Бродман пишет, что этот тип выкупа предлагал пленникам и рабам наилучший шанс вернуть себе свободу. Продажа мусульманских пленников, либо обратно в исламские южные государства, либо третьим лицам, занимающимся работорговлей, обеспечивала одно из средств, с помощью которых Арагон и Кастилия финансировали Реконкисту. Битвы и осады предоставляли большое количество пленников; после осады Альмерии в 1147 году источники сообщают, что Альфонсо VII Леонский отправил почти 10 000 мусульманских женщин и детей из города в Геную для продажи в рабство в качестве частичной оплаты генуэзской помощи в кампании. К концу Реконкисты, однако, этот источник рабов стал все более исчерпанным. Мусульманские правители все больше не могли платить выкуп, а христианский захват крупных населенных пунктов на юге сделал массовое порабощение мусульманского населения непрактичным. Потеря иберийского мусульманского источника рабов еще больше побудила христиан обратиться к другим источникам рабочей силы. Начиная с первого португальского набега в Африку к югу от Сахары в 1411 году, фокус импорта рабов начал смещаться от Средиземноморья к Атлантическому миру, и расовый состав рабов в христианской Иберии начал включать все большее число субафриканцев. Между 1489 и 1497 годами почти 2100 чернокожих рабов были отправлены из Португалии в Валенсию. К концу XV века Испания имела самое большое население чернокожих африканцев в Европе, с небольшим, но растущим сообществом бывших чернокожих рабов. Мотивом рабства в Средиземноморье была жадность работорговцев. Мотивацией многих набегов было заработать деньги на полученных рабах, без какой-либо политической или религиозной повестки дня. Кроме того, государственные и религиозные институты часто участвовали в выкупе людей, поэтому пиратство стало прибыльным рынком. Это означало, что некоторых людей возвращали домой, а других продавали. Существовали рынки по всему Средиземноморью, где рабов покупали и продавали. В Италии основными центрами работорговли были Венеция и Генуя; в Иберии - Барселона и Валенсия; и острова Средиземного моря, включая Майорку, Сардинию, Сицилию, Крит, Родос, Кипр и Хиос, также участвовали в рынках рабов. С этих рынков купцы продавали рабов внутри страны или перевозили их туда, где рабы были более востребованы. Обязанности и ожидания от рабов варьировались в зависимости от географического положения; однако в Средиземноморье наиболее распространенным было то, что рабы работали в домашнем хозяйстве...
Рабство в Молдавии и Валахии
Рабство существовало на территории современной Румынии во времена правления Османской и Российской империй, начиная с периода до основания княжеств Валахии и Молдавии в XIII–XIV веках, и было постепенно отменено в 1840-х и 1850-х годах, до того как была разрешена независимость Объединенных княжеств Молдавии и Валахии. Также оно сохранялось до 1783 года в Трансильвании и Буковине (частях монархии Габсбургов, а затем Австро-Венгерской империи). Большинство рабов принадлежало к этнической группе рома (цыган), а также значительное число румын находилось в крепостном рабстве. Историк Николае Йорга связывал появление цыган с монгольским нашествием на Европу в 1241 году и считал их рабство пережитком той эпохи. Практика порабощения пленников также могла быть заимствована у монголов. Этническая принадлежность "татарских рабов" неизвестна; это могли быть захваченные татары Золотой Орды, куманы или рабы татар и куманов. Хотя возможно, что некоторые представители народа рома были рабами или вспомогательными войсками монголов, татар или Ногайской Орды, основная их часть прибыла с юга Дуная в конце XIV века, незадолго до основания Валахии. Рабами-рома владели бояре (см. Валахийскую революцию 1848 года), православные монастыри или государство. Их использовали исключительно как кузнецов, золотоискателей и сельскохозяйственных рабочих. Румынами владели только бояре и монастыри до обретения Румынией независимости от Османской империи 9 мая 1877 года. Они считались менее ценными, поскольку облагались налогами, были умелы только в сельскохозяйственных работах и не могли быть использованы в качестве дани. Бояре и монастыри часто регистрировали своих румынских крепостных как "цыган", чтобы избежать уплаты налогов, налагаемых на крепостных. Любой румын, независимо от пола, вступивший в брак с ромом, немедленно становился рабом и мог быть использован в качестве дани.
Рабство в России
В Киевской Руси и России рабы обычно классифицировались как холопы. Хозяин холопа имел неограниченную власть над его жизнью: он мог убить его, продать или использовать в качестве оплаты по долгу. Однако хозяин нес ответственность перед законом за действия своего холопа. Человек мог стать холопом в результате пленения, продажи себя, продажи за долги или совершённые преступления, либо вступления в брак с холопкой. До конца X века холопы составляли большинство слуг, работавших на землях господ. К XVI веку рабство в России состояло в основном из тех, кто продавал себя в рабство из-за бедности. Они работали преимущественно в качестве домашних слуг, в самых богатых семьях, и, как правило, производили меньше, чем потребляли. Законы запрещали освобождать рабов во время голода, чтобы избежать необходимости их кормить, и рабы обычно оставались в семье надолго; «Домострой», книга советов, говорит о необходимости выбирать рабов с хорошим характером и обеспечивать их должным образом. Рабство оставалось важным институтом в России до 1723 года, когда Пётр I преобразовал домашних рабов в домашних крепостных. Сельскохозяйственные рабы в России были формально преобразованы в крепостных ранее, в 1679 году. В 1521 году объединённые силы крымского хана Мехмеда I Гирея и его казанских союзников напали на Москву и захватили тысячи пленников. С 1558 по 1596 год было зафиксировано около 30 крупных татарских набегов на московские территории. В 1571 году крымские татары напали и разграбили Москву, сожгли всё, кроме Кремля, и взяли в плен тысячи людей для крымской работорговли. В Крыму около 75% населения составляли рабы.
Рабство в Польше и Литве
Рабство в Польше существовало на территории Королевства Польского во времена династии Пястов; однако рабство ограничивалось пленными, захваченными во время войны. В отдельных случаях и на ограниченный срок крепостное право применялось также к должникам. Рабство было официально запрещено в 1529 году, а запрет на рабство являлся одним из важнейших положений Литовских статутов, реализация которого была необходима для присоединения Великого княжества Литовского к Речи Посполитой в 1569 году. Первый Статут был разработан в 1522 году и вступил в силу в 1529 году по инициативе Литовского совета господ. Предполагается, что кодификация была начата Великим канцлером Литовским Миколаем Радзивиллом как переработка и расширение Кодекса Казимира XV века.
Рабство на Британских островах
Британский Уэльс, Галльская Ирландия и Шотландия были одними из последних регионов христианской Европы, отказавшихся от института рабства. Согласно гельскому обычаю, военнопленных регулярно обращали в рабство. В то время как рабство исчезало в большей части Западной Европы, на Британских островах оно достигало своего расцвета: вторжения викингов и последовавшие за ними войны между скандинавами и местным населением привели к резкому увеличению числа пленников, взятых в рабство. Ирландская церковь яростно выступала против рабства и считала вторжение норманнов в 1169 году божьим наказанием за эту практику, а также за местное принятие полигинии и развода.
Крепостное право против рабства
Рассматривая, как крепостное право развилось из рабства, историки, изучающие разграничение между рабством и крепостным правом, сталкиваются с рядом проблем историографии и методологии. Некоторые историки полагают, что рабство трансформировалось в крепостное право (взгляд, появившийся лишь за последние 200 лет), хотя среди них существуют разногласия относительно темпов этого перехода. Пьер Боннасси, медиевист, считал, что рабовладение античного мира прекратило свое существование в Европе к X веку и было сменено феодальным крепостничеством. Жан-Пьер Девруэ полагает, что переход от рабства к крепостному праву был постепенным и в некоторых частях континента. Однако в других регионах, после завершения эпохи рабства, не сложилось того, что он называет "крепостничеством западного типа", например, в сельских районах Византийской империи, Исландии и Скандинавии. Усложняет ситуацию то, что в различных регионах Европы одновременно существовали и крепостные, и рабы. В Северо-Западной Европе переход от рабства к крепостному праву завершился к XII веку. Католическая церковь способствовала этой трансформации, подавая пример. В 992 году было запрещено порабощение единоверцев-католиков, а освобождение от рабства было объявлено богоугодным делом. Тем не менее, порабощение людей других вероисповеданий и учений оставалось законным. В целом, в отношении различий между рабами и крепостными, также ведутся споры об основаниях рабства и крепостничества. Доминик Бартелеми, среди прочих, подверг сомнению саму основу для четкого разграничения крепостного права и рабства, утверждая, что бинарная классификация скрывает множество оттенков зависимости. Особый интерес для историков представляет роль крепостного права и рабства в государстве и последствия этого для крепостных и рабов. Некоторые полагают, что рабство означало исключение людей из общественной сферы и ее институтов, в то время как крепостное право представляло собой сложную форму зависимости, обычно не имевшую кодифицированной основы в правовой системе. Венди Дэвис утверждает, что крепостные, как и рабы, также оказывались исключенными из публичной судебной системы, а судебные дела рассматривались в частных судах их сеньоров. Несмотря на научные разногласия, можно составить общее представление о рабстве и крепостном праве. Рабы, как правило, не владели имуществом и фактически сами являлись собственностью своих хозяев. Рабы работали полный рабочий день на своих хозяев и действовали в условиях негативной мотивации; иными словами, невыполнение работы влекло за собой физическое наказание. Крепостные владели земельными участками, которые по сути являлись формой "оплаты", предлагаемой сеньором в обмен на службу крепостного. Крепостные работали частично на сеньора, частично на себя и имели возможность накапливать личное богатство, которое часто было недоступно рабу. В любой момент семья раба могла быть разделена посредством торговли, и хозяева часто использовали эту угрозу для обеспечения послушания раба. Окончание эпохи крепостного права также является предметом дискуссий, при этом Жорж Дюби указывает на начало XII века как приблизительную дату завершения "крепостного права в строгом смысле этого термина". Другие историки оспаривают это утверждение, ссылаясь на дискуссии и упоминания крепостного права как института в более поздние периоды (например, в Англии XIII века или в Центральной Европе, где рост крепостного права совпал с его упадком в Западной Европе). Существуют различные подходы к определению временных рамок перехода, и лексикография является одним из них. Предполагается, что около 1000 года произошел заметный сдвиг в терминологии при упоминании тех, кто был либо рабом, либо крепостным, хотя нет единого мнения относительно значимости этого сдвига или даже его существования. Кроме того, нумизматы проливают свет на упадок крепостного права. Существует распространенная теория о том, что введение денежного обращения ускорило упадок крепостного права, поскольку оплачивать труд было предпочтительнее, чем полагаться на феодальные повинности. Некоторые историки утверждают, что землевладельцы начали продавать крепостным их землю – и, следовательно, их свободу – в периоды экономической инфляции по всей Европе. Другие историки полагают, что отмена рабства была инициирована королевской властью, которая даровала крепостным свободу посредством указов и законодательства в попытке расширить свою налоговую базу. Отсутствие крепостного права в некоторых частях средневековой Европы ставит ряд вопросов. Девруэ считает, что это связано с тем, что рабство в этих регионах не возникло из экономических структур, а было скорее социальным обычаем.
Обоснования рабства
В позднем Риме официальное отношение к рабству было двойственным. Согласно кодексу законов Юстиниана, рабство определялось как «институт, установленный законом народов, посредством которого одно лицо переходит в права собственности другого, вопреки природе». Оправдания рабства на протяжении средневекового периода были основаны преимущественно на восприятии религиозных различий. Рабы часто были чужеземцами, захваченными в плен во время войны. В связи с этим, как в еврейской, так и в исламской мысли раб рассматривался как «враг внутри». В христианской традиции язычники и еретики также считались врагами веры, которых можно было справедливо поработить. Теоретически, рабы, принявшие веру, могли начать путь к свободе, однако практика была непоследовательной: хозяева не были обязаны даровать им свободу, а практика крещения рабов часто не приветствовалась. Порабощение единоверцев не одобрялось, если не запрещалось, для христиан, иудеев и мусульман. Следовательно, язычники из Северной Европы и чернокожие африканцы были целью для всех трех религиозных групп. Этнические и религиозные различия смешивались в оправдание рабства. Однако в средневековый период некоторые христиане использовали его в качестве оправдания крепостного права. Мусульманские источники VII века упоминают, что проклятие Хама приобретает значение как миф, оправдывающий давнее порабощение африканцев в исламском мире. Кажущееся противоречие между идеей человеческой свободы, основанной на естественном праве, и признанием рабства каноническим правом было разрешено юридическим «компромиссом»: порабощение допускалось при наличии справедливой причины, которая затем могла быть определена папской властью. Считалось, что состояние рабства тесно связано с первородным грехом. К середине XV века Католическая церковь, особенно папство, активно предлагала оправдания порабощению сарацинов, язычников, неверных и «других врагов Христа». В 1452 году папская булла Dum Diversas уполномочила короля Португалии Афонсу V порабощать любых «сарацинов» или «язычников», с которыми он столкнется. Папа Римский Николай V признал военные действия короля Альфонсо законными посредством папской буллы и объявил о полной и свободной власти, данной этим эдиктом посредством апостольской власти, вторгаться, завоевывать, сражаться и подчинять сарацинов и язычников, а также других неверных и других врагов Христа и низводить их в вечное рабство. В последующей булле, выпущенной в 1455 году и озаглавленной Romanus Pontifex, папа Николай V вновь подтвердил свою поддержку порабощения неверных в контексте монополии Португалии на североафриканские торговые пути. Историки, такие как Тимоти Рэйборн, утверждают, что религиозные оправдания служили для маскировки экономических потребностей, лежащих в основе института рабства.
full and free power, through the Apostolic authority by this edict, to invade, conquer, fight, and subjugate the Saracens and pagans, and other infidels and other enemies of Christ, and to reduce their persons into perpetual servitude
In a follow up bull, released in 1455 and entitled Romanus Pontifex, Pope Nicholas V reiterated his support for the enslavement of infidels in the context of Portugal’s monopoly on North African trade routes. Historians such as Timothy Rayborn have contended that religious justifications served to mask the economic necessities underlying the institution of slavery.