Чьяпа-де-Корсо: История и традиции мексиканского города.

Введение

Чиапа-де-Корсо (ˈtʃjapa ðe ˈkoɾso) — небольшой город и муниципалитет, расположенный в западной центральной части мексиканского штата Чиапас. Расположенный в долине реки Гриальва в высокогорьях Чьяпаса, Чиапа-де-Корсо находится примерно в 15 км к востоку от столицы штата, Тустла-Гутьеррес. Чиапа была заселена, по крайней мере, с 1400 года до н.э., и здесь находится крупный археологический памятник, достигший своего расцвета между 700 и 200 годами до н.э. Это место важно, поскольку именно здесь были обнаружены самая ранняя датированная надпись, самая ранняя форма иероглифической письменности и самая ранняя мезоамериканская захоронение в гробнице. Чиапа также является местом основания первого испанского города в Чиапасе в 1528 году. Приставка "де Корсо" была добавлена в честь либерального политика Анхеля Альбино Корсо.

Демография

На 2010 год община насчитывала 87 603 жителей. По состоянию на 2010 год в городе Чиапа-де-Корсо проживало 45 077 человек. Помимо города Чиапа-де-Корсо, в муниципалитете было 404 населенных пункта, крупнейшими из которых (с населением на 2010 год в скобках) были: Город расположен вдоль реки Грияльва и имеет один из главных причалов на этом водном пути. Город построен в испанском стиле, с центром вокруг очень большой площади, которую муниципалитет утверждает, что она больше, чем Сокало, или главная площадь Мехико. (сек.) Её окружность составляет пятьдесят два метра, а высота – двенадцать метров. Она имеет восемь арок и цилиндрическую башню, которая время от времени использовалась как сторожевая. В ней три нефа, сводчатый потолок и купола над пресвитерием и пересечением нефов. С тех пор интерес к этому событию возрос, и Танец Парахикос стал его кульминацией. Однако это не обеспечило выживание события или танцоров Парахикос. Сейчас танцоров меньше, чем в прошлом, и многие представители молодого поколения не заинтересованы во времени, необходимом для вырезания традиционной маски из дерева и последующей её лакировки. Fiesta Grande de Enero – это праздник, объединяющий ряд мероприятий, происходящих в январе. Изначально это были дни памяти святых покровителей и других фигур, включая образ Христа, известный как Господь Эскипулас, святого Антония Великого и святого Себастьяна. Со временем праздник расширился, включив в себя другие мероприятия, и в целом призван выразить благодарность за всё, полученное за прошедший год. Ежегодный фейерверк 21 января воссоздает "Битву при Пуэрто-Артуро" 1906 года, устроенную группой местных пиротехников, продолжавших давнюю традицию таких "морских сражений" на реке Грияльва, состоявших из зрелища с использованием тысяч фейерверков. Традиция началась в 1599 году, когда Педро де Барриентос, викарий церкви Санто-Доминго, поощрял развитие пиротехники. Он придумал идею морского боя как развлечение, и со временем это стало способом очаровать посетителей. 22 января проходит парад с украшенными платформами. Этот день отмечается конфетти и мариачи, а также различными видами танцоров. Последний день, 23-е, отмечен парадом танцоров. Хотя Парахикос – самые известные и узнаваемые танцоры, на самом деле существует три их типа. Все они отсылают к истории, происходящей в колониальную эпоху. Согласно легенде, донья Мария де Ангула была богатой испанкой, отправившейся на поиски лекарства от таинственной паралитической болезни, которой страдал её сын, и которое не мог вылечить ни один врач. По прибытии она была направлена к местному целителю, известному как намандиюгуа. После осмотра мальчика он велел матери искупать его в водах небольшого озера Камбухуя, после чего он чудесным образом исцелился. Ближайшая территория муниципалитета была заселена примерно в 1200 году до н.э. группой людей, связанных с культурой ольмеков, которые, как полагают, говорили на раннем языке михе-соке. Однако точная связь между Чиапа-де-Корсо и миром ольмеков окончательно не установлена. К 900 или 800 году до н.э. деревня, ныне археологический объект, демонстрирует тесную связь с ольмекским центром Ла-Вента, но неизвестно, управляла ли Чиапа Ла-Вентой или нет. Однако большая часть поселения имела много общих черт с Ла-Вентой, включая церемониальный пруд и стили керамики, а также использование тех же источников материалов, таких как обсидиан и андезит. Археологический объект Чиапа важен, поскольку он демонстрирует культуру михе-соке-ольмеков, которая в конечном итоге отделилась от ольмеков. Развитие древнего города было разделено на несколько фаз. Самыми ранними и важными являются фазы Эскалера или Чиапа III (700–500 гг. до н.э.) и Франсеза или Чиапа IV (500 г. до н.э. – 100 г. н.э.). Влияние ольмеков наиболее сильно в фазе Эскалера, когда город стал спланированным с формальными площадями и монументальными зданиями. Однако контакты с районами майя также очевидны. Однако даже на этом этапе существуют значительные различия в архитектуре и керамике, которые указывают на отличную идентичность соке от культурной базы михе-соке/ольмеков. Это различие усилилось в период Франчески, когда монументальные сооружения были увеличены, а керамика почти полностью производилась на местном уровне. Существуют также свидетельства участия в торговых сетях на большие расстояния и появляются первые примеры иероглифической письменности. Самая ранняя надпись с использованием системы длинного счета в Мезоамерике относится к этой фазе, датируемая 36 годом н.э. и найденная на Стеле 2. Это было одно из крупнейших поселений в ранней Мезоамерике, существовавшее с 1200 года до н.э. по 600 год н.э. Этот объект важен по ряду причин. Во-первых, хотя он, безусловно, был населен носителями языков михе-соке, он имеет тесные связи с ольмеками, но характер этих связей неизвестен. Некоторые теории предполагают, что население было генетически связано с ольмеками, в то время как другие предполагают, что они изначально находились под властью ольмеков, но в конечном итоге отделились от них. Недавним открытием стала самая старая доиспанская гробница, датированная периодом между 700 и 500 годами до н.э. Она была найдена в ранее раскопанной пирамиде высотой 20 метров, но в самом её центре. Похороненный богато одет, с более чем двадцатью топорами, найденными в качестве подношений, расположенными по сторонам света. Культура считается ольмекской, хотя требуется более точная датировка. Подношения демонстрируют ольмекское влияние, например, изображения больших глаз и губ, но отсутствуют другие типичные ольмекские украшения, такие как серьги и нагрудные пластины. Помимо топоров, есть более трех тысяч предметов, сделанных из нефрита, речных жемчужин, обсидиана и янтаря, из районов, удаленных, как Гватемала и Долина Мехико, что свидетельствует о торговых сетях. Лицо было покрыто раковиной с отверстиями для глаз и рта – самый ранний пример погребальной маски. Погребение показывает, что многие элементы погребальных обрядов Мезоамерики старше, чем считалось ранее.

As of 2010, the municipality had a total population of 87,603. As of 2010, the city of Chiapa de Corzo had a population of 45,077. Other than the city of Chiapa de Corzo, the municipality had 404 localities, the largest of which (with 2010 populations in parentheses) were: The town is located along the Grijalva River and has one of the main docks along this waterway. The town is laid out in Spanish style, centered on a very large plaza which the municipality claims is larger than the Zocalo, or main plaza of Mexico City. (sec. It measures fifty two meters in circumference and twelve meters in height. It has eight arches and a cylindrical tower which occasionally functioned as a watchtower. It has three naves, a coffered ceiling and cupolas above the presbytery and intersection. Since then, the event has experienced a surge in interest, making the Dance of the Parachicos the highlight. However, this has not assured the survival of the event or of the Parachicos dancers. There are fewer dancers than in the past, and many of the younger generation are not interested in the time it takes to carve a traditional mask from wood then lacquer it. The Fiesta Grande de Enero is a celebration which joins a number of events which all happen in the month of January. Originally, these were the feast days of patron saints and other figures, including a Christ figure called the Our Lord of Esquipulas, Anthony the Great and Saint Sebastian. Since then, it has developed to include other events and overall it is meant to give thanks for what has been received over the past year. The annual 21 January fireworks display recreates the 1906 "Battle of Puerto Arturo", which was produced by a group of local firework makers, who were continuing a long tradition of such "naval battles" on the Grijalva River; these consisted of a spectacle using thousands of fireworks. The tradition began in 1599, when Pedro de Barrientos, vicar of the Santo Domingo Church, encouraged the development of fireworks making. He came up with the naval battle idea as a diversion and over time it became a way to fascinate visitors. On 22 January, there is a parade with floats. This day is marked with confetti and mariachis along with various types of dancers. The last day, the 23rd is marked by a parade of dancers. Although the Parachicos are the best known and recognized of the dancers, there are actually three types. All refer back to a story that takes place in the colonial era. According to legend, Doña María de Angula was a rich Spanish woman who traveled in search of a cure for a mysterious paralytic illness suffered by her son, which no doctor could cure. When she arrived here, she was directed to a curandero, or local healer called a namandiyuguá. After examining the boy, he instructed his mother to bathe him in the waters of a small lake called Cumbujuya, after which he was miraculously cured. The immediate area of the municipality was settled around 1200 BCE by a group of people related to the Olmec culture, who are thought to have been speakers of an early Mixe–Zoquean language. However, the exact relationship between Chiapa de Corzo and the Olmec world has not been definitively established. By 900 or 800 BCE, the village, now archeological site, show a strong relationship with the Olmec center of La Venta, but it is unknown if Chiapa was ruled by La Venta or not. However, much the settlement shared many features with La Venta, including a ceremonial pond and pottery styles as well as using the same sources for materials such as obsidian and andesite. The Chiapa site is important because it shows a Mixe–Zoque–Olmec culture which eventually split from the Olmec. The development of the ancient city has been divided into a number of phases. The earliest and most important are the Escalera or Chiapa III (700 500BCE) and Francesa or Chiapa IV (500BCE to 100CE) phase. Olmec influence is strongest in the Escalera phase when it became a planned town with formal plazas and monumental buildings. However, contacts with Mayan areas is evident as well. However, even during this phase, there are significant differences in architecture and pottery which suggest a distinct Zoque identity from the Mixe–Zoque/Olmec cultural base. The distinction grew in the Francesca period as monumental structures were enlarged and pottery was almost all locally made. There is also evidence of participation in long distance trade networks, and the first examples of hieroglyphic writing appear. The earliest Long Count inscription in Mesoamerica derives from this phase, with a date of 36 BCE appearing on Stela 2. It was one of the largest settlements in early Mesoamerica occupied from 1200 BCE to 600 CE. The site is important for a number of reasons. First, while it was definitely inhabited by Mixe Zoque speakers, it has strong ties to the Olmecs, but it is not known what exactly these ties were. Some theories state that the population was genetically related to the Olmecs, while others suppose that they were dominated by the Olmecs initially but then eventually broke away. A recent discovery has been the oldest pre Hispanic tomb, dated to between 700 and 500 BCE. It was found in a previously excavated 20 meter tall pyramid, but in the very center. The occupant is richly attired with more than twenty axes found as offerings, placed in the cardinal directions. The culture is considered to be Olmec although more exact dating needs to be done. The offerings show Olmec influence, such as depictions of wide eyes and lips, but other typical Olmec decorations such as earspools and breastplates are missing. In addition to the axes, there are also more than three thousand pieces made of jade, river pearls, obsidian and amber, from areas as far away as Guatemala and the Valley of Mexico, showing trade networks. The face was covered in a seashell with eye and mouth openings, the earliest example of a funeral mask. The burial shows that many elements of Mesoamerican burials are older than previously thought.