Эрнест Бернард Малли: Ирландский республиканец и историк

Эрнест О’Малли: биография ирландского республиканца и писателя (1897-1957). Участник Пасхального восстания, командир IRA, противник англо-ирландского договора.

29 мин чтения

100%

Источник: Ernie O'Malley — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Ирландский республиканец и писатель (1897–1957)

Эрнест Бернард Малли (Earnán Ó Máille; 26 мая 1897 – 25 марта 1957) был ирландским республиканцем и писателем. После обеспеченного воспитания он стал свидетелем и участником Пасхального восстания 1916 года, события, коренным образом изменившего его мировоззрение. О’Мэлли вскоре вступил в Ирландских добровольцев, а весной 1918 года покинул дом, чтобы стать организатором и инструктором ИРА во время Ирландской войны за независимость против британского правления в Ирландии. В более поздний период конфликта он был назначен командиром дивизии в звании генерала. Впоследствии О’Мэлли решительно выступил против Англо-ирландского договора и стал помощником начальника штаба антидоговорной ИРА во время Ирландской гражданской войны 1922–1923 годов. Он написал две мемуарные книги: «На ране другого человека» и «Поющее пламя», а также две исторические работы: «Набеги и сборы» и «Восстание: Шон Коннолли из Лонгфорда», охватывающие его ранние годы, войну за независимость и период гражданской войны. Эти опубликованные работы, в дополнение к его роли старшего руководителя на стороне проигравших в гражданской войне, делают его важнейшим источником при изучении ирландской истории и общества начала XX века. О’Мэлли также взял интервью у 450 участников войны за независимость и гражданской войны. Значительная часть собранных им свидетельств отражает деятельность и мнения рядового солдата. К моменту смерти в 1957 году он стал «глубоко уважаемым военным героем». Хотя в 1923 году, находясь в тюрьме, О’Мэлли был против своей воли избран в Дэйл Эйран, он сторонился политики. Будучи ирландским республиканцем, он прежде всего считал себя солдатом, который «сражался и убивал врагов нашей нации».

Ранние годы

О'Мэлли родился в Каслбаре, графство Майо, 26 мая 1897 года. Он был вторым из одиннадцати детей, рожденных местным жителем Люком Малли и его женой Марион (в девичестве Керни) из Кастелере, графство Роскоммон. С ними на улице Эллисон жила гувернантка, увлекавшаяся рассказыванием историй. Дом находился напротив казармы Королевской ирландской констебулярской службы (RIC). О'Мэлли отмечал важность полиции и то, что офицеры вежливо кивали его отцу при встрече. В детстве он часто посещал казарму и совершил экскурсию по ней. Он также помнил, как сотрудники RIC в костюмах выезжали из города для поддержания порядка на оранжевых парадах на севере. Отец О'Мэлли был клерком у адвоката и придерживался консервативных ирландских националистических взглядов: он поддерживал Ирландскую парламентскую партию. Священники обедали в доме Малли, и семья пользовалась привилегированным положением во время мессы. Лето семья проводила в заливе Клев, где О'Мэлли привил себе любовь к морю. Он вспоминает встречу с пожилой женщиной, которая пророчески предсказала ему борьбу и невзгоды.

Дублин

В 1906 году семья Малли переехала в Дублин, когда Эрни был еще мальчиком. Перепись 1911 года зафиксировала их проживание по адресу: 7 Iona Drive, Glasnevin, северный пригород. Его отец получил должность в Совете по обустройству перенаселенных районов, а затем стал старшим государственным служащим. О’Мэлли считал, что получил достаточно хорошее образование в школе братьев Христиан O'Connell на Северной Ричмонд-стрит, где он "знакомился с людьми из всех слоев общества". Его прозвищем там было "Красный Мик". Позже он выиграл стипендию для изучения медицины в Университетском колледже Дублина. Джозеф Девлин, националистический депутат от Белфаста, посетил школу О’Мэлли и произвел на мальчика очень хорошее впечатление. Однако визит короля Эдуарда VII в Дублин в июле 1907 года, когда Эрни было десять лет, не впечатлил его, отметив, что он "не любил англичан" и писал слово "король" со строчной буквы. О’Мэлли слышал выступления Джеймса Ларкина и Джеймса Коннолли во время крупной дублинской забастовки 1913–1914 годов. Он был свидетелем жестокости полиции и поддерживал забастовщиков. Он также наблюдал за тренировками Ирландской гражданской армии. Его старший брат Фрэнк и следующий по младшинству брат Альберт вступили в Королевский дублинский полк британской армии с началом Первой мировой войны. О’Мэлли встретился с премьер-министром Х. Х. Асквитом в Дублине, где тот приехал призвать ирландцев внести свой вклад в военные усилия. Поначалу он был равнодушен к Ирландской гражданской армии и Ирландским добровольцам, тренировки которых он наблюдал в горах. В то время О’Мэлли планировал поступить в британскую армию, как его друзья и братья. В августе 1915 года он увидел тело ветерана ирландского республиканца Джеремии О’Донована Росса, выставленное для всеобщего обозрения, и стал свидетелем похоронной процессии на кладбище Гласневин. Из лидеров нового "Временного правительства Ирландской Республики" О’Мэлли ранее встречался с Томом Кларком и Томасом Макдонагом. Некоторые друзья, выступавшие против восстания, почти убедили О’Мэлли присоединиться к ним в защите Тринити-колледжа от повстанцев, если те попытаются его захватить. О’Мэлли пишет, что ему предложили воспользоваться винтовкой, если он вернется позже и поможет им. По дороге домой он встретил знакомого, который заметил, что О’Мэлли будет стрелять в своих соотечественников-ирландцев, к которым он не испытывал ненависти, если возьмет эту винтовку. Однако О’Мэлли вспоминает, что его главным чувством было лишь раздражение от неудобств, вызванных боями. О’Мэлли вел дневник, в котором записывал все, что видел во время восстания, включая мародерство. После некоторых размышлений он решил, что его симпатии на стороне националистов: только ирландцы имеют право решать ирландские вопросы. Поэтому он и его одноклассник напали на британских солдат из винтовки. "Отец получил ее, немецкий Mauser, от солдата, который привез ее с фронта", - рассказали ему. Это был первый опыт О’Мэлли с оружием, опасное действие, которое могло стоить ему жизни. Он и его друг скрылись до того, как их окружили, но не раньше, чем договорились встретиться на следующий вечер. Недовольство О’Мэлли расстрелом трех подписавших прокламацию превратилось в гнев после казни в начале мая Джона Макбрайда, которого он знал по посещениям семейного дома. Вскоре после восстания О’Мэлли глубоко вовлечен в ирландский республиканский активизм. В августе 1916 года его пригласили вступить в Ирландские добровольцы, 4-й батальон Дублина, действовавший к югу от реки Лиффи. Однако, поскольку этот батальон находился довольно далеко, вскоре после Рождества 1916 года он стал членом 1-го батальона, роты F, поскольку ее база к северу от Лиффи была намного ближе к семейному дому. Позже он был назначен в службу связи. Из всего лишь двенадцати человек в 1916 году эта рота неуклонно росла в 1917 и 1918 годах под командованием сначала Фрэнка Маккейба, а затем Лиама Арчера. О’Мэлли не мог свободно приходить и уходить из дома, ключа от которого ему не дали. Эта реальность и его медицинские занятия затрудняли участие в парадах, и ему пришлось отказаться от обучения на некоммиссионного офицера. Его три младших брата помогали держать его деятельность в секрете, а старший брат Фрэнк, теперь офицер британской армии, которого он очень любил, ничего не знал о националистической деятельности своего брата. Несмотря на успешную сдачу первого университетского экзамена осенью 1916 года, О’Мэлли уделял все меньше и меньше времени учебе и в конечном итоге потерял медицинскую стипендию. Рота F проводила тренировки и парады в своем секретном учебном зале по адресу: 25 Parnell Square; иногда присутствовали старшие офицеры батальонного штаба. Во время штыковой атаки на улице Вестморленд О’Мэлли и его коллеги сбили полицейского и убежали с его дубинкой. Во второй половине 1917 года он вступил в Гэльскую лигу. О’Мэлли заплатил 4 фунта стерлингов, значительную сумму, за собственную винтовку. Это была Lee Enfield .303, которую он спрятал в своей спальне. Позже, чтобы приобрести современное огнестрельное оружие, О’Мэлли надел форму британского офицера своего брата и, вооруженный заряженным револьвером "bulldog .45", вошел в Дублинский замок. Ему хватило выдержки, чтобы получить разрешение на покупку револьвера Smith & Wesson .38 и 200 патронов.

The Malleys moved to Dublin in 1906 when Ernie was still a boy. The 1911 census lists them living at 7 Iona Drive, Glasnevin, a northern suburb. His father obtained a post with the Congested Districts Board and later became a senior civil servant. O'Malley considered that he received a reasonably good education at the O'Connell Christian Brothers School in North Richmond St, where he "rubbed shoulders with all classes and conditions". His nickname there was "Red Mick". He was later to win a scholarship to study medicine at University College Dublin. Joseph Devlin, the Belfast nationalist MP, visited O'Malley's school and made a very favourable impression on the boy. However, he was less impressed by the visit of King Edward VII to Dublin in July 1907, when he was aged ten, noting that he "didn't like the English" and spelt "king" with a small letter. O'Malley heard James Larkin and James Connolly speak during the great Dublin lock out of 1913–1914. He witnessed heavy violence by the police and was in favour of the strikers' cause. He also observed the Irish Citizen Army drilling. His older brother, Frank, and next younger brother, Albert, joined the Royal Dublin Fusiliers in the British Army at the outbreak of World War I. O'Malley saw prime minister H. H. Asquith in Dublin, where he had come to urge Irishmen to do their bit for the war effort. He was initially indifferent to the Irish Citizen Army and the Irish Volunteers, whom he had observed drilling in the mountains. At that time, O'Malley was planning to join the British Army, like his friends and brothers. In August 1915, he saw the body of veteran Irish republican Jeremiah O'Donovan Rossa lying in state and witnessed the funeral procession at Glasnevin Cemetery. Of the leaders of the new “Provisional Government of the Irish Republic”, O'Malley had previously met Tom Clarke and Thomas MacDonagh. O'Malley was almost persuaded by some anti rising friends to join them in defending Trinity College against the rebels should they attempt to take it. O'Malley writes that he was offered the use of a rifle if he would return later and assist them. On his way home, he encountered an acquaintance who observed that O'Malley would be shooting fellow Irishmen, for whom he had no hatred, if he took that rifle. However, O'Malley recalls that his main feeling was one of mere annoyance at the inconvenience the fighting was causing. O'Malley kept a diary of what he saw during the rising, including looting. After some thought, he decided that his sympathies lay with the nationalists: only Irish people had the right to settle Irish questions. Therefore, he and a school friend attacked British troops with a rifle. "My father was given one, a German Mauser", he was told, " by a soldier who brought it back from the front". This was O'Malley's first experience of using a weapon, a dangerous action that could have cost him his life. He and his friend made their escape before they were surrounded, but not before agreeing to meet up the following night. The resentment O'Malley felt at the shooting by firing squad of three of the signatories to the proclamation turned to rage at the execution in early May of John MacBride, whom he knew from visits to the family home. Soon after the rising, O'Malley became deeply involved in Irish republican activism. In August 1916, he had been invited to join the Irish Volunteers, Dublin 4th Battalion, which operated south of the River Liffey. However, because that battalion was quite a distance away, some time after Christmas 1916 he became a member of the 1st Battalion, F Company, because its base north of the Liffey was much nearer the family home. Later he was assigned to signals. From only twelve men in 1916, that company grew steadily during 1917 and 1918 under the captaincy of first Frank McCabe then Liam Archer. O'Malley was unable to come and go freely from the family home, to which he was not given a key. That reality and his medical studies made it difficult to be on parade, and had to refuse training to become a non commissioned officer. His three younger brothers helped keep his activities quiet, and older brother Frank, now a British army officer of whom he was very fond, knew nothing about his brother's nationalist activities. Despite passing his first university examinination in the autumn of 1916, O'Malley was spending less and less time at his studies and eventually lost his medical scholarship. F Company engaged in drilling and parades from its secret drill hall at 25 Parnell Square; sometimes senior figures from the battalion staff were present. During a baton charge in Westmoreland Street, O'Malley and his colleagues knocked over a policeman and ran off with his baton. In the second half of 1917, he joined the Gaelic League. O'Malley paid £4, a considerable sum, for a rifle of his own. It was a Lee Enfield .303, which he hid in his bedroom. Later, in order to acquire a modern firearm, O'Malley donned his brother's British Army uniform and, armed with a loaded "bulldog .45" revolver, entered Dublin Castle. He held his nerve sufficiently to obtain a permit to purchase a Smith & Wesson .38 revolver and 200 rounds of ammunition.

Организатор полевых работ

О'Мэлли все труднее скрывал свою деятельность от родителей, которые сомневались в мотивах ирландских добровольцев. В конце концов, в начале марта 1918 года он оставил учебу и семейный дом и ушел в подполье, работая полный рабочий день в Ирландских добровольцах, позднее названных ИРА. Прошло более трех лет, прежде чем он снова увидел свою семью. Когда он был прикомандирован к Организационному штабу Генерального штаба (GHQ) под руководством Майкла Коллинза, в добровольцах работало не более десяти человек на постоянной основе. Ему сообщили, в каком районе бригады ему предстоит работать и кто его лучшие местные контакты, но О'Мэлли не получал никаких конкретных приказов; вместо этого ему в основном предоставлялась свобода действий в организации сельских бригад. Эта обязанность привела его как минимум в 18 районов бригад по всей Ирландии. Однажды он посетил собрание добровольцев Ольстера в Дерри для сбора информации, но ничего не выяснил. GHQ первоначально направил О'Мэлли к помощнику начальника штаба, Ричарду Малкахи, в Дунганнон, графство Тирон. Он был назначен вторым лейтенантом, ответственным за округ Коалисленд. В мае 1918 года Коллинз отправил О'Мэлли, имевшего "менее двух лет неформальной подготовки в Ирландских добровольцах", в графство Оффали. Ему было поручено "провести выборы офицеров бригады и создать боевое подразделение в районе, расположенном в семидесяти пяти милях к юго-западу от Дублина". Коллинз велел ему найти в этом графстве надежных людей, которые "находятся в бегах". Ему, возможно, удалось избежать захвата или гибели, когда его остановил патруль RIC в Филипстауне, в том же графстве, и он едва не достал спрятанный пистолет. Из Атлона, где он планировал захватить арсенал, в июле Коллинз приказал ему помочь организовать бригады на севере и юге графства Роскоммон, на границе с графством Голуэй. Полиция пыталась арестовать его, и в него дважды стреляли, ранив. Он снова перебрался в Роскоммон и скрылся в горах. С помощью бинокля О'Мэлли наблюдал за лордом-лейтенантом, лордом Френчем, в Рокингем-Хаусе. Это могло быть опасно, учитывая сильное британское присутствие в близлежащем Каррике на Шанноне. Ночные тренировки продолжались почти в полной тишине за сельскими школами, но в ряде графств тайно велась организация и планирование налетов на казармы RIC для захвата оружия, несмотря на риск. С 1918 по 1921 год О'Мэлли взял на себя ответственность за организацию более десятка районов страны. Посещая многие уголки Ирландии на велосипеде и пешком, О'Мэлли нес с собой большую часть своего имущества, около 60 фунтов весом, включая книги и тетради. Таким образом, он был вынужден обеспечивать себя всем необходимым, как военная база и снабженец. Тем не менее, у него было очень мало денег, и он полностью зависел от местных жителей в удовлетворении своих повседневных потребностей, включая одежду.

O'Malley was finding it increasingly difficult to hide his activities from his parents, who queried the motives of the Irish Volunteers. Eventually, in early March 1918, he left both his studies and the family home and went on the run, working full time for the Irish Volunteers, later called the IRA. It would be more than three years until he would see his family again. At the time he became attached to General Headquarters (GHQ) Organisational Staff under Michael Collins, there were not more than ten people who worked full time for the Volunteers. While he was told which brigade area he was to work in and his best local contacts, O'Malley was given no detailed orders; instead, he was largely left to his own devices in organising rural brigades. This duty brought him to at least 18 brigade areas around Ireland. On one occasion he attended a meeting of the Ulster Volunteer Force in Derry City for intelligence gathering but picked up nothing. GHQ first dispatched O'Malley to assistant chief of staff, Richard Mulcahy, at Dungannon, County Tyrone. He was appointed second lieutenant in charge of the Coalisland district. In May 1918, Collins sent O'Malley, who had "less than two years of informal training with the Irish Volunteers" to County Offaly. He was instructed "to hold brigade officer elections and develop a fighting unit in an area seventy five miles south west of Dublin". Collins told him to seek out some good men in that county that were "on the run". He arguably escaped capture or death when stopped by an RIC patrol in Philipstown, in the same county, and narrowly avoided having to draw a concealed pistol. From Athlone, where he was planning to seize the magazine fort, an order from Collins in July sent him to help organise brigades in north and south Roscommon on the border with Galway. The police sought to arrest him and he was twice fired on and wounded. He crossed again to Roscommon and went to ground in the mountains. Using field glasses, O'Malley spied on the Lord Lieutenant, Lord French, at Rockingham House. This could have been hazardous in view of the strong British presence in nearby Carrick on Shannon. Night drilling continued in near silence behind village schoolhouses, but in a number of counties secret organising and planning for raids on RIC barracks to seize weaponry went ahead regardless of risk. O'Malley took responsibility for organising over a dozen areas of the country from 1918 to 1921. In visiting many parts of Ireland, both by bicycle and on foot, O'Malley carried much of what he owned, some 60 lb. weight including his books and notebooks. Hence, he was obliged to be his own military base and commissariat. Nonetheless, he had very little money and was totally reliant on local people for his daily needs, including clothing.

Ирландская республиканская армия

Хотя официально он был "капитаном штаба" (который подчинялся только Главному штабу в Дублине), О'Мэлли продолжал действовать как организатор и инструктор для сельских бригад ИРА. Это была важная обязанность: при минимальной поддержке со стороны Главного штаба он должен был обучить новобранцев, чтобы они стали эффективной местной боевой силой против сильного противника, как только война против британцев началась в январе 1919 года. В середине 1919 года О'Мэлли попал в затруднительное положение из-за разногласий с Коллинзом, когда он привел к присяге на верность Ирландской Республике роту бойцов ИРА в Сантри, графство Дублин. Коллинз показал ему текст этой присяги, но она еще не была официально утверждена Главным штабом. Тем не менее, его отношения с Коллинзом строились на доверии. Позже Коллинз отправил О'Мэлли в Лондон, где тот снова надел форму британской армии, чтобы приобрести небольшое количество револьверов и боеприпасов. В феврале 1920 года Эон О'Даффи и О'Мэлли возглавили атаку ИРА на казармы RIC в Баллитрейне, графство Монаган. Им удалось захватить казармы, что стало одним из первых захватов казарм RIC в ходе войны. Главный штаб разработал эту стратегию в начале 1920 года для приобретения отчаянно необходимого оружия и боеприпасов. В начале мая Коллинз направил О'Мэлли в район Типперэри по просьбе Сеумаса Робинсона и Шона Трейси. Он активно участвовал в атаках на три казармы RIC: Холлифорд (11 мая), Дранган (4 июня) и Риаркросс (12 июля). Он обжег руки в результате пожара от парафина на крыше казармы Холлифорд; если бы ветер не изменил направление в самый последний момент у Дрангана, он, вероятно, сгорел бы заживо; и он был ранен выстрелами, произведенными вверх в крышу полицейскими, находившимися внутри казармы Риаркросс. Эти атаки сделали его известным как решительного человека с лидерскими качествами. 27 сентября О'Мэлли и Лиам Линч возглавили Корк No. 2-ю бригаду в атаке на военные казармы в Маллоу, графство Корк. В результате этой успешной операции ИРА захватила большое количество огнестрельного оружия и боеприпасов, частично сожгла казармы. В ответ на это солдаты устроили погром в Маллоу на следующий день. В октябре О'Мэлли служил судьей в Республиканских судах, недавно созданных для подрыва британского правления.

Although officially a "staff captain" (who reported only to GHQ in Dublin), O'Malley continued to act as an organiser and training officer for rural IRA brigades. This was an important duty: with minimal help from GHQ, he was to train recruits to become an effective local fighting force against a strong military opponent once the war against the British got under way in January 1919. In mid 1919, O'Malley found himself in trouble with Collins for administering the new oath of allegiance to the Irish Republic to a company of IRA men in Santry, County Dublin. Collins had shown him the wording of this oath but it had not yet been officially approved by GHQ. Nonetheless, his relationship with Collins was one of trust. Collins later sent O'Malley to London, where he once again dressed in British Army uniform to purchase a small number of revolvers and ammunition. In February 1920, Eoin O'Duffy and O'Malley led an IRA attack on the RIC barracks in Ballytrain, County Monaghan. They were successful in taking it, which was one of the first captures of an RIC barracks in the war. GHQ had developed this strategy in early 1920 to acquire desperately needed arms and ammunition. In early May, O'Malley was assigned by Collins to the Tipperary area at the request of Séumas Robinson and Seán Treacy. He participated actively in attacks on three RIC barracks: Hollyford (11 May), Drangan (4 June) and Rearcross (12 July). He had his hands burnt by a paraffin fire on the roof of Hollyford barracks; had the wind not changed direction at the very last second at Drangan, he would likely have been burnt alive; and he was wounded by shots fired upwards towards the roof by the policemen inside Rearcross barracks. These attacks made him well known as a man of action with leadership qualities. On 27 September, O'Malley and Liam Lynch led the Cork No. 2 Brigade in an attack against the military barracks in Mallow, County Cork. This successful action saw the IRA capture large quantities of firearms and ammunition, partially burning the barracks in the process. In reprisal, soldiers went on a rampage in Mallow the next day. In October, O'Malley served as a judge in the Republican Courts, recently established to undermine British rule.

Поймание и побег

О'Мэлли был взят в плен членами Вспомогательных войск в доме местного командора ИРА Джеймса О'Ханрахана в Инистиоге, графство Килкенни, утром 9 декабря 1920 года. Он планировал нападение на казармы Вспомогательных войск в Вудсток-Хаус, важный опорный пункт на юго-востоке графства, который, как он знал, был хорошо охраняем. О'Мэлли выдали автоматический револьвер Webley, однако он все еще не был знаком с этим новым оружием и не успел его достать. Он проявил нехарактерную беспечность относительно того, что дом О'Ханрахана мог стать целью британского рейда. К большому огорчению О'Мэлли, были изъяты блокноты, содержащие имена членов 7-й бригады Западного Килкенни, все из которых впоследствии были задержаны. При аресте он назвался Бернардом Стюартом. В протоколе ареста О'Мэлли указано, что он родом из Роскоммона и имел при себе заряженное оружие и четыре карты. О'Мэлли жестоко избили во время допроса в Дублинском замке, и как признанный доброволец ИРА, он находился в серьезной опасности быть казненным после недавних громких нападений на британские силы. К началу января 1921 года О'Мэлли оказался одним из первых заключенных в тюрьму Килменхэм, которая была вновь открыта для приема политических заключенных. Он содержался под именем "Стюарт", как зафиксировали британцы. Там газеты были запрещены, но ему тайно передали копию газетной статьи человек, знавший его истинную личность. В ней сообщалось о недавнем рейде на квартиру на улице Доусон-стрит в Дублине, в ходе которого было изъято множество документов, а хозяйка квартиры арестована. Эту квартиру использовал Майкл Коллинз, часть его документов была захвачена, в то время как у О'Мэлли документы хранились в отдельной комнате. Изъятие документов О'Мэлли привело к появлению нового имени, представляющего интерес для британцев. К концу января в письме из Дублинского замка в высшие британские военные круги упоминался офицер ИРА, "заядлый мятежник" по имени "Э. Малли", которого они очень хотели арестовать в связи с "множеством нападений на казармы". Руководство ИРА опасалось, что О'Мэлли могут казнить, но благодаря плану, разработанному Коллинзом, ему удалось бежать из тюрьмы Килменхэм 14 февраля 1921 года вместе с бойцами ИРА Фрэнком Тилингом и Саймоном Доннелли. Им помогли два валлийских солдата британской армии, выполнявших охранную функцию и симпатизировавшие республиканцам.

O'Malley was taken prisoner by Auxiliaries in the home of local IRA commandant James O'Hanrahan at Inistioge, County Kilkenny, on the morning of 9 December 1920. He had been planning an attack on the Auxiliary barracks at Woodstock House, an important base in the south east of the county that he knew to be well guarded. O'Malley had been given an automatic Webley revolver; however, he was still unfamiliar with this new weapon and could not draw it in time. He had displayed an uncharacteristic lack of care regarding O'Hanrahan's house being a likely British raiding target. Much to O'Malley's disgust, also seized were notebooks containing the names of members of the 7th West Kilkenny Brigade, all of whom were subsequently detained. On his arrest, he gave his name as "Bernard Stewart". O'Malley's arrest sheet records him as being from Roscommon and in possession of the loaded weapon and four maps. O'Malley was badly beaten during his interrogation at Dublin Castle and, as a self confessed IRA volunteer, was in severe danger of execution following recent high profile attacks on British forces. By early January 1921, O'Malley was among the first to be imprisoned in Kilmainham Gaol, which had been newly reopened for receipt of political prisoners. He was held under the name of "Stuart", as recorded by the British. Newspapers were forbidden there, but he was secretly given a copy of a newspaper article by someone who knew his real identity. It referred to a recent raid on a flat in Dawson St, Dublin, in which many papers had been taken away and the female occupant of the flat arrested. That flat had been used by Michael Collins, some of whose papers were captured, while O'Malley had documents in a separate room. The seizure of O'Malley's papers led to a new name of interest to the British. By late January, a letter from Dublin Castle to senior British military authorities referred to an IRA officer, a "notorious rebel" called "E. Malley", whom they were most anxious to arrest in connection with "many attacks on barracks". The IRA leadership feared O'Malley could be executed, but thanks to a plan devised by Collins he managed to escape from Kilmainham Jail on 14 February 1921 along with IRA men Frank Teeling and Simon Donnelly. They were aided by two Welsh British Army soldier guards who had republican sympathies.

Командующий дивизией

В конце марта 1921 года О'Мэлли был вызван на встречу в Дублине с президентом Ирландской Республики Эмоном де Валера, Коллинзом и Малкахи, где ему было поручено командование Второй Южной дивизией ИРА в Мюнстере, обойдя более старших командиров в этой провинции. Имея в своем составе пять бригад в Лимерике, Килкенни и Типперэри, она была второй по величине дивизией в новой структуре ИРА. Будучи командующим этой дивизией, О'Мэлли, которому едва исполнилось 24 года, возглавил более 7000 человек. 19 июня бойцы О'Мэлли захватили троих офицеров британской армии. Ссылаясь на казнь пленных ИРА в Корке, О'Мэлли приказал расстрелять захваченных на следующий день, пообещав передать их ценности соратникам. 9 июля О'Мэлли был потрясен известием о том, что перемирие вступит в силу через два дня. В период перемирия во второй половине 1921 года О'Мэлли считал, что его готовность к действиям в графстве Типперэри улучшается с каждым днем. О'Мэлли полагал, что, хотя британцы контролировали города и поселки, ИРА имела полную свободу действий в сельской местности. Под командованием О'Мэлли изначально полагали, что перемирие продлится лишь несколько недель, однако оно продолжалось по мере постепенного начала переговоров с британцами. О'Мэлли с подозрением относился к перемирию, но использовал это время для работы и укрепления своей дивизии, которую посещали высокопоставленные сотрудники штаба. Поскольку проблема с боеприпасами оставалась нерешенной, О'Мэлли отправился в Лондон за оружием, где встретился с Коллинзом во время мирных переговоров. В это время бойцы его дивизии украли британское оружие. Это привело к расследованию на высоком уровне в ИРА, поскольку данное действие являлось нарушением перемирия и могло сорвать переговоры. В целом, О'Мэлли считал, что ИРА все еще готовится к войне.

Противодействие договору

О'Мэлли выступал против англо-ирландского договора, поскольку считал неприемлемым любое соглашение, не обеспечивающее полную независимость Ирландской Республики, особенно если оно подкреплено британскими угрозами возобновления боевых действий. Более того, он выразил резкое несогласие с "Документом № 2", разработанным де Валера, который предлагал "внешнее ассоциирование" с Британской империей как альтернативу договору. О'Мэлли предложил уйти в отставку с поста командующего Второй Южной дивизией. Малкахи, к тому времени ставший начальником штаба, отказался принять отставку, заявив, что О'Мэлли "действует опрометчиво". Решительная враждебность О'Мэлли к договору, ратифицированному Дэйлом Эйреном 7 января 1922 года, привела к тому, что его дивизия первой вышла из подчинения GHQ. В середине января он лично сообщил об этом решении Малкахи. В тот период его описывали как одного из ряда "фактических военачальников в своих регионах". Однако он был не единственным противником договора: небольшое большинство сотрудников GHQ и командиров дивизий, а также значительное большинство добровольцев ИРА выступали против него. О'Мэлли принимал участие в первых заседаниях того, что впоследствии стало известно как республиканский "действующий военный совет". Этот орган позже создал штаб антидоговорного направления, где О'Мэлли стал директором по организации и членом исполнительного комитета, а также секретарем Конвенции ИРА, которая состоялась 26 марта, несмотря на запрет GHQ. ИРА теперь официально разделилась на сторонников и противников договора. 14 апреля он был одним из офицеров ИРА, захвативших здание Четырех судов в Дублине, что еще больше углубило раскол накануне начала Ирландской гражданской войны. О'Мэлли также отверг любые попытки компромисса со сторонниками договора, предпринятые некоторыми его противниками, считая их попыткой посеять рознь между гарнизоном Четырех судов и большинством республиканцев во главе с Линчем. 26 июня он предложил и осуществил похищение помощника начальника штаба Свободного государства, Дж. Дж. "Джинджера" О'Коннелла, и содержал его в плену в здании Четырех судов.

O'Malley opposed the Anglo Irish Treaty on the grounds that any settlement falling short of an independent Irish Republic, particularly a settlement backed up by British threats of restarting hostilities, was unacceptable. Moreover, he expressed clear opposition to the "Document No. 2", created by de Valera, which proposed "external association" with the British Empire as an alternative to the treaty. O'Malley offered his resignation as officer commanding the Second Southern Division. Mulcahy, now chief of staff, refused to accept it, telling him that he was "acting prematurely". O'Malley's outright hostility to the treaty, which was ratified by Dáil Éireann on 7 January 1922, saw his division become the first to secede from GHQ. In mid January, he informed Mulcahy in person of this decision. He is described as acting at that period as one of a number of "virtual warlords in their own areas". However, he was not alone in opposing the treaty: a small majority of GHQ staff and divisional commanders, and a larger majority of IRA volunteers, were against it. O'Malley was party to early meetings of what became known as the republican "acting military council". That body later established an anti treaty headquarters staff in which O'Malley became director of organisation and a member of the executive; he was also secretary to the IRA Convention which went ahead on 26 March despite GHQ having banned it. The IRA was now officially split into pro and anti treaty camps. On 14 April, he was one of the Anti Treaty IRA officers who occupied the Four Courts in Dublin, an event that helped to widen the split even further prior to the start of the Irish Civil War. O'Malley also repudiated any efforts at compromise with the pro treaty side, made by some opponents of the treaty. He considered these as an attempt to create a wedge between the Four Courts garrison and the majority of republicans led by Lynch. On 26 June, he suggested and carried out the kidnapping of Free State assistant chief of staff, J. J. "Ginger" O'Connell, and kept him prisoner in the Four Courts.

Вспышка гражданской войны

28 июня 1922 года правительственные войска обстреляли здание Четырех судов. О’Мэлли находился в здании, когда 30 июня, во время наступления войск Свободного государства, был взорван архив. Взрыв стоил ему всех заметок и руководств по подготовке и тактике, которые он составлял и неоднократно пересматривал. О том дне он написал в книге «Пылающее пение»:
«Когда мы стояли у ворот, раздался оглушительный взрыв. Блок боеприпасов и часть штабного блока вспыхнули и затянулись дымом. Двор был усыпан обломками кирпичной кладки и тлеющими документами; клочки белой бумаги кружились в воздухе, словно чайки. Взрыв, казалось, придал дополнительную силу бушующим оранжевым языкам пламени, которые образовали причудливые узоры в небе. На огонь было завораживающе смотреть; он был пленителен, как журчащая вода. Пламя пело и одновременно дирижировало собственным оркестром. До настоящего шума осталось немного, подумал я. О’Мэлли, который принял на себя оперативное командование обороной Четырех судов после того, как командир гарнизона Пэдди О’Брайен был ранен осколками, получил приказ от старших командиров ИРА – вопреки его возражениям – сдаться армии Свободного государства во второй половине дня 30 июня. Вечером того же дня он бежал из-под временного ареста в дистиллерии Jameson вместе с Шейном Лемассом и двумя другими. На следующий день он проследовал через горы Уиклоу в Блессингтон, затем в графство Вексфорд и, наконец, в графство Карлоу. Этот побег, вероятно, спас жизнь О’Мэлли, поскольку четверо других старших лидеров обороны Четырех судов были впоследствии казнены.

Помощник начальника штаба

10 июля 1922 года О’Мэлли был назначен исполняющим обязанности помощника начальника штаба, а позднее – в армейский совет ИРА. Он был утвержден в должности начальника штаба ИРА после преодоления раскола в республиканских рядах 27 июня. О’Мэлли также был назначен главой Восточного и Северного командований, охватывающих провинции Ольстер и Ленстер. О’Мэлли был разочарован тем, что его направили в незнакомые ему районы, вместо того чтобы отправить на запад или юг, где его боевой опыт мог бы быть использован более эффективно. В сентябре 1922 года О’Мэлли настоятельно рекомендовал Линчу реализовать предложенную Лиамом Меллоусом 10-пунктную программу для ИРА, которая предусматривала принятие коммунистической политики в попытке заручиться поддержкой левых сил в Ирландии. Однако, даже если О’Мэлли высоко ценил Меллоуса, в его трудах, посвященных гражданской войне, нет ничего, что указывало бы на поддержку им коммунистической направленности программы Меллоуса. Ссылаясь на Меллоуса в книгах «Поющее пламя» и «Здесь не будет капитуляции!», нет никаких свидетельств того, что О’Мэлли разделял его идеи. Более того, О’Коннор (стр. 127) отмечает, что Коммунистическая партия Ирландии в то время объявила о трех новых сторонниках – Меллоусе, Маккельви и Пидаре О’Доннелле, но об О’Мэлли не упоминается. Хотя О’Мэлли, возможно, обсуждал с двумя левыми добровольцами ИРА возможность закупки оружия у СССР, руководство ИРА отвергло установление формальных связей с коммунистами.

О’Мэлли был вынужден вести подпольный образ жизни в Дублине, где ему пришлось создавать новый штаб и командующий состав. Эффективных военных операций в городе было немного: О’Мэлли считал, что его людям не хватает боевого духа для выполнения его приказов, и ощущал себя скорее канцеляристом, чем военачальником. С самого начала он был подавлен тем, что оказался в изоляции и не участвовал в боевых действиях. Отсутствие связи с Линчем также было серьезной проблемой: после заседания руководства ИРА 15 июля следующее заседание состоялось лишь 16–17 октября. О’Мэлли также полагал, что стратегия Линча по удержанию оборонительной линии на юге и размещению штаба в графстве Корк была бессмысленной: первоочередной задачей должно было стать скоординированное нападение на Дублин. Он утверждал, что отсутствие амбиций деморализовало ИРА и ее сторонников и позволило «статсерам» (армии Свободного государства) нарастить свои силы для постепенного захвата территорий, контролируемых «нерегулярными» (ИРА). О’Мэлли выразил мнение, что для победы в войне недостаточно партизанской тактики. Стороне, выступавшей против договора, необходимо было использовать более традиционные методы ведения войны, с крупными отрядами для вытеснения противника из городов и деревень. Он сказал Линчу, что уничтожение коммуникаций, если это не является частью немедленной военной операции, – это бессмысленная трата сил, поскольку она подрывает боевой дух. Он писал, что нескоординированная борьба, состоящая из разрозненных атак, неизбежно приведет к поражению.

Захват

4 ноября 1922 года О'Мэлли был захвачен после перестрелки с солдатами Свободного государства в доме Нелл О'Райли Хамфрис, 36 Ailesbury Road, в районе Доннибрук в Дублине, который служил ему штабом на протяжении шести недель. В ходе инцидента он получил тяжелые ранения, его застрелили более девяти раз. В перестрелке также был убит солдат Свободного государства. Ано О'Райли, проживавший в доме, был случайно ранен О'Мэлли во время перестрелки, но выжил. Его поместили в военную больницу Портобелло, где начальник штаба армии Свободного государства Шон Макмахон посетил его в частном порядке. О'Мэлли был слишком слаб, чтобы узнать вражеского генерала, но позже узнал, что Макмахон выразил надежду на его выздоровление. 23 декабря 1922 года О'Мэлли, все еще тяжело раненый, был переведен из Портобелло в больницу тюрьмы Маунтджой. Как он ясно указал в книге «Певшее пламя», ему грозила реальная опасность быть одним из многих, казненных за вооруженное восстание против государства, и, кроме того, в его случае – за убийство солдата. О'Мэлли полагал, что власти ждут, пока он достаточно оправится для проведения «сложного судебного процесса», в ходе которого он отказался бы признавать легитимность суда. В январе 1923 года ему были предъявлены обвинения. Другой республиканский заключенный, Пидар О'Доннелл, записал, что лишь вмешательство врачей О'Мэлли, настоявших на том, что заключенный слишком болен даже для участия в суде, спасло его от военного трибунала и расстрела. О'Мэлли даже написал то, что считал своим последним письмом Линчу. Однако суд так и не состоялся: существовали официальные опасения по поводу реакции на казнь человека, которого пришлось бы нести на носилках. Эти опасения, вероятно, усилились благодаря запросам о состоянии О'Мэлли, сделанным влиятельными американцами, и публикациям в ирландских газетах, The Times и New York Times, в январе 1923 года, сообщавшим о его тяжелом состоянии. Он чувствовал, что сторонники антидоговорного движения потерпели поражение еще до Рождества, и признал свою собственную неудачу в этом отношении. Самым важным внешним контактом О'Мэлли из тюрьмы была его подруга, ирландская националистка американского происхождения Молли Чайлдерс, жена Эрскина, казненного вскоре после ареста О'Мэлли. Они переписывались на самые разные темы, и Чайлдерс присылала О'Мэлли различные товары и продовольственные посылки.

On 4 November 1922, O'Malley was captured after a shoot out with Free State soldiers at the family home of Nell O'Rahilly Humphreys, 36 Ailesbury Road, in the Donnybrook area of Dublin, which had been his headquarters for six weeks. He was severely wounded in the incident, being hit over nine times. A Free State soldier was also killed in the gunfight. Anno O'Rahilly, who lived in the house, was accidentally shot by O'Malley during the raid but survived. He was kept in Portobello military hospital, where Free State army chief of staff Seán MacMahon visited him in a private capacity. O'Malley was too ill to recognise the enemy general but learnt later that MacMahon had expressed a hope that O'Malley would not die. Still severely affected by his wounds, O'Malley was transferred from Portobello to Mountjoy Prison hospital on 23 December 1922. As he made clear in The Singing Flame, he was in grave danger of being one of the many executed for armed insurrection against the state and, additionally in his case, for killing a soldier. O'Malley believed that the authorities were waiting for him to recover sufficiently for an "elaborate trial" to take place, a scenario in which he would refuse to recognise the court. Charges were preferred against him in January 1923. Another republican prisoner, Peadar O'Donnell, recorded that it was only the intervention of O'Malley's doctors – who insisted that the prisoner was too ill even to be tried – that had saved him from a court martial and firing squad. O'Malley even wrote what he thought would be his final letter to Lynch. However, no trial was held: there appeared to be official reservations about the reaction to shooting a man who would have to be carried to execution on a stretcher. This concern was likely heightened by inquiries about O'Malley made by prominent Americans and the publication in the Irish newspapers, The Times and the New York Times, in January 1923, of reports about his severe condition. he felt that the anti treaty side had been beaten since before Christmas, in which regard he acknowledged his own failure. O'Malley's most important external contact from prison was his friend the American born Irish nationalist Molly Childers, wife of Erskine who was executed soon after O'Malley's arrest. The two corresponded on many topics, with Childers sending O'Malley all kinds of goods and food parcels.

Голодовка

Гражданская война завершилась прекращением боевых действий и утилизацией оружия в мае 1923 года, но большинство заключенных ИРА были освобождены лишь значительно позже. 13 октября О’Мэлли и многие другие заключенные в тюрьме Маунтджой объявили голодовку, продолжавшуюся сорок один день, в знак протеста против дальнейшего содержания в заключении ирландских республиканских армейцев (см. Ирландские голодовки 1923 года). Через семь дней О’Мэлли и другие старшие офицеры или избранные представители были переведены в тюрьму Килменхэм. Вопреки его воле, он был выдвинут кандидатом от «Шинн Фейн» в Дублин-Норт на всеобщих выборах 1923 года, состоявшихся 27 августа, и был избран депутатом (TD). О’Мэлли «ненавидел» быть членом Дайла. К 11 января 1924 года О’Мэлли стал последним заключенным против договора, выведенным из тюрьмы Килменхэм. Его перевели в военный госпиталь Святого Брикина, затем в тюрьму Маунтджой, где он сначала некоторое время провел в больничном отделении. После этого последовал перевод в больницу в лагере Керраг в конце зимы, прежде чем он присоединился к другим заключенным против договора в бараках лагеря Керраг. К середине 1924 года правительство Свободного государства столкнулось с настоятельными призывами в парламенте освободить последних около 600 заключенных против договора в интересах восстановления более нормальной ситуации. Дополнительное давление оказывали организаторы игр Тайлтеанн, которые, как ожидалось, посетят в начале августа десятки тысяч иностранных гостей. Несмотря на официальные сомнения, заключенных начали освобождать. О’Мэлли был последним заключенным против договора, который был освобожден. Он покинул Керраг вместе с Шоном Расселом 17 июля 1924 года, более чем через год после окончания боевых действий.

Секретарь исполнительной власти ИРА

После освобождения О’Мэлли вернулся в дом своих родителей в Дублине. Несмотря на поражение, ИРА продолжала существовать. Он стал секретарем её руководящего органа и присутствовал на заседании 10–11 августа 1924 года, в котором участвовали де Валера и почти весь высший командный состав ИРА. О’Мэлли вошел в подкомитет из пяти человек, назначенный для выполнения функций армейского совета при руководящем органе. Он также предложил резолюцию, принятую единогласно, согласно которой члены ИРА должны были отказаться признавать суды в Свободном государстве или в Шести графствах по делам, связанным с действиями, совершенными во время войны, или с политической деятельностью после неё. Юридическая защита допускалась только в случае угрозы смертной казни. Тем не менее, его военная карьера была завершена, и он держался в стороне от политики. О’Мэлли остался в «Синн Фейн» и не вступил в «Фианна Фейл» в 1926 году, а также не баллотировался на всеобщих выборах в июне 1927 года. Во время гражданской войны трое его младших братьев – Сесил, Пэдди и Кевин – были арестованы войсками Свободного государства в июле 1922 года. Другой младший брат, Чарли, также выступавший против договора, был убит 4 июля 1922 года на улице Саквилл во время битвы за Дублин. В общей сложности О’Мэлли получил более десятка ранений в период с 1916 по 1923 год.

Северная Америка

О'Мэлли вернулся в Университетский колледж Дублина, чтобы продолжить медицинские исследования в октябре 1926 года, но они не продвигались успешно. Он активно участвовал в университетском клубе пеших походов и литературных и исторических обществах; вместе с друзьями-писателями он основал студенческий драматический кружок весной 1928 года. В октябре 1928 года он вновь покинул Ирландию, не получив диплом. В течение восьми месяцев в 1928 и 1929 годах он и Фрэнк Эйкен совершили турне по восточному и западному побережьям США по плану де Валеры по сбору средств для создания новой, независимой, поддерживающей республиканцев газеты The Irish Press. О'Мэлли считал важным создание газеты, которая бы выражала позицию против договора. Эта кампания по сбору средств увенчалась успехом: газета была издана и процветала на протяжении многих лет. О'Мэлли следующие несколько лет провел в Нью-Мексико, Мексике и Нью-Йорке. В сентябре 1929 года он прибыл в Таос, штат Нью-Мексико. Он жил среди литературного и художественного сообщества и недалеко от индейского пюэбло Таос. Он начал работу над своим рассказом о военном опыте, который впоследствии стал книгой «О ране другого человека». В то время он познакомился с Мэйбл Додж Лухан, Дороти Бретт и ирландской поэтессой Эллой Янг. В мае 1930 года он переехал в Санта-Фе, где читал лекции по ирландской культуре, истории и литературе. В 1931 году он отправился в Мексику на восемь месяцев, чтобы изучить ее культуру и искусство. Однако ему не удалось найти там работу, как он надеялся. Срок действия его американской визы истек, и, по слухам, он переплыл Рио-Гранде, чтобы вернуться в Санта-Фе. С конца 1931 года по июнь 1932 года О'Мэлли работал в Таосе репетитором для детей Хелен Голден, вдовы известного нью-йоркского ирландского националиста Питера Голдена; когда она была госпитализирована в начале 1932 года, О'Мэлли присматривал за детьми. В этот период он подружился с фотографом Полом Страндом. В июне 1932 года он отправился в Нью-Йорк, где в 1933 году познакомился с 28-летней Хелен Хукер, состоятельной молодой скульпторшей и талантливой теннисисткой, на которой впоследствии женился.

O'Malley returned to University College Dublin to continue his medical studies in October 1926, but these did not progress well. He was heavily involved in the university hill walking club and its literary and historical societies; along with literary friends, he founded the college Dramatic Society in spring 1928. He left Ireland again in October 1928 without graduating. For eight months in 1928 and 1929, he and Frank Aiken toured the east and west coasts of the USA on behalf of de Valera's plan to raise funds for the establishment of the new, independent pro republican newspaper, The Irish Press. O'Malley considered a newspaper that would articulate the anti treaty position an important development. That fund raising effort was successful: the newspaper was published and flourished for many years. O'Malley spent the next few years based in New Mexico, Mexico and New York. In September 1929, he arrived in Taos, New Mexico. He lived among the literary and artistic community there and close to the Native American pueblo of Taos. He began work on his account of his military experiences that would later become On Another Man's Wound. At that time he fell in with Mabel Dodge Luhan, Dorothy Brett and Irish poet Ella Young. In May 1930, he moved to Santa Fe, where he gave lectures on Irish culture, history and literature. In 1931, he travelled to Mexico for eight months observing its culture and artists. However, he failed to secure employment there as he had hoped. His US visa having expired, he reputedly swam across the Rio Grande to return to Santa Fe. From late 1931 to June 1932, O'Malley worked in Taos as a tutor to the children of Helen Golden, widow of leading New York Irish nationalist Peter Golden; when she was hospitalised in early 1932, O'Malley looked after the children. During this period he became good friends with photographer Paul Strand. In June 1932, he travelled to New York, where in 1933 he met 28 year old Helen Hooker, a wealthy young sculptor and gifted tennis player, whom he was later to marry.

Возвращение в Ирландию

В 1934 году О'Мэлли получил раневую и военную пенсию в размере приблизительно 330 фунтов стерлингов в год от правительства Фианна Фейл за службу в Войне за независимость. В июне того же года в Дайле появились сведения о том, что он, по слухам, собирается вернуться к общественной деятельности в качестве начальника штаба Волонтерской силы, созданной правительством в апреле. Обладая теперь стабильным доходом, он женился на Хукер в Лондоне 27 сентября 1935 года, после чего вернулся в Ирландию, чтобы продолжить обучение медицине. У О'Мэлли было трое детей, все родились в Дублине: Катал (сын, 1936), Этайн (дочь, 1940) и Кормак (сын, 1942). Семья делила время между Дублином и Бёрришулом, Ньюпортом, графство Майо. Хукер и О'Мэлли посвятили себя искусству: она занималась скульптурой, фотографией и театром, а он сделал карьеру в истории и искусстве как писатель. О'Мэлли оставался в нейтральной Ирландии во время Второй мировой войны. Он предложил свои услуги местным силам обороны в Майо, но его не приняли, вероятно, из-за слабого здоровья. К концу войны брак О'Мэлли начал распадаться. Хелен развелась с мужем в 1952 году. Вопреки его воле, новоизбранное правительство Фианна Фейл организовало ему государственные похороны. На них присутствовало множество соратников покойного со всей Ирландии, включая президента Шона Т. О'Келли, де Валера, Лемасса, Эйкена и Дэна Брина. Пока бывшая жена О'Мэлли, дети и братья наблюдали за происходящим, Шон Мойлан произнес речь у могилы: "Не было ни одного уголка Ирландии, где выживший солдат ирландского революционного периода не вспомнил бы с гордостью имя командующего генерала Эрни О'Мэлли, ни одного места, где чтили патриотизм, которое не скорбело бы о его смерти. Ему повезло, и Ирландии повезло, что он родился в период ирландской истории, когда его особые таланты и воинские качества могли быть использованы в полной мере. Ирландии его поколения не хватало людей с высокими целями, глубокой искренностью и мужеством – среди них Эрни О'Мэлли занимал почетное место".

In 1934, O'Malley was granted a wound and war pension of approximately £330 a year by the Fianna Fáil government for his service in the War of Independence. In June of that year, it was noted in the Dáil that he was rumoured to be coming back into public life as chief of staff of the Volunteer Force created by the government in April. Now possessed of a steady income, he married Hooker in London on 27 September 1935, before he returned to Ireland to resume his medical studies. The O'Malleys had three children, all born in Dublin: Cathal (a son, 1936), Etain (a daughter, 1940) and Cormac (a son, 1942). The family divided its time between Dublin and Burrishoole, Newport, County Mayo. Hooker and O'Malley devoted themselves to the arts: she was involved in sculpture, photography and theatre, while he pursued a career in history and the arts as a writer. O'Malley remained in neutral Ireland during World War II. He offered his services to his local defence force in Mayo but was not accepted, likely on account of his poor health. By the end of the war years the O'Malleys' marriage had begun to fail. Helen divorced her husband in 1952. Contrary to his wishes, he was given a state funeral by the newly elected Fianna Fáil government. It was attended by many of the deceased's comrades from all over Ireland, including President Seán T. O'Kelly, de Valera, Lemass, Aiken and Dan Breen. While O'Malley's ex wife, children and brothers looked on, Sean Moylan delivered the graveside oration: "There wasn't a corner of Ireland where a soldier of Ireland's revolutionary period survived that the name of Commandant General Ernie O'Malley would not evoke proud memories, not a place where patriotism was honoured that would not sorrow at his death. He was fortunate, Ireland was fortunate in his being born into a period of Irish history where his special gifts, his soldierly qualities could be used to the greatest effect The Ireland of his generation was not lacking in men of high purpose, deep sincerity and courage among them, Ernie O’Malley had pride of place".

Наследие

О'Мэлли остается важной фигурой в "бурный период" ирландской истории 20-го века. О'Мэлли твердо верил, что Ирландия, так долго находившаяся под властью оккупантов, заслуживает права на самоуправление. Достижение этой цели было единственным, почти всепоглощающим, стремлением в его ранние годы. Он внес значительный вклад в превращение добровольцев ИРА, часто плохо вооруженных, в грозную партизанскую силу. Лемасс считал его выдающимся военным командиром. Том Барри, обойденный при назначении на должность командующего дивизией, которую дали О'Мэлли, полагал, что последний уделял слишком много внимания военному уставу. О'Мэлли чувствовал себя некомфортно, когда к нему обращались как к "генералу", после того как он перестал быть солдатом. Хотя он сражался с противниками в Войне за независимость и Гражданской войне, и сохранил свои бескомпромиссные республиканские убеждения до конца жизни, в последние годы он не питал ни злобы, ни неприязни к кому-либо. Возможно, он чувствовал, что его "глубоко ненавидели" те, кого он тренировал, из-за предъявляемых им требований. Однако он не щадил себя: когда он умер в 1957 году, в его теле осталось пять из множества пуль, полученных в многочисленных сражениях. Литературное наследие О'Мэлли, а также исследования, проведенные им в последние годы жизни, привели к тому, что его стали считать "историком сопротивления". Работа О'Мэлли заполнила пробел в историографии ирландского революционного периода, который в основном игнорировал деятельность местных лидеров и их подчиненных. В этом отношении его обширные труды о Гражданской войне "не имеют себе равных". Его мемуары послужили главным источником вдохновения для фильма Кена Лоуча 2006 года "Ветер, колышущий ячмень", а персонаж Дэмьена Донована основан на О'Мэлли. Скульптура Мананнана мак Лира, пожертвованная в его память Хелен Хукер, установлена на главной площади в Каслбаре, графство Майо. Документальный фильм о жизни О'Мэлли, "На ране другого: Сцеал Эрни О'Мэлли" ("История Эрни О'Мэлли"), был снят для TG4 Джерри О'Кэллаханом в 2008 году. Документальный фильм "A Call to Arts" о творческом пути Хелен Хукер и Эрни О'Мэлли был спродюсирован Кормаком О'Мэлли и снят Крисом Кепплом в 2020 году. Он был показан на Connecticut Public Television (2020) и RTÉ (2021).

O'Malley remains an important figure in a "fractious period" of 20th century Irish history. O'Malley firmly believed that Ireland, having been dominated by an occupying power for so long, deserved to rule itself. Achieving that aim was the sole, almost overwhelming, focus of his early adult years. He contributed significantly to making IRA volunteers, often poorly armed, into a formidable guerrilla force. Lemass considered him an exceptional military commander. Tom Barry, who was passed over for the divisional command given to O'Malley, felt that the latter paid too much heed to the military manual. O'Malley was uncomfortable with being addressed as "General" once he ceased being a soldier. While he had fought his opponents in the War of Independence and Civil War, and retained his uncompromising republican beliefs until the day he died, he bore no ill will towards anyone in his later years. He may have felt that he was "hated thoroughly" by the men he had trained, on account of the demands he had made of them. Yet he did not spare himself: when he died in 1957, five of the many bullets he had received in numerous actions remained in his body. O'Malley's literary output, as well as the research he undertook in his later years, resulted in his being portrayed as the "historian of the resistance". O'Malley's work filled a gap the historiography of the Irish revolutionary period that mostly overlooked the activities of local leaders and their men. In that regard, his voluminous civil war output is "unrivalled". His memoirs are the main inspiration behind the Ken Loach 2006 film The Wind that Shakes the Barley, and the character of Damien Donovan is based loosely on O'Malley. A sculpture of Manannán mac Lir, donated in his memory by Helen Hooker, stands in the Mall in Castlebar, County Mayo. A documentary film on O'Malley's life, On Another Man's Wound: Scéal Ernie O'Malley ("Ernie O'Malley's Story"), was made for TG4 by Jerry O'Callaghan in 2008. A Call to Arts, a documentary about the artistic journey of Helen Hooker and Ernie O'Malley, was produced by Cormac O'Malley and directed by Chris Kepple in 2020. It was shown on Connecticut Public Television (2020) and RTÉ (2021).