Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.
Содержание
Введение
Битва при Солахоне произошла в 586 году н.э. в северной Месопотамии между восточно-римскими (византийскими) войсками под командованием Филиппика и персами-сасанидами во главе с Кардагиганом. Сражение являлось частью долгой и безрезультатной византийско-сасанидской войны 572–591 годов. Битва при Солахоне завершилась крупной византийской победой, которая улучшила положение Византии в Месопотамии, но не стала решающей. Война продолжалась до 591 года, когда завершилась переговорами между Маврикием и персидским шахом Хосровом II (правил в 590–628 годах). В дни, предшествовавшие битве, Филиппик, недавно назначенный на персидский фронт, двинулся навстречу ожидаемому персидскому вторжению. Он решил развернуть свою армию у Солахона, контролируя основные пути Месопотамской равнины, и особенно доступ к главному местному источнику воды – реке Арзамон. Кардариган, уверенный в победе, выступил против византийцев, но те были предупреждены и построились в боевой порядок к моменту прибытия Кардагигана к Солахону. Персы также развернулись и атаковали, добившись преимущества в центре, однако византийское правое крыло прорвало персидский левый фланг. Успешное византийское крыло попало в смятение, так как его воины устремились грабить персидский лагерь, но Филиппику удалось восстановить порядок. В это время, пока византийский центр вынужденно формировал щитовую стену, чтобы сдержать натиск персов, византийский левый фланг также сумел обойти персов с правого фланга. Под угрозой двойного окружения персидская армия обратилась в бегство, и многие погибли в пустыне от жажды или отравления водой. Сам Кардариган выжил и с частью своей армии несколько дней оказывал сопротивление византийским атакам на холме, пока византийцы не отступили.
The Battle of Solachon was fought in 586 CE in northern Mesopotamia between the East Roman (Byzantine) forces, led by Philippicus, and the Sassanid Persians under Kardarigan. The engagement was part of the long and inconclusive Byzantine–Sassanid War of 572–591. The Battle of Solachon ended in a major Byzantine victory which improved the Byzantine position in Mesopotamia, but it was not in the end decisive. The war dragged on until 591, when it ended with a negotiated settlement between Maurice and the Persian shah Khosrau II (r. 590–628). In the days before the battle, Philippicus, newly assigned to the Persian front, moved to intercept an anticipated Persian invasion. He chose to deploy his army at Solachon, controlling the various routes of the Mesopotamian plain, and especially access to the main local watering source, the Arzamon River. Kardarigan, confident of victory, advanced against the Byzantines, but they had been warned and were deployed in battle order when Kardarigan reached Solachon. The Persians deployed as well and attacked, gaining the upper hand in the centre, but the Byzantine right wing broke through the Persian left flank. The successful Byzantine wing was thrown into disarray as its men headed off to loot the Persian camp, but Philippicus was able to restore order. Then, while the Byzantine centre was forced to form a shield wall to withstand the Persian pressure, the Byzantine left flank also managed to turn the Persians' right. Under threat of a double envelopment, the Persian army collapsed and fled, with many dying in the desert of thirst or from water poisoning. Kardarigan himself survived and, with a part of his army, held out against Byzantine attacks on a hillock for several days before the Byzantines withdrew.
Предыстория
В 572 году византийский император Юстин II (правил в 565–578 гг.) отказался возобновлять ежегодные выплаты Сасанидской Персии, которые являлись частью мирного договора, заключенного его дядей, Юстинианом I (правил в 527–565 гг.) и персидским шахом Хосровом I (правил в 531–579 гг.) в 562 году. Это стало кульминацией последовательного ухудшения византийско-персидских отношений в предшествующие годы, проявившегося в дипломатических и военных маневрах на их геополитической периферии. Византийцы, таким образом, установили контакты с Центральноазиатскими тюрками для совместных действий против Персии, а персы вмешались в Йемен против христианских аксумитов, союзников Византии. Юстин, кроме того, считал ежегодную дань недостойным унижением для римлян и использовал вспышку крупного восстания в Персидской Армении в 571–572 гг. как предлог для отказа от продления выплат. Отказ Юстина был равносилен объявлению войны – четвертой между двумя великими державами Поздней Античности в VI веке. После первоначальных персидских успехов, таких как взятие Дары, конфликт оказался безрезультатным и затянулся, чередуясь византийскими победами и персидскими успехами, прерывистыми переговорами и временными перемириями. В 582 году Маврикий (правил в 582–602 гг.), служивший генералом в этой войне, взошел на византийский престол в Константинополе; к тому времени персы получили преимущество в Месопотамии, захватив Дару в 574 году, в то время как византийцы одержали верх в Арзанене.
In 572 the Byzantine ruler Justin II (reigned 565–578) refused to renew the annual payments to Sassanid Persia that had been part of the peace agreement concluded by his uncle, Justinian I (r. 527–565) and the Persian shah Khosrau I (r. 531–579) in 562. This marked the culmination of the progressive deterioration of Byzantine–Persian relations over the previous years, which manifested itself in diplomatic and military manoeuvring in their geopolitical periphery. Thus the Byzantines initiated contacts with the Central Asian Göktürks for a joint effort against Persia, while the Persians intervened in Yemen against the Christian Axumites, allies of Byzantium. Justin furthermore regarded the annual tribute as an indignity unworthy of Romans, and used the outbreak of a major revolt in Persian Armenia in 571–572 as a pretext for refusing to prolong the payments. Justin's refusal was tantamount to a declaration of war, the fourth fought between the two great powers of Late Antiquity in the 6th century. After initial Persian successes such as the capture of Dara, the conflict proved inconclusive and became a drawn out affair, with Byzantine victories followed by Persian successes, intermittent negotiations, and temporary truces. In 582, Maurice (r. 582–602), who had served as a general in the war, ascended to the Byzantine throne at Constantinople; by that time, the Persians had gained the upper hand in Mesopotamia through their capture of Dara in 574, while the Byzantines prevailed in Arzanene.
Первоначальные действия и распоряжения
После провала очередного раунда мирных переговоров, подробности о котором остаются неизвестными, Морис в 584 году назначил своего зятя Филиппика главнокомандующим на Месопотамском фронте (magister militum per Orientem). В ответ персы предприняли неудачную осаду главной базы Филиппика, Монокартона. Весной 586 года Маврикий отверг новые персидские предложения о заключении мира в обмен на возобновление золотых выплат. Современный историк Теофилакт Симокатта сообщает, что армия Филиппика рвалась к сражению с персами, и византийский военачальник двинулся на юг от своей базы в Амиде, перешел реку Арзамон (современный Зерган на юго-востоке Турции и северо-востоке Сирии) и переправился на восточный берег, продвинувшись далее на восток к равнине Солахон, где и расположил лагерь. Эта позиция, к югу от крепостей Мардес и Дара, позволяла армии Филиппика контролировать переправу через Арзамон и вынуждала персидскую армию под командованием Кардагигана продвигаться через безводную равнину, отрываясь от своих линий снабжения, прежде чем вступить в бой с византийцами. Со своей стороны, Кардаган также жаждал сражения и был уверен в победе. Он организовал сопровождение многочисленных верблюдов с водой для своих войск на случай, если византийцы откажутся от боя, но продолжат блокировать доступ к Арзамону, и, как утверждается, приготовил железные прутья и цепи для будущих пленных. Однако его приготовления были раскрыты, когда арабские союзники византийцев захватили нескольких его воинов, что позволило Филиппику подготовиться к встрече с противником. Это раннее предупреждение было особенно важно, поскольку Кардаган планировал напасть в воскресенье – день отдыха для христианских византийцев.
Following the failure of another round of peace negotiations, about which little is known, Maurice appointed his brother in law Philippicus as the commander in chief for the Mesopotamian front (magister militum per Orientem) in 584.—responded with an unsuccessful siege of Philippicus' main base, Monokarton. In spring 586 Maurice rejected new Persian proposals involving the conclusion of peace in exchange for renewed payments in gold. The contemporary historian Theophylact Simocatta reports that Philippicus' army was eager to confront the Persians in battle, and the Byzantine commander marched south from his base at Amida, crossed the Arzamon River (modern Zergan in south east Turkey and north east Syria) to its eastern bank and advanced some east to the plain of Solachon, where he pitched his camp. This position, south of the fortresses of Mardes and Dara, allowed Philippicus' army to control the passage of the Arzamon River and forced the Persian army under Kardarigan to advance across the waterless plain, away from their supply routes, before meeting the Byzantine force. On the Persian side, Kardarigan was also eager to fight and confident of victory. He arranged to be escorted by many camels carrying water for his troops in case the Byzantines refused to engage but continued to block access to the Arzamon, and had allegedly prepared iron bars and chains for the prisoners he would take. His movements, however, were detected when the Byzantines' Arab foederati captured a few of his men, allowing Philippicus to counter his forces. This early warning was of particular importance since Kardarigan intended to attack on Sunday, a day of rest for the Christian Byzantines.
Битва
Обе армии, по-видимому, состояли исключительно из кавалерии, включавшей в себя копьеносцев и конных лучников, возможно, с несколькими катафрактами. Когда разведчики Филиппика донесли о приближении персов, он расположил свои войска на возвышенности, лицом к направлению наступления персидской армии, прикрыв левый фланг предгорьями горы Изалас. Византийцы, по-видимому, были выстроены в одну боевую линию, состоящую из трех дивизий. Левой дивизией командовал Эилифред, дукс Феники Ливанской, в состав которой входил хуннский контингент конных лучников под командованием Апсиха. Центром командовал генерал Гераклий Старший, впоследствии экзарх Африки и отец будущего императора Гераклия (правил в 610–641 годах), а правым крылом – таксиарх Виталий. Персы также приняли подобное построение, как только оказались в поле зрения византийской армии. С персидской стороны правым дивизионом командовал Мебод, центром – сам Кардариган, а левым крылом – племянник Кардаригана, Афраат. В отличие от персидского военачальника, Филиппик оставался с небольшим отрядом на некотором расстоянии позади основной боевой линии, руководя сражением. Однако Филиппик увидел происходящее и быстро отреагировал. Он отдал свой отличительный шлем одному из телохранителей, Феодору Илибину, и послал его с приказом собрать кавалерию под угрозой наказания от самого командующего армией. Обман удался: воины узнали шлем и восстановили порядок как раз вовремя, чтобы остановить персов, которые перегруппировались в центре и теснили численно превосходящих византийцев. Чтобы противостоять этому, Филиппик приказал воинам центральной дивизии спешиться и образовать щитовую стену, выдвигая копья вперед (формация фулкума). Что произошло дальше, неясно, но, по-видимому, византийские лучники стреляли по лошадям персов, нарушив их натиск. Одновременно византийскому левому крылу удалось нанести успешный контрудар, обратив в бегство противостоящее персидское правое крыло. Вскоре персидское правое крыло сломилось и обратилось в бегство, преследуемое византийцами. После распада обоих крыльев персидский центр подвергся атаке со стороны восстановленного византийского правого крыла, которое оттеснило его к району, ранее занимаемому персидским правым крылом. Оказавшись в меньшинстве и подвергшись атаке с нескольких сторон, персы вскоре начали отступать и бежать. Сам Кардариган с небольшим отрядом сумел укрыться на близлежащем холме и выдержал несколько византийских атак. Наконец, через три или четыре дня византийцы, не подозревая о присутствии там персидского военачальника, прекратили попытки преследования. Кардаригану таким образом удалось спастись, хотя его люди понесли дополнительные потери, до тысячи человек, по словам Симокатты, от византийских патрулей.
Both armies appear to have been composed exclusively of cavalry, comprising a mix of lancers and horse archers, possibly with a few cataphract units included. When Philippicus' scouts reported the Persians' approach, he positioned his men on elevated ground facing the direction from which the Persian army advanced, with his left flank protected by the foothills of Mount Izalas. The Byzantines appear to have been arranged in a single battle line with three divisions. The left division was commanded by Eiliphredas, the dux of Phoenice Libanensis, and included a Hunnic contingent of horse archers under Apsich. The centre was commanded by the general Heraclius the Elder, later Exarch of Africa and father of future Emperor Heraclius (r. 610–641), while the right wing was commanded by the taxiarchos Vitalius. This arrangement was also adopted by the Persians as soon as they came into view of the Byzantine army. On the Persian side, the right division was under Mebodes, the centre under Kardarigan himself, and the left wing under Kardarigan's nephew, Aphraates. Unlike the Persian general, Philippicus remained with a small force at some distance behind the main battle line, directing the battle. Philippicus, however, saw what had happened and reacted quickly. He gave his distinctive helmet to one of his bodyguards, Theodore Ilibinus, and sent him to rally the cavalry on pain of punishment by the army commander himself. The ruse worked: the men recognized the helmet and returned to order just in time to stop the Persians, who had regrouped in the centre and were pushing the numerically inferior Byzantines back. To counter this, Philippicus ordered the men of the central division to dismount and form a shield wall with their lances projecting from it (the fulcum formation). It is not clear what happened next, but apparently the Byzantine archers shot at the Persians' horses, breaking their momentum. At the same time, the Byzantine left managed to launch a successful counter thrust which drove back the opposing Persian right in disarray. Soon the Persian right broke and fled, pursued by the Byzantines. With both wings having disintegrated, the Persian centre was now subjected to an attack from the reformed Byzantine right, which drove them towards the area once occupied by the Persian right. Outnumbered and attacked from several sides, the Persians soon began to break and flee. Kardarigan himself had managed to find refuge on a nearby hilltop with a small detachment and withstood several Byzantine attacks. Finally, after three or four days, the Byzantines, not aware that the enemy commander was there, abandoned the effort. Kardarigan thus escaped, although his men suffered further casualties in the process, up to a thousand according to Simocatta, from Byzantine patrols.
Последствия
После битвы Филиппик наградил отличившихся солдат и разделил добычу, взятую у побежденных персов, между ними. Затем он предпринял новое вторжение в Арзанен. Однако его попытка захватить крепость Хломарон была безуспешной, когда Кардариган прибыл с подкреплением. Византийская армия отступила к крепости Афумон, ведя оборонительные бои с преследовавшими персами. Победа при Солахоне позволила византийцам восстановить свое превосходство в регионе Тур-Абдин, и после этого они начали восстанавливать контроль над территорией вокруг Дары. Война продолжалась еще несколько лет без решительного исхода, пока восстание Бахрама Чобина не вынудило законного персидского шаха Хосрова II (правил в 590–628 гг.) искать убежища на византийской территории. Совместный поход вернул его на трон, и в 591 году был заключен мирный договор, в результате которого большая часть Армении осталась под контролем Византии.
Following the battle, Philippicus rewarded the soldiers who had distinguished themselves and divided the spoils of the defeated Persians among them. He then proceeded to invade Arzanene again. However, his attempt to capture the fortress of Chlomaron was thwarted when Kardarigan arrived with reinforcements. The Byzantine army retreated to the fortress of Aphumon, fighting rear guard actions with the shadowing Persians. The victory of Solachon allowed the Byzantines to regain the upper hand in the region of the Tur Abdin and, in its aftermath, they began to re establish their control over the region around Dara. The war continued for a few years without a decision until the revolt of Bahram Chobin caused the rightful Persian shah, Khosrau II (r. 590–628), to find refuge in Byzantine territory. A joint expedition restored him to his throne and a peace treaty was concluded in 591 that left most of Armenia in Byzantine hands.