Джеймс Галанос: Жизнь и творчество модельера

Введение

Греческий модельер (1924–2016)

Джеймс Галанос ( /ˈɡælənoʊ/; 20 сентября 1924 – 30 октября 2016) — американский модельер и кутюрье. Галанос известен созданием одежды для американской знати, включая Нэнси Рейган, Мэрилин Монро, Элизабет Тейлор и других.

Ранние годы

Галанос родился 20 сентября 1924 года в Филадельфии, штат Пенсильвания, как единственный сын греческих иммигрантов. Он посещал Трафаген в течение двух семестров: первый был посвящен общим курсам дизайна, а второй – драпировке и конструированию одежды. Через восемь месяцев, в 1943 году, Галанос бросил учебу, поскольку считал, что необходимые ему знания и навыки можно получить только на практике в индустрии моды.

1944 - середина 1950-х годов

В 1944 году Галанос получил должность помощника в магазине Хэтти Карнеги на 49-й улице в Нью-Йорке, который был кузницей талантов, таких как Жан Луи, Полин Тригер и Норман Норелл. Его работа оказалась скорее канцелярской, чем творческой, и, разочаровавшись, Галанос покинул Карнеги и начал продавать свои эскизы отдельным производителям на Седьмой авеню менее чем за десять долларов за эскиз. Затем, в 1945 году, его бывший преподаватель стиля и моды из Traphagen Элизабет Рорабах обратила его внимание на объявление о вакансии в The New York Times, размещенное текстильным магнатом Лоуренсом Лесавоем. "Его прекрасная жена, Джоан, надеялась запустить бизнес по производству готовой одежды в Калифорнии, и они искали дизайнера", – вспоминал Галанос. Лесавои наняли его за 75 долларов в неделю и отправили в Лос-Анджелес. Однако их план не осуществился: Лесавои развелись, и Галанос потерял работу. "Из жалости", – сказал Галанос, Жан Луи, главный художник по костюмам в Columbia Pictures, нанял его в качестве помощника художника-эскизчика на полставки. Вскоре после этого Лоуренс Лесавой согласился отправить 24-летнего Галаноса в Париж, как раз когда дома моды там восстанавливались после войны. Кутюрье Робер Пиге принял американца в свою команду помощников, среди которых были Пьер Бальмен, Юбер де Живанши и Марк Боан. В ателье Пиге Галанос встречался с поставщиками тканей и отделки, чтобы выбирать материалы, делал эскизы и драпировал модели под руководством Пиге, который ежедневно контролировал его работу. В 1948 году Галанос решил вернуться в США и принял предложение компании Davidow, занимавшейся пошивом платьев в Нью-Йорке. Легендарные редакторы журналов и законодатели моды, такие как Диана Вриланд, Элеонора Ламберт, Глория Вандербильт и Евгения Шеппард, стали его поклонницами, обеспечив ему известность в течение нескольких месяцев. В 1953 году Галанос начал новый проект – он стал разрабатывать костюмы для кино. Его первой работой было создание костюмов для Розалинд Рассел, звезды предстоящего фильма "Никогда не машите пилоту WAC". Нондас Керамицис, главный портной Галаноса, переехал в Лос-Анджелес из родной Греции, чтобы шить женскую одежду. Он узнал о Галаносе от родственников и вскоре начал работать с ним в его лос-анджелесской студии. Керамицис и его команда из около 22 портных делали все вручную. Если работу Галаноса с кем-то сравнивали, то только с французской высокой модой. Его бизнес был больше похож на дом моды, чем на производителя готовой одежды; в каждой вещи было много ручной работы, и все его знаменитые вышивки и отделка выполнялись его сотрудниками. Галанос всегда лично выбирал ткани и отделку во время поездок в Европу и Азию. Хотя он постоянно искал лучшие ткани, Галанос часто чувствовал потребность создавать свои собственные. Так он делал жакеты из разноцветных лент, чтобы накидывать на свои шифоновые платья в импрессионистских тонах. Или он перекрещивал черные атласные ленты с черным кружевом для лифов коротких вечерних платьев. Он часто подшивал свои платья шелком, который другие дизайнеры использовали для самих платьев, и всегда твердо верил в важность скрытых деталей. Эти детали влияли на ощущения от одежды на теле и на то, как ткань драпировалась, и его клиенты по всему миру были готовы за них платить. Не скрытыми были детали, такие как пайетки, перья, металлические брокаты и кружево. Он часто уравновешивал свои самые блестящие платья сдержанными платьями из окрашенного бархата и длинными, облегающими моделями из черного крепа или смятого бархата. "Галанос: Совершенство и еще раз совершенство", – гласил заголовок в The New York Times после показа Галаноса, состоявшего из около 200 моделей в 1988 году. "Хотя он ездит в Европу за тканями – многие из них такие же, как те, что используются в парижских коллекциях высокой моды – большая часть дизайна Галаноса выполняется в Калифорнии", – сообщила газета Times. "Его стандарты столь же высоки, как и в любой точке мира. Если сравнивать, то обычно с парижской высокой модой. Удивительно, что американский дизайнер готовой одежды заслуживает такого признания на протяжении столь долгого времени". Модный дизайнер Густав Тассель, давний друг Галаноса, вспоминает случай, когда Юбер де Живанши, знаменитый французский кутюрье, рассматривал внутреннюю часть изделия Галаноса и воскликнул: "Мы так хорошо не делаем в Париже!". Многие из самых известных женщин мира были клиентками Галаноса. "Джеймс Галанос создает одежду для богатых женщин, которые ходят на обеды и коктейльные вечеринки, ужинают в лучших ресторанах и приглашаются на лучшие вечеринки", – сообщила The New York Times. "Его одежду редко можно увидеть в офисах. Это не только из-за пятизначных ценников, хотя они пугают всех, кроме самых высокооплачиваемых руководителей. Это также гламур одежды". Галанос согласился: "Я создаю одежду для очень ограниченного круга людей", – сказал он журналу Time в 1985 году. В 1980-х годах он попал в национальные заголовки как любимый дизайнер первой леди Нэнси Рейган. Рейган впервые встретила Галаноса в 1951 году в бутике в Беверли-Хиллз. В то время Рейган работала актрисой в Голливуде. Элизабет Тейлор, Жаклин Кеннеди, Леди Берд Джонсон, Грейс Келли, Диана Росс, Бетси Блумингдейл, Розалинд Рассел, Марлен Дитрих, Дороти Ламур, Каролин Роэм, Ким Бейсингер, Арианна Хаффингтон и многие другие известные личности и звезды кино и СМИ. В 1982 году Джон Дука, обозреватель The New York Times, описал в своей колонке "Заметки о моде" торжественный вечер в честь Галаноса, на котором присутствовали его знаменитые поклонники: "Джеймс Галанос, дизайнер, чья одежда не имеет себе равных по качеству и цене в этой стране, был в городе, и почти сразу уровень светской беседы, казалось, повысился, как по кругу. Бетси и Майкл Кайзер – он фотограф – устроили торжественный ужин-буфет в честь дизайнера в субботу. Среди присутствующих были Лин Ревсон, Гордон Паркс, Барбара Уолтерс, Арианна Стассинопулос, бывший сенатор Абрахам А. Рибикофф и его жена Кейси, Фредди и Арлетт Бриссон, Мэри МакФадден, Тамми Граймс, Стивен Палей, Джон Лоринг, Глория Вандербильт, Уильям Макомбер, Сибилла Кларк, Алекс Грегори, Фрэнк и Глория Шифф и Боб Колачелло. Мистер Галанос был в центре внимания: почти каждая женщина в комнате была одета в его творение".

In 1944, Galanos got a position as a general assistant at the New York East 49th Street emporium of Hattie Carnegie, the incubator of such talents as Jean Louis, Pauline Trigère, and Norman Norell. His job there turned out to be more clerical than creative, and, disappointed, Galanos left Carnegie and began selling his sketches to individual manufacturers on Seventh Avenue for less than ten dollars per sketch. Then, in 1945, his former Traphagen style and fashion teacher Elisabeth Rorabach called his attention to a help wanted ad she had seen in The New York Times, placed by textile magnate Lawrence Lesavoy. "His beautiful wife, Joan, was hoping to launch a ready to wear dress business in California, and they were looking for a designer," recalled Galanos. The Lesavoys employed him for $75.00 a week and dispatched him to Los Angeles. Their plan, however, did not materialize; the Lesavoys divorced, and Galanos lost his job. "Out of pity," Galanos said, Jean Louis, head costume designer at Columbia Pictures, hired him as a part time assistant sketch artist. Soon afterward, Lawrence Lesavoy agreed to send the 24 year old Galanos to Paris, just as couture houses there were rebounding from the war. Couturier Robert Piguet absorbed the American into his stable of assistants, among whom were Pierre Balmain, Hubert de Givenchy, and Marc Bohan. At the Piguet atelier, Galanos met with fabric and trimming suppliers to choose materials, sketched and draped up designs under the eye of Piguet, who oversaw his work on a daily basis. In 1948, Galanos decided to return to the U. S. and accepted a job with Davidow, a dress making firm in New York. Legendary magazine editors and style arbiters such as Diana Vreeland, Eleanor Lambert, Gloria Vanderbilt, and Eugenia Sheppard became fans, ensuring that he would become a household name within months. In 1953, Galanos embarked on another venture altogether – he began designing for movies. His first job was to create costumes for Rosalind Russell, the star of the forthcoming film "Never Wave at a WAC." Nondas Keramitsis, Galanos' head tailor, moved to Los Angeles from his native Greece to make women's clothing. He had heard about Galanos through relatives and soon started working with him in his Los Angeles studio. Keramitsis and a crew of about 22 tailors he oversaw made everything by hand. If Galanos' work was compared to that of anyone else, it was compared to French haute couture. His business was more comparable to a couture house than a ready to wear manufacturer; there was a great amount of hand work in each garment, and all of his famous beadwork and embroidery was done by his staff. Galanos always chose fabrics and trimmings personally during trips to Europe and Asia. Though he constantly looked for the best fabrics, Galanos often felt compelled to create his own. So he would make jackets out of different colored ribbons to toss over his chiffon dresses in impressionist colors. Or he would cross black satin ribbons over black lace for the bodices of delicately frothy short evening dresses. He often lined his dresses with silks that other designers used for dresses themselves, and he was always a firm believer in the importance of hidden details. These details made a difference in the feel of the clothes on the body and the hang of the fabric, and his clients all over the world were willing to pay a great deal for them. Details that were not hidden included sequins, feathers, metallic brocades, and laces. He often balanced his most glittering dresses with quiet tie dyed velvet sheaths and long, clingy styles in black crepe or crushed velvet. "Galanos: Perfection, and Lots of It," read the headline in The New York Times after Galanos' show of some 200 designs in 1988. "While he travels to Europe for his fabrics – many are the same as those used in the Paris couture collections – most of Galanos's designing is done in California," reported the Times. "His standards are as high as those found anywhere in the world. If a comparison is made, it is usually with the Paris couture. It is reasonably astonishing that an American designer of ready to wear should merit that kind of homage over so long a period of time." Fashion designer Gustave Tassell, a long time friend of Galanos, recalls an occasion when Hubert de Givenchy, the illustrious French couturier, was looking at an inside of a Galanos garment and exclaimed " we don't make them this well in Paris!" Many of the world's most socially prominent women were Galanos customers. "James Galanos designs for wealthy women who go to luncheons and cocktail parties, dine at the finest restaurants and are invited to the best parties," reported The New York Times. "His clothes are rarely seen in business offices. It isn't only because of the five figure price tags, although they are daunting to all but the highest paid executives. It's also the glamour quotient of the clothes." Galanos agreed, "I design for a very limited group of people," he told Time magazine in 1985. In the 1980s, he made national headlines as First Lady Nancy Reagan's favorite designer. Reagan first met Galanos in 1951 at a boutique in Beverly Hills. At the time, Regan was working as an actress in Hollywood. Elizabeth Taylor, Jackie Kennedy, Lady Bird Johnson, Grace Kelly, Diana Ross, Betsy Bloomingdale, Rosalind Russell, Marlene Dietrich, Dorothy Lamour, Carolyne Roehm, Kim Basinger, Arianna Huffington and many other notable personalities and film and media stars. In 1982, John Duka, the New York Times columnist, described in his column, Notes on Fashion, a black tie party in Galanos' honor attended by his A list fans, "James Galanos, the designer whose clothing is unmatched in quality and price in this country, was in town, and almost immediately the level of social exchange seemed elevated as if by ripple effect. Betsy and Michael Kaiser – he is the photographer – gave a black tie buffet dinner for the designer Saturday. Among those at table were Lyn Revson, Gordon Parks, Barbara Walters, Arianna Stassinopoulos, former Senator Abraham A. Ribicoff and his wife, Casey, Freddie and Arlette Brisson, Mary McFadden, Tammy Grimes, Stephen Paley, John Loring, Gloria Vanderbilt, William Macomber, Sybilla Clark, Alex Gregory, Frank and Gloria Schiff and Bob Colacello. Mr. Galanos was the center of attention: Almost every woman in the room was wearing one of his designs."

1998 2016 год

В 1998 году Галанос ушел на пенсию после почти пятидесятилетней карьеры. Несмотря на выход на пенсию, Галанос продолжал оставаться заметной фигурой в мире моды. В 2002 году он резко раскритиковал индустрию моды за ориентацию исключительно на молодых женщин с идеальными фигурами. В интервью WWD во время обеда в отеле Pierre в Нью-Йорке он спросил репортера Эрика Уилсона, качая головой с презрением: «Сколько женщин могут позволить себе носить лишь полоску ткани на лобке и бюстгальтер? Разве вам не стыдно видеть молодую девушку, идущую по улице почти обнаженной? Мода сегодня ориентирована только на молодежь», – продолжил Галанос. «Везде мы видим только Levi’s и обнаженные животы, вызывающие тошноту. Нет одежды для элегантных женщин. Давайте будем честны, некоторые вещи, которые вы видите в прессе, выглядят просто чудовищно – и я не ханжа. Бог свидетель, я сам создавал сексуальную одежду в свое время, но есть предел, когда нужно сказать: «Хватит». Среди современных дизайнеров он восхищался работой Ральфа Руччи, который разделял взгляды Галаноса на состояние моды в начале нового тысячелетия. «Я думаю, мы находимся в состоянии посредственности», – сказал Руччи студентам-дизайнерам в Академии искусств Университета Сан-Франциско. Начиная с начала 2000-х годов, Галанос посещал большинство показов Руччи в Нью-Йорке и Париже. «Я считал, что то, что он делал, было действительно великолепно», – сказал Галанос Кэти Хорин из The New York Times в 2002 году, – «у него та же концепция, что и у меня – прекрасные детали, которые редко встретишь в готовой одежде». «Ральф Руччи создает одежду, как никто другой, тщательно прорабатывая каждую деталь, чтобы добиться безупречного качества», – заявил он Harper's Bazaar в 2004 году. В свою очередь, Руччи считает Галаноса ключевым влиянием на его творчество и постоянным источником вдохновения. «Если бы мы были в Японии, у нас было бы выражение, и мы бы назвали [Галаноса] нашим национальным достоянием», – сказал Руччи группе уважаемых гостей, в том числе Нэнси Рейган, Бетси Блумингдейл и Пегги Моффит, на мероприятии в честь Галаноса в отеле Beverly Wilshire в Беверли-Хиллз. «Хотя он официально ушел на пенсию в 1998 году, – писала Аликс Браун в The New York Times, – он не показывает никаких признаков утраты актуальности». Винтажные платья Галаноса по-прежнему шикарны, востребованы и популярны среди представителей международного высшего общества, голливудских звезд и супермоделей, и их надевали такие известные женщины, как Селин Дион, Рене Зеллвегер, Николь Кидман, Джессика Альба, Хайди Клум, Татьяна Сорокко, Эмбер Валлетта, Кристина Риччи, Эшли Олсен и Кэти Холмс, и многие другие.

In 1998, Galanos retired after a career spanning nearly five decades. Despite his retirement, Galanos continued to make his presence known in the fashion world. In 2002, he blasted the fashion industry for catering to only young women with perfect bodies. In an interview with WWD over lunch at the Pierre Hotel in New York he asked the reporter, Eric Wilson, shaking his head in contempt, "How many women can wear just a patch over their crotch and a bra? Aren't you embarrassed when you see a young girl walking down the street practically naked? Fashion is geared only to young people today," Galanos continued. "All we see is Levi's and bare bellies to the point of nausea. There are no clothes for elegant women. Let's face it, some of the things you see in the paper are absolutely monstrous looking – and I'm not squeamish. God knows I made sexy clothes in my day, but there's a point when you have to say, 'Enough, already'." Of contemporary designers, he admired the work of Ralph Rucci, who shares Galanos' views of the state of fashion at the beginning of the new millennium. "I think we're in a state of mediocrity," Rucci told design students at the San Francisco Academy of Art University. Beginning in the early 2000s, Galanos attended most of Rucci's shows in New York and Paris. "I thought what he was doing was really terrific," Galanos told Cathy Horyn of The New York Times in 2002, "he has the same kind of concept that I had – beautiful details that you don't see in ready to wear." "Ralph Rucci makes clothes like no one else, taking pains to make things that are beautifully finished," he told Harper's Bazaar in 2004. On his side, Rucci considers Galanos a major influence in his work and a continuing inspiration. "If we were in Japan, we'd have an expression and call [Galanos] our national living treasure," Rucci told a group of distinguished guests that included Nancy Reagan, Betsy Bloomingdale and Peggy Moffitt, at an event honoring Galanos at the Beverly Wilshire Hotel in Beverly Hills. "While he officially retired in 1998," wrote Alix Browne in The New York Times, "he shows no signs of falling out of fashion." Galanos's vintage gowns remain chic, sought after and popular among the international jet set, Hollywood stars and supermodels, and have been seen on such notable women as Celine Dion, Renée Zellweger, Nicole Kidman, Jessica Alba, Heidi Klum, Tatiana Sorokko, Amber Valletta, Christina Ricci, Ashley Olsen and Katie Holmes, among many others.

Фотография

Переосмыслив себя как фотограф-абстракционист, Галанос в 2006 году, в возрасте 82 лет, представил свою первую фотовыставку, получившую широкое признание в галерее Сержа Сорокко в Сан-Франциско. На выставке было представлено более 40 фотографий, сделанных Галаносом за предыдущие несколько лет. Работы были преимущественно абстрактными, за исключением нескольких мистических, загадочных пейзажей с эффектом зеркального отражения. Подобно моде, его фотография строилась вокруг материала, формы и цвета. Объекты для фотографий Галанос создавал из бумаги или ткани, а затем фотографировал их в выразительном свете, добиваясь тонких переходов тона и светотени.

Награды и признание

Галанос был самым молодым дизайнером, удостоенным премии Coty Fashion Award в 1954 году. Среди других его наград – премия Crystal Ball от The Fashion Group of Philadelphia (1963 год), премия Fashion Award от Технологического института Дрекселя (1965 год), международная премия Sunday Times International Award (1968 год), премия Golden 44 Торговой палаты Лос-Анджелеса (1980 год), диплом di Merita от Universita delle Arte Terme (Италия, 1981 год). В 1982 году его имя было внесено в Зал славы списка International Best Dressed List. Галанос также получил престижную премию Council of Fashion Designers of America Lifetime Achievement Award в 1985 году. В 2007 году он был удостоен премии Rodeo Drive Walk of Style, а в 2008 году – почетной степени доктора философии от Академии искусств Сан-Франциско. Карьера Галаноса охватила более полувека. "Для Джеймса Галаноса мода – это прежде всего создание красоты для женщин", – писала Энн Мари Широ в The New York Times, – "и он посвятил 44 года своей жизни разработке одежды, чтобы воплотить эту идею". "Он всегда был кумиром для всех, кто преклонялся перед модой, а не только для тех, кто носил его одежду", – отмечала Бернардин Моррис во введении к каталогу ретроспективной выставки Галаноса в Музее искусств округа Лос-Анджелес (1996 год). "Его ставили в один ряд с легендарными французскими дизайнерами, олицетворявшими вершину моды. Однако, в отличие от них, Галанос создавал готовую одежду, в то время как французская высокая мода специализировалась на пошиве на заказ. Именно это делает его истинно американским дизайнером. В этой стране именно готовая одежда доминирует в мире моды, урок, который французы усвоили, последовав его примеру. Возможно, главный вклад Джеймса Галаноса в мир моды заключается в том, что он привнес блеск и качество в модели, предназначенные для продажи в магазинах".

В сентябре 2016 года историческая коллекция костюмов Роберта и Пенни Фокс при Вестфальском колледже медиаискусств и дизайна Университета Дрекселя получила от Фонда Джеймса Г. Галаноса около 700 комплектов одежды. В 2018 году, спустя два года после его кончины, университет почтил память Галаноса, назвав его именем новую экспозицию в рамках своего факультета моды.