Законодательство о призыве в армию во время Гражданской войны в США

Введение

Закон о милиции 1862 года (англ. Militia Act of 1862), принятый 17 июля 1862 года, был актом 37-го Конгресса США во время Гражданской войны в США, который разрешал призыв в милицию в штате, если штат не мог выполнить свою квоту добровольцами. Закон впервые также разрешил афроамериканцам служить в милиции в качестве солдат и военных рабочих. (Ранее, с момента принятия Закона о милиции 1792 года, участвовать в милиции разрешалось только белым гражданам мужского пола.) Закон вызвал споры. Многие аболиционисты приветствовали его как первый шаг к равенству, поскольку он предусматривал, что чернокожие новобранцы могли быть солдатами или выполнять работы по обслуживанию армии. Однако закон содержал дискриминацию в оплате труда и других областях. В нем было установлено, что большинство чернокожих солдат должны получать 10 долларов в месяц, с вычетом 3 долларов за одежду, что составляло почти половину от суммы, получаемой белыми солдатами, которым платили 13 долларов. Однако, по мнению историка Эрика Фонэра, разница в оплате была связана с тем, что законодательство предусматривало использование чернокожих преимущественно в качестве военных рабочих, освобождая белых для участия в боевых действиях. Многие полки боролись за равную оплату, некоторые отказывались от денег до 15 июня 1864 года, когда Конгресс исключил эту часть Закона о милиции и предоставил равную оплату всем чернокожим солдатам. Система, учрежденная законом, оказалась неэффективной на практике, и в 1863 году Конгресс принял Закон о призыве, первый подлинный национальный закон о воинской обязанности. Закон 1863 года требовал регистрации всех граждан мужского пола и иммигрантов, подавших заявление на получение гражданства, в возрасте от 20 до 45 лет, и делал их подлежащими призыву в армию.

Предыстория

К лету 1862 года участие афроамериканцев в Гражданской войне стало центром общенациональных дебатов. Хотя военное ведомство США с начала войны отказывалось принимать чернокожих добровольцев в армию, члены Союза начали рассматривать преимущества их поддержки. В то время как в отношении общенациональной нерешительности у Конгресса была решающая власть решать, будут ли люди африканского происхождения участвовать в Гражданской войне в качестве рабочих и/или солдат. 37-й Конгресс не склонялся ни к активному набору чернокожих добровольцев, ни к продолжению запрета на это. Хотя идея использования афроамериканцев в качестве рабочих была в целом принята в Конгрессе, использование чернокожих солдат – нет. Поэтому сторонники чернокожих бойцов в Конгрессе выдвигали одно из важнейших предложений войны. Наблюдая за расовой дискриминацией и сильным сопротивлением среди военных офицеров, Конгресс начал опасаться, что привлечение афроамериканцев лишь затянет войну. Однако, вопреки этому, основным аргументом сторонников участия чернокожих было то, что привлечение большего числа солдат было крайне выгодно для Потомакской армии, независимо от цвета их кожи. Обосновывая использование чернокожих солдат как военную необходимость, Закон о милиции 1862 года закрепил законность их службы. Однако размер жалования новобранцев был проигнорирован и установлен в размере 7 долларов в месяц, почти вдвое меньше, чем получали белые солдаты. Тем не менее, некоторые политики, включая сенатора Джона С. Карлайла из Вирджинии, выступали против этого закона: «Я считаю, что Конгресс Соединенных Штатов не имеет права определять, кто должен составлять ополчение штата в этом Союзе». С другой стороны, республиканский депутат Джейкоб Колламер из Вермонта напомнил собравшимся, что в 1792 году Конгресс «принял закон об организации ополчения и ограничил его белыми людьми». Этот закон получил название Закона о милиции 1792 года, который необходимо было отменить новым законом о милиции, чтобы открыть военную службу для афроамериканцев. Кроме того, Конгресс мог принять решение о конфискации рабов Конфедерации для нужд войны. Когда в ноябре 1862 года Уильям Уайтинг был назначен на должность юридического советника военного ведомства, он подтвердил в своем подробном исследовании «Военные полномочия согласно Конституции Соединенных Штатов», что «Конгресс может вмешиваться в рабство, призывая рабов, как подданных, на военную службу». Уайтинг настаивал на том, что рабство является военной целью, поскольку оно позволяло Конфедерации вести «войну против Союза» и вынуждало «три миллиона лояльных подданных, принадлежащих мятежным хозяевам, действовать как предатели». Заявление Уайтинга дало Конгрессу право проводить политику в отношении милиции, которая включала афроамериканцев наравне с другими новобранцами.

By the summer of 1862, African American involvement in the Civil War was the center of a nationwide debate. Although the U. S. War Department had refused to accept black army volunteers since the start of the war, Union members were beginning to consider the benefits of having their support. While regarding the nationwide indecision, Congress had the ultimate power to decide whether people of African descent would participate in the Civil War as laborers and/or soldiers. The 37th Congress neither leaned heavily towards the enrollment of black volunteers, nor towards their continued blockage. While the idea to use African Americans as laborers was generally accepted in Congress, the employment of black soldiers was not. Therefore, supporters in Congress of black combatants were proposing one of the most important developments of the war. Observing the racial discrimination and strong opposition among ranks of military officers, Congress began to fear that black involvement would only prolong the war. However, in great contradiction, the overwhelming argument from those in support of black involvement was that the contribution of more soldiers was then extremely advantageous to the Army of the Potomac, regardless of their skin color. Justifying the use of black soldiers as a war necessity, the issued Militia Act of 1862 established the legality of black soldiers. Yet the recruits' salary was overlooked and established at $7 a month, almost half of what white soldiers received. However, some politicians, including Senator John S. Carlile from Virginia, argued against the act: "I hold that Congress of the United States has no power to determine who shall compose the militia of a State in this Union". On the other hand, Republican Representative Jacob Collamer of Vermont reminded the members that in 1792 Congress had "passed an act for organizing the militia, and confined it to white people." The bill was called the Militia Act of 1792, which would have to be overridden by a new militia act to open military service to those of African descent. Furthermore, Congress could decide to confiscate Confederate slaves for war efforts When assigned to the position of War Department Solicitor in November 1862, Attorney William Whiting confirmed in his detailed examination War Powers Under the Constitution of the United States, that "Congress may interfere with slavery by calling upon the slaves, as subjects, to enter the military service." Whiting insisted that slavery was a military target because it enabled the Confederacy to carry on "war against the Union" and forced "three million of loyal subjects owned by rebel masters to act as if they were traitors." Whiting's declaration gave Congress power to enforce a militia policy that included the black race as equal recruits.

Положение Конгресса

37-й Конгресс не склонялся ни к активному набору чернокожих добровольцев, ни к дальнейшей блокировке их призыва. Глава комитета по ополчению, сенатор-республиканец Престон Кинг, заметил в ходе дебатов: «Вероятно, никто не будет возражать против того, чтобы они готовили еду». В конце концов, состоятельные конфедераты уже использовали своих рабов, нанимая «лакеев», которые готовили пищу, строили окопы, возводили укрытия и стирали одежду в лагерях. Уточняя, что для чернокожих приемлемы только тяжелые физические работы, сенатор Гаррет Дэвис из Кентукки 5 июля поделился с остальными членами Конгресса: «Я не слышал возражений со стороны кого-либо из сторонников Союза против использования негров для рытья канала». Он и другие просто хотели, чтобы война оставалась «ссорой белых», без интеграции чернокожих солдат. По этой причине аболиционист Фредерик Дуглас настоятельно призвал президента и Конгресс в 1861 году «призвать рабов и свободных цветных людей на службу и сформировать освободительную армию, чтобы двинуться на Юг и поднять знамя Эмансипации». Хотя дебаты длились всего семь дней, с 9 по 16 июля, обсуждение вопроса об участии чернокожих солдат и его результаты значительно приблизили чернокожих к обретению свободы. Учитывая возможность изменить статус многих афроамериканцев, некоторые члены Конгресса опасались, что следующий закон об ополчении изменит цель войны. Веря в настойчивость Линкольна, выраженную в его письме 1862 года редактору Хорасу Грили из газеты New York Tribune, о том, что «главная цель этой борьбы – спасти Союз, а не спасти или уничтожить рабство», они не хотели, чтобы война превратилась во что-то большее, чем восстановление Союза. Республиканский представитель Джон П. Хейл из Нью-Гэмпшира заявил 9 июля на заседании Конгресса: «Эта война должна вестись без какого-либо учета вопроса о рабстве или рабах. Она должна сохранить свободное правительство для свободных людей». Раздраженный сосредоточенностью Конгресса на чернокожих солдатах, сенатор-демократ Уиллард Соулсбери из Делавэра придерживался аналогичного мнения: «Но едва мы вступили в гражданскую войну, как всякий раз предпринимаются попытки изменить характер войны и возвысить ничтожного негра не только до политических прав, но и включить его в армию и флот». И хотя он не верил в компетентность черной расы, у других были веские основания сомневаться в готовности белых к интеграции. Наблюдая за расовой дискриминацией и сильной оппозицией среди офицерского состава, Конгресс начал опасаться, что участие чернокожих лишь затянет войну. Демократический сенатор от Миссури Джон Б. Хендерсон утверждал, что, поскольку белые солдаты не хотят «сражаться бок о бок с неграми, восстание никогда не закончится, если их будут использовать. Я не думаю, что они вам помогут». Хендерсон выразил мнение, что сотрудничество черных и белых в войне невозможно. Поддерживая своего коллегу-сенатора, республиканца Джеймса У. Граймса из Айовы, который хотел видеть чернокожих на войне, он с сожалением сообщил участникам дебатов в Конгрессе: «Я считаю, что за каждого хорошего солдата, которого вы получите среди них, вы потеряете белого, которого оттолкнут его предрассудки». Хотя он использовал более мягкие слова, Линкольн также подразумевал, что расистские настроения могут еще больше расколоть Союз. Между тем, основной аргумент сторонников участия чернокожих, в отличие от тех, кто сомневался в их способностях, заключался в том, что вклад большего количества солдат был крайне важен для армии Потомака, независимо от цвета их кожи. Весной 1862 года армия Потомака «потерпела ряд военных поражений, которые нанесли серьезный удар по моральному духу Севера». Армия Союза испытывала нехватку добровольцев в самый критический момент. В то же время, возможности использования афроамериканских гражданских беженцев не были реализованы в полной мере. Большинство из них оставалось без работы, хотя командиры Союза с 1861 года, работая с беженцами на линиях снабжения и оказывая им личные услуги, знали, как потенциальное бремя беженцев и бывших рабов можно превратить в преимущество. Поскольку число бывших рабов росло, а приток белых добровольцев сокращался, сторонники широко верили, что «единственными доступными мужчинами, которых [Потомак] мог призвать в ряды Союза, были рабы». Состоятельные конфедераты также использовали труд чернокожих. Более того, профессор истории Университета Северной Каролины доктор Джон Дэвид Смит утверждает, что «по мере затягивания войны Линкольн и большинство белых северян постепенно пришли к тому же выводу», что «афроамериканцы станут бесценным ресурсом». Обеспокоенные перспективой новых потерь Союза, члены Конгресса пришли к убеждению, что набор чернокожих солдат необходим. Демократический сенатор Генри Мауэр Райс из Миннесоты заявил 9 июля, что он готов «проголосовать за любые меры, чтобы положить конец [потерям Союза]». Поддерживая, что законопроект и участие чернокожих были военной необходимостью, Шерман согласился: «Настало время, когда, по моему мнению, военным властям следует быть вынужденными использовать всю физическую силу этой страны». Вместо этого страх проиграть Гражданскую войну убедил Конгресс и граждан Союза воспользоваться добровольной службой.

The 37th Congress neither leaned heavily towards the enrollment of black volunteers, nor towards their continued blockage. Head of the Militia Committee, Republican Senate Preston King, commented in debate, "Nobody would, probably, object to their cooking." After all, affluent Confederates were already taking advantage of their slaves by bringing "body servants" that would prepare food, build trenches, construct shelters and clean clothes at campsites. Clarifying that only labor intensive jobs for blacks were acceptable, Senator Garrett Davis of Kentucky shared with the rest of Congress on July 5: "I have heard no objection on the part of any Union man to the employment of Negroes to dig a canal." Quite simply, he and others wanted to keep the war a "white man's quarrel," without integrating black soldiers. For that reason, abolitionist Frederick Douglass strongly urged the President and Congress in 1861 to "[l]et the slaves and free colored people be called into service and formed into a liberating army, to march into the South and raise the banner of Emancipation." Although lasting only seven days, July 9 to 16, the debate concerning the proposition of black soldier participation and its result brought blacks so much closer to earning their freedom. Given the opportunity to alter the status of many African Americans, a few members of Congress feared that the next militia act would change the purpose of the war. Believing in Lincoln's insistence, exhibited in his 1862 letter to editor Horace Greeley of the New York Tribune, that the "paramount object in this struggle is to save the Union, and is not either to save or to destroy slavery," they did not wish to see the war evolve into something more than the restoration of the Union. Republican Representative John P. Hale of New Hampshire voiced on July 9 at a Congressional session, "This war ought to be carried on without any regard at all to the subject of slavery or slaves. It out to preserve a free government for free people." Frustrated with the Congressional focus on black soldiers, Democratic Senator Willard Saulsbury of Delaware thought similarly: "But no sooner are we engaged in civil war than an attempt is made on every occasion to change the character of the war, and to elevate the miserable nigger, not only to political rights, but to put him in the Army, and to put him in your Navy." And while he disbelieved in the black race's competence, others had good reason to doubt the white men's acceptance of integration. Observing the racial discrimination and strong opposition among ranks of military officers, Congress began to fear that black involvement would only prolong the war. Democratic Senator of Missouri John B. Henderson asserted that because white soldiers do not "want to fight by side with the nigger The rebellion will never end if they are used. I do not believe they will help you any." Henderson voiced the opinion that black and white cooperation in the war was not possible. Seconding his fellow Senator, Republican James W. Grimes of Iowa, who wished to see blacks fighting, regretfully informed those at the Congressional debate, "I believe for that every good soldier you would get among them, you will lose a white man, who will be driven off by his prejudices." Although he uses kinder words, Lincoln, too, implies that the racist attitudes have the power to rip the Union apart even more. Meanwhile, the overwhelming argument from those in support of black involvement, unlike those who believed in black inadequacy was that the contribution of more soldiers was then extremely advantageous to the Army of the Potomac, regardless of their skin color. In the spring of 1862, the Potomac Army "had suffered a series of military defeats, which struck a sharp blow at Northern morale." The Union army was experiencing a decline in volunteers when it needed them most. At the same time, the numbers of African American civilian refugees were not being used to the Union's best advantage. The majority was not employed even though the Union commanders knew from working with refugees on supply lines and personal service since 1861 how the potential burden of refugees and former slaves could be turned into an asset. With the numbers of former slaves escalating in contrast to the decreasing supply of white volunteers, a widespread belief of supporters was that "the only available men that [the Potomac] could bring into the Union ranks were the slaves." Affluent Confederates, too, were taking advantage of the black race. Furthermore, Professor of History at University of North Carolina Dr. John David Smith contends, "as the war dragged on, Lincoln and most white Northerners slowly came to the same conclusion" that "Americans of African descent would become an invaluable resource." Notably worried at the prospect of more Union losses, members of Congress became convinced that African American soldier recruitment was necessary. Democratic Senator Henry Mower Rice of Minnesota said on July 9 he was willing "to vote for any measure to end [Union losses]." Warning that the bill and black involvement were war necessities, Sherman agreed, "The time has arrived that when, in my judgment, the military authorities should be compelled to use all the physical force of this country." Instead, the fear of losing the Civil War convinced Congress and Union citizens to take advantage of the willing service.

Обсуждение

После постоянных дебатов с 5 по 16 июля 1862 года законопроект Конгресса отражал стремления сторонников набора чернокожих солдат. К 9 июля республиканец Граймс предложил, чтобы закон о милиции гласил: «Президент Соединенных Штатов имеет полную власть и полномочия организовывать [любого мужчину любой расы] в батальоны, полки, бригады и дивизии». Поэтому Уайтинг полагает, что Конгресс не уделял особого внимания последнему положению закона. Шерман возглавил усилия по определению оплаты чернокожих новобранцев, поскольку считал, что «компенсация не должна зависеть от квартирмейстеров», потому что если «это будет оставлено на усмотрение квартирмейстеров, правила оплаты будут разными и могут возникнуть трудности». Кинг также предложил включить фиксированную оплату в законопроект. Профессор Гарри Брэдшоу Мэтьюс из колледжа Хартвик уверен, что закон о милиции был принят с расчетом на то, что чернокожие будут использоваться лишь в качестве рабочих. Джеймс Оукс, автор книги «Радикалы и республиканцы», вместе с профессором Джоном Дэвидом Смитом из Университета Северной Каролины, согласен с Мэтьюсом. Следовательно, Айра Берлин из Мэрилендского университета справедливо утверждает, что Конгресс был готов видеть афроамериканцев сражающимися в качестве солдат. После окончательной доработки и публикации 17 июля 1862 года Закон о милиции закрепил законность набора чернокожих солдат. Выполняя свою задачу по отмене Закона о милиции 1792 года, он являлся «Законом о внесении изменений в Закон о призыве ополчения для приведения в исполнение законов Союза, подавления восстаний и отражения вторжений мятежников, утвержденным 28 февраля 1792 года», а также «Предлагаемой реорганизацией государственных войск». За Законом о конфискации 1861 года последовал Второй закон о конфискации, который лишил всех лиц, участвовавших в восстании, прав на своих рабов и объявил бывших рабов свободными. Впервые во время Гражданской войны представители Союза открыто признали ценность поддержки афроамериканцев в Конгрессе. Конгресс наконец разрешил вопрос о том, «должны ли Соединенные Штаты использовать труд людей, чьи интересы, чьи симпатии и чьи сердца полностью на стороне лояльных граждан Соединенных Штатов в подавлении этого восстания». Линкольн был готов воспользоваться предоставленными ему полномочиями для «привлечения к службе столько лиц африканского происхождения, сколько он сочтет необходимым». Однако, несмотря на то, что чернокожие были приняты в армию Потомака, им пришлось столкнуться с продолжающейся дискриминацией по всей стране. Установление неравной оплаты труда в Законе о милиции создало противоречие между возможностью для афроамериканцев добиться равных прав и унизительным предложением сниженной заработной платы. Поэтому внешний вид закона ввел в заблуждение многих историков и оставил документ недостаточно понятным. Закон о милиции был продуктом законодательной власти, созданным как военная необходимость для обеспечения армии чернокожими новобранцами. Однако вопрос о том, был ли Конгресс прав, полагая, что Север не смог бы выиграть войну так быстро или вообще без помощи чернокожих, остается предметом дискуссий.

After constant debate from July 5 to July 16, 1862, Congress' bill reflected the desires of black soldier supporters. By the 9th, Republican Grimes proposed the militia act to read: "[t]he President of the United States shall have full power and authority to organize [any male of any race] into battalions, regiments, brigades, and divisions." Therefore, Whiting believes that Congress did not invest heavily into the last passage of the act. Sherman led the effort to determine pay of black recruits because he thought the "compensation ought not to be left to the quartermasters" because if "it be left open, it will be left in a great measure to quartermasters, and there will be different rules in regard to pay, and difficulties may occur." King, too, suggested that the defined pay be inserted into the bill. When asked, Professor Harry Bradshaw Matthews of Hartwick College is certain that the Militia Act was made under the impression blacks would be used only as laborers. James Oakes, author of The Radical and the Republican, alongside Professor John David Smith of University of North Carolina, is in agreement with Matthews. Therefore, Ira Berlin, at the University of Maryland, correctly contends that Congress was ready to see African Americans fighting as soldiers. When finally polished and issued on July 17, the Militia Act of 1862 established the legality of black soldiers. Fulfilling its purpose to override the Militia Act of 1792, it was "[a]n Act to amend the Act calling forth the militia to execute the laws of the Union, suppress insurrection, and rebel invasions, approved February 28, 1792", and a "Proposed Reorganization of State Troops." Following the Confiscation Act of 1861, The Second Confiscation Act stripped any persons in rebellion of any claim to their slaves and made the former slaves free. For the first time during the Civil War Union members were openly admitting the value of African American support in Congress. Congress had finally settled the question "whether the United States shall employ the labor of a race of men whose interests, whose sympathies, whose whole hearts are with the loyal people of the United States in suppressing this rebellion." Lincoln became ready to exercise the power bestowed in him to "employ as many persons of African descent as he may deem necessary." Yet despite their new welcome into the Potomac Army, blacks were left to grapple with the still present discrimination throughout the nation. With the establishment of unequal pay in the Militia Act, a contradiction formed between the opportunity for African Americans to earn equal rights and the degrading offer of lessened pay. Therefore, the act's appearance has deceived many historians and has left the document not well understood. The Militia Act was a product of the legislative branch created as a war necessity to allow the army black soldier recruits. Yet whether Congress was right to assume that the North could not have won the war as soon as it did or at all without black assistance is still up for discussion.

Открытое капелланство

В разделе 8 было отменено требование о том, чтобы капелланы были христианами, путем изменения формулировки с "принадлежащего к какой-либо христианской деноминации" на "принадлежащего к какой-либо религиозной деноминации". Это было особенно важно для евреев и привело к назначению раввина Якоба Франкеля из общины Родеф Шалом (Филадельфия) первым еврейским капелланом 18 сентября 1862 года.