Национальный либеральный клуб Лондона: История и особенности

Введение

Лондонский джентльменский клуб

Национальный либеральный клуб (НЛК) – это частный лондонский клуб, открытый как для мужчин, так и для женщин. Он был основан Уильямом Эвартом Гладстоном в 1882 году, чтобы предоставить клубные удобства сторонникам Либеральной партии среди значительно расширившегося электората после Третьего закона о реформе 1884 года, и задумывался как более доступная версия традиционного лондонского клуба. Итальянское здание клуба на набережной Темзы является вторым по величине клубным домом, построенным в Лондоне. (В то время это было самое большое здание, но впоследствии его превзошло здание Королевского автомобильного клуба, строительство которого было завершено в 1911 году.) Здание спроектировано Альфредом Уотерхаусом и было завершено в 1887 году. К его удобствам относятся столовая, бар, банкетные залы, бильярдная, курительная комната, библиотека и открытая терраса с видом на реку. Клуб расположен на Уайтхолл-плейс, недалеко от здания парламента, набережной Темзы и Трафальгарской площади.

Ранние годы

Возникновение клуба было связано с деятельностью валлийского либерального активиста (и впоследствии депутата) Артура Джона Уильямса, который предложил создать подобный клуб на специальном общем собрании недолго просуществовавшего Клуба «Столетие» 14 мая 1882 года, чтобы обеспечить «дом для демократии, свободный от классовых различий, свойственных Девонширскому и Реформационному клубам». Первое полноценное собрание нового клуба состоялось 16 ноября 1882 года в (ныне снесенном) Вестминстерском дворце на улице Виктория. Клуб «Столетие» к концу года объединился с NLC. В первые годы своего существования клуб определял свои цели следующим образом: 1. Предоставление недорогого места для встреч либералов и их сторонников со всей страны. 2. Содействие либеральному делу. 3. Создание политической и исторической библиотеки в память о Гладстоне и его деятельности. Первоначальный циркуляр для подписчиков привел к тому, что к концу 1882 года 2500 членов из более чем 500 городов и округов уже вступили в новый клуб, а к моменту открытия клубного дома в 1887 году членство достигло 6500. В мае 1883 года открылся временный клубный дом на Трафальгарской площади, на углу Нортумберленд-авеню и Уайтхолла. Клуб располагался здесь в течение следующих четырех лет. Открытие первого клубного дома было отмечено торжественным банкетом для 1900 человек в Королевском аквариуме у Парламентской площади, где, по сообщению Punch, было выпито 200 дюжин бутылок шампанского Pommery. Во время существования клуба на Трафальгарской площади в Палате общин был задан парламентский вопрос о поднятии Белого флага на флагштоке клуба в рамках розыгрыша. Фундамент современного клубного дома был заложен Гладстоном 9 ноября 1884 года, когда он заявил: «В целом, я бы сказал, что не может быть менее интересного события, чем закладка первого камня в фундамент клуба в Лондоне. Ведь, в конце концов, что такое лондонские клубы? Боюсь, не что иное, как храмы роскоши и безделья. Однако это клуб совершенно иного характера», и представил клуб как популярное учреждение для широкого электората. Однако другой из основателей клуба, Г. У. Э. Рассел, отметил: «Мы, конечно, никогда не предполагали столь величественного сооружения из терракоты и глазурованной плитки, которое теперь носит это имя. Нашей скромной целью было обеспечить центральное место встречи для столичных и провинциальных либералов, где все удобства жизни были бы доступны по так называемым «доступным ценам»”, но добавил: «по крайней мере, мы хотели, чтобы наш клуб был местом «отдыха» для радикального труженика. Но Гладстон настаивал, что это должна быть мастерская, посвященная напряженному труду». Оставшиеся 30 000 фунтов стерлингов были собраны путем выпуска ипотечных облигаций. В период своего расцвета в конце XIX века членство в клубе было преимущественно политическим, но также отличалось сильным журналистским и даже богемным характером. Известно, что члены завершали вечерний ужин, ныряя в Темзу. На момент основания клуб объединял все фракции либерализма, от вигов до радикалов, но через четыре года он был потрясен кризисом по вопросу о самоуправлении Ирландии в 1886 году, в результате которого либеральные юнионисты во главе с Джозефом Чемберленом и маркизом Хартингтоном (оба из которых были членами-основателями NLC) вышли из партии и в конечном итоге вступили в союз с консерваторами. Действительно, Чемберлен был одним из самых активных сторонников NLC после его основания. На церемонии закладки первого камня в 1884 году Хартингтон утверждал, что клуб станет будущим домом Радикального Бирмингемского Клуба Чемберлена, и Чемберлен, стоя рядом с ним, демонстративно отказался ему противоречить. Сам Чемберлен ушел в отставку в 1886 году, вскоре после раскола по вопросу о самоуправлении, Хартингтон и другие видные либеральные юнионисты последовали его примеру в начале 1887 года, а когда в 1889 году еще 130 юнионистов одновременно вышли из клуба, «Скотс Обсервер» назвал это «одним из самых важных событий, произошедших в последнее время во внутренней политике», из-за его последствий для раскола Либеральной партии. Клуб пользовался репутацией радикального, и Х. В. Эми отмечает, что радикалы добились явного успеха, когда радикальное крыло Национального либерального клуба (NLC) захватило управление клубом летом 1897 года и избрало новый политический комитет во главе с [Генри] Лабушером в качестве председателя и Х. Дж. Реккитом в качестве секретаря. В состав комитета вошли сэр Роберт Рид, [Филип] Стенхоуп, Герберт Сэмюэл, Руфус Айзекс и У. Ф. Томпсон, редактор газеты Reynold's News. Комитет написал открытое письмо к избирательным округам, запросив их мнение о политике и обозначив несколько областей, где приветствовались бы отзывы. К ноябрю ответы показали, что большинство мнений склонялось к демократизации парламента, включая отмену права вето Палаты лордов, реформу регистрации и избирательного законодательства, а также деволюцию. Среди «других важных реформ» были включены все основные вопросы дня (за исключением национализации). Затем они были оформлены в манифест радикальных реформ, который был «крайне не понравился официальной организации». Было распространено 38 000 экземпляров, и на общем собрании NLF в Дерби было решено сделать реформы приоритетом, решение, которое было одобрено [Г. Г.] Асквитом через несколько дней. Эта репутация радикализма была подчеркнута, когда бывший либеральный премьер-министр лорд Розбери ушел из клуба в сентябре 1909 года, назвав его «рассадником социализма». Клуб также был местом многих интриг в Либеральной партии на протяжении многих лет, соперничая с Реформационным клубом как с социальным центром для либералов к началу Первой мировой войны, хотя его членство в основном состояло из либеральных активистов по всей стране; он был построен в таком большом масштабе, чтобы обеспечить лондонские клубные удобства для либеральных активистов со всей страны, что оправдывало использование описания «национальный». 22 марта 1893 года во время второго чтения законопроекта о регистрации клубов консервативный депутат (который впоследствии перешел в либералы) Томас Гибсон Боулз заявил в Палате общин: «Мне сообщили, что недалеко отсюда есть заведение, которое посещают радикальные миллионеры и освобожденные заключенные, Национальный либеральный клуб, где потребляется огромное количество виски». Несмотря на это замечание, кажется, что клуб потреблял относительно мало алкоголя по меркам того времени — Герберт Сэмюэл отметил в 1909 году, что среднее годовое потребление алкоголя на одного члена NLC составляло 31 шиллинг 4 пенса в год, что очень хорошо сравнивалось с эквивалентными консервативными клубами, включая 33 шиллинга 5 пенсов для расположенного поблизости Конституционного клуба, 48 шиллингов для Клуба города Карлтона и 77 шиллингов для Клуба младших Карлтонов. Одним из возможных объяснений была сила движения сторонников умеренности в Либеральной партии в то время. 3 декабря 1909 года либеральный канцлер Дэвид Ллойд Джордж использовал клуб, чтобы произнести речь, резко осуждающую Палату лордов, что было воспринято как фактический запуск всеобщих выборов «Народного бюджета» в январе 1910 года. 21 ноября 1911 года клуб был одним из зданий, чьи окна были разбиты суфражистками из Женского социального и политического союза в знак протеста против бездействия либерального правительства в отношении избирательного права для женщин. Во время скандала с Marconi в 1912 году Уинстон Черчилль использовал речь в клубе, чтобы страстно защитить попавших в беду министров Дэвида Ллойда Джорджа и Руфуса Айзекса, заявив, что на их репутации «нет ни пятна».

The genesis of the club lay with Welsh Liberal party activist (and later MP) Arthur John Williams, who proposed the creation of such a club at a Special General Meeting of the short lived Century Club on 14 May 1882, so as to provide "a home for democracy, void of the class distinction associated with the Devonshire and Reform Clubs". The first full meeting of the new club was held on 16 November 1882, at the (now demolished) Westminster Palace Hotel on Victoria Street. The Century Club itself then merged into the NLC at the end of the year. In its early years, the club declared its objects to be:
1. The provision of an inexpensive meeting place for Liberals and their friends from all over the country. 2. The furtherance of the Liberal cause. 3. The foundation of a political and historical library as a memorial to Gladstone and his work. An initial circular for subscribers meant that by the end of 1882, 2,500 members from over 500 towns and districts had already signed up for the new club, and membership would reach 6,500 by the time the clubhouse opened in 1887. An initial temporary clubhouse opened on Trafalgar Square in May 1883, on the corner of Northumberland Avenue and Whitehall. The club would be based here for the next four years. The opening of the first clubhouse was marked by an inaugural banquet for 1,900 people at the Royal Aquarium off Parliament Square, which Punch reported saw the consumption of 200 dozen bottles of Pommery champagne. During the club's time on Trafalgar Square, a parliamentary question was asked in the House of Commons about the White Ensign being raised on the club's flagpole as part of a prank. The club's foundation stone on the modern clubhouse was laid by Gladstone on 9 November 1884, when he declared "Speaking generally, I should say there could not be a less interesting occasion than the laying of the foundation stone of a Club in London. For, after all, what are the Clubs of London? I am afraid little else than temples of luxury and ease. This, however, is a club of a very different character", and envisioned the club as a popular institution for the mass electorate. However, another of the club's founders, G. W. E. Russell, noted "We certainly never foresaw the palatial pile of terra cotta and glazed tiles which now bears that name. Our modest object was to provide a central meeting place for Metropolitan and provincial Liberals, where all the comforts of life should be attainable at what are called 'popular prices'", but added "at the least, we meant our Club to be a place of "ease" to the Radical toiler. But Gladstone insisted that it was to be a workshop dedicated to strenuous labour." The remaining £30,000 necessary was raised by mortgage debentures. In its late 19th century heyday, its membership was primarily political, but had a strong journalistic and even bohemian character. Members were known to finish an evening's dining by diving into the Thames. On the club's launch, it represented all factions of liberalism from whiggery to radicalism, but within four years it was rocked by the Home Rule Crisis of 1886, which saw the Liberal Unionists led by Joseph Chamberlain and the Marquess of Hartington (both of whom had been founder members of the NLC) secede from the party and eventually go into alliance with the Conservatives. Indeed, Chamberlain had been one of the NLC's most enthusiastic promoters upon its launch. At the 1884 ceremony of Gladstone's foundation stone laying for the club, Hartington had argued that the club would be the future home of Chamberlain's Radical Birmingham Caucus, and Chamberlain, standing next to him, pointedly refused to contradict him. Chamberlain himself resigned in 1886, shortly after the Home Rule split, Hartington and other prominent Liberal Unionists followed early in 1887, and when a further 130 Unionists simultaneously seceded from the club in 1889, the Scots Observer called it "one of the most important events that has recently occurred in home politics", due to its ramifications for the Liberal Party breaking in two. The club enjoyed a reputation for radicalism, and H. V. Emy records that Radicals secured
a distinct success when the Radical wing of the National Liberal Club (NLC) captured the club's organisation in the summer of 1897 and elected a new political committee with [Henry] Labouchere as the chairman and H. J. Reckitt as secretary. The Committee itself included Sir Robert Reid, [Philip] Stanhope, Herbert Samuel, Rufus Isaacs and W. F. Thompson, the editor of Reynold's News. The Committee wrote an open letter to the constituencies, asking them for their opinions on policy, designating several areas where opinion would be welcome. By November, the replies indicated that the weight of opinion lay with the democratisation of Parliament, involving the abolition of the Lords' veto, reform of registration and electoral law, and devolution. Amongst "other prominent reforms" were included all the major issues of the day (except nationalisation). These were then drafted into a manifesto of Radical reform which was "greatly resented by the official organisation." 38,000 copies were circulated, and a meeting of the General Committee of the NLF at Derby agreed to make reform a priority, a decision endorsed by [H. H.] Asquith a few days later. This reputation for radicalism was underlined when former Liberal Prime Minister Lord Rosebery resigned from the club in September 1909, denouncing it as "a hotbed of socialism." It was also the site of much intrigue in the Liberal Party over the years, rivalling the Reform Club as a social centre for Liberals by the advent of the First World War, although its membership was largely based on Liberal activists in the country at large; it was built on such a large scale to provide London club facilities for Liberal activists from around the country, justifying its use of the description 'national'. On 22 March 1893, during the Second Reading of the Clubs Registration Bill, the Conservative MP (who was later to defect to the Liberals) Thomas Gibson Bowles told the House of Commons "I am informed there is an establishment not far from the House frequented by Radical millionaires and released prisoners, the National Liberal Club, where an enormous quantity of whisky is consumed." Despite this remark, it seems that the club accounted for relatively little alcohol consumption by the standards of the day – Herbert Samuel commented in 1909 that the average annual consumption of alcoholic liquor per NLC member was 31s. 4d. per annum, which compared very favourably with equivalent Conservative clubs, including 33s. 5d. for the nearby Constitutional Club, 48s. for the City Carlton Club, and 77s. for the Junior Carlton Club. One possible explanation was the strength of the Temperance movement in the Liberal party at the time. On 3 December 1909, Liberal Chancellor David Lloyd George used the club to make a speech fiercely denouncing the House of Lords, in what was seen as a de facto launch of the "People's Budget" general election of January 1910. On 21 November 1911, the club was one of a number of buildings to have their windows smashed in by the suffragette Women's Social and Political Union, in protest at the Liberal government's inaction over votes for women. During the Marconi scandal of 1912, Winston Churchill used a speech to the club to mount an impassioned defence of embattled ministers David Lloyd George and Rufus Isaacs, asserting that there was "no stain of any kind" upon their characters.

Междувоенные годы

Во время раскола Либеральной партии в 1916–1923 годах, асквитовское крыло партии доминировало в клубе, в то время как либеральный премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж (который в предыдущие годы был завсегдатаем курительной, часто грел спину у камина, над которым сейчас висит его портрет) был лично отвергаем многими членами NLC. Это было крайне напряженное время для Либеральной партии, когда сторонники Асквита и Ллойда Джорджа считали себя «истинными» либералами, а другую фракцию – «предателями». В 1921 году портреты Ллойда Джорджа и Черчилля были сняты и помещены в подвал клуба. В то время асквитовцев называли «Wee Frees», и историк Кэмерон Хазлехерст писал, что «преимущества светской жизни в Национальном либеральном клубе все чаще предоставлялись «Wee Frees» исключительно «Wee Frees»». Воссоединение двух ветвей Либеральной партии накануне всеобщих выборов в декабре 1923 года привело к роспуску соседнего Клуба 1920 года для сторонников Ллойда Джорджа, и «портреты Ллойда Джорджа и [его соратника, либерала] Черчилля, долгое время находившиеся в подвале, были возвращены на почетные места в курительной». Однако переход Черчилля обратно в консерваторы менее чем через год привел к столь же быстрому возвращению его портрета в подвал, где он оставался еще 16 лет. Существует известная история о NLC, согласно которой консервативный политик Ф. Э. Смит ежедневно заходил туда по пути в парламент, чтобы воспользоваться туалетами клуба. Однажды привратник задержал Смита и спросил, является ли он членом клуба, на что Смит ответил: «Боже мой! Вы хотите сказать, что это еще и клуб?». Эта история и ее апокрифические вариации (обычно с заменой Смита на Черчилля) рассказываются о многих разных клубах. Оригинальная история относится к NLC, расположенному на полпути между парламентом и кабинетом Смита в Элм-Корте, Темпл. Комментарий был насмешкой над коричневой плиткой в некоторых частях поздней викторианской архитектуры NLC. Во время подвешенного парламента 1923–1924 годов именно в клубе Асквит, как лидер воссоединенной Либеральной партии, объявил 6 декабря 1923 года о поддержке либералами Рэмси Макдональда в формировании первого в истории правительства лейбористов в Великобритании. Клуб продолжал служить местом проведения крупных собраний либералов. В День перемирия 1924 года более ста проигравших либеральных кандидатов встретились в клубе, чтобы выразить свой гнев по поводу того, что Ллойд Джордж не использовал свой печально известный «фонд Ллойда Джорджа» для помощи либералам в катастрофической предвыборной кампании за месяц до этого. После всеобщих выборов 1929 года в клубе состоялось первое собрание недавно расширенной парламентской фракции либералов, на котором все депутаты, кроме одного (независимого Риса Хопкина Морриса), переизбрали Ллойда Джорджа лидером Либеральной партии. В 1932 году клуб впервые ввел неполитическое членство (теперь просто называемое членством, в отличие от политического членства). Майкл Медоукрофт объясняет, что это было сделано для того, чтобы предоставить «членство либералам, которым по роду занятий, например, судьям, военным чиновникам или высокопоставленным государственным служащим, не разрешалось раскрывать свои политические взгляды», и которые ранее были исключены из клуба из-за требования о подписании всеми членами декларации о либеральных политических убеждениях.

During the Liberal Party's 1916–23 split, the Asquith wing of the party was in the ascendant in the club, while Liberal Prime Minister David Lloyd George (who had been a regular by the Smoking Room in previous years, often found warming his bottom by the fireplace where his portrait now hangs) was personally shunned by many NLC members. This was a highly acrimonious time within the Liberal Party, with both the Asquithian and Lloyd Georgeite factions believing themselves to be the 'true' Liberal party, and viewing the other faction as 'traitors'. The Lloyd George and Churchill portraits were removed in 1921 and put into the club's cellar. At the time, the Asquithians were popularly known as "Wee Frees", and historian Cameron Hazlehurst wrote that, "the civilities of social life at the National Liberal Club were increasingly reserved by 'Wee Frees' for 'Wee Frees.'" The reunion of the two branches of the Liberal Party in the run up to the December 1923 general election meant that the neighbouring 1920 Club for Lloyd George supporters was disbanded, and "the portraits of Lloyd George and [fellow Lloyd George Liberal] Churchill, long consigned to the cellar, were recovered and reinstated in the places of honour in the smoking room", although Churchill's defection back to the Conservatives within less than a year meant that his portrait was just as swiftly returned to the basement, and would not re emerge for another 16 years. There is a well known story told of the NLC, that the Conservative politician F. E. Smith would stop off there every day on his way to Parliament, to use the club's lavatories. One day the hall porter apprehended Smith and asked him if he was actually a member of the club, to which Smith replied "Good God! You mean it's a club as well?". This story, and apocryphal variations thereof (usually substituting Smith with Churchill), are told of many different clubs. The original related to the NLC, at the half way point between Parliament and Smith's chambers in Elm Court, Temple. The comment was a jibe at the brown tiles in some of the NLC's late Victorian architecture. During the hung parliament of 1923–24, it was at the club that Asquith – as Leader of the reunited Liberal Party – announced on 6 December 1923 that the Liberals would support Ramsay MacDonald in forming Britain's first ever Labour government. The club continued to be a venue for large scale meetings of Liberals. On Armistice Day 1924, over one hundred defeated Liberal candidates met at the club to express their anger at Lloyd George's failure to use his infamous "Lloyd George fund" to help the Liberals in the disastrous general election campaign one month earlier. After the 1929 general election, the first meeting of the newly expanded Parliamentary Liberal Party was held at the club, with all MPs except one (the independently minded Rhys Hopkin Morris) re electing Lloyd George as Liberal Party Leader. In 1932, the club first introduced non political membership (now simply called Membership, in contrast to Political Membership). Michael Meadowcroft explains that this was done to provide, "membership for Liberals who, by reason of their employment, such as judges, military officers or senior civil servants, were not permitted to divulge their politics", and so who had been previously debarred by the club's insistence on all members signing a declaration of Liberal politics.

Вторая мировая война

11 мая 1941 года клуб подвергся прямому попаданию бомбы Люфтваффе во время блица, что полностью разрушило центральную лестницу и нанесло значительные повреждения в других местах. Стоимость восстановления лестницы в 1950 году (150 000 фунтов стерлингов в 1950 году эквивалентны примерно <рассчитанной сумме> в последние годы) оказала существенное давление на финансы клуба, хотя щедрая поддержка от Комиссии по военным убыткам помогла профинансировать новую лестницу. В течение девяти лет между взрывом бомбы и восстановлением лестницы членам клуба приходилось пользоваться лестницами башни клуба, часто выбирая весьма извилистые маршруты по обширному зданию клуба. Одним из поврежденных в результате взрыва предметов был портрет Уинстона Черчилля (члена клуба) 1915 года работы Эрнеста Таунсенда. Ирония в том, что после 25 лет, проведенных вдали от посторонних глаз, он был выставлен на всеобщее обозрение лишь за год до этого. Написанный в год Дарданелльской кампании, Черчилль вскоре не смог присутствовать на открытии портрета, поскольку отправился в изгнание в окопы. По возвращении его решительная поддержка коалиции Ллойда Джорджа привела к тому, что с 1916 года он стал персоной нон грата в клубе, что лишь усилилось после его ухода из Либеральной партии в 1924 году. Таким образом, с 1915 по 1940 год (с кратковременной экспозицией в 1923–24 годах) картина находилась на хранении в клубе. Когда Черчилль стал премьер-министром в мае 1940 года, клуб поспешно выставил картину в главном холле (где она до сих пор висит). Она была повреждена бомбой через год, получив диагональную трещину посередине. Картина была кропотливо восстановлена, и Черчилль лично открыл ее вновь 22 июля 1943 года на церемонии, в которой также приняли участие его жена (приверженка либеральных взглядов), лидер либералов сэр Арчибальд Синклер (друг и коллега более чем 30-летнего стажа, в то время служивший в кабинете Черчилля), давняя подруга леди Вайолет Бонэм Картер, председатель клуба лорд Местон и карикатурист Дэвид Лоу. Именно на дебатах в клубе в 1971 году профессор Йельского университета Джеймс Тобин впервые публично озвучил свое предложение о введении налога Тобина на финансовые операции. Помимо бомбардировки 1941 года, клуб также подвергся нападению бомбы ИРА в 12 часов ночи 22 декабря 1973 года (в рамках скоординированной рождественской бомбардировочной кампании), которая выбила входную дверь и повредила руку дежурного менеджера, а 10 января 1992 года бомба ИРА в чемодане взорвалась у входа в клуб, разбив множество окон. Во время предвыборной кампании всеобщих выборов в феврале 1974 года лидер либералов Джереми Торп защищал крайне незначительное большинство в 369 голосов в своем избирательном округе Девон. Вместо того чтобы вести "типичную" предвыборную кампанию лидера партии, базирующуюся в Лондоне и ориентированную на лондонские СМИ, Торп провел почти все выборы в своем избирательном округе, поддерживая связь с национальной прессой через прямую телевизионную связь с ежедневными пресс-конференциями в Национальном либеральном клубе. Позже Торп признался, что эта система дала ему больше времени на обдумывание ответов на вопросы и помогла сохранить либеральную кампанию отличительной и современной. Последующие предвыборные кампании либералов в 1970-х и 1980-х годах сохранили идею ежедневных пресс-конференций в НЛК, но с участием представителей прессы лично, а не по телевизионной связи с лидером партии. На протяжении 1960-х и 1970-х годов все лондонские клубы переживали серьезный упадок. Одной из его наиболее спорных реформ стала продажа библиотеки Гладстона Национального либерального клуба (в которой находилась самая большая в стране коллекция политической литературы XVII–XX веков, включающая 35 000 книг и более 30 000 брошюр) Бристольскому университету за 40 000 фунтов стерлингов. В качестве оправдания было заявлено, что клуб больше не может позволить себе выплачивать зарплату библиотекаря и не хочет оставлять столь ценные материалы без присмотра. Ян Брэдли назвал эту сумму "жалкой", особенно учитывая уникальную коллекцию манифестов кандидатов с всеобщих выборов XIX века. До продажи, как заметил Питер Харрис, это была "самая обширная библиотека среди клубов Лондона". Осенью 1980 года бывший лидер либералов Джо Гримонд выступил с первой лекцией "Клуба восьмидесяти" перед Ассоциацией либеральных юристов в клубе, привлекая внимание прессы своей резкой критикой либералов, которые верили, что их будущее заключается в той или иной форме социал-демократии, или, как он выразился, "в лучшем вчерашнем дне". В 1985 году, напоминая о сделках де Шабри, клуб провел двухлетние переговоры о продаже второго этажа и подвальных помещений для проведения мероприятий, а также 140 спален с третьего по восьмой этаж (включая два огромных бальных зала и библиотеку Гладстона, которая содержала 35 000 томов до ее продажи в 1977 году и пустовала к 1980-м годам) соседнему отелю Royal Horseguards, вход в который находится с другой стороны, и который функционирует как отель с 1971 года. Это вызвало некоторое несогласие среди членов клуба, но продажа обеспечила финансовую стабильность клуба, а оставшаяся часть клуба, расположенная в основном на первом и втором этажах огромного здания, по-прежнему остается одним из крупнейших клубных домов в мире. Первоначально построенный для 6000 членов, клуб по-прежнему предоставляет возможности для около 2000. В календаре клуба есть ежегодный ужин с белой рыбой, где члены отправляются по реке от Эмбанкмент Пир вниз по течению к "Трафальгару", гринвичской таверне, куда Гладстон водил своих министров по реке, а также Политический и экономический кружок, основанный Гладстоном в 1890-х годах. 17 июля 2002 года Джереми Паксман провел широко освещенное интервью с лидером либдемов Чарльзом Кеннеди в курилке клуба для выпуска Newsnight. Интервью вызвало споры из-за вопросов Паксмана об употреблении алкоголя Кеннеди, включая вопрос: "Беспокоит ли вас тот факт, что каждый политик, с которым мы разговаривали, готовясь к этому интервью, сказал одно и то же - "Вы берете интервью у Чарльза Кеннеди, надеюсь, он трезв"?". Это был первый случай, когда ведущий крупного телеканала поднял эту тему с лидером либдемов, который ушел в отставку через три с половиной года после признания в алкоголизме. На выборах лидера Либеральных демократов в 2006 году Крис Хьюн начал свою предвыборную кампанию с главной лестницы клуба, а на выборах лидера Либеральных демократов в 2007 году фаворит и будущий победитель Ник Клегг начал свою успешную предвыборную кампанию из комнаты Дэвида Ллойда Джорджа клуба, восхваляя "элегантность Национального либерального клуба". Будучи лидером партии, Клегг выступил с другими знаковыми речами в клубе, например, с речью о "мускулистом либерализме" 11 мая 2011 года, отмечающей год пребывания Либеральных демократов у власти в рамках коалиционного правительства во главе с консерваторами. После неоднозначных результатов Либеральных демократов на всеобщих выборах 2017 года лидер партии Тим Фаррон использовал клуб, чтобы выступить со своей первой важной речью, призвав премьер-министра Терезу Мэй уйти в отставку после потери большинства.

On 11 May 1941 the club suffered a direct hit by a Luftwaffe bomb during the Blitz, which utterly destroyed the central staircase and caused considerable damage elsewhere. The £150,000 cost of reconstructing the staircase in 1950 (150000.0 in 1950 is equivalent to about <calculated amount> in recent years) placed a considerable strain on the club's finances, although generous support from the War Damage Commission helped to fund the new staircase. In the nine year interim between the bomb blast and the rebuilding of the staircase, members had to use the stairs of the club's turret tower, often taking highly circuitous routes around the vast clubhouse. One of the items damaged in the blast was the 1915 portrait of Winston Churchill (a member of the club), by Ernest Townsend. Ironically, after 25 years of being hidden from sight, it had only just been put on display the year before. Painted in the year of the Dardanelles Campaign, Churchill was soon unavailable for unveiling the portrait as he went into exile in the trenches. After his return, his strong support for the Lloyd George coalition meant that from 1916 he proved to be persona non grata at the club, and this only increased after he left the Liberal Party in 1924. Thus from 1915 to 1940 (with only a brief display in 1923–4), the painting was held by the club in storage. When Churchill became Prime Minister in May 1940, the club rushed out the painting and put it on display in the main lobby (where it still hangs today). It was bombed after one year, suffering a diagonal gash down the middle. The painting was then painstakingly restored, and Churchill re unveiled it himself on 22 July 1943, at a ceremony also attended by his wife (a lifelong Liberal), Liberal Leader Sir Archibald Sinclair (a friend and colleague of over 30 years, then serving in Churchill's cabinet), lifelong friend Lady Violet Bonham Carter, Club chairman Lord Meston and cartoonist David Low. It was at a debate at the club in 1971 that Yale professor James Tobin first publicly voiced his proposal for a Tobin tax on financial transactions. In addition to the Blitz bombing in 1941, the club also sustained an attack from an IRA bomb at 12 past midnight on 22 December 1973 (as part of a concerted Christmas bombing campaign) which blew open the front door and gashed the duty manager's arm, while on 10 January 1992 an IRA briefcase bomb exploded outside the club, shattering many of its windows. During the February 1974 general election campaign, Liberal Leader Jeremy Thorpe was defending a wafer thin majority of 369 votes in his Devon constituency. Instead of fighting a "typical" party leader's election campaign based in London and focusing on the London based media, Thorpe spent almost the entire election in his constituency, keeping in contact with the national press via a live closed circuit television link up to daily press conferences at the National Liberal Club. Thorpe later credited this system with giving him more time to think of answers to questions, and it helped to keep the Liberal campaign both distinctive and modern. Further Liberal election campaigns of the 1970s and 1980s retained the idea of a daily press conference at the NLC, but with live participants rather than a TV link up to the party leader. Throughout the 1960s and 1970s, all London clubs were in serious decline, One of his more controversial reforms was to sell the National Liberal Club's Gladstone Library (which contained the largest library of 17th to 20th century political material in the country, including 35,000 books and over 30,000 pamphlets) to the University of Bristol for £40,000. The pretext given was that the club could no longer afford to pay the Librarian's wages, and that it did not want to leave such valuable material unguarded. Ian Bradley described it as "a derisory sum" for the sale, particularly in light of the unique collection of accumulated candidates' manifestos from 19th century general elections. Until its sale, it had been, as Peter Harris observed, "The most extensive of the Club libraries of London." In the autumn of 1980, former Liberal Leader Jo Grimond delivered the inaugural 'Eighty Club' lecture to the Association of Liberal Lawyers at the club, drawing press attention for his scathing criticism of those Liberals who believed that their future lay in some form of social democracy, or what he termed, "a better yesterday". In 1985, reminiscent of the earlier de Chabris deals, the club undertook a two year negotiation to sell off its second floor and basement function rooms, and the 140 bedrooms from the third floor to the eighth floor (including two vast ballrooms and the Gladstone Library, which had contained 35,000 volumes before their sale in 1977, and was standing empty by the 1980s) to the adjoining Royal Horseguards Hotel, which is approached from a different entrance, and which has operated as a hotel since 1971. This was not without some dissent among the membership, but the sale ensured that the club's financial future was secure, and the remaining part of the club still operating, mainly on the ground and first floors of the vast building, still remains one of the largest clubhouses in the world. Originally built for 6,000 members, the club still provides facilities for around 2,000. The club's calendar includes an Annual Whitebait Supper, where members depart by river from Embankment Pier, downstream to The Trafalgar, the Greenwich tavern which Gladstone used to take his cabinet ministers to by boat; as well as the Political and Economic Circle, which was founded by Gladstone in the 1890s. On 17 July 2002, Jeremy Paxman conducted a well publicised interview with Lib Dem leader Charles Kennedy in the club's Smoking Room for an edition of Newsnight. The interview generated controversy over Paxman's querying Kennedy's alcohol intake, including his asking, "Does it trouble you that every single politician to whom we've spoken in preparing for this interview said the same thing – 'You're interviewing Charles Kennedy, I hope he's sober'?" It was the first time a major television interviewer had raised the topic with the Lib Dem leader, who resigned three and half years later after admitting that he suffered from alcoholism. In the 2006 Liberal Democrats leadership election, Chris Huhne launched his leadership campaign from the main staircase of the club, while in the 2007 Liberal Democrats leadership election, frontrunner and eventual winner Nick Clegg launched his successful leadership bid from the club's David Lloyd George Room, praising "the elegance of the National Liberal Club". As party leader, Clegg has delivered further landmark addresses at the club, such as his "muscular liberalism" speech of 11 May 2011, marking one year of the Liberal Democrats in power as part of the Conservative led coalition government. After the Liberal Democrats' mixed result in the 2017 general election, party leader Tim Farron used the club to give his first major speech, calling on Prime Minister Theresa May to resign after she had lost her majority.

Клубный дом

Клубный дом, спроектированный ведущим викторианским архитектором Альфредом Уотерхаусом в стиле архитектуры Ренессанса, был построен стоимостью около 165 950 фунтов стерлингов – значительная сумма в 1884 году (165950,0 в 1884 году эквивалентны примерно <расчетной сумме> в последние годы). Более ранний проект архитектора Джона Карра был отклонен членами клуба, и на момент строительства это был самый большой клубный дом, когда-либо возведенный; лишь последовавшее здание Королевского автомобильного клуба 1910 года превзошло его по размерам. В здании NLC когда-то располагалось собственное отделение почты, что до сих пор делает и Королевский автомобильный клуб. Проект Уотерхауса объединял французские, готические и итальянские элементы, с обильным использованием викторианской плитки Leeds Burmantofts Pottery, изготовленной компанией Wilcox and Co. Члены NLC были настолько очарованы современным чудом электрического освещения, что на оригинальных люстрах использовали голые лампочки, чей характерный оттенок высоко ценился в то время. Винный погреб клуба был устроен в траншее, вырытой в 1865 году для железной дороги Ватерлоо и Уайтхолл, которая должна была простираться от Скотланд-Ярда до станции Ватерлоо и перевозить грузы, приводимые в движение давлением воздуха; земляные работы были прекращены в 1868 году, а когда компания обанкротилась в 1882 году, Национальный либеральный клуб приспособил туннель к своему нынешнему использованию. На протяжении многих лет в клубе проживали многочисленные члены парламента от либеральной и либерально-демократической партий, включая Дэвида Ллойда Джорджа в 1890-х годах, Сирила Смита в 1970-х годах и Мензиса Кэмпбелла в конце 1980-х годов.

Членство

NLC – это частный клуб членов, вступление в который требует рекомендации действующего члена и ожидания в течение как минимум одного месяца. Члены делятся на две категории: Члены, подписывающие декларацию о том, что они не будут использовать клубные помещения или свое членство для «политической деятельности, направленной против либерализма», и Политические члены, подписывающие ту же декларацию, а также дополнительное заявление о своей либеральной политической ориентации, в обмен на расширенные права голоса в клубе. Неполитическое членство было впервые введено в 1932 году, чтобы предоставить возможность вступить в клуб либералам, которым ранее было отказано в этом, поскольку ряд профессий, таких как судьи, армейские офицеры и высшие государственные служащие, прямо запрещали политические заявления. В настоящее время это один из немногих лондонских клубов, в котором располагаются другие клубы. Клуб авторов проводит встречи и мероприятия в NLC. В обмен на коллективный членский взнос, члены клуба Олд Миллхиллиан (OMC) получили право пользоваться клубным домом NLC после 1968 года, когда их собственный соседний клуб в Уайтхолл-Корт был закрыт, до прекращения этой договоренности в 2010-х годах.

Члены этнических меньшинств с 1880-х годов

В соответствии со своими либеральными истоками, это был один из первых лондонских клубов, пригласивших представителей этнических меньшинств в качестве членов, и первый, кто сделал это с момента своего основания. (Некоторые другие викторианские клубы оставались открытыми для кандидатов из числа меньшинств, включая Ист-Индский клуб, членами которого был торговец опиумом сэр Джамсетджи Джеджебхой, однако члены NLC из числа этнических меньшинств, как правило, были более радикальными и антиимпериалистически настроенными, чем представители "истеблишмента", такие как Джеджебхой.) Первым зарегистрированным членом NLC из числа этнических меньшинств стал Дадабхай Наороджи, принятый в 1885 году, когда клубу было менее трех лет. Под влиянием секретаря клуба Уильяма Дигби (сам долгое время являвшегося сторонником антиимпериалистической кампании), к концу 1880-х годов клуб привлек большое количество членов из числа иностранцев и эмигрантов, особенно сконцентрированных в Индии и среди индийских граждан, проживающих в Лондоне. В числе членов были Генри Сильвестр Уильямс, тринидадский адвокат, пан-африканист и член совета прогрессивной партии Мэрилебона, Мухаммад Али Джинна, успешный адвокат, впоследствии ставший основателем современного Пакистана; С. П. Рамасвами Айер, диван (премьер-министр) Траванкора; и Гопал Кришна Гокале, лидер индийского движения за независимость, который был наставником молодого Махатмы Ганди, сам изредка посещавший клуб в качестве гостя Гокале.

Женщины-члены с 1960-х годов

С момента основания клуба в 1882 году женщинам всегда разрешалось посещать клуб, однако членство для них оставалось закрытым до 1960-х годов, когда он стал одним из первых "джентльменских клубов", принявших женщин в свои ряды. С 1967 по 1976 год женщинам предлагалась категория "ассоциированного членства". Референдум о принятии "ассоциированных членов" (Lady Associate) был представлен на утверждение Генеральному комитету в июне 1967 года. Первые пять заявок на членство для женщин-ассоциированных членов были одобрены Комитетом по членству в ноябре 1967 года. По состоянию на 19 января 1968 года было избрано или подало заявки 34 женщины-ассоциированные члена. Одной из первых ассоциированных членов была мисс В. Э. Уилкокс, одобренная Комитетом по членству в марте 1968 года. Изначально, для получения статуса Lady Associate необходимо было быть женой или вдовой члена NLC. В 1969 году женщины, не состоявшие в родственных связях с членами-мужчинами, также могли быть номинированы на должность Lady Associate, при этом оплачивая более высокий членский взнос, чем у Lady Associate, являющихся женами или вдовами членов клуба. В обоих случаях членские взносы для Lady Associate оставались ниже, чем для мужчин-членов, из-за ограниченного объема привилегий, предоставляемых Lady Associate. Среди других первых членов Lady Associate были Вайолет Бонэм Картер и Нэнси Сиар. Клуб принял женщин в качестве полноправных членов только в 1976 году, однако это все равно сделало его первым крупным лондонским клубом, допустившим женщин, в то время как многие другие подобные клубы не принимали женщин до 1990-х или 2000-х годов (а некоторые до сих пор не принимают). Следующим крупным лондонским клубом, принявшим женщин, стал Reform Club в 1981 году. Первыми полноправными членами клуба в 1976 году стали Кристина Барон и Джойс Аррам. В 2016 году клуб избрал свою первую женщину-председателя, Джанет Берридж.

Дресс-код

Когда клуб был основан в 1882 году, как и любой другой лондонский клуб того времени, у него не было строгого дресс-кода. В 1888 году было введено простое требование: "Ни один член не должен появляться в халате, тапочках или другой домашней одежде в общественных помещениях клуба". Помимо этого, единственным дресс-кодом клуба была просьба в Уставе, чтобы члены "одевались и вели себя в соответствии с общепринятыми нормами приличия", однако то, как члены интерпретировали это требование, оставалось делом личного выбора. Фактически, в первой официальной истории клуба, опубликованной в 1925 году, отмечалось, что отличительной чертой NLC была значительно более свободная манера одеваться по сравнению с другими лондонскими клубами – члены приходили в рабочей одежде. Особо отмечалось "фактическое неприятие вечернего туалета, что способствовало посещению вечеров в клубе членами Палаты общин и журналистами". Впервые за 39 лет членам клуба была предоставлена возможность формально проголосовать по вопросу дресс-кода. На следующем ежегодном общем собрании в мае 2019 года дресс-код был окончательно смягчен 80 голосами против 19.

Известные сотрудники

Джордж Одри (1916–94), младший брат создателя "Томаса и его друзей" преподобного В. Одри, был библиотекарем клуба с 1950-х до 1977 года и часто помогал брату в написании и иллюстрировании книг. Будучи активным членом Общества Ричарда III, он на протяжении многих лет обеспечивал клубу возможность проведения там собраний общества. Уильям Дигби, писатель, журналист и гуманист, был первым секретарем NLC с 1882 по 1887 год. Артур Уолластон Хаттон, писатель и теолог, занимал должность библиотекаря клуба с 1889 по 1899 год. Драматург левых взглядов Гарольд Пинтер работал официантом в клубе в 1950-х годах и был уволен за то, что осмелился прервать беседу нескольких посетителей, выразив несогласие с, по его мнению, особенно невежественным разговором. Писательница Дебора Моггач работала официанткой в клубе в 1970-х годах и вспоминала: "Лучшей моей работой была работа официанткой на завтраках в Национальном либеральном клубе. Я вставала рано, надевала довольно симпатичный официантский наряд, четыре часа подавала завтраки, каждый день получала наличные в коричневом конверте и тратила их. А потом приходила на следующий день, брала другой конверт и снова тратила деньги".

Взаимные договоренности

Клуб открыт для членов с понедельника по пятницу с 8:00 до 23:30. В выходные дни члены могут посещать либо Оксфордский и Кембриджский клуб в Палл-Молл, либо Военно-морской и военный клуб и Клуб Восточной Индии на площади Святого Джеймса. Связь клуба с последним обусловлена тем, что Клуб Восточной Индии поглотил ныне не существующий Девонширский клуб, который также был либеральным клубом XIX века. Кроме того, существуют соглашения о взаимном пользовании с более чем 250 другими клубами по всему миру, предоставляющие членам возможность комфортно останавливаться и принимать гостей во время поездок за границу. Клуб не является членом Национального союза либеральных клубов, представляющего интересы либеральных рабочих клубов по всей стране.

Другие группы и клубы, поглощенные или включенные в NLC

Клуб Century Club был поглощен NLC при его запуске в ноябре 1882 года. В 1880-1930-х годах NLC регулярно принимал встречи Про-Кобденского клуба сторонников свободной торговли, что привело к тому, что NLC и Кобденский клуб имели очень большое количество общих членов. После роспуска Кобденского клуба НЛК приняла большую часть его членов. В период с 1963 по 1965 год клуб Savage (названный в честь актера и поэта Ричарда Савиджа) располагался в нескольких комнатах в NLC, а затем снова с 1990 по 2021 год, занимая комнату на первом этаже клуба. В 2020 году клуб Savage получил уведомление о необходимости переезда в 2021 году, предположительно из-за несогласия членов NLC с размещением клуба, предназначенного только для мужчин, в NLC. Клуб Гладстона, либеральная дискуссионная группа, основанная в 1973 году, продолжает проводить свои встречи в клубе. Как отмечалось выше, Либеральная партия арендовала верхние этажи клуба в качестве своей национальной штаб-квартиры с 1977 по 1988 год. С 1977 года международная штаб-квартира Либерального Интернационала находится на первом этаже клуба. Институт Джона Стюарта Милля – либеральный аналитический центр, основанный в 1992 году несколькими членами NLC, который базируется в клубе и время от времени проводит там лекции. Группа по изучению истории либеральных демократов, основанная в 1994 году, проводит четыре встречи в год – две на весенней и осенней партийных конференциях либерал-демократов и две в НЛК. Несмотря на свою независимость, она функционирует как Круг клуба. Ежемесячный Kettner Lunch был основан в 1974 году членом NLC сэром Питером Бойзо и назван в честь принадлежавшего ему ресторана Kettner's в Сохо, где проходили встречи группы; однако после продажи Бойзо ресторана Kettner's в 2002 году Kettner Lunch стал проводить свои встречи в NLC. В 2014 году Клуб авторов (основанный в соседнем здании Уайтхолл-Корт в 1891 году и ранее располагавшийся в NLC в 1966–1976 годах) вернулся в клуб и в настоящее время находится там.