Франц Антон Месмер: Жизнь и учение о животном магнетизме
Franz Mesmer
Франц Месмер: немецкий врач, основатель теории «животного магнетизма» (местеризма), предшественника гипноза. Влияние на медицину и искусство XVIII-XIX вв.
Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.
Содержание
Введение
Немецкий врач (1734–1815)
German physician (1734–1815)
Франц Антон Месмер (нем. Franz Anton Mesmer; 23 мая 1734 – 5 марта 1815) – немецкий врач, интересовавшийся астрономией. Он разработал теорию о существовании процесса естественной передачи энергии между всеми живыми и неживыми объектами, назвав это явление «животным магнетизмом», впоследствии известным как месмеризм. Теория Месмера привлекла широкое число последователей примерно с 1780 по 1850 год и продолжала оказывать некоторое влияние до конца XIX века. В 1843 году шотландский врач Джеймс Брейд предложил термин «гипнотизм» для обозначения техники, происходящей от животного магнетизма; сегодня слово «месмеризм» обычно используется как синоним «гипноза». Месмер также поддерживал искусство, особенно музыку, и был дружен с Гайдном и Моцартом.
Franz Anton Mesmer ('/m//ɛ//z//m//ər/ MEZmər; ; 23 May 1734 – 5 March 1815) was a German physician with an interest in astronomy. He theorized the existence of a process of natural energy transference occurring between all animate and inanimate objects; this he called "animal magnetism", later referred to as mesmerism. Mesmer's theory attracted a wide following between about 1780 and 1850, and continued to have some influence until the end of the 19th century. In 1843, the Scottish doctor James Braid proposed the term "hypnotism" for a technique derived from animal magnetism; today the word "mesmerism" generally functions as a synonym of "hypnosis". Mesmer also supported the arts, specifically music; he was on friendly terms with Haydn and Mozart.
Ранние годы
Месмер родился в деревне Изнанг (ныне часть муниципалитета Мус), на берегу Боденского озера в Швабии. Он был сыном лесничего Антона Месмера (1701–после 1747) и его жены Марии Урсулы (урожденной Мишель; 1701–1770). После обучения в иезуитских университетах Диллингена и Ингольштадта, он начал изучать медицину в Венском университете в 1759 году. В 1766 году он опубликовал докторскую диссертацию с латинским названием De planetarum influxu in corpus humanum (О влиянии планет на человеческий организм), в которой рассматривал влияние Луны и планет на человеческий организм и болезни. Опираясь главным образом на теорию приливов Исаака Ньютона, Месмер развивал идею о существовании определенных приливов в человеческом теле, которые могли быть обусловлены движением Солнца и Луны. Доказательства, собранные Фрэнком А. Патти, указывают на то, что Месмер заимствовал большую часть своей диссертации из других работ, включая De imperio solis ac lunae in corpora humana et morbius inde oriundis (1704) Ричарда Мида, известного английского врача и друга Ньютона. Однако в эпоху Месмера от докторских диссертаций не требовали оригинальности. В январе 1768 года Месмер женился на Анне Марии фон Пош, состоятельной вдове, и обосновался в Вене в качестве врача. Летом он жил в роскошном поместье и стал меценатом искусств. В 1768 году, когда придворные интриги помешали постановке оперы La finta semplice (K. 51), для которой двенадцатилетний Вольфганг Амадей Моцарт написал 500 страниц музыки, по слухам, Месмер организовал представление в своем саду оперы Моцарта Bastien und Bastienne (K. 50), одноактной оперы, хотя биограф Моцарта Ниссен не обнаружил доказательств того, что это представление действительно состоялось. Позже Моцарт увековечил память своего бывшего покровителя, включив комедийную отсылку к Месмеру в свою оперу Così fan tutte.
Mesmer was born in the village of Iznang (now part of the municipality of Moos), on the shore of Lake Constance in Swabia. He was a son of master forester Anton Mesmer (1701–after 1747) and his wife, Maria Ursula (née Michel; 1701–1770). After studying at the Jesuit universities of Dillingen and Ingolstadt, he took up the study of medicine at the University of Vienna in 1759. In 1766 he published a doctoral dissertation with the Latin title De planetarum influxu in corpus humanum (On the Influence of the Planets on the Human Body), in which he discussed the influence of the moon and the planets on the human body and disease. Building largely on Isaac Newton's theory of the tides, Mesmer expounded on certain tides in the human body that might be accounted for by the movements of the sun and moon. Evidence assembled by Frank A. Pattie suggests that Mesmer plagiarized most of his dissertation from other works, including De imperio solis ac lunae in corpora humana et morbius inde oriundis (1704) by Richard Mead, an eminent English physician and Newton's friend. However, in Mesmer's day doctoral theses were not expected to be original. In January 1768, Mesmer married Anna Maria von Posch, a wealthy widow, and established himself as a doctor in Vienna. In the summers he lived on a splendid estate and became a patron of the arts. In 1768, when court intrigue prevented the performance of La finta semplice (K. 51), for which the twelve year old Wolfgang Amadeus Mozart had composed 500 pages of music, Mesmer is said to have arranged a performance in his garden of Mozart's Bastien und Bastienne (K. 50), a one act opera, although Mozart's biographer Nissen found no proof that this performance actually took place. Mozart later immortalized his former patron by including a comedic reference to Mesmer in his opera Così fan tutte.
Магнетизм животных
В 1774 году Месмер вызвал "искусственный прилив" у пациентки Франсиски Остерлин, страдавшей истерией, заставив ее проглотить препарат, содержащий железо, а затем прикрепив магниты к различным частям ее тела. Она сообщила о потоках таинственной жидкости, циркулирующей в ее теле, и почувствовала облегчение симптомов на несколько часов. Месмер не считал, что магниты сами по себе достигли исцеления. Он полагал, что внес свой вклад в животный магнетизм, который накопился в его практике. Вскоре он прекратил использовать магниты в качестве части лечения. В том же году Месмер сотрудничал с Максимилианом Хелем. В 1775 году Месмера пригласили высказать свое мнение перед Мюнхенской академией наук об экзорцизмах, проводимых Иоганном Иосифом Гасснером (Gaßner), священником и целителем из Воралберга, Австрия. Месмер заявил, что, хотя Гасснер был искренен в своих убеждениях, его исцеления были результатом высокой степени животного магнетизма, которым он обладал. Это столкновение между светскими идеями Месмера и религиозными убеждениями Гасснера положило конец карьере Гасснера и, по мнению Анри Элленбергера, ознаменовало появление динамической психиатрии. Скандал, последовавший за лишь частичным успехом Месмера в исцелении слепоты 18-летней музыкантши Марии Терезии Паради, вынудил его покинуть Вену в 1777 году. В феврале 1778 года Месмер переехал в Париж, снял квартиру в престижном районе города, предпочитаемом богатыми и влиятельными людьми, и открыл медицинскую практику. Там он вновь встретился с Моцартом, который часто его посещал. Париж вскоре разделился на тех, кто считал его шарлатаном, бежавшим из Вены, и тех, кто верил, что он совершил великое открытие. В первые годы пребывания в Париже Месмер безуспешно пытался получить официальное одобрение своих доктрин от Королевской академии наук и Королевского медицинского общества. Он нашел лишь одного врача с высоким профессиональным и социальным статусом, Шарля д’Эслона, который стал его учеником. В 1779 году, поощряемый д’Эслоном, Месмер написал 88-страничную книгу «Mémoire sur la découverte du magnétisme animal», к которой он приложил свои знаменитые 27 положений. Эти положения изложили его теорию того времени. Некоторые современные ученые отождествляют животный магнетизм Месмера с ци (чи) традиционной китайской медицины, а месмеризм – с практиками медицинского Цигун. По словам д’Эслона, Месмер понимал здоровье как свободное течение жизненного процесса по тысячам каналов в нашем теле. Болезнь вызывалась препятствиями для этого течения. Преодоление этих препятствий и восстановление течения приводило к кризисам, которые восстанавливали здоровье. Когда природа не могла сделать это спонтанно, контакт с проводником животного магнетизма был необходимым и достаточным средством. Месмер стремился помочь или спровоцировать усилия природы. Например, для лечения безумного требовалось вызвать припадок безумия. Преимущество магнетизма заключалось в ускорении таких кризисов без опасности.
In 1774, Mesmer produced an "artificial tide" in a patient, Francisca Österlin, who suffered from hysteria, by having her swallow a preparation containing iron and then attaching magnets to various parts of her body. She reported feeling streams of a mysterious fluid running through her body and was relieved of her symptoms for several hours. Mesmer did not believe that the magnets had achieved the cure on their own. He felt that he had contributed animal magnetism, which had accumulated in his work, to her. He soon stopped using magnets as a part of his treatment. In the same year Mesmer collaborated with Maximilian Hell. In 1775, Mesmer was invited to give his opinion before the Munich Academy of Sciences on the exorcisms carried out by Johann Joseph Gassner (Gaßner), a priest and healer who grew up in Vorarlberg, Austria. Mesmer said that while Gassner was sincere in his beliefs, his cures resulted because he possessed a high degree of animal magnetism. This confrontation between Mesmer's secular ideas and Gassner's religious beliefs marked the end of Gassner's career and, according to Henri Ellenberger, the emergence of dynamic psychiatry. The scandal that followed Mesmer's only partial success in curing the blindness of an 18 year old musician, Maria Theresia Paradis, led him to leave Vienna in 1777. In February 1778, Mesmer moved to Paris, rented an apartment in a part of the city preferred by the wealthy and powerful, and established a medical practice. There he would reunite with Mozart, who often visited him. Paris soon divided into those who thought he was a charlatan who had been forced to flee from Vienna and those who thought he had made a great discovery. In his first years in Paris, Mesmer tried and failed to get either the Royal Academy of Sciences or the Royal Society of Medicine to provide official approval for his doctrines. He found only one physician of high professional and social standing, Charles d'Eslon, to become a disciple. In 1779, with d'Eslon's encouragement, Mesmer wrote an 88 page book, Mémoire sur la découverte du magnétisme animal, to which he appended his famous 27 Propositions. These propositions outlined his theory at that time. Some contemporary scholars equate Mesmer's animal magnetism with the qi (chi) of Traditional Chinese Medicine and mesmerism with medical Qigong practices. According to d'Eslon, Mesmer understood health as the free flow of the process of life through thousands of channels in our bodies. Illness was caused by obstacles to this flow. Overcoming these obstacles and restoring flow produced crises, which restored health. When Nature failed to do this spontaneously, contact with a conductor of animal magnetism was a necessary and sufficient remedy. Mesmer aimed to aid or provoke the efforts of Nature. To cure an insane person, for example, involved causing a fit of madness. The advantage of magnetism involved accelerating such crises without danger.
Процедура
Месмер лечил пациентов как индивидуально, так и в группах. При индивидуальном лечении он садился напротив пациента, касаясь коленями коленей пациента, прижимая большие пальцы пациента своими руками и пристально глядя в глаза. Месмер делал "пасы", проводя руками от плеч пациента вниз по рукам. Затем он надавливал пальцами на область гипохондрия пациента (область под диафрагмой), иногда удерживая руки там часами. Многие пациенты испытывали необычные ощущения или судороги, которые считались кризисами и должны были привести к исцелению. Месмер часто завершал лечение игрой на стеклянной гармонике. К 1780 году у Месмера стало больше пациентов, чем он мог лечить индивидуально, и он организовал групповое лечение, известное как "бакет". Английский врач, наблюдавший за Месмером, описал это лечение следующим образом: «В середине комнаты помещен сосуд высотой около полутора футов, который здесь называют "бакетом". Он настолько велик, что вокруг него могут удобно разместиться двадцать человек; по краю крышки, покрывающей его, сделаны отверстия, соответствующие количеству окружающих его людей; в эти отверстия вставлены железные стержни, согнутые под прямым углом наружу и различной высоты, чтобы соответствовать той части тела, к которой они должны быть приложены. Помимо этих стержней, есть веревка, соединяющая бакет с одним из пациентов, а от него – с другим, и так по всему кругу. Наиболее заметные эффекты возникают с приближением Месмера, который, как утверждается, передает "жидкость" определенными движениями рук или глаз, не касаясь человека. Я разговаривал с несколькими людьми, которые были свидетелями этих эффектов, у которых судороги вызывались и снимались движением руки».
Mesmer treated patients both individually and in groups. With individuals he would sit in front of his patient with his knees touching the patient's knees, pressing the patient's thumbs in his hands, looking fixedly into the patient's eyes. Mesmer made "passes", moving his hands from the patient's shoulders down along their arms. He then pressed his fingers on the patient's hypochondrium (the area below the diaphragm), sometimes holding his hands there for hours. Many patients felt peculiar sensations or had convulsions that were regarded as crises and were supposed to bring about the cure. Mesmer would often conclude his treatments by playing some music on a glass harmonica. By 1780, Mesmer had more patients than he could treat individually, and he established a collective treatment known as the "baquet." An English doctor who observed Mesmer described the treatment as follows:In the middle of the room is placed a vessel of about a foot and a half high which is called here a "baquet". It is so large that twenty people can easily sit round it; near the edge of the lid which covers it, there are holes pierced corresponding to the number of persons who are to surround it; into these holes are introduced iron rods, bent at right angles outwards, and of different heights, so as to answer to the part of the body to which they are to be applied. Besides these rods, there is a rope which communicates between the baquet and one of the patients, and from him is carried to another, and so on the whole round. The most sensible effects are produced on the approach of Mesmer, who is said to convey the fluid by certain motions of his hands or eyes, without touching the person. I have talked with several who have witnessed these effects, who have convulsions occasioned and removed by a movement of the hand
Расследование
В 1784 году, без просьбы Месмера, король Людовик XVI назначил четырех членов Медицинского факультета комиссарами для расследования животного магнетизма и месмеризма. По просьбе этих комиссаров король назначил барона де Бретейя, министра парижского департамента, для формирования следственных комиссий. Одна состояла из членов Королевской академии наук, а другая – из членов Академии наук и Медицинского факультета. В состав исследовательских групп вошли химик Антуан Лавуазье, врач Жозеф Игнас Гильотен, астроном Жан Сильвен Бейли и американский посол Бенджамин Франклин. Комиссия провела серию экспериментов, направленных не только на установление эффективности лечения Месмера, но и на то, открыл ли он новую физическую субстанцию. Комиссия заключила, что никаких доказательств существования такой субстанции не обнаружено. Любая польза, которую приносило лечение, приписывалась "воображению". Один из комиссаров, ботаник Антуан Лоран де Жюссье, не согласился с официальными отчетами, представив особое мнение. Даже д'Эслон был убежден комиссией, заявив, что "воображение, направленное на облегчение страданий человечества, стало бы ценнейшим инструментом в руках врачей". Месмер еще несколько лет практиковал во Фрауенфельде, Швейцария. Он умер в 1815 году в Мерсбурге, Германия.
In 1784, without Mesmer having requested it, King Louis XVI appointed four members of the Faculty of Medicine as commissioners to investigate animal magnetism and Mesmerism. At the request of these commissioners, the king appointed Baron de Breteuil, minister of the Department of Paris, to establish investigative commissions. One was composed of individuals from the Royal Academy of Sciences, and the other of individuals from the Academy of Sciences and the Faculty of Medicine. The investigative teams included the chemist Antoine Lavoisier, the doctor Joseph Ignace Guillotin, the astronomer Jean Sylvain Bailly, and the American ambassador Benjamin Franklin. The commission conducted a series of experiments aimed not just at determining whether Mesmer's treatment worked, but whether he had discovered a new physical fluid. The commission concluded that there was no evidence for such a fluid. Whatever benefit the treatment produced was attributed to "imagination". One of the commissioners, the botanist Antoine Laurent de Jussieu took exception to the official reports, authoring a dissenting opinion. Even d'Eslon himself was convinced by the commission, stating that, "the imagination thus directed to the relief of suffering humanity would be a most valuable means in the hands of the medical profession." Mesmer continued to practice in Frauenfeld, Switzerland, for a number of years. He died in 1815 in Meersburg, Germany.
Драматические образы
В опере-буффа Моцарта 1790 года «Так поступают все женщины» (Così fan tutte) Месмер представлен в образе Деспины, которая исцеляет двух персонажей от отравления с помощью магнитов. В фильме Роджера Споттисвуда «Месмер» (1994) его роль исполнил Алан Рикман.
In Mozart's 1790 opera buffa Così fan tutte, Mesmer is dramatized as Despina, who cures two characters of poisoning using magnets. In Roger Spottiswoode's Mesmer (1994), he was portrayed by Alan Rickman.