Введение

Мечеть в Исфахане, Иран.

История

Целью этой мечети было служить частной резиденцией для королевского двора (в отличие от мечети Шаха, предназначенной для публики). По этой причине мечеть не имеет минаретов и меньше по размеру. Действительно, немногие европейцы во времена Сафавидов обращали внимание на эту мечеть, и тем более не имели к ней доступа. Чтобы избежать необходимости переходить площадь к мечети, шах Аббас поручил архитектору построить туннель, соединяющий дворец Али Капу с мечетью, проходящий под площадью. Достигнув входа в мечеть, нужно было пройти по извилистому коридору, пока не окажешься в главном здании. Вдоль этого коридора стояли стражники, и очевидной целью такой планировки было максимально оградить женщин гарема от посторонних глаз при входе в здание. Сегодня эти двери открыты для посетителей, а туннель под площадью больше не используется.

Шейх Лотфулла

На протяжении всей своей истории эта мечеть имела различные названия. Для Джунабади она была мечетью с большим куполом (Masjed e qubbat e azim) и купольной мечетью (qubbat masjed), а современный историк Искандар Мунши называл её мечетью великой чистоты и красоты. Европейские путешественники, такие как Жан Шарден, напротив, упоминали мечеть под современным названием, а коранические надписи внутри мечети, выполненные иранским каллиграфом Бакиром Банай, также содержат имя шейха Лутфаллы. Более того, записи Мухибб Али Бега, императорского казначея, свидетельствуют о том, что зарплата имама выплачивалась непосредственно из средств императорской казны. Все это указывает на то, что здание действительно было названо в честь шейха Лутфаллы, и что этот знаменитый имам был одним из первых руководителей молитв при королевском дворе именно в этой мечети.

Искусство

Дизайн Ардабильского ковра был создан по той же концепции, что и внутренняя поверхность купола. Также дизайн "Ковра Чудес", который станет самым большим ковром в мире, основан на дизайне интерьера купола. Предполагается, что концепции мистического философа Сухраварди о единстве бытия могли быть связаны с этим узором на внутренней стороне купола. Али Реза Аббаси, ведущий каллиграф при дворе Шаха Аббаса, украсил вход, над дверью, величественными надписями с именами и титулами Шаха Аббаса, аль-Хусейни и аль-Мусави, то есть потомков имамов Хусейна и Мусы. Бегущая надпись белой плиткой на синем фоне на внешнем барабане купола, видимая публике, состоит из трех сур (глав) Корана: «Аш-Шамс» (91, Солнце), «Аль-Инсан» (76, Человек) и «Аль-Каутар» (108, Изобилие). Эти суры подчеркивают праведность чистой души и участь в аду тех, кто отвергает путь Бога, вероятно, имея в виду османских турок. Повернув направо у входа в молитвенную залу под куполом, можно увидеть полный текст суры 98, «Аль-Баййина», «Ясное доказательство». В ней говорится, что люди Писания (то есть христиане или иудеи) не имели ясного знания о том, что было прежде, пока Аллах не послал Своего пророка Мухаммеда. Горизонтальная полоса надписи внизу арки не является коранической, но гласит, что благословение Аллаха ниспосылается шиитским мученикам. Таким образом, шиитское воззвание перекликается с кораническими аятами в своем акценте на истинности Божьего послания. Тот факт, что две поэмы Шейха Бахаи, преданного суфия, украшают стены частной мечети Шаха Аббаса, свидетельствует о том, что, хотя некоторые суфийские элементы в империи подавлялись, суфизм в целом продолжал играть важную роль в обществе Сефевидов. Дизайн интерьера купола также вдохновил дизайн площади Азади в Тегеране.