Эретизм: Неврологическое расстройство, вызванное отравлением ртутью.

Введение

Неврологическое расстройство

Эретизм, также известный как эретизм меркуриалис, болезнь сумасшедшего шляпника или синдром сумасшедшего шляпника, – это неврологическое расстройство, поражающее всю центральную нервную систему, а также комплекс симптомов, вызванных отравлением ртутью. Эретизм характеризуется поведенческими изменениями, такими как раздражительность, неуверенность в себе, депрессия, апатия, застенчивость и робость, а в некоторых тяжелых случаях при длительном воздействии паров ртути – бредом, изменениями личности и потерей памяти. Люди с эретизмом часто испытывают трудности в общении. Сопутствующие физические проблемы могут включать снижение физической силы, головные боли, общую боль и тремор, а также нерегулярное сердцебиение. Ртуть – это элемент, который встречается повсеместно в почве, горных породах и воде. Люди, страдающие эретизмом, часто подвергаются воздействию ртути на работе. К профессиям с повышенным риском воздействия ртути относятся работа на предприятиях хлорно-щелочной промышленности, по производству термометров, стеклодувных изделий или люминесцентных ламп, а также работа в строительстве, стоматологических клиниках или золото-серебряных рудниках. На предприятиях работники подвергаются воздействию ртути в основном через исходные продукты и процессы, связанные с производством конечной продукции. В стоматологических клиниках – в основном при взаимодействии и установке зубных амальгам для лечения кариеса. Некоторые элементарные и химические формы ртути (пары, метилртуть, неорганическая ртуть) более токсичны, чем другие. Наиболее восприимчивы к токсическому воздействию ртути человеческий плод и люди с сопутствующими заболеваниями (например, пациенты с заболеваниями легких или почек). Отравление ртутью может происходить не только в профессиональной среде, но и в быту. Вдыхание паров ртути может быть связано с культурными и религиозными ритуалами, когда ртуть рассыпают на полу дома или в автомобиле, сжигают в свече или смешивают с парфюмом. В связи с широким распространением и общественной обеспокоенностью риск токсичности зубной амальгамы был всесторонне изучен. Было доказано, что она безопасна, хотя в 2020 году FDA выпустило новые рекомендации для групп риска, которым следует избегать использования ртутной амальгамы. Исторически это часто встречалось у старых английских шляпников, которые длительное время подвергались воздействию паров ртути, используемой для стабилизации шерсти в процессе валяния, когда шерсть вырезалась из шкуры животного, например, кролика. Промышленные рабочие подвергались воздействию паров ртути, что и дало начало выражению "сумасшедший как шляпник". Некоторые считают, что персонаж Безумного Шляпника в книге Льюиса Кэрролла "Алиса в Стране чудес" является примером человека с эретизмом, но происхождение этого предположения неясно. Вероятно, персонаж был основан на Теофиле Картере, эксцентричном продавце мебели, хорошо известном Кэрроллу.

Erethism, also known as erethismus mercurialis, mad hatter disease, or mad hatter syndrome, is a neurological disorder which affects the whole central nervous system, as well as a symptom complex, derived from mercury poisoning. Erethism is characterized by behavioral changes such as irritability, low self confidence, depression, apathy, shyness and timidity, and in some extreme cases with prolonged exposure to mercury vapors, by delirium, personality changes and memory loss. People with erethism often have difficulty with social interactions. Associated physical problems may include a decrease in physical strength, headaches, general pain, and tremors, as well as an irregular heartbeat. Mercury is an element that is found worldwide in soil, rocks, and water. People who get erethism are often exposed to mercury through their jobs. Some of the higher risk jobs that can lead to occupational exposure of workers to mercury are working in a chlor alkali, thermometer, glassblowing, or fluorescent light bulb factory, and working in construction, dental clinics, or in gold and silver mines. In factories, workers are exposed to mercury primarily through the base products and processes involved in making the final end consumer product. In dental clinics it is primarily through their interaction and installation of dental amalgams to treat dental caries. Some elemental and chemical forms of mercury (vapor, methylmercury, inorganic mercury) are more toxic than other forms. The human fetus and medically compromised people (for example, patients with lung or kidney problems) are the most susceptible to the toxic effects of mercury. Mercury poisoning can also occur outside of occupational exposures including in the home. Inhalation of mercury vapor may stem from cultural and religious rituals where mercury is sprinkled on the floor of a home or car, burned in a candle, or mixed with perfume. Due to widespread use and popular concern, the risk of toxicity from dental amalgam has been exhaustively investigated. It has conclusively been shown to be safe although in 2020 the FDA issued new guidance for at risk populations who should avoid mercury amalgam. Historically, this was common among old England felt hatmakers who had long term exposure to vapors from the mercury they used to stabilize the wool in a process called felting, where hair was cut from a pelt of an animal such as a rabbit. The industrial workers were exposed to the mercury vapors, giving rise to the expression "mad as a hatter". Some believe that the character the Mad Hatter in Lewis Carroll's Alice in Wonderland is an example of someone with erethism, but the origin of this account is unclear. The character was almost certainly based on Theophilus Carter, an eccentric furniture dealer who was well known to Carroll.

Биомаркеры воздействия

В то время как в прошлом шляпщикам диагностировали эретизм по симптомам, иногда было сложно доказать, что эретизм был вызван воздействием ртути, как это было в случае со шляпниками из Нью-Джерси, описанном ниже. Сегодня, хотя эретизм, связанный со шляпной промышленностью, больше не является проблемой, он сохраняется в других профессиях с высоким риском. В результате были разработаны методы более точного измерения воздействия ртути на рабочих, включающие сбор и анализ содержания ртути в крови, волосах, ногтях и моче. У большинства этих биомаркеров короткий период полураспада ртути (например, в крови он обычно составляет всего около 2–4 дней), что делает некоторые из них более подходящими для выявления острого, высокого уровня воздействия ртути. Однако ртуть в моче имеет значительно более длительный период полураспада (измеряется неделями или месяцами) и, в отличие от других биомаркеров, лучше отражает общую нагрузку организма неорганической и элементарной ртутью. В процессе, называемом «каротингом», когда мех мелких животных, таких как кролики, зайцы или бобры, отделялся от шкур и уплотнялся, оранжевый раствор, содержащий нитрат ртути, использовался в качестве смягчающего средства. Полученный войлок затем многократно формовали в большие конусы, усаживали в кипящей воде и сушили. Шляпники, контактировавшие с парами, выделявшимися из пропитанного войлока, часто работали в замкнутых пространствах. Считается, что использование ртути в шляпном производстве было внедрено гугенотами во Франции в XVII веке, когда об опасности воздействия ртути уже было известно. Этот процесс первоначально держался в секрете во Франции, где шляпное дело быстро стало опасной профессией. В конце XVII века гугеноты перенесли секрет в Англию после отмены Нантского эдикта. В викторианскую эпоху недуг шляпников стал пословичным, что отражено в популярных выражениях, таких как «безумный как шляпник» (см. ниже) и «тряска шляпников». Первое описание симптомов отравления ртутью среди шляпников, по-видимому, было сделано в Санкт-Петербурге, Россия, в 1829 году. В 1898 году во Франции был принят закон, защищающий шляпников от рисков, связанных с воздействием ртути. К началу XX века отравление ртутью среди британских шляпников стало редкостью. В Соединенных Штатах процесс с использованием ртути продолжал применяться вплоть до 1941 года, когда от него отказались главным образом из-за потребности в этом тяжелом металле для производства детонаторов во время войны.

While hatters in the past were diagnosed with erethism through their symptoms, it was sometimes harder to prove that erethism was the result of mercury exposure, as seen in the case of the hatters of New Jersey below. Today, although erethism from the hat making industry is no longer an issue, it persists in other high risk occupations. As a result, methods have been established to measure the mercury exposure of workers more accurately. They include the collection and testing of mercury levels in blood, hair, nails, and urine. Most of these biomarkers have a shorter half life for mercury (e. g. in blood the half life is usually only around 2–4 days), which makes some of them better for testing acute, high doses of mercury exposure. However, mercury in urine has a much longer half life (measured in weeks to months), and unlike the other biomarkers is more representative of the total body burden of inorganic and elemental mercury. During a process called carroting, in which furs from small animals such as rabbits, hares or beavers were separated from their skins and matted together, an orange colored solution containing mercuric nitrate was used as a smoothing agent. The resulting felt was then repeatedly shaped into large cones, shrunk in boiling water and dried. Hatters (or milliners) who came into contact with vapours from the impregnated felt often worked in confined areas. Use of mercury in hatmaking is thought to have been adopted by the Huguenots in 17th century France, at a time when the dangers of mercury exposure were already known. This process was initially kept a trade secret in France, where hatmaking rapidly became a hazardous occupation. At the end of the 17th century the Huguenots carried the secret to England, following the revocation of the Edict of Nantes. During the Victorian era the hatters' malaise became proverbial, as reflected in popular expressions like "mad as a hatter" (see below) and "the hatters' shakes". The first description of symptoms of mercury poisoning among hatters appears to have been made in St Petersburg, Russia, in 1829. In 1898, legislation was passed in France to protect hatmakers from the risks of mercury exposure. By the turn of the 20th century, mercury poisoning among British hatters had become a rarity. In the United States, the mercury based process continued to be adopted until as late as 1941, when it was abandoned mainly due to the wartime need for the heavy metal in the manufacture of detonators.

Шляпы Нью-Джерси

Опыт шляпников в Нью-Джерси хорошо документирован и был рассмотрен Ричардом Удином. В 1860 году, когда шляпная промышленность в таких городах, как Ньюарк, Оранж и Блумфилд, быстро росла, врач из Оранжа по имени Дж. Аддисон Фриман опубликовал статью под названием «Меркуриальная болезнь среди шляпников» в Transactions of the Medical Society of New Jersey. В этой новаторской работе дано клиническое описание последствий хронического отравления ртутью среди рабочих, наряду с профессиональным описанием использования нитрата ртути при подкормке (carroting) и вдыхания паров ртути на более поздних этапах процесса (при отделке, формовании и подгонке по размеру). Фриман заключил, что «должное внимание к здоровью этой категории граждан требует, чтобы ртуть не использовалась в производстве шляп в таких больших количествах, и если ее использование необходимо, то помещение для отделки шляп должно быть просторным, с высокими потолками и хорошей вентиляцией». Призыв Фримана к профилактике остался без внимания. В 1878 году инспекция 25 предприятий в окрестностях Ньюарка, проведенная доктором Л. Деннисом от имени Медицинского общества округа Эссекс, выявила «меркуриальную болезнь» у 25% из 1589 шляпников. Деннис признал, что эта цифра распространенности, вероятно, была занижена, учитывая страх рабочих быть уволенными, если они признаются больными. Хотя Деннис рекомендовал использовать вентиляторы на рабочих местах, он приписывал большинство проблем со здоровьем шляпников чрезмерному употреблению алкоголя (используя таким образом стигму пьянства в преимущественно иммигрантской рабочей силе для оправдания антисанитарных условий труда, предоставляемых работодателями). После назначения Лоуренса Т. Фелла, бывшего шляпника из Оранжа, ставшего успешным производителем, инспектором фабрик в 1883 году, были предприняты некоторые добровольные меры по снижению воздействия ртути. В конце XIX века серьезной проблемой для шляпников был туберкулез. Эта смертельная инфекционная болезнь была широко распространена в крайне негигиеничных, влажных и душных закрытых помещениях, где работали шляпники (в своем годовом отчете за 1889 год Бюро труда и промышленности Нью-Джерси выразило недоумение по поводу этих условий – см. врезку). Две трети зарегистрированных смертей шляпников в Ньюарке и Оранже в период с 1873 по 1876 год были вызваны заболеваниями легких, чаще всего у мужчин моложе 30 лет, и повышенная смертность от туберкулеза сохранялась в XX веке. В результате кампании по борьбе с туберкулезом, направленные на предотвращение распространения болезни от шляпников в широкое общество, заслонили проблему отравления ртутью. Например, в 1886 году Дж. В. Стиклер, работая от имени Совета здравоохранения Нью-Джерси, пропагандировал профилактику туберкулеза среди шляпников, но считал меркуриализм «необычным», несмотря на то, что сообщил о треморе у 15–50% опрошенных рабочих. В то время как шляпники, казалось, считали дрожь неизбежной ценой за свой труд, а не легко предотвратимой болезнью, их работодатели заявляли о незнании проблемы. В ходе опроса 1901 года 11 работодателей, нанимавших более тысячи шляпников в Ньюарке и Оранже, глава Бюро статистики Нью-Джерси Уильям Стенсби обнаружил отсутствие осведомленности о каких-либо заболеваниях, характерных для шляпников, кроме туберкулеза и ревматизма (хотя один работодатель отметил, что «работа в этой профессии развивает неумеренную тягу к крепким напиткам»). К 1934 году Служба общественного здравоохранения США оценила, что у 80% американских производителей меховых изделий наблюдается ртутный тремор. Тем не менее, профсоюзные кампании (возглавляемые Ассоциацией отделочников шляп Соединенных Штатов, первоначально созданной в 1854 году) никогда не затрагивали этот вопрос, и, в отличие от Франции, в Соединенных Штатах не было принято соответствующего законодательства. Вместо этого, похоже, потребность в ртути для военных нужд в конечном итоге привела к прекращению использования нитрата ртути в шляпном производстве США; на встрече, созванной Службой общественного здравоохранения США в 1941 году, производители добровольно согласились принять легкодоступный альтернативный процесс с использованием перекиси водорода.

The experience of hatmakers in New Jersey is well documented and has been reviewed by Richard Wedeen. In 1860, at a time when the hatmaking industry in towns such as Newark, Orange and Bloomfield was growing rapidly, a physician from Orange called J. Addison Freeman published an article titled "Mercurial Disease Among Hatters" in the Transactions of the Medical Society of New Jersey. This groundbreaking paper provided a clinical account of the effects of chronic mercury poisoning among the workforce, coupled with an occupational description of the use of mercuric nitrate during carroting and inhalation of mercury vapour later in the process (during finishing, forming and sizing). Freeman concluded that "A proper regard for the health of this class of citizens demands that mercury should not be used so extensively in the manufacture of hats, and that if its use is essential, that the hat finishers' room should be large, with a high ceiling, and well ventilated." Freeman's call for prevention went unheeded. In 1878, an inspection of 25 firms around Newark conducted by Dr L. Dennis on behalf of the Essex County Medical Society revealed "mercurial disease" in 25% of 1,589 hatters. Dennis recognized that this prevalence figure was probably an underestimate, given the workers' fear of being fired if they admitted to being diseased. Although Dennis did recommend the use of fans in the workplace he attributed most of the hatters' health problems to excessive alcohol use (thus using the stigma of drunkenness in a mainly immigrant workforce to justify the unsanitary working conditions provided by employers). Some voluntary reductions in mercury exposure were implemented after Lawrence T. Fell, a former journeyman hatter from Orange who had become a successful manufacturer, was appointed Inspector of Factories in 1883. In the late nineteenth century, a pressing health issue among hatters was tuberculosis. This deadly communicable disease was rife in the extremely unhygienic wet and steamy enclosed spaces in which the hatters were expected to work (in its annual report for 1889, the New Jersey Bureau of Labor and Industries expressed incredulity at the conditions—see box). Two thirds of the recorded deaths of hatters in Newark and Orange between 1873 and 1876 were caused by pulmonary disease, most often in men under 30 years of age, and elevated death rates from tuberculosis persisted into the twentieth century. Consequently, public health campaigns to prevent tuberculosis spreading from the hatters into the wider community tended to eclipse the issue of mercury poisoning. For instance, in 1886 J. W. Stickler, working on behalf of the New Jersey Board of Health, promoted prevention of tuberculosis among hatters, but deemed mercurialism "uncommon", despite having reported tremors in 15–50% of the workers he had surveyed. While hatters seemed to regard the shakes as an inevitable price to pay for their work rather than a readily preventable disease, their employers professed ignorance of the problem. In a 1901 survey of 11 employers of over a thousand hatters in Newark and Orange, the head of the Bureau of Statistics of New Jersey, William Stainsby, found a lack of awareness of any disease peculiar to hatters apart from tuberculosis and rheumatism (though one employer remarked that "work at the trade develops an inordinate craving for strong drink"). By 1934 the U. S. Public Health Service estimated that 80% of American felt makers had mercurial tremors. Nevertheless, trade union campaigns (led by the United States Hat Finishers Association, originally formed in 1854) never addressed the issue and, unlike in France, no relevant legislation was ever adopted in the United States. Instead, it seems to have been the need for mercury in the war effort that eventually brought to an end the use of mercuric nitrate in U. S. hatmaking; in a meeting convened by the U. S. Public Health Service in 1941, the manufacturers voluntarily agreed to adopt a readily available alternative process using hydrogen peroxide.

"Безумный как шляпник"

Хотя выражение "безумный как шляпник" ассоциировалось с этим синдромом, происхождение этой фразы остаётся неясным. Знаменитый персонаж Льюиса Кэрролла, Сумасшедший Шляпник, в "Приключениях Алисы в Стране чудес" демонстрирует ярко выраженное эксцентричное поведение, включая откусывание от чашки. Кэрролл, вероятно, был знаком с явлением деменции среди шляпников, однако считается, что литературный персонаж непосредственно вдохновлён Теофилом Картером, эксцентричным торговцем мебелью, не проявлявшим признаков отравления ртутью.