Введение

Клиническая экология – это название, данное в 1960-х годах сторонниками теории о том, что воздействие низких уровней определенных химических веществ вредит чувствительным людям, вызывая множественную химическую непереносимость и другие расстройства. Клинические экологи – это специалисты, поддерживающие и продвигающие это направление, отделившееся от традиционной медицины. Клинические экологи утверждают о наличии причинно-следственной связи между неспецифическими симптомами, о которых сообщают некоторые люди после воздействия низких доз химических, биологических или физических агентов, и этим воздействием. Такая реакция на низкие дозы обычно не признается токсикологами.

Обучение и квалификация

"Клинический эколог" – это экологический подход, соответствующий принципам целостной медицины. Специалисты, придерживающиеся этой точки зрения, как правило, не используют термин "клинический эколог", хотя противники этого комплементарного подхода к лечению заболеваний часто продолжают его использовать. В отличие от таких терминов, как "врач" или "медсестра", термин "клинический эколог" не регулируется законодательно ни в одной юрисдикции, что означает, что любой человек может законно называть себя клиническим экологом. При желании они могут получить внеправовую сертификацию или членство в нерегулируемой частной организации "Американская академия экологической медицины" за определенную плату. Многие клинические экологи – это традиционно лицензированные медицинские работники, имеющие продвинутые медицинские сертификаты. Другие могут иметь более альтернативную подготовку.

Противоречия

Теории Рэндольфа о химических эффектах подверглись критике со стороны токсикологов. Его более широкая интерпретация понятия "аллергия", выходящая за рамки роли IgE-антител при истинной аллергии, противоречила взглядам традиционных аллергологов его времени. Разумеется, Рэндольф не утверждал, что экологическая чувствительность является "настоящей аллергией", опосредованной IgE, считая этот нюанс несущественным для людей, страдающих неаллергической чувствительностью. Борьба за сферы влияния, которую вели аллергологи и эксперты-свидетели в те годы, сегодня имеет меньшее значение, чем прежде. Ряд семинаров Национальной академии наук и исследовательских советов, посвященных синдрому войны в Персидском заливе, подтвердили специфическое воздействие низких доз химических веществ на сенсибилизированных людей. Клиническая экология не признана самостоятельной медицинской специальностью. Специалистов в этой области критикуют за то, что они вводят в заблуждение психически больных и внушаемых пациентов, убеждая их в наличии у них химической чувствительности. С критикой выступали Американский колледж врачей в 1989 году, Канадская психиатрическая ассоциация, Международное общество регуляторной токсикологии и фармакологии в 1993 году, Американская академия аллергии, астмы и иммунологии, а в последнее время – Американский колледж профессиональной и экологической медицины в 1999 году. Развитие генетически модифицированных продуктов питания и увеличение использования гербицидов в сельском хозяйстве привели к росту интереса к проблеме экологической чувствительности. Разгорелись поляризованные дебаты между сторонниками новых агротехнологий, позиционирующими себя как рациональных ученых, и их оппонентами, которых они называют невежественными паникерами. С другой стороны, оппоненты характеризуют сторонников как догматичных лоббистов промышленности, а себя – как критически мыслящих людей и защитников окружающей среды. Обе стороны утверждают, что выражают мнение большинства, однако реальный консенсус существует лишь в правительственных организациях, ответственных за оценку безопасности. В центре спора – независимые научные исследования, характеризующие гербициды и генетически модифицированные пестициды в ГМО-культурах как эндокринные разрушители. Это нарушение также провоцирует аутоиммунные реакции, аналогичные тем, что наблюдаются клиническими экологами.