Каролингское Возрождение: Культурный Ренессанс VIII-IX веков.

Введение

Возрождение VIII–IX веков в Каролингской империи

Каролингское Возрождение было первым из трех средневековых возрождений, периодом культурной активности в Каролингской империи. Правление Карла Великого привело к интеллектуальному возрождению, начавшемуся в VIII веке и продолжавшемуся на протяжении IX века, вдохновляясь древней римской и греческой культурой и христианской Римской империей IV века. В этот период наблюдался рост литературы, письменности, изобразительного искусства, архитектуры, музыки, юриспруденции, литургических реформ и изучения Священного Писания. Каролингские школы были эффективными центрами образования, служа поколениям ученых, производя издания и копии классических произведений – как христианских, так и языческих. Движение происходило главным образом во время правления каролингских правителей Карла Великого и Людовика Благочестивого. Его поддерживали ученые каролингского двора, в особенности Алкуин Йоркский. Admonitio generalis (789) и Epistola de litteris colendis Карла Великого служили манифестами. Алкуин писал на темы, охватывающие грамматику и библейскую экзегезу, арифметику и астрономию. Он также собирал редкие книги, которые стали ядром библиотеки Йоркского собора. Его энтузиазм к учению делал его эффективным учителем. Алкуин пишет:
«Утром, в расцвете сил, я сеял семена в Британии, а теперь вечером, когда кровь моя стынет, я все еще сею во Франции, надеясь, что оба прорастут, по милости Божьей, даруя одним мед священных писаний, а других опьяняя старым вином древнего знания».

Другой видной фигурой Каролингского Возрождения был Теодульф Орлеанский, беженец от вторжения Омейядов в Испанию, вовлеченный в культурный круг при императорском дворе, прежде чем Карл Великий назначил его епископом Орлеана. Наибольшим вкладом Теодульфа в науку стало его научное издание Библии Вульгаты, основанное на рукописях из Испании, Италии и Галлии и даже на оригинальном еврейском языке. Эффекты этого культурного возрождения в основном ограничивались небольшой группой придворных литераторов. В столетия, последовавшие за падением Римской империи на Западе, древние школы не исчезли внезапно. Напротив, из них вышли Марциан Капелла, Кассиодор и Боэций – важнейшие иконы римского культурного наследия в Средние века, благодаря которым сохранились дисциплины свободных искусств. В VII веке в вестготском королевстве Испания произошло «исидорийское Возрождение», в котором процветали науки и происходило объединение христианской и дохристианской мысли, а распространение ирландских монастырских школ (скрипториев) по Европе заложило основу для Каролингского Возрождения. Существовало множество факторов, способствовавших этой культурной экспансии, наиболее очевидным из которых было то, что объединение Карлом Великим большей части Западной Европы принесло мир и стабильность, создав условия для процветания. Этот период ознаменовал экономическое возрождение в Западной Европе после падения Западной Римской империи. Местные экономики на Западе деградировали в основном до натурального хозяйства к началу VII века, а города функционировали лишь как места обмена дарами для элиты. К концу VII века появились развитые городские поселения, населенные преимущественно ремесленниками, торговцами и лодочниками, с уличной сетью, ремесленным производством, а также региональной и дальнеторговой торговлей. Ярким примером такой эмпории был Дорестад. Развитие каролингской экономики было обусловлено эффективной организацией и эксплуатацией труда на крупных поместьях, производящих излишки, в основном зерна, вина и соли. В свою очередь, межрегиональная торговля этими товарами способствовала расширению городов. Археологические данные свидетельствуют о продолжении этой тенденции к росту в начале VIII века. Зенит ранней каролингской экономики был достигнут в 775–830 годах, что совпало с наибольшими излишками периода, масштабным строительством церквей, а также перенаселением и тремя голодами, которые показали пределы системы. После периода смуты в 830–850 годах, вызванной гражданскими войнами и набегами викингов, экономическое развитие возобновилось в 850-х годах, когда эмпории полностью исчезли и были заменены укрепленными торговыми городами. Одной из главных причин внезапного экономического роста была работорговля. После подъема арабских империй арабская элита создала большой спрос на рабов, особенно ценились европейские рабы. В результате завоевательных войн Карла Великого в Восточной Европе постоянный приток пленных славян, аваров, саксов и датчан достиг купцов в Западной Европе, которые затем экспортировали рабов через Ампуриас, Жирону и Пиренейские перевалы в мусульманскую Испанию и другие части арабского мира. Рынок рабов был настолько прибыльным, что почти сразу же трансформировал дальнюю торговлю европейских экономик. Работорговля позволила Западу вновь вовлечься в отношения с мусульманскими и Восточными Римскими империями, благодаря чему и другие отрасли, такие как текстильная промышленность, смогли развиваться в Европе.

Another prominent figure in the Carolingian renaissance was Theodulf of Orléans, a refugee from the Umayyad invasion of Spain who became involved in the cultural circle at the imperial court before Charlemagne appointed him bishop of Orléans. Theodulf’s greatest contribution to learning was his scholarly edition of the Vulgate Bible, drawing on manuscripts from Spain, Italy, and Gaul, and even the original Hebrew. The effects of this cultural revival were mostly limited to a small group of court literati. The centuries following the collapse of the Roman Empire in the West did not see an abrupt disappearance of the ancient schools. Indeed, from them emerged Martianus Capella, Cassiodorus and Boethius, essential icons of the Roman cultural heritage in the Middle Ages, thanks to which the disciplines of liberal arts were preserved. The 7th century saw the "Isidorian Renaissance" in the Visigothic Kingdom of Hispania in which sciences flourished and the integration of Christian and pre Christian thought occurred, while the spread of Irish monastic schools (scriptoria) over Europe laid the groundwork for the Carolingian Renaissance. There were numerous factors in this cultural expansion, the most obvious of which was that Charlemagne's uniting of most of Western Europe brought about peace and stability, which set the stage for prosperity. This period marked an economic revival in Western Europe, following the collapse of the Western Roman Empire. Local economies in the West had degenerated into largely subsistence agriculture by the early seventh century, with towns functioning merely as places of gift exchange for the elite. By the late seventh century, developed urban settlements had emerged, populated mostly by craftsmen, merchants and boaters and boasting street grids, artisanal production as well as regional and long distance trade. A prime example of this type of emporium was Dorestad. The development of the Carolingian economy was fueled by the efficient organization and exploitation of labor on large estates, producing a surplus of primarily grain, wine and salt. In turn, inter regional trade in these commodities facilitated the expansion of towns. Archaeological data shows the continuation of this upward trend in the early eighth century. The zenith of the early Carolingian economy was reached from 775 to 830, coinciding with the largest surpluses of the period, large scale building of churches as well as overpopulation and three famines that showed the limits of the system. After a period of disruption from 830 to 850, caused by civil wars and Viking raids, economic development resumed in the 850s, with the emporiums disappearing completely and being replaced by fortified commercial towns. One of the major causes of the sudden economic growth was the slave trade. Following the rise of the Arab empires, the Arab elites created a major demand for slaves with European slaves particularly prized. As a result of Charlemagne's wars of conquest in Eastern Europe, a steady supply of captured Slavs, Avars, Saxons and Danes reached merchants in Western Europe, who then exported the slaves via Ampurias, Girona and the Pyrenees passes to Muslim Spain and other parts of the Arab world. The market for slaves was so lucrative that it almost immediately transformed the long distance trade of the European economies. The slave trade enabled the West to re engage with the Muslim and Eastern Roman empires so that other industries, such as textiles, were able to grow in Europe as well.

Импорт

Кеннет Кларк полагал, что благодаря Каролингскому Возрождению западная цивилизация выжила буквально чудом. Однако применение термина «возрождение» к этому периоду вызывает споры, особенно у Линн Торндайка, поскольку большинство изменений, произошедших в это время, касались почти исключительно духовенства, и поскольку в этот период отсутствовали масштабные социальные движения, характерные для более позднего итальянского Возрождения. Вместо того чтобы быть возрождением новых культурных течений, этот период представлял собой скорее попытку восстановить культуру предшествующей Римской империи. Каролингское Возрождение, оглядываясь назад, во многом напоминает ложную надежду, поскольку его культурные достижения в значительной степени утратились на протяжении нескольких поколений – такое мнение высказал Валахфрид Страбон (умер в 849 году) во введении к «Жизни Карла Великого» Эйнхарда, подводя итог эпохе обновления: Карл Великий смог пробудить новый энтузиазм к знаниям на беспросветных и, я бы сказал, почти совершенно невежественных землях, вверенных ему Богом. В своем прежнем варварском состоянии его королевство почти не испытывало подобного рвения, но теперь оно открыло глаза на божественное просвещение. В наше время жажда знаний вновь угасает: свет мудрости ищут все реже, и он снова становится редкостью в сознании большинства людей.

Научные исследования

Недостаток знания латыни в Западной Европе в VIII веке создавал проблемы для правителей Каролингов, существенно ограничивая число людей, способных служить придворными писцами в обществах, где латынь ценилась. Еще большей обеспокоенностью для некоторых правителей был тот факт, что не все приходские священники владели навыком чтения Библии Вульгаты. Дополнительной проблемой являлось то, что вульгарная латынь поздней Западной Римской империи начала расходиться на региональные диалекты, предшественники современных романских языков, которые становились все менее понятными друг другу и препятствовали общению ученых из разных частей Европы. Чтобы решить эти проблемы, Карл Великий повелел основать школы в капитулярии, известной как Хартия о возрождении учености, изданной в 787 году. Важной частью его программы реформ было привлечение ко двору многих выдающихся ученых своего времени. Среди первых, кого призвали ко двору, были итальянцы: Петр Пизский, который с 776 по 790 год обучал Карла Великого латыни, и с 776 по 787 год Паулин Аквилейский, которого Карл Великий назначил патриархом Аквилейским в 787 году. Ломбард Павел Диакон был приглашен ко двору в 782 году и оставался там до 787 года, когда Карл назначил его аббатом Монтекассино. Теодульф Орлеанский был испанским готом, служившим при дворе с 782 по 797 год, когда был назначен епископом Орлеана. Теодульф находился в дружеском соперничестве с главным из ученых Карла Великого, Алкуином Йоркским, в вопросе стандартизации текста Вульгаты. Алкуин был монахом и диаконом из Нортумбрии, который возглавлял Дворцовую школу с 782 по 796 год, за исключением 790–793 годов, когда он вернулся в Англию. После 796 года он продолжил свои научные труды в качестве аббата монастыря Святого Мартина в Туре. В IX веке каролингские скриптории создали более 100 000 рукописей, из которых сохранилось около 6000–7000. Каролинги создали самые ранние сохранившиеся списки произведений Цицерона, Горация, Марциала, Стация, Лукреция, Теренция, Юлия Цезаря, Боэция и Марциана Капеллы. В VII и VIII веках на территории латинского Запада не создавалось копий текстов этих авторов.

A lack of Latin literacy in eighth century western Europe caused problems for the Carolingian rulers by severely limiting the number of people capable of serving as court scribes in societies where Latin was valued. Of even greater concern to some rulers was the fact that not all parish priests possessed the skill to read the Vulgate Bible. An additional problem was that the vulgar Latin of the later Western Roman Empire had begun to diverge into the regional dialects, the precursors to today's Romance languages, that were becoming mutually unintelligible and preventing scholars from one part of Europe being able to communicate with persons from another part of Europe. To address these problems, Charlemagne ordered the creation of schools in a capitulary known as the Charter of Modern Thought, issued in 787. A major part of his program of reform was to attract many of the leading scholars of the Christendom of his day to his court. Among the first called to court were Italians: Peter of Pisa, who from 776 to about 790 instructed Charlemagne in Latin, and from 776 to 787 Paulinus of Aquileia, whom Charlemagne nominated as patriarch of Aquileia in 787. The Lombard Paul the Deacon was brought to court in 782 and remained until 787, when Charles nominated him abbot of Montecassino. Theodulf of Orléans was a Spanish Goth who served at court from 782 to 797 when nominated as bishop of Orléans. Theodulf had been in friendly competition over the standardization of the Vulgate with the chief among the Charlemagne's scholars, Alcuin of York. Alcuin was a Northumbrian monk and deacon who served as head of the Palace School from 782 to 796, except for the years 790 to 793 when he returned to England. After 796, he continued his scholarly work as abbot of St. Martin's Monastery in Tours. Carolingian workshops produced over 100,000 manuscripts in the 9th century, of which some 6000 to 7000 survive. The Carolingians produced the earliest surviving copies of the works of Cicero, Horace, Martial, Statius, Lucretius, Terence, Julius Caesar, Boethius and Martianus Capella. No copies of the texts of these authors were made in the Latin West in the 7th and 8th centuries.

Реформа латинского произношения

По словам Роджера Райта, Каролингское Возрождение несет ответственность за современное произношение церковной латыни. До этого момента не существовало концептуального различия между латынью и романскими языками; первая просто рассматривалась как письменная форма второй. Например, в ранней средневековой Испании слово, обозначающее «век» (которое произносилось бы как */sjeglo/), правильно писалось как ⟨saeculum⟩, как и на протяжении большей части тысячелетия. Писец не стал бы произносить ⟨saeculum⟩ как /sɛkulum/, так же как современный англоговорящий не произнесет ⟨knight⟩ как */knɪxt/, а не /naɪt/. Однако, не носители латыни, такие как священнослужители англосаксонского или ирландского происхождения, по-видимому, использовали иное произношение, вероятно, пытаясь прочитать каждое слово согласно его написанию. Каролингское Возрождение во Франции впервые представило это искусственное произношение и носителям языка. Теперь, например, слово ⟨viridiarium⟩ «сад, фруктовый сад» больше не читалось бы вслух как эквивалентное старофранцузское слово */verdʒjǽr/. Его следовало произносить точно в соответствии с написанием, со всеми шестью слогами: /viridiarium/. Такое радикальное изменение привело к тому, что латинские проповеди стали совершенно непонятны широкой романскоговорящей публике, что побудило чиновников спустя несколько лет, на Турском соборе, предписать священникам читать проповеди вслух по-старому, на *rusticam romanam linguam* или «простом романском наречии» (в то время как литургия сохранила новое произношение и по сей день). Поскольку теперь не существовало однозначного способа указать, следует ли читать текст вслух как латинский или романский, а многочисленные носители германских языков (например, церковные певцы) в империи могли испытывать трудности с чтением слов, написанных латинской орфографией, в соответствии с романской орфоэпией, во Франции были предприняты различные попытки разработать новую орфографию для последних; среди самых ранних примеров – части Страсбургских клятв и Последовательности Святой Евлалии. По мере распространения Каролингских реформ «правильного» латинского произношения из Франции в другие романскоязычные области, местные ученые в конечном итоге почувствовали необходимость создать отдельные системы орфографии для своих собственных народных языков, тем самым положив начало литературной фазе средневековых романских языков. Однако широкое распространение письменности на романских языках, по-видимому, не произошло до Ренессанса XII века.

According to Roger Wright, the Carolingian Renaissance is responsible for the modern day pronunciation of Ecclesiastical Latin. Up until that point there had been no conceptual distinction between Latin and Romance; the former was simply regarded as the written form of the latter. For instance in early medieval Spain the word for 'century'—which would have been pronounced */sjeglo/— was properly spelled ⟨saeculum⟩, as it had been for the better part of a millennium. The scribe would not have read aloud ⟨saeculum⟩ as /sɛkulum/ any more than an English speaker today would pronounce ⟨knight⟩ as */knɪxt/ rather than /naɪt/. Non native speakers of Latin, however—such as clergy of Anglo Saxon or Irish origin—appear to have used a rather different pronunciation, presumably attempting to sound out each word according to its spelling. The Carolingian Renaissance in France introduced this artificial pronunciation for the first time to native speakers as well. No longer would, for instance, the word ⟨viridiarium⟩ 'orchard' be read aloud as the equivalent Old French word */verdʒjǽr/. It now had to be pronounced precisely as spelled, with all six syllables: /viridiarium/. Such a radical change had the effect of rendering Latin sermons completely unintelligible to the general Romance speaking public, which prompted officials a few years later, at the Council of Tours, to instruct priests to read sermons aloud in the old way, in rusticam romanam linguam or 'plain roman[ce] speech' (while the liturgy retained the new pronunciation to this day). As there was now no unambiguous way to indicate whether a given text was to be read aloud as Latin or Romance, and native Germanic speakers (such as church singers) numerous in the empire might have struggled to read words in Latin orthography according to Romance orthoepy, various attempts were made in France to devise a new orthography for the latter; among the earliest examples are parts of the Oaths of Strasbourg and the Sequence of Saint Eulalia. As the Carolingian Reforms spread the 'proper' Latin pronunciation from France to other Romance speaking areas, local scholars eventually felt the need to create distinct spelling systems for their own vernaculars as well, thereby initiating the literary phase of Medieval Romance. Writing in Romance does not appear to have become widespread until the Renaissance of the Twelfth Century, however.

Каролингское искусство

Каролингское искусство охватывает период примерно в сто лет, с 800 по 900 год. Несмотря на свою краткость, это был влиятельный период. Впервые Северная Европа восприняла классические средиземноморские формы римского искусства, заложив основу для развития романского и, в конечном итоге, готического искусства на Западе. До наших дней сохранились иллюминированные рукописи, изделия из металла, мелкая скульптура, мозаики и фрески того времени.

Каролинская архитектура

Каролинская архитектура — это стиль северноевропейской архитектуры, развивавшийся при Карле Великом. Этот период охватывает конец VIII и IX века, вплоть до правления Оттона I в 936 году, и представлял собой сознательную попытку возродить римскую архитектуру, подражая римской, раннехристианской и византийской архитектуре, но с собственными новшествами, что придало ей уникальный характер. Примером этого синкретического архитектурного стиля может служить первая церковь Святого Марка в Венеции, сочетающая в себе элементы протороманского и византийского стилей. В этот период было возведено множество новых церковных и светских зданий. Джон Контрени подсчитал, что "лишь за чуть более чем восемь десятилетий с 768 по 855 год было построено 27 новых соборов, 417 монастырей и 100 королевских резиденций".

Каролинская валюта

Около 755 года отец Карла Великого, Пипин Короткий, провел реформу валюты Франкского королевства. Разнообразие местных систем было стандартизировано. Мелкие монетные дворы были закрыты, а королевский контроль над оставшимися крупными монетными дворами был усилен (например, "шиллинг" или "солид" зерна представлял собой меру, эквивалентную количеству зерна, которое можно было приобрести за 12 пенсов). Однако, несмотря на чистоту и качество новых пенни, на протяжении Каролингского периода торговцы неоднократно отказывались принимать их, предпочитая золотые монеты, использовавшиеся в других регионах, что приводило к принятию повторных законов против отказа от королевской валюты. Каролингская система была заимствована в Англии Оффой Мерсийским и другими королями, и она служила основой английской денежной системы вплоть до конца XX века.