Мария Тервиэль: Героиня Сопротивления

Введение

Мария "Мими" Тервиль (7 июня 1910 – 5 августа 1943) – немецкий участник движения Сопротивления против нацистского режима. Она действовала в группе в Берлине, которая писала и распространяла антинацистские и антивоенные призывы. В рамках более масштабной акции, задуманной как координация деятельности различных антифашистских групп Сопротивления в Германии и оккупированной Европе, которую Абвер именовал «Красным оркестром», в сентябре 1942 года гестапо арестовало Тервиль вместе с её женихом Гельмутом Гимпелем. Среди листовок и брошюр, которые они копировали и распространяли для группы, были проповеди Клеменса Августа Графа фон Галена, произнесенные в июле и августе 1941 года, с осуждением программы принудительной эвтаназии Aktion T4. Тервиль была приговорена к смертной казни 26 января 1943 года и 5 августа 1943 года была гильотинирована в берлинской тюрьме Плёцензее.

Жизнь

Мария Тервиль родилась 7 июня 1910 года в Боппарде-на-Рейне. Она закончила Абитур в гимназии в Штеттине в 1931 году, где её отец, Иоганнес Тервиль, глубоко верующий католик и прусский государственный служащий, работал провинциальным заместителем комиссара, а её мать была еврейкой, что впоследствии ограничило профессиональные возможности Мими после 1933 года. Она изучала право в Фрайбурге, где познакомилась со своим будущим женихом, Гельмутом Гимпелем, и в Мюнхене. Будучи социал-демократом, её отец был уволен с работы после прихода Гитлера к власти в 1933 году. Семья переехала в Берлин, где она устроилась секретаршей в немецко-швейцарскую текстильную компанию.

Сопротивление

С Гимпелем, который тайно и бесплатно продолжал лечить еврейских пациентов, Тервиль начала помогать скрывающимся евреям. Они помогали им с документами и карточками на продовольствие. Пациент Гимпеля, коммунистический писатель Джон Грауденц, в 1939–1940 годах познакомил их с более широкой группой сопротивления в городе, центром которой были пары Адам и Грета Кукхофф, Харро и Либертас Шульце-Бойзен, а также Арвид и Милдред Харнак. Для Абвера и Гестапо это, в свою очередь, ввело пару в рамки более широкой европейской разведывательной сети, которая, фокусируясь на советских контактах и участниках-коммунистах, была идентифицирована под криптонимом Rote Kapelle (Красный оркестр). На своей пишущей машинке Тервиль перепечатывала антинацистские материалы, предоставляемые группой, которые она вместе с Гимпелем, Грауденцем, пианистом Гельмутом Ролоффом и другими рассылала влиятельным людям, передавала иностранным корреспондентам и распространяла по всему Берлину. Среди этих материалов была проповедь епископа фон Галена, осуждавшая программу эвтаназии Aktion T4, и памфлет под названием «Страх за будущее Германии охватил народ» (Die Sorge um Deutschlands Zukunft geht durch das Volk). Листовка, подписанная AGIS, была написана Харро Шульце-Бойзеном при содействии Джона Сига. В ней утверждалось, что «во имя Рейха над гражданскими лицами и заключенными совершаются самые бесчестные пытки и зверства», и что каждый день войны увеличивает «счет», который немцам в конечном итоге придется оплатить. «Кто, – спрашивалось в ней, – не может теперь понять, что все восхваляемые социальные улучшения в Третьем рейхе, создание рабочих мест, Volkswagen и многое другое были лишь подготовкой к войне и вооружению?!» Единственным способом, который знал Гитлер для борьбы с безработицей, было «уничтожение миллионов посредством новой войны». Подлинная «социалистическая революция» ждала своего часа: непосредственной задачей «истинных патриотов» и «всех, кто сохранил чувство истинных ценностей» было делать, где это возможно, прямо противоположное тому, что требовал нацистский режим. В кампании, инициированной Грауденцем, 17 мая 1942 года Тервиль, Шульце-Бойзен и девятнадцать других отправились в пять районов Берлина, чтобы наклеить на плакаты нацистской пропагандистской выставки «Советский рай» (Das Sowjet Paradies) наклейки. На наклейке было написано: «Постоянная выставка. Нацистский рай. Война, голод, ложь, гестапо. Как долго это будет продолжаться?» В ее ближайшем кругу сопротивления выжил только Гельмут Ролофф. В прощальном письме своей польской сокамернице Кристине Витуске она дала юридические советы и сформулировала ходатайства о помиловании для своих сокамерников (ее собственное было отклонено лично Гитлером). Тервиль также написала песню «О голова, полная крови и ран», в которой призвала Христа «явиться мне щитом, чтобы утешить меня в час смерти».

With Himpel, who secretly and without charge continued to treat Jewish patients, Terwiel began helping Jews in hiding. They helped furnish them with identification and ration cards. A patient of Himpel's, the Communist writer John Graudenz, in 1939/40 brought them into contact with a broader resistance group in the city centred around the couples Adam and Greta Kuckhoff, Harro and Libertas Schulze Boysen and Arvid and Mildred Harnack. For the Abwehr and Gestapo this, in turn, placed the couple in the frame of a wider European espionage network which, focusing upon Soviet contacts and Communist participants, they were identified under the cryptonym Rote Kapelle (the Red Orchestra). On her typewriter, Terwiel copied anti Nazi material supplied by the group that she, together with Himpel, Graudenz, the pianist Helmut Roloff, and others posted to people in important positions, passed to foreign correspondents, and distributed across Berlin. This included Bishop von Galen's sermon condemning the Aktion T4 euthanasia program and a polemic entitled "Fear for Germany's future grips the people" (Die Sorge um Deutschlands Zukunft geht durch das Volk). Signed AGIS, the leaflet was written by Harro Schulze Boysen with assistance from John Sieg. It declared that "the most disgraceful tortures and cruelties are being perpetrated on civilians and prisoners in the name of the Reich" and that each day of war increased "the bill" that Germans in the end would have to pay. "Who", it asked, "cannot see now that the entire much praised social improvement in the Third Reich, the job creation, the Volkswagen, and many another things were nothing but preparation for war and armament?!" The only means Hitler had known for relieving unemployment was "the extermination of millions through a new war". A genuine "socialist revolution" lay in the future: the immediate task of "true patriots" and "all those who have maintained a sense of true values" was to do, wherever possible, the exact opposite of what the Nazi regime demanded of them. In a campaign initiated by Graudenz, on 17 May 1942, Terwiel, Schulze Boysen, and nineteen others travelled across five Berlin neighbourhoods to paste the stickers on posters for the Nazi propaganda exhibition The Soviet Paradise (Das Sowjet Paradies). The sticker read, "Permanent Exhibition. The Nazi Paradise. War, Hunger, Lies, Gestapo. How much longer?" In her immediate resistance circle, only Helmut Roloff was to survive. In a farewell letter to a Polish cellmate, Krystyna Wituska, she gave legal advice and formulated appeals for clemency for her fellow prisoners (her own was rejected personally by Hitler). Terwiel also wrote a song, “O head full of blood and wounds” in which she called on Christ to "appear to me as a shield to comfort me in my death".